Дом, милый дом

Глава I. Забытый разговорник

Над горами сверкнула молния. Оглушительные раскаты грома прогремели где-то высоко над укрытыми рыжей черепицей крышами приземистых каменных домов. Айла поняла, что дело плохо, когда поднялся сильный ветер, предвещавший первый в её жизни проливной дождь, заставший её в этой местности. Она остановилась под навесом небольшого магазинчика, открыла навигатор и ещё раз прокрутила свой маршрут от самой остановки автобуса до дома, где-то в низине. Ей предстояло пройти вниз по склону горы к самому краю деревни. Что ожидает её там? Как она вообще оказалась в столь нелепой ситуации?

Лицо обдало свежестью и влагой: это ветром принесло брызги мелких капель дождя. Натянув капюшон толстовки, Айла выбежала из-под навеса и припустила вниз по улице с тяжелым рюкзаком на плечах и чемоданом наперевес. Кеды звонко захлюпали по вмиг образовавшимся на дорогах лужам. На повороте дороги она подскользнулась и едва не свалилась прямо на скруглённые камни, которыми был вымощен край проезжей части. Остановилась, прижалась к фасаду одного из каменных домов, отдышалась.

Что за нелёгкая принесла её в эту деревню? Какого чёрта ей не сиделось в Лондоне?! Оглядев улицу, Айла не сразу заметила свет фар, высветивший поворот дороги в один из переулков, но вот на каменной кладке появился старенький Fiat. Подпрыгивая на кочках, он, словно забавный жук, прокладывал себе путь вниз по улице, качаясь из стороны в сторону скрепя покатыми боками. Вот, машина миновала пятачок, на котором сейчас стояла Айла, но, проехав ещё немного, резко со свистом затормозила. Медленно сдала назад, с трудом взбираясь по крутому склону. Остановилась рядом. Переднее стекло звучно опустилось, и Айла сумела разглядеть испещрённое глубокими морщинами лицо пожилой женщины, рядом с которой на переднем сидении сидел такой же немолодой джентельмен.

– Olá, menina, – поздоровалась с ней старушка, – Talvez possamos dar-lhe boleia? O chuveiro pesado está prestes a começar.

Айла не поняла ни слова. Её португальский был бесконечно далёк даже от базового уровня.

– Здравствуйте! Извините, я не говорю по-португальски! – проговорила она, стараясь перекричать шум всё нараставшего ливня.

– E não falamos inglês, menina. Entre no carro! Está a descer a rua? Ou precisa de subir?

– Para baixo ou para cima? – пожилой мужчина указал сначала в направлении спуска улицы, а потом подъёма.

– Э-э para baixo, – ответила Айла, проклиная себя за никчёмность. Нужно было выучить хотя бы пару фраз!

Бестолочь! Она просто бестолочь!

– Óptimo! – разулыбавшись, женщина показала ей два больших пальца, – Nós também! Senta-te, querida!

Перегнувшись назад, она открыла дверцу на задние сидения.

– Senta-te! – эхом повторил мужчина и, видимо, вспомнив, добавил на ломанном английском, – Садись! Садись, пожалуйста, мисс!

Айла растеряно огляделась по сторонам. На пустой улице никого не было, но дождь только усиливался, и вот уже его крупные капли образовали плотный водный поток, который начал сбегать по стокам крыш прямо на выложенный брусчаткой тротуар. Подхватив чемодан, она села в машину и попыталась закрыть дверь, что удалось сделать далеко не с первой попытки.

– Obrigada! Muito obrigada (*Спасибо! Большое спасибо)! – выдала она единственную фразу, которую успела заучить по пути сюда.

На это женщина тепло улыбнулась ей и, обернувшись, ткнула себя ладонью в грудную клетку.

– Sou a Benedita, – следом, сухой палец указал на пассажира на соседнем сидении, – e ele é José. Como se chama?

Айла понимающе покивала.

– Ага, Бенедита и Жозе. Поняла. А я Айла, – она повторила жест, указав ладонью на себя.

– Isla? – переспросила Бенедита, и, заметив кивок, поцокала языком, – Tens um nome bonito. Está bem, vamos. Espero que este carro chegue sem problemas.

Айла поняла что-то про красивое имя и почувствовала, как её щёки запылали.

Более неловкую ситуацию представить сложно. Какая же она идиотка! Как можно было оставить разговорник в аэропорту?! Дурацкий аэропорт! Дурацкая задержка рейса!

Она просидела в терминале Хитроу больше девяти часов. Когда самолёт, наконец, взлетел, а младенец по соседству перестал истошно кричать, Айла от бессилия провалилась в глубокий и вязкий сон, который, однако, не принёс ей никаких новых сил. Очнувшись спустя четыре часа перелёта, она узнала, что из-за погодных условий самолёт приземлится в Палмейре, а не в Порту, что увеличило её расходы на дорогу почти в два раза. Забрав багаж, Айла отменила трансфер от Порту, оплатила неустойку и, осознав всю глубину неудачи, села на железные кресла в зале прилёта и от души проревелась. Неслышно, плотно закрыв лицо капюшоном: так, чтобы никто не заметил.

Когда ей, наконец, удалось собраться с силами, Айла открыла приложение и проложила новый маршрут сначала до Коимбры, а оттуда уже до финальной точки: деревни Пиодао, по улицам которой сейчас и катил старый Фиат, деловито поскрипывая округлыми боками.

– É tão jovem. Veio visitar alguém? – обернувшись к ней, спросил Жозе.

Visitar… Это почти по-английски.

– Não (*порт. Нет), не в гости. Я купила дом. Э-э-э, uma casa (*дом). Ох, чёрт, как же его там?! Eu (*я)…Э-э-э… comprar uma casa (*покупать дом).

