Дочь севера. Гвардеец по распределению

Глава 1

Лиабэл Северная

Влетит мне. Однозначно влетит. Терра миллион раз напоминала, а я все равно опаздываю. Точнее уже опоздала. Если уж быть честной, то просто катастрофически опоздала.

Лечу по дороге, обгоняя ветер. Красивая метафора, но сложно реализуемая. По родному Лостиркуду после дождя сильно не побегаешь. Мы, конечно, носим гордое название столицы севера, правда на этом гордость заканчивается. Наш город больше похож на большую деревню, поэтому о мощённых дорогах мы с соседями только мечтаем. А после вчерашнего ливня, узкие проходы между домами стали совсем труднопроходимыми от грязи. Мы редко от этого страдаем, летом сухо, зимой снежно. А весна и осень у нас короткие, одна-две седьмицы, не больше. Но когда мне везло? Даже с погодой? Правильно, никогда.

Хлюпаю по грязи на максимальной скорости, прячу под подол рабочего фартука пакет. Не хватало ещё и его запачкать. Ведь платье, ботинки - уже только чистить. Осень, как всегда, началась резко, одним днём объявив, что у нас осталось совсем мало времени перед первыми заморозками. Собственно, из-за этого я за последние сутки и спала час или…? Я спала вообще? Сейчас у меня каждая минута на счету. Мотнула головой, отгоняя ненужные мысли. Терра, Терра все равно меня убьёт. Ей не объяснишь почему семена нужно собрать именно до заморозков, а пересаживать под луной, что нужно делать в лесу… да ее это все и не должно касаться. У неё своя работа, у меня своя. Я тоже не сильно переживаю, как она там успевает за тремя этажами постоялого двора следить. Так что в расчете.

Надо, наверное, здесь завернуть, чтобы зайти с чёрного хода. Все-таки и грязь нанесу, и перед новенькими в таком виде показывать не хочется. Хотя, учитывая время, ни в каком виде не хочется. Сейчас прибывшие по ежегодному распределению в гарнизон, уже лыка не вяжут, а значит появляться перед ними в платье в принципе опасно. Даже в грязном. Любая особь женского пола уже автоматически привлекательна. Правда не мне жаловаться на привлекательность. Пушистая копна рыжих волос до лопаток, которая даже в пучок собирается с трудом. А непослушные пряди у лица вообще никак не поддаются причёсыванию. Немного треугольное, но плавное лицо. Большие, даже слишком, ореховые глаза, курносый нос, высокий лоб и пухлые губы. Не нравились мне только мои веснушки и фигура. С первым все понятно - кому вообще может понравится конопатое лицо. Россыпь веснушек на скулах создавала два облачка. Тоже мне, поцелуй солнышка. А фигура? Хотелось бы иметь высокий рост, крепкое тело. Для моей работы и наших суровых зим это бы очень пригодилось. Но могла я похвастаться лишь миниатюрной, тонкой фигуркой. Невысокая и незаметная. В общем, в лесу, могу и в кустарнике затеряться. Это я к чему? А! К тому что в зал заходить нельзя. Я, конечно, не красавица, но в целом ничего. А нашим новым гвардейцам, уже достаточно пьяным, много и не надо.

И почему корпус не могут распределять летом? Зимой к нам не добраться, согласна. Весной паводки. Но почему же именно осень? Каждый год мучаюсь, разрываюсь между работой и необходимостью все успеть за две седьмицы осени. Да, к сожалению, травнице много не платят. Поэтому отказаться даже от одного заказа на это время я не могу. Останусь с травами, но без еды. Тем более на постоялом дворе вовсе не так много надо. Пришла, обновила травяные сборы для свежести и аромата в помещениях, проверила специи, намешала чаи, отвары. Терра и платила хорошо. А сегодня я ее подвела. Ладно, сегодня, как и каждый год я ее подвела. Потому что опаздываю. Да где же эта чертова дверь чёрного хода? Наконец то! Влетаю в кладовую и сразу же сворачиваю к полкам.

- Лисичка, ты попала… - вместо приветствия сочувственно пробасил Рэйман.

Оглянулась через плечо на владельца голоса, который сразу же занял собой практически всю кладовую. Хозяин постоялого двора, по совместительству повар, Рэйман Хэдлар. Взрослый мужчина, в самом расцвете лет. Приятное, но немного угловатое лицо, светло-серые глаза, узкие губы и вечная усмешка. Суровый, надежный, бесконечно добрый для своих. Рэйман годился мне в отцы, собственно старшему сыну, как и мне в эту зиму исполнится девятнадцать. Но мужчина явно не походил на старика. Мощная, крупная фигура, мускулистые руки. Только небольшой животик говорил о том, что Рэйман уже зрелый мужчина. Но даже сейчас вышибал на постоялом дворе не держали. Хозяин с сыновьями могли сами выпроводить любого дебошира. Копна выцветших светлых волос, как всегда, была спрятана под легкой шапкой, чтобы не мешать при готовке. Простая светлая рубаха и тёмные штаны все равно запачкались, несмотря на фартук. Судя по всему, гулянка по случаю перевода в самом разгаре, раз мужчина пошёл к бочонокам с вином.

- Все совсем плохо? - грустно вздохнула я.

- Она уже три раза спрашивала.

- А новенькие?

- Это моя пятая ходка в кладовую.

Я застонала. Тихонько ругаясь под нос быстро и сноровисто стала обновлять все сборы. Решила оставить двойную порцию отвара, помогающего с похмелья.

- Слушай, - я хмыкнула, обозначая, что внимаю каждому слову, но при этом не планирую отрываться от работы - иди-ка ты сначала в комнаты. Пока никто не решил уйти отдыхать.

- Рэйман, сейчас уже без разницы. Проскачу по комнатам, могу нарваться в зале.

