Цветок Жизни

Кошмар

Темнота обступила Эмили со всех сторон, колючая и влажная. Ветка хлестнула по щеке, оставив жгучий след. Она бежала, не разбирая дороги, ноги то и дело проваливались в рыхлую листву. В легких саднило, сердце колотилось, как пойманная птица.

Сзади, в непроглядной тьме, раздавалось преследование. Не звук шагов – нечто тяжелое, волочащееся, перемещающееся с неумолимой скоростью. Эмили не осмеливалась оглянуться. Знать, что это, было хуже, чем не знать.

Страх гнал ее вперед. Она не помнила, как оказалась в этом проклятом лесу. Лишь внезапное пробуждение посреди ночи, и этот звук… Этот звук, от которого кровь стынет в жилах.

Задыхаясь, Эмили споткнулась о корень, упала, больно ударившись о землю. В горле застрял крик. Звук преследования приблизился. Она попыталась подняться, но ноги не слушались.

Вдруг, между деревьями мелькнул свет. Надежда, тонкая, как паутинка, затрепетала в груди. Эмили поползла в направлении света, цепляясь за траву и корни. Свет становился ярче, и сквозь шум в ушах она смогла различить голоса.

Собрав последние силы, она выползла на поляну. Яркий свет фар ударил в глаза. Она увидела лица, полные тревоги и удивления. Ее звали. Ее тянули на руки.

Эмили открыла глаза. Потолок ее комнаты. Лунный свет проникает сквозь занавески. Всего лишь кошмар. Но дрожь в теле, леденящий страх, въевшийся в каждую клетку, говорили об обратном. Кошмар закончился, но что-то подсказывало Эмили, что лес все еще ждет ее.

Эмили просыпалась не от солнца, а от противного писка будильника, вгрызающегося в тишину её комнаты. Светлые, почти выцветшие обои, увешанные старыми постерами любимых групп, казались особенно мрачными в предрассветном полумраке. Она нащупала телефон под подушкой, не глядя отключая назойливый звук. Не хотелось вставать. Не хотелось начинать этот день.

Замкнутость Эмили была её личной крепостью, возведенной вокруг хрупкого мира, который она боялась показать другим. Каждый день, каждый контакт с внешним миром – это маленькая битва, из которой она почти всегда выходила измотанной.

Она медленно поднялась с кровати, чувствуя, как тело протестует против любого движения. Под ногами – холодный паркет, усыпанный забытыми книгами и обрывками бумаги с набросками стихов, которые она никогда никому не покажет.

В зеркале на неё смотрела бледная девушка с растрепанными волосами и усталыми глазами. Эмили нахмурилась, отводя взгляд. Зеркало, как и все вокруг, казалось, отражало её собственную неприязнь к себе.

Рутина начиналась с чашки крепкого чая, за которым она пряталась, как за щитом. В наушниках тихо играла меланхоличная музыка, создавая вокруг нее кокон, отделяющий от остального мира. Пока весь город просыпался и готовился к новому дню, Эмили оставалась в своем убежище, откладывая неминуемое столкновение с реальностью, настолько долго, насколько это было возможно.

Эмили захлопнула дверь, втягивая в себя свежий утренний воздух. Розы в ее крошечном палисаднике уже распустились, и она на мгновение залюбовалась ими.

— Доброе утро, Эмили! — прозвучал глубокий голос.

Она вздрогнула и обернулась. У калитки стоял Дьюк, ее сосед. Тридцатилетний блондин с выгоревшими на солнце волосами и обветренным лицом. Он держал в руках секатор и выглядел так, словно только что закончил ухаживать за чьим-то газоном. Садовник. Он всегда был немногословным, но его присутствие всегда было успокаивающим.

— Доброе утро, Дьюк, — улыбнулась она. — Как ваши дела?

— Все в порядке, — коротко ответил он, переминаясь с ноги на ногу. Его взгляд был пристальным, почти изучающим. — У вас сегодня какой-то особый день?

Эмили удивленно приподняла бровь.

— Ничего особенного. Просто иду в город. А что?

Дьюк молчал, словно взвешивал свои слова. Потом резко спросил:

— Вы уверены, что вам стоит идти одной?

В его голосе прозвучали нотки беспокойства, которые Эмили не могла не заметить.

— Что вы имеете в виду? — насторожилась она.

