Да, Босс! или приказы не обсуждаются

1

Сегодня точно не мой день! 

Как я могла проспать? Ну почему именно сегодня, как раз тогда, когда начальник настоятельно просил всех не опаздывать? 

После его яркой речи, я думала, что самая последняя, кто может прийти не вовремя, ведь до этого, сколько работаю, ни разу не бывало такого, чтобы я задержалась, проспала или долго простояла в пробке. Я никогда не опаздывала! Так что же случилось сегодня? 

В ускоренном режиме натягиваю белье и чулки, торопливо надеваю голубую рубашку, синюю юбку и китель. В спешке подпрыгиваю к зеркалу, пытаясь запихнуть ногу в черную матовую туфлю на высоком каблуке. Останавливаюсь, оглядывая себя со всех сторон. Ну кто выдумал эту форму? Чувствую себя в ней максимально некомфортно. Вести допросы в юбке выше колена - не самое приятное занятие, точно так же, как и выезжать на место преступления на каблуке, хоть и устойчивом, но все-таки высоком. 

Светлые густые волосы собрать не успеваю, поэтому просто запихиваю в сумку расческу и выбегаю на улицу, где уже ждет заказанное такси. Здороваюсь с водителем и сажусь. Ерзаю, как на иголках, увидев, что до планерки осталось пятнадцать минут, а ехать, как минимум, около двадцати. 

Набираю номер Агаты, моей коллеги, а по совместительству лучшей подруги. Женщина она очень яркая и интересная. Красные с бордовым отливом волосы коротко подстрижены, добавляя высокой стройной Агате особый шарм, делая ее образ еще более независимым и уверенным. Она, как и я, работает в Следственном комитете, но в отличии от меня, следователя, Агата - эксперт-криминалист. 

Сошлись мы с ней очень интересно. Когда я, юный работник, только выпустившийся из университета, приехала на свое первое задание, на месте меня уже ждала почти вся группа. Я быстро осмотрела дом, зафиксировав его особенности и наличие камер видеонаблюдения.  

У входа в подъезд, где произошло преступление, меня встретили патрульные и два оперативника, которые быстро ввели в курс дела и отправили изучать квартиру. Один, мужчина лет сорока остался внизу. Со мной же до места преступления пошел симпатичный парень, чуть старше меня самой. 

Я, испытывая легкое волнение, поднималась по подъезду, слушая громкие, эхом раздающиеся звуки цокающих каблуков. Алексей, как представился мой сопровождающий, рассказывал мне веселящие байки, подкрепляя их явно выдуманными фактами, на что я просто закрывала глаза, не пытаясь уличить парня во лжи. Это его дело, хочет казаться героичнее, пусть будет так. 

К квартире мы подходим быстро, и я радуюсь скорому избавлению от гиперболизированных историй. Не будет ведь Алексей мешать мне в осмотре места преступления и составлении соответствующего акта. Парень торжественно распахивает дверь в квартиру, поздравляя меня с первым делом и первым криминальным жмуриком (повторяю дословно). Именно в этот момент в кармане Алексея начинает вибрировать телефон, и оперативник, извинившись, отходит, пообещав вернуться с понятыми. 

Я захожу в квартиру, не ждать ведь, когда парень вернется. Останавливаюсь в коридоре, окидывая помещение взглядом. Все вещи стоят идеально ровно, не похоже, что сюда кто-нибудь вломился. Единственное, что привлекает мой взгляд, - это рамка, в которой нет фотографии. Странно, ведь никто в здравом рассудке не будет ставить ее пустой. Отмечаю себе, что нужно будет спросить у криминалиста, насчет снятия отпечатков с этого предмета. Записываю, все что вижу в акт и прохожу дальше. 

Оказываюсь в небольшой гостиной. Вот здесь уже менее идеально. Ковер откинут, документы, вероятно, лежавшие ранее на столе, теперь вместе с яркими зелеными яблоками рассыпаны по полу. В кресле замечаю женщину, склонившую голову на бок. Ее кожа по-вампирски бледная. Ну, а в каком еще виде я хотела застать жертву? Возможно, так кажется еще из-за ярких волос и губ, накрашенных в тон, но, в любом случае, я готова и к картинкам пострашнее. 

Подхожу к женщине, изучая ее вид и отмечая, что ей около сорока. На шее замечаю расстегнутую цепочку, на которой, возможно, раньше висел какой-нибудь ценный кулон. И он вполне мог стать причиной покушения на его обладательницу. Наклоняюсь над жертвой, чтобы рассмотреть цепочку внимательнее. Вдруг, она распахивает глаза. Нет, я, конечно, ожидала что угодно, но уж точно не того, что оживлю умертвие. 

Мы с женщиной синхронно начинаем визжать на ультразвуке, отпрянув друг от друга, я - ближе к противоположной стене, а она, вспрыгнув и зайдя за кресло. Да уж, на лекциях такой ситуации с нами точно не рассматривали. Мы, не додумавшись до того, что можно просто поговорить, продолжаем визжать, пока нас не прерывает басистый голос старшего оперуполномоченного. 

Он умело затыкает нас, пытаясь понять, что произошло. За его спиной оказываются запыхавшиеся от бега Алексей, двое понятых и невысокий крепкий мужчина с чемоданчиком в руках. Я молчу, и, поняв, что ничего вразумительного от перепугавшейся меня ему не дождаться, оперативник обращается к женщине, которая указывает на меня дрожащей рукой и заедающим голосом пытается произнести что-то в роде “О-о-о-нн-а”.  

Спустя несколько минут сумбурных объяснений, порции визга и возмущений, мы, в основном благодаря ораторским способностям коллеги, разбираемся в ситуации, которая до комичности проста. Женщина, которую я приняла за жертву, на самом деле является экспертом-криминалистом, которая присела в кресло и, не выспавшаяся из-за раннего пробуждения, уснула прямо на месте преступления. 

Мы до сих пор не перестаем вспоминать эту до слез смешную историю, подкалывая друг друга. Несмотря на разницу в возрасте, мы с Агатой здорово поладили. Она единственная женщина коллектива, с которой я смогла сойтись. Собственно, как и она со мной. 

2

-Да, Алиска. Ты где? Все уже в кабинете потихоньку собираются, - шепчет в трубку Агата, явно переживая, увидев мое отсутствие. 

-Проспала, - с обреченным вздохом говорю я. - Еду. Все уже пришли? Как там Миронов, ругается? - засыпаю я подругу вопросами. 

Хотя уверена, что начальник отреагирует достаточно спокойно. Миронов Альберт Янович - подполковник старой закалки, строг в работе, но мягок и по отношению к своим сотрудникам. За все три года работы под его начальствованием ни разу не было момента, когда он выходил из себя, яростно кричал на кого-то или лишал премии. Максимум, что можно ожидать от Альберта Яновича, это неосуждающий, но чуть порицательный взгляд, по-отечески шумный вздох и, конечно, прощение. 

