Дерзкая для Дракона. Хранительница Артефакта

Глава 1

- Мадмуазель! - пронзительный визг от витрины с алмазами резанул по ушам, продираясь сквозь мелодичный шепот камней, который я обычно слышала. Я послала покупательнице приветливую улыбку, стараясь успокоить волну возмущения, что исходила от нее. Еще мгновение, и я освобожусь, а пока дородная дама в мехах, похожая на расфуфыренную гаргулью, не унималась.

- Почему я должна кричать на всю лавку? Что за неуважение! Стоило бы пожаловаться вашей хозяйке, - ее голос, казалось, мог расколоть даже самые твердые кристаллы.

- Дорогуша, тише, - приглушенный шепот ее невзрачного мужа, который отчаянно пытался потушить разгорающийся скандал, был едва слышен за ее спиной.

С безупречно приветливой улыбкой я подошла к «дорогуше».

«Роза, только молчи, никаких разговоров. Не дай силам внутри тебя вырваться наружу», - прошептала я себе как мантру, чувствуя, как предвкушение грядущих событий покалывает кончики пальцев.

- Это настоящие алмазы? - взгляд женщины был недоверчив, полон подозрения, словно она пыталась уличить меня в древней магии обмана.

Я молча кивнула.

Покупательница неприязненно буравила меня недобрым взглядом.

- Знаю я вас, бракоделов, вам бы только обмануть честных людей. Наслышана, как вы тут подделки продаете, - хмыкнула дама, - Но все-таки покажите мне вот это кольцо, - «дорогуша» скорчила брезгливую мину, бесцеремонно ткнув толстым пальцем в витрину.

- Посмотрим, что у вас тут за алмазы. Это какая проба?

Делать нечего, придется ответить, нарушая свой обычный обет молчания с такими, как она.

- Тысячная, наивысшая, - сколько раз я говорила себе не разговаривать с подобными дамами, зная, что, если не сдержусь и начну общение, то дело обязательно закончится ненужной покупкой с интересными последствиями.

Изящное тонкое кольцо совсем не смотрелась на ее пальцах-сардельках, но дама в мехах и сама поняла, и потребовала алмаз покрупнее, словно желала затмить блеск целого созвездия.

- Будьте добры, покажите колечко с лунным камнем, - прозвучало от витрины с полудрагоценными камнями. Голос принадлежал молодой девушке, чья аура была чиста, как родниковая вода.

«Дорогуша» мгновенно ощетинилась, словно мифологическое чудовище, охраняющее свои сокровища.

- Вы что не видите, что продавец занята с серьезными покупателями? - взвизгнула она, окатив покупательницу ледяным презрением, - Ждите своей очереди!

- Дорогуша, не надо, - вновь подал голос муж, но, как и в предыдущий раз, жена на него не обратила внимания.

Я сняла очки, и шум Королевской столицы, привычный гомон торговых рядов, сменился какофонией мыслей.

Недобрые и эгоистичные мысли «дорогуши» обрушились на меня лавиной. Далее последовали усталые и полные обреченности мысли ее мужа, а затем я услышала тихий, но настойчивый шепот от витрины с лунным камнем. Это был призыв к помощи, который я не могла игнорировать.

Моя лавка амулетов не просто магазин, это перекресток судеб, где я, Роза, хозяйка, должна вмешаться, если меня об этом просят, даже не осознавая это.

Глава 1.1.

Я кивнула «дорогуше», безмолвно обещая вернуться, и поспешила к витрине с лунным камнем.

Мысли дородной дамы метались между возмущением от того, что ее посмели проигнорировать, и жадным предвкушением очередного крупного камня. Но мне было необходимо отвлечься от ее ментального шума, чтобы сосредоточиться на истинном призыве.

В этот самый момент, когда я уже протягивала руку к витрине с лунными камнями, дверь лавки распахнулась с едва слышным скрипом. Обычно я слышала приближение каждого посетителя задолго до того, как они пересекали порог, ощущая их намерения, эмоции, иногда даже отголоски их прошлого. Но этот возник внезапно, словно материализовался из воздуха. Все внутри меня, все мои внутренние радары, которые никогда не давали сбоя, вдруг разом замолчали.