Вместо ответа Дьюк указал на заросли кустов возле ее дома.

— Здесь что-то не так. Я видел, как кто-то прятался здесь вчера вечером.

Сердце Эмили бешено заколотилось. Она никогда не чувствовала себя в безопасности в этом районе.

— Спасибо, что сказали мне, Дьюк. Буду осторожнее.

Он кивнул, его взгляд не отрывался от зарослей.

— Просто будьте внимательны, Эмили. И если что-то покажется вам странным, зовите меня.

Эмили кивнула, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Она ускорила шаг, направляясь в город. В голове пульсировали слова Дьюка. Что он знает, чего не знает она? И почему его так беспокоит ее безопасность?

Всю дорогу до города, Эмили не покидало беспокойство..
Кто мог там прятаться? Зачем и почему у неё?
Эмили было всего 24 года, ничем не примечательная девушка и всегда носит оверсайз одежду, в основном это джинсы и толстовки на пару размеров больше, чем её замер

Мысли роились в голове, как потревоженный улей. Она перебирала в уме всех знакомых и дальних родственников, пытаясь найти хоть какое-то логичное объяснение происходящему. Но ни одна из версий не выдерживала критики. Кому могла понадобиться именно она, тихая и незаметная Эмили, живущая обычной жизнью в маленькой квартирке на окраине?

Сердце колотилось в груди, отбивая нервный ритм. Она то и дело поглядывала в зеркало заднего вида, опасаясь, что за ней следят. Машина казалась тесной и неуютной, словно ловушка. Эмили чувствовала себя беззащитной и уязвимой, словно оленёнок, загнанный в угол хищником.
Эмили приятно провела день на работе в библиотеке, утренняя тревожность прошла. Девушка любила свою работу, любила книги, да и там людей было не так много, и в основном она могла тихонько что-то читать либо заполнять журналы.

Вечером она возвращалась домой на машине. Октябрьский воздух был прохладным и свежим, проникал в салон через приоткрытое окно, неся с собой запахи опавших листьев и дыма от костров. Эмили включила радио, и тихая мелодия заполнила пространство, убаюкивая и успокаивая после трудового дня.

Прошлое

Сердце Эмили замирало каждый раз, когда она слышала скрип половиц в коридоре. Ей было всего пятнадцать, хрупкий возраст, когда мир казался одновременно прекрасным и пугающим. Но в её жизни поселился страх, темный и липкий, как ночной кошмар.
Её отчим, человек, который должен был защищать и оберегать, превратился в чудовище, особенно когда к нему приходили друзья, а алкоголь затуманивал их рассудок. Эмили чувствовала на себе их похотливые взгляды, слышала сальные шутки, от которых кровь стыла в жилах.

Однажды вечером, когда мать уехала в командировку, кошмар стал явью. Пьяный отчим и его дружки окружили Эмили в гостиной. Их слова были грязными и мерзкими, а прикосновения – липкими и отвратительными. Эмили кричала, пыталась вырваться, но их было слишком много.

В тот вечер её мир рухнул. Наивность и невинность были растоптаны, а на их месте осталась зияющая рана, которая никогда не заживет полностью. Эмили навсегда запомнила этот ужас, и он преследовал её в кошмарах, напоминая о той ночи, когда она потеряла часть себя.

Эмили просыпается в холодном поту глубокой ночью. Сердце бешено колотится в груди, как пойманная в клетку птица, стремясь вырваться на свободу. Лунный свет, проникающий сквозь неплотно задернутые шторы, выхватывает из мрака комнаты знакомые очертания мебели, но они кажутся чужими, зловещими в этом неестественном освещении.

Она садится в постели, пытаясь унять дрожь, охватившую все тело. Что это было? Просто кошмар? Но ощущение липкого ужаса, сковавшего ее, было слишком реальным, слишком осязаемым. В памяти всплывают обрывки сна: темный лес, шепот, доносящийся из-за деревьев, и чья-то зловещая фигура, маячившая вдали.

Эмили проводит рукой по лицу, пытаясь прогнать остатки кошмара. В горле пересохло, и она с трудом сглатывает. Нужно выпить воды. Она встает с кровати и, шаря в темноте, находит выключатель. Мягкий свет ночника озаряет комнату, и ей становится немного легче.

