Долго и счастливо

Глава 1-1. Королевский бал

Теперь не доверяют, как прежде, чудесам.

На чудо не надейся, судьбой командуй сам.

Ведь ты – человек, ты и сильный, и смелый.

Своими руками судьбу свою делай:

Иди против ветра, на месте не стой,

Пойми, не бывает дороги простой.

Ю. Энтин, Е. Крылатов

К высокой-высокой башне у леса подошел человек в зеленом плаще и стал кричать:

– Прекрасная дева, спусти свои волосы!

– Вы кто? – выглянула я из окна.

– Принц.

По первому критерию проходит.

– А снимите плащ, пожалуйста.

– Красивый, – вздохнула принцесса у меня за спиной.

Я пыталась понять, есть ли у юноши какие-нибудь дорогие украшения на одежде, но с башни было видно плохо. Под плащом у путника оказался богато расшитый камзол с гербом.

– Почему пешком? Где конь? – продолжила я.

– Сбежал, – помявшись, ответил он.

– Извините, без коня мы не принимаем.

Принц некоторое время постоял, размышляя, а потом все-таки обиделся и ушел обратно в лес.

– Быстро ты его...

Я опустила руку на золотую косу принцессы. На всякий случай, чтобы не скинуть ее раньше времени.

– У меня пункты четко прописаны. «Знатный, богатый. Не тупой. Не самовлюбленный».

– И красивый, – добавила принцесса, – красивый.

– Нет такого, – я заметила, как она капризно поморщилась. – Ладно, будет.

Тем временем у башни появился очередной претендент на руку и сердце. Одет мужчина был полностью в темное. Мрачно, зато со вкусом, мне нравится. Но вот, что странно: не припомню, чтобы дворяне обходились однотонными нарядами, а у него даже вышивки на одежде было мало.

– Златовласка, – позвал он. – Скиньте косу.

– А вы богатый принц?

– А я не бедный лорд, – весело отозвались мне. – Вы, собственно, кто такая? У меня разговор к принцессе.

– Насколько не бедный? – допытывалась я.

– Достаточно, чтобы вы не переживали по этому поводу.

– Из какого королевства?

– Из далекого.

– А конь где?

– Я прибыл в карете.

– Привыкли к комфортным условиям? – я прищурилась.

– Что вы, – он насмешливо склонил голову, – всего лишь забочусь об удобстве своих спутников. Принцессе ведь не пристало сидеть в жестком седле.

Я повернулась к ней:

– Берем.

– Он же старый!

Что? Да ну нет... Хорошо бы его титул проверить, а в остальном сразу видно – мужчина приличный. Стоит спокойно, в наш разговор не вмешивается, даже в карете приехал.

– Подождем еще немного, – взмолилась принцесса.

Впрочем, ей восемнадцать. В этот период жизни все претенденты старше определенного возраста положительно не воспринимаются.

Лорд в черном постелил плащ на землю и невозмутимо на него сел, ожидая развития событий. Скучно живут аристократы, раз им некуда торопиться.

От нечего делать меня саму потянуло на разговор.

– Никогда не думала сбежать отсюда и начать новую жизнь?

– Где же мне ее начинать, на улице? Я ничего не умею.

Тут она поскромничала. Сейчас принцесс много чему учат. Как проклянет какая-нибудь злая фея, так в девчушку сразу все знания и умения этого мира втиснуть пытаются.

Златовласка жила в башне с тех пор, как у королевской семьи появился мальчик. Дело в том, что мальчик родился от новой супруги. Как мне пояснили, дворяне уже успели разделиться на две враждующие фракции. Первая считала истинной наследницей старшую дочь, вторая – сына. В подобных условиях одного из детей очень скоро пришибли бы. Можно бороться с интригами при дворе с помощью казней, однако и хорошим это не кончится, и гарантии не даст. Родители решили проблему по старинке: принцессу в башню, да подальше. При достижении брачного возраста – под венец, точнее, под защиту другого королевства.

Златовласка подперла рукой подбородок, глядя на небо через свое маленькое окошко.

– Как я проводила каждый день в одной и той же комнате? И как смотрела на один и тот же вид из окна? Даже книжки одни и те же читала. Уже не важно, кто заберет меня, понимаешь. Но было бы здорово, будь он симпатичным. Ведь вместо этой комнаты мне придется каждый день видеть его лицо.

– И иметь дело с его характером, – подметила я.

– А тебе самой жених не нужен? Ой. Чего же ты хохочешь?

– Извини, – постаралась вернуть себе серьезное выражение лица.

Спустя час послышалось ржание лошади, и у башни возник еще один человек. Породистый рысак, дорогие одеяния с вышитым гербом рода, начищенные до блеска доспехи с парадной гравировкой. Когда он снял шлем, кудри, сверкнувшие в лучах солнца, рассыпались по плечам. Знатный, богатый...

– Тупой, – расстроилась я, мысленно сверившись со списком. Кто же носит шлем в местах, где нет драконов и печет солнце?

– Доброго дня, милая девушка! Подскажите, в какой стороне дорожный тракт?

– В двух милях на юг.

– Век благодарен!

И умчался на своем белоснежном коне в сторону запада. Мы с принцессой молча посмотрели ему вслед.

Дело шло к закату, у меня болела шея. За все это время были отклонены: проезжавший мимо купец, два лорда, чей-то самоуверенный гонец и три принца. Из них один был недостаточно богат, второй слишком самолюбив, третий «просто не понравился».

– Будешь привередничать, я тебя за пень замуж выдам.

– Он по критериям не проходит, – насупилась она.

– Скажи честно – есть кто-то, о ком я не знаю?

– Милон! – Милон, значит. Она счастливо засмеялась, указывая рукой вперед: – Милон пришел.

Я взглянула вниз. Рыжий юноша в запыленной накидке помахал Златовласке рукой. Совсем не тот, кого можно было бы назвать писаным красавцем. Он уцепился рукой за небольшой выступ в стене, а второй взялся за плющ, собравшись лезть на башню.

Он был первым. Из всех он был первым, кто решил подняться к Златовласке самостоятельно, не прося ее скинуть косу. Я повернулась к принцессе:

Глава 1-2. Своя плата

– Прошу, проследи, чтобы все было сделано верно. На счету каждая минута.

– Вы просите меня как лорда или как колдуна, ваше высочество?

– Как друга, – голос принца смягчился.

Присутствия рядом со мной какого-то лорда в черном крайне не хотелось. Мне не нравилось то, что у моего возможного позора будет такой свидетель. Если уж терять голову от руки королевского палача, то терять ее с гордостью. Впрочем, нашла, о чем думать: то, что на мои услуги согласились – большой успех. Было время, когда даже нищенка не доверилась бы мне и за бесплатно.

Лампы погашены. Последние гости в коридорах, словно призраки, брели на выход к каретам. Были и бодрые, с нездоровым блеском в глазах – ночной праздник еще напомнит им о себе. В окно можно было наблюдать, как один за другим трогаются экипажи.

