Цикл Творений

Глава 1: Лента в волосах

В жизни каждого человека наступает момент, когда он начинает чувствовать себя взрослым. Отец сказал мне, что это случается не в день рождения, этот момент вообще трудно уловить. И все же сегодня мой двенадцатый день рождения.
С этого дня я достаточно взрослая, чтобы работать. Поэтому я буду помогать Грации в ее мастерской. Мы будем шить наряды для продажи торговцам, проезжающим мимо нашей деревни.
Не то чтобы у меня это выходило лучше всего, но так я смогу проводить побольше времени рядом с Грацией. Если уж говорить о том, что у меня отлично получается, так это ломать что-то или метко бросать камни, в этом я точно хороша. Но профессии связанные с тем, в чем я хороша исключительно мужские.
Солнце клонилось к закату, заливая прекрасным и теплым золотистым сиянием улицы нашего Приречья. Сидя на крыльце, я рисовала палкой, как мог бы выглядеть замок, в руинах которого всего год назад мы часто играли с сестрой.
Родители говорят, что Трис, скорее всего, умерла, но я все же думаю, что ее похитил проезжавший мимо торговец, и однажды я обязательно ее отыщу и спасу.
— Что рисуешь?
Грация подошла незаметно, хоть я ее и ждала.
— Развалины. Как они однажды выглядели.
— Красиво — слукавила Грация и тепло улыбнулась.
В своем привычном серо-черном платье мама стояла в лучах заходящего солнца. Ее золотые, как у Трис, волосы слегка раздувал ветер. В руках Грация держала голубую шелковую ленту. Не похоже, что это подарок.
— Мы с папой приготовили для тебя сюрприз, но чтобы он правда был сюрпризом, нужно завязать глаза. — радостно произнесла Грация.
— Сейчас?
Грация обошла меня сзади и аккуратно, но плотно завязала лентой мне глаза.
— Аккуратно, держись за мою руку — тихо сказала Грация.
Ее руки, обычно нежные и теплые, сегодня холодные, но по-прежнему нежные. Потас все время этим восхищается и хвастается перед нами с Трис. Вернее хвастался. Последнее время Потас буквально тонет в алкогольной бездне и не очень разговорчив. Мы почти не общаемся. Он либо на работе, либо мертвецки пьян. Возможно, мне легче переносить разлуку с Трис потому, что я уверена, что это временно.
Пока мы медленно шли куда-то по дороге из деревни, Грация аккуратно придерживала меня за талию и рассказывала как прошел ее день. Но я не могла сосредоточиться на ее рассказе. Нежный теплый ветер приятно обдувал лицо. Интересно, что же там за подарок? Не сказать, что мы богаты, но может быть это конь? Я всегда мечтала о собственном коне, но они очень дорогие и вряд ли родители раскошелятся на коня. Новый наряд? Тоже вряд ли, зачем меня вести куда-то далеко, если можно подарить его дома. Наверное ужин на холме у дуба за Приречьем, в сказках которые мне читала Трис, герои устраивали такие романтические трапезы своим возлюбленным. К тому же, по ощущениям, мы как раз сейчас идем по пшеничному полю перед холмом.
Когда угол наклона земли слегка изменился, я окончательно в этом убедилась. Мы идем к дубу на холме. Грация осторожно, по-прежнему придерживая меня за талию, помогла подняться по небольшой лестнице. Даже соорудила какую-то сценку, может быть они с Потасом подготовили для меня домик на дереве, чтобы я больше не ходила к развалинам, в которых похитили Трис? Но я и так перестала туда ходить после того, как ее не стало. Улыбка не сходила с моего лица, оба варианта казались мне… великолепными. Однако домик на дереве… из такого я, наверное, уже почти выросла, и все же звучит прекрасно.
Грация накинула мне сзади на шею фартук. Видимо, все же ужин, в сказках обязательно прикрывали чем-то грудь, чтобы не запачкать платье. Внезапно за спиной послышался шум и грохот, земля ушла из-под ног. Затем послышался хруст, а за ним тишина.

