Дом там, где сердце Часть 1

Глава 1

– Что будете заказывать? – спросил молодой парень, с именем «Сергей» на бейджике.

Мы немного посовещались и по очереди сделали заказ. Поблагодарив за правильный выбор, Сергей удалился. Вскоре вернулся с подносом и ловко заполнил стол тарелками с мясным и сырным ассорти. Еще через несколько минут на столе стояла пара запотевших стеклянных кувшинов с прохладным морсом и две бутылки вина. 

Мой муж согласился везти нас домой, и мой выбор пал на белое полусладкое. Его лёгкая терпкость колола горло и приятным теплом разливалась внутри. Наслаждаясь напитком, медленно оглядела зал. 

Странно, вечер пятницы, а зал почти пустой. Кризис, говорят. На этом кафе настоял Витя, хотя обычно ему все равно, где провести время и поесть. Рядом сидела пожилая пара. Было трогательно наблюдать, как внимателен мужчина к своей спутнице. Как ласково смотрит, поглаживает ее ладонь, перебирая пальцы. Перевела взгляд на мужа. Будет ли у нас также через много-много лет? Витя, почувствовав мой взгляд, повернулся ко мне, весело улыбнулся и послал воздушный чмок. Ответную улыбку сдержать не смогла. Засмущалась и, спрятавшись за бокалом вина, дальше осматривала зал. За одним из столиков, в дальней затемнённой части зала, устроились несколько мужчин. За их спинами возвышались четверо. Судя по застывшим фигурам, охранники. Мужчины за столом изредка о чем-то переговаривались короткими фразами, но один из них пристально смотрел куда-то в зал. Стало любопытно, что его заинтересовало, и я посмотрела в ту сторону, в которую был направлен его взгляд. Даже не удивилась. Шумная компания молоденьких девушек привлекала внимание. Они веселились, громко смеялись, чокались и кидали призывные взгляды по сторонам. Мой взгляд вернулся к мужчине, но его уже не интересовали девушки. Его взгляд был направлен на нашу маленькую компанию, с моим зрением не поймешь, смотрел он на меня или на сидящую рядом Юлю. 

Официант принёс салаты, и я переключилась на еду, да и к беседе за нашим столом. Нас было пятеро, работаем вместе и иногда собираемся вечером в каком-нибудь кафе. Разговариваем обо всём, о политической обстановке в стране и в мире, о компании, что необходимо улучшить, а с чем стоит бороться, о кино и музыке. В общем, обо всем понемногу. Снова подошел официант, и мы договорились о времени подачи горячего. В восемь танцевальную музыку сменил приятный женский голос. Девушка пела красивым тембром старые знакомые по кинофильмам песни. Откинувшись на спинку дивана, я засмотрелась на сидящего напротив мужа. Люблю смотреть на него, как он улыбается, как двигаются его пальцы, как язык слизывает соус с губ, навевая совсем другие воспоминания. Виктор заметил мой взгляд и послал воздушный поцелуй, соблазнительно улыбнувшись. Не смогла сдержаться и ответила таким же поцелуем в ответ. Что-то заставило посмотреть чуть выше головы мужа. На меня пристально смотрел один из охранников, стоящих за спинами мужчин, сидящих за дальним столом. Полумрак той части кафе не позволил его рассмотреть. 

– Лена, ты согласна? – спросила Юля.

– С чем? – вздрогнув, повернулась к ней, – прости, я немного задумалась. С чем согласна?

– На следующей неделе выехать на природу?

– Замечательная идея! Думаю, и Петя будет рад отправиться с нами, – ответила и взглянула на Витю, ожидая его согласие с моими словами.

– Я уже сказал, что согласен, – укоризненно посмотрел на меня в ответ, я лишь виновато улыбнулась. 

Позвонила маме и поговорила с Петей. Моему сыну уже пять лет, мой самый любимый мужчина – активный и неугомонный ребенок. Первое время оставлять его у мамы было очень тяжело и тревожно, я волновалась и переживала, часто звонила, беспокоилась. Но теперь уже спокойно покидала его, созваниваясь несколько раз за день. Малыш рассказал, как провёл день, как весело плескался в бассейне, играл за ноутбуком вместе с бабушкой. Улыбалась, слушая сбивчивый рассказ сына.

Когда убирала телефон в сумку, снова посмотрела поверх головы мужа на охранника. Но его там уже не было, как и остальных мужчин. Веселье девушек с их уходом поубавилось. А я смогла всецело уделить время беседе за столом и больше не отвлекалась. Время прошло незаметно. Еда была вкусной, обслуживание безукоризненным, музыка расслабляющей, беседа веселой.

Усаживаясь на пассажирское сиденье нашего автомобиля, чувствовала себя немного уставшей и довольной. Последний рабочий день должен был закончиться очень приятно, судя по многообещающей и коварной улыбке мужа. Прежде, чем пристегнуться, он наклонился и страстно меня поцеловал, немного прикусив нижнюю губу.

– Ты такая сладкая, – прошептал Витя у самых губ, прежде, чем отстраниться.

– Тогда давай побыстрее вернёмся домой, – облизнув губы, прошептала я и пристегнулась.

Виктор завел мотор, и салон тут же наполнили звуки медленной мелодии. Переключил рычаг коробки автомат в положение «Drive», но прежде, чем положить руку на руль, сжал пальцами мою коленку, а затем медленно стал двигаться по ноге, сминая ткань платья и нежно поглаживая внутреннюю поверхность бедра. Почувствовала, как внутри зарождается желание, и сжала ноги, чем только развеселила любимого мужчину, который успел добраться до цели. 

– Ах, – выдохнула я. – Дорогой, давай доедем до дома.

