Доставка сновидений. Курьер в комплект не входит!

Глава 1 К чему приводят чужие шашни

- Мне очень жаль, Фрида, но ничего изменить уже нельзя. Скандал, который случился по твоей вине на выпускном экзамене, чудом удалось замять, - господин Наурелли, декан факультета менталистики отвел взгляд в сторону. 

Предчувствие не обмануло меня. В животе противно заныло, но я все-таки сделала еще одну попытку:

- Господин Наурелли, ну неужели совсем-совсем ничего нельзя сделать? Я же не со зла! Ну, должен же господин министр понять?

- Понять?!- декан перешел на свистящий шепот. Его лысина заблестела в лучах полуденного солнца, настырно пробивающегося сквозь неплотно сдвинутые портьеры.

- Ты при всей комиссии заявила, что госпожа Монсьёни, супруга министра, изменяет ему с личным шофёром!

- Но я понятия не имела, что эта дама в мехах - супруга министра! Это, во-первых. А во-вторых, нужно чётче формулировать экзаменационные задания. Мне поручили выявить среди гостей в зале злоумышленника. Я выявила, поскольку считаю супружескую измену преступлением! – я обиженно фыркнула и попыталась сморгнуть выступившие слёзы.

- Экзаменационные задания, Фрида, составляли работники министерства! Им лучше знать, как и что формулировать!

Слёзы потекли ручьем. Да что же за невезение такое! И за что мне всё это?

- И что же мне теперь делать, господин Наурелли?

Декан засопел, достал из кармана брюк скомканный платок и провел им по потеющей лысине. Потом, приподнявшись, потянулся рукой к окну и распахнул его. Кабинет тут же наполнился звуками солнечного погожего дня: цокот копыт и шум колес проезжающих мимо экипажей, отдаленные гудки клаксонов редких автомобилей, радостные крики студентов, успешно сдавших экзамены, чириканье мелких пташек. И никому нет дела, что сейчас, в эту минуту, рушится моя жизнь!

- Фрида, я сделал всё, что мог. Но ты же понимаешь, что если признать тебя профессиональным менталистом, придется согласиться с твоими выводами о легкомыслии госпожи Монсьёни. А господин министр твердо выразил свою позицию. Ты получишь диплом об окончании факультета менталистики. И в дипломе будут указаны твои истинные баллы по всем предметам. Но, увы. Лицензию тебе не выдадут. Работать менталистом не позволят. И я тут бессилен.

- Но это же бред! У меня почти по всем предметам стоят высшие баллы! Как при таких отметках может быть профнепригодность?

- Может, Фрида. Ты не сдала выпускной экзамен, не нашла так называемого злоумышленника. Так что о лицензии  можешь забыть. И вообще, о менталистике лучше не думай. Поищи себе работу в другой сфере. Можешь быть свободна.

Выйдя из здания университета, я уселась прямо на нагретые солнцем ступени широкого крыльца. С раздражением засунула диплом в сумочку. Какой в нем теперь смысл? Пять лет жизни коту под хвост! А все из-за гулящей госпожи Монсьёни, чтоб ей обчихаться! И что я теперь скажу родителям? Из дома меня, конечно, не выгонят, но придется согласиться с выводами отца о моей никчемности и бесполезности.

Моя матушка очень надеялась, что я унаследую её талант кружевницы. Это же такой повод для гордости: быть потомственной кружевницей! Но, увы. У меня не хватало терпения сидеть за плетением кружев. Нити путались, сминались и кружева у меня походили на жеваную мочалку. Но матушка утешилась, когда у моих младших сестер близняшек потомственный талант раскрылся в полной мере. Отец предпринял попытку устроить меня в цветочный салон своей сестры. Но тетушка Марта выставила меня через пару дней. Потому что мое видение прекрасного не совпадало с желаниями клиентов. Родители повздыхали и, придя к выводу об отсутствии у дочери творческих способностей, хотели отправить меня на курсы счетоводов. Но тут судьба все-таки улыбнулась мне и по дороге на курсы я встретила свою одноклассницу, которая шла подавать документы в университет псионики. Ну и я отправилась с ней за компанию. И неожиданно для самой себя поступила! И вот теперь, спустя пять лет, когда прекрасные перспективы уже манили меня, всё сгубила легкомысленность госпожи Монсьёни!

Сидеть на ступеньках можно было бесконечно, но проблемы сами собой не решатся. Вариант во всем признаться отцу мне очень не нравился. Зная своего отца и его уверенность в моей никчемности, я могла предположить, что он сам вызовется найти мне работу и подберет самое скучное занятие, по сравнение с которым плетение кружев покажется увлекательным путешествием. А значит, нужно хотя бы попытаться найти себе работу самой.

Окинув внимательным взглядом открывавшуюся взору улицу, я остановилась на разносчике газет. Если не ошибаюсь, именно сегодня должен выйти свежий номер «Моруанского вестника». Отыскав в кармашке сумочки мелочь, я неспешно спустилась с крыльца здания университета и окликнула разносчика. Получив пахнущий типографской краской номер газеты, я пристроилась на ближайшую скамейку. Ну и где тут у нас объявления о работе?

Место няни – сразу отметаю. Терпеть не могу орущих младенцев. Впрочем,  картавых карапузов тоже недолюбливаю. И при этом совершенно не испытываю мук совести. Когда  матушка просила присмотреть за сестренками близняшками, для меня это была мука смертная. Потому что эти две малявки так и норовили разбежаться в разные стороны. И пока я ловила одну, вторая успевала набедокурить. Потом мне в голову пришла гениальнейшая мысль, как сделать так, чтобы сестры не разбегались и вообще передвигались медленнее. Я просто переплела их косы между собой, для надежности завязав узлом и закрепив конструкцию лентой. Девчонки так и проходили до маминого прихода, взявшись за ручки. Матушка мою идею не оценила, отвесила подзатыльник и приказала расплести близняшек. Зато и нянькой меня больше не назначала.

Компаньонка для престарелой дамы. Тоже нет. Вряд ли эта престарелая дама ведет подвижный образ жизни и посещает светские мероприятия. А сидеть рядом с ней в четырех стенах и выезжать на редкие прогулки в парк, нет уж. Лучше кружева плести.

Сиделкой тоже не смогу быть. Моя беспокойная натура только усугубит состояние больного. Не будем портить себе карму.

Глава 2 Куда податься безработному менталисту

Затянутая в черную кожу перчатки ладонь замерла в ожидании. Я осторожно вложила свою руку в эту ладонь, чувствуя в ней силу и надежную опору. Поднялась, продолжая удерживать предложенную мне руку и приняла устойчивое положение. Раз на ноги смогла подняться, значит всё в порядке. А вот на запястье остался след от затянувшегося ремешка сумочки. И кожа саднила в этом месте.

Я отвлеклась от разглядывания запястья и, наконец, обратила внимание на того, кто так благородно предложил опереться на его руку. Высокий мужчина, судя по перчаткам и трости, а также по манере одеваться, помощь мне предложил высокородный господин. Строгого кроя черный сюртук, несмотря на отсутствие украшений, вряд ли кого-то сбил бы с толка. Дорогая материя и богато смотрящиеся аксессуары. У меня глаз наметан. К моей матушке за лучшими в Моруане кружевами частенько приезжали дамы из высшего света. И иногда их сопровождали кавалеры.

Смотрит участливо, не спешит откланяться, а ведь, наверняка, у него и своих дел хватает. Серо-голубые глаза невероятно выразительные. Но тут я одернула себя: стою и разглядываю во все глаза незнакомого мужчину, будто я из глухой деревни приехала. Вежливо улыбнулась и поспешила поблагодарить:

- Благодарю за помощь. Со мной всё уже в порядке, не стоит беспокоиться.

- Если не ошибаюсь, тут поблизости приемная доктора Лейзва. Будет лучше, если он осмотрит вас, - голос уверенного в себе и в своей правоте человека. Слишком уверенного.

- Не стоит. Доктор Лейзв слишком занятой человек. Уверена, его помощь мне не нужна.

Я вознамерилась забрать свою руку и откланяться, но незнакомый господин вдруг проявил настойчивость:

- Как порядочный человек, я не могу отпустить вас. Позвольте проводить вас к Лейзву. Все расходы я возьму на себя. Вам совершенно не о чем беспокоиться.

Однако. Я так растерялась от щедрого предложения, что позволила увести себя с места моего падения. Возле выхода из аллеи стояли несколько открытых экипажей. Вот в один из них меня и усадили. Эх, жаль, что у этого господина нет личного автомобиля. Я бы не отказалась прокатиться на этом чуде. Хоть что-то приятное случилось бы в этот ужасный день.

В экипаже я не удержалась от вопроса:

- Почему вы мне помогаете? Мы ведь совершенно незнакомы?

Взгляд серо-голубых глаз был слишком серьезен:

- А вы полагаете, что помогать нужно только тем, кто вам знаком? Вы бы прошли мимо человека, нуждающегося в вашей помощи, только потому, что вы его не знаете?

- Я не совсем это имела в виду. Вы собираетесь оплатить мой визит к доктору Лейзву. Насколько мне известно, этот доктор высоко ценит свои услуги.

- Это единственный доктор, которому я доверяю в Моруане. И стоимость его услуг совершенно оправдана. Он профессионал.

Понятнее мне не стало. Ну что же, будем считать, что мне просто повезло столкнуться с благородным и бескорыстным человеком.

Как я и предполагала, ничего серьезного доктор у меня не выявил. Ссадину на коленке обработал, поврежденное запястье перебинтовал. И дав пару рекомендаций, отпустил с чистой совестью. К моему облегчению, благородный господин на этом посчитал свою миссию выполненной. И я, поблагодарив его за проявленное милосердие, отправилась в агентство.

Теперь я не закручивала ремешок сумочки вокруг запястья. Шла, прижимая сумку к груди, будто  в ней хранятся все сокровища этого мира. Вот так и избавляются от нелепых привычек.

Улочка, на которой, если верить объявлению в газете, находилось агентство, разительно отличалась от соседних широких улиц. Прежде всего, тем, что она вела в старую часть города и сама являлась оной. Здесь не было монументальных и величественных зданий. Мощенная булыжником улочка петляла между двухэтажными домами. Узенькие крылечки в три ступеньки под старыми козырьками казались мне невероятно уютными. Я с любопытством разглядывала потертые временем вывески. Вот кофейня госпожи Мажур. А вот лавка писчих принадлежностей старины Руже. Даже вывески настраивали на особый лад. И как раньше я не побывала в этом чудесном месте?

Взгляд невольно зацепился за витиеватую надпись, на деревянном подвесном указателе: «Амулеты и обереги на все случаи жизни». Ничего себе, здесь и такое бывает? Я задержала шаг возле крыльца загадочной лавки и все-таки пошла дальше. Через пару метров я нашла то, что искала. На черной прямоугольной вывеске белыми буквами было размашисто выведено: «Агентство магических услуг». И никаких тебе завитушек, ни единого намека на таинственность и загадку. Я вообще удивлена, что этому агентству позволили именоваться именно так. Насколько мне известно, в нашем государстве давно ведутся жаркие споры, насколько правомерно называть магией способности отдельных граждан. Даже университет, в котором я обучалась, именуется университетом псионики. Поскольку некоторые чиновники считают, что само понятие магия слишком легкомысленно и расплывчато. И способности выпускников данного учреждения строго контролируются и регламентируются.