***
Яркое солнце беспощадно слепит меня и жжет мою кожу. Шея невыносимо болит, тяжело дышать, в горле пересохло. Руки и ноги ужасно ломит. Попытавшись почесать шею, я поняла, из-за чего она болит. Лента впилась мне в шею и мешает дышать. Я на удивление легко содрала ее. Голубая лента, похожая на те, что я видела в мастерской Грации. Приподнявшись на локтях, я поняла, что лежу в телеге. Дышать по-прежнему было тяжело, в воздухе стоял отвратительный смрад, словно мы остановились посреди лужи с помоями.
Я встала в полный рост, и следующее, что увидела, больше было похоже на сон. Вокруг телеги разбросаны тела солдат, которых жадно раздирали на куски черные как смоль псы. Вместо шерсти их окутывал черный туман, а брызги крови исчезали на их шерсти, едва касаясь ее. Я закрыла глаза, в надежде на то, что когда открою снова, то проснусь.
Ничего не изменилось. Похоже псы пока не замечали меня. Помимо псов и мертвых тел, рядом с дорогой, стоял пожилой мужчина в сером плаще. Должно быть, это его псы. К моим сильным качествам определенно можно отнести хладнокровие, но похоже, сегодня оно выходит далеко за грани нормальности. Я начала вылазить из телеги, но оступившись, потеряла равновесие и шумно ударилась о землю, однако боли почти не почувствовала. Собаки по-прежнему были заняты своими делами. Старик повернул голову в мою сторону.
— Ты их не интересуешь. — Спокойно произнес старик
— А вас? — Осторожно спросила я.
В первую очередь хотелось бы убедиться, что среди тел нет моих родителей. Пока я осматривалась, старик молчал.
— В какой то мере, да. Но думаю, что я тебе буду куда более интересен, чем ты мне.
Не совсем понимаю к чему он клонит, но если он не собирается натравливать на меня псов, мне же лучше. Надо скорее бежать в Приречье и позвать стражников. Однако, место выглядело незнакомым. Дорога в обе стороны была абсолютно безлюдной, и никаких полей, намекающих на близость поселений, не было видно. Очень похоже на сон. Во сне я тоже не чувствую боли.
- Возьми кошелек у торговца и уходи, я не уверен, что набив желудок, псы не начнут играть с тобой.
Странное проявление заботы от незнакомого человека, чьи псы питаются человечиной. Однако, я взяла кошелек, лежавший в коробке рядом с завалившимся на бок торговцем. Я не видела действительно ли он мертв, но если он похитил меня, это будет неплохой компенсацией. Увесистый, это хорошо. Флягу с водой я тоже взяла и украдкой пошла туда, откуда, судя по всему, приехала телега. Весьма вероятно, что Приречье как раз в той стороне.
В голове стало проясняться. Припоминаю, мы куда-то шли с Грацией, а затем… темнота... или нет. Темнота наступила чуть раньше, она завязала мне глаза, чтобы показать сюрприз на день рождения. А затем… нас похитили. Так как я ребенок, меня должно быть продали этому торговцу. Наверняка он вез меня для потехи дворянам из Замка Теней или в Обсидиан. Вряд ли я могла пролежать без сознания больше суток, но телега с лошадьми может двигаться очень быстро. Пешком путь до Приречья теперь может занять больше недели. Сейчас нужно понять, где я, и не напороться на дворняг, вроде тех, что доедают солдат.
Когда отец, при нас с Трис, забил барашка, то в отличии от Трис я не плакала, но мне было страшно. А сейчас ничего. Может быть это шок? Грация часто говорит, когда к ней приходят недовольные клиенты, что она с них в шоке. Надеюсь, с ней все в порядке.
— Дорога пешком до ближайшего города в той стороне займет пару дней. Но сейчас ты вполне могла бы управиться за пол дня, если постараешься и побежишь как можно быстрее.
— Вы меня явно переоцениваете - сказала я старику, идущему вслед за мной. Псы, тем временем, продолжили свою трапезу, оставшись рядом с телегой.
Что-то со мной действительно не так. Я чувствую себя лучше, чем когда либо. Зрение, слух – все стало ярче, детальнее, острее. Даже мысли текут легко и свободно. Я подвязала лентой, что еще держала в руке, мои длинные черные волосы. Начать с легкого бега и постепенно наращивать темп, так меня учил Потас. Но сейчас это было легко, как во сне. Я не устаю, дыхание не сбивается. Может я умерла, а те псы такие же призраки как и я. Старик тогда смерть, получается? Я обернулась, чтобы посмотреть, как он поспевает за мной, но никого сзади не было. Старика вообще нигде не было видно. Отбросив эти мысли, я сосредоточилась на дороге, если он не соврал, то я встречу нормальных людей еще до захода солнца.
***
По пути мне встречались черные псы, но все они были либо далеко, либо не обращали на меня никакого внимания. Дыхание так и не сбилось до самого города. Вся в дорожной пыли и босая, должно быть, выгляжу сейчас как нищенка. Нищенка с украденным кошельком.
Я впервые увидела большой город. Хоть я и говорю, что он большой, но после Приречья, что угодно покажется грандиозным и исполненным великолепия. Город был обнесен высокими деревянными стенами, а дома достигали трех, а где-то даже четырех этажей. Очень высоко. Еще больше меня удивило количество людей на улицах. На площади, за воротами, туда-сюда сновало в два раза больше людей, чем жило во всем Приречье. Я видела города на картинках в книжках, этот не то, чтобы был им ровня, но и города на тех картинках могли быть вымышленные. Думаю, это все же крупный город.
Хорошо, что Трис читала мне сказки о героях. В них герой первым делом искал ночлег, а утром продолжал путь. Я медленно шла вдоль улиц, рассматривая каждый дом, однако, взгляд ни за что не цеплялся, а солнце уже скрылось за стенами города. Большинство домов выглядели либо жилыми, либо торговыми лавками. Может быть, я могу напроситься к кому-то за определенную плату на одну ночь? Сколько вообще может стоить ночь на постоялом дворе? Я обернулась, ища глазами старика, но его нигде не было. Постепенно меня начала одолевать усталость. И в груди появилась странная тяжесть, надо поторопиться.
Увидев столб с указателями на перекрестке, я сразу же поспешила к нему. Указателей было много, но еще больше на них было букв. Как же мне теперь жаль, что я не умею читать. На одном знаке, весьма коряво, даже по моим меркам, была нарисована кровать. Это определенно ночлег.
Следуя по направлению указателя, я прошла пару домов вдоль улицы и уперлась в длинный, сложенный полностью из бревен двухэтажный дом. Еще с улицы я заметила, что внутри что-то вроде трактира. В Приречье тоже есть трактир, но он одноэтажный и комнаты там не сдают. Может здесь все устроено по другому?
Тяжело дыша я подошла к стойке. Надо выглядеть уверенной. Необъятных размеров женщина с рыжими волосами, собранными в пучок, облокотилась на стойку всем весом и посмотрела на меня выжидающе. Очень похожа на нашу Мэрил, но взгляд не такой добрый. Должно быть, в каждом трактире есть своя Мэрил.
— Я ищу место для ночлега.
Женщина улыбнулась мне и встала во весь рост, теперь мне пришлось смотреть на нее снизу вверх.
— Ты одна, дорогая?
Если я скажу, что одна, это наверняка услышат пьянчуги сзади, которые притихли, стоило женщине задать мне этот вопрос.
— С дедушкой. Он скоро подойдет.
— Пока дедушка не заплатит, я не могу пустить тебя в комнату, золотце.
— Он дал мне денег - сказала я и сунула руку в карман платья. Нащупав монету в кошельке, я осторожно достала ее, стараясь не звенеть оставшимся. Серебряная. Я протянула монету женщине.
Она посмотрела на меня подозрительным взглядом, затем достала откуда-то из-за стойки нож и слегка надавила на монету, после чего начала рассматривать её в свете лампы, стоявшей на столе.
— На сколько ночей хотите остановиться? Полноценное двухразовое питание включено в оплату. Две медных монеты с человека.
— На две — соврала я, сама не понимая зачем. Может, чтобы притихшие пьянчуги сзади подумали, что смогут ограбить меня и завтра?
— Восемь медных монет за проживание. Двадцать пять минус восемь, будет девять, вот твоя сдача, девчушка, девять медных монет.
Я хотела было возразить, но не успела. Пропитый старческий голос из-за спины громко возразил вместо меня.
— ББЭТСИ!, я... сейчас тебе все зубы повыбиваю, если.. будешь обманывать... постояльцев.
Женщина недовольно цокнула языком и, бросив короткий взгляд поверх моей головы, продолжила отсчитывать медные монеты на стол. Хорошо, что хотя бы считать я умею. Шестнадцать.. семнадцать. Все на месте.
— Второй этаж, четвёртая дверь слева, с котом на двери.
Я сгребла все монеты, кроме одной, и громко, но предательски дрожащим голосом сказала.
