Дитя крови

От автора

Посвящаю эту книгу нашим близким

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!

Хэппи-энд в этой книге будет не у всех героев

Пролог

По хвойному мрачному лесу шел охотник. Это был простой человек, невежественный, но добрый. Почесывая бороду — едва ли не главную свою гордость, — он вглядывался в следы на земле. Кажется, здесь пробежала раненная олениха. Что ж, неплохо, если он поспешит, то догонит ее.

Закинув лук за спину, охотник направился по следу в глубь чащи, как вдруг навстречу ему вышла девушка. Она походила на невесомую нимфу, прекрасную и неземную, лишь кожа ее немного отдавала белизной, но что только не примерещится в дремучем лесу. Охотник замер, уставившись на дивное создание — еще никогда он не видел таких красивых женщин. Хрупкая, нежная, изящная — она плыла, а не шла.

Охотник настолько увлекся прекрасным видением, что позабыл обо всем на свете. Взгляд его неотступно следовал за приближающейся девушкой. Вот она оказалась совсем рядом, подняла на него свои черные, как ночь, глаза и улыбнулась. О, что это была за улыбка! Сердце охотника бешено застучало в груди, он потянулся к красавице, но тут же почему-то почувствовал слабость. Он покачнулся, схватился за шею и, уже падая, заметил, что вся ладонь его была в крови. Последнее, что он увидел — это прекрасные черные омуты глаз, — а потом все померкло. Жизнь покинула его тело…

…— Неплохо.

Вампирша поднялась от еще теплого человека и оглянулась. Между деревьев стоял ее сородич, его алые глаза сверкали ярче рубинов. Девушка вновь склонилась к своей жертве, выпивая ее досуха. Лишь когда красавица насытилась, она уделила внимание вампиру.

— Надеюсь, что ты не будешь отстаивать и дальше свою абсурдную позицию и утверждать, что я негодная охотница! — с видимой грозностью произнесла она.

Мужчина тихо и холодно рассмеялся, а потом подошел к ней, остановившись всего в паре дюймов. Они были настолько близко, что это сводило их с ума.

— У тебя свой стиль охоты, — признал ищейка. — Мы хороши каждый по-своему.

Девушка цокнула:

— Выкрутился. А как будешь решать второй наш спор?

— Какой? — удивился вампир.

— О том, кто все же лучше.

— Я тебе не уступлю, — выпалил мужчина прежде, чем подумал.

Девушка поморщилась, но даже это она сделала красиво.

— Ты такой упертый… Прежние мои любовники были куда более покладистыми.

— Ты хочешь сказать, что они быстрее становились перед тобой на колени?

— Ты зришь в корень.

— Я никогда не встану перед тобой на колени, — отчеканил гордец.

— А как же ты будешь делать предложение? — с лукавой искоркой в алых глазах поинтересовалась девушка.

— Ты так уверена в моих намерениях?

— Значит, ты врал, что я твоя хес'си? Что я твоя единственная и любимая?

В один миг в алых глазах мужчины разгорелось пламя истинной любви.

— Нет, никогда! Только ты, — прошептал он, целуя ее запястье. Когда кончики его клыков коснулись нежной кожи, девушка едва заметно вздрогнула. Взгляды их встретились, и слова уже были не нужны, но мужчина все равно произнес, ласково и страстно одновременно:

— Пусть Тьма соединит нас. Навеки.

— Навеки, — прошептала вампирша в его губы, и поцелуй их подтвердил клятву. Не было для них жизни друг без друга, сейчас и в грядущую вечность.

Часть 1. Видение Света

Глава 1. Вещий сон

Два тысячелетия спустя

1938 год от Великого Нашествия

Рестания

Вокруг было пламя, все тело его горело, он чувствовал, как слезает кожа, как плоть коптится, как черной сажей покрываются кости. Он сгорал раз за разом, пока каждый миг этой агонии не отпечатался в его разуме. Он пытался выбраться, пытался спастись, но ничего не получалось. Сияющие тени скользили вокруг него, они осуждали его, они приговорили его. И он чувствовал душою своей, что заслужил наказание, заслужил эту невыносимую боль, страшную смерть. И он раз за разом горел, бился в путах, видел вокруг лишь пламя и тени, тени братьев своих…

Преступник. Предатель. Убийца.