Вообще, нашего старика любят все. Исключением не являются даже самые ядовитые змеюки коллектива, а таких, к слову, немало. Миронов умеет расположить к себе людей. Он, как опытный следователь, читает окружающих, как открытые книги, но это вовсе не пугает, ведь у каждого есть стопроцентная уверенность - начальник никогда не станет использовать что-то против нас, он поймет и поможет. Наверное, поэтому среди работников Альберт Янович носит несвойственное начальникам прозвище - отец. 

Голос Агаты, раздающийся в трубке, сообщает, что нет еще половины сотрудников, как и Миронова, волноваться пока рано, но если я не окажусь на рабочем месте через десять минут, то, однозначно, опоздаю. 

Смотрю в окно, понимая, что совсем не укладываюсь в имеющееся в моем распоряжении время. Нервно спрашиваю водителя, скоро ли мы приедем. Ответом служит сетование на пробки и то, что последнее время город просто стоит. Еще семь минут мы едем, пробираясь в плотном потоке машин, но, когда замираем в пробке окончательно, я прощаюсь с водителем и, расплатившись, выхожу из такси. 

До работы осталось всего полтора квартала, поэтому я ускоренно пробираюсь между сигналящих стоящих в пробке и выхожу на тротуар. Каблуки, хоть и устойчивы, но, как и юбка, не способствуют слишком быстрому передвижению. Расклеиваться рано! Я бы не была Алисой Селезневой (да-да, мои родители, перед рождением дочери, видимо, перечитали фантастических рассказов Кира Булычева), если бы дрожала и истерила при каждой неудаче и ее предвестниках.  

Спешно бегу по улицам, обходя людей. Кого-то так же торопящегося, как я, кого-то медленно прогуливающегося перед работой. Из-за амплитудных движений волосы мои становятся растрепанными, будто я хорошо провела ночь. Собственно, на это наталкивает и лихорадочный блеск в глазах. Юбка чуть задирается из-за широких шагов. Надеюсь, что все в целом выглядит прилично, и в разрезе сзади не виднеется кружевная кайма чулок вместе с поясом. Но, несмотря на все мелкие неприятные обстоятельства, моя походка остается твердой. Обожаю свою выдержку.  

Смотрю на время и понимаю, что через минуту начинается планерка. Во мне будто открывается второе дыхание, и за эту минуту, я, как статная, гибкая и быстрая лань, сломя голову добегаю до отдела. Проношусь по пустынным коридорам, по пути пытаясь привести себя в порядок. Кое как укладываю растрепавшиеся, запутанные волосы. Перевожу дыхание и стучусь в кабинет начальника.  

Услышав позволение войти, я распахиваю дверь и извиняюсь за опоздание, проходясь глазами по присутствующим. Большая часть мужской половины нашего коллектива глядит с сочувствием. Кто-то равнодушно, а кто-то заинтересованно. Ну конечно, до сегодняшнего дня я всегда приходила, во-первых, вовремя. Во-вторых, с идеально уложенной прической, лаконичным макияжем, делающим мое лицо более аристократичным и, конечно, в опрятной одежде. Сейчас же я стою с раскрасневшимися от бега щеками, блестящими глазами, пышной копной блондинистых волос и немного сбившейся юбкой.  

Женский террариум смотрит на меня насмешливо, будто ожидали этого провала с того момента, как я начала здесь работать. После, змеюки переводят взгляд на мою Агату, которая важно расселась на стыке двух стульев, заняв оба, один - для меня, как я понимаю. Женщины прожигают ее взглядами, таящими ненависть и презрение, но огненной красотке все, будто ни по чем. Она лишь кокетливо поправляет прическу и увереннее выпрямляет спину.  

Так, стоп. Агата игриво укладывает волосы?! Здесь однозначно что-то не то. Замечаю, что и остальные женщины ведут себя довольно жеманно и нарочито соблазнительно. Кто-то игриво крутит локон на пальце, кто-то поправляет бюст, кто-то закусывает губу, думая, что это выглядит завлекающе, но на самом же деле, все их действия дышат неприятной пошлостью. А главная заводила рептилий - Динара, яркая брюнетка с четвертым размером груди, буквально вывалила все свои достоинства на стол, расстегнув пуговиц на рубашке, однозначно, больше, чем предполагает этикет.  

Только сейчас замечаю, что во главе стола стоит не только Миронов, но и неизвестный брутальный мужчина строгого вида. Он, как и все в этом кабинете, одет в форму юстиции, которая безупречно сидит на нем, подчеркивая развитую мускулатуру. На погонах блестят звезды, дающие понять, что мужчина, направивший взгляд на меня - майор, а это значительное достижение, ведь на вид ему не больше тридцати.  

От пронизывающего взгляда становится не по себе. Я резко вспоминаю о своем нелепом виде, хватаюсь подрагивающими руками за подол юбки, пытаясь поправить его и натянуть как можно ниже, еще раз прошу прощения и, вновь обретя контроль над собой, гордой походкой шествую к свободному месту, которое заняла мне Агата.  

3

-Ну что ж, раз все в сборе, начнем, - совершенно спокойно говорит Альберт Янович, глядя на меня с подбадривающей улыбкой. - Я ухожу в отставку, - по кабинету проносится возмущенный вздох и шелест тихих голосов.  

-Жалко, конечно, что уходит. Но такому боссу я бы подчинилась, - мечтательно шепчет мне на ухо Агата.  

Подавляю смешок, вызванный словами подруги. Она, как обычно. Если мужчина, попавший в поле зрения Агаты, ей не понравился, значит ему либо больше шестидесяти, либо это не мужчина. Подруга, как самый настоящий ценитель и коллекционер, считает, что, цитирую: "Нет, Алиска, плохого мужика. Есть привередливые девки". Всегда улыбаюсь на ее философию. Хотя, быть может, мне стоит прислушаться, ведь я до сих пор одна. А Агатка таким не страдает. Сколько знаю, у нее всегда куча поклонников: этот подвезет, тот в театр пригласит, следующий цветами завалит.  

Вздыхаю с грустью, вызванной то ли воспоминанием про собственное одиночество, находиться в котором, мне, похоже, суждено еще долго, ведь в последнее время настолько завалена работой, что поесть не всегда успеваю, какая уж тут личная жизнь, то ли уходом любимого начальника. Альберт Янович даже не начальник, он как старший друг и добродушный наставник.  

Мужчина же, которого я вижу сейчас создает совсем обратное впечатление. Холодность и отстраненность в глазах, грубые пальцы сжаты, руки скрещены на груди, лицо не выражает никаких эмоций, и совсем не кажется, что он умело их скрывает, создается впечатление, будто мужчина просто не способен их испытывать. 

Майор замечает мой взгляд и немного вздергивает бровь, на что я отвечаю ему легким пожатием плечами. Мужчина никак не реагирует и больше совсем не обращает на меня внимания. Он вообще не обращает внимания ни на кого, зря стараются хищницы, выпятили все, чем богаты. Майор не выглядит, как ловелас, и интрижки на работе заводить не будет, тем более отношения. Почему-то мне кажется именно так.  