— Хочу угостить господина, что вступился за меня!
— Не..надо ничего.. дед тебе потом по жопе даст — пробурчал мужчина, но я уже быстро поднималась по лестнице.
Быстро отыскав дверь с вырезанным на ней ухмыляющимся котом, я скользнула внутрь и первым делом убедилась, что закрыла дверь на щеколду. Комната была очень пыльной, похоже здесь никто не убирался пару недель. Прокашлявшись, я достала из правого кармана флягу и допила остатки воды. Из окна было видно прячущееся за забором солнце. Спать сейчас хотелось гораздо сильнее, чем есть и, свалившись на пыльные простыни, я тут же уснула.
Ночью я проснулась от плача и всхлипываний. Это была я. Слезы бесконечно бежали из моих глаз, руки тряслись, а дыхание никак не могло выровняться. Кажется мне снилось, что меня казнят на эшафоте за то, что я убила Трис. Палачом была Грация, и все жители Приречья собрались вокруг, осуждающе глядя на меня. А затем Грация привела приговор в исполнение, раскрыв люк под моими ногами, и я беспомощно повисла над пропастью.
Я обязательно вернусь, и мы вместе с Потасом отправимся на поиски Грации и Трис. Бесконечно прокручивая эти мысли в голове, я наконец снова смогла заснуть.
***
Утром я все еще была в подавленном настроении, но плакать мне уже не хотелось. Я пересчитала монеты в мешочке, всего было сорок две серебряных монеты. Это объясняет откуда у торговца была такая охрана. Однако деньги не спасли его от диких зверей. Не спасут и меня от тех, кто захочет их получить. Я положила мешочек с серебром в левый карман штанов, а медные монеты насыпала сверху.
На первом этаже было абсолютно пусто, даже Бэтси не сидела за стойкой. Похоже я проснулась слишком рано.
Ужасно хотелось есть, может мне удастся найти пекарню. Выйдя на главную площадь, я увидела красивый фонтан, рядом с которым сидела девочка в штанах, кожаной жилетке и шляпе, наигрывающая на лютне незнакомую мне мелодию. Единственным ее слушателем был рыжий кот. Я не стала их спрашивать, где пекарня, потому что уже увидела ее в конце улицы и поспешила, шлепая босыми ногами, по холодным камням.
Пока я ела, мимо проехала телега, доверху набитая телами тех собак, что доедали людей у повозки вчера. Должно быть их тут больше, чем мне казалось. Надо будет двигаться осторожнее, когда покину город. Хотя, я неплохо метаю камни, возможно, смогу их хотя бы отпугнуть. Помимо прочего, меня беспокоило то, что я никогда не видела таких псов в окрестностях Приречья. Значит ли это, что я очень далеко от дома?
Вдоволь наевшись, я купила неподалеку от пекарни рюкзак за десять медных монет, что показалось мне надувательством, но со сдачей меня обмануть не пытались, так что может быть это и есть его реальная цена. Затем, вернувшись к пекарю, я купила еще несколько булок хлеба в дорогу.
С обувью оказалось сложнее. Та обувь, что мне могла подойти, была дорогой, но даже когда я показала деньги, мне отказались давать ее мерить. Пришлось покупать наугад. Сапоги хоть и казались мне даже слегка маленькими, по итогу оказались излишне свободны.
Еще дороже, чем сапоги, оказалась карта, кто бы мог подумать, что карты такие дорогие! В приключениях они казались чем-то само собой разумеющимся.
— И здесь нужно уметь читать, это просто надувательство. - Негодуя вздохнула я, cидя на крыльце лавки, в которой только что купила карту.
— Я расскажу, как быстро и безопасно добраться до ближайшего Приречья, но ты в обмен на это тоже окажешь мне услугу, — внезапно послышался голос старика позади.
— Ближайшего? Услугу? — Меня переполняли возмущение и любопытство.
Честно говоря, я была даже немного рада, что мой воображаемый друг снова объявился. Но я все еще не могу решить стоит ли доверять кому-то вроде него, я ведь даже имени его не знаю.
— Меня зовут Альмагест, обычно я обучаю черных Королей.
— Вы меня с кем то путаете, я никак не связана с Королем, я из Приречья — недоверчиво пробубнила я.
Женщина проходившая мимо усмехнулась, кинув косой взгляд в мою сторону. Думает, что я воображала. Может и так.
— Ладно, если мы доберемся до МОЕГО Приречья, то я окажу тебе услугу.
— Хорошо, для начала тебе…
— Если это только будет мне по силам. — Поспешила дополнить я.
— Разумеется. Для начала тебе нужно в торговую гильдию Графита.
— Графит это человек или название города?
— Это название города. Поднимайся, экипажи уже скоро начнут отправляться.
— Какие экипажи?
— На которых ты поедешь в Приречье.
Пока мы шли, я краем глаза увидела, что Альмагест легко проходит сквозь людей. Похоже он и правда не настоящий.
Гильдию мы нашли очень быстро: это оказалось самое огромное здание в городе, на входе висели красивые красные полотна с вышитыми на них сверкающими золотыми монетами. Но меня туда отказывались пускать, пока я не показала им серебряную монету.
— Все таки выглядишь ты все еще как бродяжка. — Недовольно подметил Альмагест.
И тем не менее, деньги и правда открывают любые двери, подумала я.
Изнутри гильдия выглядела не менее роскошно, всюду лежали красивые ковры и висели пестрые гобелены. Люди в дорогих костюмах сновали туда-сюда и постоянно что-то друг другу кричали. Шумное и не очень приятное место.
Поймав взгляд золотоволосой девушки с милой улыбкой, я подошла к стойке.
— Извините, я ищу экипаж до Приречья и у меня есть деньги — продемонстрировала я серебряную монету.
— Из северных ворот сегодня должен был отправиться караван в Обсидиан. — Не теряя времени на приветствия, начала тараторить девушка — Их путь как-раз будет пролегать мимо целых двух Приречий. Возможно, одно из них твоё. Если поспешишь, может быть, даже успеешь договориться о пассажирском месте.
Мы обменялись взглядами с Альмагестом, он кивнул и я побежала.
— Ищи Гулота! - Крикнула вдогонку мне девушка, а затем добавила, уже стражникам - Пропустите ее! - Уже готовые ловить меня стражники на входе расступились. Я возможно и воровка, но здесь я ничего не украла.
Выбежав из гильдии, я поняла, что не знаю, где северные ворота, но Альмагест жестом указал мне направление, и я побежала, стараясь не налетать на прохожих.
У северных ворот конюшие еще только запрягали коней для второго экипажа, похоже я вовремя.
— Простите, кто здесь господин Гулот? - Спросила я крупного мужчину в серой рясе, запрягавшего коней. Мужчина недовольно смерил меня взглядом и кивком указал на молодого парня в красной рубахе и таком же красном плаще.
— Господин Гулот? - Начала было я, но он жестом приказал мне держаться на расстоянии.
— Прости, я не даю милостыню. — Спокойно ответил он.
— Я хочу присоединиться к вашему каравану. - Возразила я.
Гулот усмехнулся.
— Путь до Обсидиана долгий, это будет стоить тебе четыре, нет пять серебряных монет. Найдутся у тебя такие деньги?
— Мне только до Приречья, и я могу заплатить один серебряный.
Гулот сначала поднял глаза куда-то вверх, словно что-то подсчитывая, а затем с недоверием посмотрел на меня.
— У тебя правда есть серебряная монета? Покажи.
Я спешно достала ту же монету, что показывала на входе в торговую гильдию.
— Хорошо, не потеряй ее до приезда в Приречье, там мы тебя высадим и тогда отдашь мне монету. О еде не беспокойся, кормить мы тебя будем. — Гулот осмотрелся и, найдя кого-то взглядом за моей спиной, скомандовал — Бэрт! Найди ей место, она пассажир.
Огромный мужчина в шлеме и латном нагруднике встал рядом со мной и слегка хлопнул по моему рюкзаку. Улыбнувшись, он приглашающе протянул ладонь в сторону уже запряженной повозки.
— Не переживай, охранять вас в дороге будет надежный отряд. — начал рассказывать Бэрт. — Смотри вон Сиэль, можешь обращаться к ней, если возникнут какие-то женские вопросы, она любит детей.
Приятная молодая девушка с серебряными волосами улыбнулась и помахала мне рукой, на груди у нее красовался такой же доспех с эмблемой дерева как у Бэрта. На ней этот доспех выглядел так изящно.
— Это Грэл, наш капитан — указал он на черноволосого мужчину, немного уступающего Бэрту в размерах, но все еще выглядящему слишком большим для человека, — к нему лучше не лезь, он суровый дядька. Есть еще Вэлиам, его что-то не видно пока, но ты его сразу же узнаешь. Он чуть выше тебя, носит доспех как у меня, тоже славный малый, любит поболтать.
— А вы? — спросила я.
— А я Бэрт, меня тоже не донимай. — сказал здоровяк и, с легкостью подняв меня, закинул в телегу.
— Я Бэни — крикнула я вслед уходящей скале.

