Дочь морского бога

Глава 1. Лорд-декан

— У нас гости, — сварливо объявила экономка, высверливая меня взглядом. — Потрудитесь принять их.

Даже “госпожа” не добавила. Ясно давала понять, какое место я занимаю в семье, а заодно в доме тётушки. Досадная помеха. Бедная родственница, преступно не вышедшая замуж, пока была в возрасте. Сейчас я старая дева. Скучная, занудная студентка королевской магической академии Весталии. Слишком светловолосая и голубоглазая для рода Нейшвиль. Что поделать, внешность я унаследовала от матери. Отец изрядно прогневал близких, взяв замуж иностранку. Он любил её, но этого оказалось мало. Хрупкую леди Книссет сживали со свету, пока её муж путешествовал по трём королевствам, разыскивая реликвии Хиашимских колдунов. Мама умерла в прошлом году от болезни лёгких, а меня отдали на попечение тётушки Маргри.

“Только на время каникул, — обещал отец. — Осенью ты вернёшся в академию”.

До вожделенного отъезда оставались две недели.

— У меня не может быть гостей, — отрезала я. — Доложите госпоже Нейшвиль.

Экономка напоминала статую у входа в главный корпус академии. Старуха с блёклой кожей и почти белыми волосами. Серая униформа из мятого льна вблизи была похожа на камень. Не говоря уже о вечно простуженном голосе и скверном характере. “Вы слишком много сахара кладёте в чай. Юной леди до свадьбы нельзя поправляться”.

Ах, вот в чём дело! Тётушка решила, если не сосватать меня, то скомпрометировать! Подговорила кого-то из своих знакомых, он приехал в гости, пока её нет. Невинный разговор на деле, а по слухам полноценное свидание. И вот я уже вынуждена согласиться на свадьбу с каким-нибудь толстым и лысым чиновником из министерства. Ну уж нет!

— Госпожа ещё не вернулась из поездки, — ожидаемо возразила экономка. — А гости приехали к вам. Лорд Роджер Этан-Бейли, декан факультета исследования морских глубин, и господин из тайной канцелярии Его Величества.

Час от часу не легче! Почему старая карга, нарушив все нормы этикета, не представила гостей сразу? Ох, да кого я обманываю? Лорд Этайн-Бейли её попросил. Догадывался, что я захочу сбежать, едва услышав его имя. Невыносимый тип! Как его назначили деканом с таким-то моральным обликом? Присылать цветы собственной студентке! Зазывать в закрытую секцию библиотеки с обещанием показать нечто интересное. Такое, что я не смогу устоять. Нет, Роджер. Я успешно отшила всех предыдущих женихов и с вами справлюсь.    

— Хорошо, я приму их, — сказала я экономке. — Потрудитесь накрыть чай в изумрудной гостиной.

— Я уже накрыла в янтарной, — она вздёрнула нос и высокомерно поджала губы. — В семье Нейшвиль принято гордится предками, а их портреты висят только там. 

— Надеюсь, вы протёрли с них пыль, — не удержалась я от подколки. — И украсили стол цветами из семейного сада. Уже приказали садовнику подать к столу свежей вишни? Самой лучшей вишни во всей Весталии.

Разминки перед пикировкой с лордом-деканом не получилось. Экономка меня игнорировала! Смотрела строго и продолжала поджимать губы. Хорошо. 

— Я принесла вам украшения, — сказала она так, словно жалела, что несносную леди-племянницу нельзя выпороть. Хотя почему “словно?” — Без них ваше платье выглядит простым и бледным.

За творение портных с Длинной улицы стало обидно. Приличная клетчатая шерсть на юбке в цветах академии, синем и светло-коричневом, а сверху накидка из голубого муслина. То, что нужно для непредсказуемого климата северной Весталии. Если утром светит солнце, то нужно десять раз подумать, стоит ли выходить во двор в летнем платье.

— Хорошо, — сдалась я, принимая коробочку, обитую чёрным бархатом.

Нет, тётушкиной щедростью тут даже не пахло. Экономка принесла мои собственные серёжки с сапфирами и кулон на цепочке. Наследство от мамы. Большая часть украшений лежала в банке, дожидаясь моего замужества, но этот комплект отец разрешил взять с собой в академию. Я надела их, не чувствуя разницы. Ни одно золото меня не изменит. И уж точно не повлияет на отношение лорда-декана. Хоть в грубой холстине к нему выйду — увижу всё тот же пристальный взгляд с искорками интереса.       

Подобрав юбки, я отправилась в янтарную гостиную. Мужчины встали для вежливого приветствия. Сквозняк из приоткрытого окна шевелил рыжие волосы Роджера Этан-Бейли. Образ коренного мальмийца дополняли ярко-зелёные глаза. Да, лорд-декан тоже был иностранцем. Младший сын короля Мальмы, настоящий принц и видный учёный. Сегодня он сменил форменный мундир академии на элегантный дорожный костюм. Серый пиджак с серебрянной вышивкой, светлые, почти белые, бриджи и сапоги для верховой езды. 

— Леди Нейшвиль, — декан и его спутник поклонились. — Позвольте представить вам господина Гарольда Прима. Действительного королевского советника тайной канцелярии.

Маг-сыщик был высоким и высохшим, как старое дерево. Одну руку он держал за спиной, а другой постукивал набалдашником трости по бедру. Я сразу сообразила, кто передо мной. Гости тётушки из министерства называли его Хромой.

— Большая честь лично познакомиться с дочерью великого путешественника, — он приподнял бровь и слегка склонил голову набок. — Лорд Этан-Бейли много о вас рассказывал.

Я чуть не закатила глаза. Кто бы сомневался? Интересно, он начал с нашего знакомства, когда я, добившись аудиенции у главы факультета, с порога заявила, что не туда поступила? Ошиблась, с кем не бывает. Хотела изучать океан, но оказалась среди исследователей недр. Истинную причину такого промаха я ему, естественно, не назвала. Смалодушничала, подавая документы на “недры”, думала, что если буду подальше от водной стихии, то смогу избежать спонтанных трансформаций. Но потом поразмыслила немного, соблазнилась обширной библиотекой по магическим существам с плавниками, жабрами, хвостами и всё переиграла.

Нужно было видеть лицо Роджера в тот момент. Волевой подбородок оттянулся вниз, фирменные мальмийские изумрудные глаза округлились. А всё, что он смог из себя выдавить: “В смысле?”

Глава 2. Королевская академия магии

Глава 2. Королевская академия магии

До самого отъезда из дома тётушки меня больше не беспокоили. На удивление не трогали даже по пути в столицу. Слуги из поместья Нейшвиль выгрузили сундук с моими вещами возле крыльца студенческого общежития и укатили в повозке обратно. Отныне и до конца учебного года я была предоставлена сама себе. Отчасти под контролем преподавателей, отчасти под надзором доносчиков из тайной канцелярии, но в целом никому не было дела даже до того, как я дотащу тяжёлый сундук до комнаты.

— Времена студенчества, — процитировала я слова отца, — самые весёлые и светлые в твоей жизни, Каролина. Наслаждайся каждым днём.

Ага, конечно. А ещё скрывай тайну, чтобы не бросить тень на твоё честное имя и вместо шумных вечеринок прозябай в библиотеке. И никаких прогулок по лавкам с подружками! Такое бесполезное времяпрепровождение ни на шаг не приблизит тебя к контролю за своими превращениями. 

Стоило ли удивляться, что в ответ на моё приветствие соседки по комнате лишь промычали что-то себе под нос. Первые полгода я жила в корпусе недровиков. Там меня поселили с милой, но шумной девицей, не замолкающей ни на секунду. Когда получилось перевестись, я умоляла коменданта найти мне любую койку. Если бы он предложил поставить кровать в подвале с крысами, я бы согласилась. От болтовни Анабет голова раскалывалась. 

Так что молчаливых и настороженных Лили и Дану я восприняла как подарок богов. За первый семестр они здорово сдружились, часто уходили куда-то на весь день и совершенно не лезли ко мне с разговорами. Меня прохладный нейтралитет полностью устраивал, но иногда показательное игнорирование всё-таки задевало. 

— Вежливые люди на приветствие отвечают приветствием, — заметила я, подтаскивая сундук с вещами к своей кровати. 

Меня снова “не расслышали”. Ну и катитесь к демонам! Последнее, чем хотелось заниматься — налаживать отношения с теми, кто в упор тебя не видит. От нехватки общения я не страдала. Лекции, семинары, выезды на практику “в море” и десятки очень случайных встреч в коридоре с лордом Этан-Бейли. Да, он был деканом моего факультета, но почему иностранному принцу не сиделось в кабинете?

— Пойду за учебниками, — буркнула я соседкам и притворила за собой дверь.

