Дикая

ГЛАВА 1. Первое донесение

Виктор Кравцов, работник управления по расследованию особо важных дел, с тоской глянул на верхний этаж элитной новостройки сквозь машинное окно. Время близилось к двум часам ночи, и только третья по счету бутылка энергетика не давала уронить голову на сидение и уснуть. Рация на приборной доске захрипела, и раздался голос начальника:

– Кравцов, что там у тебя?

Мужчина зевнул и вновь, изогнув шею, глянул на верхний этаж небоскреба. Нажав кнопку обратной связи, он поднес рацию к губам:

– Ничего. Света почти нет. Сделка точно сегодня? Вы уверены, что Соловей все ещё в своей квартире?

– Да, это точно. Он и его ребята из квартиры не выходили.

– Не знаю. Сомнительно это все, Георгий Васильевич.

– Вудик уже ведёт курьера. Следи за окнами, – сказал начальник и отключился.

Виктор вновь бросил печальный взгляд вверх. И за чем там следить? Никто явно с тринадцатого этажа прыгать не будет. Темно в окнах, словно Соловей со своими ребятами спать лег. Хотя странно это. Обычно у него кутëж до утра. Может действительно всех выгнал и курьера ждёт?

Прошло ещё долгих сорок минут, прежде чем рация снова ожила:

– Так, всем приготовиться. Курьер на подходе. Группа захвата, рассчитываю на вас.

Сон как рукой сняло. Кравцов завел машину и неспешно вырулил на середину полосы дороги. Объехав здание по кругу, он свернул к спуску в подземный гараж. Уже там, припарковав машину в свободном месте, мужчина вышел из нее и неспешно пошел к лифту. Очень хотелось размяться, все же шесть часов на сидении автомобиля теперь отдавались ноющей болью в мышцах ног и спины. И какого он вообще пошел работать в силовые структуры? Это только в фильмах служители правопорядка живут веселой жизнью, наполненной экшеном, бешеными гонками, перестрелками и головокружительными приключениями. По факту каждое расследование – это ещё тот геморрой и мало шансов, что тебя по итогу хотя бы похвалят.

Когда он добрался до верхнего этажа, там уже была вся команда. Курьер, неприметный парень в толстовке и черных джинсах, стоял лицом к стене, с приставленным к голове пистолетом. Видимо, с ним уже провели разъяснительную беседу, сообщив, что от него требуется, так как парень кивнул и его отпустили. Вот только операция пошла совсем не так, как планировалось. На звонок курьера никто дверь не открыл. Георгий Васильевич шёпотом крыл матом всех и вся, злобно зыркая глазами на мнущегося у двери парня. Вот курьер наконец обернулся и пожал плечами, показывая, что ничем не может помочь.

– Они точно там? – осторожно осведомился Кравцов.

– Да! И товар при них! – хоть и тихо, но с такой яростью прорычал начальник, что Виктор решил больше ничего не спрашивать и просто следовать указаниям.

Медленно шли секунды, по капле приближая ночь к рассвету.

– Георгий Васильевич, что делать то? – спросил по связи командир отряда захвата.

– Вскрывай.

Эта тихая короткая команда послужила, как спусковой крючок пистолета, запускающего пулю в смертоносный полет. Все разом задвигались. Несколько человек в форме переместилось к двери, осторожно взламывая замок. Курьера снесло куда-то за спины силовиков, где его тут же скрутили и отправили в отделение, чтобы не путался под ногами.

Тихо открылась дверь, и бойцы бесшумными тенями двинулись вглубь квартиры. Ребята из управления шли за ними по пятам.

Широкий коридор, играющий роль холла, был погружен в полумрак. Лишь впереди справа в него лился свет из открытой двери, за которой должна быть комната охраны. Судя по собранным данным, там обычно сидят бойцы Соловья. Силовики разделились на три команды. Часть ушла в правый коридор, часть в левый, часть пошла прямо к двери, чтобы осуществить внезапный захват.

Кравцов с командиром двигались за бронированными ребятами, свернувшими в коридор, который должен был вывести в гостиную. Его не покидало странное чувство неправильности. Почему так тихо? Почему охрана не отреагировала на камеры, ведь в квартире они явно были? Почему, в конце концов, так темно?