- Горе ты ходячее! Опять семена свои собирала? - хмыкнул хозяин таверны.

- Я не виновата, что все нужно успеть до заморозков.

- Не хмурься лисичка. Терра ещё полбеды. А вот новенькие, - мужчина задумался - давай-ка мне сюда мешочки для зала. Прямо на бочонок кидай. Сам пройду и сменю.

- Очень мило, но ты не должен, - я вопросительно уставилась на Рэймана.

- Я должен следить за порядком в таверне. А если твоя рыжая мордашка сейчас появится перед новенькими, то мне придётся вышвыривать их всех.

- Ты преувеличиваешь, - попыталась я свести все на шутку.

- Нисколько. Лиа, в этом году шестеро новичков.

- Брешишь! Базматти сколько себя помню выпрашивал у столицы побольше практикантов, но всегда направляют только двоих-троих дебоширов.

Глава 2

Гастиль диль ван хейзен Примонд

Северная столица. Я буду отрабатывать практику в Лостиркуде, который является северной столицей. Наверное, из-за того, что в местной глуши это вообще единственный город. Да, хотя с городом я погорячился. Это деревня, самая настоящая деревня. Нищая, грязная и убогая. И это по мнению папеньки должно сделать из меня мужчину? Просто шикарно.

Я, конечно, переборщил в последний раз. Согласен-согласен. Но принц сам попросил девочек с доставкой! А то, что в поганом дворце сработает сигнализация, и защита перенаправит меня с дамами прямо в допросную тайной канцелярии? Так каюсь, вино было слишком крепким, вот я и забылся. Надо было идти привычным секретным ходом, но так лень. Вот черт же меня дёрнул поставить портал.

И ведь попался бы страже, то можно было договориться. Подключить того же принца, из-за которого и вляпался. Но нет! Угораздило меня прямо к папеньке в управление попасть. Все, тут не спас бы и король.

Трое суток! Меня продержали в допросной трое суток. Новый личный рекорд. Хотя уверен, мать просто пригрозила отцу, чтобы он меня выпустил. Вот так мы живем. Я косячу, папенька наказывает, а матушка прикрывает. Святая женщина! Только вот в этот раз прорвало и ее.

Ну а чего она хотела? Миллион раз ей повторял, что не стану жениться после выпуска. Ни ради капиталов, ни ради рода, ни тем более ради маминых интриг. И этот ее званый ужин, я не саботировал. А просто расставил все точки над и. Сразу, громко и четко.

Уверен, родители сами впали в шок. Впервые за 25 лет моей жизни они сошлись во мнении относительно моего воспитания. Оба пылали праведным гневом и желанием проучить отпрыска. Один взялся сделать из меня мужчину, а вторая надеялась, что это подтолкнет меня к свадьбе.

Северная столица. Целый год в северной столице. Я, наследник высшего сословия аристократов диль ван хейзен Примондов. Лучший выпускник гвардейского корпуса. Маг, в конце концов со стабильным даром и немаленьким резервом. Просто трата целого года жизни.

Причём с чего родители взяли, что в этот раз наказание сработает? Куда меня только не ссылали. И на вспашку полей, под прикрытием изучения нюансов работы на наших землях. Труд в коровниках и курятниках, объясняли потребностью знать как устроено наше скотоводство. Дальше по списку. Я успел побывать чернорабочим, во всех отраслях нашего немаленького хозяйства. В итоге меня спихнули в гвардейское училище, на перевоспитание. Но до родителей просто никак не доходит, что нельзя перевоспитать дух. Дух свободы.

Я не намерен играть в серого кардинала, как мечтает папа. Точно не стану примерным помещиком, с женой, детьми, светской жизнью, как спит и видит мама. Я… я не знаю, кем стану. Но хотелось бы остаться собой. Жаль, таким какой есть - родителей я категорически не устраиваю. Строптивый, самоуверенный, нахальный, своенравный, заносчивый, неуправляемый, и так до бесконечности. Но это если верить их словам.

Отчасти они, конечно, правы. Но среди юных наследников, я был ещё не самым заносчивым - это факт. Просто в отличие от других молодых аристократов никогда не лицемерил. Может мое поведение не пример послушания и кротости, но оно хотя бы не отличается в зависимости от компании. И сейчас я впервые об этом жалею. Надо было перешагнуть через гордость и покаяться, сейчас бы не трясся от злости.

Другие эмоции, мой даже слегка затуманенный вином, мозг просто не генерировал. Северная столица, где мне теперь предстоит жить, была грязная и серая. Постоялый двор, в который нас расквартировали, был просто убог. Местное население состояло из простаков. Не то, что гвардейское училище, не выбило из меня спесь, но я рассчитывал, что с его окончанием наконец забуду о полевых условиях. Напрасно. Чуть выправляли ситуацию местные красавицы.

Не зря про северянок слагают легенды. Девушки прелестны, статны, крепки и судя по поведению совсем не обременяют себя моралью. Одна стайка молоденьких девиц уже даже перебралась к нам за столик. Так что можно будет отвлечься, но позже. Сейчас я слишком раздражен. Даже глупый и слишком откровенный флирт скорее напрягает, чем расслабляет.

Завтра построение, а начальник корпуса по слухам зверь. Вряд ли он обманется моим приличным видом. Скорее всего больше поверит личному делу. Но все равно, надо хотя бы постараться не осложнять себе жизнь. Так сразу. Приду вовремя, чистым и свежим. Как и положено настоящему гвардейцу, тем более аристократу.

- Дамы, вы поистине озарили мой вечер и подарили надежду на прекрасную службу, - выдавил из себя дежурную улыбку, но местным барышням многого и не надо. Особенно, ближней с совсем глубоким декольте и сложной прической из светлых волос - но вынужден удалится.