Начало учёбы всегда загружено сверх меры. Нужно успеть закупить на Длинной улице бумагу, перья и чернила, пока их не смели с прилавков первокурсники. Переписать расписание с тумбы у главного корпуса. Договориться об удобных дежурствах со старостой курса и хотя бы сегодня не попасться на глаза Роджеру. Я десять раз меняла маршрут до любимой библиотеки, но всё равно умудрялась с ним столкнуться. У лорда-декана по всей академии натыканы сигнальные артефакты, докладывающие о моём приближении? Или он втихаря от Учёного совета использует высшую магию из  закрытой секции?   

Я почти успела вовремя. У входа в библиотеку столпились студенты с третьего курса, но им учебники выдавать отказались. Потому что старые списали, а новые ещё не привезли. Я сомневалась, что бережливый господин Нарги выбросил целую гору книг. Скорее унёс в архив, где хранятся якобы бесполезные фолианты. 

— Каждый год одно и то же, — ворчал старшекурсник, недовольно хмуря брови. 

Ещё бы. Ему теперь придëтся возвращаться сюда, когда набегут первогодки. Кому нравится стоять в очереди по полтора часа? Зато я встала ближе к раздаче. Настроение значительно улучшилось. Я по-прежнему оглядывалась через плечо, боясь пропустить появление Роджера, но уже улыбалась и представляла, какой приятный вечер в обнимку с бестиарием меня ждёт. 

— Прошу меня простить, о, прекраснейшая леди, чаровница моего сердца, — раздался над ухом юный голос. Хвала богам, совсем не похожий на голос декана. — У вас удивительно добрые глаза. С такими добрыми и бездонными, как озёра, глазами…

— И губами, похожими на лепестки роз, ага, — перебила его я. — Вам бы любовные романы писать. Уверена, станете известным и богатым человеком. 

Из-за правого плеча на меня смотрел типичный столичный щёголь. Он носил зелёную форму академии с эмблемой факультета исследований мира мёртвых. Некромантом был. А выдавала его принадлежность к золотой молодёжи невероятно модная причёска. Густую копну каштановых волос цирюльник завил мелкими кудрями и зачесал на левую сторону. Голову над правым виском выбрил. Брови выщипал до тонкой линии, а глаза подвёл чёрным карандашом. Я представила, сколько времени юный некромант провёл в кресле и мне стало дурно. Красота требовала жертв. Согласна, да, но зачем она мёртвым? Ни один зомби-препарат ведь не оценит.

— Я уже достаточно известен и богат, — сощурился щёголь. — Позвольте представиться. Лорд Нейтан Грост.    

Я бы сказала, что богат и известен род Грост. Один Лорд-канцлер чего стоил. Его старший сын гордо носил звание первого красавчика королевской академии. Тогда щëголь-некромант либо его младший сын, либо племянник. 

— Леди Каролина Нейшвиль, — представилась я в ответ. — Так чем я могу вам помочь? 

— Мне нужна книга, — ответил он так ласково и проникновенно, будто просил моей руки. — Чёрный гримуар тайной секты хиашимских колдунов.  

Любовь некромантов к запрещённой магии секретом для меня не была, но интерес студента к фолианту о человеческих жертвоприношениях показался жутким. Особенно пугали его недавние рассуждения о моём сердце и глазах. Уж не для кровавого ли обряда он присмотрел мои органы? 

— А разве вас сейчас не должны волновать исключительно учебники?

— Помилуйте, леди, — фыркнул он, — я полгода, как узнал, что меня зачислили в королевскую академию магии, мечтал прикоснуться к её вековой книжно-пыльной мудрости. Мне шорох страниц во сне снился. Посмотрите, я ведь сгораю от нетерпения. Но стеллажи — тот ещё лабиринт. Я потерялся, всего лишь дважды свернув налево. Теперь думаю пойти направо, но без проводника робею. А вы так уверенно оттеснили плечом третьекурсника, что я понял. Вот она! Вот она, леди-воительница, кому не страшны ужасы каталогизации. Станьте же моей путеводной звездой, молю! Я сложу к вашим безусловно очаровательным ножкам все чернильницы и перья Длинной улицы. Или вы желаете иной награды? 

Глава 3. Учебные будни

Нейтан проводил меня до дверей общежития. Он честно пытался войти внутрь, но защитная магия не позволила. Администрация академии заботливо относилась к репутации своих студенток, поэтому в женские корпуса мужчины могли входить только по специальным пропускам и исключительно при условии, что внутри их ждёт близкая родственница. 

Я поблагодарила недовольного лорда Гроста за помощь и поспешила собрать сумку для первого учебного дня. Времени привыкнуть и решить бытовые вопросы нам никто не давал. Лекции начиналась сразу. 

В расписании на сегодня стояло три пары. Морские растения, изобразительное искусство и обитатели глубин. Причëм профессор Аскерт, преподающая первую дисциплину, на всю академию славилась своей изобретательностью в выборе наказаний для опоздавших. Поэтому в учебный корпус я бежала со всех ног. Каблучки стучали по мощëной тропинке, а потом и по плитке коридора. 

"Только бы успеть", — молилась я, лавируя между студентами. 

В аудиторию ворвалась запыхавшаяся и растрëпанная. Тётушку Маргри хватил бы удар, увидь она наследницу рода Нейшвиль в таком состоянии. 

"Леди подобает степенно плыть, собирая восхищëнные взгляды, — вещала она в моей голове, пока я выбирала место на последнем ряду. — А не носиться, как курица, которую хотят ощипать!"

Меня передëрнуло от ощущения, будто противная родственница снова рядом. Хвала богам, отец не послушал её советов забрать меня из академии. Ещё неделя в особняке могла закончиться весьма печально. 

— Пам-па-ба-пам, пам, пам, — пропела высокая и стройная женщина, одетая словно бы в насмешку над действующей модой. Вместо пышного платья она носила белую блузу и узкую чёрную юбку. — Позвольте представиться, леди Лейна Аскерт. Для вас — профессор Аскерт. 

Она взмахнула рукой, и мел вывел на доске крупными буквами имя и фамилию преподавательницы. 

— Надеюсь все в курсе, что изучать мы будем лечебные и ядовитые морские растения? — она поднялась на кафедру и обвела присутствующих тяжёлым взглядом. — Однажды знание, чем отличается бурая огнеголовка от красно-коричневой, спасёт вам жизнь. Или сдвинет очередь наследников папочкиных богатств в вашу пользу, — она развела руками и дождалась, когда смех стихнет. — Мой предмет вам необходим. И вы будете его знать, потому что другого выбора я вам не оставлю. Так что можете начинать меня ненавидеть. А я пока начну первую лекцию. 

Перья заскрипели по пергаменту, чернила полились рекой. Я записывала каждое слово, боясь упустить что-то важное. На первом курсе большинство дисциплин были непрофильными. Морские растения мы изучали, касаясь только типологии, географии обитания и истории изучения. Самая интересная часть начиналась сегодня. Какие водоросли ядовиты? Есть ли противоядие? Сколько времени в распоряжении лекаря на реанимацию отравившегося? 

Профессор Аскерт ссылалась на монографии светил водрослелогии, напоминала материал прошлого года и исподволь вворачивала новые термины.

— И помните. Недостаточно переписать из учебника умные слова и выучить их, — предупредила она. — Я хочу видеть, что вы разбираетесь в материале. Поэтому каждый подготовит доклад к концу семестра. Список тем отдам старосте. Повторяться они, естественно, не должны. Если захотите написать о чём-то вне списка, можем обсудить. На этом я предлагаю закончить. К следующему занятию изучите первые три параграфа. Будет устный опрос. 

Староста пошёл забирать туго скрученный свиток, а мы заторопились на выход. Перерыв слишком маленький, чтобы успеть обсудить преподавателя, посоветоваться о наряде для первой в году студенческой вечеринке и ещё дождаться, чтобы Вернард гнусавым голосом распределил темы. 

— Микроцистис, — выкрикнул он. — Кто возьмёт? 

Студенты-водники переглядывались и хмурились. Названия никто не знал, а брать кота в мешке не охота. 

— Это сине-зелёные водоросли? — робко потянул руку наш юный гений морской ботаники. Маркус Кент, простолюдин, удостоенный стипендии научного общества. — Их же десятки тысяч видов… 

— Маркус Кент раз, — староста продолжал изображать аукцион, размахивая свитком, как молотком. — Маркус Кент два. Маркус Кент три, продано! Следующий лот — Анабаэна. 

— Огласи весь список, пожалуйста, — выкрикнула моя соседка Дана. — И перестань кривляться, будь так добр. Перерыв короче нашего терпения. 

— Уже и развлечься нельзя, — со вздохом пожаловался Вернард. — Ладно, давайте в темпе. Анабаэна! 

— Беру! — протянула я руку, чтобы разделаться с вопросом побыстрее. 

Следующим в расписании стояло изобразительное искусство, а мольберт я положила на самое дно сундука. 

