Доктор, это наша дочь!

Глава 1. Первый день после отпуска

Лера

Я толкнула тяжёлую стеклянную дверь клиники «МедЭлит» ровно в 7:55.
Внутри пахло стерильностью и кофе из автомата. Я сразу почувствовала: отпуск закончился.

Пять дней отпуска с Соней в подмосковном пансионате. Всё, что я себе позволила за последние полгода.
Пять дней без ночных дежурств, без криков в операционной, без взглядов пациентов, которые смотрят так, будто ты можешь одним движением скальпеля решить, жить им или нет.

Пять дней, когда я была просто мамой.
А не хирургом-маммологом Волковой Валерией Сергеевной, двадцать девять лет, разведённой, с ребёнком и хроническим недосыпом.

Я кивнула охраннику, почти бегом прошла по коридору к лифту и уже нажала кнопку, когда за спиной раздалось:

— О-о, Волкова вышла из отпуска! Всё, девочки, официально объявляю: спокойная жизнь закончилась.

Я усмехнулась и обернулась.

У кофейного автомата стояла Ирина — наша старшая медсестра, королева новостей и человек, который знал о клинике больше, чем отдел кадров. Рядом крутились две девчонки из приёмного, делая вид, что выбирают напиток, но на самом деле ловя каждое слово.

— Это ты сейчас пугаешь или радуешь? — спросила я. — Я ещё даже кофе не выпила.

Ирина засмеялась, махнув рукой.

— Я предупреждаю! Чтобы потом не говорили, что Ира молчала.
Она прищурилась, явно смакуя паузу.
— У нас тут… как бы сказать… обновление состава.

— Начинается, — вздохнула я. — Говори уже.

— Новый главврач отделения, — выдала она торжественно. — Максим Сергеевич Орлов.

У меня внутри что-то резко оборвалось.

Орлов.
Максим.

Я замерла, сжимая ремешок сумки так, что пальцы побелели.

— Он уже неделю как здесь, — продолжала Ирина, не замечая моего состояния. — Вернулся из Швейцарии. Говорят, там таких пациентов вёл — закачаешься. И сразу к нам — главным. Ну ты понимаешь… связи, имя.

Ирина усмехнулась и заговорщически понизила голос:

— Орлов-то твой бывший наставник!
Она прищурилась и добавила с улыбкой:
— Так что давай, не таи. Если знаешь о нём что-нибудь… интересное.

Наставник.
Слово отозвалось неприятным эхом. Особенно если вспомнить, чему именно он меня «учил» после ночных дежурств — без свидетелей и лишних вопросов.

Я заставила себя улыбнуться.

— Да ничего особенного, — хмыкнула я. — Работать умеет, характер не сахар. Как обычно. Пойду переоденусь.

Лифт приехал как по заказу. Я зашла внутрь, нажала четвёртый этаж и только когда двери закрылись, позволила себе прислониться лбом к холодной металлической стене.

Пять лет.

Пять лет я старательно вырезала его из памяти. Убеждала себя, что тот Максим — который целовал меня в ординаторской после ночного дежурства, который шептал «ты у меня самая талантливая» перед тем, как войти до упора, — просто ошибка молодости.

Не тот же человек, который потом посмотрел мне в глаза и спокойно сказал:

— Лера, я не готов к семье. Мне нужна карьера. Прости.

Я ушла в тот же день.
Через пару недель узнала, что беременна.
И решила: он никогда об этом не узнает.

Никогда.

Соня родилась в декабре двадцать первого. Тёмные глаза, упрямый подбородок, ямочка на щеке, когда улыбается. Всё от него.
Я каждый день смотрела на неё и напоминала себе: это мой выбор. Моя дочь. И точка.

Лифт звякнул. Четвёртый этаж.

Я вышла в коридор отделения маммологии и пластики, вдохнула привычный запах антисептика и… остановилась.

Он стоял у доски расписания.
Высокий. В идеально сидящем белом халате. Спиной ко мне.

Волосы чуть короче, чем я помнила, но осанка та же — прямая, напряжённая. Он что-то объяснял молодому ординатору. Голос низкий, уверенный. С той самой хрипотцой, от которой у меня когда-то подкашивались ноги.

Я развернулась, чтобы уйти в ординаторскую.

Не успела.

Он обернулся.

Наши взгляды встретились.

Пять лет — и всё равно, будто вчера.

Максим Орлов смотрел на меня так, словно я не исчезла из его жизни, а просто вышла на пару минут за кофе. Спокойно. Слишком спокойно.

— Волкова, — сказал он, медленно улыбаясь. — С возвращением.

Я сглотнула.

— Здравствуйте, Максим Сергеевич.

Холодно. Формально. Профессионально.

Он сделал шаг ко мне. Я инстинктивно отступила.

— Пять лет, Лера, — произнёс он тихо, так, чтобы слышала только я. — А ты всё такая же… колючая.

Последнее слово прозвучало почти ласково.
И от этого стало только хуже.

Я выпрямилась.

— У меня рабочий день, — сказала я. — Если вы не против.

Он кивнул. Но не отошёл. Просто смотрел. Долго. Неприлично долго.

Потом развернулся и пошёл по коридору, будто ничего не произошло.

Я ещё несколько секунд стояла на месте, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле.

Пять лет я пряталась.
Пять лет думала, что справилась.

А теперь он здесь.

И я уже знала — это только начало.

Я зашла в ординаторскую, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

Телефон в кармане завибрировал.

Сообщение от мамы:
«Сонечка спрашивает, когда мама придёт с работы. Скучает❤️»

Я закрыла глаза.

Господи.
Только не это.
Не сейчас.

Но где-то глубоко внутри уже было ясно:
от Максима Орлова я не спрячусь.

Никогда.