– Хорошо, но обещай, что у меня вся ночь, – он легонько нажал одним пальцем на чувствительное место.

– Обещаю, – простонала я, закрывая глаза, чтобы скрыть охватившую меня страсть. Машина не то место, где хотелось бы заняться любовью.

Глава 2

Тот, что держал автомат, сделал шаг ко мне, и я импульсивно от него, но оглянувшись поняла, что отступать некуда. На границе круга света стояли крупные фигуры в черных мотоциклетных комбинезонах. От страха и беспомощности защипало в глазах.

– Женщина должна экипироваться! – последовал приказ.

– Экипи… Что? – не понимая, что от меня хотят, повернулась на голос. 

Вместо оружия в руках мужчины был черный комбинезон. Я протянула руку.

– Женщина должна снять одежду!

– Вот еще! – с учетом того, что на мне было короткое черное платье и босоножки, оказаться в одном белье перед незнакомыми мужчинами, я не собиралась. Выхватила предложенную вещь и, сбросив босоножки, быстро всунула в штанину одну ногу. 

Мужчина, рыкнув, дернулся ко мне, но я отскочила и всунула вторую, при этом чуть не упала на кого-то сзади. Меня поддержали, но от ощущения чужих рук на талии меня передернуло.

– Руки прочь! – истерично крикнула, вырываясь.

– Урбра! («Отойти» перевод с кипенгела) – громкий властный приказ.

Застыла, не понимая, что это значит и кто это произнес, но мужчины отошли за пределы света. Матерясь и отправляя всех нехороших людей в дальние эротические путешествия, я заправила платье и натянула комбез на попу, легко попала в рукав правой рукой, а вот с левой не получилось. И так, и так крутилась. Вздрогнула от очередного резкого окрика:

– Вубран!

Тут же рука попала в рукав, и чужие руки натянули комбинезон на плечи, а после развернули и шустро заправили края, застегивая на застежки-липучки до самого горла. Материал, как плотная резина, закрывал тело от кончиков пальцев на ногах до шеи и сковывал движения. Немного погодя, появилось чувство, будто по моему телу что-то бегает. Только крепко державшие за плечи пальцы, не дали возможности скинуть этот чертов комбинезон. По ткани прошла рябь, и меня отпустили, легонько оттолкнув. Сделала шаг назад и растерянно замерла, чувство дискомфорта исчезло. Удивленно посмотрела на мужчину, но за темным стеклом шлема ничего не разглядела. К тому же на мою голову надели такой же, вот только вместо ожидаемой темноты все вокруг стало видно, как на ладони. Я могла разглядеть малейшие детали одежды, каждый камешек, лежащий под ногами, вот только увидеть, кто скрывается за темным стеклом шлема не смогла. Незнакомец тем временем застегнул крепление под моим подбородком и отошел к мотоциклу. 

Снова раздался властный приказ, но в прозвучавшей абракадабре я не поняла ни одного слова. Следующая фраза была произнесена уже более спокойно и в ней присутствовало ранее услышанное «вубран».

«Женщина, садись на транспорт и держись», на этот раз звук шел из динамиков шлема.

Тот, кто помог одеться, похлопал ладонью по сиденью за своей спиной, приглашая сесть. Я в нерешительности переминалась с ноги на ногу, но толчок в спину придал ускорения. Устраиваясь на сиденье, отодвинулась как можно дальше, чтобы не соприкасаться с телом мужчины. Из-за широкой спины незнакомца я не видела, как он завел мотоцикл, но почувствовала легкую вибрацию. К тому же сиденье приподнялось и теперь земли я касалась лишь пальцами ног. Прямо под ступнями выдвинулись опоры для ног, широкие ремешки обхватили икру до колена, надежно фиксируя. Спустя несколько минут мы двинулись в путь. Пока скорость была небольшой, я держалась за сиденье, но наши дороги, это всегда сюрпризы. На небольшой ямке, чтобы не упасть, схватилась за пояс мужчины. Он будто этого и ждал. Мотоцикл ускорился, но не это главное. Колеса охватило голубое свечение, и они повернулись параллельно земле. Чтобы осознать, что мы в воздухе, мне понадобилось время. Я в ступоре смотрела, как удаляется земля. Мы полетели. Выглянув из-за мужской спины, только и смогла произнести любимую фразу Витьки:

– Что за хрень?! – так с открытым ртом разглядывала планирующие чуть выше моей головы две машины и три мотоцикла. Ждали только нас.

Мотоцикл плавно поднялся и занял место в центре. Такое расположение вызвало кривую усмешку. Неужели они думали, что я решу сбежать, когда под ногами несколько метров до земли. Желание жить и вернуться к сыну и мужу было настолько сильным, что, наплевав на все, обняла мужчину за талию и прижалась к спине. Похоже, ему мои действия не понравились, тело напряглось и из динамиков раздалось недовольное низкое хмыканье. Проигнорировала, свалиться желания не было. 

С каждым пролетающим километром понимала, что найти меня Виктор не сможет, как бы хороши не были его связи. Мы двигались, задевая кроны деревьев, а на открытой местности спускались вниз. Перед глазами иногда мелькали дорожные знаки с названием населенных пунктов, но это ни о чем мне не говорило. Я не понимала в каком направлении меня увозили от мужа и сына.

Путь занял час, может чуть больше, но расстояние преодолели немалое. Я устала, спина и шея затекли и, когда мотоцикл стал замедляться, постепенно снижаясь, почувствовала облегчение, что смогу встать и размять затекшие конечности. 

А как же страх? Cтрах был, но я запихнула его подальше, и старалась не думать про изуродованные трупы и растерзанные тела, пропавших людей, мелькавшие иногда в новостях по телевизору.