Он наказан, наказан за свое преступление, за нарушение клятвы. Руки его в крови, и не может он больше зваться воином Света. Теперь он убийца, и горит его плоть, сжирает его заживо пламя ненависти чужой.

Боль, лишь боль. Но страшнее всего осознание, что он заслужил ее…

И крик его разносится по всему миру, когда его вновь сжигают, когда плоть слезает с костей, когда он рассыпается прахом…

…Боль схлынула, словно волна, отступая обратно в море, но дожидаясь своего часа. Он долго не мог понять, где он. Пытался сосредоточиться, вспомнить, но тело еще болело, кожа еще чувствовала на себе жар огня, а разум продолжал петлять в дебрях кошмара. Наконец он смог осознать, что лежит в постели. Под спиной ощущалась мягкая ткань, под головой лежала подушка. Струи пота стекали по лицу и телу, грудь тяжело вздымалась. Он лихорадочно вглядывался во тьму комнаты, пытаясь справиться с истиной, которая открылась ему.

Рядом кто-то зашевелился, и из-под горы одеял появилась довольно миловидная девушка с длинными черными волосами и заспанными серыми глазами.

— Шели? Что случилось? — пробормотала она, склоняясь к нему. Ее волосы скользнули по его груди, и он почувствовал, как боль отпускает его, пропадают даже отголоски.

Он постарался улыбнуться Тейре и заверил ее:

— Все хорошо.

Он хотел было подняться, но вовремя сообразил, что ему не хватит сил. Судя по взгляду Тейры, который становился все более тревожным, от нее не укрылось его печальное состояние.

— Хорошо? — фыркнула девушка, кладя ладонь ему на лоб. — Ты весь мокрый и горячий…

— Прямо мечта всех женщин, — хрипло рассмеялся он.

— Некрасиво воровать шутки у младшего брата, — пожурила его Тейра вроде бы с улыбкой, но глаза ее оставались серьезными. — Что случилось? Кошмар? Опять приснился алтарь?

В голосе ее звучало неподдельное беспокойство, и в сердце Шелиаса вмиг расцвела благодарность и признательность за ее заботу. Тейра дарила ему столько любви, сколько он не заслуживал. И ради нее стоило промолчать, скрыть пугающую правду.

— Нет, это… пустяки, — произнес он легко, словно до сих пор не чувствовал пламя на своей коже. Он сел, решительно, но мягко отстранив Тейру. — Пойду выпью воды. Надо немного передохнуть… Не волнуйся, я всего лишь переутомился, слабое тело впустило в разум кошмар.

Тейра внимательно выслушала все его оправдания, тяжело вздохнула и, смирившись, легла обратно в теплую постель. Шелиас же, наоборот, поднялся и накинул на плечи халат. Все его мысли были лишь о будущем, которое он увидел.

— Шели, — позвала его Тейра, когда он уже был у двери.

— Что? — Он обернулся.

— На столике стоит графин с водой. — Ее изящный пальчик указал на прикроватный столик, где, и правда, стоял полный кувшин воды.

На миг растерявшись, Шелиас подумал о том, чтобы сейчас сказал его младший брат Тели.