– Вот что странно, – начала рассуждать я, – девушка пришла позже на час, ее не объявляли, ее имени не было в списке гостей. Даже мое имя есть в списке.

– И каково ваше полное имя?

– Магда.

– Вижу, вас тоже пригласили намеренно?

– Меня его величеству посоветовала фрейлина. На случай, если что-нибудь пойдет не так.

Лорд Соль опустил голову, но я успела увидеть его усмешку.

– Что?

– Фрейлины... зря их так часто слушают.

Я невольно поджала губы.

– А вы, должно быть, желанный гость на всех торжествах.

– Да нет. Как я уже говорил, моей отвратительной репутации можно позавидовать, – он даже не стал отрицать. – Но я друг его высочества, и он позвал меня сам.

Что это за колдун такой, водящий дружбу с принцами? Колдун это нехорошо.

Мы вышли за ворота. Было чудесное утро, еще хранившее тишину и прохладу. Вместе с тем, солнце быстро поднималось.

Если ночная гостья просто так выбежала из дворца, то первое время она точно была на главной дороге. А потом, возможно, свернула с нее к городским улицам.

– Не поймите неправильно, Мэгг. Я не считаю вас некомпетентной в своем деле из-за отсутствия титула. Как по мне, это скорее большой плюс.

– Меня не волнует, что вы обо мне думаете, господин маг.

– Я лорд маг.

Какая разница? Слово «маг» перекрывает все остальное.

Подняла с земли светлый обломок. Тыква. Чуть дальше обнаружилась ее оставшаяся часть. Тыква была огромной, кто-то умудрился ночью разбить ее посреди дороги.

– Колдовство, – сказал лорд Соль, поднеся обломок к глазам и долго его разглядывая. – Недурно.

– Вам оно о чем-то говорит?

Он небрежно отбросил тыкву.

– О да, и я мог бы поделиться информацией. Взамен на... Мм, на какую-нибудь услугу в будущем.

– Знаю я ваши услуги. Сначала говорите, что пустяк, а после – отдавай первенца, уходи в рабство.

– Допустим, первенцев я уже давно не перевариваю.

У меня имелось несколько версий. Например, прекрасной незнакомкой могла быть принцесса, чей брак со здешним принцем не одобрили бы.

– Тыкву использовали весьма необычным образом, – продолжал интриговать лорд Соль.

Я остановилась посреди пыльной дороги. Здесь следы карет накладывались друг на друга, и ниточка терялась окончательно. Лорд Соль тоже остановился.

– Та, кого мы ищем, скорее всего дворянка, – мне также вспомнились слова принца о том, что незнакомка была хорошо образована и весьма начитанна. Да, ее не объявляли, но она легко могла прийти инкогнито. Зачем, пока не понимаю. – Могли бы и помочь бедной девушке.

– Это вам-то?

– Я говорю о сбежавшей незнакомке.

– Охотница за богатыми женихами не нуждается в спасении. Не удивлюсь, если принц доберется до нее раньше вашего.

– Тогда меня и казнить могут.

– Не казнят, если мы с вами заключим соглашение. Я мог бы задействовать чары и рассказать вам, чьих это рук дело, – кивок на тыкву. – Не безвозмездно, разумеется.

– С чего вы взяли, – с усилием вернула я разговор в прежнее русло, – что девушка охотится за богатствами?

– Судите сами. Им определенно было хорошо вместе. Если она бедна – ей нужны деньги. Если она богата – ей тоже нужны деньги, ведь она все равно сбежала. Это значит, что у нее есть более выгодная партия. Кто-нибудь солиднее принца.

– Может, она испугалась? Не всем нужно от других одно золото.

– Дорогая, помнится, там, в башне, вас интересовал в первую очередь мой кошелек.

– И титул, – добавила раздраженно. – Прекращайте сбивать меня ложными теориями.

Да, мне нужны деньги. У меня свои причины так жить. Какому-то колдуну знать о них точно не стоит.

Солнце уже припекало. Хорошо, что успела переодеть бальное платье на штаны и рубашку. Конечно, и в нем неплохо, ведь... Постойте-ка. Меня посетило озарение.

Его высочество сказал, девушке натерли туфли?

Свои новые туфли я купила лишь потому, что старые пришли в негодность. Но времени разнашивать новые у меня не было, вот я и натерла ноги. Любой благородной даме, вхожей в свет, хватит ума не допустить подобного. Аристократки разнашивают обувь накануне бала и даже ходят в подготовленном наряде, чтобы во время танца их движения в нем были естественны. Я не сразу подумала об этом. В отличие от них, мне всегда удобно в платье. Потому что оно у меня одно.

Она не дворянка!

Да, девушку видели в роскошной карете, и все же... Богатство могло достаться ей внезапно и волшебным образом, судя по хрусталю, которым любят баловаться колдуны и феи.

К тому же, инкогнито не знатному человеку требуется только в том случае, когда его могут узнать, потому что он местный.

Местная, не дворянка, и вместе с тем начитанная. Образование доступно многим людям, не обладающим благородным происхождением. Вариант с наемниками отметается – им незачем притворяться, а если причина и была, то на утро обнаружили бы хладный труп наследника. Политический шпион также не стал бы вести романтическую беседу с принцем и сбегать посреди разговора.

– Сколько купеческих домов есть в городе?

Лорд держал выданные мне бумаги с информацией по городу, в том числе с перечнем поместий. Он просмотрел несколько листов и ответил:

Глава 2-1. Ив

У резных ворот перед дворцом раскинулись шатры. Многие пришли сюда полюбоваться на царские состязания. Успела я к тому моменту, когда состязания уже закончились.

Здесь же, в поле, стояли деревянные мишени, а рядом с ними – красавицы в пестрых нарядах из парчи и шелка. У каждой был головной убор, украшенный жемчугом. Видимо, невесты. Первые две держали в руках стрелы, последняя плакала, громко сморкаясь в платок.

– Три сына у меня, – говорил царь. – Старший умным вырос да сильным.

Царевичи находились поодаль от невест, самый высокий и широкоплечий из них убирал стрелы в колчан. Второй, пониже, что-то ему увлеченно рассказывал. Старший поднял голову и двинулся к одной из красавиц, второй с задержкой последовал его примеру.

– Средний тоже сын умелый, во многом брату не уступит.

Когда двое темноволосых молодцев ушли, третий, белокурый и кучерявый, остался сидеть в траве. Он снял с ноги сапог и долго пытался что-то вытряхнуть из него, словно камушек попал или заползло насекомое. В конечном счете, запустив руку в сапог, он с удивлением вынул оттуда обломок стрелы.

– Младший... – царь просто вздохнул.

– Но стрелять-то то он умеет?

– В цель не попал, стрела до самых болот улетела. Достать ее нужно, дабы соблюсти обычай, но одного сына отправлять я не хочу – как бы не утоп.

– Нельзя просто дать ему дружинника в помощь?

– Забьет его своя же дружина, в болоте кинет, – буркнул царь. – Не любят его, дурака.

Младшего царевича Иоанна стало искренне жалко.