На кухне она наливает себе стакан воды и делает несколько больших глотков. Вода немного успокаивает, но ощущение тревоги не покидает ее. Она подходит к окну и смотрит на спящий город. Все кажется таким мирным и спокойным, таким далеким от того кошмара, который она только что пережила.

Но Эмили знает, что этот кошмар – не просто плод ее воображения. Он что-то значит. Он – предупреждение. И она должна выяснить, что это за предупреждение, пока не стало слишком поздно.

Выпив стакан воды, девушка вздрогнула от того, что кто-то начал тереться о ее ноги. Эмили вздрогнула и посмотрела вниз, это был её новый друг.

— Роко.. Напугал меня..

Чёрный котёнок громко мурчал, а девушка посмотрела в окно, ночь была сегодня чистой.

Звезды мерцали, словно бриллианты, рассыпанные по бархатному полотну. Луна, полная и яркая, заливала комнату мягким серебристым светом. Эмили любила такие ночи. В них было что-то волшебное, что-то, позволяющее забыть о дневной суете и погрузиться в мир грез и фантазий.

Она подошла к окну и прислонилась лбом к прохладному стеклу. Ветер тихо шелестел листвой деревьев за окном, донося до нее едва уловимый аромат ночных цветов. В такие моменты Эмили чувствовала себя частью чего-то большего, чем просто человек. Она ощущала связь со всем миром, с каждой травинкой, каждой звездой, каждым дуновением ветра.

Роко продолжал мурчать, обвиваясь вокруг ее ног. Эмили наклонилась и подняла его на руки. Маленький комочек тепла прижался к ее груди, и она почувствовала, как напряжение постепенно покидает ее тело.

— Ты тоже любишь смотреть на звезды, да, Роко? — прошептала она, глядя в его большие, полные любопытства глаза. Котёнок в ответ лишь прижался к ней еще сильнее и замурлыкал громче.

Эмили улыбнулась и вернулась к окну, крепко держа Роко на руках. Вместе они смотрели на ночное небо, погружаясь в тишину и спокойствие, которые дарила эта волшебная ночь.

Девушка снова погрузилась в воспоминаниях, где она маленькая и вместе с мамой переезжали в этот дом, после смерти отца. Ей было 10, жизнерадостный и милый ребенок, Эмили всячески помогала маме, в готовке, уборке и другой мелочи, пока не появился отчим.

Первое время он казался добрым и заботливым, но с каждым днем маска сползала, обнажая жестокость и властность. Эмили чувствовала, как радость покидает их дом, как мать становится все более подавленной и испуганной. Она пыталась защитить ее, но была лишь маленькой девочкой против взрослого мужчины.

Годы тянулись медленно и мучительно. Эмили росла, но в ее душе оставалась зияющая рана. Она мечтала о побеге, о свободе от этого кошмара. В школе она нашла утешение в учебе, погружаясь в книги, как в другой мир, где все было справедливо и правильно.

Отчим много пил, постоянно указывал ей и её матери что им надо делать, и если кто-то не слушался, то он поднимал руку. Эмили пыталась защищать мать, но та пересекала все попытки. Мать, казалось, смирилась со своей участью, видя в этом, возможно, искупление каких-то прошлых грехов или просто боялась остаться одной в этом жестоком мире.

Эмили росла в атмосфере страха и подавленности. Каждый скрип половицы, каждый громкий голос заставляли ее вздрагивать. Она научилась читать по лицам, предсказывая вспышки гнева отчима, и пыталась сглаживать острые углы, отвлекая его внимание на себя. Ее детство украли, заменив его постоянной тревогой и необходимостью защищать самого дорогого человека – мать.

Со временем Эмили стала замечать, что страх матери парализует ее, лишает воли к сопротивлению. Девочка понимала, что если они хотят вырваться из этого кошмара, действовать придется ей самой. Но как? Куда бежать? У них не было ни денег, ни родственников, готовых их приютить. И все же Эмили не сдавалась. В ее маленьком сердце зрела отчаянная решимость, росла ненависть к несправедливости и вера в то, что однажды они смогут обрести свободу. Она начала копить деньги, откладывая каждую копейку, полученную за помощь по хозяйству у соседей. Она мечтала о том дне, когда сможет увезти мать подальше от этого дома, где царили насилие и страх.

