Дерзкая помощница для вампира

1. Полина

Не спеша иду по центральной улице родного городка.

Сюда я приехала месяц назад, когда бабушку увезли с инсультом в больницу. Оттуда она так и не вернулась.

Неделю назад я окончательно осиротела, похоронив бабулю. Слёзы снова наворачиваются на глаза.

Наверное, теперь буду до конца жизни жалеть, что не вернулась сюда после окончания универа. Зря послушала бабушку и устроилась в области на работу. Осталась бы рядом, может она сейчас ещё живая была.

Сворачиваю в парк, недалеко от дома и сажусь на скамейку, потому что слёзы застилают глаза.

– Девушка, вам плохо? – спрашивает, какая-то не безразличная женщина.

– Нет-нет, всё в порядке. Спасибо, – силюсь улыбаться, но чувствую, что плохо выходит.

Сижу, не двигаясь, около получаса. Становится холодно.

Апрель в Сибири – это ещё не означает, что тепло. По-разному может быть.

Сегодня с утра было солнце, а сейчас, ближе к вечеру, всё тучами заволокло. Легко может снег пойти.

Домой возвращаться не хочется. В нашей квартире каждая вещь напоминает о бабуле. Я там постоянно в слезах хожу и потом долго не могу собрать себя в кучу.

Баба Валя у меня самая лучшая была. Вырастила меня с восьми лет.

Моя мать оставила меня на попечение ей, когда вышла замуж за иностранца. Обещала, что вернётся и заберёт меня. Но, видимо, передумала.

Первые два года деньги посылала каждый месяц, а потом совсем пропала. Лучше бы она умерла, а не бабушка.

Поднимаюсь со скамейки и, глядя в серое небо, иду в сторону кафе.

Грею руки об пластиковый стакан с кофе и слышу, как мой телефон вибрирует в кармане куртки.

Вытаскиваю и смотрю на экран.

Невольно морщусь, когда вижу высветившееся имя “Тёма” на экране. Скидываю, потому что не хочу ни с кем разговаривать.

Наклоняюсь к своему стакану и делаю маленький глоток, чтобы побыстрее согреться.

С Захаровым мы знакомы уже около семи лет. Он был здесь очень узнаваем в местной тусовке. Ещё со школы музыкой занимался, потом даже группу собрал.

В области мы с ним более тесно начали общаться.

Мне льстило тогда, ещё юной студентке из провинции, внимание такого крутого парня. Многие девчонки меня в то время ненавидели. Они мечтали об Артёме, а он выбрал меня.

Мне казалось, что я впервые вытянула счастливый билетик. Хотя и приходилось делить Тёму с музыкой.

Он купил машину, когда я училась на третьем курсе. Сам заработал на подержанную иномарку. Они с группой выступали в именитых клубах, пусть даже в областных.

Я была счастлива, когда мы вместе ездили сюда, в наш городок, на выходные. Тут нам удавалось побыть наедине.

Через год их группу заметили и позвали в столицу. И мы с Тёмой стали отдаляться.

Снова чувствую вибрацию в кармане. На этот раз похоже на входящее сообщение.

Тёма: “Поля, возьми трубку. Я здесь, у нас в городе. Только что был у тебя, но дома не застал.”

Внутренне вся напрягаюсь, потому что понимаю, что придётся с ним встретиться.

“У меня были дела, не могла с тобой разговаривать,” – отвечаю спустя минуту.

Артём действует по накатанному сценарию. Сейчас он освободился и без предупреждения прилетел ко мне.

Привык потому что и знает, что подстроит всё под себя.

Неделю назад, на похоронах бабули, он мне был нужен как воздух. Я рассчитывала на его поддержку, но так и не получила её.

У Артёма в тот день было два концерта, которые он никак не мог отменить.

Головой я всё понимаю, но всё равно чувствую, будто меня предали.

Захаров позвонил только назавтра, после похорон. Вместо того, чтобы выразить мне соболезнования, он начал рассказывать про концерты.

Я бросила трубку и два дня с ним не разговаривала.

Потом мы помирились. Но пропасть между нами никуда не делась. Наоборот ещё больше стала.

Тёма: “Поеду сейчас к пацанам. Встретимся в нашем кафе в девять вечера.”

Перечитываю сообщение несколько раз и понимаю, что не вижу нашего совместного будущего. Того Тёмы, в которого я влюбилась без памяти, уже нет. Там самовлюблённый поп-музыкант, которому по сути плевать на меня и мои чувства. Он по тупой привычке подстраивает меня под себя и под расписание своих выступлений.

Возвращаюсь домой, чтобы переодеться, иначе в тоненькой куртке я совсем замёрзну.

Про себя тщательно продумываю текст, который собираюсь озвучить Захарову.

Заранее знаю, что он будет снова звать меня перебраться в Москву. Не очень понимаю, нафига я ему там сдалась.

Ездила к Тёме на концерт в столицу ровно два раза.

Первый почти не отличался от тех, на которых я была здесь, в областном городе. На втором выступлении я присутствовала полгода назад.

Если честно, то я группу Захарова даже не узнала. Тексты песен из нового концерта стали похабными и бессмысленными. Сами они вели себя, как обезьяны. Прыгали, трясли отросшими волосами и закатывали глаза.

За кулисами я обомлела, когда зашла после окончания этого гортанного ора и танцев с бубнами.

Захаров в тот момент пил, что-то спиртное прямо из горла бутылки.

А несколько полуголых тёлок, заполонившие гримёрку, что-то восторженно выкрикивали.

Встретившись глазами с этим знаменитым певцом, я тут же развернулась и побежала к выходу.

Естественно, Тёма меня догнал и стал убеждать, что всё не так, как выглядело со стороны. Просто это часть концертной жизни, которую приходится поддержать. По-другому успеха не добиться.

Назавтра, когда летела обратно в самолёте, мучала себя рассуждениями всю дорогу.

Чем бы ни занимался Захаров и кем бы ни был, я должна его воспринимать таким, как есть. Но у меня ничего не получалось. И сейчас не получается.

До кафе, где мы условились встретиться, я иду пешком.

За то время, пока меня не было в родном городке, наше любимое кафе преобразилось. Теперь ему скорее подходит статус “элитное”.

У входа в зал меня встречает администратор и показывает рукой на лестницу, когда называю фамилию Тёмы.

2. Полина

Выбегаю на улицу и вытираю слёзы ладонями. Так противно мне ещё, наверное, никогда в жизни не было.

Понимаю, что Захаров так просто меня в покое не оставит. Всё равно направляюсь в сторону своего дома.

– Поля, подожди! – раздаётся за спиной его голос. И вдруг во дворах наших пятиэтажек я решаю остановиться. Близость укрытия, в виде нашей с бабулей квартиры придаёт смелости.

– Стой там! Не подходи! – вытягиваю руку, торможу жестом. – Знаешь, Тёма, что бы ты там о себе ни возомнил, но замуж за тебя я точно не собираюсь! – усмехаюсь горько. – Неужели ты и правда веришь, что я бы захотела связать свою жизнь с таким ничтожеством, в которого ты превратился! – повышаю голос, чтобы не зареветь опять.

– Да брось, Полька! Я же теперь знаменитый, и у меня куча бабла! Разве ты не этого хотела?! – нагло заявляет Захаров и двигается в мою сторону.

– Да пошёл ты! – кидаю ему со злостью и почти бегом иду вглубь двора.

– Хочешь, чтобы я тебя догонял? – спрашивает издевательским тоном и с высокомерным превосходством. – Я не пойму, ты цену себе, что ли, набиваешь? – теперь в его голосе слышится откровенная злость. Прибавляю скорость, когда бегу вдоль огороженной футбольной площадки. – Задолбала ты уже со своими выкрутасами! Завтра полетишь со мной в Москву! Поняла? – орёт где-то позади и мне становится страшно. Раньше я никогда не видела Тёму в бешенстве.

Огибая деревянный сплошной забор, которым огорожен корт, я вдруг слышу крик, будто его кто-то ударил. Останавливаюсь и прислушиваюсь.

С другой стороны из темноты ко мне выходит молодой мужчина. Он выглядит странно. Потому что одет в строгий костюм и белую рубашку с галстуком.

Ощущение, что он только что вышел с какого-то депутатского заседания. Но в тёмном дворе это выглядит как минимум неуместно.

Резко разворачиваюсь и срываюсь в сторону, откуда слышала Тёмин крик недавно. Через несколько шагов больно втыкаюсь в твёрдую мужскую грудь.

Поднимаю голову и понимаю, что это тот самый “денди”.

– Посмотри, что там, – говорит совершенно спокойно и уверенно. Этот ушлый парень засовывает руку мне под капюшон и держит за шею так, что я не могу видеть с кем он разговаривает. И вообще, как вдруг этот незнакомец за пару секунд очутился снова предо мной?

– Отпустите меня! – дёргаюсь со злостью. Почти моментально чувствую свободу.

– Здесь опасно для тебя. Ты делаешь опрометчивые движения, – выдаёт костюмированный высокий мужчина. Разговаривает он тоже странно. Хотя пока не понимаю, что с ним не так.

– Кто вы? – снова поднимаю кверху голову и рассматриваю красивое волевое лицо в свете фонарей.

– Говори, Кэс, – игнорит мой вопрос и в интонации слышится нетерпение. Это даже удивляет. Оставляю на потом тот факт, что девушка тоже появилась непонятно откуда.

– Человек пострадал, – отвечает девушка с редким и незнакомым именем. Она смотрит на меня осторожно, будто боится навредить одним взглядом.

На ней кожаные облегающие брюки и кроссовки тоже кожаные. Укороченная тёмно-синяя джинсовая куртка и чёрные кожаные беспалые перчатки. Короткое “каре” на голове из светлых вьющихся волос. Светлые глаза на симпатичном бледном лице.

– А где этот эм-м, который напал на человека? – спрашивает незнакомец. Слова он произносит отрывисто, будто тщательно подбирает их. А под кодовым словом “человек” я распознаю Тёму.

– Он скрылся. Мы не смогли его обезвредить, – отвечает Кэс и ждёт дальнейших указаний, изредка поглядывая на меня.

– Можно мне к Тёме? Это мой друг! – начинаю уговаривать, чтобы меня пустили к Захарову. Он придурок, конечно, но я очень сейчас за него переживаю.

– Друг? – брови девушки ползут вверх от удивления. Такое чувство, что она слышала, как мы ругались.

– Увезите Тёму-друга в санчасть, – говорит тот, что со мной рядом стоит. – Девушку я забираю с собой, – ставит нас в известность. До меня даже не сразу доходит, что та самая “девушка” – это я. Люди вроде на русском языке общаются, но я нифига не понимаю.

– Эм, нет! Вот мой дом, – показываю рукой на одну из пятиэтажек и начинаю отступать, пятясь назад.

– Не стоит меня бояться. Я смогу тебя защитить, – говорит этот странный парень в костюме.

– От кого? – спрашиваю, будто не понимаю, о ком речь.

– Эм-м, тот, кто напал на Тёму-друга всё ещё не пойман и, возможно, где-то здесь поблизости, – терпеливо отвечает. Хочется попросить не называть Захарова так. На самом деле, звучит как издёвка.

Подозреваю, что сейчас меня не прозвище должно волновать, но я зацикливаюсь на чём-то несущественном. Наверное, мой мозг так защищается от этого всего треша, что творится вокруг. Продолжаю смотреть на высокого красавца как завороженная. В эти невообразимые стального цвета глаза.

В добавок ко всему он протягивает мне свою руку, а я послушно вкладываю в неё свою ладонь.

Наблюдаю за всем этим, будто со стороны. Меня вообще сейчас ничего не смущает. Где-то на подсознании бьётся мысль, что обычно я так не делаю. Не ухожу с незнакомым парнем, пусть даже таким красивым. Я даже не знаю, как его зовут.

Он держит меня за руку, пока ведёт к своей навороченной машине, явно представительского класса.

Ладонь большая и прохладная. Невольно осознаёшь, что даже невозмутимые и самоуверенные бруталы мёрзнут весенней апрельской ночью.

– Куда мы едем? – спрашиваю с беспокойством, нахмуривая брови. Вижу, как мы подъезжаем к коттеджному посёлку. Но перед въездом сворачиваем в сторону.

Он притормаживает и съезжает на обочину.

– В мой дом, – отвечает и включает в салоне подсветку. Смотрит в глаза и снова я успокаиваюсь.

– А почему мы в посёлок не заехали? – интересуюсь уже чисто из любопытства, а не от страха.

– Предпочитаю подъезжать отдельной дорогой, – разглядывает моё лицо и задерживает свой серый взгляд где-то на шее.

– Вдруг подумалось, что я даже не знаю, как тебя зовут? – улыбаюсь нервно, нарушая затянувшуюся паузу. Становится не по себе от того, что перехожу на “ты”.

3. Полина

Железные ворота разъезжаются в стороны, когда Элай направляет на них пульт.

Заезжаем во двор и в свете фар, вижу огромный трёхэтажный особняк.

В темноте он кажется мрачным и пугающим. На продолговатых окнах закруглённых сверху виднеются решётки. Сверху несколько башенок в готическом стиле.

Фонари у входа зажигаются самостоятельно, когда мы приближаемся к двустворчатой двери.

Хозяин молча её открывает и пропускает меня вперёд.

Оказываюсь сразу в огромной гостиной. Никаких тебе прихожих.

Обычно у нас так не проектируют дома. Такое я видела только в голливудских фильмах про богатых и знаменитых.