Немного покружив по густому непролазному лесу, процессия остановилась перед массивными воротами. Монолитный забор высотой метра три терялся в темноте среди деревьев в обе стороны. Ворота тихо разъехались, вот только проход закрывала тонкая мерцающая пленка. Первая машина проехала без какого-либо промедления, затем вторая. Напряглась и теснее прижалась к спине мужчины, крепко обхватила его руками, ожидая чего-то страшного. Не знаю, что это было, возможно, какай-то уровень защиты, но я ее прошла, ничего не почувствовав. Может быть благодаря костюму. Мотоцикл выехал на большую стоянку, заполненную на треть таким же транспортом, и занял одно из пустующих мест ближе к серому одноэтажному зданию. 

Глава 3

Минуты текли, а он стоял ровно и не двигался, как английский гвардеец в карауле. Но стоило мне расслабиться, отъехала дверь и вошел щуплый мужчина, одетый в явно военную форму, но без каких-либо знаков отличий. Бледное лицо не выражало каких-либо эмоций, короткие жесткие волосы торчали в разные стороны и выглядели ненатурально, словно это парик.

– Ур ви груб? (Что мы имеем?) – В его руках, затянутых в черные резиновые перчатки, оказался тонкий планшет, который он поднял на уровень глаз и посмотрел на меня сквозь ставшую прозрачной панель. – Ла, ла, ла… (Так, так, так.) – пробормотал.

На экране появилось очертание фигуры, рядом незнакомые символы и двухзначные цифры.

– Вубран, ил бредел вурделин (Вубран, это худший экземпляр), – разочарованно сказал он.

– Рил вирт хе буруд (Тогда стоит ее отпустить), – произнес стоящий у дверей.

Прислушивалась к непонятным словам, ничего не понимала, но догадалась, что решается моя судьба. Сжав пальцы в кулаки, спрятала их за спиной и ждала, когда закончится разговор.

– Ру-уд (Не-ет) – довольно протянул мужчина в форме. – Ил гуд ледубра брокаруб уно грок хирул (Это хорошая возможность поставить на место зарвавшегося хирула (аналог «аристократа»)), – тихо произнес и на лице мужчины появилась неприятная злорадная улыбка.

– Эль вир… (Господин…)

– Руд, Вубран (Нет, Вубран), – грубо прервал охранника и стал быстро набирать что-то на планшете, разворачиваясь к дверям. – Гур дел грок, нурик (Знай свое место, нурик (аналог «чернь, низший»)) – последнее слово выплюнул, проходя мимо охранника, которому он едва доставал до плеча, и вышел из комнаты.

Осознание того, что меня не отпустят, вызвало панику. Стало нечем дышать, и я потянула за ремешок шлема. Охранник бросился ко мне, но я отскочила и, сорвав шлем с головы, бросила в него, но он ловко поймал на лету и двинулся ко мне с намереваясь надеть обратно.

– Нет! – крикнула, но он не обратил внимания, остановился вплотную ко мне, нависая мощной фигурой. – Хорошо! – сдалась я, – только сама, – и протянула руку за шлемом.

Пока я застегивала крепления, он находился рядом, нависал и давил силой. Лишь убедившись, что шлем закреплен, охранник вернулся на пост, но я успела ослабить ремешок в знак протеста. 

И снова потянулись минуты. Никогда не умела ждать, это раздражало, бесило. Стоять на месте для меня пытка. Поэтому уже скоро я знала, что в ширину комната около 4 метров, а вот длину измерить не удалось, стоило мне направиться в сторону двери охранник сделал шаг в мою сторону, перекрывая дорогу. В первый раз, чтобы не коснуться его, тут же отскочила назад и стала мерить шагами оставшуюся часть комнаты. Напряжение внутри нарастало и, когда дверь вновь отъехала в сторону, сперва обрадовалась. Вошедший, в отличие от мелкого первого посетителя, не уступал габаритам охраннику. Бросил на меня ледяной взгляд и, тихо ругаясь, подошел к стене и открыл незаметную панель. Мужчина двигался вальяжно, но от него исходила сильная волна недовольства и гнева. Расстёгнутый до середины груди ворот и закатанные рукава темно-синей формы в куче со взглядом создавали неприятное впечатления. И я неодобрительно покачала головой. Мужчина обернулся, с пренебрежением в глазах нажал на кнопку. Сверху раздался приказ:

– Женщина должна лечь!

Из другой стены выдвинулся стол. Металлический, гладкий, с углублением под фигуру. Я отпрянула в дальний угол, слишком стол напоминал операционный. С детства боялась больницы и все, что с ними связано. До сих пор, чтобы сдать простой анализ крови накачивалась валерьянкой. Страх подвергнуться страшным медицинским опытам захлестнул. Резко сорвав шлем, крепко взялась за ремешок, чтобы двинуть любого, кто попытается ко мне подойти. Посмотрела на гладкую поверхность стола и меня передернуло, повернувшись к мужчинам, спросила: 

– Что вы собираетесь со мной делать?

Обо промолчали. Один напряженно стоял у дверей, а второй, игнорируя мой вопрос, со скучающей улыбкой выдвинул небольшой ящик, взял маленький пистолет-шприц с ампулой и, сжав пальцами с длинными аккуратно подстриженными серо-синими ногтями, направился ко мне. Я сильно стиснула ремешок шлема в кулаке, что почувствовала боль от того, как ногти вошли под кожу и это придало решимости. Подпустив мужчину поближе, нанесла удар, вложив в него все силы. Шлем разлетелся на осколки, а он лишь покачнулся. Воздух пошел рябью и вместо мужского лица я увидела лицо существа. При ударе осколком оцарапало его щеку чуть ниже наростов, линиями, покрывающими лицо и лысую голову. Темная кровь тонкой струйкой потекла к подбородку и капала на рубашку, оставляя причудливые кляксы. 

