Дорога меж миров

Глава 1

Конец рабочего дня всегда волнующее событие.

Я сидел в кресле, сохранив только что законченный проект в компьютере, и решал, как закончить этот день.

Пойти с коллегами в бар? Витек уже давно зовёт в «Фишку», что возле работы. Говорит, что там крафтовое пиво хорошее.

Или отправиться домой, попробовать выспаться? Неплохая идея, вчера вечером засиделся за новеньким сериалом до часу ночи, а с утра как песка в глаза насыпали.

Или погулять по центру города, без определенной цели, фоткая на телефон городские пейзажи?

Или написать подружке? Вот, кстати, эта идея самая лучшая! С девушкой и гулять интереснее, и сериалы смотреть!

Склонился над телефоном, набирая текст.

«Привет, что делаешь вечером…». Отправить. Статус сообщения «Прочитано»

– Кхм. – Раздался у меня над головой голос.

Поднял голову, уперся взглядом в шефа.

– Дело есть, на хорошую премию. – Сразу же перешёл шеф к делу. – Надо в соседний город к партнерам отвезти наши детали. Почта уже закрылась, доставка цену ломит как за истребитель. А у нас Транзит простаивает.

– Эм, а водитель же на зарплате сидит?

«Ничего особенного!». – Пришло сообщение в телефон.

– Заболел с утра. – Поморщился шеф. – Горючка за счет фирмы и премия в конце месяца.

– Эмм…

– Надо. – Шеф сделал серьезное лицо. – Надо. Гостиницу на сутки тоже оплатим. Срочно доставить, к понедельнику материалы должны быть у клиента. Это наша репутация!

– Ну… – Ехать не хотелось. Девушка стоила прогулки, как сказал бы один знакомый. Веселая и умная, непосредственная, грудь двоечка, но глаза веселые, в которые хочется смотреть и смотреть!

Откажусь, пожалуй. Серёжа из соседнего отдела довезет, у него тоже права есть.

Телефон тренькнул.

«Иду в гости, потом спать». – Второе сообщение.

– Еду, раз на кону наша репутация! – Я со вздохом выключил экран телефона. – Выехать хоть сей момент могу.

– В ночь?

– Ну а что ждать, дороги пустые, домчу быстрее.

– Не лихачь только. – Предупредил шеф. – Машина служебная, как я перед директором за штрафы буду отчитываться? Имей в виду, бензин наш, а штрафы твои!

– Дополнительный выходной и премия тоже мои! Договор?

– Договор! Коробку забери в цеху, ключи Форда у секретарши. Удачной дороги!

И вот я сижу за баранкой, а длинная зимняя трасса ложится под колеса.

В салоне машины играла музыка, тускло горели огоньки на приборной панели, шелестели старенькие вентиляторы отопления. Болтались по лобовому стеклу щетки, смахивая налетающий снег.

Я расслабленно держал руки на руле и поглядывал краем глаза в навигатор.

Ещё девяносто три километра до конечной точки маршрута, три часа неспешной езды. Гнать не хотелось, дорога однополосная, зимняя. Вокруг лес, заснеженные елки плотной стеной, над ними черное, без единой звездочки, небо. Впереди несутся фары машин, надвигаются из темноты, бросая перед собой снопы света.

Красота!

Зарядил снегопад, ветер гнал вдоль дороги снег, разбивал о борта проходящих навстречу фур, мел на лобовое стекло.

Сбросил скорость, забираясь на подъем.

Впереди пологая длинная низина, заполненная снежными вихрями. Видимость упала, фары выхватывали из темноты летящие навстречу крупные снежинки.

Дорога прямая как стрела, на навигаторе тоже ни поворотов, ни съездов.

Чуть придержал ногу на педали газа, ощущая, как машина мчит через снежную бурю.

Фургон начал спускаться в низину, расталкивая снегопад боками. В низине ветер успокоился, снег валил с неба большими хлопьями.

Ни одной встречной машины. Даже вдалеке фар не видно, только бесконечные снежинки кружатся над дорогой, пропадающей в тумане впереди.

Внезапно фургон подпрыгнул, защелкала система курсовой устойчивости. Резкая, злая вспышка света, голова помутилась на миг, и сразу же ясность. Перед глазами дорога поплыла влево.