Когда я неожиданно для самой себя поступила на факультет менталистики, начала донимать родителей расспросами о моей необычной наследственности. И отец, устав от моего любопытства, признался, что среди его родственников несколько поколений назад, действительно, был некто, владеющий странными возможностями. Но тогда и время было другое и о таких способностях люди предпочитали не распространяться. Поэтому имя его отцу неизвестно и вообще, говорить об этом не принято.

Перед дверью, ведущей в странное агентство, меня вдруг обуял страх. Несвойственные мне робость и нерешительность не позволяли сделать еще пару шагов и толкнуть дверь. С самого утра меня преследуют неудачи. Вердикт декана, попытка обокрасть, падение. Может, благоразумнее всего вернуться домой и переждать черную полосу? Вдруг завтра с утра у меня начнется светлая полоса, и удача наконец-то улыбнется? Но отступать не в моих правилах, да и неприятный разговор с родителями не способствовал желанию поскорее вернуться домой. Сделав глубокий вдох, я поднялась по ступенькам крыльца и толкнула массивную дверь.

Глава 3 Фея сновидений

Следом за Мартином я проследовала вглубь здания и зашла в небольшой кабинет в самом конце полутемного коридора. Арочное окно кабинета было распахнуто по причине теплой погоды, и звуки, доносящиеся с улицы, несколько оживляли казенную и неуютную обстановку кабинета. Высокий стеллаж, заваленный всякой всячиной, овальный стол, несколько стульев с высокими спинками – вот и вся обстановка. Я даже и не пыталась скрыть разочарование и недоумение.

Мартин, внимательно следивший за моим выражением лица, понимающе хмыкнул:

- Не так ты себе представляла условия работы агентства. Но сюда курьеры заходят только чтобы получить заказ, а большую часть дня мотаются по городу. Так что не всё так плохо, как кажется с первого взгляда.

Мартин кивнул на ближайший ко мне стул, а сам облокотился бедром о стол, сложил руки на груди и почти приятельским тоном поинтересовался:

- Ну, и почему ты решила устроиться курьером? Только начистоту.

Я и не собиралась выдумывать всякую чепуху про любовь к работе с людьми и пешим прогулкам по городу. Ответ лежал на поверхности:

- Мне нужна работа. Это же очевидно.                                             

- Работа нужна всем. Но несколько странный выбор для девушки, не находишь? Образование есть?

Я кивнула и, достав из сумочки диплом, протянула его Мартину:

- Факультет менталистики университета псионики.

Мартин присвистнул, полюбовался на баллы в дипломе и несколько другим тоном, понизив голос, проговорил:

- Так ты из наших, - и, не дав мне уточнить, что именно он имеет в виду, сочувственно поинтересовался:

- Лицензии нет?

Я горестно покачала головой. Сидела бы я сейчас здесь, будь у меня лицензия.

- А почему? Баллы-то в дипломе как на подбор.

Сочувственный тон Мартина и его участие как-то сразу расположили к нему, и я решила довериться:

- Произошло недоразумение на выпускном экзамене. Я должна была выявить подсадного злоумышленника, прочитав мысли всех находящихся в зале. И как назло, у «злоумышленника» в этот момент прихватило живот, и именно это я и уловила. А вот сидящая за ним дама в мехах, мечтательно улыбалась, и я успела ухватить её мысли о предстоящей встрече с любовником, который был её личным шофером. Вот на нее я и указала, уличив в супружеской измене. Я же не знала, что эта дама - супруга господина министра, который являлся председателем экзаменационной комиссии.

Мартин изменился в лице и громким шепотом уточнил:

- Ты сейчас про министра Кавила говоришь? Тот, что по развитию и контролю пси способностей?

Я трагически кивнула:

- Да, про министра Кавила и его супругу, госпожу Монсьёни.

- Да уж, тебе можно только посочувствовать. Лицензии тебе не видать, как своих ушей. Но ничего, министр Кавил не вечно на посту министра будет сидеть. Может через пару лет его и подвинут.

- Я думала, что в агентстве смогу найти что-то более подходящее по специализации, но сказали, что без лицензии нельзя.

- Увы, и ты не одна в таком положении. Все наши, кто по разным причинам не смог получить лицензию, ждут, когда подует ветер перемен.

Вот эти отсылки к так называемым «нашим» вызвали мое любопытство:

- А вы? Вы тоже псионик?

Мартин заговорщически подмигнул и тут же проговорил:

- Фрида, давай обойдемся вот без этих формальностей. У нас тут подобралась отличная команда. Мы все друг друга называем по именам, не взирая на возраст и прочие условности. Я пару лет как получил диплом, но лицензию мне не выдали. Я медиум.

Я даже глаза вытаращила. А, ну тогда его броский внешний вид вполне объясним. Именно на факультете медиумизма встречались самые странные экземпляры псиоников.

- А тебе, почему лицензию не дали?

От моего вопроса Мартин скривился, как от зубной боли:

- Из министерства прислали разнарядку. Там, видите ли, посчитали, что такое количество медиумов, которое выпускает университет, нашей империи не нужно. Мне просто не хватило лицензии, поскольку я надеялся на честный конкурс, а не на состязание фамилий и родов.

Да уж, как-то я уже и не чувствовала вины перед министром Кавилом.

- Ну, а теперь давай поговорим конкретно о твоих обязанностях курьера. Знаешь, в связи с чем, наше агентство набирает новых служащих?

- Текучка большая?

Мартин заливисто рассмеялся. Я всегда думала, что медиумы угрюмые и неразговорчивые личности, а вот мой коллега совсем не подходит под эту теорию.

- Не только. Мы открыли новое направление деятельности и теперь занимаемся доставкой сновидений.

Что? Нет, я слышала, что доктора некоторым своим пациентам назначают особые сновидения. Но получить исцеляющее сновидение можно только по рецепту. А теперь что, это поставили на поток?

- Новый проект министерства по развитию и контролю пси способностей. А наше агентство выиграло конкурс и теперь мы готовим и доставляем сновидения.

Я только и могла удивленно пожать плечами. Первый раз вообще слышу о массовом производстве сновидений.

- И что же, каждый желающий теперь может заказать свое личное сновидение?

- Почти. Но по замыслу нашего руководства к курьерам сновидений теперь тоже предъявляют некоторые требования, - тут Мартин сделал паузу, и мне это не очень понравилось. Какие особые требования могут быть к курьерам? Колыбельную спеть? За ушком почесать?

- Видишь ли, для агентства очень важно новое направление деятельности. Все служащие возлагают большие надежды на поставку сновидений. И было решено, что курьеры, как представители агентства, должны выглядеть соответствующим образом. То есть, ты теперь представитель агентства, и твой облик у клиентов должен вызывать самые приятные ассоциации.

Я с недоумением осмотрела свое платье. Оно вполне приличное. Все девушки моего возраста и сословия носят такие. Длина до щиколоток, рукава три четверти, небольшой воротничок. Мартин, проследив за мной взглядом, пояснил:

Глава 4 Первый рабочий день

Утром, собираясь на работу, я чувствовала себя, как юная аристократка, наряжающаяся на свой первый бал. Именно это сравнение пришло в мою голову, пока матушка кружила вокруг меня, поправляя шляпку, или проверяя, взяла ли я с собой запасную пару тончайших перчаток.

- И, Фрида, больше грациозности в движениях! Не торопись и не носись, сломя голову!

Я покрутилась перед зеркалом. Нежно голубой цвет платья очень нравился мне. Платье красиво облегало мою фигуру, ничуть не сковывая движения. Единственное неудобство доставляла шляпка, но тут скорее дело привычки. Да, и еще перчатки. Они должны оставаться чистыми, как и подобает приличной даме. Сколько сложностей.

Сестренки восторженно и завистливо вздыхали, рассматривая мой новый облик. И только отец сурово хмурил брови. Он еще вчера высказал свое мнение, которое сводилось к тому, что сначала мое никчемное образование, а теперь и профессия слишком дорого обходятся семье. Уж лучше бы я устроилась счетоводом в транспортную компанию, и ему не пришлось бы краснеть, отвечая на вопросы знакомых о его старшей дочери. Послав всем домочадцам воздушный поцелуй, я выпорхнула из дома и поспешила к стоянке экипажей, намереваясь до агентства добраться, как и положено даме в таком наряде.

Зря я переживала, что мое появление в агентстве вызовет фурор или насмешки. Когда я вошла в уже знакомый кабинет отдела доставки, в глаза сразу бросилась широкополая шляпа с пышным пером. И шляпа эта украшала головку девушки, примерно моего возраста. Мартин приветственно махнул рукой и громко представил меня всем присутствующим.

- Коллеги, представляю вам нашу новую сотрудницу. Фрида Зейми, курьер романтических сновидений!

Все присутствующие захлопали в ладоши, а девушка в шляпе радостно воскликнула:

- Ура, в нашем полку прибыло!

Мне по очереди представились мои новые коллеги. Помимо Мартина, в отделе был еще один представитель мужского пола, Уилл Морган.  Мужчина средних лет, приятной полноты, в костюме тройке, с галстуком бабочкой, с зонтом-тростью в руках. Он приподнял шляпу, представляясь, и забавно шаркнул ногой. Голос у него был мягкий, вкрадчивый, да и весь облик мужчины мне напомнил толстого и хитрого кота.

Девушку в шляпе звали Маргаритой. Она тоже была курьером романтических сновидений и очень радовалась моему появлению. Её тугие золотистые локоны, кокетливо выглядывающие из-под шляпы, тонкий голос и стыдливый румянец на щеках и впрямь навевали мысли о пастушке и пастухе.

Еще одной моей коллегой стала дама лет сорока, представившаяся как Стелла Ми. Её просторные одежды с восточным орнаментом и головной убор, напоминающий чалму, смотрелись дорогой экзотикой. Интересно, какие сновидения разносит она?

Мартин, как я уже поняла, руководивший доставкой, взял на себя роль моего наставника. Первый день доставки самый волнительный и важный.

В мою сумочку поместилось несколько миниатюрных коробочек, на каждую из которых был наклеен ярлык с указанием адреса и именем заказчика. Также мне выдали документ, именуемый реестром заказов. В этом документе обязательно должны расписываться клиенты, после получения заказа. Непыльная вроде работенка, как кажется.

- Вот смотри, Фрида. Первым делом изучаешь список адресов и составляешь свой маршрут так, чтобы не делать лишние крюки по городу. Экипаж оплачивается лишь при доставке в отдаленные районы города. Но таких заказов мало. Наши клиенты, как я уже говорил, люди состоятельные. И предпочитают селиться в центральных кварталах города.

Я внимательно слушала наставления Мартина. Город я знала хорошо, в том числе и благодаря матушкиным кружевам. Иногда мне приходилось доставлять заказы особо заносчивым клиенткам, которые не утруждали себя разъездами. Так что не заблужусь. Гораздо больше меня волновало, что говорить и как вручать заказ. В моей обычной одежде это было бы делом простым и необременительным.  А в наряде изысканной дамы, то есть феи сновидений, я вообще не представляла, как это должно выглядеть.