Зачем будущим учёным умение рисовать? Странный вопрос. Кто же, кроме нас, зарисует только что открытый вид водорослей или неизвестную ранее ракушку? То-то же. 

Я дождалась, пока Вернард впишет моё имя, и убежала в общежитие. 

***

Главу тайной канцелярии называли Хромым со школы. Мальчик родился с увечьем. Одна нога была немного короче другой. С возрастом разница росла, и вот уже хитроумный ботинок на толстой подошве перестал помогать, подкладывать скомканную тряпицу Гарольду надоело и он взял в руки трость. 

— Чаю, господин Прим? — вежливо спросил Роджер. 

— Нет, благодарю, — маг-сыщик положил ногу на ногу и лениво оглядывал кабинет декана факультета исследования морских глубин. — У нас всё готово. Можно сажать леди Нейшвиль в воздушный корабль и плыть на место. 

— Сегодня? — Роджер нервно оттянул пальцем узел шейного платка. — Но занятия только начались.

— Два часа туда, — пожал плечами господин Прим, — два часа обратно и полчаса там. Мы не собираемся выводить её на чистую воду прямо сейчас. Пусть всё идёт своим чередом. Инструктаж внештатных агентов положено проводить вне стен, имеющих уши. Вы знаете, что ни одна даже самая совершенная защита не даёт стопроцентной гарантии от утечки информации. Будем работать по всем правилам.

Глава 4. Лекция декана

Практикум по изобразительному искусству нам поставили один раз в неделю. 

Главной задачей Дона Иглстана было научить нас зарисовывать растения и животных после погружения в океан. Он сразу сказал, что не ждёт от нас шедевров, но будет требовать соблюдения пропорций и перспективы. 

Мне рисовать нравилось с детства. Я всегда любила стащить отцовский блокнот и дополнить его серьёзные научные записи красочными иллюстрациями. Конечно, он не очень радовался, когда я закрасила цветными мелками какую-то важную заметку о последнем путешествии, зато сразу после он решил научить меня держать в руках грифельный карандаш. Объяснял всё то, что профессор Иглстан рассказывал на первом занятии. Так что я свою иллюстрацию ската закончила быстро и даже успела сделать набросок для домашнего задания. Аквариум с водорослями радовал глаз полупустым дном и парой кривоватых рыбок, но довести его до ума я могла за пару часов. 

Поэтому и настроение перед последней на сегодня парой было приподнятым. Я уже предвкушала, как вечером забегу на чай к господину Нарги и останусь почти до самого отбоя в читальном зале с одной из новеньких энциклопедий или каким-нибудь старинным фолиантов из закрытой секции. 

“Красота”, — подумала я, довольно жмурясь. 

Даже то, что лекцию вёл декан, не огорчало. Главное — успеть сбежать сразу после занятия. Чтобы не остаться с ним наедине. Нет, лорд Этан-Бейли ни разу не позволил себе лишнего, но…

“Лучше держаться подальше от умных и обаятельных мужчин,” — напомнила себе я. 

А Роджер несомненно был неприлично умным и непозволительно обаятельным. К нему не следовало приближаться даже на расстояние пушечного выстрела. 

Но половина сокурсниц моего мнения не разделяли. Я специально садилась подальше от всех, чтобы не слышать восхищённого шёпота: “О, Роджер сегодня по-особенному уложил волосы. Ах, у него новый парфюм. Глупенькая, он женский. Зажимает декан кого-то по углам, ох, зажимает”. 

Очень редко обсуждали то, что он рассказывал. Улыбка иностранного принца, узор на его шейном платке и очередное кольцо на мизинце интересовали студенток намного больше. 

— Дурочки, — морщилась я, раскатывая свиток на парте и обмакивая перо в чернильницу. — Профильный предмет, самые свежие научные данные...

О появлении лектора в аудитории я узнала по шуму с передних рядов. Там студенты уже встали, чтобы поприветствовать главу факультета, а задние ряды опаздывали. Девушки путались в юбках, кто-то уронил чернильницу.

— Доброго дня вам, лорды и леди, — громко поприветствовал всех Роджер, щелчком пальцев зажигая свечи вокруг доски. — Я рад, что мы благополучно пережили каникулы и можем, наконец-то, приступить к изучению рельефа морского дна. Кто скажет мне, что самое захватывающее можно увидеть между отрогами срединного хребта и Каракалинской впадиной?

— Стаю акул? — выкрикнул староста.

— Русалочью ярмарку? — предположил Маркус, и многие засмеялись.

— Нет, но вы близки к правильному ответу, — поощрил его Роджер. Форменный синий мундир профессорского состава на нём сидел и вправду хорошо. Я понятия не имела, о чём речь, а потому отвлекалась. — Кто хочет плюс один балл на экзамене? Ну же, смелее. Но учтите, я дам его за максимально точное описание.

— Затонувший корабль, — решила я попытать удачу. — Целое поле затонувших кораблей.

— Нет, — взгляд лорда-декана я почувствовала кожей даже с далёкого расстояния. Некстати бросило в жар и захотелось схватиться за веер тётушки Маргри. — Торговые суда обходят то место стороной. Боятся гнева Морского бога. Кстати, это подсказка.

— Руины! — закричали одновременно Вернард и Маркус. — Руины подводного царства!

— Давайте по одному, — улыбнулся лектор. — Господин Кент. Кажется, в ваших глазах мелькнула догадка на пару ударов сердца быстрее.

— Некрополь, — выпалил он и возбуждённо облизнул губы. — Мёртвый город с храмом Морского бога в самом центре. Считается, что древнее царство в один день ушло под воду. Никто не знает, почему. Ни в одной летописи ни слова не сказано. Когда его нашли, долгое время считали чьей-то шуткой. Там скелеты, вросшие в камень, и пробоины в стенах, как от осадных орудий.

— Исчерпывающе, — жестом остановил его Роджер. — Вы получаете один балл авансом. Но летописи всё-таки нашлись. Вернее, мозаика на нижних уровнях храма. Теперь мы знаем, что городом правили тритоны. Наполовину мужчины, наполовину дельфины. А рядом с ними нарисованы русалки. Королевский род действительно берёт начало от Морского бога. На троне в храме выбито имя основателя династии. И да, он мог обращаться в дельфина.         

По рядам прошёлся удивлённый ропот. Я впилась взглядом в декана, надеясь на продолжение. Целый город, где раньше жили тритоны. С ума сойти можно! 

Я много читала о них после первого превращения. Конечно, сначала жутко испугалась. Кто бы не испугался, когда обычное купание с кузинами закончилось тем, что ноги превратились в хвост? Я до сих пор не знала, откуда взялась идея уплыть от сестёр и выбраться из воды на дикой стороне пляжа. Я пряталась за валунами, разглядывая блестящие чешуйки вместо загорелой кожи, а они таяли на глазах, возвращая нижней части моего тела прежний вид. Ноги покалывало и жгло, будто солнце припекало. Когда хвост исчез совсем, я прямо в купальном костюме побежала к дому. Помню, как ворвалась в мамину гостиную вся в слезах и рассказала ей, что морской бог меня за что-то наказал. Я умоляла поверить мне и клялась, что не лгу. 

“Я не сомневаюсь в твоих словах, — мягко ответила она, справившись с удивлением. — Такое иногда случается. Очень редко. Должно быть, я зря использовала магию так часто и много, когда носила тебя под сердцем”. 

Леди Нейшвиль попросила никому не рассказывать о новой особенности и больше не ходить к морю без неё. С тех пор я сказывалась больной, когда двоюродные сёстры звали устроить пикник на берегу, и даже воротила нос от прогулки под парусом с папой, хотя очень их любила.

Глава 5. Путешествие

Личный воздушный корабль — одна из привилегий декана факультета и очередной научный прорыв. Совсем недавно удалось увеличить подъёмную силу газовой смеси и уменьшить размер баллона. Корабли стали маленькими. Они не махали крыльями, не разрезали облака носом, как волны, а парили над землёй, подгоняемые ветром. Гребные винты им, впрочем, приделали. Как и рулевое управления. Роджеру было интересно устройство воздушного транспорта, он мог часами о нём говорить, но понимал, что юная леди заскучает. 

“Тем более, такая красивая”, — промелькнула мысль в голове.

Её пришлось поймать за хвост и отогнать подальше. Что за глупые предрассудки? Давным-давно доказано, что женская красота не обратно пропорциональна уму. Взаимосвязи вообще нет. Тысячи учёных леди были похожи и на богинь, и на вполне земных женщин. Но он всё равно глаз не мог оторвать от Каролины Нейшвиль. Пшеничные локоны, кукольное личико, бездонные голубые глаза. Она должна блистать в высшем свете, а не гнуть спину над учебниками.

“Осторожнее, Роджер, — напомнил он себе. — Эдак ты договоришься до того, что сам захочешь вывести её в свет. Леди Этан-Бейли. Звучит. Порадуешь отца долгожданной свадьбой”.