– Вирба! (Дрянь!) – удивленно произнес он, когда увидел кровь на своих пальцах, после того, как провел ими по своему лицу. – Юр бо мильторг (Ты еще пожалеешь), – прорычал, замахиваясь.

«Если не убьет, то покалечит», пронеслось в голове, и я зажмурилась, ожидая удара, но его не последовало. Открыла глаза. Меня спас охранник, схватив за руку посетителя. Ему пришлось приложить немало усилий, мышцы напряглись под тканью комбинезона.

– Нурик (Низший), – процедил сквозь зубы мужчина со шприцом.

– Эль вир (Господин), – охранник убрал руки и отступил, слегка кланяясь.

Мужчина со шприцом оставался внешне спокоен, только его жёлтые глаза с сузившимся практически в точку зрачками блестели бешенством. Он отвернулся, подошел вплотную к охраннику и тихо стал что-то говорить. Получив передышку, оперлась спиной о стену. Руки и ноги дрожали, хотелось улечься на пол, свернуться калачиком и поплакать. Случившееся казалось нереальным. Усмехнулась. Для меня вопрос: «одни ли мы во вселенной» уже не стоял. Вот они. Голова, руки, ноги, как у нас. Основное отличие – это костные наросты на лице и голове, груди, но предположила, что и по всему телу и цвет кожи: светлые участки плавно переходили в серо-синие. 

– Эль вир (Господин), – прозвучало слишком почтительно.

Глава 4

Боль… Не верьте тем, кто говорит, что со временем к ней можно привыкнуть. Нет, она становиться чуть слабее, но в следующий миг еще сильнее, будто переходит на новый уровень. Мне казалось, что за свою жизнь успела познакомиться со всеми ее гранями, но я ошибалась. Эта боль заставляла выть, громко стонать, просить пощады и желать смерти. Я была готова на все лишь бы она прекратилась. Словно с меня содрали кожу, оголили нервы, внутренности жгли огнем. Мое тело на столе то извивалось в конвульсиях, то замирало ненадолго. Не знаю сколько времени это продолжалось, мне казалось вечность. На очередном приступе не удержалась на столе и скатилась на пол. Вскрикнула. Свернувшись в позу эмбриона на холодной поверхности, смотрела в одну точку, пока не провалилась в забытье. 

Передышка было недолгой. Новый приступ выгнул тело дугой. Но, когда боль ослабла, открыла глаза и увидела склоненного надо мной охранника. Он всматривался в мое лицо. Представила, какой красоткой выгляжу. Меня же заинтересовали наросты. Протянула руку и медленно провела по ним, чувствуя подушечками пальцев их гладкую поверхность. Они начинались на переносице, шли вдоль линии бровей, уменьшаясь по размеру, спускались на скулу до крыльев носа. Наросты были и на голове, от виска, вокруг заостренной ушной раковины, нисходили вниз по шее и прятались за воротником комбинезона. Провела ладонью по шее, отчетливо почувствовала под пальцами сильное, частое биение пульса. Посмотрела в глаза охраннику. Мне действительно не показалось, зрачок – черная клякса с длинными лучами, сузился. Серые глаза с тёмными прожилками завораживали необычностью, а еще в них было беспокойство. За меня? Эта мысль вызвала улыбку. И я ласково коснулась щеки мужчины.

В глубине души тихий голос шептал, что надо бежать и от этого существа, и из этого места, ведь в любой момент может вернуться другой. Но судорожный вздох мужчины и то, как он отпрянул от моей ладони и, не удержавшись, плюхнулся на попу, отвлекло от внутренних переживаний. 

Мои прикосновения были ему приятны, но он, как неискушенный юноша, бежал от них. А для любой женщины, это как вызов. Я дернулась за ним, но остановилась на пол пути. Во мне боролись два противоположных чувства: оттолкнуть и забиться в дальний угол, или остаться на месте и ... Я выбрала «и …». Хотя не уверена был ли выбор мой, мысли в голове текли вяло и все вокруг уже не воспринималось, как опасное место. И как бы не хотелось уйти, я потянулась к охраннику. Появившееся чувство, направляло, толкало к нему. Мне словно чего-то не хватало внутри и заполнить эту пустоту мог лишь он. 

Коснувшись рукой лица, другой надавила на грудь, заставляя лечь на спину, и сама устроилась сверху на его бедрах. Распахнув полы комбинезона, хмыкнула, тело прикрывала майка из тонкого материала. Провела рукой по тонкой серой материи сверху вниз и обратно. Немного усилий и с тихим треском ткань поддалась, открывая широкую мускулистую грудь. Линии наростов создавали замысловатый узор, и я пальцами рисовала его, чувствуя, как вздрагивает тело мужчины от моих прикосновений. 

Внутри меня что-то несвойственное мне ликовало, желало большего, заставляло и требовало продолжить.

– Ио но кан (Я не могу), – голос мужчины прозвучал хрипло, я не поняла ни слова, – но лазима (не должен), – продолжал он, при этом не делая никаких попыток прекратить или остановить меня.

А судя по ощущениям мои действия ему очень нравились. Улыбнулась и быстро разделалась со своим комбинезоном, просто порвав его руками, не обращая внимания на то, что мои пальцы обволакивала синяя дымка. Когда я коснулась бедер мужчины, он сжался, будто ждал боли и, приподняв голову, следил за моими руками.

– Эль вира, ио но кан хаки (Госпажа, я не имею право), – фраза закончилась стоном, моя рука легла на то место, проверяя насколько правы мои ощущения.