Наслаждение

Ноябрьский ветер завывал за окном, словно призрак, царапая стекло ледяными когтями. Эмили зябко куталась в одеяло, пытаясь согреться, но сон никак не приходил. В голове роились мысли, а тело требовало тепла. Она невольно вспомнила о Дьюке, своем соседе - высоком, сильном, с пронзительным взглядом, от которого по коже бежали мурашки.

Внезапно комнату окутал полумрак, и в нем проступил силуэт Дьюка. Он стоял у двери, словно сотканный из ночи, его глаза горели в темноте неземным огнем. Эмили не могла пошевелиться, словно зачарованная. Дьюк медленно приближался, и с каждым его шагом в воздухе нарастало напряжение.

Он опустился на край кровати, его пальцы коснулись ее щеки, вызывая волну жара. Эмили закрыла глаза, отдаваясь на волю нахлынувшим чувствам. Его губы нашли ее губы, и по телу разлилась волна блаженства. Поцелуй был долгим и страстным, он обещал что-то большее, чем простое утешение от холода.

Дьюк осторожно сбросил одеяло, обнажая ее плечи. Его губы скользнули вниз, оставляя за собой след из мурашек. Эмили застонала, теряя остатки самообладания. Ноябрьская ночь перестала быть холодной. Она горела.

Жаркая волна удовольствия прокатилась по телу Эмили. Дьюк, обнаженный до пояса, склонился над ней, его горячее дыхание щекотало ее кожу. Его сильные руки скользили по ее бедрам, вызывая дрожь. Она отвечала на его поцелуи, утопая в этом вихре чувств. Мир вокруг сузился до ощущения его тела, его запаха, его прикосновений. Каждое его движение было как искра, зажигающая в ней пламя.

Она чувствовала, как он приподнимает ее, ведет куда-то. В сознании всплыла картинка: мягкий свет, шелковые простыни, его глаза, полные желания. Она обхватила его шею, притягивая ближе, жадно ловя его поцелуи. Ее тело горело, требуя большего.

Внезапно, резкий звук пронзил тишину. Будильник. Эмили вздрогнула и открыла глаза. Сердце бешено колотилось. Комната была залита утренним светом. Дьюка нигде не было. Только смятая простынь напоминала о жарком сне.

Воскресенье. День, когда можно позволить себе неспешность. Но даже в этот священный день безделья, в голове, словно назойливая муха, жужжали обрывки сна. Дьюк. Его улыбка, такая беззаботная и теплая, в реальности казалась недостижимой. А во сне... во сне он был совсем другим. Более открытым, более... желающим.

Эмили перевернулась на другой бок, пытаясь выкинуть наваждение из головы. Сны - это всего лишь сны. Бессмысленные обрывки подсознания, не имеющие ничего общего с реальностью. Но образ Дьюка, его взгляд, пропитанный тем самым, невозможным в реальной жизни, желанием, никак не отпускал.

Она чувствовала себя нелепо. Двадцать четыре года, а ведет себя как школьница, влюбленная в недостижимую звезду. Дьюк был слишком... ярким. Слишком общительным, слишком... не таким, как она. Он был душой компании, центром внимания, а она - тихой мышкой, прячущейся в тени книжных полок.

Вздохнув, Эмили села на кровати. Пора вставать. За окном начинался новый день, полный возможностей. Или, по крайней мере, обещаний этих возможностей. И первое, что ей нужно сделать - это выкинуть из головы глупые сны и приготовить себе крепкий кофе. Возможно, двойную порцию.

Мужчина сидел в своём кабинете, что был на первом этаже, и наблюдал за Эмили, которая крутилась у плиты в соблазнительной ночнушке-платье. Он никогда не понимал, почему такая красивая девушка, с идеальным телом, ходит в мешковатой одежде...

У Дьюка давно были не очень светлые мысли насчет этой леди. Он каждую ночь представляет её... Голую, под своим телом, которая вскрикивает его имя, пока он входит в её тело.

Дьюк был садовником и соседом Эмили, но так же в прошлом, мужчина являлся военным, который в прошлом был заключённым. Сидел он за убийство с изнасилованием. И его следующей целью была его милая, маленькая соседка.

Эмили, с ее наивными глазами и легкой походкой, казалась Дьюку воплощением невинности, той самой чистоты, которую он попрал много лет назад. Каждый раз, когда она проходила мимо его домика, напевая под нос какую-то мелодию, внутри Дьюка поднималась буря. Желание, смешанное с ненавистью к самому себе, терзало его изнутри. Он знал, что не должен, что обязан держать себя в руках, но зверь, которого он так долго держал в клетке, рвался на свободу.