Меж тем операция шла своим ходом. Тепловизоры показывали, что в комнате два человека. Вот ещё поворот и спецотряд захвата слаженно ворвался в комнату. Крик: «Всем не с места! Руки вверх!» прозвучал вместе с вспышкой фонарей, выхватывающих обитателей гостиной.

Дальнейшие события походили больше на постановку какого-то фильма ужасов, чем на спецоперацию по захвату наркокартеля. На мгновение все замерли с недоверием глядя на открывшуюся картину. Лучи фонарей выхватывали из темноты дорогие предметы обстановки, стараясь сосредоточиться на шикарном кожаном диване, стоящем в центре. На нем сидел, развалившись с блаженной улыбкой на физиономии, известный в уголовных кругах Соловьев Василий Борисович, на которого в управлении по расследованию особо важных дел было собрано множество криминального материала. Его руки лежали расслабленно на сидении дивана, по бокам тела. На правом запястье была небольшая рана, с которой на кожаную обшивку сочилась кровь. Она медленно лилась, скапливаясь в лужицу и норовя тонкой струйкой начать стекать на пол.

Но основное замешательство вызывал тот факт, что на их появление наркодилер не обратил никакого внимания. Под кайфом он был, что ли? Ещё больше вопросов возникало в связи с хрупким подростом, что стоял сейчас рядом с Соловьëм и, дрожа, держал руки поднятыми, щурясь от бьющего в лицо света фонарей. Судя по длинным волосам, лежащим на плечах, это была девочка, хотя мешковатые брюки с множеством карманов и широченная толстовка напрочь скрывали фигуру. Девочка все время склоняла на бок голову, отворачивая лицо, но Кравцов успел заметить тонкую струйку крови в уголке пухлых губ.

ГЛАВА 2. Новый свидетель

Эльвира бодро шла по узкой темной улочке, с удовольствием слушая стук каблучков своих новых туфель. Все же, какая она умница, что в свое время не послушала родителей и, собрав небольшую сумку, сбежала из родного городка. Ее с детства манили огни большого города, неоновые вывески, дорогие бутики. Конечно, поначалу было сложно, но женщина твердо верила в свою счастливую звезду. Что жизнь ее, в итоге, сложится прекрасно. Иначе как объяснить, что, уже буквально через полгода, мадам Кристина смогла разглядеть искорку в провинциальной разносчице рекламных афишек Татьяне Липкиной. В тот памятный для девушки день и родилась на свет прекрасная искусительница Эльвира. Татьяна с радостью взяла амплуа, столь необходимое в новой профессии, так как ее собственное имя было таким же серым и безликим, как и прошлая жизнь. Нет, кто бы что не говорил, а девушка считала себя счастливой. Ей всего двадцать шесть лет, а она уже смогла стать старшей из девочек. Глядишь, не за горами и тот день, когда мадам сделает ее надзирательницей, и тогда не надо будет больше работать, а просто присматривать за другими.

Фонари кончились, и дальше кусок улочки был освящен лишь тусклой лампой над черным входом пиццерии. Но разве это имело значение? Женщина отлично знала этот район, принадлежащий мадам. Еще пять домов, и она будет на месте. Впереди, отирая каменную стену, жалась парочка. Парня Эльвира узнала сразу. Только местный карманник по кличке Байкер не стеснялся ходить по улице в столь убогой кожаной куртке с цепями и шипами. Хотя отсутствие вкуса не мешало ему быть профи своего дела. А вот его партнера или партнершу молодая женщина не знала. Но какая разница, с кем этот придурок сосется в подворотне. Эльвира брезгливо скривила накрашенные алой помадой губки и собиралась уже пройти мимо, когда ноздрей коснулся дурманящий запах свежей крови. Ярко обведенные карандашом глаза злобно сузились. Резко остановившись, она схватила подростка за рукав толстовки и рванула, разворачивая к себе. Не смотря на широкую мешковатую одежду и кепку с капюшоном, Эльвира сразу поняла, что это девчонка.