Рывком пришёл в себя, пальцы вцепились в руль, нога вдавила педаль, прибавляя газу. Машина не успела уйти в занос, выправилась, помчалась дальше по дороге.

Леса вокруг изменился, пропали елки, торчали кое-где деревья, похожие на коряги, воткнутые посреди снежной равнины. Впереди нитка длинного шоссе, три полосы движения, впереди меня видны темные силуэты транспорта.

Странно, почему у них нет габаритных огней?

Шоссе поплыло вправо.

Успел про себя проклясть своё решение ехать сразу же, теперь же, сей же момент, ночную дорогу, капризную девчонку и даже ни в чем не виноватые детали, которые нужно передать нашим клиентам...

Больше ничего не успел.

Крутанул руль в сторону, прижимая газ, но опоздал. Промелькнула разметка, надвинулась короткая обочина, сугроб… Толчок под колеса, по сторонам несутся скрюченные деревья, мелькает впереди черное небо. Удар, неожиданно мягкий.

Глава 2

Пришёл в себя резко, как будто проснулся.

Перед глазами белый потолок, излучающий мягкий свет.

Я лежал на кровати, голова на подушке, до груди укрыт серым больничным одеялом.

Поднял голову, глянул на руки. Пальцы целы, а ведь когда меня в пикапе везли, я их не чувствовал.

Потом сел в кровати, откинув в сторону серое больничное одеяло. Пошевелил ногой, покрутил головой.

Ничего не болело, самочувствие великолепное, как после хорошего сна.

Находился я в больничной палате. Ну а как ещё назвать помещение с серо-зелеными стенами, мягким на вид полом и потолком, излучающим такой же мягкий белый свет? Не самая большая палата, конечно, метров пять в длину и ширину, квадратная. Сбоку тонкая дверца, приоткрытая, там виден краешек умывальника. Напротив дверь побольше, массивная, без ручек.

У изголовья кровати столик, стул, рядовое офисное кресло. Таких в каждом офисе России-матушки навалом, кочуют из одной фирмы в другую. Фирма разорилась, мебель продала, фирма основалась, технику купила. Цикл повторить, пока стул не развалиться.

Щёлкнул замок, я напрягся, обернулся.

Дверь открылась, и в палату вошла медсестра.

Белый халатик, под ним белая же футболка, темные непослушные волосы прижаты круглой шапочкой с красным крестом. Лицо обычное, внимание не задерживает, глазки-носик-ротик. Фигура стройная, до худобы стройная, приталенный медицинский халат это только подчеркивает.

Милая медсестричка открыла рот и пожелала доброго утра на незнакомом языке.

– Что? – Вытолкнул я слова. Неужели та авария повредила мою голову настолько, что я речь человеческую забыл?

– Гуд монинг сир. – Повторила девушка. И добавила что-то о «хелпнесс» и «дефеат». С моим школьным английским такое не понять.

– Экскьюз ми… Ай донт андерстанд! – Ответил я на это.

Спросить, что такое привиделось на дороге? Волки, выжженный лес, пулеметчики на пикапе… Похоже на бред. Ударился головой, когда машина с трассы сошла, вот и увидел чудесные сны.

А с машиной-то что? Так и осталась на трассе? Шеф мудрый, но за служебную технику такое устроит, что мало не покажется. Ремонт уж точно за мой счёт. Сколько там бампер для Форда стоит?

Медсестричка улыбнулась, прижала руки к груди, поклонилась, сделала пару шагов вперёд. Её ладонь уперлась мне в грудь и уложила обратно на кровать, я и пикнуть не успел.

– Гоу ту бед! Плиз! Плиз, донт мув!

Это я понял. Девушка просит лечь и не двигаться.

– Где я, что со мной случилось? Это не российская больница же? Как я сюда попал?

Девушка оставила слова без внимания. Достала прибор, похожий на жезл, быстро провела им вдоль моего тела. Прибор издал короткий резкий писк. Медсестричка покачала головой, сказала что-то, что я уже не понял.

Два разных языка. Английский и китайский? Китайского я совсем не знаю, не слышал даже никогда.

Дверь была открытой, в коридоре раздались шаги, прозвучали голоса. Люди переговаривались на том же языке.