Глава II. Практик или эстет

– Я считаю, это всё нужно снести, – Костас, широкий как шкаф прораб греческого происхождения, уткнул массивные кулаки в боки и, повернув ручку, закрыл круглое окно с резным краем.

Гонсало отправил ему укоризненный взгляд и, повернувшись к клиентам, покачал головой.

– Как видите, сеньор прораб очень любит махать кувалдой. Пожалуйста, не воспринимайте его всерьёз. Ваш дизайнер настаивает на том, чтобы мы сохранили оригинальную фрамугу. Она приезжала сюда сегодня утром, и лично убедилась в том, что мы сумеем демонтировать окно без урона для стен и самой деревянной конструкции.

На это сеньора Дуарте, владелица сети книжных магазинов, задумчиво покивала и, подойдя ближе к окну, обернулась к прорабу.

– Хорошо, допустим, мы снесём оригинальное окно. И какую альтернативу вы можете предложить?

– Стеклопакет, – отрезал тот с заметным акцентом, – качественный и дорогой. Сделаем на заказ, стилизуем под любой материал. По виду не отличите от оригинала. Ещё и шумоизоляция бонусом, о чём ещё здесь можно рассуждать?!

– И каковы будут сроки установки? – уточнила сеньора Дуарте.

– Где-то полмесяца. Дней двадцать максимум, – уверенно заявил Костас, – Я понимаю доверие дизайнера к сеньору Хоакиму, это далеко не первый их совместный проект, но сеньорита Галлахер, при всём уважении к ней, кажется, забыла о том, что Гонсало и без того взял в работу все ваши межкомнатные двери. Если добавите к ним это окно, процесс затянется очень и очень надолго.

– Сеньора Дуарте, позвольте, – вмешался Гонсало, – На мой взгляд, Костас немного драматизирует. В моей мастерской трудятся несколько реставраторов и они, уж поверьте, в состоянии выполнить работу в довольно сжатые сроки. К тому же, я уверен, что люди, вхожие в ваш дом, наверняка обладают достаточно утончённым вкусом, чтобы суметь отличить пластиковый новодел от настоящей реликвии. Это окно – уникальный предмет искусства, наследие вашей семьи. Его нельзя просто списать в утиль ради шумоизоляции на, и без того, тихой улице.

Гонсало Хоаким. Реставратор.

– А экономия на отоплении? – всё не унимался Костас, – С деревянными окнами дуть будет из всех щелей.

– Боже, какая чушь… – пробормотал Гонсало себе под нос и, отправив Костасу многозначительный взгляд, подошёл к окну и достал зажигалку, – Сейчас конец марта, – он щёлкнул по ролику и вытянул руку на стык створок, – посмотрите. Пламя статично, а ведь мы даже ещё не реставрировали эту раму. Стыки очень качественные и не пропускают лишний холод. Необходимо лишь снять застарелый слой краски, заменить стёкла, отремонтировать петли и замки. Мои парни управятся точно быстрее, чем за полмесяца. К тому же, ваша дизайнер выстроила комбинацию текстур и материалов, опираясь на то, что рама останется деревянной. Нужно будет переделывать макет и…прошу прощения, – он вытащил из кармана смартфон и воскликнув: «Легка на помине!», нажал на кнопку ответа.

– Мейви, а мы как раз тебя вспоминали, – сказал он в динамик, переводя звонок на громкую связь.

– Надеюсь, не благим матом, – хохотнула трубка, – Мне тут птички напели, что Костас опять хочет поломать нам всю концепцию.

Гонсало обернулся и благодарно улыбнулся стоявшим в коридоре малярам, которые, наверняка, и настучали на прораба в вышестоящую инстанцию.

– Да-а, – важно протянул Гонсало, оборачиваясь к клиентке, – мы как раз стоим здесь с сеньорой Дуарте и никак не можем определиться между оригинальной фрамугой и стеклопакетом.

– Добрый день, сеньорита Галлахер. Честно говоря, я в растерянности, – пожаловалась та дизайнеру, – Никогда бы не подумала, что в бюро Молина я столкнусь со столь яростным антагонизмом.

– О, сеньора Дуарте, поверьте, мы все тут смотрим в одну сторону, – певуче протянула Мейв, – Функциональность и практичность интерьеров волнует нас ничуть не меньше эстетики. Просто, в отличие от нас с сеньором Хоакимом, Костас обладает счастливой способностью видеть красоту в пластиковой бутафории и, уж поверьте, мы были бы не против сэкономить бюджет на услугах реставраторов, но тогда я вынуждена буду предупредить о том, что ваш запрос на видимую дороговизну интерьера не сможет быть исполнен.

Сладкоголосые сирены точно бы позавидовали её способностям.

Сеньора Дуарте вздохнула и, отодвинув полы белого плаща с клетчатым подкладом, выудила из сумки смартфон. Набрала номер, приложила к уху.

– Альфи, это просто какая-то пытка! Я ничего не понимаю, что они от меня хотят! Скажи, дерево или пластик? – в трубке зажужжал голос сеньора Дуарте, – Что значит, где?! На окне! Реставратор ждёт нашего решения, быстрее! Деревянное или пластиковое окно?

Цокая каблуками по полу, она стремительно вышла из комнаты, оставив Костаса и Гонсало наедине с трубкой.

– Вы двое совсем не в состоянии держать себя в руках? – хохотнула Мейвис, – Сколько можно фрустрировать клиентов?! Снимите уже номер и меряйтесь там эго!

– Боюсь, моя жена этого не поймёт, – хохотнул Костас и развёл руками, – А у сеньора Хоакима сорвало чердак! Он взвалил на себя кучу проектов и сейчас загубит нам все сроки с этим окном. Я всего лишь хотел разгрузить его график!