- Ох, Гастиль, неужели вы нас оставите? - дамочка не сдаётся и прижимается к моей руке.

Я бы соблазнился, будь мы в родном Колдтранде. Но с этой деревни станется. Нужно сначала разузнать о порядках, не хватало ещё, чтобы меня попытались сосватать под шумок. Как же зовут эту сероглазую блондинку? Ладно, рано пока себе этим голову забивать.

- Милая моя, - я наклонился к ее уху и с удовольствием наблюдал, как девушка застыла - я вынужден вернуться в комнату. Поверьте, оставить вас, последнее из моих желаний.

Девушка томно вздохнула и захлопала накрашенными ресницами. Вот так, отличный вариант. Немного загадочности, самая капля надежды и готово. Первая база в этом захолустье уже найдена. Приятная такая база, с выдающимися формами, миловидным лицом и смешной привычкой выпячивать губки вперёд. Платье, конечно простовато, но скорее всего — это лучшее из всего ее гардероба. Макияж, причёска - девочка явно готовилась, а судя по румянцу и блеску глаз, сейчас она уверена, что не зря. И теперь я буду ждать, искать ее одну. Вот только вспомнить бы как ее зовут.

- Тогда смею надеятся об остальных желаниях, вы мне тоже расскажете, - облизываясь прошептала она.

Ещё раз посмотрел на барышню, такую настойчивость нужно запомнить и вознаградить. Позже. Медленно кивнул, после чего бросил взгляд на остающихся парней.

Глава 3

Лиабэл Северная

Огромный, широкоплечий, твёрдый, как скала. Я было подумала, что Логар успел снова вырасти, но сын владельца постоялого двора только пытался за мной ухаживать. Причем очень прилично. Так нагло и по-хозяйских сжимать мою талию он не смел. Никто не смел! Кроме этого новенького гвардейца, от которого пахло вином и, неожиданно, древесной смолой. Мой любимый запах. А ещё мускулистые, крепкие руки. И, конечно же, пронзительный взгляд черных, как безлунная ночь, глаз. Ух, не о том думаю!

- Отпустите.

- А как же извиниться?

Парень изогнул одну бровь, и, кажется, схватил меня сильнее. У него там, что вместо руки раскалённая кочерга? От прикосновения по коже расползается жар, а от насмешливого тона, вскипает гнев. Проскочила называется! С таким же успехом, можно было задирать юбку повыше и присаживаться прямо за столик.

- Извините и отпустите, - процедила я теряя терпение.

- А как же поблагодарить?

Да он издевается? Надо успокоится, Рэйман предупреждал, что они уже достаточно выпили. Лучше не нарываться. Лучше вспомнить, как в прошлом году Базматти гонял новеньких под дождем в одних портках, после пьянки. Вроде бы завтра дождь, а мне как раз надо попроситься в лесной караул. Помниться начальник нашего корпуса всегда любил мой бодрящий сбор. Надо захватить ему в подарок и напомнить заодно про прекрасный метод воспитания.

- Благодарю, извините и отпустите уже наконец, - выдавила я сквозь зубы.

Стальные пальцы на моей талии наконец разжались, и я смогла сделать шаг назад. Кожа горела, дыхание сбилось, а сердце отчего то стучало так, будто было твёрдо намерено выскочить из грудной клетки. Чувствовала себя загнанной в угол дичью. А передо мной охотник. С волевым подбородком, густыми чёрными волосами, и маленьким шрамом у виска, который так хочется погладить. Я едва доставала мужчине до плеч, поэтому мне напрямую открывался обзор на широкую грудь, литые мышцы, которые угадывались за приталенной рубашкой. Казалось, обхвати меня он посильнее, то мог бы и сломать. Или прижать ещё ближе. Мотнула головой, отгоняя странные мысли. Надо все-таки поспать, а то переутомление у меня в этот раз какое-то странное. Я уже обошла новенького и наступила на первую ступеньку лестницы.

- Какая послушная девочка.

- Да что вы себе позволяете? - обернулась и выпалила я прежде, чем успела подумать.

А было бы неплохо сначала подумать. Для разнообразия так сказать. Ой, боб мне в лоб! Да что же я творю! Теперь мы сравнялись в росте и обернувшись, я встретилась с чёрными глазами. Казалось, зрачка в них совсем нет, но если приглядеться, то видно, как в глазах мелькают фиолетовые и синие искры. Будто манят за собой, приглашая утонуть в этом непроницаемом взгляде. Мужчина продолжал ухмыляется и вдобавок скрестил руки на груди.

- Всего лишь подметить очевидное и сказать об этом вслух, - ведь провоцирует. По холёной морде вижу, что провоцирует. Да вот только не на ту напал!

- Так вы научились бы для начала, - я отзеркалила его позу и теперь мы сверлили друг на друга взглядом.

- Чему именно?

- Ну звуки изо рта худо бедно в слова складываете, - усмехнулась я - а вот подмечать очевидное, пока совсем не получается.

Новенький окинул меня взглядом медленным, тяжелым, изучающим. С ног до головы. Вслед за его взором по телу пробежал табун мурашек. Переутомление, странное, горячее и непонятное переутомление, никак, я повторяю никак, не связанное с шикарным мужчиной. Который стоял и продолжал рассматривать. Вот ведь нахал! Неужели думал, что я здесь буду дожидаться пока он налюбуется? Развернулась и пошла было дальше, как в спину мне раздалось.

- Это ты? Пахнешь?

