Дом там, где сердце Часть 2

Глава 1

***

От автора: Благодарю за тёплые слова, за внимание к книге и понимание, за веру в автора, за желание узнать историю героев до конца. Ваша поддержка мне очень дорога и бесценна.

***

Часть II

Глава 1

Утро встретило ласковым поцелуем Вубрана. Не открывая глаз, повернулась на спину и потянулась. Наглые руки вапиганая пробрались под тонкую ткань сорочки и, накрыв грудь, легко сжали, заставляя меня выгнутся и застонать. Тёплые губы вобрали сосок, а ладонь начала медленный спуск вдоль живота.

– Нет, нет, нет, – под довольный смех оттолкнула наглые руки и мягкие ласковые губы, – ты полночи не давал мне спать, Вубран!

– И всё, что я делал тебе понравилась, моя Оландир, – вапиганай с легкостью прервал сопротивление, зафиксировал руки на головой и устроился на мне. Его тяжесть была такой приятной, нужной, а восторженный взгляд, которым обласкал открывшийся вид часто вздымающейся обнажённой груди и разгорающаяся страсть в моих глазах, грозили перерасти в долгое приятное для обоих слияние, но…

– Мне нравиться всё, что ты делаешь и ты это знаешь, но Горрд возвращается через четыре часа…

– И ты хочешь встретить своего сугубана полной сил, – перебил вапиганай, наклонившись к лицу.

– Полной сил! – взбрыкнула и, шустро перевернувшись, оказалась сидящей на бёдрах Вубрана не без его помощи, – два дня, ты – мой Тауру, находил любой повод для уединения, ласкал там, где нас могли увидеть, доводил до пика удовольствия там, где могли услышать мои стоны и крики, а теперь я прошу несколько часов, чтобы прийти в себя и встретить сугубана как надлежит Оландир. – Каждое сказанное слово, сказанное с возмущением, приносило удовольствие моему Тауру, да и я от воспоминаний часто дышала, а губы просто кололо от желания прикоснуться к его коже.

Вубран, зарывшись ладонью в волосы, притянул лицо и впился в губы, жадно, страстно и как всегда нежно, ласково, невесомо. Его плоть настойчиво упиралась между ног и я немного потёрлась об неё, вызвав гортанный стон вапиганая.

– Что же ты делаешь с нами, маленькая страстная земляночка, – оторвавшись от губ, прошептал Вубран. – Ладно, уговорила, – ослабил хватку и позволил отодвинуться, – давно пора проверить соджон на боевую готовность. – Стремительно поднялся, не стесняясь ни своей наготы, ни своего возбужденного состояния, чем вызвал восторженную улыбку. Остановился у дверей ванны и, заметив мой восхищенный взгляд, повернулся и поиграл мышцами, рассмешив до слёз. – Два часа вам хватит?

Закутавшись в одеяло, уголком вытирала слёзы и кивнула.

– А потом я вернусь и спасу тебя от этого чудовища, – сказал напоследок и скрылся в ванной.

Плюхнувшись на спину, звездой растянулась на кровати и счастливо улыбнулась. Вубран всегда называл Горрда “чудовищем”, когда тот возвращался домой после поездок. И в этом была правда. Сугубан набрасывался на меня, стараясь заклеймить руками, губами, языком. И к этому стоило подготовиться. Закрыв глаза, я собиралась немного полежать, но заснула, что не удивительно. Вубран любил ласкать меня больше, чем получать удовольствие сам и мог делать это долго.

Когда проснулась, моего умного тауру не было, на столе напротив открытого окна, выходящего на песчаный пляж, ждал завтрак. При том всё, что я люблю. Улыбнулась, посылая в адрес Вубрана тепло и любовь. 

Пока принимала душ, комнату привела в порядок приходящая кимра Вила. Эта маленькая добрая женщина держала в руках не только помощников, наводящих уют и чистоту в нашем доме, но и команду, следящую за порядком вокруг огромного особняка. Обсудила с ней меню на обед и на ужин, попросила приготовить любимые Горрдом лакомства. Даже после удовлетворения собственнического инстинкта мой сугубан требовал внимания к своей персоне. Остановилась, понимая, что внутри загорается огенёк предвкушения. Млела от нежности, мягкости Вубрана, но и напористость, желание подчинить, овладеть, чувственная грубость Горрда приводила к потрясающему удовольствию. 