Глава 2: Раз Приречье, два Приречье…

Интерлюдия Грэлбомора
Бэрт, я и Вэлл сидели у костра и травили байки про наши прошлые приключения. На трезвую голову выходило не так интересно, но черноволосой девчонке, которую из жалости подобрал Гулот, похоже нравилось.
— Псы! Бегут! Много. — внезапно всполошилась девчонка.
— Я ничего не вижу — сказал Бэрт приподнявшись.
Даже если она и решила подшутить, то мы ее конечно проучим, а если нет, то... лучше бы она ошиблась…
— Сколько их? — спросил я
— Не меньше десятка — с уверенностью сказала она.
Может быть и больше, не факт, что она вообще умеет считать больше десяти, простолюдинам это обычно не нужно.
— Дайте мне оружие, я могу защищать лошадей! —вперившись в меня своими изумрудно-зелеными глазами, произнесла хрупкая девочка.
— Ты еще слишком мала. Залезай в телегу и молись, чтобы теней было действительно не больше десятка. — Пренебрежительно кинул я в ответ.
Какого черта они вообще так далеко от Темноверти, куда, спрашивается, смотрят рыцари Графита?!
— Я вообще-то владею атрибутом.
Некоторые атрибуты и правда позволяют вытворять немыслимые вещи. Однажды я видел паренька, выдыхающего огонь изо рта без всякого волшебства.
— И что же это за атрибут?
— Сокрушение.
Выглядит щуплой, даже если она владеет таким сильным атрибутом, вряд ли она хорошо его освоила. Скорее руки себе переломает, чем кого-то убьет, пускай лучше спрячется.
— Слушайся взрослых и полезай в повозку, детям на поле боя не место! — отрезал я.
Однако Бэни небрежно ударила меня рукой в бедро, и я тут же, потеряв равновесие, рухнул на землю. И это при том, что на мне латный нагрудник, а веса во мне с пяток таких хрупких девчонок, как она.
— Недурно… — с ноткой зависти в голосе произнес я, поднимаясь и вытаскивая из телеги свой старенький гладиус. Может, я об этом еще пожалею.
— Знаешь как обращаться? — спросил Бэрт настороженно.
— Не хуже тебя — огрызнулась Бэни.
— Хороший настрой, — усмехнулся я, — но используй его, пожалуйста, только если будут нападать на тебя или на коней.
— Идет.
Теперь и я их четко видел, ровно пятнадцать, примерно по четыре тени на человека, если не считать девчонку.
— Помните, что они действуют слаженно, следите за спиной друг друга. — Напомнил я, а затем громко крикнул, чтобы слышали все остальные — ПСЫ! СЕЙЧАС БУДЕТ БОЙ, СИДИТЕ В ПОВОЗКЕ.
Я глубоко вдохнул и выдохнул, разминая плечи и шею. Достал меч и щит. Псы на полной скорости несутся к нам, до столкновения остались мгновения.
Первые собаки остановились прямо напротив меня и Бэрта, защищающих конец каравана. Сиэль и Вел должны защищать первую повозку. Бэни, как и сказала, встала рядом с лошадьми, находящимися между двух повозок.
Я стремительно атаковал, не давая псам времени на координацию, и взмахом меча раскроил первой собаке череп вдоль глаз. В момент, пока я завершал удар, на меня справа кинулся другой пес, щитом не прикрыться, нужно бить мечом. Но и силы удара может не хватить, чтобы ранить такого зверя. Я направил ману в руну внутри рукояти меча и почувствовал кратковременный прилив сил, теперь точно хватит. Точным и сильным движением я рассек летевшего на меня справа пса надвое и вернулся на два шага обратно к телеге.
Бросив быстрый взгляд на Бэни, я заметил, что псы словно играли с ней в гляделки, пытаясь обойти и напасть на коня. Почему они не нападают на нее? Я слышал, что животные чувствуют силу, но чтобы так. И вот, один из псов бросился в сторону лошади. Гладиус Бэни стремительно взмыл в воздух и рассек пса надвое, пройдя так легко и естественно, словно там и вовсе ничего не было, а затем меч растворился в темноте. Бэни выронила его. Похоже, было не лучшим решением дать ей меч, если ее сейчас не защитить, она наверняка умрет.
Очередная тень бросилась на меня стремительно, словно ветер, я колющим ударом вогнал меч ей в череп и, присев, щитом тут же принял удар второго пса, напавшего почти синхронно с тем, что уже лежал мертвый на земле. Пока второй пес пытался подняться, я вонзил клинок ему в брюхо и тут же снова отступил обратно к телеге. Уже пятеро.
Обернувшись посмотреть, жива ли Бэни, я увидел, что она с окровавленной рукой ищет глазами меч. У ее ног лежало полторы собаки. Похоже, девчонка далеко пойдет, если не умрет сегодня. В ее возрасте и я бы справился с парой теней, имея при себе гладиус, но без него…
Бэрт тем временем прикончил троих. Итого девять.
— Сиэль, сколько у вас? — крикнул я ища глазами в темноте признаки движения.
— Убили пятерых — ответил Вел вместо Сиэль.
— Один убегает, — указывая рукой куда-то в темноту, сказала Бэни. Как она видит в такой темноте? Ладно, раз уж она первая заметила теней, то думаю ей можно верить. Однако расслабляться не стоит.
— Пока вроде все. — сказал я Бэрту и направился проверить, все ли хорошо с Сиэль и Вэлом. — Бэни, перевяжи рану и найди мой меч.
— Хорошо, — сказала она и скрылась в темноте.

***
Надо же было умудриться сломать руку при ударе. Ну хотя бы для собаки этот удар был смертельным. Кость торчала прямо из запястья, но особой боли я не чувствовала, это скорее было неприятно. Рука сломалась от того, что я неправильно ударила? Или слишком много силы вложила в удар? Кисть, тем временем, сама собой встала на место, а рана затянулась. Осталась лишь кровь на коже. Никаких шрамов. Интересно, а если срезать кожу со шрамом на спине, он тоже сойдет? Или уже сошел? Надо будет расспросить Альмагеста. Неужели я и правда новый черный Король?
— Бэни, перевяжи рану и найди мой меч, — крикнул капитан рыцарей, пробегая мимо.
— Хорошо, — сказала я и побежала туда, куда по моему мнению улетел меч.
Сколько интересно он стоит? Оружие должно стоить даже дороже карты. В сказках герои дорожили им как своими собственными жизнями и протирали после каждого боя. В одной из сказок герою даже предлагали выменять меч на целый дом, но то был особенный меч.
Тем временем луна вышла из-за облаков, осветив все вокруг, и я сразу заметила меч, совсем не там, где ожидала его найти. Если я так далеко случайно зашвырнула меч, может быть я могу точным броском камня убивать теней даже не подвергая себя опасности?
Когда я вернулась, рыцари уже сжигали тела собак.
— Зачем вы их подожгли?
Запах был просто ужасный. Да и дым повалил. Сиэль внезапно подбежала ко мне и схватила за руки.
— Грэл сказал, что ты храбро сражалась, но тебя ранили в руку. Я могу исцелить… Но… я не вижу где.
— Все хорошо, Грэлу просто показалось в темноте, что я ранена, видишь, все в порядке, — я покрутила обеими руками в свете костра.
Внезапно ветер сменил направление и дым повалил на нас. Сиэль тут же потащила меня к повозкам.