На пороге возник высокий мужчина. Осанка его была безупречна, голова гордо поднята, движения плавные и уверенные, выдававшие в нем человека, привыкшего к власти и вниманию. Его богатый камзол, расшитый золотом, переливался в тусклом свете лавки, отбрасывая блики на отполированные витрины. Каждая нить, каждый узор на камзоле кричал о статусе и богатстве.

Он окинул лавку медленным, оценивающим взглядом. Его глаза скользнули по стеллажам с амулетами, по витринам с камнями, по каждому из посетителей. На мгновение мне показалось, что время остановилось. Все звуки стихли, даже мелодичный шепот камней, который я обычно слышала, замер. Какофония мыслей, еще мгновение назад бушевавшая в моей голове, вдруг стихла, уступая место звенящей пустоте. Даже «дорогуша» с замершим на губах возмущенным возгласом умолкла. Все застыли, словно в ожидании чего-то неизбежного.

Его взгляд скользнул по мне, задержался на секунду, в его глубине я уловила что-то вроде легкого любопытства, может, даже насмешки, а затем продолжил осматривать лавку.

Я снова сняла очки. Мои пальцы слегка дрожали. Это был привычный жест, ритуал, который всегда давал мне доступ к скрытым потокам сознания. Я приготовилась к наплыву мыслей, его высокомерию, его скрытым целям, его желанию или отвращению к моей лавке. Но на этот раз я не услышала ничего, даже не было того, что слышала раньше

Ни мыслей «дорогуши», ни ее жадности, ни ее раздражения. Ни опасений девушки с лунным камнем, ни ее отчаянной мольбы. Ни даже привычного, успокаивающего шепота камней, которые всегда были моими безмолвными собеседниками, носителями древних знаний и невысказанных историй. Впервые за всю мою жизнь чужие мысли были для меня закрыты. В моей голове царила звенящая, пугающая пустота, которая была для меня куда страшнее самой громкой какофонии. Это было так, словно внезапно я ослепла или оглохла в мире, где зрение и слух были моими главными инструментами.

Мое сердце забилось чаще, мелкой дрожью отдаваясь в кончиках пальцев. Это пугало. Я вновь надела очки, потом сняла их, пытаясь повторить ритуал, но тишина в моей голове оставалась абсолютной. Паника, холодная и липкая, начала подкрадываться к моему сознанию. Неужели моя способность исчезла? Или дело в нем?

Я посмотрела на мужчину. Он продолжал молча стоять у входа, его глаза внимательно изучали каждый уголок лавки, словно он искал что-то, что было скрыто от посторонних глаз. Его губы изогнулись в легкой, почти незаметной улыбке, которая, казалось, появилась в ответ на какую-то его внутреннюю, известную только ему шутку. В этой улыбке не было ни злорадства, ни дружелюбия, лишь загадочная самодостаточность. Он выглядел не просто спокойным, а абсолютно невозмутимым, словно ничто в этом мире не могло его затронуть. Он был как идеально отшлифованный камень, гладкий и непроницаемый.

Я никогда не сталкивалась с таким. Моя сила позволяла мне слышать даже самых закрытых людей, пробиваться сквозь их ментальные щиты, если они не были обучены особой магии. Но этот человек был словно стена из чистого обсидиана, без единой трещинки, без единой лазейки. Он не просто блокировал свои мысли – он, казалось, не излучал их вовсе. Это было нечто совершенно иное, чем просто сопротивление. Это была пустота, отсутствие сигнала, словно он был мертв для моего дара.

Тревога нарастала. Мой мир, который всегда был полон многослойных голосов и эмоций, вдруг стал плоским и одномерным. Я почувствовала себя беспомощной, лишенной своего главного оружия, своей интуиции. Как мне теперь помогать людям, если я не слышу их истинных нужд? Как я могу отличить искренность от обмана?