К выбору платья подошла с умом. Порвёт же и не заметит. Достала платье из тонкой полупрозрачной ткани цвета слоновой кости, с открытой спиной и плечами, которое можно быстро снять, потянув за ленту. Ходить без белья не любила, но на что не пойдёшь ради того, чтобы увидеть лукавое удовольствие в глазах любимого, что его ждали и ко встрече готовились.

Вышла на террасу во время, вдали показался мотоцикл Горрда. Он мчался вперёд, оставляя за собой клубы пыли. Сердце в груди с каждым мгновением билось сильнее. Словно школьница на первом свидания, предвкушала встречу, волновалась. Мотоцикл с заносом остановился у подножья лестницы. Горрд снял шлем и снизу вверх внимательно оглядел меня. Лёгкий ветер всколыхнул тонкую ткань, открывая взору вапиганая больше, чем нужно. Но, заметив лукавый огонёк, улыбнулась, ему понравилось. Горрд выключил зажигание, установил подножку и медленно поднялся. Плавной походкой неторопливо стал подниматься по лестнице, хотя я точно знала, что он хочет взлететь и оказаться рядом. На последних ступенях терпение его подвело, он взметнулся, подхватывая меня на руки. Обвила ногами его бёдра, чтобы как можно ближе быть к нему. Вдыхая любимый запах, ласково гладила шею, пока сугубан рассматривал меня.

– Когда вернётся Вубран?

– Через два часа.

– Тогда не будет тратить время попусту, – подтверждая сказанное, неистового впился в губы поцелуем. Его язык властвовал, подчинял, дарил наслаждение. Одна ладонь продолжала удерживать голову, вторая опустилась по спине вниз, забралась под платье и сжала ягодицу. Горрд прорычал в рот, – я очень скучал и требую от моей Оландир исполнения всех моих желаний, – и стремительно направился в спальню.

Горрд аккуратно уложил поверх покрывала и потянул за ленту платья. Его голодный взгляд был прикован к постепенно открывающейся шее, ключицам и груди. Обхватив ладонями грудь, несильно сжал, тяжело задышал, наблюдая как я выгибаюсь ему навстречу и наконец-то, наклонившись, обхватил сосок губами, перекатывая между пальцами второй. Мой глубокий стон подхватил лёгкий ветерок, прохладой коснувшись наших разгорячённых тел.

Глава 2

Глава 2

Чуть приоткрыла глаза и сразу попыталась зажмуриться, но не смогла, что-то покрывало кожу, и не только вокруг глаз, но и по всему лицу. Спустя несколько минут медленно открыла глаза. Обилия белого резануло глаза. Не впадая в панику из-за незнакомой обстановки, а я была на удивление спокойной, проморгалась и огляделась в меру возможности. Кожа на лице была стянута и малейшее напряжение мышц вызывало дискомфорт, словно я забыла снять нанесённую маску-плёнку. 

Белый светящийся потолок находился за прозрачным пластиком, вокруг белые стены. Пошевелиться не смогла, руки и ноги чувствовала, но они как-то вяло отзывались. Было ощущение, что я лежу в вязкой, тягучей, словно кисель жидкости, лишь лицо на поверхности, а надо мной прозрачный купол. Мысли в голове текли также вяло, не хотя. Почему… я… здесь? И… где… это…здесь? Ответ в голову не приходил, но и не волновал своим отсутствием. 

– Алмир Ворк Богор, вы должны понимать, что исцеление – это процесс длительный, а в данном случае сроки я прогнозировать не могу, – голос говорившего звучал вроде бы спокойно, но в нём чувствовалось не желания общаться с собеседником.

– Матиб, – прорычал второй, – тебе стоит сделать всё возможное, чтобы это существо встало на ноги! – голос принадлежал властному, имеющему силу человеку.

Как только я услышала голоса, глаза закрыла и никаким, даже мизерным, движением не выдала, что очнулась, а вслушивалась в незнакомые голоса.

– Алмир Ворк Богор, я прибыл сразу, как только смог и к исцелению приступил на месте. Не моя вина, что занятые поисками останков вы не обратили внимания на стену. А она всё это время висела и истекала кровью. – Голос звучал спокойно, но я была уверена, что его владельца сжигает клокочущая внутри ярость. – Пожертвовав вапиганой, она обрекла себя на смерть. Органы стали отказывать один за другим и первыми она потеряла репродуктивную систему и двух зародышей.