– Ты кто? – спросил тот самый царевич, когда меня подвели к нему.

– Наемница.

– Такая маленькая? – царь отвесил сыну подзатыльник. Да не маленькая я. Сам ростом под два метра... – И что ты здесь забыла?

Я даже слегка растерялась.

– Я приехала, чтобы сопровождать вас на болотах.

Умолчим, что воин из меня никудышный, и согласилась я исключительно ради денег. Нет, ну а какая опасность может ждать на болотах? Разве что цапля клюнет.

– Болото, – он скривился, после чего мы двинулись в путь. – Ты что, заместо палки? Да даже с палкой любой дурак через топь ходить может, нужно оно мне. Петь умеешь?

– За пение мне не платят.

– А если дам серебренник, споешь что-нибудь, пока мы идем?

– Допустим, – напряженно отозвалась я.

– А если два серебренника – станцуешь?

Начинаю понимать, почему даже собственная дружина хочет прихлопнуть царевича. Явно проблема не в том, что он дурак.

Буро-зеленая земля, устланная мхом и торфом, проседала под ногами. Чуть дальше становилось все больше россыпей маленьких круглых листочков и спрятанных между ними синих плодов. Какая замечательная находка!

– Чего это ты расселась? – не по-царски возмутился Иоанн.

– Черника у вас вкусная, – ответила ему.

Мне пришлось пропустить завтрак, чтобы успеть в повозку к Бораксу. Из всех извозчиков мало кто, кроме него, соглашался на поездки с драконьим огнем в такую даль.

Царевич сел рядом и тоже стал срывать ягоды.

– Ешь только синие, красные не ешь – они ядовитые, – проявил он трогательную заботу.

– Насколько велики эти болота?

– Невелики. Стрелу найдем, – беззаботно ответил царевич. – Кажется, я видел, в какую сторону она улетела.

Подкрепившись, мы продолжили дорогу. Шли туда, куда по словам царевича могла упасть стрела. Вначале болото казалось мне действительно небольшой и открытой местностью, на которой легко обнаружить пусть и тонкий, но блестящий предмет с ярко-красным опереньем. Однако вот мы пробродили уже пол дня, заглянув под каждую кочку, и ничего не нашли. К тому же, работу затрудняла сама топь – нам нужно было идти медленно и осторожно, держась на приличном расстоянии друг от друга.

– Может, утонула?

– Слишком легкая.

– Что, если ты так ее и не вернешь?

– На меня падет тень несмываемого позора, – произнес он заученную фразу, – братья от меня отвернутся, а отец станет кричать и сляжет с мигренью.

Может, стоит притвориться, что стрела найдена, тихонько заменив ее другой? Украсть у старшего царевича, например.

До нас вдруг донесся слабый голос:

– Помогите...

Впереди, цепляясь за землю, из воды выкарабкивалась девушка с длинными русыми волосами. Поскользнувшись, она снова упала в черную воду. Светлые глаза с мольбой обратились к нам.

– И как ты здесь оказалась? – Иоанн направился к ней.

Если тонешь один в безлюдной местности, шансов выжить мало. Кто тебя может спасти? В один момент топь оборачивается смертельной ловушкой для любого.

– Помогите, – повторила девушка, чуть не захлебнувшись вновь.

– Не двигайся, так ты утонешь быстрее, – предупредил Иоанн.

Черная вода доходила ей до подбородка. Помня о безопасности царевича, я обогнала его. Свою палку, как назло, обронила – пришлось ступить в мох, рискуя завязнуть, зубами снять перчатку и подать девушке руку.

Она почему-то потянулась к моей шее... и вдруг стрела разорвала ей горло. Из раны хлынула кровь, такая же черная, как болотная вода.

– Отойди!

– Ваше высочество?

– Можешь звать меня Ив, – царевич, не менее потрясенный, держал в руке лук. – Это мавка.

Та, кто недавно казалась страдалицей, тонущей в болоте, превратилась в длинное, скользкое существо. Не отрывая от меня злого взгляда, оно медленно скрылось в трясине, а я отползла в сторону.

Рука наткнулась на нечто твердое – стрела с красным опереньем. И как я раньше ее не увидела?

На стреле сидела жаба. Царевич наклонился, махнув на нее, чтобы слезла, но та не шелохнулась.

Стоило приглядеться, как обнаружилось, что она держит стрелу передними лапами.

– Еще одна нечисть? – теперь все во мне вызывало подозрение.

– Я про таких не знаю, – Ив поднял стрелу, и жаба осталась тяжело, но упорно висеть на ней. – Обычная жаба.

Он хмыкнул, да так и положил их обеих в колчан.

Пора было идти обратно. Подступала темнота, и шансы выбраться с болот стремительно уменьшались. Я лишилась одной своей перчатки. Без нее было как-то особенно неуютно.

Глава 2-2. Лучина

Добравшись до трактира, упала на отсыревшую кровать и проспала несколько часов. Но ближе к вечеру пришлось встать – сегодня была моя смена.

Достав и натянув запасные рабочие перчатки, я выглянула в окно. Там, во дворе, велся оживленный спор.

– Не понимаешь ты, с ними не грубо, а ласково надо. А ты взял за узду и повел!

– Еще поучи меня, как с лошадьми обращаться, мальчишка, – пробасил конюх.

Новый постоялец повернул голову, и я к своему удивлению узнала в нем Иоанна. Он заметил меня и помахал рукой. Я спустилась – из чистого любопытства.

– Царевич, а где жаба?

– Зови меня Ив, – повторил он. Задумался и выловил жабу из своего кармана: – Забыл... выпустить на болото.

– Теперь она твоя невеста, – пошутила я.

Ив внимательно посмотрел на жабу. Жаба молчала.

– Как ты сюда попал?

– Я забрался в вашу повозку и ехал в ней.

– Так вот, что за шум был. А я думала, это свиней везут в кузове...

– Я решил, отправлюсь за наемницей, – продолжал Ив воодушевленно. – Заживу новой жизнью!

– Так, а теперь совет. Уезжай отсюда на первом же экипаже. И выбери тот, у которого колеса поновей.

Царевич упрямо скрестил руки на груди.

Пришлось посадить его в трактире в углу зала на то время, пока я намывала посуду и помогала пару раз Дольхе выносить заказы. Меня не любили пускать в зал – ничем хорошим, по их мнению, это не оборачивалось. Мне же лучше: стою тихонько и мою себе тарелки, а в зале вечно что-нибудь творится. Сегодня смена прошла спокойно, был лишь момент, когда гость отказался платить. Вышел повар, метнул в него рыбный нож, который отсек мужчине часть волос за ухом, и конфликт свернули.

Кинжалы метать я научилась у повара. У нас даже круглая расписная доска была для этого дела. А мечом драться меня рыцарь Иден пытался научить, но ничего путного из этого не вышло, и мы бросили это занятие на полпути, да и времени на столь неблагодарное дело тогда уже не было.

Вышла из кухни протереть столы, предвкушая сладкий сон, и тут хлопнула себя по лбу. Про царевича-то я забыла!

