Дикая в клетке. Яд для твоего поцелуя.

Глава 1. Последний ужин

Сегодня я решила, что убью своего мужа.

Не сразу. Не с первого раза. Я отравлю его медленно — глоток за глотком, поцелуй за поцелуем. Говорят, мышьяк оставляет вкус горького миндаля. Но я выберу нечто более утончённое. Как он сам.

— Ты сегодня странно молчишь, — голос Алексея разрезает тишину идеально сервированной столовой. — Неужели у тебя появились секреты, дорогая?

Он сидит во главе стола, как паук в центре своей паутины. Чёрный пиджак, белая рубашка, расстёгнутая на одну пуговицу. Серебряный нож в его руках ловит свет хрустальной люстры, и я невольно смотрю на лезвие. Интересно, сколько раз он держал в руках настоящий скальпель? Я знаю — сотни. Но в этот момент я вижу хирурга, который готов вскрыть меня, не моргнув глазом.

— Нет, дорогой, — я улыбаюсь, обводя пальцем край бокала с красным вином. — Просто думаю, что мы могли бы начать всё сначала.

Он смеётся. Этот смех звучит как стеклянная дробь.

— Сначала? После того, как ты дважды пыталась сбежать? — его глаза сужаются. — Ты моя собственность, Лиза. «Контракт» подписан кровью. Не забывай.

Я помню каждую букву этого контракта. «Супруга обязуется проживать с супругом в браке сроком на пять лет. В случае нарушения — штраф в размере 500 миллионов рублей». Я подписала его, когда мне было девятнадцать. Думала, это любовь. Думала, он спасёт меня от долгов семьи. А оказалась — золотая клетка.

— Я и не забываю, — мой голос звучит мягко, как шёлк, которым застелена наша кровать. — Просто сегодня я хочу тебя кое о чём попросить.

Он откладывает нож и смотрит с интересом. Я знаю этот взгляд. Он означает «развлеки меня».

— Говори.

— Позволь мне устроить вечеринку. Завтра. В честь нашей годовщины. Я хочу, чтобы все видели, какие мы счастливые. — Я склоняю голову, позволяя волосам упасть на лицо, чтобы он не заметил дрожи в губах. — Я больше не буду бороться.

Он молчит целую минуту. Я слышу, как тикают часы на камине — старинные, с кукушкой из чистого золота. Когда я была маленькой, такие часы казались мне сказкой. Теперь они похожи на обратный отсчёт.

— Хорошо, — наконец произносит он. — Развлекайся. Но ты знаешь правила: ни одного взгляда в сторону мужчин. И если кто-то приблизится к тебе ближе, чем на метр, — он делает паузу, улыбаясь, — я вырежу ему печень. Прямо на глазах у гостей.

Я киваю, чувствуя, как адреналин разливается по венам. Всё идёт по плану. Потому что среди гостей будет он. Тот, кто обещал мне свободу. Единственный человек, который убьёт Алексея раньше, чем я успею отравить его шампанское.

Но он ещё не знает, что я тоже ношу свой яд. В каждом вздохе, в каждом поцелуе, в каждой лжи, которую я ему скажу.

Глава 2. Призрак из прошлого

Вечеринка началась в восемь вечера.

Гости прибывали в наш особняк на Рублёвке, как мухи на мёд. Женщины в бриллиантах, мужчины в смокингах. Никто не знал, что происходит за закрытыми дверями. Они видели лишь идеальную пару: прекрасный хирург и его юная жена. Я улыбалась, сжимая в руке бокал с водой — алкоголь я себе позволить не могла. Алексей следил за каждым моим глотком.

— Лиза, ты прекрасна сегодня, — прошептал он мне на ухо, касаясь губами мочки. — Жаль, что это всего лишь спектакль.

Я вздрогнула, но не от злости. От предвкушения.

В центре зала играл струнный квартет. Толпа гудела, пахло духами «Шанель» и мужским лосьоном после бритья. Я скользила между гостями, как призрак, пока не заметила его.

Он стоял у окна, засунув руки в карманы брюк. Светлый костюм, галстук сбит набок, в руке — бокал с виски. На вид — расслабленный, почти скучающий. Но я знала. Я чувствовала. Когда он повернулся, наши взгляды встретились.

Сердце пропустило удар.

Он был высоким. Смуглым. С хищным изгибом губ и глазами цвета мокрого асфальта. В них не было ни капли нежности — только сталь и опасность. Именно таким я его запомнила два года назад. Ночь в отеле «Метрополь». Его руки на моей талии. Шёпот: «Если тебе когда-нибудь понадобится исчезнуть — позови».

Я думала, это была случайность. Но теперь он стоял здесь, в моём доме, и улыбался так, будто знал каждую мою мысль.

— Кто это? — голос Алексея прозвучал за моей спиной, как выстрел.

Я обернулась. Муж смотрел на незнакомца с холодным любопытством. В его руках появился нож — тот самый, серебряный. Он вертел его, как игрушку.

— Не знаю, — я пожала плечами. — Наверное, кто-то из твоих коллег.

— Мои коллеги не носят таких часов, — Алексей кивнул в сторону запястья незнакомца. — «Патек Филипп». Такие носят те, кто привык убивать и не оставлять следов.

Я почувствовала, как дрожь побежала по позвоночнику.

— Я пойду поздороваюсь с гостями, — быстро сказала я и нырнула в толпу, прежде чем муж успел меня остановить.

Незнакомец не двигался с места. Он ждал меня. Когда я подошла, он протянул руку, и я вложила в неё свою. Ладонь была горячей, сухой, с мозолями на костяшках. Боец. Или убийца.

— Матвей, — представился он, целуя мои пальцы. Его губы задержались на долю секунды дольше, чем следовало. — А вы, очевидно, та самая Лизавета. Та, что хочет сбежать.

Я дёрнулась, но он не отпустил мою руку.

— Тише, — прошептал он, наклоняясь к моему уху. — Я здесь по вашему приглашению. Мы оба знаем, что это за ночь. — Его пальцы сжали мои сильнее. — Но есть одна проблема.

— Какая? — выдохнула я.

Матвей улыбнулся, и в этой улыбке было столько же яда, сколько красоты.

— Ваш муж уже знает, кто я. И он пригласил меня не на ужин. Он пригласил меня в свой кабинет. Через час.

Я закрыла глаза. Всё пошло не так. Сценарий, который я писала два месяца, разлетался на осколки.

— Вы боитесь? — спросил он, и в голосе появилась насмешка.

— Я боюсь только одного, — ответила я, глядя ему в глаза. — Что вы предадите меня, как все остальные.

Матвей отпустил мою руку и сделал шаг назад. Свет люстры упал на его лицо, и на мгновение я заметила тонкий шрам, идущий от виска к скуле. Шрам, которого не было два года назад.

— Не беспокойтесь, — сказал он, отходя в сторону толпы. — Мёртвые не предают.

Я осталась одна среди шума и смеха, сжимая в руке салфетку. На ней, вышитое золотыми нитками, было написано: «Кабинет. 22:00. Будь готова убить».

Я скомкала салфетку и сунула в карман платья. Сердце колотилось так, что казалось, его слышно в каждой комнате.