Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

Глава 1

Это третья книга. Первая бесплатно здесь:

https://litnet.com/shrt/l6yr

Тайлер

— Ну привет!

Под остовом сожженной кровати, который я сдвинул в сторону, лежала куколка в платье из лоскутков. В воздухе все еще витал легкий запах гари, несмотря на то, что с момента гибели Гарнизона прошел почти год. Снег, перемешанный с пеплом, был серого цвета.

Пепел. Так ее прозвали за глаза из-за цвета волос. Однако я, глядя на светлые пряди в темных волосах, думал о стальных клинках. Закаленная сталь не ломается под ударами судьбы. Алейдис была лезвием стика — тонким и быстрым. Опасным.

Я улыбнулся, когда подумал о тех же волосах, разметанных по подушке, чуть влажных после душа. О припухших от поцелуев теплых губах, пахнущих вишней. Она могла быть мягкой и нежной рядом со мной. Моя Аль.

Я повел плечами, привычно отмечая легкую скованность движений из-за оставшихся на коже шрамов. Что же, теперь Алейдис не станет смущаться своего рубца на плече. Теперь мы на равных. И только за это можно поблагодарить высокородного мерзавца: он живописно меня разрисовал.

Я хмыкнул и подхватил куколку с земли. Она умещалась на ладони. Я не знал, точно ли это комната Алейдис, а разрушенное двухэтажное строение — бывший штаб. Но, кроме Аль, девочек в гарнизоне не было. Может быть, куколка завалилась за кровать давным-давно, так что и сама хозяйка забыла про нее.

— Пойдем-ка со мной.

Я опустил находку в похудевший вещмешок, где уже лежал глиняный петух с торчащими на месте хвоста истрепанными пучками соломы. Я нашел его в разоренном доме в Истэде, на кухне, на его обычном месте — над опустевшим ларем для хлеба. Когда-то мы с сестрой сами слепили этого петуха и подарили родителям, чтобы в доме всегда был достаток. Все, что осталось на память о моей семье, — нелепый петух с кривым клювом.

Хотя нет, не все. Вместо командирского блокнота к деревянному планшету был прикреплен альбом для рисования, который я нашел в комнате Майи. Последние страницы занимали ее рисунки: кошка, которая жмурилась на солнце, качели за окном. Старые вишни.

Подумал о вишнях, а увидел карие глаза. Алейдис и не подозревает, как ясно ее глаза выдают все ее чувства, никаких слов не нужно. Я отлично помню девчонку с затвердевшим лицом, чьи грозовые глаза прожигают меня насквозь. И девчонку, чей взгляд подернут поволокой страсти…

Я тряхнул головой. Так, Тайлер, соберись, дубина. Нашел время! Здесь и на секунду нельзя расслабляться. Север сделался слишком опасным местом. От щитов остались одни ошметки, и граница на всем протяжении удерживается только силами одаренных и их отрядов.

Из двух крупных гарнизонов, что прежде держали оборону, сохранился только один и цепь палаточных лагерей, протянувшихся с востока на запад.

Что ни день, то прорывы. Твари лезли поодиночке и группами. Порой случались затишья на сутки-двое, и молодые рекруты приободрялись, тешили себя надеждой, что теперь дело пойдет на лад, но передышки скоро заканчивались.

Свои несколько часов, положенные для отдыха, я потратил на то, чтобы добраться до гарнизона полковника Дейрона. Не знаю, что я надеялся найти на пепелище, но помнил об обещании, данном Алейдис: постараться найти доказательства невиновности ее отца.

Пока самым ценным моим приобретением за сегодняшний день стала куколка.

Я перегнулся через обломок стены и посмотрел на переминающегося с ноги на ногу пожилого вояку, который взялся показать мне дорогу. Он держал под уздцы наших лошадей и оставался начеку, прислушиваясь к каждому звуку. Лус сразу отреагировал, поднял голову:

— Командир, а че мы ищем-то? Если че, так вы не молчите, говорите — вместе покумекаем. Или до сумерек нам тут торчать? Может, домой?

Домой. Я усмехнулся. Для кого-то раскинувшийся на краю леса у замерзшей речушки лагерь стал домом. За прошедшие три недели я успел обвыкнуться настолько, чтобы не чувствовать себя новичком, но и старожилом себя не ощущал.

Хорошо, что под командование мне отдали зеленых рекрутов, только-только прибывших для подкрепления. Они своей тени боялись, шарахались от каждого звука и ходили за мной, как цыплята за наседкой. Как все знакомо!

В первый день я смотрел, как эти недотепы обращаются с оружием, и только головой качал. Как они еще друг друга не проткнули копьями на тренировке? Работы непочатый край! Но тем лучше — займу голову, чтобы не думать постоянно о девчонке с глазами-вишнями и сталью в волосах.

Я еще помню свою растерянность, когда я ждал ее минута за минутой, задыхаясь в пропитанной медикаментами палате. Я впервые чувствовал себя таким слабым. Таким жалким. Я не хотел, чтобы она видела меня таким. И все равно ждал.

Однако вместо Алейдис пришел Ярс, притащил стул, оседлал его, повернув спинкой вперед. Выскреб из кармана горсть орехов и высыпал на покрывало рядом с моей головой.