Время было под утро, в зале осталось два человека. Я подошла к Иву. Он дремал на согнутой руке, просыпаясь каждый раз, как начинал ронять голову на стол.

– Ну и дыра, – вздохнул он, продрав глаза. – И здесь ты работаешь?

– Исключительно для разнообразия – королевские замки так быстро «надоедают», знаешь ли. Скажу больше, на втором этаже я живу, – договаривала, уже поднимаясь по лестнице. – Но главное, что не одна. Тараканы всегда рядом. – Распахнула дверь в комнату, взглянула на Ива: – ну что, поймать тебе экипаж?

– Я останусь. А где спать?

– Видимо, на полу, – кровать в комнате была одна.

– Может, у вас найдется диван?

– Какой диван, в такой-то «дыре», – передразнила его.

– Похоже, ты очень любишь это место, раз обижаешься, когда я говорю о нем правду.

Дверь без стука открыли, и свет с первого этажа заслонила чуть сутулая фигура хозяина трактира, господина Тибера.

– Новый постоялец у тебя? – заметил он Ива. – За двоих и стоимость двойная.

– Я уже внес оплату, – быстро ответил царевич.

Господин Тибер недоверчиво кашлянул и указал мне на дверь.

– Есть разговор, Магда.

Когда с тобой приходит поговорить сам Тибер, хороших новостей не жди.

– Что-то случилось? – спросила я, как только мы вернулись в коридор.

– В скором времени нам с тобой придется распрощаться. Я повышаю стоимость аренды.

У меня внутри все похолодело.

– На сколько?

– На восемь серебренников.

– Хорошо, я заплачу.

– Ты не поняла, Мэгг. Стоимость комнаты повышается, а твоя зарплата – нет.

– Но я могу не только мыть посуду! Могу брать больше смен в зале.

– Нет уж, разносчица из тебя скверная.

Подумаешь, опрокинула поднос пару раз. Ну не выходит у меня таскать всю еду так быстро, как нужно. Вдобавок Дольха покричать любит, когда сама не успевает...

– Но у меня есть еще подработка, – не сдаюсь я.

– Видали мы эту подработку! Со знатными особами по углам шляешься, – проворчал он. – Как приходят тебе письма, так из трактира посреди смены пропадаешь. А работать кто будет? Другие работники жалуются. Кто их знает, твоих принцев и лордов... сегодня полно, завтра – никого. Времена неспокойные, мне не нужны ненадежные постояльцы. Кхм... На следующий же день выметайся, – завершил он и ушел.

Что ж, два года я здесь провела. Думала, продержусь еще парочку.

– Тебя выгнали? – Ив ходил по комнате, держа жабу в руках.

– Похоже на то.

– То есть теперь тебе негде жить?

– Негде.

– А родных у тебя в городе нет?

– Нет, – спокойно сказала я.

– И что делать собираешься? Ой, нет, – он заметил, как я шмыгнула носом, и приготовился к рыданиям. Однако я резко вытерла лицо рукавом. – Знаешь, есть фраза: «утро вечера мудренее».

Сев на кровать, молча посмотрела на Ива. Золотистые, словно лучи солнца, вьющиеся кудри, прямые черты лица и открытый взгляд серых глаз. Такие, как он, не поймут ничего, пока сами не расшибутся.

Я натянула на голову простыню, дырявую, кстати, свернулась калачиком и закрыла глаза.

***

Утро началось с оскала Дольхи, которая бросила передо мной миску ячменной каши.

– Здесь все тебя ненавидят? – спросил Ив.

– Я недавно больше чаевых получила, чем она, – злорадно ответила ему.

И начала быстренько есть.

...Вообще, те чаевые скорее были из жалости. Но я не гордая. А Дольха – еще как. И завистливая к тому же.

Ив заглянул в свою тарелку, открыл рот и закрыл его.

– Можешь заказать что повкуснее и подороже, но придется ждать, – предупредила царевича.

По будням трактир просыпается медленно.

Ив шумно вздохнул.

– Вчера я ел за царским столом, а сегодня все, что меня ожидает – помои.

– Я, вообще-то, тоже была там, за царским столом.

– У тебя удивительная жизнь, Мэгг.

Глава 3-1. Озолочу!

Прочла место отправления на втором конверте. Если память меня не подводит, там сейчас тепло. Можно поехать налегке. Распечатала, пробежалась по строкам.

– Куда ты? – отставил Ив миску с кашей. – Не бросай меня здесь!

– Езжай, если успеешь собраться вместе со мной, – ответила с лестницы. – Нельзя упустить извозчика.

Вопрос с крышей над головой предстоит решать на ходу. Сейчас прежде всего – заказ. Мне нужно золото.

Во дворе у одной из крытых повозок-купе сидел невысокий пожилой человечек в шляпе с мятыми полями. У него была седая, неровно подстриженная борода. Может быть, он лишь притворялся стариком... Для своего возраста он слишком хорошо бегал. Он и сейчас побежал, как только меня увидел – соскочил с козел, намереваясь скрыться из виду.

– Это извозчик? – спросил Ив.

– Да. Боракс, стойте!

Похоже, царевича так ужаснула перспектива провести еще один день в трактире, что он рванул вперед, преградив старику дорогу.

– Кого ты притащила, бессовестная! – вскричал Боракс. – Прошлый раз был последним, когда я тебя вез!

– Что ты ему такого сделала? – удивился Ив. – Ты что, не платишь ему?

– Ничего подобного.

– При чем тут деньги?! А ты, – обратился он к Иву, – если хочешь уцелеть, не связывайся с этой девкой! Все, что она творит, оборачивается бедой!

– Боракс, ну пожалуйста, – взмолилась я. – Совсем недалеко.

Старик приосанился и показал мне два пальца. Два серебренника. Выбирать не приходилось.

Маленькая повозка рассчитывалась на двоих, но при желании в нее могли бы влезть все четверо. Правда вот, царевич был высоким и не знал, куда девать колени.

Боракс дернул поводья, и они зажглись сиреневым пламенем. Обернувшись, он произнес ворчливо:

– Какая преисподняя в этот раз?

Я назвала адрес.

***

Резкое торможение. Ив выпал на улицу с побелевшим лицом.

– Поначалу всем тяжело, – ухмыльнулся Боракс.

– Это точно. Когда я впервые прокатилась с огнем, меня стошнило.

Боракс бросил в мою сторону любопытствующий взгляд. Ив поднял голову – он довольно быстро пришел в себя:

– А потом что, привыкла?

– Потом я года три никуда не каталась.

В назначенном месте у регулярного парка нас встретили пажи и повели вглубь, к королевской беседке. По двум сторонам от дороги росли изумительной красоты белые розы. Я наклонилась к ним, чтобы вдохнуть аромат, но увидела шипы и по привычке отпрянула.

– Мы сейчас в другом королевстве? – спросил Ив.

– В Семидевятом. Фиолетовое пламя, что ты видел – драконий огонь, – подтянула рабочие перчатки на руках. Все-таки хорошо иметь при себе запасную пару. – Им заправляют повозки и используют, когда нужно сделать скачок на большие расстояния.

