Девушка, крадущая сны

Глава 1. В которой я понимаю, что у меня, дважды бабушки, еще все впереди. ^ↀᴥↀ^

Мамочки, вот это мужчина! Просто идеал! Блондин с короткой стрижкой. Не Брюс Уиллис со стрижкой под лысого ежика, а так как я люблю… И пальцами можно запутаться, перебирая пряди, и до эльфийских кос далеко!

Не просто блондин, а какой-то выбеленный блондин. Был бы чуть другой оттенок, сказала бы что седой. Кто же его молодого такого до седины-то довел?

Нее, все-таки просто очень светлый. Кажется, еще чуть-чуть светлее и ярче, и волосы в темноте засветятся.

Глаза… Сложно разглядеть, все же вокруг такой легкий сумрак, но похоже, что светлые. Не карие – точно, а голубые или серые – не понятно. Вон как сверкают!

Красавчик… Таких только на обложку женских журналов помещать. Ну или на разворот в полный рост. Тем более, что там есть на что посмотреть!

И не только на лицо!

Не шкаф, конечно, но пропорционально широкие плечи, узкая талия, бедра… А кубики пресса! Накаченные руки, перевитые канатами мышц! Нормально так накаченные, а не надутые непонятно какими уколами!

Талия… Бедра… Это уже было. Повторяюсь.

Тааак, а это что за предреволюционное изделие, по сравнению с которым трусы-семейники кажутся символом разврата? Хорошо хоть не на талии, веревочкой завязаны, а на бедрах висят. На косточках…

Хорошо хоть по колено… И ноги красивые, не кривые… Мускулистые и мохнатые конечно, но для мужчины самое то!

Сейчас слюнями все закапаю… Мечта, а не мужчина!

Вот это сон…

- Алия, я пришел выполнить супружеский долг.

Вау, сон еще и эротический!

Вообще-то я – Алина Савельевна Кротова, но так мужественно: «Алия» – тоже ничего звучит. Давно мне дважды заслуженной бабушке (внук Дима, внучка Сашенька) не снились эротические сны, а тут…

Кстати, вроде лекарства не меняла, от давления, от сосудов… Интересно какие из них дали такой интересный эффект?

Вроде бы на ночь снотворное пила, а не галлюциноген…

- Долг вернуть – это хорошо, супружеский – еще лучше.

Мужик слегка завис, а я не сразу сообразила, что, во-первых, сказала это вслух, а во-вторых, у меня что-то с голосом. Какой-то он… непривычный. Тоненький, нежный такой. С ним мои стальные интонации, которыми я застраивала мужской коллектив строительной компании, как-то странно звучат… Выбиваются.

Все же музыкальный слух – это вам не носорог потоптался, это – на всю жизнь.

Но не будем отвлекаться.

Это же сон? Сон!

Мой? Мой.

Этот тоненький голосок… Потом подкорректирую, если захочу.

Наверное.

Оглядываюсь. Шикарная спальня. Вот не зря я вчера документальный фильм про Петергоф смотрела. Такие же богатые интерьеры в стиле роккоко. Спасибо, фантазия! И мужик шикарный и интерьер от него не отстает.

Правда света – минимум. Вон один канделябр, и тот около двери. Да еще луна в окошке. Голубая… Почему луна голубая? Намек? Не хочу лишних мужиков в моем эротическом сне! Мне и этого хватит!

Вау, а он действительно идет ко мне, а я в кровати. С балдахином.

Вот не надо было уже сегодня на ночь еще и документальный фильм про Версаль смотреть. Видимо мое подсознание нагло оттуда слизало антураж царского ложа. Или с Петергофа?

Да какая разница!

Перевожу взгляд на себя…

А на мне что-то восточное. Полупрозрачное такое, в несколько слоев. И на лице ткань какая-то. Мешает. А про восток, гаремы и Арабские Эмираты я ничего и не смотрела… Откуда?

А, да ладно, главное, что мужик шикарный. И долг супружеский умеет отдавать. С чувством, с толком, с расстановкой…

И ощущения… Моим двум бывшим мужьям до него, как пешком до Антарктиды. Любовнику – ближе. Примерно до Уральских гор.

Не сказать, чтобы очень разнообразно, но мужик не подвел. И целуется замечательно и все остальное – на уровне! Молодец!

Глава 2. Утро вечера мудренее… (=‘ｘ‘=)

Хотела я сказать, что утро после таких эротических снов было замечательным, но не скажу.

Сначала утро просто было.

Только почему-то не в моей двушке в старом двухэтажном доме на окраине города с палисадником, в котором я цветы выращиваю…

У меня на стене напротив кровати висит картина: большая красная птица с расправленными крылья. Гордая, красивая, на темно-синем фоне. Внучка утверждает, что это феникс, собранный из кристалликов. Сашенька сама собирала. Алмазная мозаика.

Каждое утро открывая глаза я вижу этого феникса. Это как настрой на то, что я еще жива. Глаза открыла, увидела феникса, почувствовала боль в левой пятке – все, жива. Не очень здорова, но жива... Ну так возраст у меня – столько не живут.

А тут… утро было, а феникса – не было.

Боли в левой пятке тоже не было.

Был непонятный писк:

- Госпожа, пора вставать.

Кто госпожа? Чья госпожа? Я – госпожа?

Сажусь и непонимающе оглядываюсь вокруг. Мамочки… Кажется мужик мне не приснился.

Ущипнула за руку. Упс, больно!

Судя по окружающему антуражу: Версаль плюс Петергоф – точно не приснился.

Вспоминаем. Спать я легла – было дело. А проснуться? Проснулась здесь.

После эротического сна еще и сон о попадании в другую эпоху.

Везет мне сегодня.

А главное эмоций практически никаких. Как отрезало. Ни страха, ни удивления… Если вспоминать семидесяти-трех-летний жизненный опыт, я всегда эмоции сбрасывала потом. То есть сначала коня на скаку остановим, в горящую избу войдем, а потом поревем, успокоимся и выясним чей конь, откуда сбежал и какая сволочь курила в избе…

И еще это за чудо с черными волосами, заплетенными в толстую косу до… ну, ниже пояса, точно, и не менее черными огромными глазами, смотрящее в пол…

- Доброе утро…

Вежливость никогда не бывает лишней, поэтому здороваемся всегда.