– Ты что тут делаешь? – гневно зашипела она на молодую вампиршу.

Та выглядела очень испуганной, что только добавило Эльвире чувство собственной значимости.

– Это территория мадам. Я всех вампиров тут знаю. Ты не из наших.

– Простите, – пролепетала девчонка.

– Ты разве не знаешь, что питаться на чужой территории строго запрещено?

– Простите, я не знала.

Девочка попыталась вырваться, но женщина крепко держала ее за рукав толстовки. Эльвира мельком глянула на жертву малявки, стоящую рядом и не проявляющую к ним никакого интереса. Широченная улыбка на счастливом лице карманника выглядела в данной ситуации столь глупо, что в женщине поднялась новая волна гнева, подпитанная еще и тем фактом, что сама она была низшим вампиром, обращенным, а поэтому никогда не сможет обладать уникальными способностями. Ими наделены лишь чистокровные и, очень редко, полукровки. А эта мелкая зараза была явно из последних, раз в состоянии применять гипноз к человеку. Это значит, что нарушительница выше ее по статусу. Но это территория семьи Эльвиры и можно позволить себе быть наглой, чтобы защитить ее.

– Это ж какая семья такая борзая, что даже не учит своих элементарным правилам? – скривилась Эльвира и задрала рукав толстовки подростка, чтобы обнажить ее запястье и посмотреть родовое клеймо.

Но, к удивлению низшей, кожа на запястье девочки была совершенно чистая.

– Да ты дикая! – злобно зарычала вампирша, поняв, что может сделать с мелкой что хочет.

Никто не вступится за такую.

Девочка наконец вырвалась и стала пятиться назад.

– Простите, я не знала. Я уйду, – лепетала она отступая.

– Ну уж нет. Сначала я отведу тебя к мадам Кристине. Она заставит тебя заплатить.

– Я же извинилась! – вдруг закричала нарушительница территории.

Эльвира внезапно испытала такой дикий животный страх, какого ей не доводилось переживать никогда прежде. Заскулив, она упала на землю, сжавшись в комок, и пролежала так неизвестно сколько времени, совершенно лишившись рассудка из-за охватившего ее всепоглощающего ужаса. Это чувство отступило так же внезапно, как и пришло, но тело все никак не могло справиться с дрожью. Вампирша медленно села, опираясь трясущимися руками о холодный грязный асфальт. Она не понимала, что с ней и где она находится.

Справа послышалось мычание. Женщина повернулась, тут же сморщившись от резкого запаха. У стены лежал известный ей карманник, что-то подвывая и прикрывая голову руками. Судя по мокрым штанам, он обмочился. Сознание вернулось полностью, и Эльвира с испугом посмотрела туда, где недавно стояла девчонка. Улочка была пустой.

В маленькой сумочке, валяющейся рядом с ней на земле, завибрировал телефон, жужжанием оповещая о звонке. Женщина трясущимися руками с трудом справилась с замочком и достала его. Звонила мадам Кристина. Нажав на прыгающий на экране зеленый кружочек, с изображением телефонной трубки, несчастная поднесла смартфон к уху.

– Эльвира, ты где сейчас находишься? – раздался из динамика холодный голос хозяйки.

– Мадам… мадам я…, прошу вас, заберите меня…

Вампирша не выдержала и разревелась.

Спустя два часа Эльвира сидела на мягком кожаном стуле перед столом главы Министерства. Никогда в жизни ей не доводилось здесь бывать. И оставалось лишь благодарить всех богов мира, что она пришла сюда, как свидетель. Боясь поднять глаза на Ольгу Анатольевну, Эльвира уже во второй раз за сегодняшнюю ночь рассказала историю о своей встрече с молодой вампиршей. Как и в версии, которую она недавно поведала мадам Кристине, она упустила все моменты, которые указывали бы на агрессию с ее стороны или неуважительное отношение к подростку. Она представила все так, словно случайно наткнулась на незнакомого вампира на территории семьи. После того, как девочка не ответила, в каком клане состоит, Эльвира совершила действия, чтобы посмотреть ее запястье.