Новенький прикрыл глаза и в прямом смысле слова принюхивался. А я лишь титаническим усилием воли прикусила язык. Да, я пахну! Травнице положено пахнуть. Как мяснику или пекарю, никогда не избавиться от ореола аромата мяса или хлеба, так и меня не спасти от стойкого запаха трав. Я пробовала. По глупости даже купила как-то раз дорогие духи, которые так и стоят теперь на подоконнике. Потому что соблазнительный цветочный аромат, который так шёл обычным девушкам, смешиваясь с моим стойким травяным превратился в вонь, способную вызвать только головную боль. Не то чтобы я не знала, об этом, но все равно аж дыхание сбилось от возмущения и... обиды? Неважно. Кто же вообще себе позволяет такое вслух говорить? Ответ очевиден.

Аристократ. Могу поспорить на что угодно. Только они считают, что в праве себя так вести. Безнаказанные, надменные, непробиваемые. Как же я их ненавижу! Руки сами собой сжались, но звук надрывающегося бумажного пакета с травами и собранными мешочками меня отрезвил. Кстати, о пакете, то есть о работе.

- Да господин, - опустила взгляд в пол - я пахну. И сейчас наверху тоже будет пахнуть. Поэтому извините за неудобство, но лучше вам побыть в общем зале ещё буквально пару минут.

- Нет.

Вот так просто. Хотя, о чем это я? Откуда аристократам вообще знать о сложностях. Меня спас хозяин двора. Опять. Мужчина наконец вытащил бочонок с вином, но застыл у двери, завидев странную картину. А поверьте, я стоящая и буравящая взглядом пол - это очень странно. Вам любой скажет.

- Лиси, гхм, Лиа, все в порядке?

- Да, - я с облегчением глянула на Рэймана - господину не понравился мой травяной запах.

- Это вы зря, - хозяин постоялого двора удивлённо уставился на гвардейца - Лиабэл у нас потомственная травница. Она сборами половину севера на ноги ставит. А мешочки с травами для аромата, мы ее сами еле уговорили для наших гостей делать, чтобы лучше спали и вкуснее ели. Но раз вам не по душе, то комната господина седьмая, там ничего не меняй.

Я счастливо кивнула, идти в комнату к этому типу не хотелось совершенно. А хозяин постоялого двора поставил бочонок и в довесок к своим словам упёр руки в бока. Ещё и полным именем меня назвал. Редко я его слышу. В основном просто Лиа. Близкие зовут лисой. Точно старик меня защищать собрался. Я невольно улыбнулась.

Глава 4

Лиабэл Северная

Ярость, которая затуманила разум, развеялась вместе с грохотом свалившегося гвардейца. Ой. Ой. ОЙ!

Я с ужасом смотрела на валяющегося на полу новенького. С одной стороны, он ведь просто уснул. Но с другой, он ведь когда-нибудь проснётся. Хотя, это ему нужно переживать! Наверное. Я-то оборонялась. Мое слово, против его. И мы не в столице, где происхождение развязывает руки. У нас на севере есть только правда. Будь ты хоть аристократ высшего сословия! Ладно про высшее, я преувеличила, их здесь отродясь не было.

Выскочила из комнаты и закрыла дверь. На автомате быстро сменила мешочки с травами. И прочь с постоялого двора. Только на подходе к дому немного умерила свою панику. Ну чего я переживаю? Поспит немного гвардеец, так это же хорошо! Отдохнет с дороги, как следует. Можно вообще сказать я о нем позаботилась. Ай да молодец. А то, что на полу, так не страшно. И вообще для спины полезно.

Подойдя к нашему домику, начала петлять. Сделать дорожку все никак не доходили руки и сейчас грязь размыла небольшой дворик. Поэтому путь от ограды до входной двери представлял собой небольшую полосу препятствий. Входная дверь привычно скрипнула, и я быстро ее прикрыла. Скинула обувь и прошла по гостиной, служившей также кабинетом и кухней, вплоть до двери в комнату к ба. Прислушалась к мерному сопению моей старушки. Хорошо, что она спит. Мне ещё нужно поработать, а ба снова стала бы ворчать. Домик у нас был совсем небольшой, на первом этаже располагалась еще ванна с туалетом, а по приставной лестнице я забиралась на чердак, точнее в свою спальню. Говорю же травницы много не зарабатывают. Даже потомственные.

Рэйман не соврал, меня делу обучала ба - а она одна из лучших. И сейчас любит повторять, что может гордиться своей ученицей, превзошедшей учителя. Но ее гордость не помогает нам покупать продукты и вещи. А жаль. В целом мы не жаловались. У нас было все необходимое, без излишков, но и без голода. Те времена слава Богам закончились. Когда болезнь забрала маму и сильно подкосила ба, мне было всего одиннадцать. Я ещё верила в сказки, в отца… Но жизнь быстро учит, а если ты ее игнорируешь, то она преподаёт урок снова только жёстче, пока не дойдёт. Я свой усвоила. Поэтому к двенадцати уже вышла торговать с первыми сборами.

Было тяжело. Очень. Я была, по сути, ребёнком, неусидчивым и нетерпеливым. А именно этого не терпит работа травницы. Это кропотливый, филигранный, но очень монотонный труд. Под чутким руководством ба я… запарывала сборы один за другим. Уж сколько трав погубила собственными руками в том возрасте, даже вспомнить страшно. Но голод хороший стимул. Не сможешь опустить руки, даже если сильно захочешь. Потихоньку у меня стало получаться. Сначала самое простое. Лечебные сборы, миксы для отваров и готовки. Ба вбивала в меня свойства трав, правила подготовки, рецепты, возможности при смешивании. Постепенно моя голова стала включиться, я стала не просто запоминать, но и осознавать. Задавать вопросы. Думать. Экспериментировать.