Кто бы меня еще убедил, что утро – доброе… или это галлюцинация такая?

Так, я мыслю, значит я существую! А главное у меня куча сил и ничего не болит!

Почему-то появилось ощущение, что все не всерьёз и понарошку. Может все-таки сон?

С кровати просто слетела…

Упс. Хотела слететь, но так как из одежды на мне были только позвякивающие в ушах сережки, а ходить обнаженной перед незнакомыми людьми я как-то не привыкла, то пришлось стягивать с кровати одеяло. Оно там больше не нужно. Я же встала.

Мамочки, я здесь еще и девственницей была…

Не заметила в процессе, но пятно на простыне сомнений не оставляло.

А мужик-то хорош! Я даже не поняла, как, в какой момент... Не то что в прошлый раз, в смысле в прошлой реальности, жизни, мире…

Надо будет ему спасибо сказать... Когда узнаю, как его зовут. Да и кто он тоже надо бы выяснить. Похоже сейчас это немаловажный вопрос.

- А где… - и рукою махнула воздушненько так, жестом охватывая и кровать, и пару стен. Должна же догадаться.

- Ваш муж граф Владимир Константинович Орлов отбыл по месту службы.

Ух ты как официально. Да еще и граф…

Как-то я не очень разбираюсь в аристократах, учитывая, что выросла в стране не победившего коммунизма. Странно, что все помню. Определенная каша в голове присутствует, но при этом я подозрительно спокойно. Очень подозрительно…

По лицу пробежал легкий ветерок сдувая мою подозрительность. Явно на меня что-то воздействует!

Еще ветерок. Уже сильнее.

Ладно, я поняла, но поговорить-то потом мы можем?

Ветерок слегка взъерошил волосы и ушел в пол. Видимо это значит – договорились.

Ну что, Алина Савельевна? Представь, что ты на работе. На новой.

***

- Когда мой муж отбыл к месту службы и где оно у него?

- Сегодня рано утром. Пограничная крепость Нитра.

Интересно девки пляшут, а еще красивей врут… во-первых, что-то мне подсказывает, что это очень далеко. Во-вторых, девушка совсем не удивилась, что я не в курсе места службы мужа. Разбираемся дальше.

Хорошо хоть, что с именами здесь попроще. Знакомо так. Не Элиострониэль или Рхабсанстен, а Владимир. Даже привыкать сильно не нужно. То, что этот шикарный мужик еще и муж – вообще замечательно! А вот то что он сбежал… Ну не поверю, что здесь традиция на утро после свадьбы сбегать до подъема жены. Причем «отбыл к месту службы» звучит так, как будто в ближайшее время возвращаться он как-то не собирается. Это ему так наша ночь не понравилась?

- А где все остальные?

Теперь глазками похлопаем. Завернутая в тонкое одеяло я, конечно, такого сногсшибательного впечатления как кот из Шрека, не произвожу, но информация нужна. Не знаю, кто эти остальные, но кто-то же должен быть... Не думаю, что кроме меня и слуг здесь никого нет.

Девушка аккуратно собирает простыню, сворачивая ее в небольшой компактный рулон, накрывает кровать покрывалом, пока я в одеяле стою и, не глядя на меня, объясняет:

Глава 3. В это время где-то… (=①ω①=)

Владимир Орлов

Идея со свадьбой Орлову не нравилась изначально. И хотя он пошел по военной стезе, где в плоть и кровь впитывается подчинение приказам, он виртуозно избегал помолвок до 30 лет. А жениться раньше 37 – вообще не собирался. Нагуляться, построит карьеру, доказать всем, что твои заслуги – это только твои заслуги, а не протекция отца. И хотя в службу контрразведки и внутренней безопасности, возглавляемой отцом он не пошел, наследственность на службе все же отразилась.

Начав обычным офицером после Корпуса, он все-таки ушел в военную разведку. Там было интереснее и не надо было ходить строем. Когда развитие политической ситуации привело его к браку, он успел пожалеть, что тогда в той ситуации в Долине мертвого огня рванул на помощь отряду из Каганата.

Территория Долины мертвого огня считается нейтральной и патрулируется и войсками Фараханского Каганата, и отрядами Антарийской империи. Поскольку то что оттуда иногда (редко, но метко) вылезало – выжигало все живое, поглощая людей, животных, растений и даже насекомых. И если это вылезшее вовремя не уничтожить, то оно перерождалось и выползало за пределы долины.

В прошлый раз Антарийская империя лишилась населения нескольких небольших городов, а Каганат – множество стойбищ и деревень не далеко от границ долины. И оба государства почти на три десятка лет (восстановление – долгий процесс) потеряли пригодные для проживания земли на одной четвертой своей территории. И пусть это было более ста пятидесяти лет назад, память народов это прекрасно сохранила.

Нейтральную территорию охраняли. Лучше прибить пару сотен мелких мутировавших монстров, чем дождаться пока они объединятся в то существо, для уничтожение которого в прошлый раз потребовалось слишком много жизней. Причем как жизней обычных солдат, так и жизней одаренных из множества старых аристократических родов.

Владимир Орлов обычно не сильно погружался в политику, но от отца в очередном недельном отпуске узнал, что Каган сильно проштрафился перед императором (в чем, отец ему не сказал) и для укрепления связей между двумя государствами велись переговоры о нескольких политически и династически выгодных браках. Правда все разговоры среди его друзей, с которыми он расслаблялся в отпуске, сводились к тому, что Кагану придется пожертвовать несколькими сыновьями (благо, у него их много), чтобы, женившись на девушках благородных родов империи, они и остались на территории Империи в качестве своеобразных заложников.

Три сына и дочь – результат дипломатических переговоров.

Кандидатура будущего мужа практически единственной взрослой дочери кагана выбиралась долго. Почему-то сыновей у него почти два десятка, а незамужних дочерей всего две, младшей из которых недавно стукнуло три года. Вдовцы и молокососы, то есть очень молодые и неопытные, Кагана с Императором не устраивали.