ГЛАВА 3. Ход ферзем

Сон, полный видений, размывался и ускользал, словно акварельный рисунок, оставленный под дождем. Что-то мешало, не давая сознанию вновь нырнуть в красочные фантазии морфея. Правую руку неприятно жгло, доставляя дискомфорт и всё больше отгоняя сонливость. Поморщившись, девушка приоткрыла глаза, чтобы посмотреть, что послужило причиной боли. Тонкая полоска солнечного света, проскользнув сквозь неплотно задернутые шторы, белым пыльным лучом перерезала пространство комнаты, зацепив и хрупкую узкую ладонь вампирши, лежащую поверх одеяла. Девушка всем телом сдвинулась ближе к стене, чтобы солнце больше не могло её коснуться. Поднеся обожженную ладонь к лицу, она с грустью посмотрела на покрасневшую кожу. Всё же, летнее солнце очень сильное – часа два понадобится на исцеление. И основную часть этого времени будет болеть.

Молодая вампирша не очень любила лето. Дни длинные, ночи короткие, и солнце палит, как раскаленная печка. То ли дело поздняя осень или зима, когда солнышко высоко и можно спокойно гулять в любое время суток.

«Интересно, а в Африке живут вампиры?» – подумала девушка, аккуратно сползая с кровати так, чтобы не попасть в полосу света.

Спать больше не хотелось, а выходить на улицу было рискованно. Даже если полностью одеться, чтобы солнце не касалось напрямую кожи, есть большой риск тепловой удар схватить.

«Лучше уж до вечера поваляться и телевизор посмотреть», – решила она, осторожно подобравшись к окну и плотно задернув шторы.

Теперь, когда солнечный свет более не мог прорваться в ее маленькое жилище, хозяйка комнатки вольготно потянулась, подняв вверх руки, и пошлепала босиком в ванную, включив по дороге телевизор.

Прохладная вода приятно остужала воспаленную кожу. Девушка постояла немного возле раковины, держа обожженную ладонь под струями и разглядывая свое отражение в зеркале. Лохматая, заспанная, с нечищеными зубами – ну истинная звезда какого-нибудь ужастика. Вампирша хищно улыбнулась собственному отражению, скаля белоснежные зубки с чуть удлиненными острыми клыками.

– Моя прееелесть, – протянула она, подражая персонажу из фильма.

Взяв с полочки зубную щетку, она отвернула колпачок с тюбика пасты и выдавила немного его содержимого. Что не говори, а беззубый вампир — это самый страшный образ, который только можно себе представить. Девушка улыбнулась, вспомнив, как мама пугала ее в детстве, что, если она не будет чистить зубы, они все повыпадают. И пусть сейчас она знает, что это были лишь мамины воспитательные страшилки, но привычка следить за личной гигиеной уже выработалась.

Рука почти не болела. Все же ожог был не такой сильный, как показалось вначале. Тщательно чистя зубы, вампирша набрала в стакан воды и вышла с ванной, чтобы посмотреть идущий по каналу фильм: какой-то боевик про ползущих по лесу солдат. С минуту глядя на муки героев и пытаясь уяснить смысл картины, она зевнула и переключила на другой канал. Там как раз шли новости. Бросив пульт на кровать, девушка отвернулась от экрана и набрала в рот воды, направившись обратно в ванную.

– Внимание! Экстренная новость…

Вампирша с любопытством обернулась, полоская горло, и тут же подавилась. Судорожно кашляя, забрызгивая все вокруг водой изо рта, она упала перед телевизором на колени, с ужасом глядя на свой потрет на экране. То, что говорил голос за кадром, было диким бредом. Терроризм? Она террористка? Тело начала бить дрожь. Что же теперь делать?

Первым делом она выключила телевизор. Нужно было побыть в тишине и собраться с мыслями. Отирая лицо ладонью, она огляделась. Вещей было по минимуму. Чтобы собраться и покинуть эту съемную квартиру понадобится минут десять. Но что дальше? На улице ясный жаркий день. Конечно, можно выйти сейчас, но не привлечет ли она своим видом ненужное внимание?