От услышанного глаза наполнились слезами, в груди защемило, стало так жалко эту несчастную, с которой так не по-человечески обошлись.

– Теперь уже ничего не вернёшь. – Во властном голосе другого что-то хрустнуло. – Что я могу ответить Её Величеству?

– Я делаю всё, что в моих силах. Прийти в сознание она должна после завершения процедур, а вот, когда она встанет на ноги, сказать не могу.

– Держите меня в курсе, – прорычал в ответ, а спустя мгновение голос властного раздался тише, словно он удалялся, – если бы она сразу вернулась на челнок… – но замолчал и наступила тишина.

– Ну что, маленькая земляночка, – спустя короткое время совсем близко раздался участливый голос и от неожиданности я распахнула глаза. Над куполом нависло существо, вроде и человек, но сильно от нас отличается. Кожа, как у слона, только темнее, широкое лицо с большим носом и маленькие цепкие глаза.  – Не беспокойся, я помогу тебе встать на ноги, залечу все твои раны… Ну тише, тише.

Смысл слов с трудом доходил до сознания, ужас накрыл удушливой волной. Передо мной стоял не человек, таких на Земле нет, а то, что нахожусь в непонятной капсуле, к тому же не могу пошевелиться, навело на мысль об опытах и экспериментах. Дыхание спёрло, и я не могла вздохнуть, лишь открывала, как рыба рот. 

– Тише, спокойно, вы сильная, вы справитесь, – говорило существо, положив небольшую шестипалую ладонь на прозрачный купол.

Воздух наполнился чуть сладковатым ароматом, и я попыталась задержать дыхание. “Нет! Я не хочу умирать!”, билось в моей голове.

– Оландир Елена, не стоит. Расслабьтесь. Это пойдёт вам на пользу, – голос говорившего звучал по-доброму, а в глазах светились сочувствие и сопереживание. 

Наверное, поэтому, когда лёгкие стали гореть огнём, начала глубоко вдыхать так необходимый воздух. Дышала ровно и глубоко, чувствуя, как затуманивается сознание, и только тогда до меня дошло, что двое говорили обо мне. Сердце на миг замерло, ощутив потерю, внутри образовалась пустота.  За миг до сморившего сна в голове появилась мысль, как объясню Вите, что не уберегла его малышей.

***

Даже спустя время голос второго тревожил и беспокоил, даже не сам голос, а властные, нетерпимые ноты, говорящие о высоком положении собеседника старого матиба. Больше я этого представителя планеты Раватан не видела, но ждала с нетерпением. Попытки выяснить где я, что со мной произошло и как вернуться домой, не бросала, просто на тысячный раз, получив ответ, что я в надежных руках и обо мне позаботятся, сделала вид, что свыклась и успокоилась. Поэтому ждала появление Зóтикуса Филбертýса, такое необычное имя было у старого матиба, надеясь, что он поможет развеять тёмные пятна моей памяти. И даже не могла представить, что встреча принесёт гораздо больше, чем я рассчитывала.

Тренажёры сменялись один за другим в перемешку с массажем, “иглоукалыванием”. Так я назвала процедуру, где вместо иголок использовались маленькие насекомые с планеты Пиф, похожих на колючку. Внешне неживые, но стоило хотя бы одному лучику коснуться биотела, как насекомое приходило в движение, стараясь забраться под кожу и как можно глубже засунуть свои тонкие щупальцы. Первая наша встреча с птифами закончилась обмороком, моим.

Как всегда после всего проделываемого мне полагался сон перед ужином. И на этот раз сон был наполнен покоем, ни тебе инопланетян, ни секса без оргазма. Проснувшись какое-то время лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь тишиной и умиротворением. Тело наполнила сила, хоть и благодаря растворам, поступающим через капельницу.

Глава 3

Матиб стоял у большого окна, заложив руки за спину. Дверь за моей спиной бесшумно закрылась и я не знала, что делать дальше и как себя вести. Отвлекать матиба от созерцания чего-то за окном не решилась. Перевела дыхание и огляделась. Это был просторный кабинет с небольшим уютным уголком, где стоял овальный стол, сервированный на две персоны. Кресла с полукруглыми сиденьями и ножки стола в виде лап животного напомнили древнеримские детали интерьера, да и сервировка из кувшинов и чаш сбивала с толку. Не такого я ожидала увидеть. Похоже, привыкла за столько времени к одной тарелке со стаканом из серого пластика и не меняющемуся меню. 

