Давайте о разном

Кастинг

Раз, два, три. Раз, два, три. Нога привычно отбивает ритм, а глаза пристально наблюдают за очередной группой. Вон та фигуристая блондинка с густо накрашенными глазами, лучше бы за чистотой движений следила, а не мне глазки строила. Черненький паренек неплох, мускулатура есть, пластика приличная, но лицо. В наш то век пластической хирургии убрать шрамы – дело времени. И денег. Деньги, всё вертится вокруг них. Идеи, движения. Люди согласны на всё, чтобы получить хоть немного бумажек, чтобы тут же их обменять на чаще всего бесполезные вещи. Деньги-товар-деньги, раз-два-три, ча-ча-ча. Непрерывный танец жизни. Кто устает – приходит ко мне на бесплатный кастинг.

- Перерыв! 

Конкурсанты разбрелись по сцене, бросая на меня напряженные взгляды. Пятая группа за день, просмотр за просмотром. И так сколько себя помню. Каждый раз выбор, каждый раз.

Поглубже натянув на голову неизменный капюшон, устало откинулась на спинку кресла. Как же, вы, люди, любите танцевать. Кто-то движется по жизни легко, в темпе вальса, обходя препятствия и наслаждаясь каждым моментом, преданно обнимая спутника жизни. Такие ко мне попадают редко, а жаль, люблю плавные движения. Как вот у той девчонки с потухшими глазами и мятой фотографией в руках.

Некоторые любят энергичные латиноамериканские танцы. Шаг, поворот бёдрами, взмах ногой, ещё поворот. Оттолкнуть, обойти, потом прижаться, и всё по-новой. Эти по жизни идут быстро, постоянно куда-то спешат, принимают резкие решения. И ко мне захаживают частенько, вот только остаются редко, не дожидаются окончания кастинга, убегают дальше.

Есть те, кто любят балет. Всю жизнь вкалывают, работают, тратят себя. Ради того, чтобы выйти на сцену и сорвать жидкие аплодисменты, потом опять в тренировочный зал. Вечно чем-то недовольны, хотят большего, рвутся вверх. Получается не у всех, у единиц. Разочарование, несбывшиеся мечты – вот их кредо. Частые гости. Выгоняешь – не уходят, доказывают. Хоть здесь, хоть сейчас, в последний раз стараются сорвать овации.

А современные танцоры? Молодые, энергичные. Что делают – непонятно. Системы нет, двигаются хаотично. Хватаются за всё, что можно. Не получается – бросают, берутся за новое. Ничего не умеют, фигур не знают, но хотят славы. Здесь и сейчас. И ко мне забегают, посмотреть, рискнуть. Отправляю домой, вначале приоритеты в жизни, а ко мне всегда успеют.

Устала принимать решения. Уволюсь! А это идея. Брошу всё, уеду, исчезну. Паренька с собой возьму того, со шрамами. Он благодарен будет. И девчонку с потухшими глазами. И фигуристую блондинку в инвалидной коляске захватим. Решено, я готова огласить последнее на сегодня решение:

- Остаются Тим, Уля и Лина. Остальные свободны.

По залу прокатился гул разочарования. Рано вам ещё, рано. Живите, наслаждайтесь, радуйтесь, существуйте в конце концов. А лет через много приходите. Повторим, потанцуем танец жизни, а те, кто мне понравятся, уйдут со мной. Для последнего танца – танца смерти.

Диалоги о рыбалке

Большой карп внимательно рассматривал странный объект, появившийся сверху. Предмет выглядел достаточно аппетитно и напоминал очень толстого червяка, да и пах вкусно, но рыбу настораживал красный цвет неожиданного «подарка».

- Как ты думаешь, это что? – спросил он у шустрого сазанчика, проплывавшего мимо вместе со стайкой молодежи.

- Это? – сазанчик задумчиво сделал круг вокруг «червяка». – Не знаю. Наверное, вкусно.

Он, было, потянулся за кусочком, но тут же был остановлен карпом.

- Подожди, надо присмотреться. Да и я первый его обнаружил.

- Как хочешь, - булькнул сазанчик и поплыл догонять стайку.  

Карп нерешительно потерся боком о «червяка», тот тут же взлетел вверх и пропал. Карп подождал немного, а когда уже было собрался плыть дальше, чтобы проверить небольшой омуток под упавшей березой, как красный круглый «червяк» вернулся обратно. Большая рыба опять замерла в нерешительности. Карп вытягивал губы и смешно топорщил усики, но пробовать на вкус никак не решался.

- Всё думаешь? – вернувшийся сазанчик сделал три круга вокруг кругляша и решительно схватил его. – Фот как надо бы…

Договорить он не успел, исчез в вышине.

- Ну вот, а ты говоришь, на фасоль не клюнет, - рыбак осторожно снял сазанчика с крючка и отпустил обратно. – Плыви, мелочь. Приводи мамку, а лучше папку.

- Вась, ты приманку то смени, - лениво сказал второй рыбак.  

- Ничего ты не понимаешь, Колян. Мне было интересно, клюнет или нет, - ответил первый, но наживку послушно сменил. Теперь рыбе предлагалась консервированная кукуруза из только что открытой банки.

- Экспериментатор, - презрительно заметил Колян и насадил на крючок свежего дождевого червяка. – Ну-ну, жди.