Под моей ладонью рвалось на волю, вздрагивало от малейшего нажатия мужское начало.

– Ио… никан аскари… нурик… анд но кан хаки… мунгано (Я всего лишь солдат, нурик и не имею право на слияние), – с трудом произнес охранник, делая паузу между словами, пока я расстегивала комбинезон дальше. Добравшись до белья, освободила то, что стремилось на волю. Обвитый моими пальцами, член подрагивал и набирал силу. 

Провела рукой с верху вниз, и он не смог удержать громкий стон. Не отпуская из рук подрагивающую плоть, наклонилась к лицу охранника и сказала:

– Кулипа хар кембе квенива анд ио кнур сехиму яко, Вубран! (Дай мне часть себя, и я стану частью тебя, Вубран!) – слова легко слетели с языка, а я даже не поняла, что говорила не на русском.

Он не успел протестовать, хотя и попытался, схватив меня за бедра. Но остановить меня в такой момент было уже невозможно. Возбуждение завладело телом, желание пульсировало, а между ног стало влажно. Остановилась, но лишь для того, чтобы провести головкой по мокрым складочкам. С удовольствием прочувствовала её гладкость. Когда стала медленно опускаться, вбирая член в себя, мужчина громко застонал и сжал кулаки, стуча ими по полу. 

– Ах! – выдохнула, вобрав его в себя до конца, и стала плавно покачиваться, давая время телу привыкнуть к размеру и некоторым особенностям. А потом начала двигаться…

Я словно разделилась надвое: одна «я» занималась любовью с мужем, потому что не могла представить себя с другим, а вторая «я» брала, поглощая в страсти того, кто не смог устоять и отказаться и в бессилии сжимал и разжимал кулаки. Сквозь пелену закручивающего желания видела, как его тело все больше окутывает черный туман, а по моим рукам пробегает синяя дымка, и продолжала двигаться, позволяя члену практически выскальзывать из меня, а потом вбирая по самое основание. С каждой секундой спираль внутри меня скручивалась все сильнее. Запрокинув голову, я сжималась, чувствуя его еще сильнее, еще глубже, еще ближе. В следующий миг мое лицо обхватили сильные руки и крик на пике наслаждения потонул в поцелуе, грубом и жестком. А когда тело мужчины напряглось, почувствовала, как что-то наполняет меня. Дернулась, в попытке освободиться, но одна рука крепко фиксировала голову, вторая сильно прижимала бедра, а внутри, изливаясь, пульсировал член. 

Глава 5

Проснулась от того, что во сне меня пыталась поглотить тьма. Казалось, если она доберется до меня, я перестану существовать. Распадусь на маленькие частицы и развеюсь по ветру, будто меня и не было. Когда открыла глаза, действительность оказалась гораздо хуже. Вырвался жалобный стон, но я сразу прикрыла рот рукой, чтобы больше не издать ни звука и не разбудить того, кто лежал рядом. Тихо отползла от него, стараясь не смотреть на обнаженное тело. Все произошедшее не укладывалось в голове. Как я могла совершить такое? Как? Почему? Может меня накачали чем-нибудь? От отчаяния хотелось кричать. Я ведь не такая? Я… 

Спиной уперлась в стену, села, поджав колени к груди. Почему? Почему? Почему? Повторяла, стуча головой о стену. Охранник шевельнул ногой, и я замерла. Он лишь немного изменил положение и спал дальше. А я поняла, что отсюда надо выбираться и как можно скорее. Посмотрела на обрывки своего комбинезона. Но теперь это больше напоминало непонятную кучку мелких деталей. Ногой аккуратно подтянула к себе комбинезон охранника. Сидя, натянула на ноги, не спуская глаз со спящего инопланетянина. На себя старалась не смотреть, но не заметить сине-фиолетовые разводы по всему животу и на груди было трудно. Хорошо хоть боли не было, а с синяками и уродливым шрамом как-нибудь справлюсь. Медленно поднялась, всунула руки в рукава и, соединив полы, провела по краю так, как это делал охранник. Главное выбраться отсюда, и я забуду обо всем, что произошло здесь. А Витя… Он и так не поверит, что меня украли инопланетяне, зачем ему забивать голову.

Как и в прошлый раз ткань словно ожила, переплетение нитей задвигалось, приобретая более комфортную для меня форму. Модификация этого комбинезона отличалась от моего. Ткань на плечах, от ключиц и до низа живота стала значительно плотнее, а на ногах образовались что-то вроде ботинок с толстой, упругой подошвой. Было немного непривычно, но комбинезон сидел идеально. Нашла на груди прорезь и выудила оттуда серую карточку. Бинго! Тесно прижавшись к стене спиной, небольшими шажками двигалась до дверей. 

– Только бы повезло! – произнесла одними губами и приложила карточку.

Красным она не загорелась. «Вот, сука!» – чуть не вырвалось. Бросила взгляд на охранника и треснула себя по лбу. Идиотка, он же выше меня где-то на голову. Провела карточкой чуть выше, когда ничего не произошло еще чуть выше. Бинго! Карточка загорелась красным и дверь отъехала в сторону. Выглянула и сразу спряталась. Уже собиралась сделать шаг, как кое-что вспомнила.

– Шлем… – чуть не застонала.

Шлем лежал рядом с охранником. Присела и, упёршись в пол одной рукой, другой дотянулась до ремешка, осторожно и неспешна подтянула шлем к себе. Ух. Перевела дух и вернулась к дверям. В этот раз всё получилось с первой попытки. Не обнаружив никого в коридоре, не задерживалась в комнате, не оборачивалась и на прощалась. 