Дьюк старался отвлечься, уходил в работу с головой, пропалывал сорняки до изнеможения, поливал цветы, пока руки не сводило судорогой. Но стоило ему закрыть глаза, как перед ним возникал образ Эмили. Ее улыбка, ее смех - все это только подстегивало его больное воображение.

С самого утра Дьюк не сводил глаз со своей "розочки", как он про себя называл Эмили, живущую по соседству. Спустя время он опять собрался навестить ее, но, похоже, она решила опередить его, потому что он увидел, как она, сменив наряд, вышла из своего жилища. Дьюк слегка приподнялся и торопливо выглянул, чтобы узнать, куда она направилась, но, распахнув дверь, увидел, что она почти достигла его порога. В руках она держала блюдо, прикрытое салфеткой, а на лице Эмили играла застенчивая улыбка. На ней была просторная белая кофта и узкие черные джинсы, выгодно подчеркивающие ее фигуру.

- Извини, я просто... Решила испечь блины и подумала, что стоит тебя угостить... Ты же вчера приносил мне печенье... Так что... Вот... - Эмили залилась краской, протягивая ему тарелку. На ее лице красовались очки в красной оправе. Дьюку они показались невероятно привлекательными.

Дьюк замер на пороге, рассматривая Эмили. Сердце бешено колотилось в груди, а в голове роились мысли. Он и представить себе не мог такого поворота событий. Его "розочка" сама пришла к нему, да еще и с угощением.

- Эмили, это очень мило с твоей стороны, - проговорил он, стараясь скрыть волнение. - Я как раз собирался выпить чашечку кофе. Заходи.

Девушка несмело переступила порог его квартиры. В воздухе сразу же повисла неловкая тишина. Дьюк провел ее на кухню, где на столе уже стояла чашка с ароматным кофе.

Может это любовь?

Девушка сидела за столом, рядом сидела мама, родной отец и… Дьюк. Его присутствие казалось настолько естественным, будто он всегда был частью их семьи.

Он рассказывал её родителям что-то интересное и смешное, так как те начали смеяться, сама она почти плакала от смеха. Щеки горели, в животе порхали бабочки, и все тревоги, казалось, растворились в этом моменте. Все было… Так хорошо, она была дома… В кругу семьи, с человеком, которого любила.

Запах свежеиспеченного яблочного пирога наполнял комнату, а теплый свет лампы создавал уютную атмосферу. Отец рассказывал какую-то старую историю, мама подливала чай, и Дьюк держал её руку под столом, незаметно сжимая её пальцы.

Жаль, что это всего-лишь был сон… Единственный хороший сон среди кошмаров. Она проснулась в холодной постели, ощущая пустоту рядом. Комната была погружена в полумрак, и тишину нарушали лишь редкие звуки проезжающих машин за окном. Сон улетучился, оставив после себя лишь горькое послевкусие. Ей оставалось лишь лежать и вспоминать этот миг счастья, надеясь, что когда-нибудь он станет реальностью.

Эмили открыла глаза с приятным ощущением внутри. Ноябрьское солнце, проникая сквозь занавеси, наполняло комнату светом. Её маленький кот, уютно расположившись в ногах, громко выражал свою любовь мурлыканьем. Но самое главное – в памяти еще свежи были воспоминания о вчерашнем дне с Дьюком, об их поцелуе и совместной прогулке. Эта мысль вызвала тихий смех.

Впервые за долгое время, Эмили почувствовала желание надеть платье. Выбор пал на коричневое платье в клетку, свободного кроя, которое выгодно подчеркивало её формы.

Несмотря на то, что понедельник часто называют трудным днем, Эмили любила свою работу в библиотеке. Книги всегда играли важную роль в её жизни.

Приготовив несложный завтрак – горячие бутерброды и чай, она поела сама, накормила котенка и, открыв дверь, замерла от удивления. Перед ней стояли белые розы.

— Прости, солнышко, напугал? – Дьюк смущенно улыбнулся и застыл, рассматривая Эмили. — Ты в платье… и такая прекрасная…

Эмили зарделась, но улыбнулась в ответ.

— Спасибо… Это… это мне? – спросила она, указывая на цветы. Дьюк кивнул, протягивая ей букет.