Для меня открылся новый мир, в котором я могла пропадать днями напролёт. Изучая новые свойства трав, выводя схемы при смешивании ингредиентов, пробуя новые агрегатные состояния. Постепенно мой ассортимент разнообразился эссенциями, мазями, порошками. Я использовала привычные свойства трав в неожиданных областях. Так с простого лечения, готовки, я перешла на работу по дому, наведение красоты, даже работу с ароматерапией. Мешочки для помещений я придумала как раз после неудачного опыта с духами.

В общем я пыталась применить травы и их свойства везде, где можно. Даже где нельзя. Безусловно помогала моя магия. Да-да, у меня был дар. Без обучения и стабилизации толком пользоваться я им не могла, но даже сырой магической силы мне хватало для работы. Я могла замедлить или убыстрить какие-то процессы, закрепить или усилить свойства полученного продукта. Немного, но для нашего края уже запредельно.

Магов у нас здесь не было. Конечно, гвардейцы имеют дар, но как объяснял Базматти, они его перекраивают исключительно для рабочих нужд. Боевая, поисковая, разрушительная и защитная магия — это да. Но ни одного бытового, целительского или любого другого заклинания они попросту не знали. Каждый год, когда новички немного обживались, я пыталась выспросить хоть что то, но ничего нового за столько лет не узнала.

Вернулась к столу, стоявшему прямо по центру комнаты. Одну стену занимала кухня и шкафы с домашним скарбом. А вот противоположная была моей гордостью. Полки с бесконечными бутыльками, коробками и ящиками. Развешенные листья, цветы и веники. Инструменты для работы, мерные стаканчики, полезные мелочи. Что-то переданное ба, еще со времени ее работы. Что-то сделанное или купленной уже мной. Каждый раз начиная работу я испытывала настоящий восторг от своих инструментов. Может поэтому ба иногда даже жалела, что сделала из меня травницу. Она любила повторять.

- Дурная ты. Сделала же уже сбор! Ну и хватит! Чего ты там сидишь ночами напролёт? Лучше бы ты на свидания так бегала, как в свою оранжерею и в лес.

Ба так боялась, что я повторю судьбу мамы. Она была удивительной, весёлой и жизнерадостной. Всегда отдавала всю себя, без остатка. Сначала учебе, потом работе, и конечно же отцу. Да вот только ему не была нужна ни любовь, ни наше захолустье, ни даже я. Мама так и не смогла открыть своё сердце кому-то ещё. И глядя на меня ба видела свою дочь. Я не спорила, тем более проще сказать, что я просто не встретила того самого. Чем объяснять, что кусок мяса меня заботит намного больше, чем свидания.

Мужчинам я не доверяла. Слишком глупо полагаться на того, кто в любой момент может тебя бросить. В отличие от работы. Мои травы всегда со мной, и лучше я свои силы буду отдавать им.

До заморозков нужно успеть пересадить все в оранжереи. Чтобы зимой не остаться без ингредиентов. Собрать травы нехитрое. А вот собрать семена или молодые побеги сложно. Очень. Чтобы найти подходящие для пересадки побеги, приходится прочесать весь лес, а не обойтись первым попавшимся растением. Прибавьте к этому дикое зверьё, которое начинает мигрировать осенью и поймёте почему я каждый год напрашиваюсь к гвардейцам в караул. Бродить одной несколько дня, пока соберу все необходимое, равноценно самоубийству.

Глава 5

Лиабэл Северная

Я, кажется, не дышала. Точно не дышала. Вот почему? Боги, почему? За что? Я трудолюбивая и послушная девочка. Ну ладно, может не послушная, но такого не заслужила. Вот бы провалиться под землю. Демоны, да не в прямом же смысле!

Поскользнувшись на грязи, я стала заваливаться назад. Пока меня не придержали за талию, и я не уперлась в грудь новенького. Из стали она что ли у него сделана? Огромная рука снова не спешила меня отпускать, и в этот раз я не стала ждать.

- Извините, спасибо и отпустите, - выпалила на одном дыхание.

- Ты быстро учишься, - проникновенный голос мужчины раздался у самого моего виска.

Сделав быстрый шаг вперёд, я обернулась. Гвардеец держал ящик одной рукой, будто бы тот ничего не весил. Пристально смотрел на меня, казалось, чёрные глаза сейчас прожгут меня насквозь. Так, это наш будущий защитник, нам ещё переживать зиму вместе. А на севере — это считай пройти через всю бездну. Прятаться от него все равно не получится, так что лучше решить все раз и навсегда. Набрала побольше воздуха в легкие.

- Господин Примонд, - он изогнул одну бровь и усмехнулся - я не собираюсь извиняться за вчерашнее. Вообще то это вам должно быть стыдно. Приличным девушкам такого не предлагают. Тем более вы гвардеец, образец доблести и чести. Надеюсь, вы не посрамите свой мундир недостойным поведением. И между нами не возникнет более недопонимания. Тем более подобных ситуаций.

- Гастиль.

- Чего? - опешила я, с какой-то заторможенностью отмечая как приближается ко мне мужское лицо.

- Меня зовут Гастиль, Лиабэл.

И это все? Все что он мне ответит? Этот наглый, самодовольный, красивый индюк! Некрасивый! Никакой некрасивый. Вон черты лица какие мужественные, острые, и шрам этот у виска. Да что со мной твориться? С трудом выдохнула и пошла вперёд. Некогда мне в гляделки играть.

Рынок и правда был совсем рядом. Пять рядов по четыре прилавка в каждом. Сколоченные столы, с полками внутри и навес сверху. Ничего особенного. Кто был поуспешнее держали лавки в домах, ну а мы торговали прямо так, на улице. Тяжело было только зимой, но ничего, в этом году я улучшила состав, так что согревающий отвар должен решить последнюю проблему. Мое место было свободно, да и здесь никто не стремился занять чужое. Людей мало и идут все равно не к первому попавшемуся прилавку, а скорее к конкретному человеку.