Глава 3: Дом, милый дом.

Следующие два дня я продолжала тренироваться и представлять в голове магический круг в мельчайших деталях. Это оказалось гораздо сложнее, чем выглядело на первый взгляд.
На третий день я уже ни о чем не могла думать. Вокруг расстилались знакомые поля и леса. Я одновременно была и рада и в замешательстве. Что интересовало меня больше всего, так это то, как я могла в бессознательном состоянии проехать целую неделю? Хотя за последнее время и случилось множество невозможных вещей, я все равно в замешательстве.
Чем ближе мы подъезжали, тем больше радость переходила в беспокойство. Когда телеги съехали на обочину близ Приречья, я тут же сорвалась с места и побежала к своему дому со всех ног. Кто-то крикнул мне в след, что я забыла свои вещи, но его голос казался мне каким-то далеким и приглушенным, словно под водой. Обугленные балки, нет крыши, внутри все черным-черно, остался практически один фундамент. Я осмотрелась, пытаясь понять, реально ли все это, и может, это какой-то другой, не мой дом… Но это был он. От моего дома не осталось ничего.
— Бэни?
Я повернулась, на меня ошарашенными глазами смотрела Мэрил, официантка из трактира.
— Что? Что произошло? Где мой дом? Где Потас? Где Грация?
На глаза навернулись слезы.
— Так… умерли все. И ты… Погоди, это не ты получается в петле на дереве висела?... — растерянно забормотала Мэрил.
— Грация умерла?
— На холме возле дуба, где Грация повесила тебя, там ее и похоронили.
— Не понимаю…
Я не верю. Ноги подкашиваются, я села на землю. Грация любила меня, она не могла.
Моей семьи больше нет? Ни Грации, ни Трис? Руки трясутся. Я встала и негнущимися ногами медленно пошла на холм.
Пока я поднималась по холму, то не могла оторвать взгляд от дерева. К его ветви была привязана развевающаяся на ветру голубая лента. Точно такая же, которой сейчас подвязаны мои волосы. На холме я действительно обнаружила могилу без надгробия.
— Ты провисела в петле несколько дней, пока твое тело не снял проезжающий мимо торговец. Даже думать не хочу зачем, но никто не был против.
Похоже Мэрил все это время шла за мной. Я знала, что меня не особо любили в деревне, потому что думали, что я виновата в смерти Трис. Но что бы так…
— Как умерла Грация?
— Муж забил ее на площади до смерти, когда увидел тебя болтающуюся в петле на этом дереве. Поэтому мстить некому, ты можешь покоиться с миром.
У него не было такого права. Он за это жестоко поплатится. Мэрил слегка коснулась моего плеча, скорее чтобы убедиться, что я настоящая, чем для утешения.
— Настоящая — резюмировала Мэрил.
— А дом?
— Одни говорят, что Потас сжег его вместе с собой. Другие, что просто уснул пьяный у камина…
— Оставь меня. — прервала ее я.
Мэрил послушно ушла. Какое-то время я просто сидела и плакала у могилы Грации. Что мне теперь делать? Ни дома, ни семьи.
— Король ведь может воскрешать мертвых? — тихо спросила я в пустоту.
— Для этого тебе придется обучиться магии исцеления и не только, но да, однажды ты сможешь.
— Почему я не могу просто взять и воскресить ее сразу?
— Так устроен мир: чтобы научиться бегать, ты сначала учишься ходить.
Я закрыла глаза, и запрокинула голову к небу, медленно переводя дух.
— Однажды я вернусь сюда, и мы с тобой поговорим. Ты расскажешь мне, почему ты так поступила, непременно.
— Лента в волосах. На ней ведь тебя повесили, не хочешь избавиться от нее?
— Оставлю, в память о Грации.
— А в память о сестре и отце у тебя что?
— Отец бросил меня до рождения, а Потас... он не родной.
Я оглянулась на сгоревший дом. У меня совсем ничего нет, что напоминало бы о Трис.
— Ты... — Альмагест выдержал паузу, а затем продолжил - можешь добавить ее имя к своему, так она тоже всегда будет с тобой
— Как ? Бениа...Трис?
— Да, Бениатрис. Ты хотела себе длинное красивое имя. Так ты навсегда сохранишь память и о своей сестре.
***
Интерлюдия Грэлбомора
— И все же, я не понимаю. Просто оставим ее здесь. Если она не забрала вещи, значит, они ей не нужны — продолжал ныть Гулот.
— Вот скажи мне, торговец, что в Черноцвете ценится выше всего?
— Деньги. Деньги везде ценятся выше всего… Хотя нет, сила. В Черноцвете, пожалуй, сила. Здесь сила часто даже превыше денег.
— Эта девчонка сильна настолько, что в свои двенадцать лет может проломить голову гончей из темноверти голыми руками. И она сильна не только физически. Ты когда-нибудь видел ребенка, который бы мог убить не только зверя, но даже человека и бровью не повести?
— Я думаю, что сам бы не смог… — почесав затылок, Гулот немного задумался и продолжил — Думаю, даже если бы от этого зависела моя жизнь, все равно бы не смог.
— А она уже сейчас это может. Такие войны как она рождаются раз в столетие. Мечом махать можно научить кого-угодно. Но этого не достаточно. Нужно чтобы у тебя была не только физическая сила, но и внутренняя. У нее есть и то и другое, я хочу, чтобы она вступила в наш отряд.
Со спины медленно подошла Сиэль и недовольным тоном начала разговор.
— Сходи, проверь ее, она лежит на этом холме уже слишком долго.
— Ее дом сгорел, дай ей время. — парировал я
— Если мать оставила ее там, то все должно быть в порядке. — резюмировал Гулот.
— Это могла быть не ее мать — возразила Сиэль.
Действительно, может быть это и не ее мать. Пожалуй, пойду проверю, как у нее дела.
Когда я поднялся на холм, Бэни с заплаканным лицом и пустым взглядом просто смотрела в небо.
— Чья могила?
— Матери — хрипло ответила Бэни.
Получается, Сиэль была права, это была не ее мать.
— Соболезную твоей утрате.
Что еще я могу сказать. Бэни ничего не ответила. По крайней мере, у нее должен был остаться отец, второй могилы я не вижу.
— Отец твой здоров?
— Сгорел в доме.
Совсем не клеится разговор. Может родственники у нее какие-то в деревне есть.
— Есть кому за тобой присмотреть?
— Меня не любят в деревне — безразлично и тихо продолжала отвечать Бэни.
— Сильных людей всегда сторонятся.
— Не поэтому. Люди думают, что я виновата в смерти Трис, моей сестры.
— А ты? — спросил я в надежде на то, что вопрос хоть как-то ее оживит, злость лучше, чем апатия.
— Я никогда бы не причинила ей зла. — вновь безучастно ответила Бэни.
— Терять близких тяжело, но если замкнуться в себе, то можно потерять не только близких, но и себя, свою жизнь, понимаешь?
— Я…— Бэни тяжело вздохнула — просто не знаю, что мне дальше делать.
— Ты можешь поехать с нами дальше, до Обсидиана. Как член отряда.
Взгляд Бэни прояснился и она посмотрела на меня.
— Ты не шутишь?
— Если тебя здесь ничего не держит, то зачем оставаться. Я уже говорил, что у тебя отличные задатки, чтобы стать рыцарем. Я научу тебя всему. Когда встанешь на ноги, отплатишь мне за мою доброту и время звонкой монетой.
— Идет.
Так я заполучил в отряд еще одного воина, да еще и без жалования.