Это, безусловно, радует меня. Харассмента еще не хватало. Вспоминаю капитана Фомина, который приезжал к нам в отдел с проверкой и уж очень явно проявлял ко мне нежелательное внимание. Кое-как отделалась от этого слизняка. Главное, что все вокруг считали высокого голубоглазого блондина просто душкой, а меня неблагодарной хамкой. И ничего, что эта лапочка беспринципно зажимала меня в каждом углу, угрожая, что не примет отчет, если мы не сблизимся. Хорошо, что Миронов все понял и закрутил зарвавшемуся капитану хвост. От неприятных воспоминаний меня передергивает, и я пытаюсь отвлечься.  

-Ну-ну, тише, друзья, - пытается успокоить коллектив Альберт Янович. - Я же не помирать собрался, а на заслуженный отдых. - тепло усмехается начальник. - С поста я ухожу, даю дорогу молодым, так сказать. Прошу любить и жаловать, ваш новый начальник, Гонсалес Андрей Юрьевич.  

По кабинету вновь проходит шепоток, но уже более воодушевленный. Девушки щебечут, обсуждая новую мишень. Мужчины же недовольно фырчат.  

-Язык не поворачивается назвать его начальником. Слишком душевное это слово. Босс. Да, однозначно, 'босс' подходит ему гораздо больше. Слово такое прохладненькое, - снова раздается тихое рассуждение у моего уха.  

Легонько киваю, на самом деле соглашаясь с Агатой. Она, как и я, заметила отчужденность Андрея Юрьевича. Мужчина здоровается с коллективом и произносит мотивирующую речь, которая должна всех вдохновить. Но, женщины, положившие глаз на нового босса, и так вдохновлены по самое не хочу, а остальные уже ждут не дождутся, когда мы разойдемся по кабинетам, ведь понедельник, как всем известно, день тяжелый. Кто-то жаждет вернуться на свое рабочее место, чтобы разобрать завалы документов, а кто-то просто пофилонить, скрывшись за надежной дверью.  

-Нет, ну это ужас, - щебечет Агата, когда мы заходим в кабинет.  

Его мы, к слову, делим вместе с двумя следователями. Дамиром - темноволосым восточным красавцем с копной волос до плеч, которые он забирает в замысловатые традиционные прически. И новеньким, совсем еще зеленым, долговязым русоволосым с рыжеватым отливом Антоном.  

-Как Миронов мог нас кинуть? - восклицает Агата, расхаживая по кабинету.  

Мы с парнями, привыкшие к экстравертному характеру криминалистки, киваем, как китайские болванчики, рассаживаясь по местам и включаем компьютеры, чтобы приняться за работу.  

-А этот. Ну! Вы его видели? - не унимается ярковолосая. - "Я весь такой неприступный, холодный и крутой" - низким голосом говорит Агата, изображая рукой говорящего то ли гуся, то ли Гонсалеса.  

Женщина с размаху усаживается на небольшой кожаный диван в кабинете и устало растирает виски.  

-Ух, ребята, сейчас главное - держаться вместе. А то всем известно, новая метла по-новому метет, - пытаясь навеять страх, резюмирует Агата.  

4

До обеда мы с соседями сидим, уткнувшись в компьютеры, разбираем завалы из документов, актов и нераскрытых дел. Все это очень утомляет. Иногда я даже больше радуюсь выезду на место преступления. Особенно если оно на улице. Какой-нибудь парк или лес, свежий воздух. Ммм… Нужно на выходных выбраться уже из дома и Агату прихватить.  

-Наше временное заточение закончилось, - торжественно сообщает Антон, откидываясь в кресле. - По крайней мере, на час точно.  

Мы с Дамиром повторяем его движение, разминая затекшие мышцы.  

-Обед - это хорошо, но я, пожалуй, пропущу его сегодня. Что там Агата говорила про метлу? Лучше посижу, тихонько все доделаю… Может, и пронесет. Мне работу терять - совсем не вариант, - вступает Дамир, возвращаясь обратно в пучину темных ровных букв.  

-Точно? - с подозрением спрашиваю у друга. - Всех-то не уволит. А нас таких, - киваю на стол, заваленный бумагами, - много.  

-Точно, - кивает Дамир, всем своим видом показывая, что рассуждать с нами на эту тему больше не намерен.  

Пожимаем с Антоном плечами и выходим из кабинета. В коридоре встречаемся с Агатой, которая на высоченных шпильках бодро бежит нам навстречу.  

-Ребятушки, как я выгляжу? - спрашивает женщина, делая оборот вокруг своей оси.  

-Прекрасно, Агата Арсеньевна, - кивает Антон, оглядывая ее ос ног до головы.  

-Вот и хорошо, - кивает, очередной раз поправляя волосы, берет нас под руки и начинает двигаться в сторону выхода. - А женское мнение не так важно. Все мы, Алька, химеры, и хорошего ждать друг от друга не приходится, - серьезно говорит Агата.  

Легко щипаю женщину под ребро, за такой выпад в мою сторону, на что мы обе, разрываемся от звонкого смеха. Антон отмечает, что с нами всегда весело, и мы вновь смеемся, но уже чуть более смущенно.  

Веселье резко прекращается, когда у входа мы встречаем Гонсалеса. Агата почему-то становится натянута, как струна. Спина распрямляется, а на лице появляется немного надменное выражение. Мы проходим мимо босса безмолвно и начинаем говорить только, когда заворачиваем за угол.  

-Ну как я вам? - хитро спрашивает Агата. - Достаточно безразличия? А ледяных осколков в глазах?  

-Простите? - непонимающе косится Антон.  

-Ну что ты, как вчера родился? Всем ведь давно известно, чтобы добиться мужского внимания, нужно разбудить в объекте инстинкт охотника. А для этого нужно включить свою Снежную Королеву на максимум. Вы, примитивные существа, с вами только так.  

-Агата! - упрекаю подругу с восклицанием.  

-Да шучу я, шучу, - весело отзывается ярковолосая, останавливаясь у дверей кофейни. - Так, ребятушки, спасибо, что проводили, спешу откланяться. У меня свиданка, - как всегда, на позитиве, произносит подруга и, помахав нам на прощание, скрывается за атмосферной дубовой дверью.  

Переглядываемся с Антоном, уже не удивляясь взбалмошности криминалистки, это самый настоящий стиль Агаты. Не задерживаясь у кофейни, мы с Антоном находим недавно открывшееся кафе, где есть несколько свободных столиков под открытым небом. 

С наслаждением поглощаю обед, тихо радуясь, что мечты начинают сбываться. Хотела свежий воздух? - Пожалуйста. Надеюсь, что прогноз красноволосой пессимистки не последует этому примеру и останется всего лишь глупым предположением взволнованных умов. 

Заказываем с Антоном еще одну порцию обеда с собой, не можем ведь мы оставить боевого товарища голодным на целый день. Возвращаемся в отдел, весело обсуждая что-то несерьезное. На это наталкивает солнечный день. Хотя еще только начало мая, на улице стоит почти летняя жара. Люди вокруг скинули пальто и плащи, радуясь удивительно теплому для нашей широты дню. Дети бегают, размахивая рюкзаками и предвкушая скорые каникулы.  