Два больших дивана стоят друг против друга и между ними низкий столик со стеклянной поверхностью.

За диванами, ближе к стене, расположена высокая стойка бара. Сразу появляется ощущение, что алкоголь в этом доме пьют постоянно.

Кроссовки скидываю только возле дивана и забираюсь на него с ногами. Куртку даже не думаю снимать, потому что дома холодно.

Элай в отличие от меня скидывает пиджак и галстук на спинку другого дивана. Закатывая рукава рубахи и направляется к бару.

– Полина? – выдёргивает его голос меня из задумчивости. – Коньяк? – поднимает пузатую бутылку с золотистой жидкостью. – Или предпочитаешь другой напиток? – спрашивает, наливая в широкий стакан коньяк.

– Вино, наверное, если есть? – отвечаю после паузы. Чувствую, что стаёт ещё холодней и засовываю руки в рукава.

– Красное, – показывает снова мне бутылку. – Эм, ты замёрзла? – уточняет, задерживая на мне свой серый заинтересованный взгляд.

– А ты нет, что ли? – отвечаю вопросом удивлённо.

– Я был в отъезде, и отопительная система была отключена, – объясняет, почему так холодно.

– Так может ты включишь свою эту отопительную систему? – не могу сдержаться от сарказма, когда беру холодный бокал с вином и мои пальцы коченеют. У меня тут вообще-то “зуб на зуб” не попадает, а этот иностранец, стоя в рубашке с закатанными рукавами, продолжает говорить как по долбанной инструкции.

– Кэс? – видимо, звонит той девушке. – Как сделать так, чтобы в особняке стало горячо? – после услышанного я не выдерживаю и закрываю лицо ладонью. – А нет, не так. Тепло, – поправляет себя невозмутимо. – Оу! Так! – выслушивает от помощницы недовольства. – Окей, созвонимся, – добавляет, но похоже, что она уже бросила трубку.

– Откуда девушка знает, как включается отопление, – выдаю свои логические умозаключения и ставлю пустой бокал на стол.

– Кэс многофункциональна, – подмечает Элай, как так и надо.

– Ну, кто бы сомневался, – хмыкаю в ответ. По выражению лица похоже, что он ничего не понял. – Если ты в ближайшие полчаса не придумаешь, как вдохнуть жизнь в свой мавзолей, то я точно тут инеем покроюсь.

– Мавзолей? – переспрашивает озадаченно и снова наливает мне вино.

– Забудь, – уже жалею, что рот открыла.

– Я скоро вернусь, – направляется вглубь дома.

Спустя пару минут натягиваю холодные кроссовки. Отпиваю из бокала и начинаю ходить по просторной гостиной. Надеюсь, что так хоть немного согреюсь.

Рассматриваю интерьер гостиной. На стенах светильники в виде канделябр со свечами. И лампочки мигают точь-в-точь, как огоньки.

Портьеры с бахромой и кистями на окнах.

Вдруг вздрагиваю, вспоминая крик Тёмы. Элай не говорит, что там за забором произошло? В какую больницу Захарова увезли? А самое странное, что я сама ничего не спрашиваю про бывшего. Такое ощущение, что смотрю на этого красавчика со стальным взглядом и забываю обо всём.

– Есть электрический обогреватель, – слышу мужской уверенный голос и оборачиваюсь.

– Да уж, – невольно смеюсь. – С ней мы замёрзнем не сразу, а чуть попозже, – маленькая железная электропечка смотрится комично в огромной гостиной. Наверное, тут даже к утру не потеплеет.

– В спальне на втором этаже я разжёг камин. Там ты будешь спать, – вытаскивает из-под дивана удлинитель и включает печку. – Завтра утром приедет специально обученный человек и подключит отопительную систему, – произносит с деловым видом. Вот здесь я не выдерживаю и начинаю хохотать. Этот момент можно считать историческим. Прямо сейчас я увидела, откуда берутся “мемы”.

Элай смотрит на меня непонимающе. Потом тоже улыбается и я забываю, как меня зовут.

Передо мной будто совершенно другой человек появляется. Я никогда не видела, чтобы улыбка меняла лицо до неузнаваемости.

Осознаю чётко, что он и так красивый, что дальше некуда. Но с улыбкой эта красота просто нереальной становится.

Она у этого дьявола какая-то озорная, и светлые глаза светятся, в прямом смысле.

– А поесть у тебя что-нибудь есть? – спрашиваю, не желая объяснять свой внезапный приступ смеха.

– Откуда? – вздёргивает бровь. – Но можно заказать доставку готовой еды или продуктов, – опять разжёвывает как недоразвитой. – Назови, какие блюда ты предпочитаешь? – спрашивает и ждёт с телефоном в руках.

Слушаю себя, чего бы я съела?

– Пицца, роллы, картошка фри. Ещё йогурт питьевой и сок апельсиновый, – только сейчас понимаю, какая я голодная. В животе жалобно урчит.

– Доставят через сорок минут, – сообщает снова, наливая мне вино.

– Курьер – бедолага, – сочувствую неизвестному человеку. – Вот же подвезёт кому-то тащиться посреди ночи к “чёрту на куличики”, – выдаю на автомате и только потом понимаю, что сейчас Элай меня своими тупыми вопросами закидает. – Далеко к тебе добираться, – перевожу, поймав вопросительный взгляд.

– Хотелось уединения, – объясняет, почему его дом стоит отдельно от остального элитного посёлка.

– Ты случайно не полицейский? – задаю наводящий вопрос, вспоминая, как мы встретились.

– Нет, я бизнесмен, – откидывается на спинку дивана и отпивает коньяк из стакана.

– Тот, кто на Тёму напал.., ты его знаешь? – спрашиваю, не надеясь получить ответ.

– Да, это мой давний враг. Он приехал за мной из Канады, – даёт неожиданно полный расклад.

4. Полина

Просыпаюсь от того, что задыхаюсь. В буквальном смысле, мне нечем дышать, потому что в незнакомой комнате невыносимая жара.

Подскакиваю с широкой кровати и пытаюсь открыть окно.

Покрутив ручку, наконец-то рама отворяется, ударяя мне в лицо живительным воздухом.

Ветер дует практически ледяной, но так даже лучше. Дышу как после кросса, вытирая пот со лба.

Озираюсь вокруг и не узнаю комнату, в которой нахожусь. Тут даже окна непривычной формы. Они вытянутые с закруглёнными к концу углами и с решётками.

Чувствую, как внутри оживает паника из-за того, что я ничего не помню. Вздрагиваю от стука в дверь. Не дожидаясь разрешения войти, кто-то открывает дверь.

Элай!

Такого красивого и странного типа трудно забыть.

– У тебя всё нормально? – вглядывается внимательно в лицо.

Молча беру коробку апельсинового сока с тумбочки и пью прямо из пластикового отверстия. Сок тёплый, но жажду притупляет.

Кажется, вчера я переборщила с красным вином. Главное при Элае не упоминать слово “борщ”, которое я мысленно использовала не по назначению. А то до завтра не смогу объяснить ему, что это значит. Это я тоже помню.

– А у тебя? – отвечаю вопросом на вопрос.

Хозяин этой “трёхэтажки” поддерживает во всю имидж странного чувака.

Вчера, когда у меня от холода зубы стучали, он рассекал в одной рубашке с закатанными рукавами. Сегодня же здесь нечем дышать, а на нём тёплый свитер и спортивные штаны. На вид тоже утеплённые.

– Ты на улице был? – спрашиваю, пытаясь сама найти ответ.

– Нет, – отрицательно мотает своей умопомрачительной головой. – Приезжали.., эм-м люди и подключили отопительную систему, – он будто отчитывается.

– Заметно, знаешь ли, – отвечаю резко. Потому что красавчик откровенно ведёт себя как придурок. – Тут же дышать нечем. Ты в своём шикарном свитере не вспотел? – интересуюсь ехидно.

– Тепло, – говорит неуверенно. – Даже очень, – поймав мой офигевший взгляд, он начинает стаскивать с себя вязаную тёплую одежку. Теперь я жалею, что докопалась до него.

Элай стоит в майке-алкоголичке, которая совсем не прикрывает его соблазнительный торс. На крепком теле с выделяющимися мышцами нет ни единого намёка на пот.

Кожа сухая и бледная. Через неё просвечивают синеватые вены. В принципе, у нас в Сибири после долгой зимы все так выглядят. Под лампочками и фонарями особо не позагораешь. А в салонах под лампой лежать время есть не у всех.

– Надеюсь, тебе стало легче, – бубню себе под нос и больше не смотрю на его сексуальное тело. – Пойду умоюсь, – поспешно иду к двери, которая находится в комнате. Если мне повезёт, то это будет не какая-нибудь гардеробная.

– Спускайся вниз. Там есть еда, – доносится мне в спину. Мои губы неосознанно растягиваются в улыбке.

Открываю дверь и вижу душевую кабинку. Сразу же решаю смыть с себя “похмельные пары”.

Захожу на кухню с влажными волосами и разглядываю внушительные квадратные метры, упакованные всевозможной встроенной техникой. Открываю стиралку и запихиваю туда свои вещи. Кладу плавки белые вместе с синими джинсами. Интересно, каким цветом будет бежевый лифчик?

– Там есть каша в кастрюле, – мои мысли прерывает вошедший на кухню хозяин дома. – Овсяная, – добавляет, глядя в телефон. Потом он начинает меня откровенно рассматривать.

От такого пристального изучения моей персоны мне становится не по себе. По инерции запахиваю махровый халат по горло. Мне так спокойней.

В кино чётко показывают такие моменты. Обычно герои начинают целоваться.

Элай очухивается первым и открывает холодильник.

– Ещё есть сыр, – вытаскивает и ставит на стол запакованный кусок. – Яйца, – тоже рядом кладёт. Одно катится со стола и разбивается.

– Ты оперный певец, что ли? – не выдерживаю и задаю каверзный вопрос.

– Почему? – хмурится, глядя на расплывшийся желток у себя под ногами.

– Слышала, что они пьют сырые яйца по утрам. Так голос свой улучшают, – объясняю суть и иду к нему с бумажным полотенцем в руках.

– Нет, – отвечает серьёзно.

– И я нет, – сажусь на корточки и собираю скорлупу и склизкую массу. Выбрасываю в мусорное ведро, которое совсем пустое. Все эти мелочи невольно настораживают и я, поворачиваясь, смотрю на парня с канадским происхождением.

– Моя бабуля всегда готовила мне на завтрак “овсянку”, – говорю, улыбаясь, накладывая кашу в приготовленную для этого тарелку.

Открываю шкаф, чтобы взять стакан или кружку. Но решётки для посуды оказываются совершенно пусты.

– Не подскажешь, где мне стакан под сок добыть? – не скрываю сарказма. Слишком много тут странностей.

– В баре есть, – выходит из кухни. По ощущениям, парень только бухает и при этом даже с похмелья не болеет.

– А теперь бабуля, где? – ставит передо мной такой же широкий стакан, из которого он вчера пил коньяк.

– Умерла, – кидаю ложку в кашу. Аппетит тут же пропадает.

– Заболела? – участливо смотрит в глаза и как-то чересчур сочувствует. Каждый жест кажется подозрительным.

– Да, – отвечаю сухо.

– Мои родители тоже умерли, – откровенничает и сам наливает мне сок в стакан. – Попали в автокатастрофу, – уточняет.

– Соболезную, – произношу приглушённо и запихиваю кашу себе в рот.

– И я тебе, – отвечает осторожно.

– Она была единственным близким человеком, – расклеиваюсь прежде, чем понимаю, что изливаю душу постороннему и очень непонятному чуваку.

– Ты теперь одна живёшь? – уточняет тут же и мне не нравится его блеск в глазах. Какой-то он плотоядный.

– Я живу не здесь, а в областном городе. И работаю тоже там, – отвечаю холодно и закрыто. – Что там с Тёмой? Это мой парень, мы с ним уже четыре года вместе, просто поссорились, – упорно доказываю, что я не одна.

– Кэс звонила рано утром. Сказала, что Тёма-друг в коме и к нему нельзя, – без запинки вводит меня в курс дела.

– Это уже не твои проблемы, куда и кому можно! – соскакиваю с высокого стула. Этот красавчик мне откровенно указывает, что мне делать со своей жизнью. – Мне нужен мой телефон, и у меня там кот голодный, – иду в гостиную быстрым шагом. Слёзы щиплют глаза, и я не могу их остановить.

5. Полина

С разбегу усаживаюсь на диван и возмущённо смотрю на Элая, который стоит напротив.

– Почему ты плачешь? Я тебя обидел? – спрашивает и при этом взгляд его на моё лицо даже близко не попадает.

– Ты меня выбешиваешь! – выдаю, раздувая ноздри. Вспоминаю, что этот красавец вряд ли понимает, о чём это я. Злюсь ещё сильней, чувствуя свою беспомощность. – Ты ведёшь себя нелогично, и это меня настораживает, – перевожу свою речь на понятный ему язык. Прослеживаю за направлением его взгляда. Серые умопомрачительные глаза внимательно разглядывают моё “декольте”. Пояс ослаб и поглазеть есть на что. Подол тоже разъехался, и я поспешно начинаю закутываться.

– Отдай мне мой телефон, иначе я не буду слушать никакие твои предложения, – говорю неуверенно, но угрожающе. – Держишь меня тут, как в КПЗ и делаешь вид, что ничего не случилось, – опять произношу наверняка не понятное слово, но расшифровывать его не хочется. Это обозначение досталось мне от бабули.