В четвёртом ряду, третье место. Здесь ещё моя ба торговала. У нас вообще получился чисто женский ряд. Калоти, шла первой и предлагала вышивку. Дейва, шла следом и торговала резными игрушками и тряпичными куклами. А после меня четвёртой замыкала Салли, занимающаяся овощами. Все женщины были хорошо старше, и относились ко мне как к дочери. И пусть необходимость бойко продавать товар, привлекать внимание покупателей, навсегда оставила отпечаток на характере женщин. Сделав их громкими, говорливыми и совершенно бесстыдными. Я все равно их любила. Потому что за беспардонностью скрывалась только доброта и искренняя забота.

- Лиса, ты сегодня поэтому припоздала? Новенького решила прибрать? - Дейва вытянула свою массивную фигуру над прилавком и с жадностью рассматривала гвардейца.

- Давно пора! Может теперь и на мое кружево взглянет наконец! - вторила ей со смехом Калоти, тряхнув чёрной гривой.

- Зато у меня огурцы и кабачки брать перестанет. Вон у неё теперь какой фрукт! - добила Салли и дамы зажрали так, что наш конюх, наверное, побежал искать сбежавших лошадей.

- Да что вы девочки! - ещё я не оставалась в долгу! И пусть новенький посмотрит. Здесь ему в рот никто заглядывать не будет - Ничего не себе. Это я вам привела, свеженького, непользованного, брать будете?

Повисла тишина. Я упёрла руки в боки и с удовольствием смотрела, как мои дамы взглядом пожирают гвардейца. А тот опасливо оценивает противника. Точнее противниц.

- Не, я светленьких люблю. - причмокнула Калоти.

- А чего одного привела? Я слышала их шестерых в этом году направили? - привычным вопросом на вопрос ответила Дейва.

- Эх была не была, я возьму, даже других смотреть не стану, - облизнулась Салли, и теперь хохотали мы все. Кроме мужчины.

- Продано! С тебя огурец и кабачок.

- Так надо сначала осмотреть товар, может там так, на стручок гороховый обменяемся, не больше.

Это он что покраснел? И нечего на меня так смотреть. Я подошла к прилавку и постучала пальчиком по столешнице. Рядом с моей рукой тут же с грохотом опустился ящик. Какие мы ранимые.

- Гастиль, - лукаво улыбнулась я, чувствуя себя намного увереннее с такой группой поддержки - спасибо. Мы же с вами договорились?

- Лиабэл, - мужчина одним плавным движением подошёл ко мне вплотную и навис сверху - нам не о чем договариваться. Ваша пламенная речь очень мила. Но вчера я просто неудачно пошутил, за что уже поплатился. Поверьте, стыдно мне только за то, что вы приняли все всерьез и я дал вам повод думать о возможном повторении подобных, как вы выразились, ситуаций.

Резко кивнул и размашистым шагом направился прочь. Под улюлюканье женщин и мой гневный взгляд. Вот ведь! Шутник нашёлся! Я тут извелась вся, а он. Он! Это не обида, это злость. Злость я сказала!

День на рынке пролетел незаметно. Естественно, разговоров только и было что о новеньких. В наших краях такие новости обсуждаются долго, с чувством и в мельчайших подробностях. Не то чтобы я лично любила сплетни, но сложно их игнорировать, когда тебе шепчут новости прямо в ухо. А то и вовсе кричат на весь торговый ряд.

Вечером я отправилась прямиком домой. Нужно собрать вещи в караул, составить список трав, которые буду искать в лесу. За эти два дня как раз успею пересадить то, что уже подготовила. Вернусь и можно будет спокойно встречать заморозки. Всего то ещё седьмицу продержаться.

Естественно, провозилась я до поздней ночи. А на утро собиралась к деду Вэглу, как всегда, опаздывая и зевая.

- Хватит бегать к старому, - причитала ба - ты за мной так не ухаживаешь, как за паршивцем!

Глава 6

Гастиль диль ван хейзен Примонд

Глупая деревенщина. Глупая, похабная, обыкновенная торгашка. Глупая, мелкая и вообще неказистая девчонка. Да что она вообще о себе возомнила? Меня даже не успокоило распределение с Вайлоном в один караул. Я был настолько зол, что хотелось только одного. Вернуться и ещё раз обломать эту рыжую выскочку. Пожалуй, вид ее вытянувшегося лица, перед моим уходом почти равноценная плата за сонный порошок. Нет, не равноценная! Но я ее еще проучу. Никто не смеет…

- Гас, ты успокоишься или нет? Твое пыхтение и злобный взгляд не сулят ничего хорошего. Сознавайся завтра мы найдём труп? - Вайлон знал меня лучше всех, и как всегда первый привязался ко мне за ужином.

- Сколько раз повторять, я не буду убивать тебя в городе. Слишком далеко потом тащить до леса, - лениво отмахнулся. Странно, но парням рассказывать о девчонке не хотелось категорически. Даже не из стыда, бывали с нашей командой приключения и похуже.

- Меня ещё придётся постараться убить.

- Да что там стараться.

- Удача не всегда будет на твоей стороне, богиня никогда не следит за кем то всю жизнь.

- Просто ей твоя смазливая морда не нравится, слишком приторная, - парни загоготали.

Диалог перешёл на наши морды. Потом просто на морды. Потом на морды дам. Как всегда. Слушал я в полуха, перед глазами, раз за разом возникла лишь одна морда. Точнее мордашка. Интересно, а как часто в комнатах меняют ароматические мешочки? Или пришло уже время сходить на рынок, прикупить всякое разное, и очень необходимое. Наверное, я не потратил полночи на ревизию вещей, чтобы составить правдоподобный список покупок, если бы знал о прорицательском таланте Вайлона. Потому что на завтра нас и правда ждал труп.