Медсестричка не оборачиваясь провела рукой, дверь, повинуясь жесту, захлопнулась.

Вот это техника! Как это сделано? Датчик движения в стене?

Ладошка вновь уперлась мне в грудь, девушка призывала не двигаться. Прибор положила на столик, глаза медсестрички на миг потеряли фокус, а по мне словно прокатилась тёплая волна.

Внезапно вспыхнула паника.

Почему меня тут держат насильно?

– Я должен сообщить родным… – Я начал вставать с кровати. – Послушайте, я должен сообщить родным, что со мной все в порядке!

Меня украли, вывезли в Америку и сейчас начнут разбирать на органы. Или в Китай вывезли, второй язык китайский! Так что сначала на медицинские опыты пустят, а потом то, что останется, на органы.

Или это далекое будущее? После аварии поняли, что меня не вылечить, и заморозили до лучших времен, а теперь вот медицина развилась и мою тушку достали из холодильника…

Глупые мысли.

А вот укол в плечо настоящий.

– Ай! – Сказал я и уснул.

Второй раз проснулся в таком же великолепном самочувствии и отличном настроении. Хотелось петь и даже плясать, в голове теснились многочисленные образы, обозначавшие действия, предметы…

Дверь открылась, вошла медсестричка.

– Доброе утро, новичок! – Поздоровалась она.

И я понял каждое слово.

Меня научили языку.

– Простите… – Я начал говорить по-русски, а потом вдруг исправился. – Простите, уважаемая. Где я, как сюда попал? Что случилось?

Рядом с кроватью остановился столик с едой.

Резкие слова срывались с языка как родные. Вот это столик, называется «Менза», вот это сок, называется «Сукус», это омлет, это каша. Это тарелка, а это стакан. Каждая вещь обретала название моментально, словно я всю жизнь думал на этом языке.

Глава 3

Из больницы меня выписали ровно через десять дней.

Выдали комплект одежды, рубашку серого цвета, черные штаны, мягкие кроссовки на липучках и куртку на молнии, похожую на флиску.

Доктор вручил заполненную бумагу формата А4 и ещё одну, поменьше. Лист А4 пуст, только сверху было написано, что новичок по имени Мирослав прибыл в город Даршит, провёл в больнице десять дней, здоров, аномалий не выявлено.

Вторая бумага поинтереснее. Моя фотография, лысого как коленка, возраст, рост и вес, приметы. Под фотографией имя, Мирослав из Даршита.

Паспорт и трудовая книжка, не иначе.

Да, я начал понимать и письменность. Буквы не сложные, основанные на латинице, как читается, так и говорится. Технологии Архитекторов, что и говорить!

– Подъемные. – Мне в руку упали пять монет. С одной стороны монеты герб, расправившая крылья хищная птица в окружении лаврового венка, по низу надпись «Труд созидает», с другой стороны цифра «1».

– Зайди сначала в столовую, покормят! – Посоветовал доктор Пауль. – Это наш древний обычай, перед выпиской больного всегда кормят. Потом в Приказ занятости населения следуй, это в центре города, любой гражданин покажет… – Доктор призадумался на минуту. – Хотя, знаешь, Мирослав. Один мой давний знакомый держит фирму перевозок. Находятся они в транспортном комплексе Варшавянка, гараж 236. Знакомого зовут Тролль. Если в Приказе ничего путного не найдешь, то зайди туда. Скажи, что от меня. Я рекомендую.

После прощального завтрака я решил не откладывать дело, и двинулся на биржу.

Город разочаровал. Ждал нависающих эстакад, флаеров в небе, людей в тогах, замерших перед сенсорными экранами… Все оказалось проще. Двух и трёхэтажные здания, построенные в едином стиле. Стены бурого кирпича, островерхие крыши, узкие проемы окон, небольшие сады за каменными заборами, массивные калитки из кованых решеток. Неширокие тротуары, пустые по утру. Столбы освещения и светофоры, работающие только светло-зеленым и алым цветом.

Люди одеты обыкновенно, куртки, рубашки, штаны. Несут в руках сумки, гуляют с детьми, спешат по своим нуждам, до меня никому и дела нет.

– Скажите, как найти Приказ занятости населения? – Спросил я у первого попавшегося прохожего.

