Цветок

Прелюдия

Солнечный луч проникает сквозь неплотно задернутые шторы, дурашливо скачет по полу, подушке и наконец как бы в недоумении останавливается на лице спящего мужчины. Почмокав, тот переворачивается на бок, выставляя на всеобщее обозрение намечающуюся лысинку в завитках темно-русых волос. Богатырский храп, на миг прервавшись, вновь наполняет помещение – уставленную растениями комнату со стеллажами книг вдоль стен. На столе, словно забытый, лежит один из томов, подрагивая раскрытыми страницами. Как раз на описании Mhagussa quadrifida. Тишина. Только муха рассерженно бьется в стекло. Будто устав, она замирает. А затем с победным жужжанием делает круг почета над спящим человеком и вылетает в приоткрытую дверь.

Темный коридор. Лестница с деревянными ступенями, что ведут в просторный холл, где в еще большем великолепии царствует растительный мир. Тут тебе герани и розы, монстеры и кактусы, фиалки и фикусы, тисы и азалии, флоксы, астильбы, дицентры, всего и не перечислить. А на особом месте гордо торчит в кадке березка. И для каждого из представителей флоры созданы необходимые ему условия, привешена бирка с наименованием и номером, который имеет соответствие с определенной графой в синем гроссбухе, покоящемся на серебряной цепочке в верхнем ящике конторки в углу. Телефонный звонок рвет безмолвие. Раз, другой, третий. А затем снова только кружение пылинок в ярком свете. Но вот вверху возятся, слышатся вздохи, кряхтение.

Сидор Ильич, откинув одеяло, бессмысленно выставляется в потолок, жует губами, откашливается чуть высунув язык, и наконец решительно садится, упираясь волосатыми кулаками о постель и болтая ногами. Белая в синюю полоску консервативная пижама смята и немного задрана на животе. Сидор Ильич задумчиво почесывает его, а затем протяжно зевает, прикрывая ладонью большой рот. Пора вставать. Немного заплывшие ото сна глаза несколько неуверенно шарят по комнате в поисках любимого халата, а ступни уже нащупывают тапки. Наткнувшись взглядом на раскрытую книгу, Сидор Ильич расплывается в улыбке. Потом бодро одевается, завязывает пояс мягким узлом. Прошаркав к столу, мужчина раздергивает шторы, шире открывает форточку и принимается перелистывать знакомые страницы, перечитывает наиболее важные абзацы. Mhagussa quadrifida уже месяц занимает его мысли, радужным шариком проявляясь посреди разговоров и дел. Удивительное растение не отпускает даже во сне. Доходит до того, что при всей своей неспортивности Сидор Ильич начинает задумываться о поездке в лесную глухомань за этим чудом природы. Ну, не смешно ли?

Покхекав и проведя пальцами по картинке в книжке, он трогает подбородок, постукивает ребром ладони по выпяченной нижней губе и направляется в ванную, поддергивая постоянно сползающие пижамные штаны. Внимательно изучая свое отображение в зеркале, мужчина озабоченно оттягивает мешочки под глазами, еще раз вздыхает и принимается за чистку зубов. Покончив с умыванием, он пьет кофе, просматривает газету и озабоченно поглядывает на часы. Так-так, времени совсем впритык. Облачившись в темно-серый с искрой костюм и надев перстень с изумрудом, Сидор Ильич приглаживает баки и, потирая руки, спускается вниз.

Здесь все как всегда. Наташа, сотрудница Сидора Ильича, уже протирает пыль, напевая нечто неуловимо знакомое. Ее зеленая юбка замечательным образом гармонирует с перстнем на указательном пальце мужчины, и это его почему-то радует.

- Здравствуй, милая Наташа, - покровительственно приветствует он девушку.

- Доброе утро, Сидор Ильич. Как спалось?

- Неплохо, признаться. М-да. Что там снаружи сегодня?

- Похоже, будет жара.

Так, переговариваясь о всякой ерунде, они занимаются своими делами. Сидор Ильич, сверяясь с заранее составленной для каждого растения программой ухода, отмеряет подкормку, поливает, опрыскивает, взрыхляет. А Наташа, покончив с уборкой, принимается за конторские книги, время от времени обращаясь к гроссбуху на серебряной цепочке.

- После пяти заберут Мотю, инвентарный номер 3875.

- Так скоро? Мы будем скучать, - Сидор Ильич ласково прикасается к листьям азалии.

- По Глаше, инвентарный номер 3860, сегодня должен поступить перевод. Хозяева просили продлить еще на неделю.

- Отлично, - мужчина подходит к входной двери, поворачивает ключ, устанавливает табличку на «Открыто» и проверяет мелодичность колокольчиков у косяка.

- Вообще-то, до вечера увезут еще троих - владельцы Пантелеев наконец-то вернулись с каких-то островов. Ой, умора, - прыскает девушка, - они такие смешные.

- Кто? Кактусы или хозяева? – поглаживая баки, с улыбкой интересуется Сидор Ильич.

Резкий телефонный звонок заставляет подскочить обоих. Несколько секунд они молча смотрят на надрывающийся аппарат, затем Наташа, словно опомнившись, берет трубку.

- Алло, добрый день. Гостиница для растений «Флора» рада приветствовать вас. Чем могу помочь?

Сидор Ильич, вполуха слушая журчащий голосок помощницы, что-то переставляет, что-то выдвигает на свет, что-то относит в тень. Потом вынимает лупу и внимательно разглядывает через нее листья монстеры, инвентарный номер 3878.

- Так-так, - бормочет он, - пора обрабатывать против жучков. – Ладно.

Распахивается дверь, и входит, волоча огромный розовый куст, первый на сегодня клиент, мечтательного вида лавочник в поддевке. Наташа, приветливо улыбаясь и отвечая на вопросы, начинает оформлять документы. А Сидор Ильич придирчиво осматривает цветок потирая некоторые листья пальцами, расспрашивает об особенностях содержания и вносит запись в гроссбух на серебряной цепочке. Затем клиентом вновь завладевает Наташа, делает отметки о длительности размещения растения, произведенной оплате и контактной информации владельца. Тем временем Сидор Ильич устраивает куст на отведенное ему место и берется за составление индивидуальной схемы ухода, которой будет придерживаться, пока цветок не заберут.