Остаться в квартире до вечера? Арендатор видел ее и ее документы. Возможно, он уже позвонил в полицию и через пару минут в дверь вломятся служители закона. Нет, лучше покинуть эту комнату и дождаться вечера у кого-нибудь из соседей. Гипноз в этом поможет, люди хорошо ему поддаются. А дальше? Уехать из города или затаиться? Хотя нет, выбраться из этого города надо попытаться в любом случае, вот только сделать это сегодня, или немного подождать, пока паника среди людей успокоится?

Быстро собравшись, молодая вампирша тихонько подошла к двери и прислушалась. В коридоре все было тихо. Внимательно оглядев комнату, чтобы удостовериться, что ничего не забыла, она закинула на спину рюкзак и, натянув на голову капюшон, приоткрыла входную дверь. Выглянув в коридор, беглянка убедилась, что там пусто, поэтому поспешно вышла из комнаты и закрыла за собой дверь на ключ. Положив его в карман, с целью потом выбросить, она тихонько сбежала по коридорной лестнице на второй этаж.

Где-то здесь проживал одинокий старик, которого она часто видела вечерами у подъезда. Девушка стала переходить от одной двери к другой, прислушиваясь и принюхиваясь. Возле третьей по счету двери она смогла уловить запах старичка, а вскоре и услышать покашливание и тихие шаркающие шаги за дверью. Вампирша постучала, с нетерпением дожидаясь ответа. Полиция могла ворваться в подъезд в любую секунду. Вновь звук шаркающих шагов и хрипловатый голос спросил:

– Кто?

– Добрый день. Я из социальной службы. Небольшой опрос по поводу планируемого увеличения пенсии. Вы не могли бы открыть дверь?

Несколько секунд ничего не происходило, но вот, к облегчению девушки, в тишине коридора раздался щелчок открываемого замка. Дверь приоткрылась. Из квартиры дыхнуло запахом старости и залежалых вещей. Беглянка твердо посмотрела в почти обесцветившиеся голубые глаза под седыми кустистыми бровями.

ГЛАВА 4. Дикая

Ольга Анатольевна вновь посмотрела на портрет дикой, лежащий на столе. Чувство тревоги никак не покидало. Уже почти две недели прошло с объявления девочки в розыск, а толку никакого. Все пойманные по наводкам были простыми человеческими подростками. Неужели они ее упустили, и дикая скрылась? Или кто-то укрывает ее? А может девочку убрали, чтобы не всплыла история ее происхождения? Но чем ее рождение могло кому-то так мешать? Их, чистокровных, осталось в мире слишком мало, чтобы так разбрасываться детьми. И пусть даже это был плод ошибки, измены, ведь всегда оставалась возможность выдать ее за ребенка какого-нибудь малочисленного провинциального рода из глубинки. Это было бы всяко лучше, чем оставлять девочку жить дикой.

Нет, таким сокровищем нельзя разбрасываться. Надо обязательно прибрать ее к рукам. И все же, чей это ребенок? Глава Министерства вновь открыла досье со списком всех чистокровных вампиров, внимательно пробегая глазами каждое имя и пытаясь вспомнить, чем они занимались пятнадцать-шестнадцать лет назад. Возраст девочки указывал, что ее зачатие произошло вскоре после событий семнадцатилетней давности.

Госпожа Воронова с яростью сжала кулаки, стоило вспомнить о той злополучной ночи. Столько лет прошло, а боль и ненависть не угасли. Напротив, кажется они лишь усиливаются с потоком времени, обрастая, как снежный ком, все новыми негативными эмоциями.

Надо успокоиться. Ольга Анатольевна глубоко вздохнула и постаралась вновь переключиться на дикую. Нет, она определено не может быть ребенком с материка. Рождена за морем? Но почему тогда здесь? Отправили подальше, так как не поднялась рука избавиться? Но тогда опять встает вопрос, почему не отослали в какой-нибудь провинциальный клан?