– КПЗэ? – ожидаемо выделяет то, что не знает.

– Ну считай, что это тюрьма по-нашему, – отвечаю устало.

– Твой телефон у Кэс. Она включила его и ждёт, что Жорик определит местонахождение аппарата и начнёт охотиться. Только не на тебя, как он думает. А на мою подготовленную помощницу, – объясняет сосредоточенно. – Если тебе нужно позвонить, то возьми мой телефон, – протягивает свой дорогущий сенсор.

– А тебя Жорик не может, что ли, отследить по включенному телефону? – интересуюсь с подозрением.

– Нет. У меня тут защита стоит, – обводит гостиную рукой.

Тыкаю в экран гаджета, чтобы он включился, и набираю цифры.

У Лидии Павловны такой же номер, как у бабушки был, только последние две цифры различаются.

Запасной ключ от нашей квартиры у соседки тоже имеется. Прошу её забрать Мурзика к себе на несколько дней.

Бабушкина подруга соглашается сразу без лишних вопросов.

– И всё? – недоверчиво спрашивает Элай, когда я возвращаю телефон.

– Ну да, остальное подождёт, – бурчу недовольно. – А с продуктами чего не так? – смотрю пристально на своего спасителя.

– В каком смысле? – хмурится, видимо, действительно не понимает, о чём это я.

– Такое чувство, что ты их специально для меня купил? А сам тогда чем питаешься? – требовательно выгибаю брови.

– Я был уверен, что яйца варёные, – улыбается, догадываясь, на чём прокололся.

– Да уж, а сыр я как яблоко должна была грызть? – не сдерживаясь, интересуюсь ещё одной деталью.

– Ты права, Полина. Я не ем всего этого, – признаётся вдруг Элай.

– Я заметила, что ты даже не закусываешь, – делюсь своими наблюдениями, чем опять вызываю у него улыбку.

Кажется, что этот бизнесмен меня ошарашит сейчас, чем-то невероятным. Не свожу с него любопытного взгляда. От волнения даже ладони потеют.

– Эм-м, я веган, – выдаёт наконец-то.

– Оу! Бедолага, – морщусь, не скрывая своего отношения.

– Что не так? – переспрашивает.

– Просто у нас в Сибири на траве и морковке далеко не уедешь, – хмыкаю, не скрывая сарказма.

– А мне куда-то надо ехать? – пытается вникать.

– В смысле, если хочешь более менее комфортно пережидать здесь холода, то желательно всё же есть мясо, – перевожу на нормальный язык. – Вообще, как по мне, ты даже для иностранца очень странный, – добавляю дозу своих подозрений. – Ну хотя бы твоя чрезмерная бледность оправдана, – рассуждаю вслух. – А ты давно уже в России? – спрашиваю между делом.

– Больше двух лет. Но в вашем городе около месяца, – отвечает и я вижу, что сейчас Элай не врёт. Но на всякий случай откладываю у себя в голове, что с едой было что-то не так. Недомолвки какие-то.

– А до этого где ты жил? – допытываюсь до подробностей, чтобы у меня картинка полная сложилась.

– В Москве, – и это опять правда.

– Не понравилась наша столица? – удивляюсь. Ведь разница между нашим городом в шестьдесят тысяч и Москвой просто космическая.

– Слишком много людей и шума, – подмечает, что именно ему не зашло.

– Понятно. Выкладывай, что у тебя за предложение ко мне? – теперь я уже готова выслушать, чего хочет от меня этот красавчик. Мне всё ещё не верится, что такое тело можно содержать на “кабачках”.

– Выкладывай – это как? – переспрашивает в замешательстве.

– Это значит озвучивай, – перевожу на автомате.

– Ясно. Я хочу, чтобы ты, Полина, стала моим консультантом-помощником по русскому языку, – говорит не вполне доходчиво.

– И что я должна буду делать? – хмурюсь. – Целыми днями сидеть с тобой в этой гостиной и под “коньячок” расшифровывать крылатые фразы и витиеватые выражения? – выдаю одно из своих предположений.

– Не всегда здесь, – поправляет меня на полном серьёзе. – Я недавно совершил выгодную сделку и выкупил винно-водочный завод, – приоткрывает завесу на свою деятельность.

– Спасибо, конечно. Но у меня уже есть работа, – начинаю отказываться. Уж сильно должность подозрительная.

– Сколько тебе платят? – спрашивает бесцеремонно.

Называю цифру в рублях.

Элай тут же утыкается в свой телефон. Догадываюсь, что он мою зарплату в валюту переводит.

Через несколько минут показывает цифру со значком доллара. Это раз в пять больше, чем я ему сказала.

– Соглашайся, Полина. Мне твоя помощь очень нужна, – уговаривает, но не давит. Либо не сильно расстроится, если я откажусь. Либо точно уверен, что никуда не денусь от него. – Хочешь, денег будет больше? – спокойно интересуется.

– Купить меня хочешь? – усмехаюсь невесело.

– Не тебя, а твои знания, – уточняет по-деловому.

6. Полина

– Мне подумать надо, – произношу, не скрывая подозрения.

– О том, какой твой работодатель скупой? – спрашивает этот богатый иностранец с совершенно серьёзным лицом. Смотрит на меня, не отрывая взгляда. И я вижу красные всполохи в красивых серых глазах.

– По нашим меркам это нормальная зарплата. А твой винно-водочный завод я даже не видела, – озвучиваю причину своих сомнений примирительным тоном.

– Окей, завтра проведу для тебя экскурсию, – улыбается своей обворожительной и победоносной улыбкой. – Тебе нужна другая одежда. Имиджем не пренебрегают. Представлю тебя в офисе своей помощницей, – проговаривает быстро, но чётко. Элай уже всё решил.

– Главное, помни, что я ещё не согласилась, – напоминаю, чтобы потом не получилось так, будто я автоматически работаю на него.

– Ес. Это будет ни к чему не обязывающий осмотр, – теперь улыбка становится натянутой. Не нравится бизнесмену, когда не по его получается. – Тебе вино? – уточняет.

– Эм-м, нет. Я не могу пить каждый день, – возмущаюсь, наблюдая, как он направляется к бару. – Вот откуда я знаю? Вдруг ты “на стакане” сидишь? – прищуриваясь, смотрю в красивое, мужественное и изумлённое лицо.

– На стакане? – снова просит перевести непонятное ему выражение.

– А, ну да. В смысле - ты не алкоголик часом? – повторяю вопрос более понятно для него. – Блин, ты даже не закусываешь, – вспоминаю, как вчера вечером он пил коньяк, будто компот.

– У него неповторимый вкус. Попробуй, – протягивает мне свой стакан. – И нет, я не страдаю алкоголизмом, – отвечает на вопрос.

– Кто бы сомневался. Ты просто бухаешь каждый день дорогущий коньяк с неповторимым вкусом, – усмехаюсь, не веря своему предполагаемому боссу.

Элай оставляет стакан с коричневой жидкостью на стойке и возвращается снова на диван.

– У вас так не делают? – выгибает тёмные брови.

– Делают, конечно. Но нормой это не считается, – хмыкаю снисходительно. – Если хочешь здесь бизнес делать, то о репутации своей заботиться надо, – проговариваю, казалось бы, очевидные вещи.

– Я понял, – кивает послушно. Такое чувство, что я уже вступила в должность консультанта-помощника господина Старка. Молча поднимаюсь и направляюсь вглубь дома.

В комнате, в которой ночевала этой ночью, забираюсь под одеяло. После всех объяснений Элая мои подозрения не исчезают полностью. Не могу сама себе даже внятно назвать, что именно настораживает.

Например, если этот красавчик веган, где тогда его морковки с сельдереями?

Незаметно для себя засыпаю. Открываю глаза посреди ночи. Мне снился кошмар с Элаем.

В моём сне он выглядел по-другому. Прижимал к холодной стене и жутким голосом шептал, что съест меня.

Переворачиваюсь на спину, потом на живот, но уснуть не получается.

Выхожу в коридор. Везде оглушительная тишина.

В какой-то момент приходит идея исследовать дом. Нахожу лестницу и поднимаюсь на третий этаж.

Приоткрытая дверь, из которой падает приглушённый свет, сразу привлекает внимание.

Ковровая дорожка глушит мои шаги.

Вглядываюсь внутрь через оставленную в проёме щель. Вижу Элая, сидящего за мощным столом. Не сразу понимаю, что он делает.

Перед ним лежит стеклянная бутылка на подставке. Она необычная, не из-под пива или его любимого коньяка. Ёмкость больше в разы, может, полтора литра. И она из белого прозрачного стекла.

Длинным пинцетом Элай в бутылку что-то засовывает через горлышко. Любопытство берёт надо мной верх. Стучу в дверь и сразу захожу.

Он не сразу поднимает ко мне глаза. Невольно наблюдаю за его ювелирными действиями.

Оглядываю комнату, стены которой обставлены такими вот бутылками. Внутри них деревянные модели кораблей. Это невероятно красиво.

– Тоже нравится не спать ночью, Полина? – слышу голос Элая и возвращаюсь в реальность. Оказывается на мгновение я даже забываю, что нахожусь здесь не одна.

– Бывает иногда, – отзываюсь, неохотно отрываюсь от необычных бутылок. – Это всё ты сделал? – спрашиваю, не скрывая своего восхищения.

– Да. Интересуешься кораблями? – в интонации слышится удивление.

– Нет, вообще-то, – голова невольно поворачивается обратно к бутылкам. – Просто эти обалденно красивые, – признаюсь. Продолжаю рассматривать шедевры внутри разнообразной стеклотары. – Как у тебя такое получается? Ты сплошной сюрприз, Элай, – усмехаюсь. Мне бы и в голову не пришло, что он на такое способен.

– Многолетний навык, – отвечает, будто ему семьдесят лет.

– Ты с детства этим занимаешься? – снова допытываюсь. В комнате загорается яркий свет.

– Да. Родители поощряли моё хобби, – теперь слова этого странного красавчика звучат, как заученная проза. Он, будто не про себя говорит.

– Здорово. Я бы такое тоже поощряла, – поворачиваюсь, чтобы посмотреть в серые глаза. Уже несколько раз я пытаюсь в них, что-то прочесть. Но они уже снова становятся невозмутимые, хотя всё такие же умопомрачительные.

Резко отворачиваюсь, сглатывая, чтобы Элай не заметил моего волнения. Это ему совсем не к чему.

Невидящим взглядом рассматриваю корабли в бутылках. Одновременно пытаюсь собрать себя в кучу и взять рвущиеся эмоции под контроль.

– Они на самом деле тебе нравятся? – слышу приглушённый голос возле уха и вздрагиваю.

– Конечно. Как такое чудо может не нравится? – отвечаю вопросом. Стойкое ощущение, что мы сейчас точно не про корабли говорим, но продолжаем усердно делать вид.

Чувствую, как Элай кладёт руки мне на плечи и разворачивает к себе. Тут же начинаю дрожать от какого-то невообразимого предвкушения, чего-то неизведанного и интимного.

Поднимаю голову, смотрю в эти серые, умопомрачительные глаза и не помню, как меня зовут.

Кажется, что я попадаю в другое измерение, когда наши губы сливаются в поцелуе. В этот момент я забываю про всё на свете и растворяюсь в чистом удовольствии.

Могу поклясться, что ничего похожего со мной никогда не происходило.

7. Полина

Утром едем в город, как договаривались.

В сторону своего будущего начальника стараюсь не смотреть. После вчерашнего нашего неожиданного сближения мне всё ещё не по себе. Не знаю, как себя вести.

Вздрагиваю от звука зазвонившего телефона. Уже успела отвыкнуть от него за пару дней.

– Мне же можно ответить? – всё же спрашиваю у Элая. – Это подруга звонит, беспокоится, наверное, – добавляю для убедительности.

– Без проблем. Жерара уже нашли, – разрешает растерянно и задерживает на мне взгляд.

– Привет, Маринка! – делаю жизнерадостный голос, чтобы немного расслабить надвигающийся неприятный разговор.

– Полинка! Ты живая! Слава Богу! – выдыхает она в трубку.

– М-м, а почему это я не живая должна быть? – спрашиваю изумлённо.

– Как это? Захаров поехал к тебе и до сих пор в Москву не вернулся. Его даже найти не могут, – объясняет подруга.

– Да? – удивляюсь искренне. – Я ничего про это не знаю, – вру чисто на инстинкте. Откуда-то знаю, что не надо ничего про Тёму говорить.

– Ты возвращаться-то собираешься, вообще? – задаёт вопрос недовольным тоном.

– Да-да, уже скоро, – выпаливаю на автомате и кошусь на внимательно слушающего нас водителя. – Давай я тебе вечером перезвоню, – говорю, потому что мы паркуемся у салона красоты.

Элай протягивает мне банковскую карту, как только я отключаю вызов.

Сначала смотрю возмущённо и тут же вспоминаю, что это ведь ему надо, чтобы я выглядела стильно и ухоженно.

Забираю молча карту и иду наводить красоту.

Возвращаюсь, где-то через час с дневным макияжем на лице и укладкой на своих волосах. С них даже сечку сняли.

– Выглядишь, как усовершенствованная модель себя. Но я не понимаю, что изменилось? – рассматривает меня пристально.

– Да так. Причесали и реснички подкрасили, – не могу сдерживать свой сарказм.