Ага, как же. Отец будет в ярости. Старшего брата и наследника престола сосватали в младенческом возрасте. Роджеру тоже находили невест, но пока династический брак не звучал, как острая необходимость, ему удавалось уворачиваться от исполнения долга перед семьёй. Он и в академию другого королевства сбежал, чтобы поменьше мозолить глаза родственникам. В Мальму приезжал лишь на три главных праздника: день рождения короля, сбор урожая и день основания династии. А тут невеста-иностранка. Нет, ему не простят.

— Прошу на борт, — сказал он, подавая Каролине руку.

Хотел помочь подняться по узкому трапу, но леди Нейшвиль шарахнулась от него как от огня.

— Неужели повздорили? — по-старчески скрипуче захихикал над ухом господин Прим. — Вот и как вам доверять факультет? С одной студенткой справиться не можете.

Роджер обжёг его взглядом. Учитывая характер их дела, совершенно неуместный комментарий. Но глава тайной канцелярии поспешил скрыться от гнева принца. Ушёл в свою каюту.

— Вы упадёте, — выцедил сквозь зубы Роджер.

— Успею наколдовать воздушную подушку, — дерзко вздёрнула нос Каролина. — Не зря же сдавала зачёт по общей магии. 

Подобрала юбки и демонстративно прошуршала мимо него в полумрак центрального коридора. Остановилась. Да, шесть дверей, и каждая следующая похожа на предыдущую.

— Мы на средней палубе. Сейчас все каюты свободны, кроме последней. Её занял господин Прим.

Зря он ляпнул. Ой, зря. Упрямства леди Нейшвиль хватит, чтобы провести четыре часа в компании старика. Терпеть его въедливый взгляд, слушать натужное кряхтение, храп. Всё, ради того, чтобы не сидеть рядом с Роджером. Но можно пойти на хитрость...

— Тогда я займу эту, — Каролина уверенно взялась за ручку. — С вашего позволения, разумеется. Ой.

— Заперта? — сочувственно поинтересовался лорд-декан. Руки убрал за спину. Так меньше заметно, что он колдует. — Какая жалость. Я могу сходить к капитану и попросить ключ. 

— Не утруждайтесь, — сверкнула взглядом леди Нейшвиль. — Осталось ещё четыре.

Три. Две. Одна. Роджер искренне наслаждался. Такое удовольствие у него на родине называли преступным. Должно быть стыдно, но совесть отключилась.

— Хорошо, — страдальчески вздохнула Каролина. — Разделим каюту на двоих. Вы не против?

Он жестом пригласил её внутрь. Номер-люкс одной из лучших гостиниц Мальмы в миниатюре. Корабли уменьшились, и пространство начали экономить. Единственный диван, обитый красным велюром. Широкое окно-иллюминатор. Резные подлокотники из ценных пород дерева. Роскошь, достойная особ королевской крови. Но Каролина даже мельком на убранство каюты не взглянула. Уселась поближе к окну и закрыла глаза. 

— День был долгим. Я немного устала, лорд Этан-Бейли. 

“Когда-нибудь ты будешь слушать это от своей жены чаще, чем доброе утро”, — проворчал бы отец.

Ох, беда-беда с юными леди. Родились в роскоши, выросли в роскоши. Столиком, инкрустированным драгоценными камнями, их не удивишь. И чем, скажите, пожалуйста, им пыль в глаза пускать? Где восхищённое: “Ах, какая прелесть?” Даже разговор завязать не получилось. “Я устала, лорд Этан-Бейли”. И она ведь действительно собралась спать.

Роджер пальцами расчесал волосы и поправил шейный платок. Жаль, что она леди. С дамами без титула всё было проще. Сами липли к принцу и подобострастно смотрели в глаза. А здесь приходится наизнанку выворачиваться.                                

Несколько минут он просто стоял возле дивана. Корабль оторвался от воздушного пирса и поплыл к Утёсу семи ветров. Два часа туда, два часа обратно.

“Не дождёшься, — мысленно вспылил лорд-декан. — Я в благородство играть не буду. Никуда не уйду”.

И он сел рядом с Каролиной.

Думал, ему тут же прилетит пощёчина. Или визг будет стоять на весь корабль. Но леди продолжала изображать спящую.

“Вот и славно”, — улыбнулся он про себя и устроился поудобнее.

Корабль шёл мягко, Каролина глаз не открывала. Через полчаса её на самом деле сморило в сон. Тело обмякло, голова оказалась на плече у Роджера. Его первым побуждением было отстраниться, но… Он этого не сделал. Глядя на золотистый шёлк волос, на длинные ресницы, лорд-декан боялся дышать. 

Они никогда не были так близко. От Каролины исходил тонкий аромат цветов и чудесный, присущий только ей запах. Манящий, дурманящий разум. 

Роджер замер. Нужно немедленно прекратить это безумие! Разбудить её, а лучше уйти в другую каюту. Но лететь ещё долго. Может быть, она и правда устала. 

Прядь волос скатилась на лоб. Роджеру отчаянно захотелось поправить её. Хоть на мгновение, но коснуться пальцами бархатистой кожи. 

Нет, с искушением нужно бороться! Леди Нейшвиль — его студентка. Он о её будущем в науке должен беспокоиться, а не предаваться бесплодным грёзам. Ничего между ними быть не может. Ни единого поцелуя!

Глава 6. Акульи жабры

Остров с высоты птичьего полёта выглядел потрясающе. Я почти решилась попросить Роджера сделать третий круг, настолько захватывающим оказалось зрелище. Остановила только мысль, что прилетать сюда мы теперь будем часто, и поэтому  нужно как можно скорее изобрести способ погружения под воду. 

“Лучше поспешить в библиотеку”, — подумала я и промолчала. 

До самого конца полёта сидела как на иголках. Продумывала, в каких книгах могут быть подсказки. Список получился длинный, что не могло не радовать. Чем больше источников, тем больше знаний. 

— Благодарю за полёт, — вежливо сказала я, как только корабль приземлился. — Всего доброго, господин Прим, лорд Этан-Бейли. 

Они ответили не менее учтиво, расшаркались друг с другом и оставили меня на пороге библиотеки.

— Хвала богам, — вздохнула я.

Можно было приниматься за дело.  

Через пару часов на столе читального зала возвышалась целая башня толстых фолиантов и тоненьких брошюр об обитателях глубин. 

На отдельном листке бумаги было выписано двенадцать заклинаний из учебников целителей. Каждое из них имело ограниченный эффект. Где-то по силе, где-то по времени, а где-то по количеству применений. Но для начала этого было достаточно. Осталось протестировать каждое из них на каком-нибудь подопытном, а потом усовершенствовать формулы, чтобы избавиться от ограничений классических вариантов. 

С артефактом же дела обстояли куда печальнее. У меня не было идей. Единственная зацепка — жабры. Рыбы дышали под водой, значит, и человек мог бы. Но большая часть рыбьих органов дыхания не подходили из-за маленького размера туловища, а остальные — по другим параметрам. 

— Как и другие рыбы, акулы получают необходимое количество кислорода из воды, пропуская её через жабры, — зачитывала я вслух, устало потирая виски. — Органы дыхания представляют собой жаберные мешки, которые внутренними жаберными отверстиями открываются в глотку, а наружными — по бокам головы на поверхность тела.

— Ску-у-у-у-ка смертная, — провыл кто-то прямо над ухом. Я вздрогнула и обернулась на голос. Нейтан Грост собственной персоной. — Какие у вас нервы слабые. Подозреваю, из-за чтения неинтересный книг. Что там? “Дыхательная система морских животных”? Да вы заучка, леди Нейшвиль!

— Никогда не утверждала обратного, лорд Грост, — забирая драгоценную книгу, ответила я. — Что привело вас в обитель знаний? Снова будете искать деньги, спрятанные братом? 

— Он не настолько щедр, — фыркнул некромант и подтащил к моему столу второй стул. Раздвинул стопки учебников и просунул между ними голову. — В вашей академии бывает невыносимо скучно вечерами. Я вспомнил, что видел в библиотеке самую прекрасную девушку королевства и решил попытать удачу. Вдруг встречу её снова? 

Обаяние нового знакомого легко обходило мою защиту. Уголки губ уже приподнялись в улыбке. 

— Как видите, вашей красавицы здесь нет, — я развела руками. — Поищите в парке. Возможно, она решила прогуляться среди вековых деревьев перед сном. 

Нейтан рассмеялся, будто ему очень понравилась моя шутка. Потом склонил голову набок, внимательно рассматривая моё лицо. На нём появились надписи? 

— Вы на самом деле очень красивы, — сказал он. 

Я смутилась и отвела взгляд. Прямота лорда Гроста заставляла краснеть, а его внимание не казалось обременительным. 

— Если верить профессору Бирману, леди может быть либо умной, либо красивой, — сослалась на слова преподавателя геологии морского дна. Он заменял у нас на первом курсе географа. — Тогда я предпочитаю быть умной. 