Весь этот настрой передается и нам с Антоном, который по пути успел где-то купить мороженое и теперь восторженно, как ребенок, его жует. Я тоже не отказалась от предложенного лакомства, выбрав фруктовый лед на палочке. Так мы и добираемся до отдела, проходя под ностальгическими взглядами коллег. 

-Эх, молодежь-молодежь, - мечтательно произносит пожилой капитан, будто вспоминая юность. 

-А что молодежь-то, Юрий Степанович? Я вот вам завидую, сидите себе спокойненько, никто вас не дергает, все уважают, далеко не посылают. А нас: “Антон сюда, Антон туда”. Чем дальше от города, тем неистовей меня туда и гонят. 

-Ой, лейтенант, тебе бы жаловаться, а? Воздух свежий, компания хорошая... Ничего вы, молодые, не понимаете. Будешь вот сидеть, как я, да вспоминать старого капитана. 

Доедаю мороженое, слушая беседу поколений, которую ненамеренно прерывает новый босс, пришедший, как и мы, с обеда. Он проходит мимо нас, кидая взгляд на мое лицо как раз в тот момент, когда я обхватываю губами тающую сладость. 

-Товарищ старший лейтенант, будьте добры, зайдите ко мне в кабинет, - произносит босс с уже привычным, бесстрастным лицом. 

_________________________________________________ 

Как думаете, будет ли Андрей ругать Алису за опоздание? Или она успела натворить что похуже? 

P.S. 

5

Стою в растерянности, не понимая, что только вступившему в должность Андрею Юрьевичу понадобилось от меня. Но приказ вышестоящего начальства есть приказ. Заворачиваю к его кабинету, жалея об одном - такой божественно вкусный фруктовый лед остался у Антона, не пойду же я к начальству на ковер с мороженым. Хотя, это было бы интересненько, дополнило бы созданный за день образ недалекой растрепанной дурочки.  

Несколько раз стучу в дверь и, дождавшись положительного ответа захожу со всеми полагающимися по воинскому этикету приветствиями.  

-Проходите, Алиса, садитесь, - кивает Гонсалес, на секунду оторвав глаза от бумаг перед собой и мигом вернув их обратно, продолжая изучать документы.  

Несколько минут сидим молча. Сама я завести разговор не пытаюсь. А зачем? Сам позвал, сам пусть и развлекает. Мысленно ухмыляюсь, заметив, что набралась от Агаты ее особенной, в какой-то мере доброй циничности.  

Когда проходит еще неопределенное количество времени, а мужчина так и не отрывается от раздражающих меня бумаг, кидаю на них взгляд из праздного интереса. Увидев на одной из страниц четкую, но черно-белую фотографию, на которой изображена я, собственной персоной, понимаю, что листает босс мое досье и внимательно так листает, вчитываясь в каждую строчку, периодически потирая подбородок, чему-то кивая, а иногда хмурясь.  

Сразу же вспоминаю предположения Агаты и Дамира, и по моей спине пробегает холодок. Начинаю нервничать, ведь искать новое место работы в мои планы не входило. Уже прокручиваю в своей голове все варианты увольнения: от тихого и безмолвного, до громкого, с криками и обвинениями, но вовремя себя одергиваю. Какое увольнение? Я выполняю свою работы почти идеально! Моя раскрываемость одна из лучших в отделе, он просто не имеет права выгнать меня. 

Чувствую, что завелась и еле сдерживаюсь, чтобы не вступить с Гонсалесом в ярые дебаты, уже накидав аргументов в свою пользу. Но, и впрямь, у него нет никаких оснований заподозрить, что я недобросовестно выполняю свою работу, кроме сегодняшнего опоздания. В любом случае, это всего лишь дисциплинарный проступок, который, конечно, заслуживает наказания, но не такого жестокого, как увольнение. 

На краю сознания всплывает догадка. Гонсалес проводит проверку на прочность! Точно, это пресловутое стресс-интервью, основной задачей которого является определение качеств сотрудника, того, как он ведет себя в напряженной ситуации, а для этого его нужно поместить в неприятную, раздражающую обстановку.  

-Давно работаете здесь, Алиса Денисовна? - отрывается от досье босс.  

-Чуть больше трех лет, - сдержанно и вполне вежливо отвечаю я.  

Удовлетворившись ответом, мужчина кивает и вновь погружается в изучение бумаг, оставляя меня в подвешенном состоянии.  

Быстро начинаю вспоминать особенности таких 'психологических игр' и желательного поведения во время стресс-интервью. Здравый смысл включается быстро, подсказывая решение проблемы. Логично, что следователь должен реагировать на все здраво, быть стресоустойчивым и рассудительным, иметь холодную голову на плечах. Поэтому идеальным выходом из данной ситуации будет вежливо поинтересоваться, что этот интриган хочет.  

Вспоминаю Миронова, который тоже любит все эти психологические штучки и тесты. Но он, в отличие от Гонсалеса, никогда не применял их на сотрудниках, не предупредив и получив добровольное согласие.  

-Андрей Юрьевич, давайте я отвечу на все ваши вопросы и вернусь к своим непосредственным обязанностям? - невзначай уточняюще спрашиваю я.  

-Конечно, Алиса. Но вот загвоздка, я еще ничего не спросил, - довольно грубо отвечает босс, вызывая у меня приступ ярости.  

Пытаю как можно незаметнее, но глубже вдохнуть, что получается далеко не с первого раза, зато очень феерично. Третья пуговица рубашки с тихим свистом нелепо отлетает куда-то в угол кабинета. Придерживаю себя тем, что отправиться искать потерю будет очень странно, а успокаиваю, вспоминая, что многие сотрудницы нашего коллектива ходят так каждый день, и ничего, живы-здоровы, никого не разжаловали за недопустимый сотруднику полиции вид.  

Мужчина, смерив меня взглядом и, видимо, не дождавшись от меня никакой реакции, вновь вернулся к бумажкам на столе, перебирая уже другие.  

Я, чтобы скрасить печальное времяпрепровождение, начинаю изучать его внешность, ведь впервые вижу босса так близко. Жесткие прямые волосы почти черного цвета небрежно уложены назад и чуть вбок. Черты лица брутальные, но не мужланские. Они привлекают внимание. Прямой, совсем идеальный нос, четко очерченный подбородок, тронутый двухдневной щетиной, выразительные карие глаза, обрамленные пушистыми черными ресницами и подчеркнутые чуть нахмуренными бровями, выделяющееся адамово яблоко, которое просто притягивает взгляд, намекая на силу и мужественность обладателя, будоражит, особенно, если представить как жадно… Так, стоп! Слишком далеко!  

Хотя, как тут удержаться, если Гонсалес редкая совокупностью приятных черт лица, щедро приправленных терпкой брутальностью, и твердых, литых мышц, которые плотно натягивают ткань синего пиджака, заставляя воображение рисовать картинки, как мужчина выглядит без форменной одежды, а, может быть, и совсем без ненужных предметов гардероба.  