– Разве драконы не редкие существа?

– Драконий огонь – это просто красивое название топлива, которое добывают в горах.

– Впервые слышу. И почему мы такое не используем?

– Потому что ваше королевство очень далеко от наших. Вы же глухомань.

– Эй, мое царство одно из лучших.

– Вы болото. То есть... – осеклась. – Вы же живете на болоте.

– Мы и степь, вообще-то! Зато у нас такой, как ты, не позволили бы работать в трактире. Вышла бы замуж за пригожего молодца и горя не знала. Сама тут в какой-то провинции, у черта на куличиках, – под конец он сорвался на родную речь. Я улыбнулась. Иоанн просто не догадывался, что королевство, в котором я сейчас живу – на самом деле не моя родная земля. – Выходит, тебя и здесь наняли? Разовая работа? В чем она состоит?

– В письме не написали подробностей.

– И ты помчалась сломя голову, – фыркнул Ив. – Кто вообще так невежливо ведет себя в письмах?

– Не знаю, те же люди, которые при встрече приказывают тебе спеть или станцевать?

– Дикость, – не уловил он иронии в моих словах.

Внезапно в меня прилетел серебристый мячик с бубенцами. Ива тоже ударило в плечо.

Чуть дальше от нас вокруг беседки на огражденной местности собрались подданные. В центре перед его величеством выступал какой-то шут, нарочито неумело жонглирующий мячами и раскидывающий их во все стороны.

Завидев нас, король махнул рукой, и шут исчез. На его место встал следующий паяц, начавший декларировать остроумные стихотворения.

Нас подвели к самой беседке.

Король кивнул на большую золотую птицу, стоявшую у его ног.

Выступающий произнес последнюю шутку, и король хохотнул. Тут же его смех отзеркалила публика. Лишь один человек не смеялся: королевская дочь, которая сидела напротив нас в темном одеянии, безучастно наклонив голову.

Посмотрела на Ива – он разглядывал птицу. По всей видимости, это был павлин. Перья были выполнены из удивительно тонких пластин так реалистично, что казалось, будто он сейчас оживет и повернет к нам маленькую золотую голову.

– Раньше он исправно работал: раскрывал хвост и пел, как только я его заводил, – король обратил на нас внимание и сразу перешел к делу. – Механизм сложен и не понятен до конца. Я думал, что-то в нем повредилось – провел несколько лет в поисках ответа, но павлин так и не пришел в порядок.

– Может, показать птицу тому, кто ее создал? – спросил Ив.

– Невозможно. Его уже не найти, – отрезал король. – Ни один мастер не смог разобраться в моем устройстве и починить его. Потому я и уверен, что здесь не обошлось без колдовства.

– Сожалею, я...

Хотела сказать, что я не владею магией.

– Прекрасно! – перебил Ив. – Прекрасно, что вы обратились именно к нам. – Мэгг – настоящая колдунья! Сделаем все в сжатые сроки.

Король пошевелил губами и кивнул.

– Озолочу. Но посмеете хоть царапину на ней оставить,и вам не уйти от наказания.

Глава 3-2. Кибела

– Ты так торопишься на эшафот? – спросила, когда мы покинули беседку.

– С чего это ему казнить нас?

– Подумай хорошенько. Вот если бы ты наврал отцу и попался, что бы он сделал?

– Ничего... выпорол бы разок, – Ив занервничал.

– Выпорол, потому что он твой отец. А здешний король нам никто, и мы для него просто чернь. Он публичные казни щелкает как орешки.

– А зачем ты тогда согласилась на этот заказ?!

– Монархи платят больше всех, – подняла палец вверх. – Кстати, ты заметил, что принцесса Кибела ни разу не посмеялась, даже не улыбнулась?

– Так и шутки были несмешные.

– Я слышала, как придворные назвали ее Несмеяной.

– Может, она просто грустная? Мне вот бывало грустно, хотя у меня тоже папа царь.

– Но тебе же не все время грустно.

– Нет, – он задорно щелкнул языком. – Если прокатиться на вороном коне и от души наесться, то любую печаль как рукой снимет. И в детстве я часто развлекался, прячась в конюшне... от братьев, чтобы они больше меня не колотили. Или ссорил их между собой, тогда они обо мне забывали.

– Печально, если лучший исход – когда о тебе забыли.

– В моем случае это благо. Ты думаешь, чьи наемники нас на болотах встретили?

– Что? – я удивленно посмотрела на него. – Кто?

– Мой брат их послал.

Как-то нехорошо, когда у тебя столько родственников, а они тебя убить пытаются.

– Мне жаль.

Ив просто сменил тему:

– Я вот, что думаю, – сказал он, – король ошибся с самого начала. Раз столько колдунов не справилось, павлин просто поврежден механически.

Я слегка кивнула. Да, подобные вещи работают на магии, пока она не иссякнет. Но подзарядить предмет не проблема, а как раз первое, о чем подумал бы любой колдун.

– Если устройство крайне сложное, то не каждый мастер сможет понять, что в нем не хватает детали, или что она повреждена.

С другой стороны, не справились мастера – чего уж говорить о нас тогда... Надеюсь, хотя бы уйдем отсюда живыми.

У входа во дворец ждал сопровождающий, чтобы показать нам комнаты для ночлега. Чуть позже, по пути к золотой птице, которую король ставил в отдельной зале после отдыха в саду, мы увидели покои принцессы. Пожалуй, не лишним будет побеседовать с самым близким для короля человеком – его дочерью.

У дверей не было стражников. Я думала, что принцессу будут надежно охранять. Очередной тревожный знак.

– Входите. Что вам нужно? – в открытом взгляде Кибелы читалось одно единственное желание: чтобы ее оставили в покое.

– В порядке расследования нам необходимо расспросить вас о королевском павлине, – важно сказал Ив.

– Ведется расследование?

– Есть подозрение, что птица была сломана человеком.

– Что ж, прошу вас, – Кибела отдернула штору, бросив тоскливый взгляд в окно, и я заметила повреждения на ее коже.

У меня тоже когда-то были такие царапины на внутренней стороне ладони.

– Позвольте спросить, что с вашими руками?

– Ах, это от шипов. Иногда я сама присматриваю за розами в саду.

– Должно быть, больно?

Она взглянула на меня, в задумчивости проведя по затянувшимся следам от ран.

– Да.

В углу комнаты в тени стоял узорчатый горшок с цветущими в нем белыми розами, по высоте куст доходил принцессе примерно до пояса.

– Почему в ваших покоях не убираются? – спросил вдруг Иоанн.

Я толкнула его в бок, чтобы он не задавал бестактных вопросов. Здесь он не царевич, не хватало нам нарваться на обвинения в оскорблении монаршей особы. Та в свою очередь ответила:

– Поддержание порядка среди слуг утомительно. Оно лишено всякого смысла, ровно так же, как и поддержание порядка в комнате, – и отвернулась к окну.

– Ваше высочество, – я прочистила горло, – как так вышло, что король приобрел золотого павлина?