– Вполне удачно, – выдаёт своё мнение и я закатываю глаза от этого ценителя прекрасного. – Теперь нужно одежду поменять, – комментирует свои намерения разворачиваясь на парковке.

В бутик Элай идёт вместе со мной, будто хочет лично убедиться, что мне правильный гардероб подобрали.

Стою в примерочной и появляется стойкое ощущение, что на меня, кто-то пялится. Автоматически прикрываюсь, потому что разделась до белья. Оборачиваюсь, но за ширмой я одна.

Руки начинают дрожать от непонятно откуда появившегося волнения. Тут же всплывают воспоминания о нашем вчерашнем поцелуе.

Сладкая нега расплывается по всему телу и я никак не могу это остановить.

Быстро натягиваю бордовый костюм и сверху пытаюсь надеть чёрный тренчкот. Выхожу.

Спонсор всего этого костюмированного шоу замирает при виде меня.

– Отличный деловой образ, – поднимает большой палец вверх.

– Вот и чудненько, – усмехаюсь вымученно.

Едем на завод господина Старка, который находится в том же районе, что и его “замок”.

Пару раз кошусь на этого бизнесмена. Начинает казаться, что он меня в бутике гипнозом шарахнул. Теперь делает вид, что ни причём.

– Мне нужно съездить домой, – резко озвучиваю своё желание.

Жорика ведь нашли, а значит опасности для меня больше нет.

– Эм-м, зачем? – настороженно спрашивает и поворачивается ко мне.

– Ты решил, что я в твоём дворце останусь насовсем? – отвечаю вопросом не скрывая психа. Чувствую себя пленницей.

– Нет, я так не решал. Жерар подлый и изворотливый. Возможно у него появились сообщники. Сейчас Кэс с Салганом это проверяют, – отчитывается и это действует на меня успокаивающе. – Тебе нельзя пока домой, – звучит очередная отговорка.

– Но мы же можем просто за вещами съездить? – делаю интонацию миролюбивей. – Там кот у соседки остался. Я должна его забрать, – перечисляю причины.

– Окей, вечером съездим, – соглашается нехотя.

Такое ощущение, что этот мифический Жерар, вообще не существует. Его придумали специально, чтобы меня пугать.

В этот момент вспоминаю, что Элай мне так ничего про него и не рассказал.

Поворачиваюсь, чтобы допросить, но в лобовое вижу кирпичное здание с железными воротами, возле которых мы тормозим.

Охранник суетливо открывает нам проезд, когда видит, кто в машине.

Мысленно переношу тему про Жорика на попозже и рассматриваю владения Элая.

Раньше я слышала про этот винно-водочный завод. Его уже раз пять, наверное, перекупали.

– Сотрудники остались от прежнего хозяина. Пока я оборудование меняю, оно слишком устарело, – объясняет мне, будто я с проверкой сюда приехала. Поднимаемся на третий этаж. Открывает дверь и тут же женщина лет сорока выскакивает из-за стола.

– Вы приехали? Я думала, вас и сегодня не будет, – говорит непонятно с какой целью.

– Сегодня я буду, – подтверждает заторможенно. Явно не знает, как с ней себя вести. – Это Полина, моя помощница, – выталкивает меня перед собой.

– Меня Рая зовут, – тянет мне руку женщина. – Я тоже помощница, – заявляет вдруг. – У вас сегодня, господин Старк, назначена деловая встреча. К вам должен ресторатор из области приехать. Возможно удастся наконец-то, хоть с кем-то договорится, – с довольным лицом сообщает Рая. Косится на меня со снисходительной улыбочкой, будто она мне “нос утёрла”.

Поворачиваюсь к Элаю и смотрю на него вопросительно.

– Нужно было отправить мне напоминание про встречу, – давит её взглядом. Я стою с открытым ртом, наблюдая за этой сценой.

– Ну, думаю, вдруг вы заняты. Мы бы с Ириной и сами справились, – отвечает Рая услужливо. – Блюда в самом лучшем ресторане для гостя заказали. И печать с вашей подписью у нас тоже есть, – делает нам внушения с радостной улыбкой.

Стою ушам своим не верю. Сюр, блин, какой-то.

– То есть вы такое уже проворачивали, что ли? – не могу удержаться от любопытства.

Женщина молча смотрит на меня, как на насекомое.

– Полина, забери печать с подписью, – распоряжается босс и уходит в свой кабинет.

– Ты кто такая вообще? – сразу начинает злобно шипеть Рая. – Новая подстилка, что ли? – испепеляет меня взглядом.

8. Полина

– У тебя всё получилось! – снова хвалит меня босс, когда мы возвращаемся домой по освещённой улице. – Я знал, что ты способная, Полина! – слышно восхищение в голосе.

– Да ладно! Перестань! Мы вместе это сделали! – отмахиваюсь. Всегда не по себе было, когда меня так откровенно возвышали.

– Нет, ты не понимаешь! Это наша первая серьёзная сделка! – опять повторяет производитель элитного алкоголя.

– Хочешь сказать, что до этого у вас не было клиентов? – удивляюсь.

– Приобретали маленькое количество и не на постоянной основе, – поясняет.

– Я бы увидела эту клушу Раю и тоже бы сбежала, – смеюсь в голос, потому что не очень трезвая. Пришлось дегустировать вино вместе с Владимиром. Ресторатор из области оказался нормальным челом. Выяснилось, что он родился и вырос в нашем городке.

– С Раисой и несколькими другими подчинёнными я повёл себя не по-деловому, – вдруг признаётся босс. Видимо, расчувствовался. Он-то вообще коньяк с ромом дегустировал.

– Возьми да и уволь их. Ты же хозяин завода, чего паришься? – советую выход из положения.

– Как это? – хмурит брови.

– Если не хочешь прослыть “самодуром”, то дождись от них, каких-нибудь косяков и всё, – объясняю, как надо. – В первую очередь Раю увольняй! А то она сильно шустрая! – рассуждаю с умным видом.

– Спасибо, – смеётся, глядя на меня.

– Не за что! Обращайся, – отвечаю великодушно.

Вылажу из машины и иду к дому нетвёрдой походкой. Торможу в гостиной и разворачиваюсь, чтобы отдать печать. Она всё ещё лежит у меня в кармане.

– Вот, держи и не отдавай больше кому попало, – снова дельный совет, на которые я сегодня щедра, как никогда.

Элай ловит меня за руку и удерживает возле себя. Тело моментально реагирует на прикосновение. Чувствую лёгкое возбуждение и дрожь от предвкушения.

– Пьяный секс - это то, что разрушит наши отношения, – медленно вытаскиваю кисть из его большой ладони. – Я спать, босс! На сегодня с меня хватит, – разворачиваюсь и снова сбегаю.

– Спокойной ночи, Полина, – слышу вдогонку. Распознаю в интонации, что-то похожее на разочарование. На мгновение даже хочется вернуться и попасть в объятия Элая.

Со психом и через силу заставляю себя идти вперёд.

Утром, как только я открываю глаза, тут же голова начинает раскалываться.

Делаю над собой усилия и поднимаюсь с кровати.

Натягиваю махровый халат и босая спускаюсь в кухню.

Набираю из фильтра полный стакан воды и выпиваю залпом. Вроде легче становится.

– Сегодня на завод можно не ездить, – раздаётся голос Элая за спиной. Даже не поворачиваясь знаю, что он улыбается.

– Конечно, я вчера с дегустацией вина переборщила.., – замолкаю резко, понимая, что произнесла запретное слово.

– Мы разве вчера ели борщ? – смотрит вопросительно.

– Нет. Я хотела сказать, что переусердствовала, – натягиваю глупую улыбку. – Но так дела не делаются, – усмехаюсь. – Захотел приехал, не захотел не поехал. Твои работники и так там распоясались, – намекаю на Раису. – В смысле дисциплина у твоих подчинённых плохая, – спохватываюсь и поправляю сама себя, не дожидаясь вопросов. – Ты им зарплату-то, чем собираешься платить? – интересуюсь, когда вспоминаю, что, оказывается, вчера мы первую сделку совершили.

– О, не переживай! У меня есть другие источники дохода, – успокаивает меня босс.

– Ну, супер! – отворачиваюсь и наливаю себе ещё стакан воды.

– Ты права, надо ехать на завод. У меня в баре коньяк закончился, – соглашается вдруг.

Голова сама по себе не перестаёт болеть. А у Элая в особняке даже аптечки никакой не нашлось.

Он предложил мне вино, но я отказалась. Объяснять не захотела, что перед работой не принято пить алкоголь. Всё равно ему эти правила не понятны.

– Можешь показать мне цех, где разливают вашу продукцию, – подсказываю, чем заняться. – Мне нужно иметь представление, как тут всё устроено, – добавляю и поднимаю голову к Элаю.

– Здравствуйте, – слышу мужской голос, когда мы подходим к двери приёмной. – Босс, можно вас на пару слов, – зовёт его подчинённый. Может быть, какой-то начальник цеха.

– Полина, иди, я сейчас, – протягивает мне ключи от кабинета.

Открываю дверь приёмной и с другого конца продолговатого помещения на меня смотрят две пары злобных глаз.

– Явилась, не запылилась, – шипит Рая.

– Это она, что ли? – спрашивает у неё высокая блондинка. Мгновенно складывается впечатление, что они ждали именно меня. Блондинка молодая в отличие от Раисы и очень агрессивная. Инстинктивно останавливаюсь у открытой двери.

Красотка с белыми волосами выходит из-за стола и направляется в мою сторону.

Стою не двигаюсь и зачем-то подмечаю их сходство с Раей. Это её дочь или сестра?

– Сегодня ты на всю оставшуюся жизнь запомнишь, сука, что нехрен к чужим мужикам лезти, – медленно проговаривает угрозу и надвигается на меня.

Вижу, как она выводит из-за спины правую руку, в которой зажата какая-то стеклянная ёмкость.

Всё происходит очень быстро, я даже понять ничего не успеваю. Вдруг передо мной появляется Элай, когда блондинка замахивается и выплёскивает едкую жидкость.

Босс отпихивает меня за свою спину и вся жидкость с химозным запахом попадает на него.

Пока я лечу к стене, то замечаю, что часть, явно “отравы”, попадает на его кожу руки.

Падаю и ударяюсь головой. Не сильно, но теперь она трещит ещё больше.

Только на полу до меня доходит, что эта тварь хотела облить меня кислотой.

– Миша, уведи Полину в санчасть. Пусть её осмотрят, – распоряжается, стягивая с себя пиджак.

– Боже мой! Что я натворила? – улавливаю истеричный голос блондинки.

– Элай, твоя рука! – рвусь к нему, но мужчина меня останавливает.

– Меня теперь посадят, да? – рыдает тупая мстительница.

– Нет, конечно, – сдерживая злость, успокаивает эту дуру босс. И я ничего не понимаю.

9. Полина

Дальше слышу, как Элай обещает блондинке, что приедет к ней домой и они всё спокойно обсудят.

Даю увести себя, все ещё не веря собственным ушам.

– Лена, у девочки шок. Сейчас Ирка Райкина чуть кислотой её не облила, – говорит Михаил и заводит меня в медпункт. Фельдшер на вид чуть постарше меня возрастом. Усаживает на стул и светит маленьким фонариком в глаз. Потом начинает осматривать шею, руку.

– На меня ничего не попало, – успокаиваю медика.

Мужчина выходит за дверь и предупреждает, чтобы звали, если он понадобится.

– Значит вот ты какая, Полина, помощница нашего господина Старка, – произносит, рассматривая меня и усаживаясь на стул напротив. – Весь завод только о тебе и говорит со вчерашнего дня, – улыбается открытой улыбкой.

– Уже? – удивляюсь.

– Да, представляешь? – со смехом поднимает брови. – Давай я вместо успокоительных пилюль тебя чаем с мятой напою? У меня есть вкусные печеньки, – продолжая улыбаться, договаривается со мной Лена. И у меня слов нет, чтобы описать, как она мне нравится.

– Конечно, я с удовольствием, – соглашаюсь сразу. – Мне бы чего-нибудь от головной боли? А то мы вчера совершали “сделку века” и пришлось дегустировать вино, – объясняю с улыбкой.

Девушка в белом халатике с пониманием кидает щипящую таблетку в воду и протягивает мне.

Потом наливает обещанный чай и ставит печенье. Заодно рассказывает всё с момента, как господин Старк выкупил завод. После рассказа девушки сидим в тишине. Пытаюсь переварить услышанное, а она мне просто не мешает.

Обе резко поворачиваемся, когда дверь в медпункт открывается без стука.

Элай стоит в дверях и ощупывает меня своим серым взглядом.

Я тоже рассматриваю его руки. Пиджака на нём нет, а рукава белоснежной рубашки завёрнуты почти до локтя.

На коже рук нет даже покраснений, не то что ожогов.

Удивлённо поднимаю взгляд к лицу.

– На тебя попала эта жидкость? – с тревогой спрашивает босс и нагло начинает рассматривать руки и шею. От неожиданности я не сопротивляюсь.

– Да я в порядке, – неуверенно успокаиваю его. Лена смотрит на нас с явным любопытством.

Потом вдруг господин Старк наклоняется и прижимает меня к себе.

– Сегодня я попробовал ужас на вкус, когда думал, что не успел тебя закрыть, – проговаривает медленно.

– Да ладно вам, Элай Батькович, – успокаивающе хлопаю ладонью по мощной спине. – Вы как раз вовремя появились, – кошусь на хозяйку кабинета и она мне подмигивает.