И тут он! Такой молодец! Героически вытаскивает одного из принцев аль-Айяд во время рейда по Долине мертвого огня!

Знал бы чем закончится – оставил бы его там на съедение. Хотя, кому он врет, все равно бы не оставил, а попытался вытащить. Монстры Долины мертвого огня очень опасны, особенно после того как закусят человеком, да еще и с даром…

Итог: лучшего жениха для своей дочери Каган не видел, а император поддержал. Род Орловых точно мог обеспечить безопасность и надзор за дочерью правителя соседнего государства. Да и, чисто теоретически, их потомок мог когда-нибудь занять престол Каганата. Чисто теоретически.

Все были довольны. Кроме самого жениха и, похоже, невесты. Поэтому план был простой: консуммировать брак, но ни в коем случае не доводить до детей. Попросить развод лет через пять на том основании, что наследника жена ему не родила и там жениться на той, на ком сам захочет.

Невеста с непонятными истериками не нравилась особенно. Все это битье головой об пол только чтобы ей разрешили носить одежду, принятую в Каганате… На минуточку: полупрозрачную, да еще и со штанами! Такое в спальне можно носить! Да и полностью закрытый уличный вариант, в котором он увидел свою невесту в первый раз, его тоже не прельщал. Тот самый, где кроме глаз ничего не видно. Тех самых глаз, которые постоянно смотрят в пол. Он даже цвет их определить не мог.

Истерику правда он не видел. Сестра рассказала.

Да и сопровождающая невесты по имени Суласия ему тоже не понравилась. Точнее она не понравилась службе отца. Контрразведка собрала на нее небольшое досье, но даже его хватило, чтобы отправить сопровождающую невесты обратно на родину. Практически сразу после церемонии.

Ну и что, что в ночь? Шпионке Кагана не привыкать. Внедрение возможно и прошло бы успешно, но перед свадьбой они с отцом договорились, что нечего тащить работу на дом и со шпионов желательно «играть» за пределами своей территории. А на свою территорию их просто не пускать.

Невесту тоже проверили раз двадцать. Но Владимир Орлов все же решил подстраховаться и отправить молодую жену в дальнее родовое поместье. Дышать свежим воздухом. Горы, лес, озеро. И сообщить об этом молодой жене он попросил маму. Подозревал, что будут слезы и истерики. А мама у него – кремень, гасит это все на раз.

Вся семья предпочитала жить в городском особняке и поместье почти всегда простаивало, так что был повод его задействовать. Тем более, что навязанную политическим браком жену Владимир видеть особо не хотел.

Непонятная, закутанная в тридцать три слоя ткани моль, его не прельщала никак. Никаким образом.

Глава 4. О том, что родственники бывают разные. ฅ(≚ᄌ≚)

Итак, завтрак.

И конечно понятно, что не на кухне, а в специальном помещении. Пока мы шли до столовой, я не упускала возможности осмотреть все вокруг. А посмотреть было на что. К счастью, повышенная дозировка золота, чего-то блестящего, лепнины и растительных орнаментов осталась в спальне. Коридор производил впечатление погружения в классицизм, а вот столовая была уже в стиле модерн. Возникло впечатление, что дом не оставался в первоначально статичном состоянии, а постепенно менялся под веяния эпохи или хозяев, но не весь, а частями. То есть что-то оставалось неизменным, несмотря ни на что. Такое внимание к деталям подкупало.

Причем как сказала Бэмби, то есть Ирина, в доме было две столовых: одна – огромный банкетный зал, вторая – чисто семейная. Дерево, теплые бежевые тона. Семейная столовая выглядела намного уютнее, чем та пафосно-парадная спальня, в которой я проснулась.

- Смотри, идет. Странная она какая-то…

- Не повезло молодому хозяину…

Остановилась. Перевела взгляд на двух служанок, протирающих зеркало на стене, с двух сторон от которого вниз спускалась шикарная парадная лестница на первый этаж. Ухмыльнулась и подняла правую бровь. Смотрю.

Что молчим, кого ждем? Извинений не жду, но только попробуйте что-нибудь сейчас ляпнуть…

Взгляд, который я отрабатывала на бригадирах-матершинниках, которые при мне не матерились. Никогда. Просто в речи у них появлялось больше пауз и вставок типа «а-а-а…, в-в-в…, ну…».

Девушки нервно поклонились и резво продолжили протирать зеркало, как будто сейчас в этом мире нет ничего важнее. Ну дырку не протрут, а меня уже ждут в столовой. Не люблю опаздывать.

За столом из светлого дерева с яркими, поднимающими настроение, солнечно-желтыми круглыми салфетками, сидели две женщины. Одна – платиновая блондинка с нереально голубыми глазами, вторая – шатенка с карими глазами. По цветотипу – абсолютно разные. При этом разрез глаз, скулы, форма лица в общем, и губ в частности, выдавали их близкие родственные связи. Но по возрасту, кто старше было определить трудно! Если не знать, что одна из них мать моего мужа, можно решить, что они обе его сестры. Я застыла на пороге, охватывая взглядом всю картину и пытаясь просчитать, кто же тут кто.

- Доброе утро!

Всегда готова первой поздороваться и не вижу в этом ничего страшного или не комфортного. А высчитывать, кто тут выше или ниже по положению, чтобы определить очередность приветствий – это вообще не мое. Тем более, что тут будем все списывать на то, что я росла в другой культурной среде и поэтому в этикете, имперских родах и неформальных правилах могу не ориентироваться. Мне простительно.

Родственницы окинули меня взглядами. Причем взгляд шатенки был недовольным. Как будто я ее обидела или забрала себе любимого мишку, с которым она спит с детства.

А вот взгляд блондинки… Заинтересованный и слишком взрослый. Что ж, мама найдена. Слишком мудрый взгляд для вчерашней девчонки.

- Доброе утро, Алия, – блондинка, а точнее моя свекровь графиня Ольга Александровна Орлова, была очень вежлива и корректна.

- Доброе, - буркнула шатенка, она же Дарья Константиновна Орлова.

