Человеческий ресурс

1.

- Расскажите немного о себе.

С этого вопроса начинается практически любое собеседование о приеме на работу, но, увы, не все понимают, что рассказывать нужно лишь о том, что относится к трудовой деятельности. Сидящая перед Ярославом дама, очевидно, не знала этой простой истины и начала рассказ с момента своего рождения. Он мысленно тяжело вздохнул и выслушал первые два предложения, затем привычно-терпеливо направил речь кандидатки в нужное русло.

- В старших классах я много времени посвящала театру и драматическому искусству, - женщина будто не слышала, но Ярослава радовало, что она подобралась к образованию.

- Это отразилось на выборе университета?

- Неэээт, - протянула Елена, - я поступила на экономический факультет, потому что институт недалеко от дома, да и конкурс в те времена был небольшой. Связывать образование с театром казалось мне бесперспективным, да и родители не одобрили.

Она была красивой яркой женщиной с восточным типом лица и держалась несколько надменно. Ярославу не нравилось, что она прятала руки под столом и отсела слишком далеко. Он проводил уже третье собеседование за сегодня и с ужасом думал, что оставалось еще четыре. Даже не верится, что так много людей в городе ищут работу. И так мало делают, чтобы ее найти.

Наконец Елена стала рассказывать о начале своей карьеры, где все у нее складывалось «как-то случайно»: случайно попала в ту компанию, случайно повысили, потом перевели туда-то, чуть ли ни сразу назначили директором. Она ничего не делала для продвижения этих компаний, и руководящие должности были для нее скорее забавой, чем ответственностью. Но командовать она привыкла, так что теперь с ней очень трудно беседовать и претендует она только на руководящий пост. Ярослав отчаянно боролся с желанием попросить ее положить руки на стол. Неужто директор не знает правил элементарной вежливости? Или это он за годы работы придирается ко всем и каждому и видит в человеке только то, за что его можно отсеять, а не принять?

- В вашем резюме значатся московские компании, - продолжил он, - почему вы переехали сюда?

- Я не москвичка, - немного смутившись, ответила она, - я из Воронежа. Теперь обстоятельства сложились так, что столицу пришлось покинуть…

Смущение, с которым она говорила о родном городе, Ярославу не понравилось. И опять это «получилось»… головная боль не проходила. Он мог позволить себе встать, достать из шкафчика таблетку и запить ее стаканом воды. Ему не надо пытаться произвести впечатление на кандидатку, он в определенно более выигрышном положении и все равно никогда бы не решился оборвать человека на полуслове, а потом глотать таблетки у него на глазах. Осталось совсем недолго, еще минут десять потерпеть. Только выслушать еще одну историю неудачного руководства, сказать, что подходящих вакансий на данный момент, к сожалению, нет, но, возможно, через несколько дней или недель что-нибудь подвернется, и тогда мы вам позвоним.

У него было время отдохнуть перед следующим собеседованием. За полчаса можно выпить чая, посидеть с закрытыми глазами и позвонить домой. Елена еще не успела уйти, как он размечтался. Буквально через несколько минут он услышит голос Али, пожалуется ей на ужасный день, скажет, как сильно любит ее и как ждет вечера. Но смутная тень сомнения повисла над ним, едва он остался один. Раньше он часто звонил Але во время рабочего дня, и она была рада его слышать. После свадьбы в ее голосе появилось удивление, потому что она перестала понимать смысл этих звонков – ведь вечером увидимся, в одной квартире живем. Но поняв, что ему просто хочется слышать ее, сказать пару слов именно сейчас, а не вечером, она стала терпеливо слушать его, изображая радость, но осадок от непонимания остался. Во всем ей нужен какой-то смысл, все нужно делать для чего-то, а просто так из нее слова не вытянешь! Стоит ли звонить ей сейчас? Вот бы посмотреть на ее лицо, когда она подбирает трубку мобильника и видит его номер. Он представил, как она обреченно возводит глаза к потолку и, тяжело вздохнув, нажимает кнопку приема вызова, предварительно настроив свой голос на солнечные интонации. Ведь женщина должна быть привлекательной, вдохновляющей и верной, она должна быть музой и врачевателем, поддерживать своего суженного в самые тяжелые моменты, а сама не имеет права на грусть и проблемы. Кто вбил ей это в голову? Нет, он не возражал, но если уж она не справляется, он предпочитал откровенность. Скажи прямо: я не хочу тебя слышать, увидимся дома. Он усмехнулся – такого она точно не скажет, да и он вряд ли захочет возвращаться домой после этих слов. Наверное, она в чем-то права. Просто ей тяжело. Всякое начало трудно. Человеку, привыкшему к одиночеству, трудно научиться быть с кем-то.

