Дешевый мир

Дешевый мир

Дешевый мир.

Лера любила Лермонтова и своего отца Леонида. Для нее они были живые и самые близкие. Она говорила им: «Доброе утро», «Спокойной ночи». Лермонтова считала волшебником и просила у него помощи. Папа умер два с половиной года назад, в прифронтовом Белгороде, на небесах еще новобранец, и ему там пока нелегко. Папа был очень красивый, с хорошим характером, но замкнутый и гордый – почти как Лермонтов. Он любил музыку, сам научился играть на гитаре, неплохо пел, и слушал пластинки. Покупал дорогие проигрыватели, причем в валютных магазинах, новые пластинки, но с развитием интернета музыка постепенно исчезала из его жизни. На свой день рождения Лера решила воссоздать мир счастливого детства, заказала проигрыватель, а за пластинками отправилась на подмосковную барахолку в Новоподрезково. Теперь новый винил стоил дорого, и на зарплату телевизионного журналиста Лере - не по карману.

Она пришла уже к закрытию барахолки, и у спросила – где продаются пластинки. Ей сказали, что в конце рынка, у мужчины средних лет, по бюджетной цене. Лера увидела на указанном месте ящики с пластинками, мужчину средних лет, и на бегу спросила: «Дешево или дорого продаете?». Мужчина не ожидал столь прямого вопроса и нерешительного буркнул: «Наверное, дорого». Лера попросила показать товар. Он повел ее в палатку, где стояли ящики с пластинками, и она быстро выбрали три пластинки – концерт Рахманинова в красивом английском конверте, американскую кантри-певицу Джоан Баэлз и что-то танцевальное. Недешево. Нежный голос борца за мир во всем мире Джоан Баэлз попал в настроение Леры, и она решила – прийти за пластинками еще. Да и продавец ей показался интересным. Ее печаль сразу поймала скрытую печаль продавца. Его губы напомнили ей губы ее отца. Как же она хотела поцеловать самые красивые губы на свете, но поцеловала их только в гробу, когда прощалась с папой. Лера одна ехала в катафалке с мертвым отцом, и умоляла, чтобы он не забыл ее, чтобы выбрал красивую теплую страну, где не будет рабства, насилия и хамства.

В следующие выходные Лера снова пришла на рынок, к тому продавцу, и попросила скидку. Она покупала пластинок пять или шесть. Мужчина спросил: «А вы стихотворение прочитать можете?». – Сколько угодно! Лера знала почти всего Лермонтова наизусть, и начала с «Валерика»: «Я к вам пишу случайно право, не знаю сам и для чего, я потерял уж это право, и что скажу вам – ничего». Поэт написал его сразу после боя на реке Валерик, за год до смерти, причем в том же роковом для него июле, и в том бою он был героем. Настоящим. Его наградили медалью. С юности и до конца он любил одну женщину Вареньку Лопухину, с которой был разлучен, и которой посвящал все – включая «Валерик». Варенька пережила Михаила Юрьевича на 10 лет. Поэт считал ее Ангелом, а себя Демоном. Раньше люди жили недолго, но значительно. Они умели летать даже в самых невозможных условиях. Лера с самого детства тоже стремилась к небу…

Продавец пластинок в один из торговых дней неожиданно заявил, что он – женат, и пригласил Леру на разговор в свою машину. Она удивленно спросила: «Зачем вы мне это рассказываете, я просто покупаю у вас пластинки?». На что продавец ответил: «Ты же мне нравишься». Лера три часа слушала историю о том, как из-за детей он поссорился с женой, и как стал изгоем в своей семье, и что уже больше года они не разговаривают, не занимаются сексом, и живут как чужие люди. Лера редко слышала от мужчин подобные откровения личного характера, но решила, что у человека наболело…Они стали общаться по телефону, что-то обсуждать, а через два месяца встретились в центре Москвы, в музее Изобразительных искусств имени Пушкина. Лера быстро поняла, что ее спутник по музеям не ходит, книг не читает, но экспонаты рассматривает с интересом. Пошел сильный дождь, и они забежали в кафе выпить кофе, и продавец ее прямо спросил: «И долго мы так ходить будем?»:

- Кажется, мы только первый раз встретились не на барахолке, - заметила она.

В своей печали она забыла, что еще может быть для кого-то быть привлекательным сексуальным объектом. В ее жизни была любовь с большим художником, когда она высоко взлетала и больно падала, потом снова взлетала, а потом он… умер. Лера писала картины и сразу приносила их домой к художнику, он их разглядывал, улыбался и своим хриплым больным голосом говорил: «Какая же ты выдумщица!». Одну картину «Солнце» она нарисовала иголками – и он ее повесил над своей кроватью. Однажды, после крупной ссоры, Лера потребовала – отдать ей картины, и художник ответил: «Нет. Они мне еще нужны».

- Зачем?

- Для спасения.

Сегодня, в сочельник, накануне дня рождения своего отца Лера забрала у продавца пластинок свои картины. Она их подарила ему, но попросила: «Пожалуйста, только не надо нести их на барахолку». После очередной ссоры он отнес их продавать в свою палатку. Причем по глупой наивности он сам ей об этом сказал: «Раньше твоя картина стояла в моей комнате, рядом с иконой, а сейчас – на рынке». Он не понимал, что она вкладывала в картины не только душу, но и всю силу неба, которая ей досталась в наследство. Для него стихи, которые читали ему покупательницы, были развлечением, лекарством от скуки, а для нее – молитвами. Самое смешное, что Лера приняла его за новое воплощение Лермонтова – ведь оба родились в один день – 15 октября. На какое безумие способна женщина в тоске по умершему отцу и друзьям! Она, и только она во всем виновата. Продавец был как на ладони – высокий, симпатичный, улыбчивый, не обременный интеллектом. Барахолка была его морем. Он по-доброму к ней относился. Дарил милые подарки…Например, Русалочку. Куколку. Лера любила эту сказку, и у нее самой были очень длинные волосы. Он даже признавался, что все покупал по недорогой цене. Для Леры это было и не так важно. Она все еще видела в нем Лермонтова, и в каждом ее подарке искала глубинный смысл. С каждой новой встречей она видела, что продавец пластинок использует ее для того, чтобы отвлечься от конфликта с женой, чтобы почувствовать себя мужчиной. Лермонтов бы так не поступил. Лермонтов бы просто сказал: «Я вас не люблю», как сказал Печорин Мери, я люблю другую. Но продавцу хватило ума признаться: «Я люблю тебя, и я люблю жену? А ты что хочешь, чтобы тебя одну только любили?».