Глава 4: Когда плачет книга.

Когда я вновь открыла глаза, была глубокая ночь. С неба на землю свободно и беспрепятственно лился лунный свет. Немного прокашлявшись, я приподнялась на локтях, голова слегка кружится. Зрение мутноватое.

— Голову восстанавливать очень сложно и долго. — Мягким и спокойным голосом произнес Альмагест. — Постарайся больше ее не терять.

Я жива.

— Что… — Я снова закашлялась. Возвращаться с того света оказалось весьма неприятно. — Что произошло?

— Я думал ты и вовсе не воскреснешь, прошло немало времени.

— Сколько? — Недоумевая спросила я

— Два дня.

Я огляделась по сторонам. Посреди поляны теперь возвышалась огромная скала. Трава выгорела почти полностью. Ото льда не осталось и следа, только повозка Гулота по-прежнему стояла на своем месте.

Я с трудом поднялась. Вся одежда стала грубой, липкой и твердой от запекшейся крови. На месте, где оставались Вэл и Сиэль, были два смятых доспеха и …. лучше бы он их сжег. Я непроизвольно схватилась рукой за голову.

— Бэни, не буду лгать, твоя жизнь полна тягот. — Начал меня утешать Альмагест. — Но ты не можешь сейчас…

Нашел время. Я сейчас не в настроении слушать нравоучения.

— Заткнись. — Резко прервала его я.

— Хорошо, что ты не впала в отчаяние. — Все таким же спокойным и мягким голосом ответил на мой резкий выпад Альмагест. Но почему-то это взбесило меня еще больше.

— Отчаяние?! Да я в ярости! Знаешь, что я сделаю когда найду эту ящерицу? Выдеру каждый шип с ее тела! Каждый зуб сломаю, заставлю пожалеть, что однажды она столкнулась с нашим отрядом.

— Но не сегодня.

Слезы сами навернулись на глаза. Не сегодня. Я просто смахнула их и пошла к повозке Гулота.

Такое впечатление, что после того как дракон убил меня и Вэла с Сиэль, он… просто улетел. Но откуда здесь появилась эта скала? Куда делись остальные? Скала конечно огромная, но прибить ей дракона точно не вышло бы, да и не видно его тела. Впрочем и тел других членов отряда тоже не видно. Возможно они живы.

Когда я заглянула за занавес повозки, то увидела, что внутри она дополнительно разделена занавесками еще на три части. Похоже, личное пространство было у каждого. Все выглядело красиво и опрятно. Сиденья были обиты чем-то мягким и удобным. Под сиденьями я нашла несколько ларцов, но во всех были либо одежда, либо склянки с ароматными жидкостями и украшения. В мешке, подвешенном под потолком, я нашла немного сушеного мяса, обернутого в ткань, и флягу с обжигающей водой, пахло из нее как от Потаса. Пойло мне это ни к чему, а фляга и мясо пригодятся.

Вещи Риз и Вирил мне оказались великоваты, поэтому я укоротила их, найденным в повозке ножом. Более-менее подходящие штаны я нашла у Вирил. У Риз нашелся весьма теплый, но слишком длинный дорожный плащ. Также у Ризолин я нашла подобие серой рубахи. Денег я, к сожалению, не нашла. Пришлось взять украшения Вирил.

Выпрыгнув из повозки, я направилась в сторону дороги до Обсидиана. Жаль, но даже отрезав лишние лоскуты, одежда была все еще неудобной, хоть и приятной на ощупь.

— Ты кажется хотела обучиться магии — вновь заговорил Альмагест.

— А ты наконец начнешь меня обучать? — раздраженно спросила я.

На самом деле, довольно сложно назвать обучением то, что он делает. Хоть я и не сведуща в обучении таким сложным вещам как магия. Но я знаю, что всегда начинают с простого.

— Есть недалеко от Обсидиана одно место, где тебя обучат и магии, и чтению, и письму. Вступительный экзамен должен быть тебе по плечу.

И магии, и чтению, и письму. Где-то я это уже слышала. В Сапфириуме поди. Да что-то вряд ли… далеко он должен быть.

— Обучение всегда стоит денег, у меня их нет.

— Да, там можно обучаться за деньги, если не можешь сдать экзамен. Но те, кто сдают экзамен, учатся бесплатно.

Как интересно… Какая им с этого тогда выгода? Даже родители в ответ на свою любовь и заботу ожидают, что ребенок тоже будет их любить. Наверняка есть какой-то подвох.

— Почему ты сам не можешь нормально научить меня магии?

— Потому, что я не учитель магии. — Начал свои отговорки Альмагест — Для того, чтобы начать учиться у меня, ты должна многое знать и уметь. Мне никогда не приходилось строить план такого сложного и комплексного обучения. Будет гораздо быстрее и эффективнее, если ты пройдешь обучение в академии. Это место на самом деле и задумывалось Эстер, как место где будут обучаться кандидаты в Короли или в советники Королей.

Советники Королей, больше похоже на правду, в таком случае академию могут спонсировать, если оттуда выпускаются те, кто многому обучены и могут помогать править. Альмагест вряд ли учился в таком месте.

— А эта Эстер молодец. Тоже наверное когда-то была черным Королем?

— Нет, она была белым Королем.

— Она построила академию для Черноцвета будучи белым Королем?...

— Я понимаю твое замешательство. После смерти Эстер, большая часть ее земель отошла Черноцвету, таким образом столица и прилегающая к ней академия теперь принадлежат по сути тебе.

Хоть он так и говорит, я не чувствую, что мне принадлежит… да хотя бы даже одежда, которая сейчас на мне…

— И с тех пор ни один белый Король не возжелал вернуть себе эти земли? — недоверчиво спросила я

— Именно. — невозмутимо ответил Альмагест — Белого королевства не существует на данный момент. После смерти Эстер, новых белых Королей больше не объявлялось. Хотя она и создала могущественное бессмертное существо, чтобы то защищало ее подданных, без Короля некому поддерживать территорию.

Интересно, что Король может создать что-то бессмертное, сам при этом обладая лишь тридцатью годами, чтобы воплотить в жизнь свою мечту.