Хорошо, что поток моих мыслей, зашедших не туда, прерывает несколько вопросов от Андрея Юрьевича, возвращающие меня в рабочее русло. В отличие от первой фразы, сейчас Гонсалес ведет себя очень даже вежливо, но иногда кидает взгляд, который способен прочитать всех вокруг, оставшись непонятным многим невнимательным. Надеюсь, босс не заметил раскрасневшихся щек.  

6

Выхожу из кабинета, оттягивая ткань так, чтобы она не соприкасалась с кожей. Направляюсь в свою обитель, желая как можно быстрее снять испорченную вещь и приложить к груди что-нибудь холодное. Нет, лучше, пожалуй, что-нибудь ледяное.  

-Босс там что, реально тебя пытал? - вскакивает Агата, которая, похоже, уже поселилась в нашем кабинете. - А я как услышала, что он тебя вызвал, так на иголках и сижу, вот, даже к вам прибежала. А по дороге Котова встретила, так он идет, и весь белущий. Спрашиваю, что случилось, а он, мол, у начальника на ковре был, а он совсем не в адеквате. То молчит, то грубит. Ну, котя наш и не выдержал, наорал на него, а тот, будто оскорбился, да и говорит нашему нервному: "Вам, товарищ лейтенант, следовало бы пройти переаттестацию. Но пока я закрою на это глаза, надеюсь, что в будущем вы будете сдержаннее", - тараторит подруга, размахивая руками.  

-Да, и мне подобное рассказывали, только Морозов и Котляр. Тоже на сумасшедшего начальника жаловались. Я вот теперь думаю, он такую сцену каждому устроит, или выборочно топить будет? - подключается к рассуждениям Антон, пока я судорожно пытаюсь найти в шкафу что-нибудь из запасных вещей.  

-Ух, он не Андрей Юрьевич, он Злодей Злодеич, - усмехается Агата. - Алиска, да что ты там потеряла, а? - отодвигает меня от шкафа, сама заглядывая в него.  

-Хоть какую-нибудь одежду. Видишь ли, принт на моей рубашке, это не дизайнерское решение, а криворукость одной рептилии, - раздраженно отвечаю я, уже подумывая, что китель на голое тело не такой уж и плохой вариант, всяко лучше мокрой ткани.  

-М-да, проблемы. У меня тоже ничего нет, а у местного улья просить - себе дороже, - парирует Агата.  

-Могу предложить футболку. Правда, она тебя раза в три больше, но хоть что-то, - отзывается Дамир, не отрываясь от экрана компьютера.  

-Буду рада даже мешку, главное, чтобы он был сухой и теплый.  

С благодарностью принимаю предмет одежды, в который облачаюсь, скрывшись за дверью туалета. В зеркале оглядываю и пытаюсь привести себя в приличный вид. Футболка велика не в три, а даже в четыре раза: плечо вот-вот норовит выскользнуть. Заправляю ее в юбку и накидываю сверху пиджак. В целом, выглядит вполне прилично, хоть и не совсем по уставу. Впрочем, нам иногда позволяется не соблюдать форменную одежду. Оперативникам для большей скрытности и незаметности, а следователям, чтобы быть 'ближе к народу'.  

Весь оставшийся день я, как и мои соседи по кабинету, глубоко погружаюсь в работу. Хорошо, что сегодня никаких допросов и очных ставок, все-таки, после всего произошедшего я чувствую себя разбитой. Ненавижу это ощущение, особенно в те моменты, когда этим не с кем поделиться. Да, даже все понимающей Агате я рассказываю не все.  

Заканчиваем работу мы с Дамиром, как всегда поздно. Антон и больше половины отдела уже давно спокойно ужинают в своих квартирах, а мы сортируем глухари. Закончив с последним, мы с радостным вздохом выбегаем из кабинета. На предложение Дамира подвезти я отвечаю отказом. Не нужно это ни мне, ни ему. У мужчины очень ревнивая жена, с бушующей горячей кровью. И несмотря на то, что нас с Дамиром связывают исключительно дружеские отношения, время от времени, Алсу устраивает нам проверки, а иногда и яркие скандалы.  

Неторопливо иду по улицам, уверяясь, что выбрать прогулку поездке на машине было верным решением, и свежий воздух мне не помешает. Вокруг темно, улицы пусты, но меня не пугают ни шорохи, ни странные тени. Все-таки то, что я повидала на работе гораздо хлеще гопников, курящих у подъезда.  

Район, в котором я живу, небольшой, тихий и спокойный. Заворачиваю к дому, заходя в подъезд и направляясь к квартире. Живу я здесь давно, как только выпустилась, переехала к другу, снимая у него комнату. Денис, известный певец, актер и по совместительству мой школьный друг. Жили мы душа в душу, так как встречались очень редко. Парень, заядлый любитель ночных тусовок, возвращался домой под утро, когда я уже вовсю вела осмотр места происшествия. И вот недавно его пригласили сниматься в каком-то заграничном фильме, и Денис, оставив меня следить за квартирой, мигом умчался в Италию.  

Поднимаюсь наверх в тишине. Живу я на втором этаже, а сломавшийся лифт обеспечивает мне в последнее время совсем легкие физические нагрузки. Иду-иду-иду, а эти ступеньки никак не заканчиваются. Еще и каблуки на ногах совершенно не способствуют вечернему подъему в 'горы'. Но, теперь хотя бы ясно, почему Миронов заобязал всех прийти сегодня в форме - должен был представить коллектив новому боссу в лучшем свете.  

Прохожу последний лестничный пролет, чувствуя предвкушение скорой встречи с диваном, но, видимо, кто-то наверху решил, что неприятностей мне сегодня недостаточно.  

7

Перед дверью квартиры лежат четыре ровных ряда глубокого красного цвета роз. Цветы довольно большие, и их много. Что уж говорить, мне за всю жизнь столько не дарили. Ничего не понимаю. Какой поклонник выстлал мне ковер из роз?  

Хотя, нет. Предположение о тайном воздыхателе ошибочно. Поклонники не вандалят, разрисовывая стену и дверь в цвет лежащим розам, а именно так и выглядел вход в мою обитель. 

Я уже было подумала, что какие-то ненормальные фанатки творчества моего известного друга разузнали место его прописки и примчали прямо к порогу, но, просидев здесь значительное количество времени, так и не дождавшись кумира, покинули засаду, оставив после себя 'приятный' сюрприз, дабы так выразить свое разочарование и огорчение. 

Но, подойдя ближе к двери, я увидела, что она не просто измазана краской. На ней видны строки, написанные четким, каллиграфичным почерком: 

Ты глаза моего отрада. 

Прекрасные слова из уст 

Для слуха моего услада. 

Не знаешь ты меня... 

И пусть! Я, человек, обремененный 

И страстью и гурьбой идей, 

Тебя запомню. Неистленной 

Останешься среди людей. 

Вчитываюсь в стройно сложенное стихотворение, начиная чувствовать тревогу. А почему, собственно? Обычные стихи, обычные розы… Но что-то все равно не дает мне покоя.  

