Чужая Зима

Пролог

Мороз раскинувшись на расписном стуле с легкой усмешкой следит за братом. Тот подобно юной девке носится по хате выбирая какой кафтан надеть чтобы быть незаметней средь людей. Будто и не понимает он что в любом наряде он выше всех мужиков на добрую голову, да в плечах много шире их.

Сегодня «Громница», сегодня весь люд будет возносить молитвы Перуну с просьбами защитить дом, семью, скот и урожай, сегодня сами высшие силы наделили их властию посетить мир людей да попировать с ними за одним столом. Да не хочется Морозу гуляний сих, слишком ещё сильны воспоминания что терзают его душу, несмотря на то что стынет холодная улыбка на его устах, в душе его лютый холод, там не осталось ничего что связывало бы его с миром людей. Порвалась тонкая ниточка, навсегда погрузив его сердце в пучину боли. Претит разуму их радость, претит сердцу сама жизнь, что продолжается, хотя должна застыть навек. Но он не Бог чтобы артачится, и потому знает, что хоть на миг, хоть на мгновение, а посетить мир людской он должен. Что ж, он противиться не будет, но и задерживаться там не станет.

С рассветом уж в свои права вступит Яр, скоро, совсем скоро уйдут морозы, растают снега, побегут ручейки по черной земле весело звеня и напитывая землю влагою, давая жизнь всему живому. Жизнь наступит. Оживет все, заблагоухает, проснется от зимней спячки, радуясь солнышку и прославляя Богов. Проснутся все, только не Она...Но не стоит поминать былое, особенно если не в силах ничего изменить, как бы не мечталось, он мог многое, многое но не все. Но то его беда была, его горе, его ноша. И не хотелось ему портить радость братову. Любил тот людей, улыбка освещала его лик когда видел он как радуются они солнцу, теплу, как первые цветы тянутся к ласковым теплым лучикам. Хоть и были они одних лет, да не познал Яр еще радости и грусти людской, любви не познал, и потому все в радость было ему.

Яр меж тем облачившись в простую холщевую рубаху замер пред братом.

-Ну как? - Спрашивает он Мороза не сводя с него вопросительного, лукавого взгляда.

Мороз медленно будто издеваясь оглядывает брата.

-Хорош, -цокает он языком, да все ж с местными мало чем схож.

Яр хмурится, а Мороз хохоча рассыпается холодными снежинками, к себе во владения ему надо, время как и люди ждать не будет.

Яр оглядывает себя: простые холщевые штаны, голубая домотканная льняная рубаха с вышивкой у ворота. Чем он не простой мужик? Возможно только излишне нежные ладони, да мягкие рыжие локоны что упругими прядями украшают лик его, выдадут в нем чужестранца, да наверное говор его без бранных слов да плавучий как ручей заставит усомниться что из ближних земель он. Ну так можно же и не говорить, просто посмотреть и незаметно уйти. Яр не был так мягок и раним как думалось Морозу, все ведал он и о боли что съедала душу брата, делая его все бесчеловечнее и равнодушнее. И чем больнее было морозу тем сильнее крепчали морозы, стонали в лед скованные реки, скрипели будто от боли деревья взятые в снежный плен. Крестились люди глядя на разгул стихии.

«Быть беде!» - шептались старики, укутываясь все сильнее в ватники.

А Яр боялся что однажды Мороз не только беду на людей нагонит но и себя погубит, сам не справится со своим холодом и превратившись в ледяные снежинки уж не вернет себе человеческий облик.

Не раз и не два Яр заводил разговор с Морозом, да только останавливал его колкий взгляд и холодное:

«Молчи»

Оставалось надеяться что справится Мороз, что оттает сердце его ледяное.

« Всему нужно время и ему тоже» - успокаивал себя Яр, сам не веря своим словам. А меж тем жернова судьбы уже закрутились наматывая и играя с нитью его судьбы. Но не ведает того Яр, ничего не екает у него в сердце, а если бы ёкнуло, если бы ведал он что ждет его, нарушил бы вековую традицию да в тереме бы у себя остался, ибо наказание Перуна не могло быть страшнее собственного разума и сердца.