Он налил кипятка в пластмассовую кружку, подергал пакетик за веревочку. И вдруг вспомнил, что вечером-то они не увидятся: Аля преподавала французский на курсах, где занятия рассчитаны на работающих людей. Четыре дня в неделю она ведет вечерние группы с шести тридцати до девяти. Чудесно. Тишь, гладь, Божья благодать и ужин на столе, под пластиковой крышкой – разогрей в микроволновке. Домой она приедет в половине десятого, а то и позже. Он столько раз предлагал встретить ее, но она не хотела напрягать его – он же весь день работал и очень устал. Разумеется, но за три часа одинокого сидения в квартире успевал отдохнуть. Почитать, полежать на диване перед включенным телевизором. Поискать в интернете новый фильм. И только два часа они были вдвоем. В одиннадцать он отключался, а она еще полночи занималась своими делами. Утром она провожала его на работу и опять ложилась спать. За день она успевала сделать все домашние дела, приготовить обед и ужин, подготовиться к урокам, пару раз в неделю сходить в тренажерный зал или сделать маникюр. Вечером встретить мужа и убежать на работу через полчаса. И казалось, ее все устраивает.

2.

- Шесть часов, ура!!! – в кабинет ворвалась Оксана, схватила чашки, вафли, печенья и убежала.

Ярослав взял пальто и поспешил прочь из серого здания с шикарным ремонтом. Шесть часов. Пробки. Но уже светло. Машина битый час прогревалась. Хоть бросай все и иди в супермаркет. Он набрал номер жены и спросил, что купить. Она так и не вспомнила, но на ходу сообразила.

- Когда придешь, поешь, я все оставила на плите, - сказала она, - до девяти далеко, не голодай.

Когда он вернулся домой, Аля уже ушла. Обед действительно ждал на плите, и Ярославу осталось только разогреть его. Он снял костюм, от которого за день устал, влез в спортивные штаны и пошел мыть руки. Сквозь гудение микроволновки и журчание воды слышал навязчивую тишину. Он слышал ее и когда жил один. А ведь после свадьбы жизнь должна меняться, и он жаждал этой перемены. Алина жизнь изменилась кардинально, но на ней это как будто не сказалось. Он ожидал, что ведение хозяйства покажется ей трудным, когда узнал, что на замужество она не очень-то настроена. Ну да ничего, вместе справимся. Ан нет, она со всем справлялась на ура, обихаживала его, как ни противилась этому, и если не брать во внимание того, что виделись они только в постели и на кухне, все было идеально.

Ярослав поднял голову и уперся взглядом в зеркало над раковиной. На него смотрело обычное лицо с грубоватыми по-северному чертами, но с добродушным русским выражением. Резкость линий смягчали русые кудри. Он пробовал стричься короче, так чтобы нечему было виться, но тогда его лицо становилось то ли слишком простецким, то ли грубым, а иногда, особенно после тяжелого дня, он казался себе уголовником. Ясно, что кудрявые волосы не добавляют серьезности облику, а даже наоборот, заставляют людей улыбаться, и многие явно с трудом удерживались, чтобы не потрепать его по голове. Его это не раздражало, он и не хотел строить из себя грозного интервьюера. Пусть лучше люди лишний раз улыбнутся, расслабятся, так им будет легче проявить себя. Но он так и не понял, почему Аля сочла его похожим на богатыря, особенно после знакомства с ее братьями. Семейка у нее рослая, спортивная и преимущественно светловолосая. Только мама и младшая сестра, которая почти всегда сидела в своей комнате, оказались брюнетками.