Я лежал на животе, разодранную спину закрывала смоченная травяным настоем простыня. Лекарства приносили облегчение, но раны все равно пекло. Я злился. Я хотел видеть Алейдис. Где она?

Я смел орехи на пол, и они запрыгали по дощатому полу.

— Достал, Ярс. Я уже их жрать не могу!

Ярс невозмутимо пожал плечами.

— Ну, знаешь, мейстер Шоах заказывает из города только орехи.

Что-то новенькое! Откровение от Ярса. Я аж голову приподнял от подушки.

— Ты перехватываешь поставки для препода?

Ярс расхохотался, заставив и меня улыбнуться.

— Ярс, зараза! Хорош ржать! Больно смеяться!

— Так не смейся! Видел бы ты свою рожу. Лежит, страдает. Мученик!

— Отвали!

— Или ты для Аль готовил физиономию. Чтобы она зашла и сразу рухнула на пол у твоих ног, лобзая твои хладные члены... А-а! Бездна! Смотри-ка, ожил!

Орал он, уже лежа на полу, куда я его опрокинул, дернув за ножку стула. Плечо теперь горело огнем, но я чувствовал мрачное удовлетворение.

Ронан. Лесли. Веела. Визуал героев

Я знаю, что многие хотели бы посмотреть на героев, которые с нами уже с первой части и хорошо нам знакомы. Рада представить звено Алейдис! На визуале герои до того, как они попали в Академию Тирн-а-Тор

Ронан, как мы помним, сын рыбака



Лесли помогал родителям в скобяной лавке



А чья дочь Веела, думаю, напоминать не надо ))

Глава 2

Алейдис

Мейстер Григ развешивал на кронштейнах плакаты со схемами и напевал под нос. Напевал, точно, я не ослышалась!

Мы с Веелой переглянулись с одинаковым недоумением в глазах. С другой стороны, лучше уж пусть напевает, чем ворчит и скрипит, как мейстер Шоах.

На каждом плакате крупными буквами сверху было написано: «Взаимодействие в тройках», а ниже перечислялись различные дары и то, как они усиливают друг друга.

— Обратите внимание на дар предвиденья! — Дженсен кончиком карандаша гордо указал на собственный дар — один из девяти, которые мы станем изучать сегодня.

— Попрошу тишины! — встрепенулся мейстер Григ, видно, сообразив, что лекция давно началась, а он слишком увлекся обустройством аудитории. — Уверен, многие из вас удивлены, что в расписании появился новый предмет. Все привыкли, что тактику изучают на втором курсе, но в связи с последними событиями, а именно с нестабильной ситуацией на севере, ректор Кронт принял решение передвинуть дисциплину на второй семестр первого года. Не помешает, знаете ли!

— Это что же? Нам теперь в конце года еще и тактику сдавать? — проворчал Ронан, за что мы с Вель, не сговариваясь, с обеих сторон ткнули его локтями в ребра.

Ронан на наши тычки отреагировал как на комариные укусы: вроде почесывается, но сильно-то и не мешает. Однако намек он понял, почесал в затылке и притих.

Прошло уже три недели! Три недели, как Тайлер уехал на Границу!

Оказывается, с постоянной тупой болью, поселившейся в области сердца, можно жить. Лишь иногда наваливалось опустошение, и черная дыра в моей душе засасывала одним махом всю радость, весь свет, но я вдыхала, выдыхала и напоминала себе, что Тай жив. Он сильный, смелый, ни одной твари не по зубам!

Князь Лэггер покинул Академию, ничего не объяснив. Он не сказал, когда его ждать.

— Он всегда так делает, — вздохнула Веела, когда я пыталась расспросить ее о планах отца. — Может быть, поехал во дворец договариваться о двойной свадьбе. Может быть, рванул на границу. Он посвятит нас в свои планы, если посчитает нужным.

Противоядие каждый первый день недели привозил гонец от князя. Ни разу не опоздал. Вчера разыгралась буря, но всадник на мокром от снега коне добрался до ворот Академии, дождался, пока я выйду к нему и на его глазах опустошу флакон, и лишь тогда без сил опустился на землю.

Странно было после всего возвращаться к обычной учебе, к тренировкам и практикумам, но ничего другого не оставалось. Я даже радовалась возможности отвлечься на лекции и семинары. Сегодня вот утром в расписании неожиданно обнаружилась новая дисциплина — тактика.

Я раскрыла чистую тетрадь и приготовилась записывать.

— Как вы все хорошо знаете, одаренные на границы и в гарнизоны подбираются с учетом дара: где он окажется полезней. Скажу простыми словами. Если это дар дышать под водой, нет никакого смысла отправлять такого офицера в пустыню или степи.

— Да знаем мы, знаем, — ворчал Рон, но потихоньку: не то чтобы опасаясь новых тычков, скорее не желая расстраивать Вель. — Кто же этого не знает-то? А меня вот бесполезно слать на моря. Что я там подожгу? Воду?

— Тактика помогает формировать состав гарнизонов наиболее эффективным образом, — продолжал преподаватель. — Кто мне скажет, какой минимальный состав офицеров-одаренных может быть на опорном пункте во время активных боевых действий?