Удивилась, но обострять ситуацию не стало. Не мое дело учить этикету сестру мужа. Может она просто не с той ноги встала? Хотя если судить по надутым губам и недовольному виду – не просто один раз встала, а так пару десятков раз, не меняя ногу.

- Вам очень идет это платье, Алия.

- Спасибо. Хочу поблагодарить за прекрасно подобранный гардероб.

- А вчера она так не думала. Столько эмоций, столько истерик, - Дарья Константиновна пробубнила это себе под нос, но так, что это было прекрасно слышно. Ольга Александровна поморщилась и предостерегающе посмотрела на дочь, но так как та не отрывала застывший взгляд от тарелки на которой лежал симпатичный кусок омлета, взгляд матери пропал зря.

От вида еды на столе: пирожков, нарезки, омлета и всего остального желудок сжался и стал подавать сигналы бедствия. Такое впечатление, что Алия не просто не ужинала вчера, а и до этого ничего серьезного не ела. Поэтому обращать внимание на то, что кто-то там чего-то бухтит, говоря обо мне в третьем лице, как будто меня здесь нет, я даже и не собиралась. А уж переживать по этому поводу – тем более.

- Приятного аппетита, - пожелала я, усаживаясь и расстилая на коленях салфетку. Благо повязывать ее на манер детского слюнявчика тут было не принято. Иначе родственницы наблюдали бы мою улыбку на протяжении всего завтрака. Хотя стоило посмотреть на недовольную Дарью и представить ее в слюнявчике…

Под одно доброжелательное «приятного аппетита» и одно недовольное бурчание в котором «приятного аппетита» угадывалось с трудом, я аккуратно перемещала себе на тарелку все, на что падал мой взгляд под руководством заинтересованного желудка. А взгляд у меня был с широким фокусом, поэтому на мою тарелку переместилось всего по чуть-чуть. И бухтение на тему «и куда у некоторых столько помещается», я опять пропустила мимо ушей. Хотя и посмотрела мстительно, примерив в своем воображении на золовку детский чепчик в добавление к слюнявчику.

- Алия, что вы предпочитаете пить на завтрак?

- Кофе.

- Кофе???

Удивление в голосе можно было потрогать. А почему? Тут нет кофе? Если бы не было, у меня бы спросили, что это за напиток. Да и мозг легко нашел в моей памяти эквивалент названия того напитка, который я очень любила в своем мире.

Глава 5. Подслушивать, конечно, не красиво, но иногда очень полезно. (=ＴェＴ=)

Вот зачем я туда рванула?

Причем нахлынуло дикое желание остаться одной. Поэтому выйдя на центральную дорожку (тут сложно заблудиться), я отправила Ирину собирать вещи, а сама пошла погулять. Воздуха почему-то не хватало катастрофически.

Вот прямо нахлынули воспоминания ненужные. Было пару раз в жизни. Не в этой. Когда у меня сердце прихватило. Тогда воздуха также не хватало… Микроинфаркт… Коридор в центральном офисе и я – на полу…

Непрошенное воспоминание. В нормальном состоянии я так бы не сделала, но тут… Ситуация вообще за гранью нормальности, так что можно не удивляться.

Стоило представить себя лежащей на присыпанной белоснежным песком дорожке, как я зачем-то рванула к высоченным кустам в сторону дома. На тот момент, мысль, что в кустах, если что, искать меня буду значительно дольше, покинула мою голову и сбежала в неизвестном направлении. Поэтому голос свекрови, раздавшийся практически над ухом, сильно меня озадачил. Вот прямо местный вау-эффект. Я даже вздрогнула.

- Дарья, ты меня разочаровываешь!

Звук приблизился как будто говорившие стоят в метре от меня. Я даже заглянула за дерево, около которого оказалась. Нет, до окна дома еще метра три. А звук идет именно оттуда. Причем, когда я начала прислушиваться, голос стал намного тише, как будто кто-то резко крутанул регулятор громкости на уменьшение звука. Но стоило мне перестать прислушиваться (это от удивления), как регулятор опять вывернули на максимум.

- Ты знаешь, сейчас я согласна с твоим отцом, что физические нагрузки прекрасно выбивают дурь.

Молодец свёкр, меня уже радуют такие подходы к воспитанию... Вот ни разу его не видела, а уже почти люблю.

- А если не поможет?

Голос Дарьи далек от радости и удовлетворения, как Москва от Аляски. Вот что за любительница недовольно пыхтеть! Как будто от твоего пыхтения что-то изменится!

Хотя может и изменится, не факт, что в лучшую сторону, скорее наоборот. Посмотрим.

- Если не поможет, значит надо увеличить физические нагрузки. Я дам распоряжение об увеличении тренировок. Причем тренировок на выносливость. Побегаешь, пройдёшь лишний раз полосу препятствий, глядишь и в голове все уровняется и уложится. Ты вела себя отвратительно. Так не стоит себя вести члену рода Орловых. Ты меня расстроила, я думала, что лучше тебя воспитала.

- Но мама, если бы не она, я бы…

- Что ты бы?

Прямо сейчас мне почему-то представился ослепительно-холодный взгляд Ольги Александровны. Такой суперменский лазерный взгляд разрезающий бетонную плиту.

- Ничего…

Видимо Дарья тоже что-то такое увидела или почувствовала.

- Дарья, предложение от Кагана или его сына не поступало. А предлагать им свою дочь как товар на рынке – это ниже нашего достоинства. Жаль, что мне приходится тебе это объяснять. Влюбленность пройдет. Честь рода останется. К тому же девочка ни в чем не виновата. Ее вообще выдернули из привычной среды и кинули туда, где культура так сильно отличается. Может даже и хорошо, что в твоем случае ничего не сложилось…

- Но, мама!

- Не мамкай. Ты не представляешь, насколько жизнь в Империи и Каганате различается. Поэтому в дополнение к физическим занятиям ты получишь дополнительные занятия по этикету и истории, а также по традициям Каганата. Причем последний предмет будешь сдавать в моем присутствии. Не сможешь сдать – попрошу Алию тебя учить в моем присутствии.

- Мама!

- Может это научит тебя себя вести как настоящая Орлова, а не бродяжка из бедных кварталов. Ты все поняла?