Быть гвардейцем в Империи почетно. А с учётом порядка, наведенного за годы, ещё и несложно. Капитан Базматти не просто так нас отчитывал. Может подготовка и учеба были сложными, тренировки изнурительными, а выпускные испытания проходили далеко не все — это не меняло главного. Все понимали, что после училища, тебя переведут в корпус, где страдания закончаться. Следить за порядком среди довольного по большой части населения, согласитесь не самая тяжелая работа. А платили гвардейцам достойно, предоставляли жильё, обеспечивали пайком и одеждой. Для мужчин, обладающих хоть каплей магии - это был билет в сытую и счастливую жизнь. Для меня это был воспитательный билет, но дело не в этом.

Конечно, свои пятна есть и на солнце. В нашей службе самым темным был эфир. По сути - такая же сырая сила, как и у каждого человека в резерве, только в окружающей среде. И именно эфир хранил остатки магического фона, мог рассказать о происходящем, а самое страшное передавал эманации смерти. Отвратительные, мерзкие и пробирающие до самых костей. На которые нас натаскивают словно псов, начиная с первого года обучения. По большому счёту, ты можешь даже толком не владеть боевой, силовой магией, но чувствовать эфир - обязан. Особенно его колебания и появление эманаций смерти. Поэтому сразу после рассвета все гвардейцы уже сами стояли на построении у корпуса, зная, что день сегодня прекрасным не будет.

Базматти распустил практически всех по домам, особенно тех, кому предстоит караул в лесу. На место решил отправится сам с двумя дежурными и нашей шестёркой. Не думаю, что за ночь командир резко проникся к нам доверием, изучив наши табели по успеваемости. Скорее всего решил проверить наш уровень самым простым способом, за работой.

Срубовая сторожка, дедушка, ни единого колебания магического фона. Здесь не читали заклинаний, не брали в руки оружие, не витали мысли об убийстве. Обычная смерть от старости. Мало приятного, но всех нас ждут демоны бездны. Мы уже закончили рапорт и готовы были наконец очистить помещение от эманаций. Иначе они как тухлая рыба будут ещё долго влиять на магический фон. А значит всех гвардейцев будет преследовать как минимум тошнота и головная боль. Но ворвалась она. Этот рыжий смерчь интересно возникает везде? Или в северной столице есть хоть одно место, где можно спрятаться от неугомонной травницы?

Только командир и нежелание делиться с парнями нашей историей знакомства удержали меня от едкого комментария. И очень хорошо. потому что дед, оказался кем-то важным для девчонки. С каким-то напряженным сочувствием все присутствующие смотрели на разворачивающуюся драму. Мне же хотелось скривиться. Да, я черствый сухарь и безэмоциональное чудовище. Но смерть меня не трогает. Может это связано с обучением в училище, где мы привыкли ее чувствовать и старались с ней работать быстро, четко, на благо живых, не думая о мёртвых. А может с моей вроде как почившей нянюшкой, единственным человеком, который воспринимал меня собой и ничего не требовал. Ни на благо Империи, ни во славу рода. Так мне казалось. Тогда же я выучил свой первый жизненный урок. Если ты наследник высшего сословия аристократии, то помни, люди хорошо лгут, им всегда будет что-то от тебя нужно и лучше сразу узнавай что именно.

Я уже было удивился выдержке травницы. Ни слезных всхлипываний, ни истеричного воя, даже на пол не осела. Но все оказалось ещё хуже, она просто отказалась верить в очевидное. Лучше бы разрыдалась. Конечно, этот древний охотник не мог умереть от старости, а три опытных гвардейца и шестеро проходящих отработку просто не обратили внимание на что-то очень важное. Да я не выдержал и закатил глаза.

- Боги! Она что серьезно?

- Тихо ты, - одернул Вайлон.

- Да у меня сейчас уже голова разорвётся.

- У девушки горе, заткнись и потерпи, - прошипел друг. А я наконец заметил, что Вайлон даже на меня не смотрит во время разговора.

- У девушки, или у красивой девушки? - почему-то прошептал я. Надеюсь он отшутиться. Наверняка отшутиться.

- У самой красивой девушки, - зелёные глаза пристально следили за рыжей. Слишком пристально. Настолько что мне это не нравилось. Совсем.

Перевёл взгляд на травницу, когда почувствовал колебания фона. Да у неё есть магия? Надо же, не подумал бы. Вот только Базматти помниться говорил, что в Лостиркуде нет магов. Неужели приврал, чтобы настращать? Хотя нет, не приврал. Девушка просто начала черпать силу из внутреннего резерва. Боги, да что же она творит? Хоть бы пару цепочек сплела, так нет же гоняет между руками весь поток своей магии. Смотреть больно, будто старинными антикварными часами пытаются гвоздь забить. Результат то будет, но что же она совсем не жалеет свой резерв.

Глава 7

Лиабэл Северная

- Я никому ничего не скажу, - устало повторила Базматти, раз, наверное, в десятый.

- Лиа, прости. Скоро заморозки, сама знаешь. Звери, горги, а тут ещё и убийство. Только пересуд нам не хватало, - командир приглаживал свои усы, как всегда, когда нервничал - ой не слушай ты меня. Тут такое, а я на работу жалуюсь. Сочувствую твоему горю.

- Спасибо, - подошла к Базматти и крепко обняла командира, чтобы спрятать вновь нахлынувшие слёзы. Меня понятливо приобняли в ответ и погладили по голове.

- Истинная дочь севера, - усмехнулись мне в макушку, - кажется так он всегда говорил?

Я с трудом кивнула, чувствуя, как тело начинает трясти от едва сдерживаемой истерики.