— Среди профессоров тоже есть идиоты, — хмыкнул сын Лорд-канцлера. — В вашем уме и красоте сомневаться не приходится. Первый учебный день, а вокруг уже куча учебников. Задали доклад? 

— Нет, курсовую, — неловко улыбнулась я. Взгляд некроманта изменился. Стал цепким и серьёзным. — Хочу придумать способ дышать под водой. Жаль, что не получается.

— Почему? — он вскинул брови.

— Во-первых, сложно достать ингредиенты, — загибала я пальцы. — Где найти свежие акульи жабры, например? Во-вторых, нужно экспериментировать. Погружать подопытного под воду и контролировать процесс с берега. Кто согласится нырять с сомнительным артефактом? Ну и, в-третьих, я не могу придумать, как сделать действие артефакта обратимым. 

— С первым и вторым я могу помочь, — задумчиво протянул Нейтан. — На чёрном рынке продают любые ингредиенты. За стоимость не ручаюсь, но большая наука требует жертв. А экспериментировать можно на зомби. Дышать им не обязательно, но соответствующие органы есть. На то, чтобы проверить ваши блестящие идеи, их хватит.  

Я с недоверием посмотрела на лорда Гроста. О чёрном рынке я могла догадаться и сама, хотя идти в такое место в одиночку не рискнула бы. Но тестировать артефакт на мёртвых… Мамочки, идея настолько же жуткая, насколько гениальная. 

— Вы можете заставить мёртвого дышать? 

— Я могу научить его плясать канкан, — гордо оттопырил губу сын лорд-канцлера, — и показывать фокусы. Вы когда-нибудь видели представление театра марионеток? Вот то же самое, только кукла недавно лежала в могиле. Ах, нет, придётся выдать вам крошечную тайну. Вы ведь не из болтливых, леди Нейшвиль? Чудно. Мы, некроманты, теперь такие чистоплюи, что никто не ковыряется в земле. Если вас не тошнит от запаха забальзамированного тела, то можем прогуляться до учебной лаборатории. И я покажу вам не только канкан.    

— Вечер просто не мог закончиться интереснее, — ахнула я. — С удовольствием посмотрю на ваше мастерство, лорд Грост!

***

Лаборатория исследования мёртвой плоти оказалась необычайно светлым, уютным и оживлённым местом.

— В два часа ночи, — удивилась я, принимая от некроманта-первокурсника защитный халат и маску.

— Старая привычка, — пожал он плечами. — Так говорят. Но лично я считаю, что дурная манера работать исключительно по ночам уже стала частью родового магического дара. Представьте, у меня в семье все такие. Отец и брат просыпаются не раньше полудня, до обеда кружат по дому и кабинету сонными мухами. Затем героически берут себя в руки и обращают внимание на дела. Зато, едва на небе появляется луна, два лорда Гроста меняются до неузнаваемости. Какой блеск в глазах, какое бешеное трудолюбие. Горы готовы свернуть! А потом жалуются, что я слишком много времени провожу на светских вечеринках. Да у меня просто нет выбора с таким-то режимом! Приличные заведения в тёмное время суток закрыты. Одни кабаки и дома терпимости работают.    

Глава 7. Любовные письма

Ректор устраивал первое в учебном году совещание. Приглашал глав факультетов, чтобы обсудить план научной работы. Роджер заранее отдал документы секретарю и с утра занимался почтой. Сортировал по дням отчёты экспедиции в подземное царство.

— Без пятнадцати одиннадцать, лорд Этан-Бейли, — пропела его помощница, заглянув в кабинет. — Вы просили предупредить.

— Благодарю, Сара. Вернусь через час. Если будет что-то срочное, оставьте на столе.

— Конечно.

До звонка на занятия ещё пять минут. Коридоры переполнены, но Роджер давно привык лавировать между студентами, не дожидаясь, пока его узнают и вежливо пропустят. Ректорат устроился под самой крышей величественного здания. Широкая главная лестница, пара боковых, чтобы срезать путь, и перед младшим принцем Мальмы открылась каменная арка над тремя ступенями импровизированного крыльца. 

— Благодарю за приглашение, лорд Сафракс, — дверь в кабинет ректора изнутри открыл Гвидо Грост. — Обязательно посещу прекрасную оранжерею академии, когда будет время. Мои наилучшие пожелания. 

Ответ Салазара Сафракса декан не услышал. Посторонился, пропуская лорд-канцлера на каменную площадку перед дверью.

Самый высокопоставленный некромант в истории королевства был всего на полголовы ниже рослого Роджера. Крепок телом, плечист, и с благородной сединой на аккуратно подстриженной бородке. Принц Мальмы стабильно недоумевал, как ему удалось занять свою должность. Неужели прослеживалась прямая связь между искусством оживлять мёртвых и председательством в палате лордов? Не говоря уже о верховном суде, обязанностями хранителя большой печати и руководством попечительского совета академии.  

— Лорд Этан-Бейли, — Гвидо почтительно склонил голову. — Наслышан о феноменальных открытиях в подводном царстве, наслышан. Примите мои искренние поздравления.

— Благодарю, лорд Грост, — декан ответил на поклон. — Надеюсь, разгадки главных тайн нас ещё ждут впереди. Доволен ли попечительский совет расходованием бюджета?

— Как блеском чешуи русалочьего хвоста, — непринуждённо пошутил лорд-канцлер. — Я только что обсуждал с Салазаром будущий благотворительный вечер. Если вам не хватит золота, мы соберём ещё. 

Роджер поддержал его широкой улыбкой и уже раздумывал не посмотреть ли выразительно на дверь в кабинет ректора? Время шло, обмен любезностями затягивался. Но лорд-канцлер не спешил его отпускать. Понизил голос и подошёл на шаг ближе.  

— Я рад, что жизнь в академии кипит. Особенно рад, что дружба между факультетами налаживается. Вы организовали для своих студентов совместные лабораторные работы с некромантами? Смелый шаг. 

Лорд-декан изо всех сил старался не выпучить глаза от удивления. И не ляпнуть какой-нибудь необдуманной ерунды. Вопрос попахивал хитроумной ловушкой. Ответит “да”, и придётся организовывать. Но, с другой стороны, ответом “нет” он мог подставить одну из кафедр. Вдруг кто-то из преподавателей проявил инициативу, а ему просто не успели доложить?

— Признаюсь, в первый раз слышу…

— Серьёзно? — выдохнул лорд-канцлер, приподняв бровь. — Ах, наверное, я что-то напутал. Не так понял лаборанта. Леди Нейшвиль интересовалась препаратами, мне сказали, она с вашего факультета. Но забудьте. Чего только не придумают молодые пытливые умы. Уж лучше так, чем пропадать на вечеринках. Однако заболтал я вас совсем. Вижу, коллеги-деканы спешат на совещание. Мой пламенный привет светилам нашей науки. Всего доброго, лорд Этан-Бейли.

— До встречи, лорд Грост.

Голова зашумела, будто в ухо попала вода. Меньше всего в разговоре с лорд-канцлером Роджер хотел услышать имя Каролины. Что произошло за короткий вечер и ночь? Почему она пошла к некромантам?

— Доброе утро, Роджер, — декан недровиков коротко кивнул, приветствуя. — Вернёмся к разговору о совместной экспедиции? 

— Конечно, Шелдон, но сначала уточню пару деталей. Лиам? — Принц Мальмы заступил дорогу декану факультета исследований мира мёртвых. — Отойдём на пару слов? 

Некромант без лишних вопросов шагнул к окну подальше от поднимающихся на крыльцо коллег. 

— Напомни, пожалуйста, у тебя ведь учился сын Гроста?

— Кэрридан? — декан очертил пальцами воздух перед собой, словно хотел поставить защиту. — Боги избавили от страданий, выпустился в прошлом году. Я бутылку коллекционного вина открыл, чтобы отпраздновать. Дара почти нет, учиться он не хотел, зато отцовского внимания к факультету было выше крыши. Думал, поседею.

Роджер сочувствующе улыбнулся. Сыновьям высокопоставленных отцов часто не хватало силы дара, ума и воспитания. Отчасти поэтому он с такой радостью принял предложение учить студентов другого королевства. Чтобы избежать невыгодных сравнений.

— Тогда у меня для тебя плохие новости. Внимание лорд-канцлера ничуть не угасло. 

— Это не новость, — тяжело вздохнул Лиам и скорчил гримасу. Харизматичного некроманта она не портила. Наоборот, оживляла бледное лицо. — Не прошло и семестра, как в академию зачислили младшего Гроста. Мы с коллегами в предвкушении. Вино кончилось, я запасся сердечными каплями. То ли ещё будет.        

Роджер прикусил язык, чтобы не выпалить: “Уже началось”. 