Повисла пауза. Долгая такая, насыщенная пауза. После чего холод добавился и в голос графини Орловой. Хотя, куда уж больше.

- Дарья Константиновна, я не слышу…

- Да, я все поняла.

Никакого возмущения в голосе Дарьи, так же как и полного смирения, я не услышала. Зато теперь пытаться меня поддеть она не будет. Во всяком случае в присутствии матери.

А в отсутствие матери я могу и сама за себя постоять. К несчастью Дарьи, мне не восемнадцать и характер у меня не сахар. Грызть, во всяком случае, не советую. Можно и без зубов остаться, а как в этом мире со стоматологами я пока не знаю.

Взгляд упал на небольшую беседку вдали. Существенно вдали. Учитывая, что в моем мире меня сопровождали возрастные проблемы со зрением, то что я так четко и ясно увидела эту беседку, меня сильно порадовало.

А теперь осторожно вылезаем из кустов и возвращаемся на дорожку. И вообще, я не подслушиваю, я просто гуляю… До беседки.

Усевшись на обычную деревянную скамейку внутри, и полюбовавшись стенкой красиво заросшей каким-то подобием цветущего плюща, я прикрыла глаза и начала медленно и не спеша дышать. Пять секунд вдыхаем, пять секунд задержали дыхание и пять секунд выдыхаем. Все-таки потрясение от моего появления в другом мире похоже наконец-то меня догнало.

В ушах зазвенело, в глазах потемнело и появление жгучего брюнета с фигурой Шварценеггера я сначала списала на галлюцинацию. Еще одну. После мужа. Ага…

Глава 6. Если тебе слышаться голоса, то это совсем не значит, что они не реальные… (=ｘェｘ=)

- Ну вот не надо мне сейчас здесь помирать… Я тебя из предыдущего мира из этого состояния вытащил. Правда там была тихая смерть во сне, но все же… Давай дыши и приходи в себя.

Эта накаченная мечта половины женского населения детородного возраста имеет отношение к моему переносу в этот мир???

Дыши, Алина Савельевна, дыши… Главное выжить, а там тяжелым предметом огреть всегда успеешь…

- Добрая, ты, однако…

Добрая? Я? Очень!

- Все в полном порядке. Ты жива, здорова. Мечтала прожить еще одну жизнь? Загадала на день рождение? Живешь.

А ведь действительно… Было что-то такое на последнем дне рождении… Было…

- Ты… Вы… Ты кто? Ты – Бог?

Вот когда к тебе так нагло обращаются на «ты», называть собеседника на «вы» у меня почему-то не получается. Каюсь. Есть такой грешок. Тяжелое прошлое работы в советском БТИ.

- Шутишь? Это хорошо, значит пришла в себя. Нет, я не Бог этого мира.

Что-то меня в этой формулировке царапнуло, но я усиленно дышала: пять секунд – вдох, пять – пауза, пять – выдох.

- Я не Бог этого мира, я – его Создатель.

Ёёёёёёё… Ёжики зеленые… Не твоей соседки семиюродный приемный тесть, а создатель…

Нет, не так. Создатель. С большой буквы.

- И что это значит?

Эротическо-романтическая мечта улыбнулся и почему-то грустно сказал:

- Я создал несколько миров, они для меня как дети и, хотя я не могу быть во всех этих мирах одновременно, я за ними присматриваю. И именно этому миру сейчас нужна помощь.

- Создатель, значит… А имя у Создателя есть?

- Есть. Длинное и труднопроизносимое. Но можешь называть меня упрощённой версией Эйяфьятлайокудль.

Чего?? Это упрощенная версия? Какая же тогда полная???

Свой жалобный голос узнала с трудом.

- А можно просто Создатель?

Я же язык сломаю и не факт, что мозг при этом останется цел. Ему и так сильно досталось.

Ехидная улыбочка. Судя по всему, надо мной издеваются. Гад!

- Создатель тоже звучит неплохо.

- И зачем я Создателю миров?

Были в моей жизни периоды, когда я считала, что весь мир крутится вокруг меня, но потом, когда в возрасте четырех лет я увидела, как из роддома приносят младшую сестру, картина мира была существенно подправлена. Не в первый день, конечно, но была.

- Обязательно расскажу, но, по-моему, сейчас ты хочешь спросить про что-то другое…

Взгляд прямо в глаза. Зрачки начинают пульсировать ярким солнечным светом и перед глазами появляются знакомые темные пятна, как будто я на солнце долго смотрела.

- Алия аль-Айяд. Куда девочка делась и не вернется ли она обратно?

- Обратно не вернется. Я ее в твой мир отправил. Ей там лучше.

- Но я же там бабка старая! Всю жизнь прожила!

- Ой, можно подумать в вашем мире никто и не умирает никогда. И не рождается. Подобрал ей новую судьбу. Выживет. Заодно и характер потренирует.

- А что у нее с характером?

- Ты еще не поняла? Или не вспомнила?

- А должна?

- Сейчас почищу немного, пока беседуем и вспомнишь.

- Точно вспомню?

6.2.

- Точно. Память – это не принадлежность души, а принадлежность тела. Ее собственные родственники для свадьбы специальным зельем покорности опоили. Да и вообще поили последние месяца три. Периодически это проявлялось истериками по пустякам, периодически состоянием отупения и отсутствием реакции на внешние раздражители. У нее, точнее у твоего тела, ломка теперь будет. Учти кстати. Увеличь физические нагрузки, чтобы вышло скорее.

Забавно услышать от Создателя мира совет по увеличению физических нагрузок. Ну понятно: гадость всякую не пить, спортом заниматься, все призы и подарки с родины тщательно изучить и выкинуть. Слуг и родственников обратно на родину отправил мой супруг.

- Слуг твой муж уже отправил, - подтвердил Эйяф…, в общем – Создатель. - Ему шпионы в доме не нужны.

То есть девчонку вырвали из привычной среды и оставили одну? Выживай как хочешь? Да еще и успокоительным накачивали, которое сильно наркотик напоминает. Любящие, мать его, родственники… Хотя моя мама за такое отношение к ребенку им бы ремня всыпала. Или дрын взяла… Очень она не любила, когда детей и животных обижают.