Барри поднял руку и запрыгал на месте. Другие кадеты смотрели на него со скучающим видом, потому что вопрос, в общем-то, не требовал ответа: на каждом плакате, повешенном в аудитории, говорилось о тройках.

— Три! Три человека! — крикнул он, дождавшись кивка мейстера, и оглянулся с торжествующей улыбкой.

— Барри, медаль тебе, — беззлобно усмехнулся Атти. — Выдам. После занятия.

А я невольно снова потянулась мыслями на границу, к Тайлеру. Временно прикомандированные к академии молодые офицеры рассказали, как теперь устроена оборона: крошечные палаточные лагеря выстроились в линию с востока на запад. Отряды днем и ночью отражают атаки тварей, которые все лезут и лезут с бесплодных земель.

Сколько одаренных в лагере, куда попал Тайлер? Неужели всего трое? Как же они справятся, если твари попрут напролом?

Я дотронулась до груди, где под плотной кожей форменной куртки пряталось серебряное колечко: я подвесила его на шнурок на шею, чтобы подарок Тая всегда был со мной.

Только перед тренировками приходилось незаметно снимать его и убирать в карман, подальше от любопытных глаз, после того как во время рукопашного боя с Ярсом случилась неприятность.

Теперь мое звено тренировал Ярс. Меня он гонял особенно усердно, будто таким образом держал слово, данное Тайлеру. Вот, мол, дружище, смотри, спуску ей не даю, приглядываю в оба.

И если с Ронаном, Веелой, даже с Лесли разговор был короткий: показать новый прием, отработать пару раз, отпустить восвояси спарринговаться с одногруппниками, то меня он кидал и бросал до искр из глаз.

— Ярс, хочешь прибить, так и скажи! — прошипела я, в десятый раз пытаясь увернуться от летящей в мою сторону ладони: я шутила, конечно, но нервно, так как в теле ныла каждая мышца.

— Если бы я хотел тебя прибить, то ты бы уже лежала, — хмыкнул Ярс, у него даже дыхание не сбилось. — А вот если хочешь, чтобы я перестал, придется постараться!

Глава 3

Руку поднял кадет Герон из группы эфора Навье. Мейстер Григ вытянул ладонь в его сторону, приглашая говорить.

— Мы видим здесь дар предвиденья, дар скорости и дар огня, — задумчиво произнес Герон. — На самом деле я думаю, что дар предвиденья не помешал бы ни одной тройке, повезет тем, кто заполучит в свои ряды такого одаренного.

Дженсен приосанился под обращенными к нему завистливыми взглядами, будто его дар был его личной заслугой, а не результатом случайного каприза судьбы.

— Продолжай. Как они могут взаимодействовать?

— Да проще простого. Офицер с даром предвиденья предугадывает атаки тварей и координирует группу. Маг огня наносит упреждающие удары еще до начала броска. А дар скорости… Я не знаю. Хватает гляделку за шиворот и таскает за собой, чтобы твари его не укокошили раньше времени?

Первогодки грохнули от смеха. Расхохотался даже мейстер Григ. Новый преподаватель нравился мне с каждой минутой все сильнее, тем более что я знала, что они с мейстери Луэ хорошие знакомые.

— Сам ты гляделка! — прошипел Дженсен.

— Почти верно, — согласился мейстер Григ, когда кадеты успокоились. — Офицер с даром скорости перемещается в тыл противника, наносит урон с помощью стика и уходит из-под атак. Дар скорости чем-то схож с даром мерцающего.

Ведь писала я спокойно в тетради. Как теперь усмирить летящее галопом сердце? Конечно, я немедленно представила Тайлера в настоящем бою — нос к носу с тварью. Темные волосы разметались от ветра, лоб пересекает свежая царапина, рука твердо сжимает стик. Как страшно за него!

— Можно спросить? — подал голос Миромир.

— Для этого мы здесь и собрались — задавать вопросы, узнавать новое и учиться.

— Я сейчас подумал, что всех нас с самого начала не просто так разбивают по звеньям.

— Ты совершенно прав, — согласился с ним мейстер Григ. — Каждое звено — прообраз боевой тройки, где вы учитесь взаимодействовать в команде, используя сильные стороны друг друга. Когда Академия только создавалась и командование еще плохо представляло, как именно лучше строить защиту границ, казалось, что именно боевые тройки станут основой обороны. Уже позже появились укрепленные гарнизоны и привычная нам военная организация.

Ронан пыхтел, старательно записывая незнакомые для него слова. Он вдруг замер и спросил вслух, ни к кому не обращаясь, однако его гулкий голос разнесся по аудитории.

— Что-то я не понял. В звене четыре человека, не три…

— Хорошо, что ты обратил на это внимание, кадет Толт, — сказал преподаватель. — По статистике каждый четвертый выпускник Академии гибнет на службе в первые три месяца. При формировании команд с самого начала заложен этот фактор. Увы…

Он обвел взглядом притихших кадетов, будто мог разглядеть на лицах предначертанное им будущее.

— У Колояра вон уже тройка, — зло бросил чей-то голос с верхних рядов. — Так что все логично.

Спина Вернона закаменела.

— Против статистики не попрешь, — заявил он как ни в чем не бывало: если его и мучила совесть за гибель Чеса, вида он не подал.