Судя по туманному рассказу Гвидо, его сын в первый же день умудрился познакомиться с девушкой, взятой под пристальное наблюдение тайной канцелярией. Потащил её в святая-святых факультета некромантов и показывал мёртвых. Оригинальный способ очаровать юную леди, ничего не скажешь.

“Стоп! — осадил сам себя декан. — А если она познакомилась с ним, чтобы попасть под защиту могущественного рода Гростов? Кто ещё может оградить её научные наработки от вероломного воровства?”

Нет, Каролина бы так не поступила. Она не настолько испорчена, чтобы заигрывать с юношей ради корыстных интересов. Там интриги Гарольда Прима или самого лорд-канцлера. Но зачем Гвидо понадобилась леди Нейшвиль? Чтобы дискредитировать Роджера и выжить его из академии? Мальмиец-декан многим не нравился. 

Глава 8. Эксперименты, серебряная пыль и вечеринка

В библиотеку Нейтан пришёл один. Как всегда, в благодушном настроении. Светился улыбкой, отпускал комплименты и острил всю дорогу до лаборатории. “Подопытный” ждал нас уже там. 

— Редчайший случай, когда некромант позволяет что-то сделать с собой, — размахивал руками сын лорд-канцлера. — Обычно мы святотатствуем над другими. Они, что характерно, не жалуются, и тем не менее. Ловите момент, леди Нейшвиль! 

— Большая честь, — соглашалась я, не всегда успевая за его шагами и ходом мыслей. — Жаль, что нет художника. Запечатлели бы эпичное полотно для потомков.

— А я плохо на вас влияю, — погрозил он пальцем. — Вы иронизируете над несчастным должником. Но продолжайте. Вы так милы и непосредственны. Надеюсь, Артур в следующий раз хорошенько подумает прежде, чем сядет со мной за карточный стол.

В лабораторию нас впустил вчерашний лаборант. Сосед Нейтана по комнате оказался кудрявым веснушчатым блондином. Таким же модно подстриженным, как сын лорд-канцлера. И с глазами синее самого синего неба. 

— Вы совсем не похожи на некроманта, — призналась я после обязательного представления нас друг другу и дежурного приветствия.

— Потому что не разгуливаю по академии с ручным препаратом? Какой-нибудь забальзамированной крысой или популярной в наше время обезьянкой-нежитью?

Лорд Артур Чейз смущался моего общества. Кланялся чаще, чем требовал этикет, и постоянно прятал взгляд. 

— Нет, потому что прошло уже пять минут после знакомства, а вы ещё ни разу не попытались меня впечатлить. 

— О, камень в мой огород, — протянул Нейтан и рассмеялся. — Но что поделать? Врождённого обаяния Гростов на всех не хватает. Зато у Артура весьма широкие ладони. Взгляните, леди Нейшвиль. Как вам поле для экспериментов?

— Учти, калечить одногруппников запрещено правилами академии, — лорд Чейз мгновенно спрятал руки за спину.

— Играть в азартные игры тоже, — сощурился мой друг некромант. — Так что не строй из себя дебютантку на балу. Мы договорились на два эксперимента. Третью руку ты пока не отрастил. 

Юноша с глазами из самого чистого льда тяжело вздохнул. 

— Да простят тебя боги, Грост, давай это сделаем. Самому интересно.

— Отлично! — Нейтан выкатил из угла тележку с лотками, колбами и пробирками. — Акульи жабры я пока не достал, возьмём обычное металлическое кольцо. Леди Нейшвиль, не желаете поучаствовать? Думаю, прикосновения ваших пальцев Артуру будут приятнее моих. 

Я не придумала, как сострить в ответ, поэтому молча взялась за работу. Привязала кольцо к правой ладони лорда Чейза тонкими шелковыми лентами и отошла в сторону, уступая самую ответственную часть Нейтану. 

Он, наконец, перестал веселиться, вновь превратившись в заучку-некроманта. С минуту водил руками над кольцом, нашëптывая формулу заклинания и вплетая в него всё новые и новые нити. 

— Что-нибудь чувствуешь? — спросил сын лорд-канцлера у соседа по комнате. — Боль, покалывание, жжение? 

— Металл слегка нагрелся, — ответил наш подопытный кролик. — Больше никаких изменений. 

— Либо заклинание не сработало, либо сработало идеально. Давайте проверять, леди Нейшвиль, — распорядился некромант и кивнул на колбу. — Если вода просочится, то и кислород тоже. 

"Помогите нам, боги", — попросила я мысленно и потянулась за стеклянной посудой. 

Руку Артур вытянул над лотком. Я осторожно взяла его за пальцы и наклонила колбу так, чтобы вода лилась тонкой струйкой прямо в кольцо. И она полилась. Я не верила своим глазам, но вода проходила сквозь кожу, мышцы и кости человека, будто их вовсе не было.

— Царица Смерть! — закричал подопытный. — Чтоб меня... Вы видели? Нейтан, ты видел? Леди Нейшвиль, давайте ещё раз. 

У меня пальцы онемели и голова закружилась. Невероятно! Похоже на фокус, но чистая правда. Я вылила сквозь ладонь Артура всё воду, что у нас была. Тонкой струйкой, бурным потоком, редкими всплесками. Если она попадала за пределы кольца, то скатывалась по коже, но внутри летела, не задерживаясь.

— Проделки демонов, — продолжал восхищаться лорд Чейз. — Простите, леди, но у меня других слов нет.      

Я жестом показала, что всё в порядке. Папа тоже поминал демонов, когда у него долго не получалось перевести особо заковыристую рукопись хиашимских колдунов. Причём на двух языках. Но мне крепко влетело от няни, стоило один раз повторить за ним. То, что позволено мужчине, когда иначе всю полноту чувств не выразить, абсолютно недопустимо для леди. Да и в её присутствии тоже, о чём красноречиво свидетельствовал строгий взгляд Нейтана.

Наш подопытный покаянно приложил руку к груди, безмолвно произнося клятву, что больше подобное не повторится.  

Мы продолжили эксперименты с кольцом. Воздух заклинание тоже пропускало, но если ткнуть пальцем в кожу, то ничего не получалось. 

— Оно и к лучшему, — заявил Нейтан, разглядывая плетение. — Меньше риска случайно пострадать. Леди Нейшвиль, вы довольны?

— Я не знаю, как вас благодарить, лорд Грост.

— Вечер с танцами для первокурсников начнётся уже через пару часов, — в глазах некроманта заплясали уже упомянутые сегодня демоны. — Вы окажете мне великую честь, если примете приглашение. 

Он не оставил мне выбора! Поступил так же, как совсем недавно глава тайной канцелярии и лорд-декан. Ну почему все мужчины одинаковы?

— Не торопитесь отказывать, прошу вас, — Нейтан слегка поубавил свой пыл. — Я буду ждать ответ до третьего удара гонга. Прямо под часами.

— Благодарю, я подумаю. 

Мы вежливо попрощались, снова растянув расшаркивания на добрых пять минут, и я поспешила сбежать от некромантов. Радость бурлила в крови, заставляя плясать и подпрыгивать по дороге в общежитие. Такое поведение не соответствовало образу настоящей леди, но я в целом редко делала что-то, что ему соответствовало. 

“Например, леди не пристало ставить эксперименты над людьми, — подумала я. — Но если очень хочется, никто не пострадает и всё сохранится в тайне, то почему нет?”

Глава 9. Возмездие

Громкая музыка заглушала даже собственные мысли, но я уже не удивлялась необычному звучанию. В прошлом году уже слышала те же песни, хоть и на вечеринку не пошла. Прошла мимо, лишь заглянув в зал торжеств. Любопытно было, да. 

Теперь же Нейтан уверенно кружил меня по танцевальной площадке, прижимая к себе чуточку ближе, чем позволяли приличия. Но я была не против — только так получалось услышать друг друга. Лили и Маркуса нигде не было. У меня уже глаза болелы выглядывать их в пёстрой толпе.

— Артур в порядке? — спросила я. — У заклинания не проявилось побочных эффектов? Простите моё любопытство, но я искренне беспокоюсь за лорда Чейза. 

— Что ему сделается? — фыркнул сын лорд-канцлера. — Как бутылку непонятной сивухи в кабаке на троих уговаривать, так смельчак. А подставить руку под эксперименты друга ему боязно. Кстати, я умираю от любопытства. Когда будем внедрять заклинание в жабры? Мой поставщик поклялся доставить их послезавтра к вечеру. Свеженькие, слегка охлаждённые. Сегодня плавали в живой акуле. Высший сорт! У рода Грост по-другому не бывает. 

— О, так быстро? — удивилась я. — Тогда продолжим эксперимент послезавтра ночью. Если у вас, конечно, нет важных дел. 

— Вы, моё самое важное дело, леди Нейшвиль, — некромант слегка отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза. — Распоряжайтесь моим временем, как вам угодно.