- По местным меркам все не так уж и плохо. Все-таки в гареме росла. Одной дочкой больше, одной меньше… Хоть и от любимой жены. От наложниц он дочерей не считает. Политический брак – Каган уверен, что наоборот хорошо пристроил. И политические вопросы решил, и собственные курицы не отравят. Уже не раз пытались. С матерью, кстати, удалось...

- Вот… редиски!

Интересно, как тут с нецензурными словами дело обстоит? Очень не хватает иногда обычного русского мата. Внутри бурлило от возмущения. Очень хотелось взять автомат и объяснить «милым родственникам», что так себя вести нельзя. Бумеранг кармический прилетит. И по голове, по голове…

Глава 7. Дорога, дорога, ведет от порога… (^･ｪ･^)

Память вернулась. Не сразу после разговора, а после сна и вроде вся.

Всего лишь душу выматывающий ночной сон, мокрая от пота подушка и совсем немного трясущихся рук. Когда хочется проснуться, а не можешь. И плаваешь в какой-то серой хмари, как в болоте. Ощущение, как после наркоза, выплываешь потихоньку, потом опять проваливаешься в сон, а потом – раз! И утро!

Правда был еще кошмар под утро, когда я куда-то бежала, от чего-то спасалась и проснулась с сумасшедше стучащим сердцем и криком. Вроде бы. Или крика не было. Спрашивать не стала.

- Доброе утро, госпожа. Пора собираться.

Лоб, и не только он, был мокрым, поэтому душ был необходимостью, из-за которой я чуть не опоздала на завтрак. Видимо остатки подчиняющего зелья не хотели так легко сдавать свои позиции в моем организме. Но ничего, Создатель сказал, что надо увеличить физические нагрузки, значит увеличу. Дайте мне только время и до спокойного места добраться.

Ранний завтрак. На этот раз без родственников. Видимо, меня торопились отправить с утра пораньше. И подальше. Не обнаружив никого в столовой (еще бы пол-седьмого утра!), я только хмыкнула и распорядилась еды с собой собрать. И хотя вчера мне объяснили, что дороги на пять-шесть часов, я знаю, что если перекус и воду с собой не взять, то по всемирному закону подлости, который наверняка и в этом мире работает, доберемся мы в поместье к ночи. А вот если взять… Есть шанс, что доберемся нормально.

Вчера вечером после ужина в компании всей семьи Орловых, включая главу семьи Константина Вениаминовича Орлова, но за минусом моего отсутствующего мужа, я отправилась погулять. Не просто так, а с вполне определенной целью. Я собирала информацию. Мир – новый, люди – новые, и я тут любопытная такая.

Проведя определенную разведку в доме, еще погуляв по парку, правда на этот раз без приключений, наведавшись на кухню попить чаю (не английский «файф-о-клок», но тоже ничего), я определенное видение ситуации в голове уже сложила. И когда утром, стоя перед зеркалом в ванной я поняла, что теперь мне доступна и память Алии, информация, которая в ней (в памяти) была по будущим на тот момент родственникам, в принципе подтвердилась. Хотя информации той было – кот наплакал. Жадный до слез кот. Похоже информировать подробно девушку о семье жениха посчитали излишним. Что странно…

Такое впечатление, что в родном доме Алию вообще считали кем-то без собственного мнения, желаний и чувств. Надо будет потом поподробнее в памяти покопаться. Не нравится мне такое махровое пренебрежение. Все-таки она дочка Кагана, а не последнего служки во дворце.

А пока приходиться признать, что посмотреть вживую на главу контрразведки Антарийской империи было интересно. Правда страх, который жил в душе девушки, и который я вспомнила на утро, предыдущим вечером ничем не подтвердился. Очень вежливый и неразговорчивый мужчина с тяжелым взглядом и забавными бакенбардами. Как на дореволюционных фотографиях в музее.

Если смотреть с позиции моего предыдущего возраста – молодой еще. Но к счастью, откатиться назад по возрасту было легче. До восемнадцати пока не получилось, дурости у меня в том возрасте было слишком много, поэтому пока не получалось. Но лет до сорока – вполне-вполне. В смысле, я себя ощущала на сорок, а свекр ощущался на шестьдесят. Опытный такой волчара.

Для своего ощущаемого возраста мой свекр выглядел замечательно. Подтянутый, с благородной сединой в волосах, без очков. Ему те же самые 45 и можно было дать, а жена рядом с ним вообще девочкой казалась.

Вот, что магия животворящая в этом мире делает!

Ни возрастных болезней, ни склероза, ни артрита. Красота!

Так что свекр у меня – как Карлсон, в самом расцвете сил.

ФСБ, КГБ или Императорская служба безопасности, в принципе, как не назови... Ловля шпионов – она и есть ловля шпионов. Но вот как они решились меня, дочку правителя соседней империи, в семью взять?

Все же бывших безопасников не бывает, а этот еще и нынешний. Такая работа «на дом».

Хотя… Держи друзей близко, а врагов – еще ближе. Если с этой точки рассматривать ситуацию, то все вполне логично.

И взгляды, которые он на меня бросал… Тяжеловатые… Как две гири по десять килограмм.

Была бы я действительно тихой восточной дочкой Кагана, сидела бы тихо, не отрывая взгляд от тарелки и молчала.

Но увы и ах… Я ей не была, хотя и в разговор особо не лезла. Так ответила на пару ни к чему не обязывающих вопросов, типа нравится ли мне комната, в которой я живу (там, где шикарный рококо), устраивает ли служанка (которую наверняка сейчас проинструктирую как за мной следить, опыта в этом у нее судя по всему маловато), погода, природа и так далее. В конце поинтересовались не нужен ли мне кто-то или что-то с родины.

Вот только еще шпионов папочки мне не хватало!

Поэтому: все понравилась, всем довольна, ничего не надо. Почти. Попросила разрешения несколько книг с собой забрать в поместье. И хотя меня уверили, что в поместье есть своя библиотека, но книги взять разрешили. Сказали, что сразу упакуют в багаж.