Микроволновка призывно запищала. Ярослав включил музыку по пути на кухню. Телевизор был только в гостиной и тот для антуража. Ярослав и раньше редко его включал, в основном смотря фильмы в интернете или с дисков на ноутбуке. Аля и вовсе игнорировала «зомбоящик».

Как, собственно, получилось, что она вышла за него? Он не переставал удивляться. Они быстро привязались друг к другу, и было ясно, что отношения наклевываются серьезные. Но ее разговоры о нелюбви к детям, о нежелании выйти замуж так обескуражили Ярослава, что он решил повременить с предложением руки и сердца. Так прошло почти полгода. Потом он выдал:

- Надоело встречаться урывками, - хотя правильнее было бы сказать «видеться урывками», - я хочу, чтоб ты всегда была рядом.

- Ты в этом уверен? – удивилась Аля. Ее, казалось, и так все устраивает.

- Уверен. Но не знаю, что с тобой делать. На несерьезные отношения ты не настроена, на замужество тоже. Так что выбирай из двух зол большее.

Помолчав с минуту, она ответила:

- Хорошо. Я согласна на большее. Только давай еще полгода подождем. Дабы ты точно уверился, что мы действительно нужны друг другу.

- Но я и так уверен.

- Слав, брак – это навсегда. Со мной во всяком случае. Подумай хорошенько, надо оно тебе? Я же не принцесса и вообще не подарок. Ты меня слишком плохо знаешь и очевидно идеализируешь. А вдруг, когда ареол рассеется, ты разочаруешься и возненавидишь меня? Такое случается. Если за полгода встретишь другую девушку, которая действительно окажется принцессой, а то и королевой – сразу об этом скажи, я обещаю не психовать. Идет?

Да уж, романтика момента. Сколько он читал о том, что для мужчины сделать предложение едва ли не больший подвиг, чем отправиться на войну. Какими пламенными речами вроде обещаний любви до гроба, «да как ты можешь во мне сомневаться!» он мог бы зажечь ее здравомыслие. Но он впал в ступор и ничего больше не сказал. Потом подумал, что она по-своему права. Должен же кто-то быть благоразумным.

- Не будешь ты счастлив с этой зайкой, - хмыкнула мама.

- Ты из злорадства так говоришь, по привычке, - наконец-то он решился высказать это ей в лицо.

- Нет, не из злорадства. Я просто вижу. Слишком она самодостаточная, а ты вечно к кому-то цепляешься.

- Я цепляюсь?! – взвился Ярослав. – Да я всю жизнь один… у меня даже друзей раз-два и обчелся, от вас тепла и любви как от ведьминой метлы, и ты говоришь, что я к кому-то еще цепляюсь?

- Цепляешься. Точнее ищешь, к кому бы. Внимания на себя обратить, восхищение тебе подавай, как и всем мужикам. Нет, я не говорю, что это ненормально. Просто говорю, что от этой крали такого не добьешься. Она тебе в рот смотреть не будет и боготворить тем более. Дай Бог, хватит мудрости потерпеть твои агрессивные выпрашивания любви.

- Мам, я не настолько неуверенный в себе и закомплексованный тип, чтобы жаждать восхищения и поклонения! Да и тебе ли упрекать меня в каком-то там выпрашивании? Заметь, я тебя никогда ни в чем не упрекал, а ты теперь обвиняешь меня в своих же упущениях.

- Я раскаиваюсь, - вздохнула мать, - может, ты мне и не поверишь. Но поезд ушел, что теперь говорить? я просто констатирую факт: не твоего это поля ягода. При всей моей родительской несостоятельности ты еще неплохим парнем вырос, но на принцесс бы не замахивался. Тяжелые люди.