С нижнего ряда обернулся Лесли и поглядел на меня в упор. Дар у Лейса все еще не открылся, хотя на первом курсе с началом практикумов новые дары проявлялись чуть ли не каждый день. Некоторые звенья могли похвастаться тем, что они превратились в настоящие боевые команды.

Звено Миромира, например. У него самого открылся дар электрокинеза — он повелевал молниями! Такая мощь! Мейви управляла растениями. Казалось бы, ерунда — травки, цветочки. Но когда из-под земли мгновенно выстреливали острые ветви и прошивали бестию насквозь, подшучивать над даром стеснительной кудряшки уже никому не хотелось. Еще у двух парней пробудились хоть и не редкие, но нужные дары: мгновенного затемнения и невидимости.

Я и радовалась за Миромира, и завидовала немного — что уж.

Лесли усмехнулся и, не тратя слов, уставил на меня указательный палец: «Это будешь ты!» Я только фыркнула: спорить с этим придурком я не собиралась, зато Рон дотянулся до выставленного пальца Лейса и с хрустом выгнул его, заставив Лесли заорать.

— Кадет Толт, кадет Лейс, что там у вас происходит? — рявкнул мейстер Григ.

— Дар Лесли рвется наружу, — мрачно пояснил Ронан, и кадеты снова попадали от смеха.

— Какая у нас веселая получилась лекция, — саркастически усмехнулся преподаватель. — Никогда не думал, что тактика настолько забавная дисциплина. Чтобы вам стало еще веселей, к следующему занятию каждый подготовит доклад с примерами того, как различные дары в бою могут мешать друг другу. На пяти стандартных листах. Командирам звеньев проверить готовность.

— У-у-у, — протянули все и уставились на Ронана и Лесли, который держал во рту опухший палец.

Последующие полчаса в аудитории раздавался лишь скрип перьев по бумаге: мейстер Григ разбирал тройки — мы записывали.

— Можно еще вопрос? — снова подал голос Миромир. — Раз уж зашел разговор о первых годах существования Академии. Я нашел в библиотечном архиве подшивку старых учебных программ. Им лет уж сто, наверное, чуть ли не на листы распались в моих руках.

— Библиотекари тебя за это по головке не погладят, — улыбнулся преподаватель.

Глава 4

Мороз щипал кожу сквозь перчатки. В центре лагеря ярко полыхал костер, но его жар не дотягивался до узкой площадки между кромкой леса и последней палаткой, где я устроил внезапную вечернюю тренировку для троих зеленых рекрутов.

По их милости группа, отправленная в дневной дозор, едва не погибла: Джар, Гел и Мик бежали, испугавшись скела, выскочившего из тумана. К счастью, прорвалась лишь одна тварь и лейтенант Орем с ней быстро разделалась. Но спускать трусость нельзя. И парней не извинял тот факт, что всем троим едва исполнилось восемнадцать.

— Проклятье. — Капитан потер лоб, иссеченный морщинами. — Что мне делать с этими идиотами? По закону я должен устроить показательную казнь, но людей и так не хватает. Рекруты гибнут день через день. Смерть еще троих точно не поможет Империи, зато твари нас за это поблагодарят.

— Высечь? — небрежно предложила Орем.

Она стояла, опершись на стол, и поигрывала кинжалом, подбрасывала и ловила, глядя, как свет лампады отражается в лезвии. Герти Орем выпустилась из Тирн-а-Торн в прошлом году. Я еще помню ее девушкой с длинными светлыми волосами и не таким суровым взглядом. Герти, как многие женщины-лейтенанты, коротко обстриглась, оставив ежик. Прическа, впрочем, ее не портила.

Мы собрались на совет в штабную палатку, длинную и широкую, рассчитанную на большее количество офицеров. В лагере нас четверо. Капитан Кирр с даром телекинеза. Герти с даром иллюзий. Мой однокурсник, Авис Тронт, с которым мы прибыли вместе, умеет замедлять время на несколько секунд. Сейчас он со своим отрядом отправился в обход приграничных территорий. И я. Ставший для капитана некоторым разочарованием, когда он узнал, что мой основной дар — мерцающий.

— Я ждал оградителя, — признался он, пожимая мне руку при встрече. — Мне обещали прислать оградителя. Этот участок границы совершенно оголен…

— Я оградитель… в некотором роде.

Капитан только отмахнулся.

— Себя бы защитил! Наприсылают детей! Не скрипи зубами, боец. Не нравится? Так докажи, что вышел из младенческого возраста!

Я промолчал. Глупо доказывать словами, стану доказывать делами.

Четверо офицеров, под началом каждого отряд из тридцати человек, — вот и весь опорный пункт, защищающий участок границы в несколько километров. В нашем лагере не было даже целителя, лишь огромный запас флаконов жильника и бинтов. Целитель — в соседнем лагере. Довезут до него — повезло, а нет — не обессудь.

— Все-таки предлагаю высечь, — напомнила Герти. — Дураков учат.

У меня после ее слов отчаянно зачесалась спина между лопаток.

— Дураков учат, — согласился я. — Но кому пойдет на пользу, если три боевые единицы надолго выйдут из строя? Еще к целителю тащить придется. Я предлагаю другое наказание…

И, по известному каждому офицеру выражению «инициатива имеет инициатора», мне же и пришлось заняться «наказанием». О чем я пожалел уже спустя пять минут.