Еще когда натягивала комбинезон решила, что выбираться из лабиринта коридоров буду направо, чтобы не заблудится. Поэтому выскочила из комнаты и побежала. Плутала долго, каждый миг ожидала погони. В мыслях проклинала архитектора этой подземной недвижимости, когда вдалеке мелькнула фигура и тут же скрылась за поворотом. Быстро преодолев расстояние, выглянула из-за угла. Компания из шести… Ладно, пусть будет, человек … в таких же комбинезонах двигалась по коридору, мне оставалось следовать за ними, стараясь быть незамеченной. Иногда приходилось очень быстро бегать по длинному участку, чтобы не упустить их из виду и, когда они остановились перед дверями лифта, с облегчением сползла по стене, ноги не держали.  

Дала себе несколько минут, чтобы отдышаться и восстановить дыхание. И только после этого выглянула из-за своего угла. Пусто. Со стоном поднявшись, пробежалась до двери. Только остановившись, поняла, как вызвать лифт я не знаю. Прокручивала воспоминания прибытия в это мерзкое место, что делал каждый из моих провожатых. Додумать не успела. Двери раздвинулись. Посмотрела вверх и заметила маленький темный глазок. Оставалось надеется, что это не камера, а всего лишь датчик для вызова лифта. Вошла и растерянно посмотрела на панель с неизвестными знаками. То, что я помнила комбинацию нажатия символом мне в данный момент никак помочь не могло. В той последовательности могли быть как код этажа, так и идентификационный номер. Зарычав от бессилия, ударила ногой по металлической поверхности стены. Огляделась в поисках глазка, тут же почувствовала, что поднимаюсь, точнее лифт едет вверх. 

Надо было успокоится и приготовится. К чему? Да, ко всему. Неизвестно, что меня ждет наверху. Пыталась взять себя в руки, но они продолжали мелко дрожать. 

Когда двери открылись, сомневаться и боятся времени не было. На удивление ровным, спокойным шагом вышла из лифта и пошла по стоянке, к тому месту, где стоял мотоцикл. Заметила и ту компанию, что я преследовала внизу. На четырех мотоциклах они следовали к воротам, двое везли пассажиров. Подошла к транспорту, удобно устроилась на сиденье и положила ладонь на панель. Двигатель тихо заурчал. Выдвинулись опоры для ног. Как ездить на мотоцикле, знала лишь теоретически. Сжав пальцами ручки руля, повернула правую чуть-чуть на себя. Вау! Мотоцикл медленно двинулся вперед. Чтобы не врезаться в рядом стоящий, слишком резко повернула ручку от себя. Мотоцикл стал, как вкопанный, а я слегка подпрыгнула на сиденье. 

Посмотрела на ворота, компания уже почти до них добралась. Мне казалось, что если я не успею к ним присоединиться, то не смогу покинуть это место. Чтобы выехать со стоянки, надо было отъехать назад, а я не знала, как у этого драндулета включается задняя передача. Глаза наполнились слезами. Опустив ноги и касаясь земли лишь носочками, оттолкнулась. Извивалась на сиденье, как на качелях, но мотоцикл сдвинулся немного назад. Кое-как вывернув, выехала со стоянки, двигаясь медленно, как черепаха. Первый мотоцикл преодолел защитный барьер. Правую ручку на себя и мой драндулет движется быстрее, но недостаточно. Ручку до упора. Третий мотоцикл скрылся за защитным барьером. Да, чтоб тебя! Хренотень инопланетная! Повернула от себя левую ручку. Мотоцикл рванул вперед. Голова откинулась назад. Сжала крепко руль. Защитный барьер прошла сразу за четвертым мотоциклом. Как только это произошло, за моей спиной мигнуло красным. Тут же сбавила скорость и позволила первым отъехать подальше, но заметила, как пассажир на последнем мотоцикле обернулся назад. 

Глава 6

Мне, наверное, надо было подумать, что сказать мужу, когда он начнет задавать вопросы. Ведь на некоторые я просто не смогу ответить или сказать правду. Поэтому, всю дорогу мечтала о ванне. Как теплая вода омоет тело, смывая боль, страх, грязь и чужой запах. 

Витя гнал во всю мощь, словно за ним кто-то гонится. Обычно я бы высказалась по этому поводу, но не теперь. Мелькавшие за окном фонари и дома, сменились полями и скоро машина остановилась на небольшом выложенном плиткой участке перед одноэтажным домом. Я не тронулась с места, а, прикрыв глаза, ждала первого шага Вити. Почувствовала его взгляд. А потом он торопливо покинул автомобиль. Открыла глаза и следила, как он стремительно отходит в сторону и ругается сквозь зубы, водит пальцем по экрану телефона, прикладывает к уху и ждет ответа. Муж сказал пару слов и слушал ответ, резко повернулся и посмотрел на меня. На лице недовольство, но он кивнул, соглашаясь с абонентом. Отвернулся и спрятал телефон в задний карман джинс, нервно закурил, устремив взгляд куда-то далеко.

За город мы переехали несколько лет назад, когда купили старый кирпичный дом. Многое пришлось переделать, влезть в долги, но то, что получилось мне очень нравилось. Дом хоть и небольшой, две спальни, гостиная, ванна, кухня и маленькая прихожая, но тут я чувствовала себя Дома. Мне всегда было тепло и уютно в нём. Теперь же мне хотелось оказаться, как можно дальше от него.

Скривилась, когда Витя отбросил окурок в сторону живой изгороди, на скамейке для этого всегда стоит пепельница. Он направился к машине и, снова на лице лишь беспокойство. Муж помог мне выйти из машины, но рука, сжимавшая мои пальцы, немного дрожала и я почувствовала себя сволочью. Мне бы утешить его, сказать, что все отвечу на его вопросы и все объясню позже, но стоило войти в дом, бросила коротко:

– Я в ванну, – и спряталась за белым матовым стеклом двери.