Мы дошли до первого указанного адреса, и Мартин вдруг осторожно взял меня за плечи:

- Боишься?

Я нервно улыбнулась и ответила:

- Скорее волнуюсь. Лично с феями не знакома, не знаю, справлюсь ли.

Мартин рассмеялся. Какая же у него открытая и светлая улыбка, даже не верится что он медиум.

- Ты не актриса, Фрида, не стоит слишком задумываться об этом. Просто будь мила и приветлива. И даже если что-то пойдет не так, это не конец света. В мой первый рабочий день у одного из клиентов вообще обморок случился.

- Обморок? Почему?- я не стала высвобождаться из рук Мартина. Дружеская поддержка была очень кстати.

- Ты знаешь, какие заказы я развожу?- голос медиума приобрел таинственность. Карие глаза будто стали темнее. Я невольно перешла на шепот:

- Какие?

- Страшные и кошмарные сновидения,- мрачно изрек Мартин.

Мои глаза невольно округлились:

- А зачем людям такие сновидения?

Мартин улыбнулся, растеряв всю загадочность, и будничным голос ответил:

- У богатых свои причуды. Некоторые из них уже и не знают, чем себя удивить, вот и щекочут нервы таким способом. Я свои заказы развожу вечером, это моя фишка. А в первый рабочий день разыгралась гроза. И вот представь, открывает человек дверь. На пороге стою я и мрачно изрекаю: «Ваш заказ, господин Брю». И в этот момент за моей спиной ударяет молния. И господин Брю без чувств падает к моим ногам.

Я не удержалась и рассмеялась, представив себе эту картину. Слишком уж забавно Мартин все изображал.

- Вот тебе смешно, Фрида. А я не на шутку перепугался.

Слушая болтовню Мартина, я забыла про волнение. Почти взлетела по каменным ступеням крыльца и постучала дверным молотком, оповещая о своем приходе. Дверь мне открыл дворецкий. Его вышколенный и неприступный вид поубавил мой пыл, и я растерянно проблеяла:

- Агентство магических услуг. Заказ для госпожи Лауд.

Глава 5 Не делай добра, не получишь зла

Не отнимая рук и продолжая прислушиваться, я поинтересовалась:

- Госпожа Тодд, как давно в вашей голове стал звучать второй голос?

Глаза Каролины изумленно распахнулись, и она неуверенно уточнила:

- Второй голос? Вы тоже его слышите?

- Разумеется, и скажу вам, это очень плохо.

Я уже собиралась посоветовать госпоже Тодд незамедлительно обратиться к специалисту, но меня отвлекли. Сначала истеричный визг подселенца, который требовал гнать меня. Я даже не сдержалась и убрала ладони с висков Каролины и встряхнула руками, сбрасывая напряжение. А потом за моей спиной раздался мужской голос:

- Что здесь происходит?

Я испуганно обернулась и теперь настала моя очередь удивленно моргать. В дверях гостиной стоял вчерашний незнакомец. Тот самый настойчивый господин, который отвез меня к доктору Лейзву, дабы убедиться, что моему здоровью ничего не угрожает. Взгляд серо-голубых глаз выражал недовольство. Я замешкалась с ответом, и первой ответила Каролина.

- Кристиан, беспокоиться не о чем. Я просто почувствовала себя дурно, и эта милая девушка помогла мне.

Я, наконец, отмерла и, вежливо улыбнувшись, произнесла заученную фразу:

- Агентство магических услуг. Доставка сновидений.

Меня смерили недоверчивым взглядом, в котором я успела уловить узнавание. Но вместо того, чтобы сменить гнев на милость, господин еще сильнее нахмурился. Не сводя с меня тяжелого взгляда, он произнес:

- Каролина, ступай к себе в комнату, ты выглядишь уставшей. Я сам провожу девушку.

Едва за госпожой Тодд закрылась дверь, мне задали вопрос тоном, от которого захотелось поёжиться:

- Чем вы тут занимались?

Вот странный. Я же всё объяснила. Подавив вздох, дабы не нарваться на жалобу от клиента, повторила:

- Доставка сновидений. Я принесла заказ госпоже Тодд. Я курьер.

Господин ослабил узел галстука, но не сдвинулся с места, продолжая преграждать дорогу к выходу:

- Я не об этом. Я видел, что вы касались Каролины. С какой целью вы это делали?- и столько подозрительности во взгляде. Ну да, если он видел, как я касалась висков госпожи Тодд, у него вполне могли возникнуть вопросы. Для непосвященных людей мои действия выглядели очень странно.

- Я не сделала госпоже Тодд ничего дурного. У нее, кажется, заболела голова и…

Вот как я могу кратко объяснить, чем я тут занималась? Я и сама не могу понять, зачем влезла во все это, разве что…

- Помните, вчера вы спросили меня, откажу ли я в помощи человеку только потому, что незнакома с ним? Вот сейчас именно такой момент. Я поняла, что госпоже Тодд нужна помощь и попыталась сделать всё, что в моих силах.

- Разве вы доктор?- ни капли мягкости не добавилось в строгий голос. И взгляд оставался все таким же напряженным и подозрительным.

- Нет, я не доктор. Но по образованию я менталист. Очень хороший менталист, у меня высшие баллы по специализации. И вашей…госпоже Тодд требуется помощь специалиста. В её состоянии…

- Если вы не доктор, то вы не можете рассуждать о состоянии моей сестры. У вас есть лицензия?

Я медлила с ответом. Оказывается, этот господин не так-то прост. Сразу с козырей пошёл. Мое молчание было встречено нехорошей ухмылкой:

- Я так и думал. А вам известно, что за деятельность без лицензии вам, как минимум, грозит приличный штраф?

Мои щеки вспыхнули, словно от пощечины. Да, я прекрасно осведомлена о последствиях. Нам чуть ли не каждый день твердили о том, что грозит псионикам за профессиональную деятельность без лицензии. Судебное разбирательство. И наказание с учетом причиненного ущерба. Но только я не нанесла никакого вреда Каролине. Вздернув подбородок, я четко произнесла:

- Вы, конечно, можете написать на меня жалобу. Имеете полное право. Но услышьте меня, пожалуйста. Вашей сестре требуется помощь специалиста. И я говорю сейчас не о докторе. Вы что-нибудь слышали о подселенцах? О сущностях, которые занимают чужое тело, так как лишились своей физической оболочки?

Взгляд господина стал пристальнее, колючее, недоверчивее.

- И то, что я услышала, дает мне право предположить, что вашей сестре очень непросто контролировать вторую сущность. Может случиться ужасное. Если сущность окажется сильнее, вы потеряете свою сестру.

Я попыталась к своим словам добавить и некоторую толику внушения, исключительно для того, чтобы господин Тодд не отмахнулся и понял всю серьезность ситуации. Но почему-то добиться желаемого результата не получилось. Вместо того чтобы проникнуться положением Каролины и расспросить, с чем же я столкнулась и что теперь следует делать, господин Тодд продолжал рассматривать меня, будто бы размышляя, просто выгнать меня или все-таки заявить в комитет о совершенном мною правонарушении. А после, словно подвел черту, заявив с нескрываемым сомнением:

- Если вы настолько отличный менталист, что способны моментально определить подселенца, то почему же вам не выдали лицензию? Насколько мне известно, псионики с высокой квалификацией очень востребованы.

Мне оставалось только обиженно насупиться. Да, я сама виновата в том, что попала в идиотскую ситуацию. Не нужно было торопиться и указывать пальцем на госпожу Монсьёни. И если уж лицензию не дали, то нечего тыкать всем в глаза своим дипломом. Но как пройти мимо, когда понимаешь, что с человеком происходит что-то ужасное?!

Разумеется, делиться своими размышлениями по поводу произошедшего я не стала. Да и вряд ли господин Тодд был склонен слушать мои объяснения. Я постаралась придать голосу спокойствие и произнесла:

- Мне больше нечего добавить к уже сказанному, господин Тодд. Позвольте мне пройти, я на работе и очень спешу.

Меня не стали задерживать. Когда я вышла из дома, который сразу же растерял всю уютность и привлекательность, меня стало потряхивать. Я вывернула на центральную улицу и  зашла в ближайшую кофейню, чтобы подкрепиться и немного успокоиться.

Глава 6 Бракованная партия сновидений

Прежде чем погасить ночник, я еще раз ознакомилась с инструкцией, лежащей внутри коробочки с пробником. Вообще-то, прежде чем согласиться на участие в тестировании, я просто засыпала господина Ревье вопросами. Господин Ревье записывал всех желающих в свой список и на мои вопросы отвечал с безграничным терпением.

Пробежав глазами инструкцию и вспомнив все наставления господина Ревье, я достала из коробочки флакончик темного стекла и откупорила его. Из узкого горлышка флакона вынырнула переливающаяся искра и зависла в пространстве. Интересно, а кто-нибудь пытался посчитать, сколько этих искр во флаконе всего? Погасив ночник, я удобнее устроилась на своем девичьем ложе. За стеной слышалось перешептывание сестер, но я уже привычно отмахнулась от этих звуков. Нужно настроиться на нужную волну. Пробная партия сновидений называется «Мечта». По словам господина Ревье во сне мы увидим осуществление своих самых сладких желаний и стремлений, нужно лишь подумать о них. Что же, попробуем. Чего же я страстно желаю? Получить лицензию и стать профессионалом, сделать головокружительную карьеру менталиста и отправиться за пределы империи для обмена опытом. Мысль оборвалась, меня затянуло в свои сети сновидение.

Звук громких оваций оглушил, сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда господин министр вручил мне лицензию и сказал напутственные слова. Толпа журналистов, вспышки фотокамер, и вот я уже вхожу в конференц-зал и занимаю свое место рядом с всемирно известными псиониками и магами, как их величают за пределами империи. А после бурных дебатов и обсуждений различных, но непременно мирового масштаба, вопросов, я выхожу на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха и прийти в себя от восторга, который наполняет меня от макушки до пяток. И тут на балкон выплывает госпожа Монсьёни с приторной улыбкой на губах. Запах её духов обволакивает, сбивает с толка, а дама уже тянется ко мне накрашенными губами и изображает чмокание, будто только что расцеловала меня в обе щеки.

- Дорогая Фрида, я должна тебе кое-что показать!- торжественно и одновременно таинственно произносит супруга министра.

- Ты слышала, что в салоне Жозефин Лелье новая коллекция? Так и знала, что ты за своими делами пропустишь самое интересное! Вот, я специально для тебя у Жозефин взяла! Смотри, какая прелесть!

Госпожа Монсьёни протягивает мне невообразимой красоты шляпку, от вида которой я теряю остатки самообладания. Я хочу немедленно примерить её, прямо сейчас и, конечно же, я должна отправиться сама в салон Жозефин Лелье, чтобы своими глазами увидеть новую коллекцию и приобрести себе что-нибудь!