— Она невкусная, — отбрехался он, прошмыгнув в дверь, пока Тейра не вознамерилась перехватить его, лишить способности к передвижению и допросить. Учитывая, что его возлюбленная служила инспектором в Управлении и мастерски расследовала самые сложные дела, шансов у лорда Шелиаса де Лантара не было. Но Тейра не погналась за ним, чтобы выбить правду, вместо этого она дала ему возможность побыть одному. И за это он тоже был благодарен ей. Она всегда его понимала, эта удивительная женщина. Он благодарил Свет и Судьбу за тот миг, когда они встретились… По крайней мере, так было раньше, но сейчас… сейчас все изменилось… изменилось…

Шелиас спустился на первый этаж и в темноте коридора прошел на кухню. Так как в доме все спали, то здесь никого не было, лишь зола в камине еще хранила тепло. Вздрогнув при взгляде на нее, Шелиас прошел к столу и сел на один из высоких стульев без спинки. Протянул руку к графину с водой, стоящему рядом, и замер.

— М-м-милорд? — спросил повар, выбредая из каморки и подавляя зевок. В кухню вел коридор, в который выходили комнаты для слуг, а Джер всегда обладал хорошим слухом, неудивительно, что он услышал своего господина — вопреки своей эльфийской крови Шелиас шумел так, что самому стыдно было. Но у него не было сил, чтобы тихо поставить графин на стол, а не грохнуть так, что весь дом сбежится.

— Вам что-нибудь приготовить? — сонно поинтересовался оборотень, приваливаясь к косяку и почесывая свое немаленькое пузо.

— Нет, Джер, иди спать, все хорошо, — повторил Шелиас, слабо улыбаясь.

— Точно? — с подозрением спросил заботливый слуга. — Ну лад-д-дно, — зевнул он. — Вон в том ящике кусок солонины припрятал, если захотите… — Джер развернулся и побрел обратно в свою комнату, зевая еще сильнее.

Когда Шелиас наконец остался один на огромной кухне, он позволил себе выдохнуть. Несмотря на добрый нрав и готовность помогать всем вокруг, сейчас он не хотел никого видеть.

Дрожащей рукой налив себе воды, он так и замер, глядя на блики на ее поверхности. Это был не сон… С того самого момента, как Шелиас дал клятву и принял титул лорда-инквизитора, он слышал голос Света, их покровителя. Свет никогда не оставлял своего посвященного, Шелиас чувствовал его незримое присутствие. Иногда покровитель дарил ему видения о будущем, которые позволяли спасти невинные жизни — за эту сторону своего таланта Шелиас был благодарен. Немногим Свет открывал свои истины, но лорд де Лантар был счастливым исключением. Избранный Света, он всегда мог рассчитывать на своего покровителя, его незримую помощь и поддержку. Но иногда происходило то, на что Шелиас не мог повлиять. Свет даровал ему видения — и он это знал, — которые показывали будущее, не поддающееся изменениям. Это была та самая Истина. Всего несколько раз за свою жизнь Шелиас получал такие видения, он пытался изменить будущее, как-то повлиять, но… Свет четко указывал, кто погибнет, и так и случалось. Не под силу даже Верховному паладину было изменить это будущее. И он знал об этом. Когда Свет даровал ему эти видения, он чувствовал, что это неизменно, что его воля и желание ничем не помогут. И все равно он не смирялся, ведь речь шла о жизни невинных людей и нелюдей. Но то были другие, а теперь он получил предсказание о своей собственной судьбе…