Едем домой в полной тишине. Я несколько раз настраиваюсь спросить про то, как он остался невредимый?

Каждый раз открывая рот, представляю, как это будет звучать. Как будто я хотела, чтобы Элая кислотой обожгло.

– Полина? Что-то не так? – нахмурившись, интересуется, поглядывая на меня. Видимо, уловил мои метания.

– Я своими собственными глазами видела, что кислота попала на твою кожу! – выдаю чересчур эмоционально. – А теперь у тебя всё чисто, – показываю на руки босса, которые расслабленно лежат на руле.

– Тебе показалось от испуга, – улыбается и смотрит с сочувствием.

– Я бы офигела, конечно, если бы другое, что-то услышала, – отворачиваюсь к окну.

– Это моя вина, – говорит вдруг после паузы, и я медленно поворачиваю голову к нему. Вижу, как красивый мужчина стыдливо отводит взгляд.

– Оу! Дай угадаю! Ты переспал с этой блондинистой дурочкой? – сразу догадываюсь, в чём дело. – Или, может, это ты сказал ей облить меня кислотой? – предлагаю другой вариант.

– Нет! Ты что?! – резко поворачивается ко мне и смотрит возмущённо. – Если бы я знал столько проблем будет от одного сомнительного удовольствия, я бы даже не приближался к этой Ирине, – озвучивает свои сожаления. Но сделанного не вернёшь.

Перестаю изображать равнодушие. Внутри начинает жечь, как от той самой кислоты.

Только сейчас осознаю, что уже почти поверила, будто в меня влюбился мужчина мечты. Красивый, богатый, заботливый. Оказался “кобель обыкновенный”. Хорошо хоть сама с ним не переспала. До сих пор поверить не могу, что устояла перед таким невероятным иностранцем.

– Элай, увези меня в город. Я домой к себе хочу, – стараюсь говорить спокойно, но слёзы уже щиплют глаза.

– Сегодня опять не получится. Мне нужно будет отправить Ирину подальше отсюда. Дам ей денег на первое время и скажу, чтобы не возвращалась, – проговаривает монотонно, будто это не имеет значения. – Ты ведь не против, – вспоминает про меня и поворачивается. Ощущение, что он издевается надо мной.

– Давай я поеду к себе домой, а ты делай, что хочешь! Можешь даже жениться на этой блондинке! – повышаю голос, но слёзы сдерживать всё равно не получается.

– Знаю, Полина, что ты испугалась сегодня, – тормозит на обочине. – Но если её будут судить, то придётся пройти через ещё большие неприятности, – голос Элая звучит не как обычно. В этот момент я понимаю, что он сейчас в каком-то неадекватном бешенстве. Откуда-то я знаю, что это решение ему не просто далось.

– Наверное, ты прав. Пусть уезжает. Лишь бы перед глазами больше не метлесила, – быстро вытираю слёзы и пытаюсь улыбаться.

В голове уже зреет план побега.

10. Полина

В особняк возвращаемся ближе к обеду.

От переизбытка всяких шоковых ситуаций и кучи ненужной информации в голове бардак. Я не могу ни на чём сосредоточиться.

От еды отказываюсь и поднимаюсь в свою спальню.

Сидя на кровати прислушиваюсь к звукам внизу.

Нужно срочно, что-то придумать, чтобы Элай оставил ключ от ворот, а не закрывал меня здесь на все замки.

Спускаюсь в гостиную. Останавливаясь на полпути и издалека наблюдаю за своим красивым боссом. Хочу запомнить его лицо и движения. Мы ведь, возможно больше не увидимся.

Внутри вдруг всё сжимается от непонятной тоски. Уже знаю, что буду скучать по господину Старку.

– О, Полина, – смотрит на меня внимательно, будто пытается предсказать. – Выпьешь, чего-нибудь? – предлагает, хотя знает же, что откажусь.

– Нет, не хочу. Ты ведь оставишь ключи от ворот или пульт? Не помню, что у тебя там, – стараюсь изображать незаинтересованность. – Мне нужно будет заказать поесть, – поясняю причину.

– Конечно, ты не беспокойся, – успокаивает не отводя от меня взгляда.

В этот момент входная дверь открывается и в гостиной появляется девушка. Та самая, которая была при первой встрече во дворе моей пятиэтажки. Кэс кажется.

Следом за ней появляется молодой мужчина, откровенно не славянской внешности.

Без лишних слов понимаю, что это моя охрана приехала. Тут же все мои планы о побеге становятся не актуальными.

– Я вернусь поздно. Так что Кэс с Салганом в твоём распоряжении, – говорит монотонно. Этот самодовольный засранец даже не скрывает, что не собирается торопиться, когда будет с бывшей.

Головой понимаю, что мы друг другу никто. И он ничего мне не обещал. Но всё равно хочется наговорить ему всяких гадостей, чтобы не чувствовал себя пупом земли.

Разворачиваюсь на пятках и ухожу снова к себе. Не вежливо, конечно, с моей стороны так вести себя. Зато мои блестящие от слёз глаза никто не увидел.

Осознаю, что я даже понять-то ничего не успела, когда это мистер Старк мне стал не безразличен? Как раз этого я опасалась, но не смогла сопротивляться влечению к нему.

Зажимаю рот ладонью, чтобы не всхлипывать слишком громко и слышу голос Элая во дворе.

Подхожу к окну и вижу, как он разговаривает с Кэс.

– Не надо мне сто раз повторять, я всё поняла. Езжай уже. Всё нормально будет с твоей девочкой, – усмехается она как-то на равных. По ощущениям так друзья общаются, а не босс с подчинённой. И почему это я вдруг “его девочкой” стала? Элай поднимает свои серые глаза точно к моему окну, будто знает, что я возле него стою. Я не шевелюсь, чтобы не выдать себя.

Разворачивается и уходит со двора. Сижу на кровати и смотрю в пустоту невидящим взглядом. Чувствую, как ноги начинают затекать от того, что долго не двигаюсь. Не знаю, сколько времени проходит, когда в дверь, кто-то стучит.

Перевожу взгляд на вход и молча жду.

Через несколько секунд в дверном проёме показывается светловолосая голова Кэс.

– Спускайся, Полина. Там доставка поесть привезла, – говорит, будто мы с ней знакомы давно.

– Да, сейчас, – тут же вскакиваю с кровати и начинаю хромать. Одна нога онемела и теперь по ней расходятся колики.

Девушка дёргается в мою сторону, но, распознав, что я в порядке, останавливается. И всё же посматривает настороженно.

Направляюсь молча в ванную, чтобы умыться и переодеться.

Конечно, обычная вода не смоет красноту с моих глаз, но становится заметно легче.

Кэс дожидается меня в комнате, и мы вместе спускаемся в гостиную.

– О, Салган уже опять проголодался, – комментирует девушка с усмешкой. – Мы же недавно до икоты в кафе наелись, – напоминает своему парню.

Возле него прямо на стеклянной столешнице лежит надкусанный треугольник пиццы. Роллов в сетах тоже не хватает.

Симпатичный и чернявый Салган протягивает свой кусок пиццы.

– Не-е, в меня больше не влезет! Я лучше выпью, – отмахивается и направляется в сторону бара. От доказательства, что на моих глазах кто-то ест в этом доме, на душе сразу делается спокойней.

– Полина! Давай выпьем! – показывает бутылку красного вина. – Сегодня сам Бог велел, – добавляет как-то не смело. Кэс разговаривает с лёгким акцентом, и это выражение слышится неуместным.

– О, кажется, кто-то пытается пользоваться местными присказками? – улыбаюсь.

– Хорошо, что ты не тупая, – говорит в ответ, будто огрызается за то, что её подловили. – Элай уверен, что весь смысл вашего языка заключается в этом, – поясняет сконфуженно. – Говорит, что русским не интересно разговаривать обычными словами, – выдаёт исследования господина Старка.

– Лично я скоро научусь простым фразам, чтобы он не цеплялся к каждому слову, – тоже жалуюсь на своего босса.

– В точку! – смеётся Кэс и наливает вино в два бокала.

– Салган, выпьешь с нами? – поднимаю бокал, и он тянет широкий стакан с уже налитым коньяком.

Выпиваю и пододвигаю к себе еду поближе.

Уже не первый раз кошусь на мужчину, сидящего напротив. Мало того, что он, похоже, турок или араб, замечаю, что ещё и не разговаривает.

Отвожу взгляд, когда Кэс смотрит почти возмущённо. На мгновение кажется, что она ревнует.

– Салган глухонемой? – озвучиваю, почему я пялюсь на её мужчину.

– А, уже заметила, – лениво улыбается. – Нет, он не глухой, – частично отвечает.

Дождавшись паузы, виновник нашего разговора поднимается с дивана.

Тыкает смуглым пальцем в себя, а потом переводит на дверь. До этого я не замечала, чтобы он общался жестами.

– Говорит, что пойдёт прогуляется, – переводит Кэс. Но я и так уже поняла.

– Тогда почему он не разговаривает? – снова спрашиваю, дождавшись, когда выйдет Салган.

– Потому что языка нет, – отвечает нехотя.

– Как это нет? – выпучиваю глаза от удивления. Кажется, я что угодно ожидала услышать, только не это.

– Отрезали, – произносит безразличным тоном.

– О, Господи! Как такое возможно?! Кто это сделал? – уже чуть ли не выкрикиваю.

11. Полина

Просыпаюсь от приглушённых голосов, где-то поблизости.

На цыпочках подхожу к двери. Приоткрываю немного и припадаю ухом к этой щели.

– В смысле отстань? Ты проводил эту Ирину или нет? – слышу требовательный голос Кэс.

– Да-да, проводил! Довольна? – отвечает грубо Элай. Его голос я даже не сразу узнаю.

– Ты так говоришь, будто это я её трахнула, – в голосе слышится усмешка.

– Всё, Кэс! Отвали! – в приглушённом голосе “идеального мужчины” слышится бешенство. Очень много злости.

Сползаю по косяку на пол. Всё это кажется нереальным.

Не понятно, из-за чего он так психует? Из-за того, что с Ириной пришлось расстаться? Надо было всего лишь меня отпустить и продолжил бы наслаждаться своей блондинкой.

Ворочаюсь на кровати до самого утра. Не могу уснуть, тревога давит.

С каждым днём я всё меньше понимаю, что происходит вокруг меня. И это сводит меня с ума.

Забываюсь беспокойным сном, когда за окном уже светло.

Открываю глаза и снова чувствую себя несчастной.

Заставляю подняться себя с кровати и натягиваю джинсы.

Спускаюсь вниз. Никого не обнаруживая, направляюсь к холодильнику. Аппетита нет совсем, но есть надо. Иначе закончатся силы.

– О, Полина! Ты уже проснулась, – слышу голос Элая за спиной, когда усердно жую вчерашнюю пиццу. – А почему ты так одета? Мы не едем на работу? – спрашивает удивлённо, как ни в чём не бывало. Начинает казаться, что вчерашний его неадекватный голос в ночи мне тупо приснился.

– Сегодня суббота, – поворачиваюсь к боссу с претензией и замолкаю. Его серые глаза потускнели и не смотрят на меня. Элай вообще ни на что не реагирует. – У тебя что-то случилось? – спрашиваю осторожно, забывая про своё разбитое состояние.

– Нет, – оживляется тут же. – Что навело тебя на эту мысль? – улыбается одними губами. Но теперь хотя бы смотрит на меня.

– Просто ты не такой, как всегда, – отворачиваюсь снова к своей трапезе. – Вообще-то, ты обещал свозить меня домой, – напоминаю и удачно меняю тему. Отворачиваюсь и больше не разглядываю его. Кроме безжизненных серых глаз всё отлично.

Элай в тёмном костюме и серой рубашке, которая удачно сочетается с цветом его взгляда.

– Окей, давай поедем, – соглашается сразу. – Выпью немного коньяка и выдвигаемся, – направляется в сторону бара.

– Эй, господин Старк! А ничего, что ты за рулём поедешь? – иду вслед за ним.

– Можем Салгана за руль посадить, – предлагает с ходу.

– Нет! – молниеносно реагирую на это имя. Сразу вспоминаю парня Кэс, которому отрезали язык.

– Полина? – останавливается, и красивые глаза выражают тревогу.

– Эм-м, давай ты пока не будешь пить свой коньяк, – выдаю своё предложение примирительным тоном.

– Хорошо, – кидает грустный взгляд на бар, до которого не дошёл.

В машине забивает в навигатор адрес, и мы выезжаем на дорогу.

Кошусь на Элая и кажется, что он погрузился в свои мысли. Он явно, чем-то расстроен. Автоматически выполняет указания путеводителя.

Значит, разлука с Ириной не проходит бесследно.

Чувствую себя навязанной невестой, на которой родители заставляют его жениться.

Отворачиваюсь и больше не смотрю на этого страдальца.

– Вот этот дом? – спрашивает Элай и смотрит на видавшую виды пятиэтажку с недоверием.

– О, мы уже приехали, – очухиваюсь из своего полусонного забытья.

– Ты живёшь в этом строении? – опять спрашивает и морщится, как от боли, когда продолжает рассматривать нашу “хрущёвку”.

– Что не так? Пошли. Внутри намного лучше, – заверяю этого члена “высшего общества”.

Поднимаясь на свой этаж, я сразу вижу, что с железной дверью, что-то не то.

Вставляю ключ в замочную скважину, но повернуть его не получается. Замок болтается, будто вывернутый из “гнезда”.