Звон будильника вырвал меня из состояния полнейшего счастья, когда я во сне перед зеркалом примеряла шляпку, которая виделась мне верхом элегантности. Проморгавшись и сладко зевнув, я пробормотала:

- Приснится же такое…

Мне сегодня, перед тем как разнести заказы, нужно еще к господину Ревье зайти и пересказать свой сон. Нет, сон чудной, конечно! Я на международной конференции псиоников! И всё мне нравилось в моем сне кроме эпизода с госпожой Монсьёни. Она-то тут при чем? Да еще со своей дурацкой шляпкой! Хотя нет, шляпка не дурацкая, а очень даже… Интересно, а этот салон Жозефин Лелье в реальности существует или это просто выверт моей фантазии?

За завтраком я то и дело прокручивала в голове подробности сна, боясь забыть что-нибудь. Вдруг какая-то мелочь окажется важной, а я  пропущу её? Из задумчивости меня вырвал настойчивый голос матушки:

- Фрида, ты меня вообще слышишь?

Я виновато посмотрела на маму:

- Извини, задумалась. Мам, а ты случайно не слышала о салоне некой Жозефин Лелье?- в нашем доме только матушка может быть в курсе таких вещей. Мама вздохнула и закатила глаза к потолку:

- Фрида, ну кто же в Моруане не знает  Жозефин Лелье? Все модницы Моруана и его окрестностей с нетерпением ждут, когда выйдет её новая коллекция шляпок. Это событие ожидается со дня на день!

Рука, несшая на вилке кусочек омлета, замерла. Жозефин Лелье существует на самом деле? И у нее есть шляпный салон? Но откуда эта информация в моем сновидении? Я уверена, что о владелице салона никогда раньше не слышала, да и дорогими шляпками я не интересуюсь, поскольку нашей семье не по карману такие покупки. Почему мне это приснилось? Новая шляпка не входит в перечень моих желаний!

В агентство я решила пройти пешком, а перед тем как покинуть дом, поинтересовалась у матушки, где же находится салон Жозефин. Прикинув по времени, я решила, что успею пройти мимо салона шляпок. Сама не знаю, что меня так заинтересовало или взволновало, но как показывал мой скромный опыт, если странное ощущение неправильности происходящего присутствует, необходимо в этом разобраться безотлагательно.

Уже на подходе к салону, когда мне была отчетливо видна яркая вывеска и блеск солнечных лучей отражающихся в витрине, я вдруг заметила Маргариту. Она казалась чем-то взволнованной и спешила, будто на пожар. Мы с ней одновременно приближались к салону Жозефин Лелье, но с разных сторон. Прежде чем я успела кивнуть ей и окликнуть, Маргарита замерла возле витрины, уставившись сияющим взглядом на экспозицию шляпок. Прижала руки к груди, выражая восторг. И тут меня словно в темечко клюнули.

Вряд ли это простое совпадение. Если мою коллегу принесло сюда, значит, она тоже во сне увидела этот салон и шляпки Жозефин. Только вот что-то мне подсказывает, что о шляпках госпожи Жозефин Маргарита мечтала также мало, как и я.

Я приблизилась к коллеге и тронула её за рукав:

- Маргарита, доброе утро. Что ты тут делаешь?

Она обернулась, и я не могла не заметить лихорадочный блеск в её глазах:

- Фрида, смотри какие красивые шляпки! Это старая коллекция, но все равно – красота неописуемая! А скоро выйдет новая коллекция! Мы должны обязательно купить шляпку у госпожи Жозефин!

Мда, всё с вами понятно, девушка. Ну и кто виноват в том, что мне снова придется совершить правонарушение, применив свой дар не имея лицензии? Госпожа Монсьёни, конечно!

Глава 7 Просьба о помощи

Заказов хватило ровно до полудня. На обратном пути в агентство я позволила себе чашечку какао и хрустящую слойку. Будем создавать новые приятные традиции: после беготни по городу вознаградить себя чем-нибудь вкусным.

Я думала, что остаток рабочего дня снова придется провести в отделе сортировки. Но стоило войти в свой родной отдел, как мне сообщили, что есть срочный заказ романтического сновидения и именно мне выпала честь его доставить. Ну ладно. Однако, прочитав на ярлычке адрес и имя заказчицы, пожалела о том, что Маргарита не явилась раньше меня. Госпожа Тодд сделала еще один заказ, и мне предстояло его доставить. Немедленно.

Направляясь по указанному адресу, я с тревогой размышляла, что мог означать этот заказ. Возможно, ничего. Просто Каролине понравилось сновидение, и она заказала еще одно. А если это господин Тодд решил завершить вчерашний разговор? И не придумал ничего лучше, чем заказать сновидение? Но ведь с заказом мог явиться другой курьер, а не я. В общем, я пришла к выводу, что незачем ломать голову. Вот приду и тогда всё узнаю.

На этот раз дом, утопающий в пушистых соцветиях гортензии, выглядел зловеще и таинственно. Или это я сама себя накручиваю?

Поднявшись на крыльцо, я поторопилась достать коробочку, ощущая дрожь в пальцах. Этого еще не хватало! Да, хладнокровие не мой конёк, и в моменты сильного волнения я трепещу, как осина. На мой стук явилась вчерашняя горничная, которая встретила меня улыбкой. Не дав мне и рта раскрыть, она проговорила:

- Госпожа Каролина ждет вас. Проходите!

Так вот значит, да? Не господин Тодд, а его сестра. И ждет именно меня или просто горничная не совсем правильно выразилась?

Стоило мне войти в гостиную, как Каролина порывисто вскочила с софы и сделала два быстрых шага мне навстречу. Я раскрыла рот, чтобы произнести заученную фразу про агентство и заказ, но госпожа Тодд меня опередила:

- Как хорошо, что пришли именно вы! Я только потом подумала, что может явиться другой курьер, а вашего имени я не знаю!

- Фрида Зейми, госпожа Тодд. Ваш заказ. Не забудьте поставить отметку о получении.

Каролина тут же расписалась в реестре и, передав коробочку горничной, приказала ей:

- Марта, поставь на ночной столик и ступай. У нас с Фридой важный разговор.

Так, так, так. И о чем же, интересно, мы будем разговаривать?

Каролина вернулась на софу и взяла в руки начатое шитье. Кажется, очередная подушечка. И приглашающим жестом предложила мне занять место напротив. Я удобно разместилась в глубоком кресле. И если бы не неожиданный для меня предстоящий разговор, я бы насладилась удобством и комфортом.

- Фрида, я бы хотела обсудить то, что произошло вчера. Я подслушала ваши слова о подселенце и прошу о помощи. Понимаете, кроме вас мне некого просить. Вы единственная услышали этот второй голос, и даже определили, с чем я столкнулась.

Произнеся эти слова, Каролина поморщилась и поспешила воткнуть иглу в шитье.

- Она успокаивается только, когда я играю на рояле или шью. А так как кроме этих дурацких подушек ничего другого сшить я не могу, вот и приходится…

О нет! Вот этот вариант развития событий я почему-то даже и не рассматривала.

- Госпожа Тодд, я боюсь, что вы переоцениваете мои возможности. Я только что окончила университет, опыта работы у меня нет, да и лицензию мне не выдали. Было бы гораздо разумнее вам обратиться к специалисту с лицензией.

Но Каролина прервала меня, замотав головой:

- Нет, Фрида. Кристиан не доверяет псионикам. Он считает, что от таких людей больше проблем, чем пользы. И… В общем, в нашей семье произошло несчастье и после этой истории брат скептически относится ко всему, что связано с пси способностями. Он не позволит мне обратиться к специалисту. Он уверен, что только медицина может помочь мне. Но выводы докторов о моем состоянии настолько ужасны, что…

Тут Каролина не сдержалась. Уголки её рта повело, страдальческая гримаса исказила лицо, и я не выдержала. Вскочив со своего места, я присела на корточки перед Каролиной  и перехватила ладони девушки.

- Не стоит так расстраиваться. Я попробую вам помочь. Только поймите, что я не всесильна. Мои знания о подселенцах ограничиваются теорией. Вы только не плачьте. Вам нельзя проявлять слабость иначе вторая сущность может воспользоваться моментом и…

Тут взгляд Каролины изменился. Ноздри раздулись, и на всю гостиную раздался капризный истеричный возглас:

- Убирайся, кем бы ты не была!

Я от неожиданности отпустила руки девушки, и она тут же принялась за шитье, что-то быстро зашептав. Какой ужас! Как же ей помочь?

Через минуту, когда к госпоже Тодд вернулось спокойствие, она в изнеможении откинулась на спинку дивана. Я вернулась в кресло и продолжила такой непростой разговор:

- Каролина, какие выводы сделали доктора?

- Одни утверждают, что у меня раздвоение личности, другие намекают, что я просто сошла с ума и мое место в доме для душевнобольных.

- А ваш брат?

- Кристиан ругается с ними и ищет новых докторов, но пока никто не сказал ничего обнадеживающего. Только доктор Лейзв, но он просто друг семьи и это не его профиль. Он убеждает не спешить с выводами.

- Каролина, вы можете вспомнить, когда впервые услышали второй голос?

- Да. Это случилось вскоре после моего дня рождения, чуть меньше года назад. Я сначала даже и не поняла, что этот голос он…чужой. Он диктует мне совершенно другие привычки, к которым я не склонна. Эта…сущность, она любит сладкое. Видите, как я поправилась? А ведь еще год назад, я была стройной, как куколка. И если я делаю то, что ей не нравится, она начинает истошно кричать. Успокоить её можно только игрой на рояле и шитьем. Не знаю, что такого в этих занятиях, но это единственный способ.

- Вы разговариваете с ней?

- Нет. Я пыталась, но она или не отвечает на мои вопросы или говорит какой-то бред, никак не относящийся к происходящему. Только вот на вас она реагирует так, будто прекрасно видит и слышит вас.

Глава 8 Как вывести подселенца на чистую воду

После окончания рабочего дня я сразу же поспешила в городскую библиотеку. Нужно пополнить свои знания о подселенцах и библиотека теперь единственный доступный для меня источник информации. Можно было бы конечно рискнуть и попросить консультацию у кого-то из бывших наставников. Но, боюсь, стоит мне появиться в университете и меня тут же погонят оттуда поганой метлой. Я теперь в немилости у самого министра Кавила!

В городской библиотеке я была частенько во времена студенчества, здесь меня хорошо знали. И на мой запрос библиотекарь лишь поинтересовался:

- Здесь читать будете или с собой возьмете?

- С собой!

Мне вручили довольно объемный том книги, оставалось лишь надеяться, что хоть крупицу полезной информации я смогу в нем отыскать. Мое нетерпение усиливалось с каждой минутой. Но заведенный в доме родителей порядок нужно было соблюдать. Поэтому я присутствовала на ужине, участвовала в обсуждении семейных дел. А вот на расспросы о своей работе ответила, что не имею право разглашать служебную информацию.

Когда, наконец, ужин закончился, я поспешила в свою комнатку и погрузилась в чтение.

За книгой я просидела до поздней ночи. Нужно будет поблагодарить библиотекаря – книгу он подобрал очень содержательную. Но чем больше я вникала в смысл прочитанного, тем отчетливее понимала, что сама не справлюсь. И дело было даже не в отсутствии опыта. Сверяя описания подселенцев и особенности их проявления, я сделала вывод, что Каролина подверглась нападению неупокоенной души. Причем души самого обычного человека, при жизни не владеющего никакими специфическими способностями и знаниями. И что сама Каролина на удивление устойчива к чужому влиянию, иначе просто не смогла бы столько времени противостоять подселенцу. Но если мои выводы верны, то тогда Каролине сможет помочь только медиум. Я тут просто бессильна!