Глава 2. Сестра Владыки

Мелитэя, сестра Владыки вампиров, обладала одной уникальной особенностью, отличавшей ее, пожалуй, от всех сородичей — полное несоответствие внешнего и внутреннего. Мелитэя выглядела, как невысокая изящная девушка с кукольным личиком, большими глазами и милой улыбкой. Она не была безумной красавицей, в этом ее опережала Анабель, супруга младшего брата Мелитэи, но что-то было притягательное в этих лучистых глазах, в этой беззаботной улыбке. Маленькая прекрасная куколка, которая покоряла всех своим очарованием и детской кокетливостью. Да, именно на куколку походила Мелитэя, пленяя сердца мужчин своей мнимой беззащитностью. Но ее внешний вид был ширмой. Все ее очарование исчезало, стоило ей только открыть рот, потому что Мелитэя обладала поистине стервозным характером, обожала язвить и демонстрировать свой острый ум, а также являлась одной из лучших ищеек — охотников — Твердыни. Среди вампиров она пользовалась всеобщим уважением, вызванным ее неоспоримыми достоинствами, однако мало кто желал и мог общаться с ней дольше положенного приличиями минимума. За исключение, конечно, ее драгоценного супруга, Марка. Он тоже был ищейкой. Это призвание, а не роль, навязанная общество, была единственной их общей чертой. Кроме их любви. Потому что Марк отличался от Мелитэи, как матерый волк отличается от болотной гадюки. Они даже внешне не сочетались — Марк был высоким статным, но чересчур мрачным мужчиной с длинными стальными волосами, которые он всегда завязывал в хвост. Лицо его отличалось острыми чертами. Даже когда он находился в спокойном состоянии, все в нем кричало о том, что он вампир, опасное чудовище. Никогда бы в жизни Марка не спутали с человеком. Он был опасным клинком, ищейкой, на чьем счету были многие тысячи жертв. Горгульи, верные и вечные стражи вампиров, до дрожи в своих мохнатых коленях боялись одного из старейших охотников. Да и сами сородичи Марка предпочитали обходить его стороной. Его боялись и уважали, мальчишки-вампиры мечтали стать такими же ловкими и смертоносными ищейками, как он. В общем, Марк был ярким представителем своей расы, к тому же обладал такими замечательными (с точки зрения общественности) чертами, как молчаливость и мрачность. Другое дело — его супруга. Мелитэя, как уже говорилось, была невысокого роста, с кукольным личиком и милой улыбкой. Ее каштановые волосы вечно пребывали в беспорядке, а белоснежная рубашка сползала с плеч почти до самого корсета — черного и жесткого, подчеркивающего ее прекрасную фигуру. Образ завершали черные кожаные штаны и высокие сапоги с ремешками. Мелитэя была прекрасна, соблазнительна и коварна. Они никак не подходила мрачному и сдержанному Марку, особенно учитывая тот факт, что Мелитэя, вопреки вампирскому обычаю и образу жизни, прямо-таки кипела энергией и могла "трещать без умолку". Окружающие ее недолюбливали, хоть и уважали. Она, как и Марк, была одним из старейших вампиров. Но как же они со своим супругом отличались! В Твердыне все четко знали, что Мелитэя и Марк — не пара, однако именно эти двое прожили в мире и любви более двух тысячелетий.

— Марк? Марк! Марк! — Голос Мелитэи мог быть чарующе прекрасным, она завораживала своим голосом безвольных жертв, но сейчас она вопила хуже, чем летучая мышь, которой отрезали оба крыла.

— Да, хес'си, что случилось? — совершенно спокойно поинтересовался Марк, которого уже раз десять впечатали лицом в подушку — настолько Мелитэя интенсивно его трясла.

— О, я тоже тебя люблю, — тут же растаяла вампирша, целуя его в бледную щеку. — У нас сегодня совместная тренировка, ты помнишь?

— Конечно, но ведь она ближе к рассвету, — заметил Марк, поднимаясь и принимаясь одеваться. Вампиры не спали в обычном понимании этого слова, они дремали, погружаясь в некоторое подобие сна, которое замедляло течение мыслей в их голове и позволяло отвлечься от ночной суеты. Солнце не причиняло вампиром страданий, как считали необразованные крестьяне, но оно вытягивало из них силы и ухудшало настроение (в случае с Мелитэей это могло привести к ужасным последствиям). Поэтому днем все вампиры предпочитали спать. Твердыня располагалась у Западных гор, крепость была выбита прямо в скале. Большинство помещений здесь не имело окон, и вампиры могли в свое удовольствие отдыхать столько, сколько им вздумается — если, конечно, они не имели при этом шебутной жены, способной растрясти даже покойника.