— У Черноцвета по сути тоже нет Короля, но земли все еще наши. Только толку нам от того?

— С Черноцветом немного другая ситуация. Сила, что копится в Темонверти, не дает другим Королям захватывать ваши земли. А на чужой территории их сила сильно ограничена.

Глава 5: Храбрость.

Мне снилась жизнь в Приречье. Грация звала нас с Трис учиться читать, но я тихонько сбежала через окно на втором этаже, как обычно. Раньше я думала, что чтение не имеет никакой практической пользы и, при каждом удобном случае, старалась избегать бесполезных занятий. Пробегая мимо Потаса, стоящего на посту, я бежала к руинам, но попала на могилу Грации. Затем кто-то положил мне жилистую руку на плечо и я тут же проснулась.
Проснулась от того, что Айнс пинал меня ботинком в плечо. Грубовато, но хорошо, что не ушел без меня. Как можно быстрее поднявшись, я схватила свой мешок и уставилась на Айнса, готовая идти.
— Завтракаем — сказал Айнс и указал на уже разведенный костер.
— Доброго утра — буркнула я сонным голосом.
Сев на куб и найдя в мешке кусок хлеба, я принялась его грызть. Айнс в это время лил воду в маленькой котелок из какой-то, по всей видимости, бездонной фляги.
— Ты уже вылил больше, чем там может быть.
— На дне фляги руна, вкладываешь в нее ману и получаешь воду в каком хочешь количестве.
— Но из фляги дольше лить, чем если бы ты наколдовал воду прямо в котелок.
— Не моя специализация, лень заморачиваться с кругом, проще использовать готовый. — отмахнулся он и кинул в котелок что-то завязанное в белую тряпицу.
Довольно странный ритуал. Суп из одежды?
— А это?
— Это чай. Я бы налил тебе попробовать, но у тебя нет кружки.
Верно, кружку я прихватить не додумалась. И все же, очень интересно, каков он на вкус. Хотя, Айнс уже человек в возрасте, может он пьет чай не ради вкуса.
— Чай — это лечебный отвар?
— Можно и так сказать. Лечит от сонливости.
Ближе к полудню этого же дня мы шли по проселочной дороге. Небо было чистое, и я регулярно осматривалась по сторонам, чтобы на нас не напали внезапно. К моему удивлению, Айнс ничего подобного не делал. Он словно полностью растворяется в своих мыслях, пока идет. На вопросы либо вообще не отвечает, либо молча кивает.
Внезапно Айнс резко остановился и начал озираться по сторонам. Заметив наконец на горизонте небольшое, быстро приближающееся черное пятно, он положил свой мешок у деревьев, стоявших рядом с дорогой и начал разминать плечи.
— Так, как там тебя, встань под деревья. Подальше от меня.
Он даже имя мое не запомнил. Невероятно. Однако я, ничего не говоря, быстро отбежала под сень деревьев и встала рядом с мешком. На всякий случай я достала из сумки пару камней и защитилась заклинанием. В прошлый раз меня это заклинание не спасло, но кто знает, может спасет в этот раз. С такого расстояния все еще не было видно, что там летит. Но летит оно быстро. Надеюсь это не дракон.
Это был дракон. Не такой огромный, как тот, что уничтожил наш отряд. Этот был примерно в два раза меньше и все же это дракон. Как же мне не везет. Словно все в этом мире стремится убить меня.
Айнс тем временем закончил разминку и, положив копье на плечо, спокойно стоял, наблюдая за тем, как дракон приближается. Лицо его не выражало ни единой эмоции. Надеюсь у него есть план. Я уже примерно прикинула сколько времени у меня займет добежать до леса и поняла, что даже в самом успешном раскладе, его будет недостаточно.
Внезапно ветер начал словно стекаться со всех сторон к Айнсу. Или даже нет, не ветер. Это потоки маны, они словно стали осязаемыми. Раньше я относилась к мане, как к чему-то вымышленному, неосязаемому, существующему только в моей голове. Это же напротив, нечто существующее в реальном мире. Айнс встал в стойку и приготовился к броску. Произошел громкий хлопок и Айнс уже стоит без копья. Я даже не увидела как он его бросил. И бросил ли он его? Несколько мгновений спустя, в землю за его спиной, на огромной скорости с грохотом ударилось огромное, угольно-черное нечто. От первого столкновения в воздух поднялось облако пыли и во все стороны полетели куски земли, земля словно задрожала. Отскочив от земли еще раз, тело дракона прокатилось немного по земле и замерло. Я просто не могла поверить своим глазам. Следом за этим снова последовал громкий хлопок и голову дракона пронзило второе копье, войдя в череп почти до самого основания. Где он взял второе копье? Пока я не могла оторвать взгляд от дракона, он откуда-то достал второе копье. Хотя нет, это не важно. Откуда у него такая сила? Как такое возможно? Это магия или грубая сила? Или и то и другое? Точность броска, просто поразительна! Он попал в летящего на огромной скорости дракона в воздухе. Может магия может помочь и с точностью.
— Ты! — крикнула я не в силах сдержать эмоции — Ты убил дракона! Одним ударом?!
Айнс же напротив, по прежнему был предельно спокоен.
— Да, уже приловчился к этим бесноватым черным. У них природой заложено искать себе противника по силе. Но этот молодой еще, переоценил себя, конечно.
Весьма развернутый ответ для молчуна с которым я шла последние пол дня. Может он просто не любит говорить про магию, вот и молчал? Значит ли это, что дракон напал на наш отряд из-за Ризолин?
— Как они понимают, кто сильный, а кто слабый?
— Да черт его знает, просто чувствуют. Может по потокам маны, а может еще как-то. У меня не особо много маны, но это уже мой пятый дракон в Черноцвете. — Айнс подобрал свой мешок и продолжил идти по дороге.
Интересно он ругается, у нас в Приречье так не говорят. Хотя и у Сиэль были странные поговорки, если вспомнить.
Значит дракон мог напасть только на Ризолин. Вряд ли у меня много маны. Интересно получается, чем сильнее в твоем отряде воины, тем выше шанс, что на тебя нападет дракон. Хотя если эти войны как Айнс, вряд ли вам что-то будет угрожать.