Замечаю среди роз светлый угол бумажного листа, наклоняюсь, чтобы его поднять, как чувствую спиной чей-то взгляд. Да, такое бывает, когда чувствуешь, как тебя насквозь пронзают ледяные иголки, а спину, наоборот, начинает жечь.  

Резко разворачиваюсь, успевая увидеть только темный, скрывающийся за лестничными проемами силуэт. Часть меня требует бежать за ним, чтобы узнать, что происходит. Но другая, более впечатлительная и менее смелая, не может пошевелиться, потому что ноги стали ватными, а руки дрожат, не справляясь с замком квартиры.  

Хотя, есть и плюс в тайном незнакомце, который сбежал. Теперь я в разы увереннее, что в квартире никто меня не поджидает. А если честно, то очень бы хотелось верить, что сейчас там сидит Денис, уже готовя извинения за свой глупы розыгрыш.  

Но, увы, друга в квартире я не нахожу. Но, к счастью, нет там и незваных гостей. Снимаю осточертелые каблуки, медленно сползая на пол, скользя по стене. Глубоко дышу, сердце от пережитого страха колотится в горле. Заношу руку, чтобы откинуть прядь непослушных волос с лица и только сейчас вспоминаю про листок, находящийся в ладони. Разворачиваю его лицевой стороной, изучая изображение. На фотографии я. А точнее я сегодня утром, одевающаяся на работу, стою в одном белье, доставая рубаху из шкафа. Уверена, что это свежий снимок, ведь комплект нового сиреневого кружевного белья купила буквально два дня назад и не надевала до сегодняшнего.  

Поднимаюсь с пола, смахивая со лба холодный пот. Проверяю, закрыт ли замок, сейчас я в таком состоянии, что могла позабыть все. Убедившись, что квартира защищена, насколько это возможно в данных условиях и со средствами, мной располагающими, я иду в свою комнату, с опаской приближаясь к окну, за которым царит непроглядная почти ночная тьма.  

Сейчас я уже достаточно успокоилась, чтобы оценивать ситуацию здраво, со всей разумностью, присущей человеку рациональному и в какой-то мере привыкшему подходить ко всем делам, глядя через призму своей рабочей деятельности. Вглядываюсь в окно, но вижу только мрачный небосвод и лишь несколько темных силуэтов домов и деревьев, вынужденно соседствующих друг с другом.  

Пытаюсь просчитать дальнейшие ходы моего тайного поклонника, кто так странно вошел в мою жизнь, отяготив мерно текущие будни грузом раздумий и подсознательных опасений за свою, хоть и неплохо защищаемую, но отнюдь не защищенную полностью, безопасность. Поняв, что ничего из моего мозгового штурма не выйдет, так как для этого нужны хотя бы банально свежая голова и необычный взгляд на ситуацию, который просто глушит, накопившаяся за день, а может и за тяжелую рабочую неделю, усталость.  

На следующий день просыпаюсь ровно по будильнику, отсчитывая, что времени у меня еще с большим запасом. Все-таки не хочется опоздать второй раз, что точно повлечет за собой очередную малоприятную встречу с боссом, который уже, однозначно, не станет полным любимцем коллектива, ведь женщины видят в нем лишь хорошую партию: красивый мужчина, да и звание для его лет приличное, такие целеустремленные идут далеко, получая много блажей за раскрытие особо серьёзных дел, а вторая часть коллектива, разделенного мною по половому признаку, яро взъелась на Злодея Злодеича, ведь некоторых из них он знатно 'попытал', ну а дальше в ход пошла мужская солидарность и необходимость чего-то, что сплотит людей в такой тяжелый период, как смена начальства, а злость и ненависть - сильные якоря, за которые можно уцепиться, создав группу единомышленников.  

Одеваюсь я сегодня с плотно закрытыми шторами. Нет, вчерашний посетитель хоть и напугал меня, но я не кисейная барышня или наигранно впечатлительная аристократичная дама, падающая при виде всего, что может показаться ее невнимательному взгляду потенциально опасным. Я, хоть и пребывала в тревожных чувствах, понимаю, что постоять за себя могу, под тонкой, изящной внешностью, на первый взгляд не тронутой изнурительными тренировками в спортивном зале, скрывается, пусть и не богатырская сила, но глубокое знание многих болевых точек на теле человека и самых незащищенных мест. Впрочем, нос сломать точно смогу.  

8

На удивление, вчерашнее подношение от неизвестного, а именно розы и художества анонимного мастера на стенах и двери исчезли, хотя сама их я не убирала - находиться в подъезде глубокой ночью все-таки не очень комфортно. Вместо красных роз в четыре ряда, появились такие же цветы, но уже более глубокого, рубинового оттенка, лежащие в пять рядов и направленные бутонами в другую сторону, нежели вчерашние. 

Нервно отпинываю несколько стеблей, понимая, что происходящее совершенно мне не нравится. Но, делать нечего. Я страж общественного порядка, поэтому сейчас должна идти на работу и разбирать завалы из дел. Да и чтобы узнать таинственного “поклонника” нужно собрать основные сведения, для чего у меня прямо сейчас совершенно нет времени. Хотя... 

Возвращаюсь в квартиру, быстро найдя в ящиках бумагу, в которую упаковывают цветы. Не знаю, откуда она взялась у меня, но находка сильно пригодится. Запираю дверь, провернув ключ в замке. Поднимаю с пола три розы, задевая их осторожно и исключительно бумагой. Запихиваю в пакет, чтобы не привлекать рубиновыми пятнами много внимания. Пожалуй, отдам цветы Агате, пусть заберет какое-то время от обеда и вечной болтовни и изучит подарочки подробнее. Мало ли неизвестный оставил свои отпечатки или другие следы, которые помогут их идентифицировать. 

На работу я прихожу вовремя, даже несмотря на утренний ритуал с упаковкой роз. В кабинете я сегодня одна, Антон взял отгул, а Дамир на выезде. Раздеваюсь и включаю компьютер, уже подумывая навестить подругу, но Агата почти сразу же появляется в дверном проеме. 

-Привет, Аля. Как настроение? - доброжелательно здоровается подруга, усаживаясь на диван. 

Вижу, что в ее глазах горят характерные огоньки, которые появляются всякий раз, когда у женщины есть свежая сплетня или история с недавно прошедшего свидания. 

-Доброе утро, Агата Арсеньевна, - язвительно, но по-доброму здороваюсь я в ответ. - Что в этот раз ты принесла на своем хвосте, моя дорогая птичка? - сажусь за рабочий стол, с заинтересованным взглядом уложив голову на сцепленные руки. 

-Тут такое! Новый босс сегодня такой секси мачо, - мечтательно закрывает глаза подруга. - Ты уже его видела? - увидев мой отрицательный кивок, Агата продолжает. - Весь такой брутальный: черные джинсы, черная водолазка, обтягивающая все, на минуточку не маленькие, а очень даже развитые мышцы... Это божественно, Алька. Ну и что, что он такой злой, зато тело шикарное. 

-Отношения на работе... 

-Да-да, я помню. Не приветствуются. Но помечтать-то можно? 