– Новичок, что ли? – Мужчина в годах обежал меня заинтересованным взглядом.

– Да, недавно тут.

– Иди в центр города, вот по этой улице, никуда не сворачивая. На центральной площади спросишь.

– Спасибо!

– Не за что. – И мужчина двинулся дальше.

Биржу труда нашёл сразу же, спрашивать никого не пришлось.

Центральная площадь представляла собой круг метров пятидесяти диаметром, замощенный округлой плиткой, окруженной официального вида зданиями. Вот эта башня метров пятидесяти высотой, похожая на колокольню, не иначе как городская ратуша, место обитания боярина, правителя города. Суровое на вид здание с узкими окнами-бойницами несло на себе вывеску «Дума города Даршит», у входа замер почетный караул. Двое стражей, одетые в бронежилеты, на поясах пистолеты, винтовки у ноги, на головах меховые шапки с красными околышами. Оба проводили меня внимательным взглядом.

А вот этот простенький с виду трехэтажный особняк, накрытый крышей красной черепицы, украшенный двумя статуями подпирающих стены гигантов, как раз то, что мне нужно.

«Приказ занятости населения при городской Думе Даршита» Гласила вывеска над входом.

Вход в здание охранялся седым как лунь дедком в форменной одежде болотного цвета. Смешной был бы дедок, если бы не упрямый, жесткий взгляд и не кобура на поясе.

– Вы по какому делу, милый человек? – Вопросил дедок.

– Работу ищу. – Я протянул бумаги, выданные мне в больнице.

– Дай глянуть… – Дедок сграбастал бумаги, изучил, вернул.

– Новичок , значит. – Он оценивающе пробежался взглядом по моему наряду. Ну да, куртка и штаны мои из местного благотворительного фонда взяты, по низу брючин уже бахрома пошла. Старая одежка совсем в негодность пришла, под зубами тварей.

– Значит, да. – Примирительно сказал я. Ссориться с дедком не хотелось.

– Тогда тебе кабинет восемь. Проходи прямо до конца и налево. Там думный дьяк сидит, он твоё дело рассудит. – Дедок посторонился и потерял ко мне всякий интерес.

Ну и ладно, меньше внимания, меньше проблем.

По короткому коридору дошёл до двери с табличкой «Новые жители. Кабинет номер 8. Думный дьяк О.А. Голубков». Постучал.

– Войдите.

Внутри стол, заваленный бумагами, одиноко мерцает экран компьютера. Вдоль стены пара стульев, шкаф, окно прикрыто шторами, а за столом восседает дядька в возрасте. Полноватый, лысый, как коленка, рубашка свисает с плеч как на вешалке, на лбу темные очки. Черты лица маленькие и собраны впереди, благодаря чему человек похож на воробья.

– Я работу ищу. Новенький. – Представился я.

– Очень приятно. Имя-то есть у тебя? Наше, правильное.

– Есть. Мирославом зовут.

– О, так это тебя патруль стрелецкий с Дороги подобрал недавно? Давай сюда документы, счастливчик.

Глава 4

На Земле сказали бы, что Дядюшка Сью владел логистической фирмой. Фирма держала на балансе два тягача с платформами-контейнеровозами, «Трудяга-Мак-4», машину разведки «Маус», пикап с пулеметом, шестиосный грузовик «Рокот-12» и легковой джип-вездеход «Шевик».

О тягачах братья отзывались как о надежных и недорогих машинах. Хаммероподобный «Маус» годился только для разведки и обороны от дикарей. Броня тонкая, оружие слабое, прицелов нет, наводить надо вручную. Грузовик «Рокот» был интереснее, машина проектировалась для работы в тяжелых условиях. Герметичная кабина, мощный двигатель, броня, раздельный привод на цельнорезиновые колеса. Машина не вооружена, но из неприятностей вывезет.

Вся техника, кроме «Шевика», годилась для перемещения по Дороге.

Суть критериев объяснил мне сам Дядюшка Сью.

– Во-первых, возможность держать скоростной режим не меньше двадцати километров в час. Будешь ехать меньше, сначала попросят удалиться, потом разнесут на атомы. Во-вторых, достаточная автономность, ремонтные станции вдоль Дороги можно и не встретить. В-третьих, защита экипажа, места для отдыха, сна и прочего. Не всегда можно за Дорогу выехать.