Три деревенских дуралея, которые раньше выходили на бой разве что с гусями, тряслись и жались к деревьям.

Джар прижимал к животу копье, Гел сжимал в трясущихся руках флягу с черной крышкой, и я изо всех сил надеялся, что он не выпустит ее из пальцев раньше времени. Мику, как самому спокойному из тройки, я доверил арбалет.

— Так, парни, помните: после появления твари, у вас есть пять секунд, прежде чем она вырвет вам позвоночник. Либо вы ее, либо она вас. Лейтенанта Орем может не оказаться рядом в следующий раз, чтобы прикрыть ваши задницы! Бегом ко мне!

Я выстроил троицу лицом к лесу.

— Мик, выстрел по моей команде! Гел, не урони разрыв-воду себе на ногу! Джар, твоя цель не убить бестию, а замедлить, пока офицер не прикончит тварь стиком. Бей в суставы, а не в мясо!

Трясущиеся рекруты сгрудились, подперли друг друга плечами. Придурки. Правильно, встаньте ближе друг к другу, чтобы бестии сподручнее было с вами расправиться.

— Рассредоточиться! — рявкнул я.

Всеблагой, за что мне это! Я еще на первогодков ворчал. Да они по сравнению с этим олухами образец ума и выдержанности.

Из леса неторопливо вышел дрэгон. И неважно, что каменные драконы живут только в жарких пустынях. Парням об этом знать необязательно, а для тренировки сойдет. Конечно, дрэгон был лишь иллюзией, которую творила Герти, спрятавшаяся за чахлыми кустарниками, — в темноте, в темной форме ее не разглядеть.

Мик заорал и выпустил болт, слишком поспешно, не целясь. Болт врылся в мерзлую землю.

— Перезаряжай! — рыкнул я.

— З-заклинило, командир!

Фляга с разрыв-водой перелетела через голову дрэгона и разбилась о ствол осины. Раздался взрыв. Наши головы осыпало древесной щепой и трухой. Ствол с натужным скрежетом завалился набок. Гел зарылся в подсумке, силясь выудить из нее новую флягу.

Джар выставил копье и, извергая ругательства, ринулся на бестию. Не в противоположную сторону. Уже хорошо! Из парня со временем выйдет толк. Он успел нанести три удара, не сообразив даже, что острие копья протыкает воздух.

— Стоп! — крикнул я, и дрэгон растаял в воздухе. — Парни, вернулись на позиции! Начинаем сначала! Строго по моей команде. Сначала арбалетный болт. Следом разрыв-вода. Следом атака копьем. Вы мешаете друг другу, а должны помогать.

Глава 5

Алейдис

Пронеслась еще неделя. Еще семь дней без Тайлера. Хорошо, что лекции, тренировки и практикумы занимали все время и не давали провалиться в тоску.

Сезон когтей и клыков был в самом разгаре. Мое звено под руководством Ярса завалило снежного армера. Пространственный карман в этот раз в точности повторял кусочек северной природы. Чахлые низкорослые деревца, болотистая почва, покрытая корочкой льда, кочки с поникшей травой. У меня аж сердце сжалось от острого чувства узнавания. Я будто оказалась дома.

Армер, покрытый колючей шерстью, похожей на снежную бахрому, вынырнул из сугроба совершенно неожиданно. Но еще неожиданней стал бросок Лесли вперед.

— На этот раз моя очередь! — вопил он, размахивая стиком. — Я смотрю твари в глаза! А вы страхуйте!

Он очень старался меня обскакать.

— О чем это он? — удивился Ярс. — Лесли, ты сдурел? А ну быстро отступил! Это приказ!

Но в Лесли словно демон Бездны вселился. Похоже, он был доведен до отчаяния насмешками однокурсников. Вот только его поступок больше смахивал на безумие, чем на смелость.

Ярс выругался и бросился наперерез Лесли, вытащил его из-под носа армера, пока Веела отвлекала тварь иллюзорными птицами, что с криками пикировали с высоты и носились перед глазами бестии.

— Ронан, давай! — дал отмашку Ярс, навалившись на обмякшего Лесли и прижав его к земле.

Жаркое алое пламя не оставило от армера и следа, превратив его в воду и пар: тварь полностью состояла из льда.

— Еще раз!.. — угрожающе прошипел Ярс, нависнув над поскуливающим Лесли. — Еще раз подставишь команду, своими руками задушу! Ты не только своей головой рискуешь, придурок!

Он встал и поднял Лейса за воротник, прежде чем выпустить, еще и встряхнул хорошенько.

— Хочешь повторить судьбу Чеса? Ну?

— Н-нет… Но это нечестно!

— Что именно?

— Командир Эйсхард прикрывал кадета Дейрон, чтобы она смотрела тварям в глаза. Это помогает раскрыть дар.

Ярс вскинул на меня изумленный взгляд. Он не знал всех подробностей, но догадался, что у Тайлера была веская причина пойти на этот сумасшедший риск.

— Хм… Ну видишь — не сработало! — просто объяснил он.

— Ну да, — вздохнул Лесли.