Берусь за ручку и опускаю вниз. Дверь легко открывается, а я от неожиданности одёргиваю руку. Догадываюсь, что квартиру вскрыли.

Элай отодвигает меня в сторону и заходит внутрь первым.

Заглядываю в открытый проём и вижу, что все вещи разбросаны. Даже некоторая мебель перевёрнута.

– Здесь нет никого, – уведомляет через пару минут и я тоже захожу к себе домой.

В квартире настоящий погром. Моя косметика сброшена на пол, которая стояла на полке в прихожей. Поднимаю глаза и вижу, что на зеркале, что-то написано моей бордовой помадой.

Смотрю на неразборчивый почерк и не сразу понимаю, что это не на русском.

Чувствую Элая за спиной и резко поворачиваюсь.

– Ты знаешь, что здесь написано? – впиваюсь в него цепким взглядом.

– “Я её найду. Жерар”, – переводит то, что написано на зеркале.

Беру другую помаду и внизу пишу: “Тупой Жорик!”

С одной стороны я наконец-то получила доказательство, что этот шизанутый француз существует.

С другой стороны меня это выбесило. Он разрушил память о моей бабуле.

Чувствую, как слёзы щиплют глаза.

– Он этого не увидит, – разочарованно говорит мой босс.

Вытаскиваю телефон и фоткаю поверхность зеркала.

– Это на случай, если мы с ним встретимся. Обязательно покажу, – комментирую со злостью, глотая подступающие слёзы.

– Надеюсь, этого никогда не случится, – улавливаю страх в интонации босса.

Поднимаю разбитую рамку и вытаскиваю из неё наш с бабулей снимок.

Перешагивая через раскиданные вещи, выхожу на лестничную площадку.

– Вызову мастера, чтобы дверь переставили, – предупреждает меня Элай, показывая телефон.

Звоню в дверь к соседке и слышу её шаги.

– Ой, Полиночка! Как хорошо, что ты приехала, – она радостно восклицает и пропускает в свою уютную квартирку.

– Лидия Павловна, не закрывайтесь, – прошу, когда вижу, что она пытается закрыть внутренний замок. – Я не одна. Там мой начальник, – объясняю, в чём дело.

Расспрашиваю бабулину подругу, слышала ли она шум в нашей квартире. Вижу, что женщина впервые о таком слышит. Соседка поит меня чаем и уговаривает оставить Мурзика у неё. Я не сопротивляюсь и на прощание глажу кота.

12. Полина

– У нас с Жераром был совместный бизнес и мы прогорели. Я после такого провала взял большой кредит и уже один начал другой бизнес, – рассказывает Элай с откровенно скучающим лицом. Заворачивает на пустую просёлочную дорогу и тормозит.

– Теперь он уверен, что я его обманул, – заканчивает и поворачивается ко мне.

– Жорик решил, что ты его на деньги кинул и мстит, что ли? – переспрашиваю.

– Именно так, – соглашается с моей версией.

– Допустим. Только не понятно, я-то тут причём? – снова напоминаю о своей роли в этой истории.

– Ни причём. Случайно попалась на пути Жерара, – отвечает запросто и это меня настораживает. Но опять же предъявить пока нечего.

– Я удовлетворил твоё любопытство? – интересуется и выходит из своей крутой тачки. Я тоже вылезаю на свежий воздух.

– Более или менее, – не скрываю своего недовольства.

Поднимаю голову к темнеющему небу. Оно всё, до краёв усыпано яркими звёздами.

– Смотри звездопад! – наклоняется ко мне и показывает рукой вверх.

– Ого! Круто! – тоже восхищаюсь.

– Полина, можно я спрошу? – поворачивается ко мне и наши лица чуть ли не сталкиваются.

– Попробуй, – разрешаю своеобразно и чувствую, как сердце долбится об рёбра от внезапно нахлынувшего волнения. Сдерживаю дыхание, чтобы не разоблачить себя.

– Где твои родители? – вдруг задаёт вопрос Элай. И это не совсем то, чего я ожидала. – Ты говорила только про бабушку, – добавляет озадаченно и я отодвигаюсь.

– На самом деле всё очень просто! Про отца я ничего не знаю! А мать меня бросила! – выдаю с горькой усмешкой.

– Как бросила? – удивляется, будто никогда о таком не слышал.

– Вот так! Вышла замуж за иностранца и уехала в лучшую жизнь без меня, – поясняю с кривой улыбкой. – Знаешь ли, наши женщины с давних времён мечтают о заморских женихах. Моей матери выпал такой шанс и она его не упустила, – продолжаю ёрничать.

– А тебя с собой почему не взяла? – режет снова по живому “садист-Элай”.

– Чужие дети никому не нужны, – отвечаю со злостью.

– Хочешь я найду твою мать? – спрашивает осторожно.

– Не хочу! – отталкиваюсь от машины, на которую опиралась пятой точкой. – Я замёрзла и хочу есть! – усаживаюсь на переднее сидение. Всем видом показываю, что тема закрыта.

– Я обидел тебя, Полина? – заглядывает мне в лицо с водительского сидения.

– Нет! Всего лишь насыпал соли на кровоточащую рану, – озвучиваю ассоциацию того, что я чувствую. Забываю, что сейчас начнутся дурацкие вопросы.

– Но я же ничего не сыпал! – возмущается босс иностранного происхождения. – Покажи мне свою рану? – тянет ко мне руки. – Или ты, что-то другое имела в виду…, – наконец-то догадывается.

– Элай, может мы больше не будем разговаривать про моих родителей, – смотрю в ответ исподлобья. – Поехали уже, – отворачиваюсь и смотрю в тёмное пространство за окном.

Вернувшись в особняк жарю себе яйца с помидорами. Быстро и без аппетита съедаю свой ужин.

Поднимаюсь к себе в комнату. Он остаётся в гостиной.

В душе я благодарна, что этот сероглазый красавчик, больше не достаёт меня своими разговорами. Потому что мне очень нужно остаться в тишине и тщательно обдумать всё, что я сегодня узнала.

Анализировать прошедший день не получается, из-за того, что меня вырубает в сон.

Просыпаюсь, как у меня уже принято - ночью. Выхожу в коридор и даже поднимаюсь на третий этаж.

Из приоткрытой двери кабинета-мастерской пробивается тусклый свет. Наверное, корабли свои в бутылки опять засовывает.

Ясно представляю его сидящим за столом и из груди вырывается протяжный вздох. Жёстко подавляю потребность увидеть Элая прямо сейчас.

Разворачиваюсь и ухожу обратно в свою спальню.

Сажусь на кровати по-турецки и думаю, с чего начать разбираться с этим бардаком в голове.

Мысли о Ирине вызывают отторжение. Внутри становится гадко, когда я заставляю себя думать о кислоте и этих душераздирающих проводинах.

Решаю перескочить на другую проблему. Перед глазами всплывают разбросанные по всей квартире наши с бабулей вещи. Тоже приятного мало.

Записка эта дурацкая на зеркале от Жорика.

Потом начинаю перебирать в воспоминаниях ответы Элая и снова нечаянно засыпаю.

Просыпаюсь и продолжаю с того самого места, на котором остановилась.

После того, как ответы господина Старка несколько раз прокручены на повторе, прихожу к выводу. Теперь я уверена, что он мне нагло врёт.

Странно, что вчера я сразу этого не поняла. Кажется, Элай даже и не заморачивался особо. Сказал то, что в голову первое взбрело.

Спускаюсь вниз, когда вижу, что Кэс с Салганом заходят в особняк.

Проверено, что при всех босс не будет до меня докапываться.

– Всем привет! – громко здороваюсь и ухожу в кухню.

Позже выясняется, что приближённые Элая не живут в его особняке. Оказывается, за этой пафосной трёхэтажкой есть ещё одноэтажный дом.

Тут же напрашиваюсь в гости.

Лишь бы не оставаться один на один с этим сероглазым вруном.

Дом Кэс и Салгана обычный. Нет ни террасы, не веранды – просто кирпичный дом.

– У вас миленько, – комментирую, бегло осматривая комнаты и выхожу на улицу.

Вижу недалеко беседку и иду к ней.

– Ты сегодня странная какая-то, – рассматривает меня Кэс. – Может, помочь чем? – предлагает участливо. И всё же разговорить ей меня не удаётся.

Вечером остаюсь одна в своей спальне и мысленно перепроверяю всё, о чём додумалась с утра.

Засыпаю в твёрдой решимости, что никому из себя дуру делать не позволю.

Будит меня громкий стук в двери.

– Доброе утро, засоня! – слышу голос Элая и поднимаюсь с подушки. – Ты на работу не собираешься? – спрашивает с раздражением в голосе. Или он строгим хотел показаться, а я спросонки не различила.

– Нет, – отвечаю чётко.

– В смысле, нет? – удивлённо смотрит на меня.

– Я решила, что не буду с вами работать, господин Старк, – наблюдаю за реакцией работодателя.

13. Элай

Слушаю гневный крик Полины и понимаю, что не готов сию минуту открыть всё как есть. Мне нужно ещё немного времени.

Вижу упёртый взгляд зелёных глаз и осознаю, что девчонка оказалась умней, чем я предполагал. Успокоить её точно не получится. И отвлекать разговорами о родителях повторно тоже не выйдет.

Я же думал, что она просто забудет или не придаст этому значения, но получилось наоборот.

– Ты слышала мудрость, что не стоит копаться в некоторых тайнах? – стягиваю пиджак и сажусь на кресло. Уже догадываюсь, что завод на сегодня отменяется.

– Дай угадаю! У тебя именно такая тайна? И поэтому ты сочиняешь всякую пургу? – выдаёт с ядовитым сарказмом.

Пытаюсь представить, что будет, когда она узнает, что я вампир.

– Значит, Полина, ты хочешь правды? – переспрашиваю, улыбаясь. Даю ей шанс отступить.

– Представь себе! Хочу! – продолжает настаивать.

Прямо сейчас думаю о том, что надо было, как-то подготовить девочку к таким новостям. Понятия не имею, как это надо было делать!

Сам-то я, к примеру, три столетия готовился к нашей судьбоносной встрече. И, когда это произошло, я оказался пойман врасплох.

И даже больше того, если бы не Жерар, который на расстоянии почувствовал моё слабое место, то я бы отпустил Полину. Невозможно не заметить, как она рвётся на волю.

Уверен, что бегал бы за ней и оберегал издалека, но удерживать возле себя не стал бы.

– Даже не знаю, с чего начать, – хмыкаю. Достаю из кармана небольшой складной ножик и закатываю рукав.

– Эй, ты что собираешься делать? – спрашивает, настороженно наблюдая за мной. На долю секунды кажется, что эта независимая девчонка переживает за меня.

– Показать тебе, кое-что хочу, а то ты на слово не поверишь, – говорю и делаю надрез на запястье.

– Ты совсем больной, что ли, господин Старк? – спрашивает в своём стиле Полина.

– Смотри, – протягиваю свою руку. Рана сразу затягивается.

– Это фокус, что ли, такой? – возмущённо шипит на меня и поднимает глаза. Вижу, что она в бешенстве.

Догадываюсь, что её мозг так защищается, отвергая реальность. Что ж, у меня много времени и я подожду.

Идею показать Полине клыки тут же отклоняю. Скорее всего она решит, что это какие-нибудь насадки для зубов.

– На самом деле я не ем человеческую еду, поэтому мой холодильник пуст, – делаю ещё одну попытку и предоставляю доказательства.

– И чем же ты питаешься? Человеческим коньяком? – усмехается с сарказмом.

– Не только. В основном кровью. Я же вампир, – произношу, ни на что не надеясь.

– Круто! – хлопает в ладоши. – Ты меня за идиотку, что ли, держишь? – продолжает аплодировать.

Смотрю на неё, сидя в кресле, и тоже улыбаюсь. Совершенно непостижимая девочка.

Сколько раз я мысленно рисовал портрет той, которая заставит моё сердце снова биться. И вот она передо мной.

– Элай, я думала, ты взрослый мужчина, бизнесмен. А шутки у тебя, как у малолетки! – закатывает глаза в знак того, что я её не впечатлил. – Хотя под настроение даже прикольно, – добавляет, успокаивая меня.

Дерзость у Полины, как доспехи у рыцаря. Она умело защищается ей на невидимом поле боя.

Всё, что она чувствует, остаётся у меня на языке определённым вкусом.

Видимо, у меня появились такие способности, когда я нашёл свою девочку.

Сейчас она испытывает сомнения, которые вяжут во рту, как неспелый фрукт. Хочется сглотнуть и запить эти гастрономические ощущения.

В кармане пиджака звонит телефон. Тянусь к внутреннему карману, всё ещё раздумывая, отвечать на вызов или проигнорировать.

– Алло, я слушаю, – всё же решаю быть ответственным директором. Звонят с завода.

Разговаривая с Михаилом, не спускаю глаз с Полины. Она притихла и задумчиво смотрит в окно.

– Нужно ехать на работу, – обращаюсь к хрупкой и на вид уязвимой девочке. – Ты со мной? – интересуюсь, потому что не могу её предсказать.

– Я же сказала, что больше не хочу с тобой иметь дел, – отвечает, не поворачиваясь.

– Окей, тогда Кэс за тобой присмотрит, – соглашаюсь. Поднимаюсь с кресла и надеваю пиджак.

– Подожди! – вдруг оживляется. – Я поеду, – в глаза не смотрит. Значит, угроза остаться дома подействовала.