Объяснения Дядюшки вызвали больше вопросов, чем ответов. Вопросы я поспешил задать, а Дядюшка, находившийся в хорошем настроении, начал рассказывать.

Дорога появлялась во многих мирах.

Сначала на планете начинало твориться то, что Дядюшка назвал «Разная мутная дичь». Сходила с ума природа, появлялись звери-мутанты, люди приобретали доселе невиданные способности. Длиться это могло от полугода до сотни лет, закономерностей в происходящем никто так не выделил.

Потом возникали арки-порталы, выплевывали из себя Строителей. Строители распаковывались, и начинали прокладывать ровное, безумно прочное полотно Дороги.

Конечно же, в них пробовали стрелять. Ничем хорошим для миров это не кончалось, портал исторгал из себя боевую технику Архитекторов, называемую Наказующие. Твари, похожие на механических насекомых, под корень вырубали всякое сопротивление на планете, а уничтоженное дорожное полотно восстанавливали Строители.

Было известно два мира, взорвавшие Арки ядерными зарядами. Теперь Дорога там проходит через светящуюся по ночам пустыню, населенную странными, ужасными на вид и отвратительными на привычки тварями.

Сотня километров дорожного полотна заканчивалась ещё одной аркой-порталом, от основной дороги отходили в сторону съезды, обрывались ровными линиями в пространстве. Этакое приглашение жителям планеты достроить местную дорожную сеть до этой точки.

Жители поумнее достраивали, соединяли Дорогу со своими городами, возводили гаражи и терминалы, покупали и продавали товары тысячи миров… Включались в галактическую цивилизацию.

Зачастую участок дороги делал ответвление, там появлялся ещё один портал, потом ещё. Планета становилась перекрестком нескольких направлений. И тогда жители могли считать, что жизнь удалась. Перекресток же! В разы больше транспорта, шире Дорога, легче добраться…

Жители поглупее отгораживались от всего этого. Бетонные стены, колючая проволока под напряжением, минные поля, заполненные горящей нефтью рвы… Те миры, где так делали, впоследствии горько о том пожалели.

Обочина дороги оказалась крайне неприятным местом, если её игнорировать. Неизвестно откуда появлялись мутанты, звери и люди, и начинали расползаться от Обочины в разные стороны. Странные и опасные природные явления, духи мертвых, зомби-апокалипсис и отключение Интернета в одном стакане с газировкой.

Если жители успевали прийти в себя и начать селиться вдоль Дороги, то существовал шанс привести это в равновесие. Перебить самых опасных тварей и периодически прореживать поголовье остальных. Если же не успевали, то мутанты и сверхъестественное дожевывали цивилизацию планеты.

Жители похитрее пробовали ставить шлагбаумы и возводить таможни, или стрелять по проезжающим мимо машинам как в тире.

Наказующие таких затейников истребляли.

Попытки исследовать Дорогу провалились, пассивные методы ничего не давали, а активные привлекали внимание Наказующих.

Правила дорожного движения не сложны. Запрещено двигаться со скоростью меньше двадцати километров в час. Запрещено мешать проходящим машинам. Запрещено выходить на дорогу на транспортных средствах размерами более двух полос шириной, двух полос высотой и длиннее десятикратного расстояния ширины двух полос.

Начнешь нарушать запреты, Наказующий, вынырнув из ближайшего портала, буквально развеет в пыль.

Про Наказующих Дядюшка рассказывать отказался, к ужину дело идёт. Придёт время, сам все увидишь.

Свой законный выходной я провалялся в кровати. А потом решил выйти в город.

При входе в помещение КПП меня поймала Кира.

– Далеко собрался, стажер? – Спросила девушка, положив руку на рукоять пистолета.

– В город, купить одежду, прогуляться, узнать новости. – Отрапортовал я.

Девушка двигалась быстро, я видел, как она поймала упавшую с подноса Сержанта тарелку, каша просыпаться даже не успела. Раз, и тарелка поймана, два, и стоит на столе, три, Кира обменивается улыбками с Сержантом.

– Там пять кэмэ пешком. А ты без оружия.