И ее лицо… Глава Министерства вновь взяла со стола листок с портретом девочки и принялась в сотый раз изучать ее черты. Было в них что-то такое неуловимо знакомое, словно мелодия колыбельной, слышимой при рождении и вдруг навеянной шумом ночного ветерка в листве. Вроде и не знаешь ее, а испытываешь щемящие чувства радостного узнавания. Зазвонивший телефон заставил женщину вздрогнуть. Отложив потрет, она взяла трубку:

– Слушаю.

– Мы нашли ее, – прозвучал в трубке приятный мужской голос, низкий, бархатистый, с чуть хрипловатыми нотками, появляющимися лишь в минуты волнения.

Ольга Анатольевна неосознанно сжала телефон сильнее, сама, вмиг потеряв от новости самообладание.

– Ты уверен, что это она?

– На девяносто девять процентов.

– А где? Где вы ее нашли?

– Как я и предполагал, она попробовала покинуть город автобусом, чтобы не предъявлять документы при покупке билета, – в голосе руководителя отделом службы безопасности слышалось явное самодовольство, но его начальнице было сейчас не до нравоучений.

– Вы ее уже поймали?

– Как раз собираемся. Ладно, позвоню по окончании операции.

– Дима!

Мужчина уже хотел сбросить звонок, но услышал оклик и вновь приложил телефон к уху:

– Да?

– Ты с ней поаккуратнее. Не навреди ей. Постарайся договориться.

– Что я, изверг, по-твоему? – усмехнулся он и нажал отбой.

Отхлебнув кофе из стаканчика, довольно паршивый на вкус, надо сказать, он поставил его вновь на узкую столешницу, тянущуюся вдоль высокого окна, занимающего всю стену автовокзала со стороны парадного входа. Переместив вес тела вперед, мужчина удобнее уселся на высоком барном стуле, поставив ботинки на подножку и, облокотившись локтями на столешницу, положил подбородок на сцепленные в замок пальцы. Со стороны могло показаться, что мужчина наслаждается панорамой ночной улицы, открывающейся для него в окне автовокзала, в ожидании рейса своего автобуса, но на деле Дмитрий следил за залом ожидания, отражающимся в стекле.

А если быть более точным, то за хрупкой невысокой девушкой, сидящей в кресле и листающей ленту социальных сетей в телефоне. Мужчина усмехнулся, отмечая сообразительность дикой. Девочка явно была не глупа, вот только профессионализма не хватает. Нет, внешне к ее перевоплощению было не придраться. И будь он менее внимателен, то, возможно, и сам бы ее пропустил, когда следил за входящими на автовокзал людьми. Она допустила лишь одну ошибку. Одну секундную заминку, которая перечеркнула все ее труды конспирации и надежды остаться незамеченной.

Когда дикая зашла в здание автовокзала, то ее взгляд наткнулся на охранника в форме, и она, словно налетев на невидимую стену, сделала крохотный шажок назад, словно передумала уезжать, или, вдруг, вспомнила о чем-то важном, оставшемся дома. Казалось, девушка в нерешительности. Но в следующую секунду она расправила плечи и уверенно прошла к кассам.

Девушка остановилась лишь на мгновение, но больше Дмитрий не выпускал ее из своего поля зрения. Он старался разглядывать подростка незаметно, сопоставляя ее внешность с составленным проституткой портретом. Да, это без сомнения она. Вот небольшой аккуратный носик и пухлые губки, еще более выделяющиеся на худом личике из-за влажного блеска помады. Волосы темнее, чем по описанию, но это легко подделать. За желтыми стеклами очков угадываются большие, чуть раскосые глаза.

Чистокровная дикая? Разве такое возможно в их мире? Весь ее хрупкий образ рождал миллионы вопросов и догадок, словно перед ним была не маленькая вампирша, а описанное в сказках и легендах мифическое существо, на вроде единорога или феникса. С самого первого доклада о ней главе службы безопасности МБК казалось, что он пытается выследить невидимку. Бесплотного эфемерного призрака. Выдуманного героя городской легенды. И теперь, когда она так близко, а Дмитрий подсознательно чувствовал, что эта девочка именно та дикая, которую они столько недель искали, ему хочется подойти и коснуться ее. Удостовериться, что она не плод воображения.