— Тренировку планировали провести ближе к рассвету, — акцентировала внимание на прошедшем времени Мелитэя. — Но Ленар опять повздорил с Дейром и Диамом, в итоге горгульям досталось… В общем, если ты сейчас не пойдешь и не успокоишь всех этих одаренных, то до тренировки они не доживут. Я бы сама сходила, но ты ведь знаешь, что если я там появлюсь, то малыш Ленар лишится головы.

Марк поправил манжеты простого серого камзола, который успел надеть за время монолога жены, и с благодарностью посмотрел на свою супругу. За годы брака ему удалось приучить Мелитэю к мысли, что необязательно все портить, лучше некоторые вещи оставить мужу. При всей своей нелюбви к общению, Марк умел разговаривать с окружающими так, чтобы не вызывать у них желание убить его. А вот Мелитэя, как и ее младший брат Ленар, обладали даром сеять хаос везде и всюду, включая отношения с окружающими.

Завязав свои стальные волосы в низкий хвост, Марк поймал заинтересованный взгляд Мелитэи. Несмотря на простоту в одежде, образ ищейки притягивал женские взоры. Особенно падка оказалась Мелитэя. Марк всегда удивлялся этому, ведь он ни разу в жизни не ставил себе задачу привлечь и очаровать противоположный пол — в отличие от самой Мелитэи.

— Обожаю, когда ты охотишься, — прошептала она, чуть отклоняя голову. У вампиров этот жест означал возбуждение.

— Хочешь присоединиться? — удивился Марк, зная ответ на свой вопрос.

— Нет конечно! Моя охота — лишь моя! — поморщилась Мелитэя и добавила, сверкая глазами: — Но мне нравится смотреть, как ты учишь мальчишек сражаться. Это так возбуждает!

Глава 3. Трудное дело инспектора Тейры

Рестания, или как ее называли, Столица Мира, была самым большим и густонаселенным городом. Центр торгового и политического мира, Рестания всегда жила хорошо. Конечно, иногда через нее прокатывались войны, но бо́льшую часть времени город жил и процветал. Возвышались золотые шпили Академии Трех Солнц, самого знаменитого учебного заведения, стоял в Старом Квартале Храм Забытых Богов — самый древний из ныне построенных. Пока совсем рядом, в человеческих землях, гремели страшные войны, Рестания все богатела и ширилась. О жизни здесь мечтали многие, город казался людям и нелюдям их тропинкой к счастью. Что ж, по сравнению с другими королевствами, Рестании действительно было чем выделиться. Все открытия, все новые изобретения, магические формулы, научные изыскания — все происходило здесь. Не зря же именно в Рестании стояла знаменитая Академия! Здесь даже имелось свое Управление, в котором трудились инспектора — люди и нелюди, занимающиеся расследованием преступлений. Небывалое достижение! В людских, да и в других королевствах, этим занималась городская стража, но пример Рестания показывал, что более эффективно работа происходит у специально обученных следователей. Управление существовало уже очень давно, и пусть занятие инспекторов считалось уважаемым, золота оно приносило очень мало. К тому же работать приходилось едва ли не сутками! Наверное, поэтому сюда шли лишь самые, кхм, увлеченные личности, для которых принципиально важно было стоять на страже закона и порядка.

Такой была и старший инспектор Тейра Рос, которая сейчас сидела в своем кабинете — старшим инспекторам полагалась отдельная комната, и никого не интересовало, что она по размерам сравнима чулану. Учитывая количество работы и масштабы помещения, здесь часто царил бардак. Вот и сейчас Тейра усиленно рылась в кипе пергаментов, надеясь отыскать нужный. Бесконечные протоколы, допросы свидетелей, описания места преступления, улики и собственные заметки — непосвященный, зайдя в кабинет старшего инспектора Рос, мог серьезно обеспокоиться тем, что все эти бумаги скоро погребут под собой нерадивую хозяйку. Но это, конечно, была лишь видимостью: во-первых, Тейра хорошо ориентировалась в своем бардаке, а во-вторых, он сопровождал ее уже много лет. И дело было вовсе не в безалаберности инспектора, а в огромном количестве работы. Здесь даже самый рьяный педант не смог бы установить порядок.