Казалось, время заколдовано — я даже не замечала, как сменялись дни, и лишь отмечала начало новой недели, потому что в этот день ждала гонца с порцией противоядия.

В Академию пришла весть о гибели кадета Нарлиса. Вернее, теперь уже лейтенанта Нарлиса, ушедшего на границу в числе двадцати пяти третьекурсников. Я знала про него только, что он вызвался сам, отправился добровольцем, и вот теперь осталось лишь имя на Стене Памяти.

Легко можно было догадаться, о чем я думаю, когда смотрю на свежую надпись на кирпичной стене.

Веела протолкалась ко мне сквозь толпу первогодков и стиснула мои пальцы.

— Конечно, прозвучит ужасно, но я сейчас больше радуюсь, чем грущу, — призналась она. — Как будто каждая чужая смерть дарит командиру Эйсхарду больше шансов остаться в живых.

— Это не так работает, — вздохнула я. — Но с ним точно ничего не случится! Я это знаю!

— Да, и я знаю, — согласилась Веела, отведя взгляд.

Врушка!

Я схватила ее за локоть и потащила за собой в ответвление коридора, подальше от любопытных ушей.

— Почему ты такая спокойная? — не выдержала я. — Будто ничего особенного не происходит! Будто…

Я разнервничалась и с трудом подбирала слова.

— Словно это просто учеба! И все так и будет идти! Экзамены, практикумы… А я все время себя чувствую так, точно над моей головой висит меч! Не знаю, чего еще ждать от твоего отца! И где он вообще? И свадьба эта. Я не верю, все еще не верю, что все случится на самом деле.

Веела грустно смотрела на меня и не перебивала.

— А Ронан? Каково ему? Тебе его не жалко?

— Жалко — это неправильное слово, Аль, — тихо ответила Веела. — Ронан все знает и все понимает. Он не дурак.

Она пожала плечами.

— Наверное, так легче нам обоим — притворяться, будто впереди если не целая жизнь, то хотя бы несколько лет вместе: пока учимся.

Вель поглядела на меня в упор и сказала с горечью:

— Не одной тебе плохо, Алейдис. Но я знала, на что иду. Я сама дала согласие. Так что же теперь? К тому же… Наверное, я всегда понимала, что моя судьба предопределена с рождения, как ни рыпайся. Просто я решила жить здесь и сейчас, вот и все.

Веела взяла меня за обе руки.

— Ну а ты? С тех пор, как ты узнала, что одаренная, разве не поняла, что выбора у тебя нет? Мы не свободны. Ни ты, ни я!

Я тяжело дышала, но молчала, признавая ее правоту. Проклятье. Проклятье!

— После замужества мы станем сестрами.

— Я даже думать об этом не желаю! Об этом гребаном замужестве! О гребаном принце! О гребаном Импе…

Глава 6

Сегодня особенно тяжело было выносить лекцию мейстера Шоаха, негромкий голос преподавателя, шуршание листов, которые он перекладывал с места на место. Я бы отнесла лекции по истории к особо изощренным пыткам и наказывала бы проштрафившихся кадетов вместо карцера дополнительными часами занятий.

Я вся изъерзалась на месте. Начинала писать и бросала.

«Скоро!» — это слово горело огненными буквами перед моими глазами.

Зная любовь князя к безжалостным играм, я не сомневалась, что он приготовил для себя отменное развлечение. И к тому же куда-то запропастилась Веела: после завтрака она собиралась забрать из комнаты сумку с учебниками, но в аудитории так и не появилась.

Впрочем, ни я, ни Ронан, который сидел как на иголках, не сомневались, что Вель вызвал отец.

— Чего он от нее хочет? — в десятый раз за полчаса спросил Рон, чем снова приковал к себе недовольный взгляд преподавателя.

Ронан очень старался говорить тихо, но его гулкий голос просто не приспособлен для шепота. В такие секунды я вздыхала о счастливых деньках, когда Рон держал рот на замке, чтобы не подпалить Академию.

— Я не знаю, Рон, — терпеливо ответила я снова. — Правда. За последние несколько минут новой информации у меня не появилось!

Однокурсники оборачивались на нас и делали страшные глаза: «Да заткнитесь вы уже! А то оставят весь курс на дополнительную лекцию!»

— Давайте запишем годы правления императора Солара, — проскрипел мейстер Шоах. — И постепенно приступим к разбору деяний этого, несомненно, достойнейшего правителя. Отца нашего нынешнего императора — Аврелиана. Итак…

Уши заложило от душераздирающего воя, звук, казалось, проникал под кожу, заставляя вибрировать даже кости. Кадеты зажимали уши и в панике подпрыгивали с мест. Вскочили и мы с Роном. Все крутили головами и ничего не понимали. Мейстер Шоах, однако, сохранял удивительное спокойствие.

Сирена орала несколько секунд, а когда стихла, в голове еще продолжался звон.

— Что это было? Что за хрень! Всеблагой, я чуть булыжников не наложил! — одновременно заговорили первогодки.

— Давненько я не слышал сигнала к экстренному сбору всех кадетов, — покачал головой мейстер Шоах, неторопливо складывая свои разрозненные листочки с записями.

Его спокойствие и нас слегка привело в чувство.