***
Так день за днем мы преодолевали довольно большие расстояния. Я научилась ходить очень быстро. Но моя выносливость была совершенно не чета выносливости Айнса. И тем не менее, я за ним поспевала. Мне даже кажется, что он специально начинает идти медленнее, когда я выбиваюсь из сил. По утрам Айнс не забывал будить меня, а на привалах всегда создавал деревянные кубы для нас обоих, чтобы не сидеть на земле. Спали мы, к слову, все равно почему-то на земле.
На четвертый день у меня полностью закончилась вода во фляге, а вокруг не было ни озер, ни рек. Мне так и хотелось попросить Айнса, чтобы он поделился водой из своей чудо фляги, но тогда это будет значить, что я не смогла выполнить условия нашего договора. Кто знает, может его это разозлит и он бросит меня следующим же утром. От него всего можно ожидать.
На обеденном привале я придумала, как выкрутиться из этой ситуации.
— Я могу… купить у тебя заклинание? — неуверенно начала я.
— Заклинание? Ты хочешь, чтобы я что-то наколдовал?
— Нет, я хочу чтобы ты научил меня, как создавать воду из маны.
— Сколько платишь? — заинтересованно спросил Айнс.
Вышло как-то даже слишком просто. Я протянула уже приготовленную для этого золотую сережку Вирил. Айнс осторожно взял ее и, положив на ладонь, начал разглядывать.
— Да, этого вполне достаточно. Я бы даже сказал, что этого более чем достаточно. — В руке Айнса появилась длинная тонкая палка. Немного разровняв ногой землю, он принялся чертить на земле круг.
Круг вышел почти идеально ровным. Внутри, как и в заклинании Альмагеста, было несколько символов и пересекающихся линий, образующих простые фигуры.
— Ты ведь уже знаешь, что такое контроль маны? Умеешь вливать ману в круг?
Он похоже забыл, что я собралась сдавать экзамен в Академию. Конечно я могу. Хотя он и имя мое не потрудился запомнить.
— В этот, что на земле? — на всякий случай уточнила я.
— Да.
— Я обычно представляю круг в голове. Не знала, что так тоже можно.
Айнс сел на свой куб, кинул палку в костер и открыл флягу.
— Ну, а как я по твоему пользуюсь своей флягой? — сказал он и отпил немного.
И то верно, я это знала, просто не задумывалась об этом. Закрыв глаза, я представила, как потоки маны, окутывающие меня, устремляются к рукам и стекают с них к кругу, но по какой-то причине не вышло. Мана не хотела покидать небольшую область вокруг моего тела.
— Что ты делаешь?
— Пытаюсь влить ману в круг.
— С расстояния? Коснись его.
Я присела и, коснувшись края круга, снова направила ману к рукам. В этот раз круг мгновенно поглотил ману, собравшуюся у моих рук, и нечто свежее, прохладное и нежное вернулось в ответ. Прокатившись через мою правую руку, оно прошло сквозь все мое тело и устремилось в левую. Ощущение свежести и прохлады пропало и я открыла глаза. Подняв свою левую руку, я взглянула на нее. В самом ее центре парил небольшой водяной шар и отбрасывал крохотный солнечный зайчик на мою ладонь.
— Это удивительно, — вырвалось у меня в слух.
Я взглянула на магический круг и, как только я это сделала, моя левая рука намокла. Шар потерял форму и упал мне в руку.
— Как только теряешь концентрацию, магия прекращает работать. — сказал Айнс, увидев мое замешательство.
Я приложила руку к кругу во второй раз и попыталась снова активировать его, но ничего не произошло. Он словно не откликался.
Айнс слегка рассмеялся. Очень смешно. Должно быть есть какой-то фокус.
— Нет, подожди, я не умею рисовать круги которые можно активировать несколько раз. Сейчас нарисую новый.
— Но он же не изменился.
Я не видела никаких изменений в нарисованном Айнсом круге.
— Когда рисуешь круги на каких-то материальных поверхностях, нужно делать это особым способом, тоже применяя заклинание. В этом заклинании можно заложить количество активаций. Если бы просто нарисовав круг на земле, можно было бы активировать его сколько угодно раз, мир был бы совсем другим. Ну или хотя бы немного другим. — закончив рисовать круг, Айнс добавил — Ты просто не представляешь какие порой цены ломят артефакторы.
Я активировала новый круг, вложив в него побольше маны, и жадно выпила получившийся шар, пока он еще висел в моих руках.
— Должен тебя предупредить. Все в порядке, пока ты пьешь воду, которую создала сама. Но не вздумай есть еду или пить воду сотворенную другим магом. Это нарушает потоки маны в твоем теле, а восстанавливать их очень не просто.
— Можно и еду создавать?
— Да, но с едой все еще сложнее. Даже еду, которую создаешь ты сам, нельзя есть слишком часто. Можно серьезно заболеть. А иногда последствия могут быть хуже смерти. Так что есть еду, сотворенную из маны, я бы стал только под страхом голодной смерти.
— Что может быть страшнее смерти? — засомневалась я.
— Рука отвалится или в камень превратится. Могут кости раствориться. Последствия самые разные.
Да уж, звучит и правда страшно.
— Кстати о еде.— продолжал Айнс — Лично мои запасы на исходе, надо бы поохотиться.
— Я доела последний сухарь еще утром, так что я бы тоже поохотилась.
Хотя я и не очень умелый охотник, одного оленя я однажды подбила.
Рядом с дорогой дичь не водилась, поэтому мы отправились вглубь близлежащего леса. Пока мы шли меня мучал вопрос. Если Айнс первым заметит дичь и поймает ее. Это будет значить, что ему нужно либо дождаться, пока я тоже поймаю дичь, либо он уйдет без меня. С другой стороны, если дичь первой поймаю я, то воспользовавшись своим положением я смогу поделиться ей с Айнсом и улучшить условия нашего договора.
Увидев шевеление среди травы, я молниеносно отреагировала и с силой метнула камень в мелькнувшее серое пятно. Раздался приглушенный удар. Айнс бывший неподалеку подошел быстрым шагом. Моей добычей оказалась развороченная тушка кролика. В целом, задние ноги выглядят довольно целыми, хоть и в пыли. Можно отмыть.
— Метко, но результат конечно… Тебе бы стоит освоить для охоты что-то менее разрушительное. Это был каменный снаряд?
— Я просто кинула камень.
— Что ж, отличный бросок. Но над силой надо еще поработать.
Я собралась подобрать ноги кролика, но Айнс покрутил головой, мол не стоит. И отправился дальше. Но я все же сунула пол кролика в мешок, это все таки моя добыча.
Некоторое время спустя я услышала громкий визг и побежала на него. На месте оказался довольно крупный кабан с торчащим из его бока копьем. Кровь обильно лилась из его рта и раны. Немного подергавшись и похрипев, он наконец затих.
— Думаю нам этого на какое-то время хватит.
— Нам? — удивилась я.
— Ну мы же вместе охотились. В охоте всегда присутствует доля везения. Каждый охотник знает, что нужно делиться с менее удачливыми охотниками.
Никогда не слышала о таком правиле, хотя у нас в Приречье и были охотники. Вот то, что не стоит убивать дичь, если она не нужна тебе для пропитания, это я слышала. А про то, что бы делиться с неудачливыми охотниками, слышу впервые. Может так заведено в его родных краях?
В отличии от моих рыцарей, бравших всю готовку на себя, Айнс сразу же начал учить меня свежевать и разделывать дичь. Занятие это не из приятных и не из простых. Приходилось прилагать немало усилий. В основном Айнс только смотрел и отдавал указания, что я все делаю не так, а как “так” не показывал. Изрядно вымотавшись и вся измазавшись в крови, я наконец закончила. Получилось очень много мяса. Айнс наложил на него какие то чары, от чего оно стало холодным и твердым. Сказал, что благодаря этому оно теперь дольше сохранится. Несмотря на то, что мяса было слишком много, мы каким-то чудом все же уложили его в свои мешки. Айнс хорошенько окатил меня несколько раз водой и, после плотного и сытного обеда, мы продолжили наш путь.