В самый разгар поисков нужной бумажки Тейру довольно грубо отвлекли — после короткого стука к ней ввалился коллега и друг, бугай Керн.

— Роешься? — хохотнул он, потирая сбитые костяшки. — А мы только-только взяли банду Косого.

— Пришел похвастаться? — фыркнула Тейра. — Тогда лучше к начальству, это оно по головке гладит.

— Ага, так меня этот котяра и погладит! Жорж, оборотень уродский, до сих пор не может простить, как я его лет двадцать назад по башке треснул! Уже и срок давности прошел, меня бы даже по закону не привлекли, а он, зануда лысая, до сих пор помнит!

— Видать, крепко ты его треснул, — хихикнула Тейра, вытаскивая из низа особенно высокой стопки один тонкий лист пергамента. Как при этом ей удалось не уронить все остальное, осталось загадкой, известной лишь работникам Управления.

— Так что ты приперся? — не очень вежливо поинтересовалась Тейра, протискиваясь к своему скрипящему стулу и плюхаясь на него. — Вот гадство! Почему у паладинов за повышение дается титул и земли, а у нас — стул для пыток!

— Ты еще недостаточно повысилась, — хохотнул Керн, приваливаясь к двери — только возле нее имелось более-менее свободное пространство. — Давай, раскрой это дело про дюжину несчастных девиц, как раз получишь место второго заместителя. Их, кстати, правда, уже дюжина?

— Да, — разом помрачнев, ответила Тейра. — А к Жоржу я не хочу, и так хватает его ворчания… Сам бы попробовал найти этого сумасшедшего!

— Ты все же думаешь, что это какой-то безумец? — скептически поинтересовался Керн. — По-моему, похоже на местных грабителей и бандитов, надругались над девчонкой и закололи ее.

— Задушили, — поправила его Тейра, внимательно вчитываясь в текст. — И наши местные красавцы точно не будут вырезать на спинах у жертв символы, согласись.

— Да уж, скорее, пойдут новую подружку искать!.. Я, вообще-то, по другой причине зашел…

— Похвастаться? Получилось. Но хвалить не буду, за этим — к начальнику.

— Обидчивая лысина меня хвалить не будет.

— Если бы ты придумывал для него поменьше прозвищ, он бы не был столь обидчивым… Когда-нибудь тебя выпрут из Управления, Керн.

— Скорее, меня прибьют при задержании. Вон, опять все кулаки стесал, пока разбирался с молодчиками Косого… Эх!

Керн еще хотел что-то сказать, но тут в дверь вежливо (не с ноги) постучались. Керн поморщился, мигом сообразив, кто наведался к подруге.

— Войдите! — крикнула Тейра, не поднимая головы.

— А я, пожалуй, пойду, — пробормотал второй инспектор и ухитрился при своих габаритах протиснуться в открывающуюся дверь. Пропустивший его паладин удивленно приподнял брови, но промолчал. Стефан, как и его ближайший друг и соратник, Шелиас, был исключительно неконфликтным и нелюбопытным существом.

Тейра оторвала голову от бумаг, ухмыльнулась и кивнула:

— Доброго дня, Стеф, пришел за своим?

— Да, я подумал, что у тебя уже все готово.

— Готово-готово, я для Ордена сразу все сделала. — Она принялась рыться в стопках, которые начали опасно покачиваться.

Стефан проследил взглядом за самой активной "башней", а потом заметил:

— Спасибо, твоя помощь неоценима.

— Аа! — отмахнулась Тейра. — Шели попросил, я сделала, мне и ребята наши помогли. Только не могу понять, какого демона вы не можете по-нормальному все сделать, через начальство?

— Начальник Управления обещал помочь, но ответа мы так и не дождались.

— А когда Шелиас ему писал?

— В прошлом году, по осени.

— А, ну тогда я знаю, кому Жорж поручил заниматься этим делом, неудивительно, что вы так и не получили ответ.