Большой карп внимательно рассматривал желтый кругляш, появившийся сверху. Он уже собирался плыть дальше, но интерес плотно удерживал его на месте. «Червяк» нервно подергивался и источал крайне привлекательный запах.

- А там вкусных червей дают, - заметил проплывавший мимо окунь и рванул к другому крючку. Через пару мгновений исчез и он, а карп так и остался созерцать желтый кусочек.

- Ну вот, я же говорил, ничего страшного, - прежний сазанчик завис напротив карпа, размахивая плавниками. Отдышавшись, он начал потихоньку приближаться к кукурузе. – А это выглядит еще вкуснее.

- Моё, - быстро булькнул карп и схватил «червяка». – Вкусно…

Вода резко устремилась вниз, губу обожгло острым крючком. Карп попытался вырваться, но соперник оказался необычайно силён. Через несколько секунд большая рыба лежала на берегу и судорожно ловила ртом воздух.

- Вот это улов! – присвистнул Колян.

Вася вытащил крючок и гордо защелкал фотоаппаратом, стремясь запечатлеть на память трофейную добычу.

- Э, ты что делаешь? – любитель традиционной наживки с ужасом наблюдал, как большого карпа осторожно отпустили в воду и нежно погладили по спине.

- Я свой интерес удовлетворил, он, думаю, тоже, - довольно ответил Вася.- Теперь попробую на горох, вдруг снова клюнет.

«Нафиг, нафиг, я лучше в омут, за улитками», - подумал карп, делая прощальный взмах хвостом.

Кнопка

Девочка тринадцати лет воткнула руки в бока, расставила ноги и с суровым видом посмотрела на вошедшего отца. Впрочем, родителя совершенно не взволновал воинственный вид дочери. Он бережно положил потрепанный портфель на тумбу в прихожей, снял ботинки, потянулся и прошёл в зал.

- Папа! Ты мне обещал! – Оля решительно прошла следом и вновь застыла с недовольным видом.

- Здравствуй, Кнопка, - улыбнулся Иван Степанович. Он покосился на суровую мордашку и тяжело вздохнул. – Напомни, что я такого обещал, что до сих пор не выполнил?

- Показать, что у тебя в портфеле.

- О-о-о! – протянул отец. – Извини, дочь, не могу. Секрет.

- Но ты обещал, ну па-а-апа, - Оля решила сменить тактику и взять жалостью. – Сказал, что если закончу год без троек, то расскажешь. Я весь год мучилась, учила-а-ась…

- Неси дневник, мученица.

Проследив за радостно убежавшей в соседнюю комнату дочерью, Иван Степанович уселся на диван, расслабил галстук и откинулся на спинку, прикрыв глаза.

- Вот!

В нос ткнулся потрёпанный дневник. Отец взял документ и начал пристально рассматривать годовые оценки, дочка стояла рядом и приплясывала от нетерпения.

- Молодец, Кнопка, - расплылся в улыбке Иван Степанович и потрепал дочь по голове. – Как тебе это удалось?

- У меня свои секреты, - счастливо хихикнула Оля.

О том, что все выдаваемые отцом в течении года деньги на карманные расходы, она платили однокласснику Петьке-заучке за консультации, говорить не стала. А то, что разрешила себя поцеловать несколько раз ему же, тем более. Больно уж заманчиво было узнать, что отец таскал с собой в портфеле, практически не выпуская его из рук. Подруги говорили, что там у него ядерная кнопка.

Ведь то, что Иван Степанович – главный по ракетам, знали многие. Слишком приметная фигура в их маленьком закрытом городке. Оля смеялась, взывала к разуму подруг и старательно объясняла, что это глупость. Что он, президент какой? Но присматривалась. И даже пару раз прощупала портфель, когда отец принимал душ. А когда нащупала что-то круглое и твёрдое, любопытство взыграло с новой силой, и она стала донимать с вопросами. Но отец сразу не сдался и заключил невыгодную для неё сделку. И вот она свою часть выполнила. С трудом, но выполнила.

- Ну хорошо, - хитро прищурился Иван Степанович и начал подниматься с дивана.

- Я принесу, - крикнула Оля, скрываясь в недрах коридора. Вскоре предмет вожделения перекочевал в мужские руки, тихо щёлкнул кодовый замок.

Оля разочарованно смотрела на румяное яблоко. Не поверив, засунула нос глубже в недра портфеля и даже пошарила рукой.  

- У меня тоже свои секреты в воспитании дочери, - улыбнулся Иван Степанович и убрал фрукт обратно. – Скажи маме, чтобы подогревала ужин.

Кивнув, Оля унеслась в кухню, откуда вскорости раздалось радостное щебетание не умевшей долго расстраиваться дочери.

Иван Степанович погладил яблоко, надавил в определенном порядке на хвостик в его основании и устало уставился на разошедшиеся половины. Внутри тихо помаргивала красная кнопка.

- Надо срочно менять облик объекта, завтра же поручу проектному отделу, - он собрал яблоко обратно и защелкнул портфель. Посидев ещё немного, улыбнулся и уверенной походкой пошёл в сторону кухни, к своим любимым девочкам, спокойный сон которых лежал внутри потрепанного портфеля.