Ага, после того как еще раз осмотрят и изучат, проинструктируют Ирину и возможно что-то в багаж добавят. Вот не верю я, что меня отпустят без каких-нибудь следилок и подслушивающих штук! Я бы точно сама себя не отпустила!

Глава 8. Там, где я приезжаю в новое поместье (=^･ｪ･^=)

Увидев поместье, я поняла, все – я влюбилась! И я – дома!

Это место – просто моя ожившая мечта! В груди зашуршали бабочки, розовые единороги и много-много котиков.

Парк перед домом. Ухоженный. А уж какие гигантские деревья видны за домом… Баобабы на фотографиях из Африки отдыхают.

Огромный пруд справа от дороги. А главное, никакой зелени и тины. Во всяком случае на первый взгляд. Правда берег с одной из сторон больше намекает, что пруд обязан своему появлению карьеру по добыче чего-то. Не знаю чего. А уже потом рядом вырос дом.

А на второй взгляд…

Увидев двухэтажный дом, я поняла, что все… Сбылась мечта идиота, точнее идиотки…

Когда-то, когда по телевизору показывало 4-5 каналов, программа покупалась за неделю на развороте газеты, и на художественные фильмы собирались всей семьей, мне запомнился один такой фильм. Английский. Может и не английский, но действие происходило в Англии 18 века.

Забавно, что я не помню, о чем был фильм, не помню была ли это любовная драма или английский детектив (для семидесятитрехлетней бабушки вообще-то неплохо), но помню поместье, в котором все происходило. Кирпичный двухэтажный дом с увитыми плющом стенами, арочными окнами и широкой подъездной дорогой из желтого кирпича, то есть посыпанная желтым песком. Меня тогда чем-то зацепил этот дом, как мне казалось – из другой реальности.

Запомнился.

И вот теперь мы не в карете а-ля восемнадцатый век, а в машине подъезжаем к этому дому из другой реальности в английском стиле!

- Вау! Какая красота!

Почувствовав на себе взгляд Игоря Станиславовича, повернулась к нему.

В начале поездки я пыталась его разговорить и выяснить надолго ли он с нами или может сразу рванет обратно, как только сдаст меня кому-нибудь в поместье с рук на руки. Как ценный груз. Или беспокойный. Разницы, в общем, никакой.

А мне в свою очередь надо понять: стоит привыкать к этому человеку или он скоро растворится в утреннем тумане. Причем в последнем случае на прощальное помахивание ручкой я даже не рассчитывала. Больно серьезный мужик. Непростой.

Просто по молодости, когда-то мне нравились большие шумные компании, стол – «полная чаша», разговоры допоздна, обсуждение «есть ли жизнь на Марсе», чувство, что ты душа компании и что без тебя все вокруг не так… Необычные салатики и мясо запеченное каким-то особенным образом.

Но потом большие толпы людей начали утомлять. Не так-то уж и весело это все оказывается, особенно горы посуды в конце вечера.

Здесь я пока не сильно обжилась, второй день всего. Большое количество людей рядом немного смущало и мешалось. Хотелось хотя бы ненадолго спрятаться и:

- провести ревизию того, что у меня есть, имеющиеся ресурсы, так сказать;

- понять – а что мне в общем-то надо: сбежать, спрятаться, завоевать мужа, завоевать мир или послать всех в далекую северную тундру, даже если ее тут нет;

- решить, что я буду делать дальше: пункт первый, пункт второй и т.д.;

- и определить, чем я готова за это платить: силы, время, деньги, эмоции, отношения с родными и близкими, самоуважение...

Мы всегда и за все платим: увлекаясь карьерой теряем близких, делая упор на внешнем имидже приобретаем холодный расчет по отношению к нам. А потом удивляемся, когда, общаясь в «нужными» людьми в тот момент, когда реально нужна помощь, понимаем, что сам-то ты никому не нужен.

Про это надо помнить.

В моей прошлой жизни были многие, кто хотел в достаточно молодом возрасте получать много денег, командовать кучей людей и светиться на партсобраниях, а потом и на обложках журналов и на сайтах известных Интернет-ресурсов. Им казалось, что тебе должно всего лишь повезти, ты должен всего лишь оказаться «в нужном месте и в нужное время». В тот момент им не приходило в голову, что за это надо платить тем, что ты всегда «в зоне доступа». Если надо, тебе позвонят и в одиннадцать вечера и в выходные. Ты не можешь просто поболеть, полежать в постели, отключив звук на телефоне, потому что всегда должен держать руку на пульсе.

Мне не хотелось наступать на те же замечательные «грабли», что я веером собрала в моем старом мире. Не хотелось всю жизнь прожить либо рядом со слабаком, который решение всех вопросов перекладывает на меня (даже кран поменять), либо с сильным мужчиной, который уже женат и там, в семье ему хорошо, а я так… антураж сменить, либо одной, выгрызающей стабильное будущее для своей дочери.

Мужчины меняются, дети – остаются.

Теперь мне нужно было время. Мне представился такой шикарный шанс! И собрать те же самые шишки – это просто глупо!

Тем более если есть шикарная возможность набить новые шишки …

Тараканы в голове аплодируют стоя.

Я понимаю: служанки, охранники, родственники, но все равно чужие. Хорошо хоть дуэнью какую-нибудь не приставили из благих побуждений. Может восемнадцатилетней девочке, приехавшей из другой страны, она и нужна. Может и мне она нужна будет. Но это я решу потом. Не сейчас, когда вокруг все так быстро меняется.

Поэтому я и пыталась у Игоря Станиславовича выяснить: доколе? И что меня конкретно ждет в этом замечательном поместье Орловых, в том самом «за семью горами, за семью долами»? На что могу рассчитывать? Что могу планировать? Как буду жить?

Глава 9. Ничего себе сны… (^･o･^)ﾉ

Странно…

А где это я? Вроде засыпала в кровати и в выделенной мне комнате.

Сейчас-то где?

Ауу!

Было четкое осознание, что я не в реальности, ни в старой, ни в новой, ни в какой. Я понимала, что это сон. Только какой-то очень реалистичный.

Я шла. Не спеша так. Без определенного маршрута. Я просто шла вперед.