— В последний раз слышал, когда сам еще был кадетом. Тогда молодой мейстер неумело наложил стазис на клетки, заклинание развеялось, твари сбежали. К счастью, из зала, где содержатся бестии второго класса опасности, но все равно тогда погибло несколько первогодков и парочка эфоров, которые пытались их защитить.

От невозмутимого тона мейстера Шоаха у меня волосы зашевелились на голове. И ладно бы это просто была страшная история, из разряда тех, какими преподаватели любят пугать беспечных кадетов, но мы только что слышали сирену, а значит, стряслось что-то жуткое.

— А сейчас-то что случилось? — Мейви задала вопрос, который вертелся на языке у всех.

Она испуганно прижималась к Миромиру, на кончиках его пальцев плясали электрические искры.

— Эй, Мир, молниями только здесь не швыряйся! — охладил его пыл Атти.

Мейстер Шоах пытался еще что-то сказать, но его слова утонул в общем гомоне.

— Всем молчать! — рявкнул Ронан.

Вот и пригодился его командный голос. Вмиг установилась тишина и мы услышали преподавателя:

— Ждите своих эфоров! Они отведут вас к месту общего сбора, где всем дадут дальнейшие указания.

Долго ждать не пришлось. Ярс ворвался в аудиторию одним из первых. Обшарил взглядом ряды и слегка успокоился, только увидев меня. Что он успел вообразить? Что князь Лэггер уже скармливает меня тварям по частям?

Вот как пить дать, без сиятельства не обошлось!

— Группа, ко мне, построиться!

На пороге появился эфор Хоффман, за ним эфор Навье. Бледные, встревоженные, они тоже ничего не понимали. Возникла суматоха, когда кадеты устремились к своим командирам, они толкались и создавали давку.

Резкие, короткие приказы не сразу смогли навести порядок. Ронан схватил меня за руку и поволок за собой, расталкивая однокурсников широкой грудью, как носом корабля.

— Куда мы? — спросила я у Ярса.

Он, словно курица-наседка, смотрел поверх голов и пересчитывал своих желторотиков. Или как ястреб. Да, пожалуй, на ястреба он больше похож.

— Приказано вывести во двор перед центральными воротами, — бросил он. — Из здания Академии.

Рон выругался. И мне тоже очень хотелось повторить отборную рыбацкую брань. Вывести из Академии — значит, сейчас оставаться в ее стенах опасно!

— Ты видел Вель?

— Бездна! Я думаю, кого я никак не досчитаюсь! — Ярс скрипнул зубами. — Не видел. Но уверен, что она в безопасности!

Он бросил на меня выразительный взгляд, не хуже меня понимая, что князь Лэггер не подвергнет риску собственную дочь. Хотя бы потому, что у него на Веелу большие планы!

— За мной! Вперед! — раздались команды.

Глава 7

Ректор Кронт сделал шаг вперед, и разговоры резко смолкли: сказывалась не только выучка — всем не терпелось узнать, почему сработал сигнал тревоги, зачем нас согнали на внутренний двор и какую бумагу сжимает в руках начальник Академии.

Прежде чем начать, ректор быстро посмотрел на князя Лэггера, и столько ненависти сквозило в этом взгляде, что у меня зашлось сердце.

— Буду краток, — сказал он. — У меня в руках приказ его величества императора Аврелиана V о возобновлении практики выездов на передовую для звеньев, проявивших слаженность, командную работу и доказавших высокий уровень боевой подготовки.

Тишина взорвалась негромкими возгласами. После лекции мейстера Грига я готовилась к чему-то подобному, но все равно по венам пробежала горячая волна. Я не могла смотреть на растерянные лица однокурсников, чувствуя свою вину. Если бы не одна-единственная одаренная с запретным даром, который можно проверить только на границе, ничего бы в укладе Академии не изменилось. Тошно от этой мысли.

Князь Лэггер, скрестив руки на груди, пристально наблюдал за реакцией кадетов. Он улыбался. Происходящее его веселило.

— Практику на передовой следует воспринимать как поощрение! — продолжал мейстер Кронт. — Получив реальный боевой опыт, вы будете лучше подготовлены к службе!

— Я не понял, это что за поощрение такое для лучших звеньев? — проворчал Меррит. — Больше смахивает на наказание. Нет, спасибо, я в этом не участвую.

— Практика продлится несколько дней под присмотром младших офицеров. Вопросы?

Вверх взметнулось несколько рук.

— Да, эфор Ярс, спрашивайте.

— Как станут выбирать лучших из лучших? Какие критерии покажут слаженность, командную работу и боевую подготовку?

Ярс задал вопрос, волновавший многих, судя по тому, что кадеты опустили руки и приготовились слушать.

— Как раз с этим связано мое второе важное объявление. — Лицо ректора затвердело, и, как мне показалось, он скрывал бессильную злобу. — Внутри стен Тирн-а-Тор на свободе разгуливают пять тварей Изнанки.

— Сбежали? — ахнула незнакомая девчонка-второкурсница.

— Нет. — Ректор на мгновение стиснул челюсти. — Мы выпустили их, чтобы проверить подготовку звеньев в условиях, приближенных к боевым. Вы все не по одному разу сражались с тварями на практикумах, мы лишь добавили в учебную программу элемент неожиданности.