-Я не запрещаю, просто тактично напоминаю, пытаясь вернуть тебя в реальность. 

-Насчет реальности! Слышала про мега-ограбление? 

-Немного не профессиональная формулировка, - издаю я смешок. 

-Вижу, что не слышала. Помнишь нашумевшую коллекцию изделий известного молодого ювелира? 

-Что-то очень дорогое и эпичное? 

-Это великолепие! Страсть всех женщин! Как ты могла не знать? - удивленно смотрит на меня Агата. - Что же, начнем просвещение недалеких. - Коллекция представляет собой набор из пяти изделий, - начинает подруга строгим и официальным тоном, но не сдерживается и, как всегда, начинает щебетать. - В общем, это офигительные тиара, ожерелье, браслет и два кольца из белого золота с самыми дорогими красными камнями!  

Женщина возбужденно вскакивает с места, начиная расхаживать по кабинету.  

-Месяц назад Златов, ювелир, который создал это великолепие (кстати, я думаю, что это его псевдоним, не могло ведь так совпасть), презентовал его миру. Быстро разлетелись статьи, отзывы критиков, звезды стали засыпать предложениями купить набор, но парень всем отказал. То ли дело в том, что он задумывал продать украшения на аукционе, да подороже, то ли совсем не хотел их продавать, оставив культурной ценностью… На этот вопрос нет ответа. Но вот, что известно точно, так это пропажа коллекции. Дело в том, что Златов повез ее на выставку современных творческих умов, где и бесследно исчезло творение, - в трагической паузе замирает Агата.  

-Что-то у меня уже мозг кипит. Еще в начале рабочего дня. Как это все связано-то?  

-А дело в том, Алисочка, что пропажу искать доверили нашему Злодею, доказывает теорию: к симпатичной внешности прилагаются нехилые такие мозги, а еще, наверно и деньги…  

-М-да. Я считаю, во всей этой истории главное, что босс будет занят и перестанет цепляться к нам хотя бы на время его расследования.  

-Тоже верно, - кивает Агата. - А что у тебя в пакетике? Цветочки?  

-Точно! А я и забыла, - растерянно отвечаю подруге. - Слушай, можешь проверить их на отпечатки, следы ДНК и яды всякие - в общем, по полной программе?  

-Конечно. Но что за подозрительность? Прислал тебе кто-то цветы и прислал… Что сразу начинаешь?  

-Да тут такое, Агат, - начинаю я говорить, но по середине фразы в кабинет кто-то зашел, и я вынужденно замолчала.  

Синхронно с Агатой поворачиваемся к двери, натыкаясь взглядом на босса. А он, и вправду, выглядит сногсшибательно и умопомрачительно, но это не главное. Преобладающая в нем нотка - это раздражительность и недовольство.  

-Агата Арсеньевна, будьте добры, ответьте мне, пожалуйста, на вопрос. Почему в рабочее время я не имею чести видеть вас в лаборатории, непосредственно вашем рабочем месте?  

9

Весь день до обеда от подруги ни слуха, ни духа. Видимо, Гонсалес немало нагрузил ее работой, связанной с украденными драгоценностями.  

Вспоминаю мужчину, вошедшего сегодня утром в кабинет, и невольно соглашаюсь с Агатой, он действительно новый секс-символ нашего отдела. Не буду кривить душой, босс в моем вкусе. Очень даже в моем вкусе. Но это всего лишь глупая игра гормонов.  

Откладываю дела в сторону и хвалю себя за успешно закрытое. Уже собираюсь отправиться на обед, как в кабинет залетает Агата.  

-Это полная жесть, Алис. Знала бы ты, как он меня заездил… Заставил снять отпечатки даже с плинтуса. Он либо гений, либо сумасшедший! - восклицает подруга. - Но, несмотря на это, я успела посмотреть и твои цветы. Вот, держи, - Агата кладет передо мной бумаги с записанным заключением экспертизы.  

Пробегаю глазами по большому тексту полному профессиональных терминов.  

-А можно попроще и основное?  

-Можно и так. На стеблях я нашла только волокна черной шерсти. Можно сделать вывод, что человек, который принес розы, был в соответсвующих перчатках. Никаких ядов и подобного. Кстати, розы довольно редкие дорогие. А теперь, дорогая, рассказывай, что это за мальчик приносит тебе недешевые цветы так, чтобы не оставить следов? 

-Да тут такое дело... 

Следующие пять минут Агата жадно слушает мой рассказ о неизвестном “поклоннике”, все шире и шире открывая рот и поднимая брови. 

-Что делать планируешь теперь? Может, переедешь? 

-Сомневаюсь, что поможет, если этот человек поставит себе цель найти меня вновь, ведь проследить мои передвижения после работы не очень сложно, - вздыхаю, складывая заключения экспертизы в сумку. - Думала прогуляться у дома и посмотреть, где может быть место, откуда меня сфоткали. 

-Да, точно! - вдохновляется назревающим расследование Агата. - Заодно зайдем к тебе и возьмем фотку, может, хотя бы на ней могли остаться отпечатки. 

Общим советом мы приняли решение пожертвовать обедом и перекусить чем-нибудь у меня дома. Добираемся до двора мы быстро. Мой взгляд следователя сразу же цепляется за дерево, стоящее около детской площадки. Именно с него открывается прекрасный вид на окна моей квартиры, а значит и на то, что происходит внутри, поэтому велика вероятность, что “воздыхатель” сделал снимок именно оттуда. 

Переглядываемся с Агатой и синхронно киваем друг другу, начиная пробираться к цели сквозь траву и кусты, которые не косили похоже с построения дома.  

-Алис, а если он там? У тебя с собой оружие есть? 

-Агата! - заливаюсь я хохотом. - Что ему там делать? Да и издалека видно, что вокруг никого. 

-Как знаешь, но я лучше подстрахуюсь, - подруга откидывает несколько палок, видимо, разыскивая ту, что побольше да поопаснее. 

Взяв свое оружие поудобнее, немного постукивая им по руке, Агата шла всю дорогу, чем периодически вызывала мой хохот. Хоть и с трудом, но вскоре мы добираемся до дерева, которое вблизи кажется очень высоким.  

Осмотревшись вокруг и поняв, что нам ничего не угрожает, красноволосая женщина откидывает палку, оглядывая толстый ствол и придя к выводу: 

-Я туда ни за что не полезу. 

-Да, высоковато, - киваю я подруге. - Посмотри тогда вокруг, пожалуйста. Мало ли он что-нибудь обронил, если был здесь, конечно. 

Агата кивает, начиная изучать нижние ветки дерева и траву под ними. Я вздыхаю, скручивая волосы на макушке, чтобы они не мешали. Цепляюсь за ствол и легко запрыгиваю на устойчивую ветку. Дальше дело тоже идет не очень затруднительно. Видимо, хоть где-то мне, офисному работнику, пригодятся навыки скалолазания и хорошая физическая подготовка. Добравшись до нужной высоты, оглядываюсь вокруг. Действительно, обзор отсюда хороший, но, чтобы сделать четкую фотографию нужен профессиональный фотоаппарат. Зато теперь я знаю, где иногда гнездится “поклонник”. Жаль, правда, что в округе нет ни одной камеры видеонаблюдения, способной запечатлеть человека, который подходил к дереву. 