– Не знаю.

– Кто обычно присматривает за птицей?

– Стражник. Теперь новый.

– А что случилось со старым?

– Его разжаловали и, кажется, отрубили руку. Столько шума было, – она вздохнула.

– За что с ним так?

– Он что-то там поцарапал.

– И с тех пор механизм перестал работать?

– Нет, гораздо раньше. Точное время не скажу.

– Ранее его величество имел подобные увлечения? Может, он питал интерес к заводным механизмам? – спросила я.

– Разве что к живым птицам.

– В вашей семье любили птиц?

– Не знаю... у меня в детстве был павлин, не выжил в нашем климате.

Повисло тягостное молчание.

– Ваш дворец прекрасен.

– И что с того?

– Взгляните, какая замечательная погода на улице. Солнце светит, и ваш сад цветет. Не правда ли, жизнь хороша?

– А что в ней хорошего?

Без сомнений, поддержка окружающих никогда не являлась моей сильной стороной. Но и с принцессой все-таки что-то было не так.

Она провела рукой по окну.

– Каждый день похож на предыдущий. Мы живем в страшном мире, который рано или поздно покинем. Каждый из нас одинок и жалок по-своему. Мы не властны ни над обстоятельствами, ни над течением времени. Ни разум, ни чувства – ничто не в состоянии в полной мере скрасить наше существование.

– Говорят, счастье в близких...

– Моих близких рядом нет. Только вы все еще здесь почему-то.

Намек был яснее некуда. Мы поблагодарили принцессу за уделенное время и оставили ее в одиночестве.

***

В зале, отведенном под королевское сокровище, обнаружился стражник.

– Не велено пускать, – загородил он нам дорогу.

– Мы от короля.

– Чем докажете, что от него? – поймав взгляд Ива, устремленный ему за плечо, воин выпрямился. – Не велено показывать.

– Да я же почти все вижу!

Иоанн наклонился влево, чтобы разглядеть птицу за спиной у стражника. Тот тоже наклонился, чтобы помешать ему. Стражника понять можно, предыдущему вообще руку отрубили, как выяснилось.

– Вот расписка, – достала бумагу с королевской печатью.

Охранник успокоился, но продолжил держать нас под строгим наблюдением.

Глава 3-3. Последнее желание

– Вам, должно быть, нелегко, – произнесла одна из дам.

Я кивнула. Как же давно не ела таких десертов... А какой нежный сливочный крем. Да, в Семидевятом знают толк в сладостях.

Увлекшись, не сразу заметила выразительный взгляд Ива, направленный в мою сторону. Он сидел напротив, также держа чашку в руках. Мы находились в гостиной комнате дворца на втором чаепитии, в этот раз якобы «дамском», которое проводилось параллельно с развлечениями короля в саду.

– Успейте попробовать еще это, с марципаном, – продолжала щебетать дама.

Марципан я люблю. Ее рука с изумрудным кольцом изящно коснулась края блюдца, и взгляд мой невольно скользнул по такому же ожерелью, обрамлявшему ее шею. На каждой из дам были драгоценности в тон к их нарядам.

– Я не посмею, – ответила с набитым ртом. Будь здесь моя мама, ее хватил бы удар от такого поведения за столом. – Иначе другим леди не останется.

– Нет-нет, вы должны попробовать все, пока есть время.

Дожевав остатки, я уже нормально уточнила:

– Что вы имеете ввиду?

– Мастера, вызванные для починки павлина, гостят во дворце недолго, и уходят ни с чем.

– Ах, эта несчастная птица...

– Порой мы и дышать в ее сторону не смеем.

– Может, вскоре починится. Волшебное слово – одно, другое, – и готово, – легкомысленнл произнесла я, не отрывая взгляда от не проронившей ни слова женщины в синем.

Та наконец выдала, поджав губы:

– Его величество пригласил невежду и оборванку. Мне жаль времени, которое он потратит на ожидание результата.

Лицо Ива нужно было видеть. Похоже, невеждой его еще не называли.

– Сомневаясь в выборе короля, вы сомневаетесь в своем правителе, – парировала я.

– Злые языки нашептали ему, – цыкнула дама в сиреневом. – Долг придворного – помогать монарху сделать правильный выбор.

– Кто нашептал? Не фрейлины, случайно?

– Бесполезнейшие создания.

– Прекрасные люди, – я отпила из чашки, скрыв улыбку.

Придворные дамы не подчиняются принцессе, чего не скажешь о фрейлинах.

Дама в сиреневом потянулась к новому десерту. Две другие проследили за ее взглядом и сделали то же самое. Девушки продолжили вести беседу, а дама в синем наклонилась ко мне и на грани слышимости произнесла:

– Я хорошо знаю таких, как вы. Безродных самозванцев, наживающихся на чужих несчастьях! Молитесь, чтобы ваше тело не украсило местную виселицу.

Интересные у них украшения.

– Если бы только принцесса могла оказать на его величество благостное воздействие...

– От нее у меня мороз по коже.

– Мы и сами справляемся, – дама в сиреневом коснулась руки собеседницы. – Главное держаться, дорогая.

– А что с принцессой? – спросил Ив.

– Я чувствую, как теряю остатки разума, просто находясь рядом с ней.

– Вам это не грозит.

– Что?

– Тише, – шикнула дама в синем. – Следите за своим языком.

– Сама вспомни, как получила коробку отборного миндаля в подарок от короля, – обиделась другая, – за полировку птицы. Не так уж ты и опечалена причудами его величества!

Дальнейшие минут пятнадцать прошли в препирательствах женщин на тему того, кто хуже кого относится к королю и его павлину.

Ловить было нечего, поэтому я поднялась к выходу, поблагодарив дам за угощения, и добавила:

– Скажу по секрету – нам известно, почему павлин сломан. Если хотите узнать об этом первыми, приходите завтра утром на террасу.

Когда мы отошли на пару шагов, Ив не выдержал:

– По мне как будто мысленно потоптались.

– А мне понравилось. Нет ничего лучше вкусной еды.

– Тебя что, в детстве не кормили?

– Наоборот. Кормили слишком хорошо... Что, вправду так не понравилось чаепитие?

– Они глаза рады друг другу вырвать, и все ради каких-то королевских подарков. Король идиот, который ничем не занят, кроме развлечений. У принцессы так вообще их нет, за исключением возни с цветами. И она тоже ничего не делает. Никто здесь ничего не делает, да это просто удивительно!

– Смотрю, ты начал проникаться.

– Я не верю, что Кибела живая. У нее в голове пустоты больше, чем в моем желудке с тех пор, как я покинул отчий дом. Ты ее видела? Она вообще не смеется, даже не улыбается.

– А ты просто скажи ей все, что думаешь, и она обхохочется, вот увидишь.

– Только не говори мне, что ты тоже считаешь, будто бы жизнь лишена смысла и «ничто не способно скрасить наше существование».

Мне моя жизнь не нравилась, и я знала многих, у кого было так же. Если даже люди, у которых есть замок, личный сад и слуги, свету белому не рады, то чего уж говорить о простых смертных?