Слышала, как шуршит юбка ослепительно белого платья. Ткань легкая, невесомая, но шуршащая. Как парашютный шелк.

Была как-то история, когда нигде ничего не было, а мне достали списанный парашют. Я ткань покрасила в разные цвета и сшила дочери пуховик, а также осенний и зимний комбинезоны. Поэтому как шуршит парашютный шелк знала не понаслышке, хотя с парашютом никогда не прыгала. Высоты боюсь.

Огромный зал. Света мало. Причем идет этот свет от стен и еще откуда-то… Минуточку… Я вытянула руку вперед.

Ничего себе ежики зеленые! Это я свечусь!

Не думала, что когда-нибудь буду фонарем подрабатывать!

Я еще и свечусь… Интересные сны на новом месте.

Меня всегда смешила Ленкина присказка: «На новом месте приснись жених невесте!» Особенно учитывая, что работала она в службе снабжения на заводе и моталась по всему бывшему Советскому Союзу. Если руководствоваться этой присказкой, то женихов у нее должно было быть много. Но был один. Муж.

У меня правда тут тоже уже был целый муж, но все-таки первая ночь в доме, которому предстоит стать моим новым местом жительства на ближайшее время, и должна была быть необычной.

Она такой и была.

Ого, красивый зал, большой, правда сумрачный какой-то и с мигрирующими стенами. Я к ним не подходила! Но почему-то вдруг оказалось, что я иду вдоль одной из стен. Особенно интересно было то, что вдоль этой самой стены шла картина.

Нет, не так.

Это напоминало рулон обоев или бумаги для плоттера, на котором мы поэтажные чертежи распечатывали. И вот на этом рулоне кто-то графически, в черно-белом исполнении нарисовал комикс или мангу, как говорят мои внуки. Причем сцены, где черным было нарисовано по белому сменялись теми, где белым рисовали по-черному, как тьма в самом глубоком колодце, фону.

Заинтересовавшись, я не сразу поняла, что история, рассказанная незнакомым художником, выглядит знакомой.

Мамочки, да это истории из жизни Алии!

Кадр первый, кадр второй… Вот на белом фоне – воспоминания о маме. Она еще жива и ребенок счастлив. А потом почти все рисунки на черном фоне. Прямо от меня и вдоль всей длиннющей стены. Плохо ей было в общем…

Ого, тут еще и текст есть в знакомых овалах с маленьким хвостиком, указывающим на того, кто это произносит.

Первая реакция: паника. Я не могу читать! Вдох-выдох, закрыть глаза…

Вы пробовали закрывать глаза во сне, отрезая картинку и меняя ее на темно-серый фон? Попробуйте как-нибудь. Непередаваемые ощущения… Гадость редкостная и очень плохо контролируемая… Мозг ругается последними словами. Это при том, что я и первых-то не слышала.

Кстати, в этом сне я себя и свои действия полностью контролирую, как в реальной жизни. Ну кроме закрывания глаз. Интересно…

Теперь понятно откуда у девочки такой страх и почему темная комната до смерти ее напугала. На любое темное закрытое помещение у нее самой организм периодически пытается выдать что-то такое. Адреналиновое. Ну как кошмар в мою первую ночь в этом мире. Вот откуда эта паника, желание вырваться на свет, сбежать, спастись…

Неет, что-то её кошмары мне не понравились. Вот прямо совсем… Не уживемся мы с ними на одной территории, вот прямо пятой точкой чувствую – не уживемся.

Появилось просто нестерпимое желание эту картину снять. Ну или хотя бы кусок. Именно этот. С воспоминаниями о ловушке, беззащитности и беспомощности. Вот прям до кончиков пальцев пробирает. На ногах.

Посмотрела на руки. На кончиках пальцев бегают молнии. Желание убрать из этого длиннющего рулона вот этот конкретный кусок захлестывает.

Оглянулась в поисках свидетелей. Сейчас я собираюсь украсть кусок воспоминаний, из-за которых у меня кошмары. А также до кучи страх темноты и замкнутых пространств. И пусть это мои воспоминания и чисто юридически это не кража… Вроде бы. Но свидетели мне не нужны.

Бред! У себя во сне я боюсь свидетелей!

Наверное потому, что чувствую, что это не совсем мой сон, скорее другая реальность. И я в ней – гостья.

Аккуратно подцепляем нужный мне кусок и тут же получаем легкий удар током по пальцам.

Сигнализация, мать ее за ногу!

Выругалась. Не помогло. Выругалась еще раз.

Оторвать рулон надо. Иначе так и буду просыпаться от кошмаров. Вот уверена в этом и все! Более того: любые остатки на этой стене могли потом плохо отозваться. Вырасти заново и вернуться.

Откуда знаю? Знаю. Откуда не скажу.

Руками трогать это тоже не хотелось. Удара током хватило. Это пока как от батарейки, а ведь может быть и как от розетки – 220 вольт.

У меня что совсем ничего подходящего нет? Чтобы поддеть и отрезать?

Минуточку! А та странная палочка, которой я по прихоти памяти тела каждое утро закрепляю волосы! У нас такие китаянки использовали, поэтому и называли еще «китайской» заколкой!

Подняла руку, нащупала привычную длинную шпильку с набалдашником в виде головы дракона. Действительно, совсем как китайская. Дерево, значит электричество не проводит.

Вытащила. Волосы ударили по спине. Длинные они у меня.

Даа… Такого я точно не ожидала. На данный момент в руках у меня в руках был узкий, отливающий мерцающим светом стилет. Деревянный? Металлический? Пластиковый? В общем, не понятно из чего сделанный. Тонкий и острый. И эту штуку я ношу в волосах!

Минуточку… Сейчас я вроде не совсем в реальной реальности… Там это просто палочка. Вроде.

Значит стилетом она выглядит только в снах. Попробуем. Зря что ли она так изменилась?

Режет она хорошо, чисто и легко. Как будто я желе разрезаю. Без малейших усилий. С двух сторон отсоединили, а теперь – от стены. Аккуратненько и не спеша. Поспешишь – людей, конечно не насмешишь, но повторно отрезать придётся. А оно нам надо? Да ни в жизнь!