Эмили приняла розы, ощущая нежный аромат, который мгновенно наполнил воздух. —Они восхитительны, - прошептала она, утопая взглядом в его глазах. Дьюк смотрел на нее с нескрываемым восхищением, и Эмили почувствовала, как тепло разливается по всему телу.

— Я просто хотел сделать твой день еще лучше, - сказал Дьюк, его голос звучал немного неуверенно. - Может, я могу тебя подвезти до работы? Эмили на мгновение задумалась. Обычно она ходила пешком, наслаждаясь утренней прохладой и тишиной улиц, но сегодня предложение Дьюка казалось особенно заманчивым.

— Я бы с удовольствием, - ответила она, пряча улыбку. Вместе они спустились к машине, и всю дорогу до библиотеки они болтали обо всем на свете: о книгах, о планах на выходные, о смешных случаях из жизни. Эмили чувствовала себя легко и непринужденно, как будто знала Дьюка целую вечность.

У дверей библиотеки Дьюк остановился и посмотрел на нее с теплотой. — Хорошего тебе дня, Эмили, - сказал он, и нежно коснулся ее щеки. "Я позвоню тебе вечером." Эмили кивнула, не в силах оторвать взгляд от его глаз.

Войдя в библиотеку, она ощутила легкую эйфорию. День обещал быть особенным, и Эмили была готова принять все, что он ей принесет. Белые розы стояли в вазе на ее столе, напоминая о вчерашнем дне и о надежде, которая теперь жила в ее сердце.

Сегодня Эмили Клайд сияла от счастья. Всегда спокойная и немногословная, она перемещалась между книжными полками с легкостью колибри, порхающей среди цветов. Каждая её консультация, каждый совет сопровождался искренней улыбкой и неподдельным воодушевлением. Казалось, что даже пыль старинных книг отступала перед её позитивным настроем, и в библиотеке воцарилась почти праздничная атмосфера. Даже угрюмый мистер Хендерсон, завсегдатай библиотеки, известный своим неприятием всего живого, удостоил Эмили едва заметным кивком головы.

Закончив рабочий день, Эмили переодела свое простое платье. В зеркале она торопливо убрала выбившуюся прядь волос и слегка подчеркнула губы блеском.

Она немного нервничала, ведь это было её первое свидание, да еще и с Дьюком. Взглянув на часы, она взяла сумочку и надела свои очки в красной оправе. Выйдя из библиотеки, она увидела его, ожидавшего её возле черного пикапа, и направилась к нему. Дьюк обнял её и нежно коснулся губами её курносого носика.

— Ну что, моя розочка, ты готова?

Эмили зарделась от его слов и прикосновения.
— Более чем, - прошептала она, чувствуя, как бабочки запорхали в животе. Дьюк открыл дверцу пикапа, и она забралась внутрь. Салон пах кожей и древесным ароматом, что почему-то казалось ей невероятно уютным.

Пока они ехали, Дьюк рассказывал забавные истории из своей работы в саду, и Эмили смеялась от души. Она заметила, что его глаза искрятся, когда он смотрит на нее, и это заставляло ее сердце биться быстрее. Они приехали в небольшую, но очаровательную итальянскую тратторию, украшенную гирляндами огней.

За ужином они говорили обо всем на свете: о книгах, музыке, мечтах и страхах. Эмили никогда не чувствовала себя настолько комфортно и свободно с кем-либо. Дьюк внимательно слушал ее, задавал вопросы и делился своими мыслями. Она поняла, что за его мускулистой внешностью скрывается чуткая и добрая душа.

После ужина они прогулялись по парку, держась за руки. Луна светила ярко, освещая их лица. Дьюк остановился и нежно приподнял ее подбородок.
— Эмили, - прошептал он, - я давно не чувствовал себя так хорошо с кем-либо. Он наклонился и поцеловал ее. Поцелуй был мягким и нежным, но в то же время полным страсти. Эмили ответила на него, чувствуя, как все ее тело наполняется теплом.

Когда вечер подошел к концу, Дьюк отвез ее домой. У двери он обнял ее крепко и прошептал: — Я обязательно позвоню. Эмили вошла в дом, чувствуя себя счастливой и немного окрыленной. Возможно, это было только первое свидание, но она знала, что что-то особенное между ними возникло.