Меня привлекло изображение дерева, стоящего из двух разных частей, на стене. Уверенная, что это экран, сделала пару шагов, чтобы рассмотреть поближе. Завороженная, не обратила внимание, что лязг “ходулек” отвлёк матиба от окна. Уже понимая, что это не экран, коснулась стены рукой и почувствовала подушечками пальцев выпуклые грани множества маленьких камушек. Картина, выполненная в стиле мозаики завораживала своей красотой и обилием цветных красок и мелких деталей. 

– Вижу вам понравился мозатис, досточтимая кирúа Елена, – голос матиба звучал добродушно, поэтому я продолжила изучать мозаику. 

– Потрясающе, – только и смогла сказать. 

Дерево состояло из двух частей, одна напоминала колоновидный кактус из Южной Америки, мясистый с толстыми длинными иглами, вторая – что-то хвойное, как сосна только с ветками по всему стволу. Корни дерева тонкими извилистыми реками терялись внизу. Люди, стоящие вокруг, преподносили дары, и были изображены образно, но сходство с окружавшими матибами было бесспорным. 

– Благодарен за такую оценку моей работе. 

Брови от удивления поползли вверх и я бросила украдкой взгляд на руки матиба. Мозаика выполнена мелкими камушками, а с толстыми пальцами Зóтикуса это была долгая и кропотливая работа. На создание “Полтавской битвы” у Михаило Васильевича Ломоносова ушло около двух лет, при этом работал он с семью помощниками и размер полотна чуть больше трёхсот квадратных метров. Мозаика матиба не настолько крупномасштабная, но, похоже, терпения ему не занимать.

– Поужинайте со мной…

Громкие голоса за дверями остановили матиба на середине фразы и мы повернулись к распахнувшимся створкам. В комнату стремительно вошёл инопланетянин и я застыла на месте. Весь мой мир раскололся на тысячу осколков. Внимательно рассматривала мужчину очень похожего на тех, кого видела в своих снах. Цвет кожи, наросты на лице и на лысой голове, атлетическое телосложение. Высокомерный взгляд только без нежности Горрда придирчиво осмотрел на меня с ног до головы. Губы сжались в узкую полоску, когда взгляд остановился на “ходульках”. Рукой потянулась к голове и провела по совершенно гладкой коже. Воспоминание, как Горрд зарывается в волосы пальцами, тянет за них, вынуждая запрокинуть голову, и целует… страстно, напористо, Вубран подходит сзади и ... Осознание накрыло с головой словно цунами. Это не игра моего сознания, не выдумка какого-то автора фантастики! И если это отец Горрда, а сходство слишком сильное, то и Вубран был в моей жизни. Я и двое инопланетян! Бред, который не укладывался в голосе. А в голове возникали сцены, одна другой жарче, в следующий миг резко наклонилась, накрыв ладонями живот, будто кто-то ударил под дых. “Органы стали отказывать один за другим и первыми она потеряла репродуктивную систему и двух зародышей,” – слова матиба всплыли в памяти. Значит Витя не причём. Перед глазами всё поплыло, я покачнулась и кисти коснулись холодные пальцы матиба. По руке побежал странный поток, вверх по шее, обхватил голову. Веки налились свинцом и, проваливаясь в темноту, услышала недовольный голос вапиганая.

– Я её забираю, мне плевать, что лечение не закончено. У вас было довольно много времени, она стоит на ногах и этого уже достаточно.

***

Было больно. Пыталась определить где, но одно место хаотично сменяло другое, то кисть, то уши, то бёдра, то ступни. Приоткрыв глаза, увидела, что воздух надо мной мерцает, а чуть дальше стоит матиб и водит над моим голым телом ладонями. Его глаза закрыты, губы плотно сжаты, цвет кожи сильно побледнел. Он остановился, глубоко вздохнул, сжал ладони в кулаки. Мерцание поблекло и растаяло.

– Вот теперь я сделал всё, что мог, – сказал матиб, не открывая глаз. – Остальное зависит от вас, досточтимая кирúа Елена, – наклонил голову, устало посмотрел, но улыбнулся радостно.