Вот с такими неутешительными выводами я и заснула. Стоит ли говорить, что утро для меня было не особо добрым. Но отказаться от помощи я всегда успею. Сначала нужно удостовериться к верным ли выводам я пришла? Вдруг, не все так безнадежно? И поможет мне в этом медиум. Осталось только уговорить Мартина выслушать меня и помочь разобраться. Нет, я не была настолько наивна и прекрасно понимала, что расскажи я Мартину всё, как есть, и он покрутит пальцем у виска и не станет ввязываться. Но ведь не обязательно говорить всю правду? Ох, кажется лгать и недоговаривать становится моей привычкой.

К моему счастью, Мартин уже находился в нашем отделе, когда я пришла в агентство. И мне вдвойне повезло, что кроме нас двоих никто из коллег с утра пораньше еще не явился. Обменявшись приветствиями, я нерешительно поинтересовалась:

- Мартин, можешь меня проконсультировать по одному важному вопросу?

Медиум кивнул, продолжая изучать свой список заказов:

- Нарвалась на недовольного клиента?

- Нет, мне нужна твоя консультация, как медиума.

Мартин поднял на меня взгляд и немного удивленно посмотрел. Улыбнулся уголками губ и снова кивнул:

- Давай, выкладывай.

Я приблизилась к столу, на котором сидел медиум и уселась рядом. Да, знаю, сидеть на столе признак дурных манер, но мы же не на светском рауте.

- Мартин, я вчера читала одну книгу…художественную. Там было кое-что о подселенцах. Я хотела у тебя узнать некоторые подробности, чтобы понять. Ты ведь знаешь о подселенцах?- на медиума я не смотрела. Врать, глядя в глаза, было тяжело.

- Ну, что-то определенно знаю, но не скажу, что это моя любимая тема.

- Вот если подселенцем стала неупокоенная душа, её изгнать может только медиум?

Мартин хмыкнул как-то неопределенно и подтвердил мои худшие опасения:

- Изгнать – да, только медиум. Причем – сильный медиум. Но, есть один момент…

 Я в надежде подняла взгляд на Мартина и неожиданно смутилась, встретившись с ним глазами.

- Изгнание подселенца – это уже крайняя мера в случае с неупокоенной душой, потому что обряд изгнания может нанести вред и тому, к кому присосался подселенец. Тут все зависит от опыта медиума и силы подселенца. Обычно, сначала медиум пытается «договориться» с неупокоенной душой. Ведь что-то подвигло её остаться на этом свете? Одного нежелания умирать недостаточно, иначе наш мир был бы переполнен неупокоенными душами. Скорее всего, у той души остались здесь какие-то невыполненные клятвы, обещания или миссия. Вот это и должен выяснить медиум и по возможности помочь душе освободиться. Ну а если помочь не представляется возможным, то остается обряд изгнания.

- То есть, сначала нужно поговорить с подселенцем? И это может сделать только медиум? А человек, к которому подселенец присосался, он может общаться с «квартирантом»?

- Не всегда. Не каждый подселенец готов общаться с жертвой. Он ведь осознает, что занял чужое тело и ему необходимо приложить все силы, чтобы выпихнуть сознание человека. А если начать с ним общаться, то можно невольно проникнуться жалостью, а для подселенца это путь в никуда.

- А если решить проблему, из-за которой неупокоенная душа осталась на этом свете, то подселенец сам покинет чужое тело?

- Теоретически да, но на практике может произойти что угодно. Говорю тебе, с подобными проблемами обращаются к сильным и опытным медиумам.

Я поблагодарила Мартина и задумалась. Если Каролина сможет «докричаться» до подселенца и разговорить его, то появится возможность узнать причину, по которой подселенец остался на этом свете. Вероятность того, что причина окажется смехотворной, и я смогу её устранить, конечно, очень мала, но ведь попытаться стоит? Это хотя бы какое-то движение на пути решения проблемы. В общем, нужно увидеться с Каролиной и объяснить ей важность налаживания контакта с подселенцем.

Успокоенная этими мыслями, я занялась непосредственно своими обязанностями. Забрала заказы, взяла документы и направилась по адресам.

Но едва я вышла из дверей агентства, как сердце сначала замерло, а потом пустилось вскачь. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам, ладоням стало горячо. По мощеной улочке прямо к крылечку, на котором я застыла изваянием, шел господин Тодд. Его походка была неспешной, но вовсе не расслабленной. Он шёл, как человек, точно знающий, куда и зачем он направляется. И судя по его прищуренному и пристальному взгляду, обращенному в мою сторону, направлялся он именно в агентство и, конечно же, по мою душу. Все-таки он решил написать жалобу!

Глава 9 Один ум хорошо, а два лучше

Это было настолько невероятным, что я на несколько секунд впала в ступор. Так, без паники! Возможно, экспериментальному отделу удалось быстро распознать, в чем был сбой и теперь сновидения совершенно безопасны. И можно отмахнуться и успокоиться, но моя тревожная натура отчего-то не спешила пойти этим путем. Что-то зудело, словно назойливый комар и отогнать это беспокойство не получалось. Слишком всё как-то странно. Во-первых, как можно случайно разместить в сновидениях ментальное внушение средней степени? Конкретное такое внушение, касающееся не каких-то общих понятий, а именно шляпок и именно госпожи Жозефин! У которой вот-вот выйдет новая коллекция! А во-вторых, едва я сообщила об обнаруженном дефекте господину Ревье, как тот почему-то тут же ушел в отпуск. Совпадение? Кто бы знал.

Инстинкт самосохранения требовал не спешить и не делать поспешных выводов. Даже если я сейчас ворвусь в кабинет начальства и выложу свои предположения, ничем хорошим это не обернется. Меня, скорее всего, наконец, уволят, а бракованная партия выйдет в продажу. Но это если имеет место умышленная порча новой партии. Эх, вот где носит этого Мартина, когда так необходим его совет!

Остаток рабочего дня я вместе с Маргаритой провела в сортировочном отделе. Приглядываясь к упаковочным коробочкам, я с облегчением отметила, что среди них еще нет тех, в которые будут упакованы сновидения «Мечта». В голове я все прокручивала возможные свои действия, но все они сводились к тому, что пока лучше отползти в сторону и понаблюдать.

Выйдя из агентства, я задумалась о том, куда же мне сейчас идти. Есть вариант – домой, где меня дожидалась еще не дочитанная книга о подселенцах. Но вряд ли я сейчас смогу сконцентрироваться на этом. И я выбрала вариант номер два – а не прогуляться ли мне в сторону салона Жозефин Лелье? С какой целью? Не знаю, но какое-то наитие настойчиво звало именно туда.

Неспешно следуя в нужном направлении, я внимательно смотрела по сторонам. Вдруг повезет, и я наткнусь на Мартина? Он же именно вечерами разносит свои заказы. Но высокой фигуры медиума нигде не было видно. И все-таки моя внимательность была  вознаграждена. Не доходя до салона госпожи Жозефин, я вдруг увидела то, что в последние дни заставляло биться мое сердце чаще. Припаркованный автомобиль! В нашем Моруане, несмотря на близость столицы, это транспортное средство оставалось еще диковинкой. Я застыла в нескольких шагах возле доски объявлений, делая вид, что знакомлюсь с содержанием развешанных рекламных листов. А сама же рассматривала черный блестящий кабриолет. Вот лучше бы вместо дурацкой шляпки мне приснился собственный автомобиль!

Я бы еще долго медитировала, любуясь чудом техники, если бы не две дамы, которые прошли мимо меня. Я успела уловить только одну фразу, но от голоса, которым она была произнесена, я покрылась испариной.

- Жозефин, я уверяю тебя, всё пройдет наилучшим образом!

Чуть ли не впечатавшись лицом в доску объявлений, я напряженно ждала, когда эти дамы минуют меня. А потом медленно повернула голову в их сторону. Этот голос я узнаю из тысячи других. Именно этот глубокий голос с его завораживающими вибрациями вынес мне приговор на выпускном экзамене. Как сейчас помню хлесткие слова: «Бездарность! Это провокация! Лживая интриганка!». Госпожа Монсьёни.

Я осторожно наблюдала, как госпожа Монсьёни прошествовала к кабриолету, расцеловалась с Жозефин. Тут же подскочил шофёр и услужливо распахнул дверцу автомобиля. Так-так, постойте-ка! Седой шофёр субтильного телосложения совсем не вяжется с тем образом молодого и приторно-привлекательного мужчины, который я успела выловить в сознании супруги министра Кавила! Это что же получается?! Меня обвинили в профнепригодности, мне не выдали лицензию, но шофера все-таки сменили! То есть прислушались к моему мнению. Какое лицемерие, господин министр!

Пылая гневом, я глазами проследила за отъезжающим кабриолетом. Нет в этом мире справедливости!

Свернув с этой улицы на другую, которая вела к дому родителей, я вдруг нос к носу столкнулась с Мартином. Как говорится, на ловца и зверь бежит. Я и рта не успела открыть, чтобы выразить радость от этой встречи, как медиум, взял меня под локоть и, склонившись, заглянул в глаза:

- Фрида, у тебя такое выражение лица, будто кто-то очень сильно обидел тебя. Что случилось?

Эх, Мартин, знал бы ты, какие влиятельные у меня обидчики… Но жаловаться на судьбу и лицемерную госпожу Монсьёни вместе с её супругом министром, значит зря терять время. Я в ответ тоже подцепила локоть Мартина и, вложив в голос всю серьезность, на которую была способна, сообщила:

- Мартин, у меня к тебе серьезный разговор. Очень серьезный.

- Наш серьезный разговор не пострадает, если мы его совместим с доставкой? У меня еще остались заказы.

Я согласно кивнула и увлекаемая быстрым шагом медиума, с мрачной интонацией произнесла:

- Мне нужно тебе сообщить кое-что о новой партии сновидений. Кажется, кто-то или умышленно хочет подставить агентство или имеет место вопиющая безответственность.

Заметив заинтересованность Мартина, я выложила ему все факты. И о том, как нам с Маргаритой приснились дурацкие шляпки, и как я сняла с коллеги ментальное внушение, и о том, что господин Ревье так не вовремя ушел в отпуск. Ну и свои домыслы и догадки тоже выложила.

В тот момент, когда я замолчала, Мартин остановился и, оставив меня возле дверей цветочной лавки, сам поспешил к стоящему чуть поодаль особняку. Дом заказчика. И только вернувшись, ответил мне:

- Фрида, ты понимаешь, что это очень серьезное обвинение? Все сказанное тобой необходимо проверить. Но я все-таки склоняюсь к версии, связанной с происками конкурентов. Потому что представить, что кто-то из давних служащих агентства способен на сознательное вредительство, невозможно. А уж господина Ревье заподозрить в безответственности и вовсе немыслимо.

- Ты хорошо знаешь всех служащих? Порой и близкие нам люди совершают неожиданные поступки.