До упора открыла кран и уселась на край ванны. Мучившие меня вопросы вернулись. Как я могла? Как я могла так поступить? Отдаваться, наслаждаясь процессом, получить удовольствие более глубокое, чем испытывала с мужем… Ненависть к себе раздирала изнутри, но я поднялась и медленно разделась. Прежде, чем повернуться к зеркалу, закрыла глаза. Из-за того, что рука работала без проблем, хотя цвет кожи немного отливал синевой, мне иногда казалось все произошедшее кошмаром, ведь я точно слышала хруст собственных костей и срастись так быстро не могло. Поэтому, взглянув на себя в зеркало, криво улыбнулась. С ума я не сошла и все произошедшее мне не привиделось. Спокойно рассматривала фиолетово-желтые пятна по всему телу. Вокруг глаза все еще была припухлость, а темные круги, сойдут за усталость. В уголке рта запекшаяся кровь. Большой синяк чуть выше живота. А вот шрам выглядел, словно ему несколько лет. Тонкая белая полоска длинной сантиметров десять. Дрожащими руками провела по ней. А потом положила две ладони на живот и прислушалась. Ничего. А что я собственно должна была услышать? Может я все-таки сошла с ума.

Выключила кран и с блаженством погрузилась в воду. Вот только расслабиться не получалось. В попытке не о чем не думать, стала прислушиваться, что делает Витя.

– … я не могу спокойно ждать… тебе легко говорить, это не твоя жена была неизвестно где и с кем… я не идиот… да, прекрасно понимаю, что обнаружить их базу очень важно… слушаюсь, сделать все возможное…, – голос мужа звучал напряженно и немного нервно.

Стало интересно с кем Витя разговаривал по телефону. Вот это его «слушаюсь, сделать все возможное» звучало слишком по-военному. И если сперва я решила, что он разговаривает с Димой, то после этих слов была не уверена. Дима, а точнее Дмитрий Геннадьевич, руководитель отдела экономической безопасности ЗАО «Внешторгпоставка», Витин непосредственный начальник и лучший друг. Совсем недавно предложил мужу место своего заместителя. Я сомневалась, Виктор и так часто пропадал на работе до ночи, постоянные командировки, а с этим назначением боялась, что он там начнет ночевать. Дима был бы первым с кем связался Витя после моего похищения. Но если разговор велся не с Димой, тогда с кем? 

– Лена, помощь нужна?

– Нет. Я скоро выйду.

Погрузившись в воду с головой, задержала дыхание и какое-то время рассматривала отражение ванны в гладкой поверхности натяжного потолка. Не стоит Вите видеть всю эту красоту. Быстро помылась, насухо вытерлась полотенцем и, накинув свой длинный махровый зеленый халат, узлом завязала пояс. Взяв за ручку, несколько раз глубоко вздохнула и лишь потом открыла дверь.

Витя полу сидел на спинке дивана, напротив ванной и ждал моего появления. Тут же подскочил и, сделав шаг ко мне, приобнял за плечи и прижал к груди.

– Тебе надо поспать, а после ты мне все расскажешь, – вроде говорил ласково, но что-то приказное и не терпящее возражений в этой фразе было.

В ответ я лишь кивнула. Позволила отвести себя в спальню и уложить в кровать. Накрыв одеялом, Витя ушел. Послышался шум воды. Минут через десять вернулся и лег под одеяло за моей спиной, положив одну руку на бедро. Я непроизвольно затаила дыхание и напряглась. Несмело погладив, Витя стянул ткань халата в кулак. Зарылся носом во влажные волосы, но тут же отстранился и повалился на спину. Он долго ворочался, иногда что-то бубнил, сходил на кухню и, когда вернулся, лег поверх одеяла, обнял и прижал к себе. Лишь после этого заснул. А у меня наоборот, сон как рукой сняло. Смотрела в одну точку на стене, а по щекам текли слезы. Нет. Это не была запоздалая реакция на произошедшее. Тесно прижимающееся тело мужа давило, не давало воздуха. Его теплое дыхание в шею вызывало неприятные ощущения, а после легкого касания сухих губ желание вытереть это место становилось нестерпимым. 

Осторожно высвободилась из объятий мужа. Витя недовольно забормотал, но не проснулся. Накрыв его одеялом, пошла на кухню. Холодной водой умыла лицо, щеки и шею, стало легче. Устроившись на диване под тонким пледом с изображением скачущей лошади, уснула быстро.

Глава 7

Когда приехал врач, Виктор напивался на кухне, а я в спальне складывала необходимые на первое время мои и Петины вещи. Надо было позвонить маме, но не могла взять трубку и набрать номер, что-то останавливало.

– От-кры-то! – пьяный крик мужа раздался из кухни.

Вышла из спальни и с подозрением уставилась на немолодого мужчину, застывшего в коридоре. Он с неодобрением смотрел на происходящее на кухне. Мужчина лет сорока в темно-сером деловом костюме в руке держал большую спортивную сумку.

– Вы – врач?

Мужчина повернулся ко мне и прошелся взглядом по всей моей фигуре. У него были внимательные зеленые глаза и располагающее к себе лицо. Он мне напомнил доктора Уилсона из сериала про Хауса, такой добрый, понимающий, мягкий. Поставив сумку на пол, сделал несколько шагов по направлению ко мне и протянул руку.

– Вячеслав Петрович, доктор медицинских наук, – лицо озарила приятная улыбка.

Его рука оказалась теплой, а рукопожатие мягким.