И я поняла, что ничего не болит, в теле чувствуется непривычная лёгкость, дышалось глубоко и свободно. Поджала пальцы ног и сделать это оказалось просто и безболезненно. Зóтикус Филбертýс сделал шаг в сторону и покачнулся, рядом тут же появился Примус и, подхватив под локоть наставника, помог ему дойти до кресла в виде полусферы. Матиб устало привалился спиной к спинке, положил голову на подголовник и прикрыл глаза. 

Пока матиб отдыхал, я села, Лорус подал халат и помог вдеть руки в рукава. Двигалась заторможено, привыкая, что тело отзывается легко, без боли, без напряжения. Застегнув застёжки, поднялась и прошлась по комнате. На глаза навернулись слёзы и я обхватила себя руками. Подняла голову и быстро заморгала, пытаясь справиться с подступающей влагой. Хотелось радоваться обретённой легкости, но не получалось, “топор” новых жизненных изменений навис над головой.

– Теперь можно и поговорить, и всё таки поесть. Думаю у вас накопилось множество вопросов, досточтимая кирúа Елена.

Обернулась на голос матиба. Было видно, что усталость отступила. Зóтикус Филбертýс уже не выглядел трупом, а даже слегка улыбался, правда печально. Обстановка немного изменилась. К креслу в форме полусферы придвинули стол с ножками в виде лап какой-то птицы, напротив поставили невысокое кресло с низкой спинкой и Х-образными загнутыми ножками. Приглашение приняла и присела на предложенное место. Сидение мягко обхватило и немного опустилось под тяжестью тела и я смогла расслабиться, удобно устроив руки на подлокотники. Пока Лорус ставил перед наставником баранчик, обратила внимание на сервировку. Бокалы без гравировки из хрусталя, могу сказать это с уверенностью, проверила под насмешливым взглядом матиба, слегка стукнув своим бокалом об его. Приятный мелодичный перезвон снял витавшее в воздухе напряжение. Приборы: вилка, ложка, ножик, ну, немного отличаются формой от привычного, материал похож на дерево. Лорус поставил баранчик передо мной и поднял крышку. В нос тут же ударил аромат картофельного пюре и мяса. Прикрыв глаза, вдыхала такой родной аромат. Во рту образовалась слюна и, сглотнув её, взглянула на блюдо. Ну и что, что пюре слегка розовое, а тонко нарезанные кусочки мяса в серой подливке отливали синевой, запах был потрясающе вкусным. Взяла вилку с тремя зубцами и в нерешительности посмотрела на матиба.

Глава 4

Стоило выйти из комнаты, на меня навалилось безнадёга словно матиб своим присутствием давал силу и уверенность. Остановившись, дала себе пару минут, чтобы успокоиться. Я – одна. Витя?! Каждый раз при воспоминании о муже чувствовала горечь и боль. Что же ты натворил? Оставалось надеяться только на себя. Лишь от меня зависит каким, будет завтрашний день. Сомнения увижу ли сына отогнала прочь. Увижу. Должна. Внутри появилась стойкая уверенность, что я права. Несмелая, чуть уловимая улыбка появилась на губах. Повернулась к молодому вапиганаю, нерешительно стоявшему рядом. В его глазах ещё оставалось удивление и непонимание.

– А…? – выдавила, напрочь забыв его имя.

– Марик Богор, Оландир Елена Нэлли, адъютант…

– Я знаю, – перебила его, – Марик, в курсе ли ты, что я ничего не помню? Судя по удивлению, не в курсе.

– Совсем ничего?

– Ничего о вашей расе. – Удивление вапиганая сменилось шоком. Хлопнула парня по плечу. – Ладно, отложим это ненадолго. Как я понимаю, ты должен сопроводить меня к Алмиру Ворк Богор? – Марик часто закивал, – понимаешь, отправиться в халате я не могу, – кивки сменились мотанием головы, и я замолчала, ожидая от вапиганая действий.

– Алмир Ворк Богор не давал распоряжений по поводу одежды, – извиняясь произнёс Марик.

Почему-то меня это не удивило. Уверена мой свёкор не хотел меня унизить, он просто не подумал, что одежда может понадобиться. Осмотрев фигуру вапиганая, решила, что форма мне подойдёт. Марик мой внимательный взгляд заметил и обеспокоенно начал озираться по сторонам.