Глава 10 Такой странный господин Тодд

Я очень боюсь пожаров. В самых кошмарных снах мне снится, как я, окруженная со всех сторон пламенем, тщетно ищу выход из огненной ловушки и не нахожу. Но как бы не велик был страх, сейчас он только мешал. И я, не зная, что делать в такой ситуации и чем помочь несчастным, на всю улицу завопила:

- Пожар! Горим!

Потом кинулась к окнам первого этажа ближайшего дома, забарабанила в окна, в двери, продолжая кричать до хрипоты. Уже спустя несколько минут я осознала себя в цепочке людей, передающей полные ведра воды. Раздавались мужские крики, отдающие указания, женские испуганные причитания. И вдруг улицу разрезал пронзительный вопль:

- Там мой сын! Мой ребенок!

Собравшиеся люди, и те, кто тушил пожар, и те, кто просто в стороне наблюдал за происходящим, как по команде подняли головы вверх. Из окна второго этажа вырывались клубы дыма, и казалось, что туда в самое пекло просто невозможно добраться. Из моих рук кто-то вырвал полное ведро воды, и я успела в отсветах языков пламени лишь увидеть, как смутно знакомый мужчина вылил на себя ведро и ринулся в дверной проем. Из толпы послышались испуганные восклицания: «Сумасшедший!», «Пропадёт!».

Спустя долгих две минуты, окно на втором этаже было выбито, и показался мужчина с мальчиком трех лет на руках. Кто-то расторопный тут же растянул внизу покрывало, чтобы поймать ребенка. Мать малыша тянула к нему руки и громко причитала.

Когда ребенок оказался в объятиях матери, все взгляды были прикованы к мужчине, которому теперь предстояло покинуть объятую огнем комнату второго этажа. Я все-таки узнала его. Кристиан Тодд. С замиранием сердца я следила, как он выбирается из окна на карниз, тянется к водосточной трубе, цепляется за неё одной рукой. Труба под тяжестью мужского тела скрипит, угрожающе кренится. Но Кристиан с обезьяньей ловкостью быстро спускается вниз. И когда труба с ужасающим скрежетом рушится, господин Тодд прыгает и ловко приземляется на ноги. Толпа облегченно выдыхает, и слышатся удивленные возгласы: «Ловок!».

Он пробирался сквозь толпу, которая тут же потеряла к нему интерес, потому что прибыли огнеборцы. А я достала из сумки платок и, намочив его в чьем-то ведре, поспешила следом. Теперь моя помощь не нужна, прибыли профессионалы. Кристиана я нашла возле соседнего дома. Он сидел на ступеньках крыльца какой-то лавки и оглядывал свою одежду, которая выглядела плачевным образом. На когда-то белоснежной рубашке зияли огромные подпалины, пара пуговиц была вырвана с «мясом».  Я протянула ему мокрый платок. Он взял его, вытер лицо, ладони. Поискал взглядом и на перилах соседнего крыльца увидел свой висящий сюртук и трость. Я проследила, как он набрасывает на плечи сюртук и морщится. Видимо все-таки досталось ему.

- Господин Тодд с вами всё в порядке? Вам нужна помощь?- я с ужасом осознала, что эти слова слетели с моего языка. Зачем я вообще пристаю к человеку со своими нелепостями!

Кристиан Тодд повернулся в мою сторону, и мы встретились взглядами. В его глазах я видела лишь усталость. Но он внимательно рассмотрел меня, будто изучая, и просто спросил:

- Что вы тут делаете?

- Видимо, то же что и вы. Шла мимо и…вот…

Со мной происходило что-то странное. Видимо атмосфера людского единения, когда все вместе, не разбирая сословия и происхождения, тушили пожар, на время смазало границы. Едва уловимое ощущение принадлежности к чему-то общему, целому, витало в воздухе и слова легче давались, и от утренней неприязни к этому человеку не осталось и следа.

- Как ваше имя?- тут на испачканном лице Тодда промелькнуло подобие улыбки:

- Мы с вами сталкиваемся не в первый раз, а вашего имени я так и не запомнил. Так как вас зовут?

- Фрида Зейми, господин Тодд. Как же вы писали на меня жалобу, если не знаете моего имени?- сейчас в моих словах не было ни намека на обиду, только искреннее любопытство. Но Кристиан непонимающе нахмурился:

- Не понимаю о чем вы. Видимо, вы слишком испуганны происходящим. Где вы живете?

- За парковой аллеей, направо от фонтанного спуска.

Кристиан удивленно приподнял брови:

- Ваша семья позволяет вам в такой час находиться вдали от дома? Пойдемте, я возьму экипаж и прослежу, чтобы с вами по пути ничего не случилось, раз уж ваши родные проявляют подобную беспечность.

Я почему-то безропотно последовала за Тоддом. Обернувшись, я заметила, что огнеборцы лихо справляются со своими обязанностями и языков пламени уже не видно. Мы вышли из переулка. Шум пожара отступил, притих, в лицо пахнуло свежим воздухом без примеси гари.

Тодд каким-то чудом тут же нашел свободный экипаж. Помог мне взобраться, уселся сам напротив и только потом назвал вознице мой адрес. Это что же, он собирается и впрямь довезти меня до дома? Может еще и в руки отца передаст? Представляю, что мне придется выслушать от родителей.  Объяснение, что я участвовала в тушении пожара, их вряд ли устроит. Я уже примерно знала, что именно скажет отец, отчетливо видела, как страдальчески будет вздыхать мама, вызывая во мне чувство вины. Вселенская тоска охватила меня. И почему я не могу найти общий язык с родителями? Вот у моих сестер близняшек такой проблемы нет. Они ластятся к отцу, и тот на глазах из грозного главы семейства превращается в доброго и сентиментального батюшку. Мама вообще души не чает в сестрах. Они её гордость и надежда. А я? Я дочь, унаследовавшая от давно почившего родственника, имени которого никто и не помнит, странный дар. Пользы от которого, по мнению родителей, ноль, а вот проблемы очень даже могут быть.

- Почему у вас такое несчастное выражение лица?

Что? Это мне? Господин Тодд, ничуть не скрываясь, вглядывался в мои черты, словно пытаясь в них что-то прочесть.

- У меня именно то выражение, которое бывает у людей, когда дома их ожидает хорошая взбучка,- и что это меня потянуло на откровенность? Видимо и впрямь волнение на пожаре что-то изменило во мне.

Кристиан вдруг улыбнулся. Без злорадства, но и без сочувствия. Ему весело?

Глава 11 Будем знакомы, господин инспектор!

Жребий выпал мне первой отправиться с заказами, а Маргарита, вздохнув, пошла исполнять распоряжения столичного инспектора. Рассиживаться было некогда и, так и не дождавшись Мартина, который с утра пораньше и не подумал явиться в агентство, я подхватила сумку с заказами. Времени у меня теперь только до обеда и нужно было спешить. А всё эта проверка! Не будь её, не пришлось бы как ужаленной носиться по городу.

К дому Каролины я чуть ли не бегом бежала. Вдруг мне придется задержаться у госпожи Тодд? Горничная Марта встретила меня почти как родную – приветливо улыбнулась и пригласила в гостиную. Вручив Каролине заветную коробочку и подсунув ей для подписи реестр, я обессилено плюхнулась в кресло. Каролина, оценив мой загнанный вид, тут же распорядилась принести нам чай и печенье. Сделав пару глотков и немного придя в себя, я осторожно поинтересовалась:

- Госпожа Тодд, вам удалось разговорить подселенца?

Каролина еще и ответить не успела, а  я уже поняла, что ничего не получилось. Судя по поникшему виду и вселенской тоске в глазах, подселенец ни в какую не хотел идти на контакт.

- Она меня не слышит или делает вид, что не слышит. Или не отвечает или несет какую-то бессмыслицу!

- Она?

Каролина не понимающе посмотрела на меня:

- Ну, это же очевидно! Вряд ли мужчина тяготел бы к рукоделию. И вообще в том, что диктует мне этот голос, нет ничего из мужских повадок. Я же знаю, как обычно ведут себя мужчины. И отец, и Кристиан… Чья бы не была эта душа, она точно женщина!

- Каролина, у меня мало сегодня времени. Раз уж разговорить эту сущность не удалось, вы можете точно вспомнить, после каких обстоятельств вы услышали голос? Понимаете, из той информации, что мне удалось раздобыть, я поняла, что сущность не вселяется просто так. То есть вы не могли подцепить её просто на улице. Что-то должно было поспособствовать. Это или какое-то место необычное, или какой-то старинный предмет. Или что-то в этом роде. Вот вы говорили, что это случилось после вашего дня рождения. Вам не дарили что-то необычное? Или старинное? Фамильные украшения, не знаю, что-то старое?

Каролина задумалась, теребя очередную подушечку, и спустя минуту уверенно покачала головой:

- Нет, ничего такого мне не дарили. У моих приятельниц нет привычки дарить что-то…старое или старинное. Зачем бы? Я ничего не коллекционирую. Фамильные драгоценности хранятся в сейфе. Я их много раз видела и примеряла большинство из них, ради интереса. Матушка вообще ничего не дарила. После смерти отца она не отмечает никакие праздники. Кристиан прислал корзину цветов, а потом мы сходили вместе в оперу. Мне вообще нравится посещать людные места. Театр, ярмарки, выставки. Но после того, как я стала слышать второй голос, я не могу никуда выйти. Мне кажется, эта сущность ужасная домоседка!- Каролина огорченно вздохнула.

- Ну а где вы были незадолго до того, как услышали голос? Какие-то новые места? Может, на экскурсию куда-то выезжали?

- Да всё как обычно. Городской парк, кофейня возле дома. Разве что… На мой день рождения одна из приятельниц предложила заглянуть в новый ресторанчик. Он располагается почти возле старого города. Небольшое заведение, но, говорят, престижное. Но там ничего необычного не происходило. Мы просто общались, заказывали что-то из меню. Ничего странного не было. Это точно.

- И все-таки, госпожа Тодд…

- Зовите меня Каролина. Мне так привычнее.

- Хорошо, Каролина. Не оставляйте попыток разговорить сущность. Чем больше мы о ней узнаем, тем быстрее докопаемся до причины, из-за которой она нуждается в физической оболочке. А я при первой возможности побываю в этом ресторанчике. Нужно проверить все варианты. И если вы вспомните что-то или сущность вдруг откликнется, сразу же дайте мне знать!

Ну вот, а теперь можно и в агентство возвращаться. Итак, что мы имеем. А ничего. Кроме выводов о том, что подселенец – это душа женщины, никаких догадок. Если Каролина не сможет разговорить сущность, то без помощи медиума не обойтись. А к медиуму Каролина не может, поскольку её брат не позволит ей совершить эту глупость по его мнению. Что там она говорила про новый ресторан? Ну, это вряд ли. С каких пор в ресторанах подселенцы обитают? Но заглянуть и вправду стоит. Правда, есть одна загвоздка. Каролина упомянула, что ресторан престижный, значит и цены там приличные. А мое жалованье курьера не так чтобы очень большое, да его еще и дождаться нужно. Не просить же деньги у отца, тогда он точно меня из дома выставит. Да, как-то невесело получается.

В агентстве я сразу поднялась на второй этаж и, следуя указаниям секретаря, направилась в один из коридоров. Далековато инспектора упрятали, специально что ли?