– Елена, потерпевшая от действий инопланетян.

Из кухни донесся пьяный хохот.

– Потерпевшая…от действий…, – далее последовал звук упавшего на плитку чего-то стеклянного и разбившегося на осколки.

Вячеслав Петрович никак не прокомментировал выходку Вити, отпустив мою ладонь, огляделся.

– Думаю в гостиной нам будет удобно.

– Прошу, – рукой указала, куда идти. 

Доктор захватил свою сумку и сразу направился к столу. Аккуратно опустив сумку на пол, присел рядом и потянул за молнию. Извлек большой металлический чемодан и поставил его на стол. С интересом наблюдая за манипуляциями мужчины и присела на стул. Щелкнув замками, доктор откинул крышку, а одну из боковых стенок чемодана развернул в сторону. 

– Да у вас прямо мини-лаборатория! – не удержалась от восклицания, рассматривая содержимое чемодана.

– Вы правы, Леночка. Можно мне так вас называть? – дождавшись моего кивка, продолжил, – это не мини, а полноценная лаборатория. Просто с узкой направленностью анализов. – Достал удлинитель и, осмотревшись, обнаружил недалеко розетку. Подключив вилку, вернулся к столу. Пододвинул к себе стул и удобно устроился напротив меня. Выставил перед собой небольшой микроскоп, несколько подставок с разными колбами, стопку стеклянных полосок. – Вашу руку.

Протянула левую, поздно вспомнила, что кожа на ней выглядит еще не слишком здоровой и хотела одернуть. Однако, хватка доктора оказалось железной.

– Не бойтесь, я вам ничего плохого не сделаю.

Какое-то время он рассматривал ладонь, нажал в нескольких местах.

– Не больно?

– Сейчас уже нет.

Оставив руку, повернулся к сумке и извлек тонкий планшет.

– Откуда это у вас? – спросила потому, что тонкий прямоугольник выглядел точно также, как тот, что держал в руках первый, вошедший в ту комнату, инопланетянин.

– Этот потрясающий прибор я получил на службе, еще не все его возможности мне известны, так как инструкции к нему не прилагалось, но я над этим работаю.  

Как я и ожидала, разместив планшет над рукой, мужчина нажал на один из символов в углу и на экране появилась проекция костного строения моей руки. Мужчина обеспокоенно посмотрел на меня.

– Как это произошло?

Похоже, хоть кости и срослись, но то что они были переломаны от доктора не укрылось.

– Тяжелый мужской ботинок, – отрицать не видела смысла.

– Вы позволите? 

– А у меня есть выбор? – спросила, поднимаясь.

Вячеслав Петрович стал напротив и поднял планшет на уровень моего лица. А потом я наблюдала, как по мере опускания прибора бледнеет лицо доктора медицинских наук. Закончив, он устало опустился на стул.

– Воды? – предложила, видя его состояние.

– Если можно, – доктор достал из нагрудного кармана платок и вытер капельки пота со лба.

Не обращая внимание на спящего на столе среди объедков и мусора мужа, набрала в кружку холодной воды из-под крана.

– Лучше? – спросила, когда доктор полностью осушил большую глиняную кружку.

– Нижняя челюсть, правая ключица, – начал перечислять он, – два ребра, левая кисть, это свежие переломы. От ушибов и синяк не осталось и следа… Кто-то очень сильно вас избил… – Доктор посмотрел на меня с сочувствием. – Скорость регенерации ошеломляет. Давайте теперь узнаем, как изменилась ваша кровь.

Я вернулась на свое место и протянула руку. Странно, но обычного страха и волнения перед анализом не испытывала, скорее любопытство и желание поскорее узнать результат. Сперва Вячеслав Петрович взял кровь из пальца и проделал обычные манипуляции, что каждый из нас видел хоть раз в поликлинике при сдаче общего анализа крови. Потом попросил закатать рукав халата, затянул жгут и дал команду:

– Поработайте кулачком.

И пока я сжимала и разжимала кулак, наклонился к своей сумке. Ожидала увидеть обычный шприц, но доктор извлек уже знакомый мне пистолет-шприц с несколькими пробирками разного цвета. Поднес его к сгибу локтя.

– Вижу и этот прибор вам знаком, – поинтересовался Вячеслав Петрович, видя, как напряглась моя рука. – Не бойтесь. Пробирки заполнены разными реагентами, что облегчит мне работу и ускорить получение результатов.

Доктор говорил спокойным, приветливым голосом и я расслабилась и даже не почувствовала, когда игла вошла под кожу, лишь увидела, как одна за другой стали заполняться кровью пробирки.

– Вот и все. – На место укола положил смоченную в растворе ватку. – Подержите согнутую в локте руку несколько минут, чтобы не было синяка, а я займусь работой. – Повернулся, но искоса бросил на меня взгляд. – Вам лучше переодеться, скоро сюда прибудут коллеги вашего мужа.

Вопросительно приподняла брови, но ничего не спросила. Мое мнение, похоже, никого не интересовало. И я последовала совету доктора, отправилась переодеваться.

Только успела закрыть двери спальни, как сильная боль внизу живота скрутила меня. Надеясь, что вскрик не услышал Вячеслав Петрович, отползла от дверей. Приложила ладонь к животу. Кожа, а особенно шрам горели огнем. Казалась, что я вновь лежу на том столе и эта инопланетная тварь ковыряется внутри. Сдерживать стоны с каждой секундой становилось все сложнее и в какой-то момент боль пересилила все. Лежа на полу, я извивалась, махала скрученными пальцами, стучала пятками. Сквозь пелену боли увидела размытый силуэт. Кто-то подхватил на руки и понес, уложил на диван.