— Если я буду распоряжаться вашим временем, вам днём и ночью придётся просиживать в библиотеке, — я улыбнулась, представив, как лорд Грост грустно смотрит на выход из читального зала, но не смеет просить пощады. — Владельцы ближайших злачных заведений спасибо мне не скажут.

О домах терпимости я намекать не стала, хотя язык чесался. Обрести врагов в лице всех продажных женщин столицы — сомнительное удовольствие. А, если верить самому Нейтану, ночи он проводил либо в их объятиях, либо в кабаках. 

— Зато вас будет горячо благодарить мой отец, — расхохотался некромант. — Вы исполните его давнюю мечту. Заставите младшего сына стать достойным имени древнего рода. Я обязательно состарюсь под слоями бумажной пыли. Начну носить форменный мундир академии, как у господина Нарги… — Он замер на полувдохе и резко обернулся. — Или как у декана факультета глубин. Доброго вечера, лорд Этан-Бейли.

Я смутилась, наконец вспомнив о приличиях. Нужно отстраниться от Нейтана, со стороны наш танец мог выглядеть слишком вольным. Но он не позволил, а вырываться на глазах у Роджера было глупо. 

— Приветствую, леди Нейшвиль, лорд Грост. — Под магической лампой рыжие волосы Роджера казались заревом пожара над его головой. — Нейтан, вы позволите украсть на минутку внимание вашей дамы?

— При всём уважении, нет. Зал для торжеств полон прекрасных женщин. Вы без труда найдёте себе другую.

Мне показалось, декан скрипнул зубами. Черты его лица исказились, будто он снова выплетал иллюзию одиннадцатого уровня. 

— Я прощаю вам дерзость исключительно ради того, чтобы не устраивать скандал, — голос Роджера стал напоминать затаённое рычание хищника. — У меня к леди Нейшвиль исключительно деловой разговор. Каролина, прошу вас.

Он подал мне руку, не заботясь о том, что мы фактически торчали у всех на виду. Ещё мгновение, и танцующие пары совсем остановятся, чтобы не пропустить захватывающее зрелище.         

Я вложила ладонь в его пальцы, точно зная, что покраснела под многочисленными взглядами. План не привлекать к себе внимание, чтобы сохранить секрет, летел на дно океана. Обо мне теперь шёпталась вся академия. 

“К демонам репутацию, — подумала я. — Ничего предосудительного я не сделала. А встреча с деканом сейчас очень полезна”.

— Хорошо, что вы подошли, лорд Этан-Бейли, — пробормотала я. — Не знала, как найти вас. Маркус Кент где-то раздобыл серебряную пыль и собирается добавить её в вино Лили, моей соседки, чтобы склонить её к близости. Мы должны его остановить!

Нейтан хмуро посмотрел на меня. Ни на шаг не отошёл и слышал каждое слово.

— Что б его черви в могиле жрали! 

— Как вы узнали? — перебил Роджер, оглядывая зал и слегка касаясь пальцами раковины переговорного устройства, вставленного в ухо. 

— Случайно услышала разговор, — ответила я, не зная, стоит ли упоминать Вернарда. Он пытался отговорить Маркуса, хоть и не слишком настойчиво. — Я не видела его лица, но узнала по голосу. 

— Дежурный, — лорд Этан-Бейли заговорил, обращаясь к кому-то через ракушку. — Маркус Кент, наш второй курс. Где он? Жду.

Некроманту по негласным правилам академии запрещалось вмешиваться в дела глубинников, но Нейтан не собирался оставаться в стороне. Пока дежурные разыскивали Кента, он увидел Лили. 

— Вот она, — шепнул мне на ухо, — у второй колонны справа от входа. А рядом какой-то господин. Уж не ваш ли Кент?

— Вернард, — выдохнула я. — И он её уводит. Поспешим!

— Нет, — товарищ по экспериментам решительно взял меня за руку. — Не торопитесь сбивать набойки на туфлях, леди Нейшвиль. Если вы покажетесь рядом с преступниками, они живо сообразят, кто их сдал.   

— А если я буду ждать, когда толпа взрослых и серьёзных мужчин со всем разберётся, — зашипела я, оглядываясь на Роджера. — То не смогу потом смотреть в глаза Лили. Вдруг она уже пьяна серебрянной пылью? Видите бокал в её руке? 

— Тогда идём, — заявил Нейтан, спиной отгораживая меня от декана. — Быстрее, пока лорд Этан-Бейли занят.  

Я подобрала юбки бального платья и практически нырнула в поток танцующих людей. Сложно было не сбиться с пути и не потерять из вида Лили. Кто хоть раз лавировал в северном океане между льдинами, понял бы меня с полуслова. Спасибо лорду Гросту, он играл роль буксира и не давал мне застрять.

— Каролина? — староста удивился так, словно увидел привидение. — Что ты здесь делаешь?  

"Собираюсь устроить тебе головомойку!" — вертелось на языке, но Нейтан был прав. Месть Маркуса и его друзей мне ни к чему. 

Глава 10. Женская солидарность

Скрип половиц в комнате разбудил меня даже раньше, чем я сама собиралась проснуться. Дана ходила туда-сюда и бормотала что-то под нос, теребя любимый браслет.

Я взглянула на часы и застонала. Ещё час можно было спать. 

— Ты чего не спишь? — недовольно спросила я у соседки, не надеясь на ответ. 

— Лили не приходила ночевать, — она с размаху села на нерасправленную постель. — Мы ушли вместе, но потом разделились. Я ушла раньше, легла спать. Проснулась, а её нет. Вдруг что-то случилось? 

— Не случилось, — снова прячась под одеяло, успокоила я её. — Всё в порядке. Лили в лазарете.

Я громко зевнула и закрыла глаза, медленно погружаясь в сон, но Дана решила от бойкотов перейти к открытым издевательствам. Схватила меня за плечо и затрясла, заставляя вскочить на постели. 

— Ну что? 

— Как “в порядке”, если она в лазарете? — одногруппница смотрела на меня полными слёз глазами. Её губы дрожали, а пальцы с силой впивались в мою кожу. 

Я ударила себя ладонью по лбу. Надо же было спросонья такое сказать. Успокоила девушку, сказав, что её лучшая подруга у лекарей. Умница, Каролина. Ничего лучше не пришло в голову? 

— Она действительно в порядке, — мягко произнесла я, накрывая ладонь Даны своей. — Маркус пытался опоить Лили чем-то, но я случайно услышала его разговор с Вернардом и предупредила лорда Этана-Бейли. Ничего ужасного, благодаря нему, не произошло. А в лазарете наша соседка, потому что успела выпить вино с серебряной пылью. Целители сказали, что опасности для жизни нет, но ей лучше побыть ночью под их присмотром.

Карие глаза Даны распахнулись, будто я сказала ей, что изредка отращиваю хвост. Губы приоткрылись в немом изумлении. 

— Да, Маркус оказался ещё большим подлецом, чем мы все думали, — согласилась я с её невысказанными мыслями. — Нейтан Грост даже думает, что он будет мне мстить, если узнает, кто раскрыл его план администрации академии. Поэтому постарайся не подставить меня. 

Соседка несколько раз хлопнула ресницами, приходя в себя, а потом заговорила.

— Лорд Грост прав, — выдохнула она. — Слизняк Кент будет искать предателя, чтобы отомстить. Тем удивительнее, что ты в это влезла. Подумаешь, кто-то воспользуется простолюдинкой. С бастардом лорда Варкиса из-за девичьей чести Лили ссориться глупо. 

Да, Маркус не скрывал влиятельного отца. Наоборот, гордился и всячески подчёркивал, что разные фамилии ничего не значат. По крови он лорд. И пусть сейчас к нему обращаются “господин”, скоро всё изменится.  

— Будь он хоть бастардом самого морского бога, ему не должно сходить с рук такое отношение к девушкам, — фыркнула я, поправляя сорочку, съехавшую с плеча. — Если у Лили нет влиятельного отца, это не значит, что кто-то вроде Маркуса может вытирать об неё свои начищенные до блеска туфли. Можете считать это женской солидарностью. 

— Неисповедимы пути богини-матери Вейны, — хмыкнула Дана и поёжилась, будто только сейчас осознала, какой участи избежала Лили. — Мы думали, что ты нас за людей не считаешь. Смотришь всегда свысока. А это твоё “вежливые люди отвечают на приветствия”? Тьфу! 

Я рассмеялась. Надо же! Оказывается, мои соседки-гордячки, считали высокомерной меня. Впрочем, я сама сторонилась людей. Вполне могла казаться холодной леди.

— Я просто не очень общительна, — попыталась оправдаться я, вставая с кровати. — Не люблю тратить время на болтовню. Лучше что-то почитать или написать реферат, например.

— Заучка-а-а-а, — протянула она, искренне улыбаясь. — Ой, а на занятия Лили пустят? 

— И кто из нас заучка? — я тоже не удержалась от улыбки. — Давай вместе спросим у профессора Родрика. Я обещала ему зайти утром. Точное время визита мы не обсуждали, так что можем навестить Лили прямо сейчас.