– Все равно жизнь... хороша.

Уловила его сомнение во взгляде. Наверное, слишком невеселое у меня было лицо.

– Я бы посоветовал королю продать павлина.

– Он заполучил его с большим трудом, даже стражника прибил за царапину. Как думаешь, что он сделает с тем, кто скажет, что от птицы нужно избавиться?

– Выкинуть ее, и все, – пробормотал Ив. – К слову, о бесполезном, леди Сибет это которая?

– Дама в сиреневом.

– Королевская фаворитка? – на мой удивленный взгляд Ив гордо сообщил: – Подслушал разговор в коридоре, когда выходил из покоев.

– И как тебе удается быть везде одновременно? – восхитилась я.

– А ты откуда узнала?

– Я наблюдала за женщинами. Все они повторяли за ней. Манеры, предпочтения в сладостях – все считывали с нее. Ее единственную никто не перебивал.

– Я думал, леди в синем самая главная.

– Злой – не значит главный.

– Три года назад впервые ломается павлин, леди Сибет приглашает мастеров одного за другим, павлин то работает, то нет. А денежки мастера делят пополам с леди, – рассуждал Ив. – Хм, возможно. Но доказательств у нас нет.

Он направился в свою комнату, однако я его остановила:

– Ты куда? Мы будем спать рядом с павлином.

– Нет, стражник, конечно, дубоват, но давай просто позволим ему делать свою работу.

Глава 4-1. Бизелия

– Ваше последнее желание.

Принцесса сидела в лоджии рядом с отцом, и больше улыбка не озаряла ее лицо.

– Ог-гоньку не найдется, ваше величество? – я готова была на коленях умолять, чтобы дали поджечь лучину.

Пусть даже лорд Соль действительно возьмет мою душу в рабство – главное, чтобы он уже появился и как-нибудь разрешил эту нехорошую ситуацию.

Внезапно раздался свист. Над головой что-то пролетело. Я почувствовала, как веревка от петли безвольно падает мне за спину.

Воспользовавшись замешательством стражников, спрыгнула с эшафота в толпу зевак. Подняла голову на повторный свист и увидела Ива, который восседал на белоснежном коне, держа в руках лук.

Все случилось так быстро, что я не успела даже удивиться. Ив проскакал под балконом, на котором сидели король со свитой, подцепил меня за шкирку и, с усилием втащив в седло, помчался прочь с площади.

Толпа бушевала нам в спины. Правда, было неясно – от радости за беглецов или от разочарования по поводу несостоявшейся казни.

Лишь сев в экипаж, мы смогли спокойно вздохнуть.

– Откуда конь? – промычала под гул загорающегося драконьего пламени.

Только сейчас ощутила, что от езды галопом у меня заболел копчик. В свое время Иден помогал мне учиться ездить верхом. Жаль, ничего путного из этого даже тогда не вышло.

Ив довольно выдал:

– Нашел!

– Где?

– В королевской конюшне.

– Хорошо, что ты его в поле выпустил.

– Ага, лошади вообще меня любят. А я люблю их. Уф, славно съездили!

– Да. Меня чуть не убили. И даже не заплатили, – угрюмо отозвалась я.

– Боюсь спросить, что тебя больше расстроило – первое или второе? Эй, для человека, который только что избежал смертной казни, ты чересчур недовольна! «Монархи платят больше всех», – скривился Ив, повторяя мои интонации.

Какое-то время ехали в тишине, пока Ив не начал посмеиваться.

– Что тут веселого?

– Просто не могу поверить, что ты выбрала спасти меня, а не птицу из чистого золота.

– Уже жалею об этом.

Если быть честной, то в свою очередь я не могла поверить, что Ив не бросил меня, а вытащил из петли. Фиолетовые отблески в сумраке экипажа стали гаснуть. Значит, мы преодолели основную часть пути.

Неужели все действительно позади?..

– А зря. Знаешь ли, я тоже ничего.

С гордым видом царевич достал из кармана золотое перо. Наверное, успел его отколоть, прежде чем птица сорвалась вниз. Блеск золота отразился в моих удивленных глазах.

***

Вернувшись в таверну мы увидели наши с Ивом вещи брошенными на пороге. Комнату, с которой я толком не успела попрощаться, уже занял новый постоялец.

– Где кафтан? – царевич осмотрел все сумки. – Они украли мой расшитый золотом кафтан!

– Смотри, зато этот серебряный оставили. Застеснялись.

Иоанн выругался.

– Я знаю один доходный дом, – сказала ему. – Думаю, по цене потянем.

– Давай лучше прогуляемся.

– Нам нужно добраться до здания как можно раньше, Ив. У них быстро занимают комнаты.

– Сначала сходим в одно место.

– Что ты задумал?

Дом, в который меня привел Ив, стоял на одной из главных улиц города – Торговой. На первом этаже здания располагалось несколько лавок.

Когда мы вошли, Ив поприветствовал старичка, и они деловито поднялись на второй этаж. Здесь была довольно большая комната с простой, но самой необходимой мебелью. В первой части стояли диван и два стола у окна, во второй была кровать.

– Даже шкаф есть! – Ив открыл его, и внутри оказался один расшитый серебром кафтан, а внизу – маленький сундучок.

– Отличная комната. Стой, откуда здесь твои вещи?..

– Нравится, да? Пока ты работала в трактире, я заглянул сюда.

Ив снова продемонстрировал павлинье перо и достал откуда-то еще целый мешок золота.

– Любезный, мы покупаем, – оба трофея были переданы старичку. – Бумаги я подписал. Мэгг, мою жабу нигде не видела?

Уже «бывший» владелец комнаты сильно тряс мне руку, а я все пыталась прийти в себя.

– Ив, получается, царь, вышвырнув тебя, но на прощанье дал денег?

– Меня не вышвыривали, – оскорбился тот. – Отец сказал, чтобы я нашел тебя и поучился уму-разуму.

– Это называется «вышвырнуть».

Ив протянул мне клочок бумаги. Я развернула грамоту с царской подписью и печатью: «...в обучение отдается младший царевич Иоанн, дабы тот вернулся домой не ранее, чем через три года».

– Золото – от папы на первое время.

– И ты спустил все на покупку кабинета.

– Да я пытался сбить цену, но этот прохиндей, – не в обиду вам, любезный, – все равно меня обчистил. Собственно, все ушло на эту комнату. Зато она наша!

– Мой совет, юноша: никогда в своей жизни не пытайтесь торговаться, совершенно не ваше это дело. Вам еще повезло, что я честный торговец, – поделился с нами на прощанье старичок и резко улыбнулся во все тридцать два зуба.

Царевич искал по углам жабу. Я стояла, не зная – хлопнуть его по лбу или обнять.

Так мы и заселились. Каждый начал обставлять свой угол. Ив нашел на заднем дворе ведро и налил туда воды для жабы, которая попыталась совершить побег, но вновь не преуспела в этом деле.

– Что это? – он заметил помятый листок в моих руках.

– Расценки.

Ив принялся читать их.