Оглядываюсь еще раз и начинаю спускаться виз. В какой-то момент мое внимание привлекает темно-зеленое пятно. Дотянувшись до куска ткани, я сорвала его с ветки и запихнула в карман, ведь рассматривать его на такой высоте не очень удобно. Спустившись на землю, я рассмотрела его. Это оказалась небольшая тряпочка для протирания очков. 

-Агата! Смотри, - зову подругу, которая увлеченно копается в зарослях травы. 

-Нет, это ты смотри. 

Подхожу к ней, наклоняюсь и пытаюсь понять, что она там нашла.  

-Следы? 

-Да. Вот, видишь здесь? Остатки грунта, и на первый взгляд, он не характерен для города. 

-Сможешь взять образец и посмотреть в лаборатории? 

-Это и собираюсь сделать, - состредоточенная на своей работе отвечает подруга. - А у тебя что? 

-Салфетка для очков. 

-Хорошая зацепка. 

Несколько минут мы с Агатой упаковываем все “улики”, после чего спешно идем ко мне домой, чтобы успеть пообедать и забрать фото. Цветы все так же лежат перед дверью. Я на всякий случай фотографирую сие творчество, и мы отпираем дверь. Внутри тихо и спокойно. Предположения Агаты о ждущем нас там сюрпризе, к счастью, не оправдались. До конца перерыва мы успеваем выполнить весь свой план действий и вовремя вернуться на работу. 

10

Гонсалес ничего не говорит, и от этого становится еще тревожнее. Молча простояв несколько секунд, он кивает и направляется к выходу, кинув напоследок лишь несколько слов: 

-Товарищ старший лейтенант, надеюсь, что к завтрашнему дню все ваши дела будут закрыты. Постарайтесь, пожалуйста, а утром ко мне в кабинет, проверим ваши профессиональные способности и пригодность. 

Киваю, хотя в этом нет необходимости, мужчина уходит сразу же, даже не пытаясь дождаться моего ответа. 

-Попадос, - со вздохом заключает Агата. 

-Да ничего, у меня уже все готово, -отзываюсь, слезая с подоконника. 

Убедившись, что на фотографии никаких следов, кроме логотипа фотоцентра, мы расходимся. Я - дальше изучать и складывать воедино зацепки, а Агата - заканчивать дела насущные. 

На столе перед собой раскладываю все заключения. Вчитываюсь в каждую строчку, параллельно выписывая на отдельный лист возникшие у меня вопросы и идеи. В итоге, к окончанию прочтения всех заключений, у меня появились задачи, заключающиеся в изучении и обзвоне всех цветочных магазинов и фотоцентра, чем я и занялась во время последующих сорока минут. 

Выяснить мне удалось немного. В трех цветочных одной сети действительно заказывали такие розы, притом один из заказов был именно на такое количество, какое лежало в моем подъезде. Но вот незадача, покупатель пожелал остаться анонимным, а местом доставки назвал соседний от моего подъезд. Сделав себе заметку, завтра съездить в цветочный и поговорить с курьером, берусь за центр, напечатавший фотографию. 

Долго трубку никто не берет. В интернете нахожу подобные отзывы и предположения многих, что номер фотоцентра просто сменился. Тяжело вздыхаю и смотрю на время: до конца рабочего дня у меня есть полтора часа. Интересно, Гонсалес совсем меня живьем съест, если сейчас я ненадолго отлучусь... 

Но центр находится буквально в трех-четырех минутах ходьбы, если верить карте. А работать фотоцентр будет еще только час, следовательно, зайти в него я не успею. Выхожу в коридор и невзначай выпытываю у дежурного на есть ли в отделе босс и, получив отрицательный ответ, упархиваю, уговорив милого старичка-капитана не рассказывать Гонсалесу о моем отсутствии. 

Запихиваю все материалы по незнакомцу в сумку, запираю кабинет и спешно направляюсь к нужному зданию. К вечеру на улице похолодало, поэтому я зябко ежусь, плотнее прижимая скрещенные руки к телу. Психологи сказали бы, что это закрытая поза, я скажу, что это прекрасная поза, чтобы защититься от пронизывающего ветра. 

Нахожу фотоцентр сразу - яркая, подсвеченная вывеска здорово в этом помогает. Толкаю дверь, которая поддается тяжеловато, и захожу в помещение под тихую переливающуюся мелодию каких-то висюлек. Внутри не очень просторно, но этого собственно и не требуется. В помещении находится лишь стенд, на котором представлен список услуг, и стойка администратора. За ней стоит довольно неформального вида парень. Волосы его русые, но на концах можно увидеть почти все цвета радуги, из-за этого создается впечатление (конечно, не в обиду ему), что его окрашивание называлось “Бензин в луже”. Одет он в обычный тинейджерский прикид: огромную кофту и спортивные штаны. На голове наушники, музыка играет так громко, что ее слышно даже мне, стоящей в трех с половиной метрах, именно поэтому парень не заметил, что больше здесь не один. 

Подхожу ближе и стучу по стойке, но юный любитель музыки потяжелее ничего не видит, ведь он уткнулся в телефон, на котором идут кровавые бои с противником. Протягиваю руку и легко зацепляю наушник, стягивая его. 

-Здравствуйте, - здороваюсь я и уже хочу представиться, как он перебивает. 

-Подождите секунду, - говорит он, не отрывая глаз от телефона, натягивает наушник обратно. 

Я, мягко говоря, удивленная таким поведением, упрямо стягиваю с него наушники, закрывая обзор на игру своим удостоверением. 

-Теперь поговорим? - настойчиво спрашиваю я, испугавшегося паренька. 

-Д...да...конечно, - он мигом вскакивает, забыв и про игру, и про наушники, которые с грохотом соскальзывают на пол. 

-Не переживайте так, Андрей. 

-О...откуда вы знаете, как меня зовут? 

-А я не только это знаю, возможности людей, работающих в органах довольно велики, - блефую я, на самом деле, прочитав имя на бейджике, но парень, видимо совершенно про него забыл. 

-А что вы хотите? Я ничего не делал, - скомкано и нервно начинает тараторить он. 

-А если подумать? - с подозрением смотрю на парня, который лишь громко сглатывает и нервно трет шею. -Ладно, зайдем с другой стороны. Кто здесь работает? Все составы смен. 

-Я...я один здесь. И печатаю, и отдаю я. Иногда прошу сестру подменить, но последнее время здесь только я. 

-А как фото заказывают? 

-По интернету бывает, у нас сайт есть. Иногда лично с флешкой приходят, - говорит он, чуть успокоившись. - А я вас вспомнил. Вы из-за той фотографии, да? 

-Прекрасно, Андрей, что вы помните, - строго отвечаю ему, не понимая, что в парне меня настораживает. -Как заказывали ее. 

-Мужчина пришел лично. 

-Как он выглядел.