***

Сильнее развязных сынков высокородных чиновников Роджер ненавидел только их же бастардов. Маркус Кент и Верднард Дарси сидели в его кабинете, для приличия опустив взгляд. Но их отцы в громких речах и попытках надавить на декана себе не отказывали. 

— Побойтесь гнева богов, лорд Этан-Бейли, — горячился глава департамента по контролю за движением воздушных кораблей. — Маркус лучший студент на курсе. Он получил именную стипендию Его Величества! Ему прочат блестящее будущее в науке. Ну какая серебряная пыль? Чушь, ерунда и попытка подставить моего сына.

— Поймите, мы ценим вашу бдительность, — вторил ему граф-маршал, — таким веществам не место в академии. Со всех сторон замечательно, что вы провели расследование, но неужели не ясно, что арестовали не тех виновных?

— А кого я должен был арестовать? — не удержался от провокации Роджер. — По вашему мнению.

Друзья-преступники обменялись мимолётными взглядами. Да, нос Маркуса был точь-в-точь, как у отца, сейчас Роджер заметил сходство. И Вернард пошёл не в мать. Возможно поэтому высокопоставленные гуляки почти с радостью признали их. Фамилию свою не дали, не стали окончательно оскорблять жён, но в судьбе талантливых мальчиков участвовали на всю катушку. Они и обнаглели. Нет, учились хорошо, этого не отнять. Роджер поспорил бы на счёт “лучшего на курсе”, хотя сам дал Маркусу авансом один балл на экзамене. Но неужели мнимая вседозволенность настолько застилала глаза? Зачем трогать несчастную девочку? Неужели карманных денег не хватило на поход в бордель? Очередей там нет, насколько знал декан. Доступные женщины на любой вкус. 

— Кого арестовать? — переспросил лорд Варкис. — Того, кто принёс серебряную пыль в академию. Того, кто сам же её и выпил вместе с вином. Лили Хэзилнат.        

Друзья залётчики снова переглянулись. Стоит записать в адрес Маркуса ещё одно очко, лицо у него вытянулось. Сам не ожидал настолько дерзкого полёта мысли своего отца? 

— Девушка давно пристрастилась к запрещённым веществам, — добавил граф-маршал. — Печально, но такое бывает. Низкое происхождение, туманные перспективы… А яркой жизни так хочется.

Глава 11. Шокирующее предложение

Удача, наконец, вернулась ко мне и, видимо, извиняясь за годы отсутствия, помогала по всем фронтам. И заклинание для выравнивания внутреннего и внешнего давления нашлось быстро, и акульи жабры доставили свежайшие. Мы с Нейтаном законсервировали их, а из парочки самых лучших сделали артефакт с рабочим названием "БДСМ". Батискаф дешёвый складной мобильный. Лорд Грост придумал, а его сосед по комнате лорд Чейз почему-то покраснел. Одна я ничего не поняла. Предлагала убрать букву “Д” или заменить чем-то другим, но оба некроманта настаивали, что так лучше.

— Сравните стоимость, леди Нейшвиль, — воодушевлённо размахивал руками Нейтан. — Дорогущая, тяжеленная железяка и наш элегантный артефакт. Конечно, его купят намного охотнее. А шарфик? Где вы видели батискаф с лентами натурального шёлка? Леди-учёным точно понравится.

— Если они переживут шок от названия, — проговорил в сжатый кулак Артур и закашлялся. — Оставьте БДСМ, Каролина. Но помните, что перед заявкой на патент название можно поменять. Сейчас оно ёмкое и с изюминкой. Глупо отказываться. 

— Вам виднее, лорд Чейз, — вздохнула я, убирая получившейся шедевр в шкатулку с наколдованным стазисом.   

Жабры прекрасно добывали воздух прямо из воды. Мне удалось вплести в некромантское заклинание проницаемости плоти наш “водный фильтр”. Да, рот придётся держать закрытым. Но возможность больше не переживать о запасах кислорода того стоила.   

"Прорыв, прорыв! — вопил внутренний голос. — Самое значимое открытие десятилетия!"

Я смущалась невероятно. Десять раз осаживала себя, что испытания не закончены. Да, в учебном бассейне сначала задышал зомби, а потом и лорд Чейз. Но кто знает, как артефакт поведёт себя на глубине? До погружения с Роджером оставался один день. Я нервничала как никогда в жизни. Литрами пила успокаивающий чай и спала в обнимку с учебниками.     

— Некроманты плохо на тебя влияют, — ворчали Дана и Лили.

— Вот-вот, — отказывалась спорить я. — Лорд Грост говорил то же самое. 

Учёбу пришлось на время забросить. Я вполуха слушала лекции, конспектировала их через абзац. А всё потому что на коленях постоянно держала рукописный дневник с наработками. На семинарах, хвала богам, удавалось отсиживаться в тени. Лили всегда вызывалась отвечать первой. Восстанавливала репутацию после истории с серебряной пылью, и, в качестве побочного эффекта, прикрывала мою спину.

— На здоровье, — отвечала она на моё “спасибо”. — Это меньшее, что я могу для тебя сделать.

Выслушав звонок с последней пары по заклинаниям водной стихии, я положила тетради в сумку, не глядя сунула к ним чернильницу-непроливайку, и поспешила в парк. Хотелось проветрить голову. Посидеть немного в тени раскидистых деревьев и больше не думать о сетках и узлах магического плетения.

— Леди Нейшвиль? — из мечтательной полудрёмы меня вывел голос дежурного по общежитию. Третьекурсник с совершенно непроизносимым именем протягивал записку на клочке бумаги. — Вас ждут в комнате для свиданий.

“Папа!” — сразу же догадалась я, разворачивая послание.

Действительно. Лорд Риган Нейшвиль называл меня своей маленькой девочкой и просил поторопиться.

Неужели, из путешествия отец сразу поехал в академию? Так соскучился? Или хочет узнать подробности моей работы с господином Примом? Точно! Его ведь обрадовало, что моими исследованиями заинтересовались в тайной канцелярии. 

"Ох, папа, если всё получится, ты будешь мною гордиться, — мысленно обещала я, почти срываясь на бег. — Твою фамилию будут печатать в учебниках. Вот как я отплачу тебе за отцовскую заботу и любовь. Не позором, а славой для рода".

Я тоже соскучилась. Хотелось обнять лорда Нейшвиля, прижаться к его груди и хотя бы на пару минут забыть об опасности. Рядом с папой не страшно. Рядом с папой никто не посягнëт на мои секреты. 

Комнатой для свиданий называли мраморную беседку в парке. Множество колонн, увитых плющом, и ажурный купол. Под ним на полу в солнечный день расцветали замысловатые узоры. Я запыхалась и перешла на спокойный шаг. Настоящей леди нельзя быть похожей на загнанную лошадь. Стоп, а кто там рядом с отцом?

Тёмно-зелёное платье тётушки Маргри я узнала сразу. Какая муха укусила мою родственницу, что она покинула поместье и приехала повидаться с племянницей? Я бы уж как-нибудь обошлась без такой чести. Пережила. И кем был ещё один мужчина? Его лицо мне казалось смутно знакомым.

— Каролина, дорогая, — тётушка раскинула руки в приветственном объятии. — Ты всё учишься, моя умница, а мы уже заждались.  

Всё. Лекари сообщили моей семье, что я смертельно больна. Или пророки вещали о надвигающемся конце света. Иных причин для такой внезапной любви леди Маргри к “проклятой старой деве” и “позору для рода” я не могла придумать. Да она впервые приехала меня навестить, обычно даже письма не писала! 

— Какая неожиданная встреча, тётя, — клюнув её в щёку вежливым поцелуем, произнесла я. — Как ваше здоровье? 

“Не потеряли ли вы случайно память?” 

А что? Шла леди по саду, и вдруг ей на голову не упало яблоко. Рассудок и помутился. Забыла тётушка, что терпеть меня не может и считает главным разочарованием. Незамужняя Нейшвиль! Какой ужас! 

— Годы уже не те, — скромно опустила взгляд самая здоровая женщина на свете. — Но молитвами близких ещё держусь как-то. Мне лишь бы дети были счастливы. Племянница единственная.

— Молюсь за вас денно и нощно, тётушка, — поддержала я спектакль. Если и молилась, то только о том, чтобы подольше сестру отца не видеть. — Что же вас привело в академию? 

— Ой, да я что? — всплеснула она руками. — Пусть лучше Риган скажет.

“Ох, русалочьим хвостом чувствую, леди Маргри задумала какую-то гадость”.

Я перевела взгляд на папу и забыла о своих страхах. Улыбнулась и обняла, как давно хотела, прижимаясь носом к груди и вдыхая знакомый с запах. 

— Соскучилась, — шепнула я. — Надеюсь, ты никуда не уедешь до следующих каникул?