Когда я вошла в приемную, Маргарита как раз закончила сервировать поднос. Инспектор никак пожелал чая. Мое появление она встретила вздохом облегчения:

- Ну, наконец-то! Я уж думала, ты забыла!

Сняв шляпку и перчатки, я поспешила заверить коллегу:

- Не забыла. Что, совсем загонял тебя?

Маргарита махнула рукой:

- Да ничего подобного. Так, принесла пару папок. Вот, чай ему приготовила. Сама отнесешь, а мне пора заказы разнести. Клиенты, наверняка, уже волнуются.

Маргарита упорхнула, оставив мне поднос. Ну, будем знакомы, господин столичный инспектор! Я толкнула дверь в кабинет.

Поднос дрогнул в моих руках, и его содержимое жалобно звякнуло. Этот тонкий жалобный и словно испуганный звук сейчас как ничто другое точно передавал мое внутреннее состояние. Я застыла истуканом в дверях, вцепившись в поднос, будто он единственный в мире оставался чем-то незыблемым и основательным. А мой взгляд был прикован к мужчине, который сидел за столом, напротив двери, и сосредоточенно всматривался в ворох бумаг перед собой. И ничего особенного и требующего повышенного внимания в этом мужчине не было, кроме его имени. Кристиан Тодд. Собственной персоной. Столичный инспектор, повергший в панику всё агентство магических услуг.

Глава 12 Кто кого водит за нос

Обратно я возвращалась, трепеща, как осина на ветру. Мыслимое ли дело, сознательно применить дар к человеку, не имея лицензии, да еще и преследуя собственные цели! Разум вопил, что этого делать нельзя ни в коем случае. Паника диктовала совершенно другое. А тот факт, что моя судьба  находится в руках Кристиана, сбивал с толку. И если уж господину Тодду решать мою участь, то лучше было бы, чтобы он испытывал ко мне хоть небольшую симпатию. Этот вывод и стал решающим.

Я пригладила волосы перед зеркалом в приемной и постучала в дверь, за которой находился тот, на кого сейчас и обрушится мой дар. Хотя нет, почему обрушится? Что я, недоучка первокурсница, которая не умеет толком рассчитать ни силу, ни мощность потоков? Тут работа предстоит филигранная, как в ювелирной мастерской. Получив ответ на свой стук, я толкнула дверь и вошла в кабинет инспектора.

Мой дар тут же стал активным. Осторожно, словно вслепую, ментальные потоки достигли инспектора, пока я приближалась к нему с вежливой улыбкой на губах. Положив на стол Тодда папки с личными делами сотрудников, я прокомментировала:

- Вот, что вы просили, господин Тодд.

Кристиан бросил взгляд на папки, поднял ко мне лицо, и я замерла, тревожно вглядываясь в серо-голубые глаза напротив. Он почувствовал? Точнее, что он почувствовал? И насколько велики его познания в псионике в целом? И почему я раньше об этом не подумала?!

Взгляд Кристиана стал заинтересованным, он то ли прислушивался к собственным ощущениям, то ли мне от страха стало видеться то, чего не было.

- Что-то еще, Фрида?

Я растерялась. Почему он меня спрашивает? Ой, я же продолжаю стоять возле его стола и пялиться на него во все глаза! И при этом ментальные потоки все плотнее окружают фигуру Кристиана, мягко, почти невесомо проникая в биополе господина Тодда.

- Нет. То есть да. Зачем вам личные дела сотрудников, господин Тодд?- спросила первое, что пришло в голову. Нужно же задержаться, чтобы продолжить воздействие. Шаг назад, руки в замок. Волны симпатии, дружелюбия и расположения.

- Зачем? Чтобы понять уровень квалификации набранных сотрудников, - Кристиан чуть развел руки в стороны, жестом подкрепляя очевидность. А я вдруг ощутила теплую, даже немного горячую волну, которая с такой силой двинулась в мою сторону, что я невольно отступила еще на шаг. Это было настолько неожиданно, что я не успела закрыться ментально. Я испуганно распахнула глаза и ощутила, как разгорается румянец на щеках. Весь облик Кристиана, его поза, жесты стали настолько притягательны для меня, что хотелось просто стоять и наслаждаться, разглядывая его. На губах, словно сама собой, появилась глупая улыбка. Меня, безусловно, куда-то затягивало и вело, и я осознавала это, но почему-то не спешила вырваться из морока.

- Да что с вами, Фрида?- Кристиан вдруг оказался совсем рядом, взял меня за плечи, поворачивая к свету, льющемуся из окна, словно желая получше разглядеть симптомы. И прикосновение неожиданно горячих ладоней подействовало, как удар набата. Я встрепенулась, скинула с себя наваждение и испуганно отшатнулась.

- Я лучше пойду, господин Тодд. Что-то голова закружилась, - и, не дожидаясь разрешения, я на негнущихся ногах вышла в приемную. Обессилено прислонилась к стене. Стерла капельку пота, стекающую по виску. И только теперь ошарашено выдохнула: это что, он меня отзеркалил?! То есть вернул мне мое же воздействие, только многократно увеличенное?! И при этом ничем не выдал себя?

Я покрутила головой, словно все еще ощущая ментальное воздействие. Налила воды из графина и залпом осушила бокал. Что он вообще собой представляет, этот господин Тодд? Он знает, какими способностями владеет? У него самого есть лицензия? Если верить словам Каролины, Кристиан не доверяет псионикам. Но он сам владеет пси способностями, причем очень редкими! О «зеркальщиках» нам рассказывали, но во всём университете не было ни одного, чтобы можно было наглядно продемонстрировать! Кристиан или не подозревает о наличии у него дара или умело скрывает его. Точнее скрывал, пока не нарвался на меня.

Остаток рабочего дня я провела в приемной. Кристиан Тодд еще дважды вызывал меня и давал поручения принести или унести очередные папки. Я больше не предпринимала никаких попыток чего-либо, потому что после полученного «щелчка по носу» вообще боялась лишний раз смотреть в сторону инспектора. Правда я не была уверенна, что это был именно щелчок. Слишком уж невозмутимо вел себя господин Тодд. Но теперь уже я осторожничала.

Периодически я выглядывала в коридор, надеясь, что Мартина каким-нибудь ветром занесет на второй этаж. Ну, или он сам меня разыщет, вдруг ему есть, что сказать по поводу новой партии сновидений. Но мои надежды не оправдались. А покидать приемную и разыскивать Мартина я опасалась: вдруг столичному инспектору что-нибудь тут же понадобится. Сам же инспектор только один раз выглянул из своего кабинета, для того, чтобы сообщить мне, что рабочий день окончен, и я могу быть свободна.

Я со всех ног помчалась в отдел доставки, но, конечно же, медиума не застала. Находящаяся в отделе Стелла Ми флегматично заметила, что Мартин ушел около часа назад разносить заказы. В растерянности я вышла из агентства. События сегодняшнего дня не то что выбили из колеи, а просто забрали все силы. Но вместо апатии, как обычно бывает у человека физически и морально уставшего, у меня начался приступ самоедства. И ведь было за что! Во-первых, я дала надежду Каролине, а сама ничуть не продвинулась в расследовании происхождения подселенца. Во-вторых, я самонадеянно попыталась использовать дар с целью личной выгоды и получила такой ответ, что мало не показалось. А дома меня ждет всё еще рассерженный отец, который так и будет делать вид, что не видит и не слышит меня, пока ему не надоест. Хоть караул кричи… И еще бракованная партия сновидений, которая тоже не дает спать спокойно. Я, как псионик, должна заявить о браке в новой партии. Но что, если мои выводы поспешны и брак устранили? И Мартин ничего не сказал, удалось ли ему что-то узнать.

Глава 13 Вечер загадок

Не знаю, что именно хотел изобразить тот, кто занимался обустройством этого кабинета для особых посетителей, но мне на мгновение стало жутко. Четыре стены, на одной из которых удачная имитация оконного проема. Лишь подойдя вплотную и приглядевшись, можно было понять, что никакого окна на самом деле нет.

Массивный деревянный стол, несколько таких же основательных стульев. Всё те же фонари, свисающие с потолка на тяжелых цепях. Но вовсе не это заставило меня вздрогнуть и поёжиться.

Одна из стен представляла собой подобие витрины с очень странным содержимым. На полках и в углублениях стены были собраны всевозможные виды бокалов, кружек, кубков. На самой нижней полке в углу грудой лежали черепки бывшего кувшина или чего-то похожего. Вся эта утварь вид имела подержанный, потрепанный временем. О чем свидетельствовали щербатые края бокалов, трещины на кружках, темные пятна на кубках. Сами полки были почему-то посыпаны песком, что еще больше омрачало и без того отталкивающий вид содержимого «витрины». А еще мое внимание привлекли искусственные паутины, которые представляли собой очень красивые кружева. Они не только частично затягивали стену с посудой, но и углы кабинета. А еще в этом кабинете была особая атмосфера. Выпустив на свободу свой дар, я смогла определить ментальные вкрапления. Тут поработал менталист. Кто-то очень хотел впечатлить клиентов и создал вот такую загадочную комнату с мрачной атмосферой и соответствующим антуражем. Для полноты картины еще только черепа не хватает. Надо рассказать об этом ресторане Мартину. Ему должно понравиться, как раз в духе его клиентов, которые заказывают кошмарные сновидения.

Я осторожно приблизилась к «витрине», поставив ментальную защиту. Мало ли чего тут накрутил неизвестный мне менталист. Окинула внимательным взглядом потрепанную утварь. Ну и зачем всё это?

- Скажите, любезный, а вашим посетителям разрешается прикасаться к этим вещам?

Официант важно ответил:

- Вообще, конечно, нет, госпожа. Но мы же не следим, чем тут господа занимаются, когда остаются своей компанией. Пару раз замечали, что трогали. Кто-то даже паутину унёс. Приличные господа, а туда же.

Я осторожно направила поток ментальной силы на витрину, прислушиваясь к отголоскам. Хм… Это не имитация, этой посудой действительно пользовались когда-то. Но имеет ли всё это отношение к подселенцу? Теоретически, старые вещи могут служить временным вместилищем для сущности. И если предположить, что Каролина была в этом кабинете и прикасалась к чему-то на этой стене…

- А как давно открыт этот ресторан, любезный?

- Около года назад, госпожа.

Я провела рукой вдоль стены, пытаясь даром нащупать что-то особенное, настораживающее. Но ничего подобного не ощутила. Тут нужен медиум. Только медиум сможет нащупать остатки той атмосферы, которую создает сущность подселенца. Можно было уходить, больше я все равно сделать ничего могу. Теперь нужно узнать у Каролины, была ли она в этом кабинете и прикасалась ли к тем предметам, что стояли в нишах стены. И если её ответ будет положительным, тогда… Тогда мне придется просить помощи у Мартина. Если он «прощупает» своей силой эти предметы и почувствует на одном из них отпечаток сущности… Но пока это всего лишь мои предположения.

Отблагодарив официанта своими чаевыми, которые мне удалось получить, разнося заказы, я покинула это заведение. Выйдя на свежий воздух, я чисто инстинктивно сделала глубокий вдох. И что так привлекает людей в этом заведении? По мне, так я не испытываю ни малейшего желания еще раз очутиться внутри. Разве что по необходимости.