– Марик! – вапиганай вздрогнул, – у тебя есть ещё один комплект формы и белья?

– Есть, но?

– Никаких “но”! Веди! А то свёкор, ну, то есть Алмир Ворк Богор начнёт переживать, где нас носит.

Когда вапиганай повёл меня не в сторону жилого сектора, а к лифтам, я растерялась, но подумав, что его вещи скорее всего упакованы, у меня-то кроме того, что давали матибы ничего не было, успокоилась. Мы зашли в лифт, и я прикрыла глаза, чтобы не видеть своего отражения в зеркальных поверхностях. Лифт остановился на самом верху и, когда створки разъехались в стороны, увидела небольшой сверкающий челнок, стоящий на краю платформы. На миг замерла. Перед глазами возник другой челнок, искорёженный и объятый пламенем. От жуткого скрежета заложило уши и груда металла сорвалась вниз.

– Оландир…

От лёгкого прикосновения вздрогнула. Моргнула несколько раз и перед глазами целый сверкающий челнок. И что это было?!

– Оландир Елена Нэлли, – позвал Марик.

Переведя дыхание, направилась за ним. В челноке Марик указал на кресло, и пристегнул ремнями безопасности, когда я устроилась. Откинувшись на спинку, попыталась расслабиться, но словила взгляд вапиганая в форме солдата, сидевшего за спиной пилота. Ненависть незнакомца задела. Было впечатление, что он готов плюнуть мне под ноги. Такую реакцию из-за моего внешнего вида отбросила сразу, чувства вапиганая были направлены конкретно на меня. Даже спрятавшись за закрытыми дверями, чувствовала тяжёлый взгляд.

Плеча осторожно коснулся Марик и, когда я открыла глаза, указал на узкую дверь, а в руки передал два пакета. Скрывшись за тонкой перегородкой, перевела дыхание. Подставила ладони под автокран, но вместо ожидаемой влаги кожу обдало водяным паром. Убрав ладони из зоны действия датчика, растёрла пальцами капли, понюхала. Немного жирные, без запаха, но ощущения неприятные. Брезгливо бумажным полотенцем вытерла руки.

Не зная сколько времени в запасе, решила не затягивать. В маленьком пакете находились трусы-боксёры и спортивная майка из тонкого приятного на ощупь материала. Во втором - пиджак типа френч и брюки, тёмно-синего, практически чёрного, цвета. Когда я была готова, в дверь раздался стук. Створка отъехала и на, не заглядывая внутрь, Марика поставил… галоши?! Конечно, идти в бледно-розовых тапочках-балетках не лучшая идея, но галоши?! Опустила ступни в галоши и, перебирая пальцами, поняла, что удобно и комфортно в них. Вот если бы… Представила высокие ботинки на тракторной подошве со шнуровкой и, ойкнув, наблюдала за метаморфозой, происходящей с обувью. Ощущения были знакомые, а это означало, что такое я уже проделывала, осталось вспомнить когда.

Вернувшись в салон заняла место рядом с Мариком. Во-первых, чтобы задать несколько вопросов, а во-вторых, спинка сидения закрывала от взгляда вапиганая.

– Марик, Зóтикус Филбертýс сказал, что ты был рядом, когда прогремел взрыв.

– Да, Оландир Елена Нэлли.

Скривилась от этого титула.

– Расскажи, что произошло.

Молодой вапиганай задумался, тень боли и печали легла на лицо.

– Вы прибыли на Кипенгел для представления Её Величеству Сарануи Майсенг. В отличие от остальных союзов, ваш не был принят Королевой… благосклонно, даров вы не получили.

Интересненько.

– После приёма, – Марик замялся и покраснел  немного.

– Что после приёма?

– Многие пары уединяются в отдельных комнатах.

– Зачем? – только увидев, как краска сильнее заливает лицо вапиганая, поняла. Получается я после приёма отправилась в отдельную комнату с двумя полными сил мужчинами, тут же вспомнила несколько сцен из снов. Но там всегда присутствовал лишь один. Представила, как это возможно с ними двумя и почувствовала, как жар опалил и лицо, и шею, и даже уши. – Поня… к-х, – откашлялась, – понятно. А дальше?