Девочка

Глава 1 .

Девочка

Эли Вайт

Глава 1

POV: Кира Добровольская

Резкий звук будильника вырвал меня из сладкого, казалось бы, сна. Я мчалась по заснеженной трассе где-то в Норвегии. С трибун развевались флаги разных стран, а среди многоголосых кричалок я отчётливо слышала своё имя.

— ДО-БРО-ВОЛЬ-СКА-Я! — скандировала международная арена. Резкие толчки сотрясали моё тело, разбивая мягкий, рыхлый снег. Я наваливалась спиной, чуть приподнимала пятки и снова, снова, снова. Ветер неприятно щекотал щёки, мороз кусал нос — всё это отходило на второй план, когда впереди маячила финишная черта. Сто метров, пятьдесят, десять… Последний рывок, и… я падаю носом в снег, а шведка обходит меня.

Резко распахиваю глаза и тут же щурюсь от яркого сочинского солнца. Солёный морской воздух наполняет лёгкие. Жадно вдыхаю, набирая полную грудь. Одинокий, непослушный лучик солнца играет с зеркалом на стене. Едва вынырнув из забытья, я морщусь от судороги в икрах — неприятная, но привычная утренняя плата за вчерашнюю силовую классику. Слышу такие же громкие стоны от девчат.

— Девки, застрелите меня… я не выдержу, — мурлычет Анфиска, переворачиваясь со спины на живот.

— М-да… Сергеич мстит за побег, — ухмыляется Ксюня, выключая единственный будильник на всю комнату.

— Не мстит, а мучает, — охотно подхватываю общее недовольство.

— Во сколько нам нужно на зарядку? — Машка, корчась не меньше меня, осторожно садится.

— Ты спрашиваешь это уже три дня. С последнего раза ничего не изменилось, — усмехаюсь я и резко вскакиваю с кровати, игнорируя адское пламя, обожёгшее голени. Маша Янковская бросается за мной, но я успеваю захлопнуть дверь ванной перед её носом.

— Добровольская! Я занимала с вечера! — колотит в дверь моя сокомандница.

— Кто успел, тот и съел, — фыркаю я и, тяжело волоча ноги, подхожу к умывальнику.

— Ты как всегда, Кира, — обиженно бурчит Маша, и я слышу удаляющиеся шаги. А что? На сборах мы играем в «Голодные игры» за время, проведённое в ванной. Его катастрофически мало, учитывая, что в половину седьмого мы должны рассекать кроссовками дорожки вокруг спорткомплекса. Быстро чищу зубы и умываюсь. Самой плохой идеей было стричься под каре. Каштановые волосы спадают на лицо, и я выгляжу как монстр из «Звонка». Зачёсываю всё наверх — получается пальмочка. Ладно… делаю хвост где-то на затылке и собираю его в небрежный пучок. Времени, да и смысла даже в лёгком макияже, нет от слова совсем. Просто мажу губы гигиеничкой и зачёсываю брови стойким гелем, чтобы не быть похожей на Леонида Брежнева. Через пять минут выхожу из «царских покоев» размером десять на десять метров.

— Прошу, — отвешиваю шутливый реверанс разъярённой Машке.

Она хмуро кивает и хлопает дверью. Я быстро шагаю к небольшому комоду, где уже три дня хранятся мои вещи. Достаю тонкий бирюзовый лонгслив, короткие велосипедки и спортивный топ. Девушки вовсю собираются. До выхода примерно тридцать минут.

— Пойдём на пляж? — Анфиса натягивает длинную футболку ярко-розового цвета.

— Это тебе Никита идею подкинул? — непринуждённо спрашиваю я, стоя в фойе. Такие бредовые идеи, как побег ночью на пляж, только Гаврилову в голову приходят.

— Кто же ещё? — фыркает она.

Я прохожу к своей одноместной кровати и сажусь на простыни.

— Да будет нам казнь! — восклицает Ксюша. — А главным палачом будет Волков!

Станислав Сергеевич Волков когда-то был талантливым лыжником. Мастер спорта международного класса, призёр и чемпион многих соревнований на международной арене. Но всего одна травма похоронила это имя под грудой таких же исколеченных душ. Теперь вот нас, юниоров, муштрует.

Натягиваю длинные снежно-белые носки, что закрывают мои разбитые и исписанные шрамами коленки. Переодеваюсь из пижамы в спортивную форму. Смотрюсь в зеркало с мыслью, что давно приняла правила этой тяжёлой игры в профессиональный спорт. Либо ты — либо тебя. Я выбираю быть лидером, а не тёмной лошадкой, что ждёт своего часа. Надеваю спортивные очки с классическими голубыми линзами. На голову — белую бандану. Плавали, знаем все прелести солнечного удара.

Через двадцать минут вся наша команда полным составом, за исключением тренера, стоит на обширной полянке возле ворот. Все сонные, уставшие и невыспавшиеся. В общем-то, обычная картина для первого июльского сбора. Солнце припекает, морская свежесть никак не спасает. Но никто не жалуется. Мы все привыкли к подобному.