Летнее утро разливалось по трассе жидким золотом солнца, прогревая асфальт до той степени, когда воздух над ним дрожал, словно желая ускользнуть. Алексей плотнее сжал пальцы на рулевом колесе своего автомобиля, чувствуя, как прохлада кондиционера борется с нарастающей жарой, и вдруг — пятно вдалеке: силуэт, поднятая рука.
Он притормозил, и стекла машины наполнились отражением молодой девушки: легкое летнее платье на тонких бретелях, взъерошенные волосы цвета спелой пшеницы, капли пота, стекающие по шее. Она прикрыла глаза от солнца, губы слегка приоткрыты, будто готова произнести что-то, но вместо этого просто провела языком по нижней — нервозно, невольно соблазнительно.
— Куда путь держишь? — прокричал он через приоткрытое окно, наблюдая, как её грудь приподнимается от быстрого дыхания.
Она наклонилась к двери— и вот уже платье, словно наполненное летним зноем, просело, открыв Алексею куда больше, чем следовало бы в приличном обществе.
-До Питера.
— До Питера? — повторил он, приподнимая бровь, пока его пальцы невольно сжимали руль потуже. Далековато... но кто я такой, чтобы отказывать?
Она кивнула, слегка запыхавшись, и солнце, пробиваясь сквозь её растрёпанные волосы, отбрасывало рыжие блики на кожу.
— Да, есть билет на поезд вечером, но если подбросите хоть до ближайшего города, буду безумно благодарна! — её голос звучал чуть хрипловато, но игриво, а губы растянулись в улыбке, обнажив ровные белые зубы. Он нажал на кнопку, замок двери щелкнул.
— Садись. — сказал он коротко, но в его интонации сквозило что-то тёплое, почти предвкушающее. Путь долгий... кто знает, чем это обернётся?
Девушка буквально впорхнула в салон, ее летящее платье зацепилось за дверной проём, на мгновение обнажив упругую линию бедра.
Алексей уловил сладковатый аромат её духов, смешанный с запахом нагретой кожи — что-то фруктовое, лёгкое, словно спелый персик.
— О боже… — прошептала она, почти благоговейно опускаясь на кожаное сиденье, её пальцы дрожали, когда она провела ладонью по прохладной поверхности центральной консоли. Автомобиль пахнет кожей, бензином и чем-то мужским — его одеколоном, наверное. Ей не терпелось завести разговор, и это было более чем очевидно…
— Это же WRX STI, да? — её голос сорвался на высокой ноте, а бёдра непроизвольно ёрзали на сиденье, будто она не могла усидеть на месте от переполнявших её эмоций. Грудь её приподнималась часто и прерывисто, словно она до сих пор не могла поверить в свою удачу.
Алексей усмехнулся, наблюдая за её реакцией краем глаза.
— Ага, с турбиной, — он слегка нажал на газ, и двигатель ответил низким урчанием, от которого у девушки перехватило дыхание, и машина начала движение.
Алексей намеренно сильнее вдавил педаль газа, и турбина с шипением вдохнула воздух, заполняя салон рокотом - густым, глубоким, вибрирующим где-то под копчиком.
— О-о-о! — взвизгнула она, вцепляясь в подлокотник и дверную ручку одновременно, когда "Импреза" резко рванула вперед. Девчонка вся напряглась, как струна, но в глазах читался не страх, а дикий восторг. — Быстрее, можно быстрее?! — её голос дрожал, перекрывая рев двигателя.
Алексей бросил быстрый взгляд на нее, затем на её длинные ноги, беспечно разбросанные в ногах...
Ррррр-ПШИИИИК! – клапан сброса давления выстреливал громким свистом, каждый раз заставляя девушку вздрагивать и смеяться одновременно. Её грудь волнисто подпрыгивала при каждом резком ускорении, а пальцы судорожно впивались то в сиденье, то в собственные колени.
Турбина гудела, подвывая на высоких оборотах, а машина буквально прилипала к дороге, проходя повороты с хищным шипением покрышек. Алексей ловил её расплавленный взгляд — она вся дрожала, но не от страха, от восторга. Ветер через приоткрытое окно разгонял по салону запах её горячей кожи, смешанный с бензиновой агрессией спортивного мотора.
Импреза пристроилась позади медленно плетущейся фуры, и теперь рёв мотора сменился глухим ворчанием турбины, вынужденной сдерживать свои силы. Алексей расслабил хватку на руле, разминая пальцы, но напряжение все еще витало в воздухе.
Девушка продолжала часто дышать от адреналина.
— Боже, я внутри настоящей Impreza... Всё никак не верю, — прошептала она, нервно покусывая нижнюю губу, пока её пальцы теребили край платья. — Кто вообще останавливается на такой машине? Я уже думала, придётся идти пешком или ночевать в поле...
Алексей почувствовал, как угол его губ самопроизвольно приподнялся в ухмылке. Его взгляд скользнул по её возбуждённому лицу, остановившись на нервном движении её пальцев, мнущих подол платья.
— Скажешь спасибо, когда доедем, — пробормотал он, намеренно делая акцент на последнем слове, давая ему повиснуть в воздухе между ними с намёком, что «доехать» — это ещё не конец.
Он ловко переключил передачу, словно играя сцеплением, и ощутил, как машина податливо отзывается, чуть подрагивая — будто предвкушая, что будет дальше. А девушка тем временем уже не могла усидеть на месте, её колени то сжимались, то разжимались, выдавая желание, которое, кажется, уже начало перерастать просто в восторг от поездки.
— Да на этой штуке можно... вообще не останавливаться, — её голос дрожал, а пальцы наконец отпустили платье, чтобы вцепиться в кожаный подлокотник, когда Алексей намеренно чуть сильнее притормозил, заставляя её тело по инерции податься вперёд.
— М-м... — вырвалось у неё, когда ремень безопасности натянулся, плотнее прижимая ткань платья к уже явно возбуждённым соскам.
-Так откуда ты держишь путь и что хочешь найти в Питере? - спросил Алексей.
Алексей не сводил глаз с дороги, но чувствовал каждое её движение кожей. Его пальцы чуть постукивали по рулю в такт работающему мотору — нервозный ритм, выдающий интерес вопросом не просто так.
Девушка на секунду заколебалась, будто взвешивая, как ответить по-правде, а как — красиво.
— Из крошечного городка, где все знают тебя с пелёнок, — начала она, и её ноги, обутые в легкие босоножки, непроизвольно потеребили торчащий из-под сиденья коврик. — А в Питере… — её голос внезапно стал приглушённым — на встречу с другом.