Отворачиваюсь и невольно улыбаюсь. Она будоражит меня, как никто и никогда. Снова пробуждает во мне желание наслаждаться жизнью. А ещё я очень сильно хочу эту зеленоглазую девочку. Буквально адски.

Моя помощница спускается через полчаса, и я ставлю недопитый коньяк на стойку.

– Не бойся, на меня алкоголь не действует, как на людей, – успокаиваю, когда ловлю её осуждающий взгляд.

– Точно! Я и забыла, что ты же вампир, – её сарказм знакомо оседает, чем-то кислым на языке. – Надо будет сериал посмотреть, чтобы изучить, как там у вас всё функционирует, – проходит мимо. Ощущение, что всю эту историю Полина воспринимает как игру. И её это затягивает.

– Могу посоветовать. Некоторые ближе к нашей реальности, – поддерживаю на полном серьёзе.

Кидает в меня один из своих снисходительный взглядов и садится в машину.

– И сколько тебе лет? – спрашивает неожиданно после продолжительного молчания.

– Триста, – отвечаю, не задумывась. Но моя настырная помощница всё равно сверлит меня взглядом. – Триста тридцать два, если быть точным, – вношу поправки. Хочу добавить, что в этом году ровно три сотни лет исполнилось, как меня обратили в вампира. Но останавливаю себя, чтобы не усугублять ситуацию.

– Ну кто бы сомневался! – хохочет переливисто, не скрывая, что не верит моим словам. – А ты неплохо сохранился, – веселится моя девочка.

– Зачем спрашиваешь, если всё равно не веришь? – задаю вопрос, снова не понимая её намерений.

– Как это зачем? Интересно же на реакцию твою посмотреть, – отвечает, странно хохотнув. – Надо выяснить, у кого из нас двоих кукуха улетела, – неясно выражается.

– Куда кукуха улетела? – переспрашиваю в замешательстве, когда слышу странное высказывание.

14.Полина

– Да это же просто предел моих мечтаний! – говорю негромко, когда выхожу из ступора. Кошусь на дверь босса. Не хочется, чтобы он подумал, что я с ним разговариваю. – Что дальше? – подхожу к столу, который мне достался после Раисы. – Может он поставит тут кофемашину и мини юбку с каблуками обяжет носить? – со всего маху усаживаюсь в офисное кресло и отталкиваясь ногой кручусь. – И всё же в нём определённо есть, что-то от кровопийцы, – продолжаю рассуждать сама с собой. Раздражение нарастает, когда я вспоминаю утренние росказни про то, что он вампир.

Резко вскакиваю с кресла и направляюсь в соседний кабинет.

– Там кресло продавленное!! Комп, вообще со старой программой и постоянно виснет! – кричу возмущённо не успевая закрыть за собой дверь. – Элай, алло? Ты, наверное меня с кем-то перепутал? Я не собираюсь твоей секретаршей быть! И не вздумай там кофемашинку ставить! – разворачиваюсь и выхожу, хлопая дверью со всей силы.

Выбегаю в коридор и иду по указателю “запасной выход”. Это первое, что попадается мне на глаза.

Спускаюсь по лестнице, не по той, по которой мы всегда поднимаемся. Оказываюсь на каком-то подсобном дворе с глухим и высоким забором.

Со стороны доносится, чей-то приглушённый разговор. Поворачиваюсь и вижу, что кучка рабочих стоят, курят.

Ухожу за гору накиданных пластиковых ящиков и делаю себе импровизированное сиденье из одного такого короба.

Только сейчас понимаю, что мне срочно понадобилось уединение.

Новость о том, что якобы Элай, на самом деле вампир, никак не хочет усваиваться в моей голове.

Потому что этого тупо не может быть! Что, нахрен, за ожившее фэнтези в маленьком сибирском городке?!

Больше склоняюсь к тому, что у этого красивого иностранца такие неумные шутки.

Ну, как бы на этом надо поставить “точку”. Вот только, как специально, его сверхъестественность полностью отвечает на все мои вопросы.

Получается, что именно поэтому я ни разу не видела, как Элай ест. “Зато вижу, как он коньяк хлещет!” – тут же добавляю мысленно.

А ещё я видела, что на руку босса кислота точно попала, которую блондинка пыталась плескануть в меня. В итоге на нём ни пятнышка не осталось. “Может мне и правда показалось с перепугу”, – снова опровергаю свои же доводы.

Странность господина Старка, вообще никак не связана с вампиризмом. Просто он не русский, вот и всё.

Если не считать скребущее чувство сомнения внутри, то я себя практически уговорила.

– Полина! Вот ты где! – слышу голос Элая, в котором чётко различаю тревогу или даже страх. – Мы вполне можем обсудить твоё рабочее место. Спокойно, – начинает уговаривать. Думаю мужчины, которые курили неподалёку, сказали ему, что я здесь. – Ты и в самом деле нужна мне, как профи русского языка, – убеждает. – Если хочешь, будем вместе в моём кабинете работать? – протягивает мне руку.

– Забей, – бубню себе под нос и принимаю помощь. Невольно думаю о том, что рука у босса слишком прохладная. Вытаскиваю ладонь из его захвата. – Просто нервы сдают от всего этого треша, – объясняю невнятно и первая иду к двери.

Мы больше не затрагиваем тему про моё рабочее место.

Оказывается нам легко общаться без слов. По взгляду этому серому вижу, что Элай догадывается, что моя истерика не связана с “продавленным” креслом и всем остальным.

Переговоры с клиентами проходят в каком-то дежурном режиме. Самое трудное составляет распечатать договор и подписать его.

Оказывается люди уже знакомы с продукцией вино-водочного завода, поэтому всё быстро заканчивается.

Остаток дня я выгребаю всё из стола, чтобы рабочие могли его демонтировать.

Между прочим босс сам предлагает всё заменить на новую мебель и оргтехнику.

До этого, в процессе дня мне доставили обед из ресторана. И он был рассчитан только на меня одну.

Но опять же господин Старк отлучался, куда-то на несколько минут. Возможно он, где-то в тихушку перекусил, чтобы потом дальше изображать вампира.

Лично я не верю ему. Всё ещё стою на своём.

Домой возвращаемся уже поздно вечером.

Уже собираюсь подниматься к себе, но останавливаюсь, будто не по своей воле. Слышу отчётливо его шаги за спиной.

Пульс зашкаливает и сердце колотится, как сумасшедшее.

Чувствую, как прохладные пальцы Элая невесомо касаются моей скулы и подбородка. Прикрываю глаза от нахлынувшего удовольствия.

По ощущениям кажется, что эта невинная ласка сжигает меня изнутри. Со мной творится, что-то невообразимое. Я начинаю беспомощно дрожать и приоткрываю рот не произнося не звука.

– Полина, посмотри на меня! – в голосе Элая отчётливо слышится страсть и возбуждение.

Поднимаю глаза и вижу в его серых омутах красные всполохи. От этого взгляда по венам, будто не кровь бежит, а огонь пускают и я поддаюсь вперёд. Контролировать себя не получается.

Тут же его требовательные и жадные губы касаются моего рта. Мысли начинают путаться в голове уступая место невыносимому наслаждению. Кровь продолжает кипеть, а я медленно плавлюсь.

Находясь на краю сознания, пытаюсь найти этому, какое-то объяснение.

Одновременно я хочу, чтобы этот невероятный поцелуй не заканчивался и всё же понимаю, что со мной происходит, что-то странное.

После того, как язык Элая нежно касается моего, способность думать пропадает совсем. Какая-то огненная лава неземного удовольствия накрывает меня полностью, а я даже не сопротивляюсь. Это же бесполезно.

Видимо ощущения слишком сильные и вместе с ними приходит паника. Со мной такого и близко никогда не случалось.

Вырываюсь изо всех сил и хватаюсь за спинку дивана, чтобы не упасть.

Голова кружится и первобытная жажда его поцелуя снова манит в желанные объятия.

– Не трогай меня! – выставляю протянутую руку между нами, когда Элай пытается меня поймать.

– Ты моя теперь, Полина, – слышу горячий полушепот и тело снова охватывает горячая истома.

15. Элай

Как я и предполагал, словами Полину убедить не получается. И она всё ещё не верит, что я не человек, а вампир.

Дело не в моих вкусовых ощущениях. Хотя её сомнения пробуждают во мне воспоминания, когда я был ребёнком. Мы с пацанами залезали в соседский сад и срывали не спелые яблоки. Надкусывали и тут же выкидывали. Есть их было невозможно. Они были кислые вперемешку с горечью и вяжущие во рту. Такие же, как сомнения и сарказм этой девчонки.

Опять кричит на меня возмущённо, врываясь в кабинет. Сначала я верю, что ей не нравится рабочее место.

Вот только, когда моя помощница убегает, я понимаю, что дело не в этом.

Судя по тому, что я её чувствую и знаю, в каком направлении она двигается, то не так уж и не верит. Сопротивляется, да.

А если быть точнее, Полина не может принять, что вампиры вообще существуют. Отвергает пугающую правду. От этого ей становится ещё хуже.

Даю моей девочке немного времени побыть с собой наедине и иду за ней. Точно знаю, что предназначенная мне половинка, находится на открытом складе, за заводом.

Одёргивает свою руку. Низкая температура моего прикосновения её тоже пугает. Ещё одно доказательство, что девочка отвергает реальность.

Вечером, когда возвращаемся в особняк, решаю проверить нашу связь. Она пока очень слабая и чувствуется только на близком расстоянии. Но она уже есть.

Мысленно зову Полину, когда она собирается уйти в свою комнату. Срабатывает!

Наши сердца бьются в унисон, и это завораживает. Словами не передать, как сильно я хочу закрепить нашу связь, но нельзя. Пока моя девочка сомневается, наша близость может нанести ей серьёзную травму.

Поэтому в поцелуй я вложил все свои чувства к ней. Такая, оказывается, хрупкая и трогательная у меня Полина. Так беззащитно дрожала в моих руках. И всё же нашла в себе силы отказаться от неимоверного наслаждения.

Уверен, что на этом красивом теле есть кнопка, где выключаются дерзость и упёртость.

Конечно же, насильно удерживать её у меня и мысли не было. И эта вредная девчонка сразу убежала.

Оставшись у бара один, я наливаю себе коньяк. Невольно усмехаюсь, когда представляю реакции Полины на алкоголь.

Неожиданно в голову приходит идея, которую я собираюсь с утра воплотить в жизнь.

Звоню в клининговую компанию, где я уже несколько раз заказывал уборку дома. Прошу, чтобы ко мне отправили Алину.

Замечаю сходство имён у девушек, с которыми у меня была связь. Ирина и Алина, похожи на имя Полина. Похоже, я всё время подсознательно искал её.

Слышу, как моя девочка просыпается и даю знак Алине. Протягиваю пылесос. Обычно так начинаются наша прелюдия.

Девушка с удивлением берёт пластиковую трубу с щёткой на конце и включает технику. Не понимает, с чего такая спешка.

И всё же послушно расслабляется в моих руках, когда я обнимаю её сзади.

Уже знаю, что Полина рядом, и выключаю жужащий пылесос. Мой радар настроен чётко на дерзкую девчонку.

Прикусываю шею Алины, которую она доверчиво мне открывает. Знаю, что девушка испытывает сейчас сильное сексуальное возбуждение, чувствую себя монстром, потому что продолжения не будет. Я и не планировал. Мне нужно было продемонстрировать моей вредной и неверующей помощнице, кто я на самом деле. Она видит шею уборщицы в крови и мои губы, которые я специально не облизываю.

Слышу, как она задерживает дыхание и страх моей девочки солоно-едким вкусом оседает на языке.

Понимаю, что жестоко поступаю с ней и дёргаю укушенную мной девушку за руку на себя.

– А-а, Элай! Мне больно руку! – вскрикивает она жалобно.

– Прости, Алина, я не специально, – пытаюсь сгладить свою грубость. Уже понимаю, что переусердствовал. Она не может пошевелить конечностью. – Поехали, я отвезу тебя в санчасть, – предлагаю с беспокойством.

Вкус на языке резко меняется. Ощущение, как будто мне перца в рот насыпали. Я даже чихаю, чего со мной не было сотни лет. Что? Полина ревнует!?

Уже в машине вытираю шею Алины влажными салфетками. Укуса почти не видно. Я только кровь пустил, а пить её не стал. Слишком тяжело потом будет остановиться.

Думаю, даже хорошо, что так получилось. У Полины будет время побыть одной. Я уже догадался, что иногда ей это нужно. Странная потребность. Вкус перца исчезает, потому что мы далеко отъезжаем. На расстоянии я не могу её чувствовать.

Если в ближайшее время не закрепить нашу связь, то я снова перестану так на мою девочку реагировать.

А как ещё её обезопасить, я не знаю. Только сейчас до меня доходит: какие люди хрупкие. И моя Полина тоже.

Поворачиваюсь к пассажирке и смотрю на её повисшую руку. Будь она, к примеру, вампиром, то даже и не заметила бы такой мелочи. Это не самая сложная регенерация, особенно если ты не голоден.

Оставляю Алину с медиками и перевожу ей несколько тысяч в качестве компенсации.

Она, конечно же, не вспомнит, как именно получила травму, но я очистил свою совесть. Пришлось сделать девушке внушения. Хотя это не самая сильная моя сторона.