Мейстер Кронт говорил уверенно, но я ясно видела, что происходящее ему не по душе. Академия Тирн-а-Тор десятилетиями готовила отличных офицеров. Зачем ломать то, что работает?

— Он только все портит… — прошептала Веела, но смотрела не на ректора, а на отца.

— Идиотизм, — негромко сказал эфор Навье.

Негромко, но отчетливо. По рядам пронесся неровный вздох. Никто не решился подхватить меткое словцо третьекурсника, но и по горящим взглядам кадетов становилось понятно, что они согласны с Навье.

Еще не бунт, но уже дрожь в фундаменте. Та самая, что предшествует трещине.

Князь Лэггер выступил вперед. Я так и знала, что он не сможет долго наблюдать из тени.

— Эфор Ярс спрашивал о критериях? Я отвечу. Никаких критериев — чье звено первым обезвредит тварь, то и будет считаться достойным поощрения! Что за кислые лица? Не военная академия, а какой-то пансионат благородных девиц! Не будущие воины, а изнеженные барышни! Еще немного, и начнете жаловаться на холодный компот и несладкую кашу!

У меня все внутри клокотало от ненависти, руки сами собой сжались в кулаки. Я никогда не роптала на тяжелые тренировки, на изматывающие практикумы, а ведь надо было еще и выкраивать время на подготовку домашних заданий и готовиться к семинарам. Я понимала, что все это нужно. Но то, что затеял князь Лэггер, это даже не идиотизм, это высшая степень пренебрежения. К нашим жизням, к самой идее служения Империи.

— Сейчас вы пойдете, отыщете тварей и разберетесь с ними! — крикнул князь Лэггер.

Ректор Кронт вскинул руку, и поднявшийся было ропот снова стих. Его еще слушались. Ему верили.

— В здание Академии зайдут только те звенья, которые готовы рискнуть. У вас есть пять минут, чтобы посовещаться и принять решение.

Взгляды ректора и князя Лэггера схлестнулись, как два боевых стика. Ректор Кронт снова нас защищал. Сиятельство явно не ожидал такого поворота событий и побелел от ярости. Он отыскал меня глазами в толпе первогодков и сказал:

— Однако последнее слово остается за командиром звена! Ну же, пришла пора определиться, кто вы: девчушки в платьях с оборками, что падают в обморок от одного упоминания тварей Изнанки, или бойцы? Решайте!

— Мы пойдем безоружными? — спросил третьекурсник.

Его звено уже сплотилось вокруг него, двое парней, наклонившись друг к другу, обсуждали стратегию.

— Вам выдадут боевые стики. — Ректор Кронт указал под навес, и все только сейчас увидели ящики, окованные железом, в каких обычно перевозили стики.

— Моя группа, — возвысил голос эфор Хоффман. — Я настоятельно рекомендую вам не ходить! Ждите здесь, пока старший курс разберется с бестиями!

Рядом с нами в звене Атти горячо спорили, стоит ли рисковать.

Глава 8

Мы склонились над ящиком, где лежали учебные стики, которые мы и раньше использовали на тренировках, обычные стальные палки без индивидуальных черт — узоров, гравировки. Выбрала тот, что выглядел покрепче. Тайлер объяснял, на что стоит обратить внимание: на то, как легко выдвигаются сочленения, как плотно они прилегают друг к другу, нет ли пятнышек ржавчины на лезвии. Я несколько раз сложила и разложила оружие, на острие поблескивала желтая пленка яда. Неплохой стик. Я протянула его Лесли.

— Держи.

Лейс вскинул брови и посмотрел недоверчиво.

— Тем куском железа, который ты выбрал, можно разве что крысу прибить, и то не наверняка, — хмыкнула я.

Раз уж я вынудила Лейса идти с командой, надо хотя бы позаботиться о его безопасности.

У ящиков с оружием, толкаясь плечами, смешались звенья старшекурсников. Веела, пользуясь суматохой, прошептала мне на ухо:

— Идем в библиотеку.

Ее рука скользнула в карман моей куртки, и я, опустив туда следом пальцы, нащупала крошечный флакончик. Сложить кусочки мозаики оказалось нетрудно: князь Лэггер все предусмотрел.

— Флаконов только два, — сказала Вель, будто извиняясь.

Само собой, сиятельство лишней капли крови не потратит на Ронана или Лесли, их жизни его мало интересуют.

— Кто? — спросила я, имея в виду тварь.

— Скальный вивр.

Заранее никому не сообщили, какие бестии теперь бесконтрольно разгуливают по Академии, громя аудитории. Они могут быть где угодно — в столовой, в комнатах кадетов, в крыле целителя. Мало их обезвредить, потом неделями придется приводить помещения в порядок. Но нам князь подготовил подарок — спасибо, ленточкой не перевязал: назвал бестию, указал место и вручил флаконы с кровью хозяина.

Скальный вивр. Водится на Западе, на границе Рекрутских гор. Огромная летучая мышь с когтями на кончиках крыльев, ими она цепляется за уступы скал и опирается на них при ходьбе. Я видела бестию только на иллюстрации в учебнике: для наглядности тварь изобразили уносящей в лапах лошадь. Плохо.

Но в библиотеке ей будет негде развернуться, а тем более взлететь. Хорошо.

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17