«Поднятие на башню – двадцать серебренников. Сопровождение – два золотых. Розыск – пять золотых. Расколдовывание – десять золотых. Спасение от отравления – двадцать золотых. Спасение от дракона – сто золотых».

– Так, нужно придумать правила, – он взял перо. – Есть какие-нибудь табу? То, чем ты не стала бы заниматься?

И вдруг умолк.

Да, вид у меня отчаянный. Ради денег пойду на всякое.

– Может, что-нибудь подлое?

– Убийства, – подумав, вспомнила я и продиктовала: – убийства магов и фей, неугодных родственников и разумных существ любых рас не рассматриваются.

– Готово, – Ив светился от радости. – Нужно повесить это на стене. Но сначала переписать, почерк у меня ужасный.

Глава 5-1. Верю, не верю

Я смешалась, однако лорд Соль ничем не выдал факт нашего с ним знакомства.

Меня и Бизелию также поприветствовал граф, который сидел напротив лорда. Они играли в карты за низким столиком.

– Девон, снова ты за свои азартные игры, – укоризненно сказала графиня. – Он и вас втянул, лорд Соль... Простите моего мужа.

– Мне необходимо отыграться, – граф чуть сгорбился, на лбу у него выступила испарина.

Над камином мерно тикали напольные часы. Слева от них я заметила несколько фарфоровых статуэток в лиричных позах – наверняка, коллекция графини. А вот крупная шкатулка с металлической вставкой на крышке в виде звериной пасти определенно принадлежала главе рода. На расстоянии было сложно определить, что это за животное. Тянуть руки к чужому добру я не решилась.

Графиня отвлеклась на беседу с нами. Мы с Бизелией притворились кузинами, ехавшими к родственникам – якобы нас обокрали в дороге и выкинули из кареты.

– Этим извозчикам давно пора отрубать пальцы за разбой, – сказала женщина, сочувствующе погладив Бизелию по руке. – Как страшно ездить в наши дни. В молодости я путешествовала в одиночку и была спокойна за свою жизнь. Лорд Соль, вы упоминали, что часто находитесь в разъездах?

– Таков мой промысел.

– Должно быть, вы устаете?

– Ничуть, – весело ответил он. – Путешествия продлевают мне жизнь.

По сравнению с графом лорд Соль выглядел расслабленно. Выбирал карту, недолго думая, и не ловил каждое движение оппонента. Словно и не был заинтересован в выигрыше.

– Ах, когда-то я считала так же, – произнесла графиня. – Теперь, на мой взгляд, спокойствие и достаток – залог долголетия. Но вовсе не путешествия... Что вы думаете об этом? – обратилась она ко мне.

– Мне жизнь продлевает отсутствие опасности, – сказала, наблюдая за руками лорда.

Графиня засмеялась.

Мое внимание к картам не укрылось от лорда Соль.

– Подозреваете меня в жульничестве?

– Покажите рукава.

Он замер и взглянул на меня с прищуром.

Бизелия подалась вперед, а граф раздраженно что-то пробормотал.

Я продолжала настаивать. Тогда лорд Соль, по-прежнему удерживая мой взгляд своими темными, блестящими глазами, по очереди опустил обе руки и отогнул рукава. Они оказались пустыми.

– Ваша бдительность достойна восхищения, – улыбка колдуна перетекла в зловещий оскал при свете языков пламени из камина. – Не желаете присоединиться к игре?

Играть с тем, кто жульничает не только по-человечески, но и по-колдовски – все равно что черпать воду из пробоины в лодке. И людям на смех, и умереть можно. В общем, я сказала:

– Да.

Как только лорд собрал карты и молниеносно «перелил» колоду из одной руки в другую, я убедилась: он слишком в этом хорош.

– Предлагаю сделать перерыв. Думаю, дамам будет весело сыграть в «Верю – не верю». Что скажете?

Бизелия воодушевленно кивнула, а я скептически облокотилась о спинку дивана.

– Но после вернемся к нашей с вами партии, – нетерпеливо добавил граф.

Он попросил подать еще вина. Второй день вливать в себя спиртное было как-то слишком для меня. Вроде и не собиралась пить, но через секунду, как по волшебству, в моей руке и в руке принцессы уже было по бокалу.

– Две семерки, – лорд Соль положил на стол закрытые карты.

– Не верю, – сказала я сразу.

Оказалось – семерка крести и семерка черви. Пришлось взять карты.

Очередь дошла до графини, она положила на стол три карты и объявила:

– Два туза.

Следующему игроку можно было либо сказать «верю» и добавить свои карты, либо произнести «не верю». Во втором случае карты вскрывались и при обмане все возвращалось обманщику, а при правде – к тому, кто не поверил зря. Именно так я взяла лишний груз на руки, поплатившись за неверие в «две семерки» у колдуна.

– Верю, – сказал граф и тоже сделал ход.

– Три туза, – в свою очередь положила Бизелия.

– Не верю, – тут же произнес лорд Соль.

Перевернул карты. Тузов было два. Бизелии пришлось забрать все, что накопилось на столе.

– Скажите, лорд Соль, вас обыгрывали когда-нибудь? – спросила она.

– Таким прелестным дамам, как вы, проиграть – одно удовольствие.

– Надеюсь, проигрывать достойно вы умеете, – не удержалась я.

И вот мы сидим у столика с картами, одна игра пролетает за другой. Уже дела обстоят таким образом, что мне нечего предложить в раскладе – и я беру карты. Беру их снова и снова, двигая к себе целые горы бумажек. Лорд Соль не отрывает взгляда от них, словно видит карты насквозь.

– Сегодня вам не везет, дорогая, – раздается голос графини.

– Не везет в игре – повезет в любви, – говорит лорд Соль.

– Так я и поверила, – смеюсь.

Граф тем временем сметает рукой все со стола – он тоже остался не у дел. Дальше все как в тумане. Я что-то писала на бумаге, потом мы ели легкие закуски, пили, кажется даже, танцевали. Бизелию сморило, и в какой-то момент она осталась лежать на пестрых подушках. Графиня не переставая говорила о том, какие роскошные нам выделят комнаты...

– Мэгг. Мэгг, придите в себя, – раздался вдруг шепот над ухом.

Я заморгала и посмотрела на Бизелию, стоявшую рядом, указывающую рукой на дверной проем.

Это еще что?

В комнате, которую отвели Бизелии для сна, стояла кровать с высоким балдахином. На ней было столько слоев, что они доставали чуть ли не до самого потолка.

– У вас не такая же кровать?

– У меня как раз кровать, а вот ваша похожа на башню.

Я медленно обошла эту громаду из перин и одеял. С трудом просунула руку под нижний слой, нащупав нечто маленькое и твердое... есть!

– Горошина? – удивилась принцесса.

– Черная.

Она в недоумении уставилась на меня.

– Черный засушенный лущильный горох, – я буравила недовольным взглядом свою находку. – Это колдовство... оно раскроет ваше происхождение, еще и отследит дорогу, по которой вы уедете на утро. Нельзя здесь спать.