Теперь она думает, что запнулась за провод и упала, когда делала уборку у меня дома. Звоню в компанию и подтверждаю травму во время работы. Компенсация обеспечена.

Подъезжаю к особняку, но Полину не чувствую.

Удивляюсь, что связь так быстро исчезла. А потом вдруг догадываюсь, что не так.

Выскакиваю из машины и за несколько секунд оказываюсь в спальне. В её пустой спальне. Моя девочка сбежала!

Звоню, но она не отвечает. На третьем вызове блокирует меня.

Снова иду к машине. Меня останавливает звонящий телефон. С надеждой вытаскиваю его из кармана, но это всего лишь Кэс.

– Да, слушаю! – рявкаю. Их почему-то не оказалось на месте и из-за этого Полине удалось смыться.

– Элай, ты где? – спрашивает напряжённо и мне не нравится её интонация.

– Дома. А ты? – интересуюсь.

– Жерар сбежал! Мы с Салганом его ищем, – выдаёт громко. Стою с трубкой и ушам своим не верю. Только не это!

16. Полина

Добираюсь до нашей с бабулей квартиры довольно быстро. Сегодня удача наконец-то на моей стороне. Почти сразу поймала в посёлке такси, которое отъезжало от соседнего дома.

Хожу разглядывая бардак и прислушиваюсь к каждому шороху. Запрещаю себе думать и осмысливать то, что увидела в особняке босса.

Нахожу нужные документы и переодеваюсь в другие вещи.

Немного поразмыслив кидаю на полку у зеркала телефон. Если Жорик может отследить меня по нему, то и для мистера Старка это тоже не проблема.

На автовокзале покупаю билет за наличку.

Мне даже удаётся немного успокоится на подъезде к области. Ведь в городе-миллионнике найти меня будет не просто.

И тут же чувствую “стаю” мурашек, бегущих по телу от мысли, что вряд ли от вампира получится спрятаться. Но я всё же попытаюсь.

Еду на маршрутке, на окраину города. Петляю, как заяц, запутывая следы.

Нахожу банкомат и снимаю с карты Элая все деньги. С той самой, которую он мне вручил возле салона красоты.

Сейчас мне точно не до принципов, да и от него не убудет.

И вообще это он виноват, что меня уволили с работы. Я так и не смогла приехать во время.

На обратном пути заезжаю в салон связи. Покупаю новый телефон и симку.

Проскальзывает мысль, чтобы поехать к Маринке прямо в офис. Представляю, как подруга сходит с ума от того, что не знает, где я.

И всё же пересиливаю себя и еду в съёмную квартиру. Мне нужно хорошенько всё обдумать, чтобы завтра быть с ней убедительной.

На минуту воображение подкидывает кадры на тему: Что будет если я расскажу подруге про вампиров. Думаю будет вполне справедливо, если она меня отправит в психушку.

Заказываю доставку и сижу над лапшой больше часа. Аппетита нет от слова “совсем”.

Постепенно осознаю всю неизбежность кошмарной реальности. И то, что моя жизнь больше никогда не станет прежней.

Позволяю себе немного поплакать. Перед глазами встаёт окровавленная шея укушенной девушки. Кстати, она не выглядела испуганной, а наоборот, её будто всё устраивало.

Пытаюсь отыскать в себе страх или даже ужас к Элаю, но у меня ничего не выходит. Мешает уверенность, что этот красивый кораблестроитель ни за что не сделает мне больно. Усмехаюсь с горечью от собственных мыслей. Он ведь вампир и между нами не может быть ничего.

Назавтра, вместо того, чтобы встретиться с Мариной, я еду в клинику. Это спонтанное решение и я даже пока его не могу до конца обосновать.

Осуществить задуманное с первого раза не получается. Врач назначает приём только через несколько дней.

Освободившись, еду к деловому центру и жду Маринку. По моим рассчётам она должна пойти на обеденный перерыв.

– Полина?! – вскрикивает подруга, когда наконец замечает меня. – Ты чего не позвонила? – хмурится рассматривая меня с ног до головы.

В этот момент понимаю, как сильно я по ней соскучилась. Маринка мне, без преувеличений, как сестра. Мы с ней с детсада дружим.

– Потеряла телефон, – сочиняю на ходу и слёзы щиплют глаза.

– Вот ты, ворона! – с радостной улыбкой берёт меня под руку. – Но это ерунда. Главное ты живая-здоровая, а то я уже не знала, что мне думать, – шепчет заговорческим голосом и тянет в сторону кафе.

– Да чего со мной будет! – изображаю беззаботность.

– Ну, мало ли! Позвонила один раз и опять пропала, – предъявляет мне претензию.

– Долго не получалось в себя прийти, после бабушкиных похорон, – приходится давить на сочувствие, потому что правда будет звучать, как бред.

– Ещё бы, – смотрит на меня с грустью.

Официант приносит наш заказ и приходится есть, хотя аппетит всё ещё не появляется.

Пока расправляемся с обедом, болтаем о всякой фигне. Как раньше, но это уже не оно.

Замечаю, что Маринка, как-то странно смотрит на меня.

Спрашиваю у подруги нет ли у них в фирме свободной вакансии.

– Он всё таки тебя уволил? – возмущается выпучивая глаза.

– Конечно, кто будет ждать пока я вдоволь настрадаюсь, – усмехаюсь и отвожу глаза.

– У тебя, наверное, денег нет? – заботливо интересуется и берёт свою сумочку с соседнего стула.

– Не надо! У меня есть немного, – останавливаю подругу от благотворительности. – Знаешь, в какой-то момент я хотела остаться там, в нашем городе. И даже на работу устроилась, – признаюсь, чтобы отчитаться по доходам. – Потом передумала. Быстро поменяла решение. И вот я здесь, – развожу артистично руки в стороны.

– Я очень по тебе скучала и переживала, – выдаёт с обидой в интонации. – Больше никогда так не делай! – не просит, а приказывает, будто капризная девчонка.

– Буду очень стараться, – накрываю Маришкину руку своей. Она у неё тёплая. и я вдруг вспоминаю Элая и его прохладные прикосновения.

– Вот и чудненько. А я скажу директору про тебя. У нас в офисе одна девочка очень беременная. Но всё равно надо будет дождаться, когда она официально уйдёт в декрет, – предупреждает подруга.

Тут же в голове появляется мысль, что если останусь с Элаем, то у меня не будет детей. От вампира невозможно родить ребёнка. Можно подумать, всё остальное не помеха.

– Поля, мне надо тебе, кое-что сказать, – выдёргивает меня из задумчивости Маринка. Сталкиваюсь с её взглядом и догадываюсь, что разговор будет не самым приятным. – Это про Тёму Захарова, – добавляет приглушённо. От имени, которое четыре года было для меня родным, вдруг бросает в жар.

Пока была у Элая, старалась о бывшем парне не думать. Не могу же я сама себе врать, что у меня остались к нему чувства.

– Что с ним? – спрашиваю онемевшими губами.

– Его тело недавно нашли в заброшке, – произносит подруга слова, как приговор.

– О, Господи! – закрываю лицо руками, но слёз нет. – В последнюю нашу встречу мы плохо расстались. Он очень изменился. Не в лучшую сторону, – мои слова звучат, как оправдание.

– В шоу-бизнесе не все выживают, – заявляет мудро Марина, поддерживая меня.

17. Элай

После того, как Кэс сообщает, что телефон Полины засекли в её городской квартире, я еду не сбавляя скорость.

Версия, что моя девочка уехала к себе домой, кажется вполне жизнеспособной. Это очень на неё похоже, придумывать совсем не то, что я пытался показать.

Только бы она оказалась в квартире, а остальное мы всё решим. Знаю, что идея продемонстрировать, кто я на самом деле, была дерьмовой. И теперь я признаю это в полной мере. Но я всё исправлю.

Торможу возле нужного подъезда и не выхожу из машины. В этом нет смысла. Уверен, что Полины здесь нет. Точно так же, как в особняке, я её не чувствую.

Возвращаюсь в посёлок с пафосными, элитными домами и не понимаю, что мне дальше делать, чтобы найти её?

Знаю, что сам виноват. Не надо было устраивать это шоу с укусом и кровью. Я не предполагал, что так сильно напугаю мою девочку.

И вот теперь, когда Жерар сбежал, она находится в настоящей опасности. Всё благодаря моей инициативе.

Сразу направляюсь к бару. Беру бутылку коньяка и пью прямо из горлышка.

Сидеть на месте не получается. Хожу по гостиной взад-перёд и восстанавливаю в памяти наши с Полиной разговоры.

Чётко помню, что выросла она с бабушкой. Видимо, матерью матери. Той самой, которая вышла за иностранца и больше не появлялась. Значит, это для поисков не полезно.

Останавливаюсь, вспоминая, что ещё у моей помощницы есть подруга. Она с ней по телефону разговаривала. Зовут Марина и живёт она в областном городе. А в нём больше миллиона людей.

– Супер, – выдыхаю от бессилия. Одно хорошо, что у Жерара примерно столько же шансов найти мою истинную половинку, сколько и у меня.

Снова выхожу из пустого дома и иду к машине.

Попытаюсь что-то узнать у той старой женщины, с которой меня Полина недавно знакомила.

Странно, что эта мысль не посетила меня, когда я стоял возле пятиэтажки.

Женщина узнаёт во мне босса соседки и впускает в квартиру. Даже чай предлагает, но я отказываюсь.

– Лидия Павловна, Полина не вышла на работу и на звонки мои не отвечает. Может, вы знаете, где она? – спрашиваю вежливо, чтобы расположить к себе.

– Поличка здесь не появлялась, – отвечает доверчиво. – Но она же мне ключи запасные оставила, – протягивает связку. – Девочка совсем одна осталась. Вы бы присмотрели за ней, – складывает руки в каком-то умоляющем жесте. Хорошо, что не догадывается, с кем сейчас разговаривает.

– Да, конечно. Вот я и беспокоюсь за неё, – соглашаюсь с пониманием. А на самом деле, если с моей девочкой что-то случится, мне жить будет незачем. – А подругу Полины вы знаете? Марина, кажется, зовут? – спрашиваю наконец, за чем приехал.

– Да кто ж их знает, – всплёскивает руками. – Поличка общительная была, пока в школе училась. И здесь порой толпа целая собиралась, дожидаясь её, – растерянно объясняет. – Вот Артёма Захарова помню. У них вон какая любовь-то была! – говорит, улыбаясь. В этот момент моё сердце как будто тисками железными сжимают. Чувствую дикую боль в груди, но вида не показываю.

– Спасибо, пойду посмотрю, что там в квартире, – выхожу быстро в подъезд. Невольно анализирую слова соседки. Представляю мою Полину нежной и весёлой с кем-то другим. В итоге хочется поблагодарить Жерара за то, что избавил меня от этого певца недоделанного.

Конечно, я наводил справки про “Тёму-друга” ещё тогда. Хотелось знать, за кого моя девочка так сильно переживает.

Информацию купил у гитариста из его тупой группы. Он продал своего друга не за такие уж большие деньги.

Это не просто провокационные истории из жизни артиста. У меня даже подлинные фото имеются и один видос. На них “Тёма-друг” морально разлагается, ни в чём себе не отказывая. Секс и наркотики обрамлённые в грязные оргии.

Гитарист оправдал свой поступок тем, что, уверен, группе скоро настанет писец. Он же должен с этого, что-то поиметь.

До сих пор не могу понять, как Полина рядом с таким уродом оказалась. Лично я бы такого даже кусать побрезговал. Не знаешь заранее, на какой планете очнёшься, если выпьешь такой “насыщенной” крови.

Телефон сразу нахожу на полке возле зеркала. Знаю точно, что моя вредная девчонка специально его здесь бросила. Заранее знала, что мы телефон обнаружим самым первым.

Вижу, на диване валяются её джинсы. Теперь на ней одежда другая, о которой я представления не имею. Вытаскиваю свой телефон, потому что он вибрирует в кармане.

– Полина сняла деньги с твоей карты в банкомате, – без вступлений выдаёт Кэс. – Я скину адрес. Это в областном городе, – добавляет, торопясь. Хочет ещё что-то важное сказать, я её знаю.

– Нашли Жерара? – начинаю угадывать. Мне этого хочется даже больше, чем Полину найти.

– Нет. Всего лишь двоих обращённых им вампиров, – отвечает, не скрывая недовольства в голосе. – Они не похожи на только что вступивших в наши ряды. Им всяко уже месяца три-четыре, – делится своим экспертным мнением.

– Значит, наш Жерарчик подручных себе в тихушку растит? – предполагаю намерения своего заклятого врага. – Закройте и глаз с них не спускайте, – говорю, что делать, и отключаю вызов.

Выхожу из квартиры, в которой для меня больше ничего интересного нет. Возвращаю ключи соседке и направляюсь в область.

По приезде выясняется, что тот самый банкомат находится на окраине города. В самых настоящих трущёбах. Частный сектор, валяющийся мусор и строящиеся многоэтажки на заднем плане.

Ощущение, что эта хитрюга опять обвела меня вокруг пальца. Сам не знаю, что это за выражение, но оно точно сюда подходит.

Банкомат находится в здании банка. Вызываю охранника.

– Мне нужно проверить записи с видеокамеры, – показываю толстому мужику свою визитку. Воздействую на него внушением и ему кажется, что у меня в руках полицейские корочки.

Вообще-то с внушением у меня всё плохо. Вампирский гипноз у меня чаще не получается, чем срабатывает. Но с этим боровом всё проходит гладко.