- Так оставайся ею! - вдруг жестко прозвучало у меня над головой. От резкой смены тона, у меня даже дыхание перехватило - Лиабэл, я не буду тебя жалеть, это чувство тебя не достойно. Но я, как и многие, постараюсь разделить с тобой тоску и печаль. Вэгл был прекрасным охотником, надежным мужчиной и истинным северянином. Да, ты только что потеряла родного человека, но найди в себе силы, чтобы проститься с ним достойно. Как и подобает истинной дочери севера.

Сделала шаг назад, чувствуя, как высыхают слёзы и успокаивается нервная дрожь. Базматти прав. На севере не плачут просто так - только об лёд напрасно поранишься. Дед Вэгл столько для меня сделал, я не могу отправить его в бездну мокрой дорогой.

- Спасибо Баригор. Я пойду. Нужно успеть до полуночи подготовить все к ритуалу.

- Стой. Возьми с собой пару новичков.

- Но…

- Лисичка, мы все хотим проститься. Я бы сам остался помочь, но не могу. Поэтому даже не спорь. Эй, новенькие!

Мы все это время продолжали стоять в сторожке, в которой гвардейцы очищали эфир от эманаций смерти. Дело — это неприятное и непростое, судя по тому, что рассказывали знакомые, поэтому не думаю, что за нашим разговором кто-то следил. Но сейчас шестеро молодых парней в секунду обернулись к командиру и вытянулись по струнке.

- Так, гвардеец Примонд, раз уж ты сопровождал Лиа вчера, - о, значит его очередь прошла и это будет кто-то другой? - то успел познакомиться и тебе проще будет помочь сегодня.

Я устало скривилась. Не хватало ещё этого заносчивого извращенца под боком, когда столько всего предстоит сделать. Погоди, а это он что? Тоже скривился? Да кому из нас ещё будет тяжелее, наглец самовлюбленный!

- И гвардеец Обернан, раз уж ты такой общительный, тоже сегодня помогаешь Лиабэл. Ваша задача - носить, собирать. И не ждите пока она попросит. Поверьте, скорее на севере зимой снег не пойдет, чем эта упрямица обратиться к кому то за помощью. Исполнять.

- Так точно, - бодро отрапортовали новенькие. А Базматти повернулся ко мне.

- Спасибо Лиа. Сегодня ты преподала всему гвардейскому корпусу хороший урок. А что самое главное помогла нам не пропустить появление убийцы. Будем надеятся, с расследованием мы справимся.

- Баригор, тут я не сомневаюсь. У вас все получиться.

- У меня только что чуть не получилось пропустить преступление прямо у себя под носом.

- Все мы устаём, не вини себя. И найди эту тварь, - жестко добавила я.

Кивнула на прощанье командиру и помахала рукой знакомым гвардейцам. Теперь начинается расследование, здесь я буду только мешать. Вышла из сторожки, быстро пошла в никуда, пытаясь собрать мысли и составить хоть какой-то план действий.

У деда Вэгла были сыновья, но они давно подались в имперскую столицу, в поисках лучшей жизни. Предупредить их нужно, но дожидаться смысла нет. В бездну на севере провожали костром, по устаревшим обычаям. И гореть он должен, пока труп не остыл, чтобы душа не ушла в вечные льды. В общем времени у нас всего до полуночи, а это совсем немного. Не думаю, что сыновья дедушки разбогатели и могут позволить себе портал, но при этом за столько лет так не разу и не помогли родному отцу.

Обязательно до обеда зайти в храм всех богов и попросить выделить служителя. Но на подаяние у меня нет с собой ни медяшки. А мои травяные сборы там вряд ли примут.

Нужно собрать снаряжение для прогулки в бездну. Но его я наверняка найду у Вэгла дома, значит в первую очередь нужно озаботиться ритуальным нарядом, провизией.

Получается совсем не маленький маршрут. Сначала домой за деньгами. Потом в храм и в канцелярию отправить письмо. На рынок, за всем необходимым и заодно рассказать во сколько назначит ритуал храмовник. Потом обратно собирать деда Вэгла. В последний раз. Резко остановилась от осознания, пытаясь удержать слёзы. Но мне их вышибло. В прямом смысле слова. Сзади на меня налетели и я начала заваливаться вперёд. Что-то слишком много столкновений за последние пару дней, успела подумать про себя, представляя, как шлепнусь в грязь. Но меня подхватили.

- Простите, вы так быстро двигалась и резко встали. Я случайно.

Меня поддержали, но сразу же аккуратно отпустили. Да и голос незнакомый, мягкий, журчит, словно ручеёк по весне. Обернулась и чуть не упала ещё раз. Точно, новенькие! Точнее второй из них, сейчас пристально смотрел на меня прекрасными изумрудными глазами. Красивые черты лица, высокий, атлетичный, но судя по хватке в фигуре нет ни капли жира, одни мускулы. Из-под картуза торчали светлые кудри, а выражение лица было очень искренним и сопереживающим. Вот демоны, как же его?

- Гвардеец…

- Обернан, - улыбнулся красавчик - Вайлон диль Обернан, можно просто Вайлон или Вай.

Уставилась на молодого мужчину. Аристократ. Ну конечно, Базматти же не мог дать мне в помощь кого-нибудь нормального.

- Лиабэл Северная, можно просто Лиабэл или Лиа.

- Северная?

Ох, ну кто бы сомневался. Интересно, он сейчас броситься отряхивать свои аристократические руки, от такого безродного мусора? Я даже не смогла сдержать гримасы. Да и не хотела.

- Да, Северная. Отец отказался от меня, ещё до рождения.

- Ну и дурак! - гвардеец искренне мне улыбнулся, но потом вернул своему лицу спокойное выражение - Прости Лиа, понимаю у тебя горе. Но я все равно очень рад с тобой познакомиться.