Остаток вечера я предполагала провести дома за чтением. Нужно уже дочитать книгу про подселенцев. Но на улице была такая чудесная погода. Теплый вечер, совершенно не душный. Да и денег на экипаж у меня не осталось. Поэтому я решила возвращаться домой, не торопясь, тем более что натыкаться на стену отчуждения, которой встретит меня отец, свершено не хотелось.

Памятуя свой печальный опыт, я больше не размахивала беззаботно сумочкой. Несла её, прижав к груди, да и напевать под нос не решалась. Так вот задумаешься и попадешь в неприятную ситуацию. Лучше быть настороже, держать ушки на макушке и так далее.

Вот так вот глазея по сторонам, я и приметила на противоположной стороне улицы свою бывшую сокурсницу, Эстер Дуо. Мы с ней не были дружны. Я старалась обходить стороной острую на язык девицу, которая всячески демонстрировала, что я ей не ровня. Родословной сокурсницы я не интересовалась, но она всячески намекала на наличие у нее высокопоставленных покровителей. Я прекрасно помню её улыбочку, когда мое имя не прозвучало в перечне тех, кто получил лицензию. Мне вдруг стало очень интересно, а куда смогла устроиться на службу Эстер с её-то связями. Здание, из которого вышла сокурсница, принадлежало дамскому салону красоты. Яркая вывеска привлекала внимание. Но вот одета Эстер была в деловое платье, да и волосы были уложены в строгую прическу. Не была Эстер похожа на клиентку салона красоты. И вид имела она занятой, и явно куда-то спешила. Не знаю почему, но у меня вдруг появилось сильное желание проследить за Эстер. Словно ухватить кусочек прежней жизни. Я шла на приличном расстоянии от сокурсницы, да еще и по противоположной стороне. И когда Эстер свернула в какой-то переулок, я поспешила пересечь улицу. Пока пропускала несшийся экипаж, пока добежала до этого переулка, прошло не меньше двух минут. Я чувствовала, что моя слежка закончилась, поскольку за эти минуты сокурсница могла скрыться, но какое-то упрямство толкало меня бежать за ней. Завернув за угол, я зацепилась платьем за водосточную трубу, но не заметила эту оплошность. И лишь когда позади меня раздался странный скрежет, а натянувшийся подол платья не дал сделать еще один шаг, я заподозрила неладное и обернулась.

Первой мыслью было, что если я сейчас порву платье – это будет катастрофа. Второго такого красивого и элегантного наряда у меня нет, а заставить родителей раскошелиться на еще одно такое платье – подобно самоубийству. Поэтому все остальные мысли, промелькнувшие в голове, были просто отметены в сторону, как не первостепенные. Я вернулась к водосточной трубе, склонилась, чтобы аккуратно отцепить подол. И даже успела это сделать, когда над моей головой раздался грохот и жестяной скрежет.

Глава 14 А что это вы тут делаете?

Кристиан проводил меня до самого дома. Склонил голову, пожелал доброго вечера и одарил на прощание улыбкой. От этой улыбки мне и самой захотелось смеяться и танцевать. Такой я и предстала перед родителями. Напевала незамысловатую песенку и улыбалась до ушей. Мама, заметив мое замечательное настроение, только вздохнула. А отец демонстративно отвернулся к окну. Но сегодняшний вечер уже ничто не могло испортить. Стоило вспомнить улыбку господина Тодда, его заинтересованный взгляд, и все проблемы казались пустяком.

Протанцевав мимо сестренок близняшек в свою комнату, я игриво потрепала их по затылкам, услышав вслед хихиканье сестер. Но едва вошла в свою комнату, как взгляд выхватил книгу, лежащую на тумбочке. Угрызения совести приглушили радость: вот я тут танцую и пою, а бедная Каролина никак от подселенца не избавится! Придется переключаться с мечтаний о господине Тодде на коварных и безжалостных подселенцев. Заодно и выясню, могут они для временного пристанища выбрать предмет посуды или нет.

Книга неожиданно увлекла меня. И я спать легла едва не под утро, ругая себя за грубое нарушение режима. Мне ведь пол дня по городу носиться, заказы разносить! Не хватало только уснуть посреди улицы в обнимку с фонарем.

Утром, едва разлепив сонные глаза, еще раз поругала себя. Ведь знала же, что так и будет! Зато времени на душевные терзания по поводу родительского недовольства не осталось. Все силы уходили на то, чтобы не заснуть. И я, наскоро позавтракав и приведя себя в приличный вид, поспешила в агентство. Погода заметно испортилась, и о вчерашнем чудесном вечере остались лишь воспоминания. А сегодня небо затянуло серыми тучами, порывистый ветер так и норовил сорвать шляпку. Зато сонливость как рукой сняло! И я короткими перебежками добралась до места службы.

И на мою удачу в отделе я застала Мартина. Судя по заспанному лицу и неидеально причесанной шевелюре, медиум тоже не выспался. Первым делом я задала не дающий покоя вопрос:

- Ты смог узнать что-нибудь?

Медиум выставил вперед ладонь, призывая к терпению:

- Фрида, ты же понимаешь, что это дело деликатное. Я договорился о встрече сегодня вечером с одним из служащих цеха. Мы с ним пересекались раньше и он кое-чем мне обязан. Так что вечером и зададим ему интересующие нас вопросы.

- А ему можно доверять? Он нас не выдаст, если что?

- Густав? Он из наших, так что не переживай.

Мне показалось, что под нашими Мартин подразумевает не принадлежность к псионикам, а нечто иное. Но уточнять не стала. Кстати, к медиуму у меня имелся еще вопрос.

- Мартин, я вчера побывала в одном ресторане. «Старый пилигрим», слышал про это заведение?

Медиум задумался и ответил:

- Слышал. Но бывать не приходилось. И что там?

- Там есть кабинет для особых клиентов. Так вот,  я туда заглянула. В общем, мне нужна твоя консультация, как медиума.

Карие глаза Мартина прищурились, в них мелькнула настороженность:

- Фрида, ты меня пугаешь. Консультация медиума просто так не требуется. У тебя что-то случилось?

- Нет. Просто место очень любопытное. Мне показалось, что там не все чисто. Я ментально проверила, но… нужна сила медиума,- я скорчила виноватую рожицу, надеясь на снисхождение и понимание.

- Ты хочешь, чтобы я сходил в этот ресторан?

Я торопливо зашептала:

- Можно сделать по-другому. Если ты мне доверяешь, то я могу передать тебе то, что видела, и что меня насторожило.

Мартин как-то легко согласился, и теперь уже я выставила вперед ладонь:

- Постой. Ты уверен? Точно мне доверяешь? Ты как вообще переносишь ментальное воздействие?

Медиум рассмеялся, и я невольно задержала взгляд на его лице. Всё не перестаю удивляться открытости и жизнерадостности Мартина. Думала, все медиумы мрачные и нелюдимые.

- Фрида, я замечательно переношу ментальное воздействие. И не раз проделывал это во времена студенчества. Так что давай, показывай, что там тебя насторожило.

Я подвинула свой стул так, чтобы усесться лицом к Мартину, но не напротив, а с боку. Потянулась к нему, положив ладони ему на виски, и еще раз строго поинтересовалась:

- Ты уверен?

Медиум с улыбкой кивнул, положил свои ладони поверх моих, и закрыл глаза. Я тоже закрыла глаза и еще ближе придвинулась к Мартину, почти касаясь лбом его головы.

Я старалась в мельчайших подробностях вспомнить всё, что увидела вчера в кабинете ресторана. Сначала обстановку. А потом словно приблизилась к «витрине» и медленно переводила мысленный взгляд с одного предмета на другой. Даже каждой паутине уделила внимание. Не забыла и черепки в углу ниши. Показала и ментальные вкрапления, которые возможно было увидеть только внутренним взором.

- Еще раз…

Голос Мартина раздался совсем близко, так, что его дыхание обожгло щеку. И я снова переводила взгляд с предмета на предмет. Все трещинки на кружках, все щербинки на бокалах, все темные и зеленые пятна на кубках. А вот и черепки. Приблизилась к ним, будто присела на корточки и выхватила даже часть узора на одном из черепков. И тут раздался скрип распахнутой двери, который выбил из сеанса своей неожиданностью. И кого принесло к нам в отдел?

Прежде чем я открыла глаза, услышала чей-то сдавленный возглас:

- Ой, кажется я не вовремя…

Резко обернувшись на голос, я успела заметить в дверях Маргариту, которая со смущенно-обиженным видом пятилась от дверей. Но прежде чем я успела попытаться что-то объяснить, она захлопнула дверь. Мне и самой стало неловко.

- Мартин, кажется, она как-то не так поняла то, что увидела.

Но медиум лишь махнул рукой, будто домыслы коллеги его сейчас совсем не интересовали.

- Из всего увиденного, Фрида, я бы присмотрелся к черепкам внизу. На одном из них явно проступают некие символы, которые мне очень не нравятся. Мне нужно время, чтобы определить, что это за символы. Надеюсь, руками ты ничего там не трогала?

Глава 15 Загадки сновидений

Я вышла из экспериментального отдела в неописуемом состоянии. Возмущение, недоумение и даже обида смешались в причудливый коктейль. Да как они могут? Да что это вообще такое? Наверное, со стороны я напоминала рыбу, выброшенную на берег. Разевала беззвучно рот, не находя подходящих слов. Вот в таком виде меня и застал господин Тодд, неспешно идущий через коридор к выходу. Остановился подле меня и оценивающе посмотрел. Ну да, господин инспектор, я и сама бы удивилась, заметь кого в таком состоянии, в котором сейчас нахожусь.

- Фрида?- и снова это странное произношение. Никто моё имя не проговаривал на такой манер. Родители всегда напоминали о чести, которую мне оказали, назвав этим именем. Одна из прабабушек, дама весьма и весьма достойная носила это имя. Поэтому никаких вольностей в произношении не позволялось, как и сокращенные варианты. Когда сестры называли меня Фридочкой, мама мученически закатывала глаза. А господин Тодд мое имя произносит так, будто это и не имя вовсе, а какое-то причудливое заклинание, которое нужно хорошенько прочувствовать.

- Вы чем-то расстроены? – пока я размышляла над странным произношением, Кристиан Тодд подошёл почти вплотную и пытливо всматривался в мое лицо.

Я покорно кивнула и призналась:

- Расстроена. И возмущена. И вообще, это несправедливо!

- Что именно?- взгляд серо-голубых глаз стал пронзительнее. Кристиан склонил голову и чуть подался вперед, демонстрируя интерес к моей проблеме. Вот и зачем это ему? Но мое внутреннее я, почувствовав внимательного слушателя, поторопилось вывалить всё, что кипело внутри.

- Сотрудники с пси способностями теперь не допускаются к тестированию новой партии сновидений! И во-первых, это несправедливо, а во-вторых, недальновидно. Потому что именно псионики увидят и почувствуют то, что обычный человек не заметит. Что это вообще за дискриминация?

- Фрида, вы что, хотите тестировать сновидения?- и в голосе такое неподдельное удивление, словно я заявила, что желаю ночью бегать голышом по крыше дома!

- Хочу! Это познавательно с точки зрения менталистики. И так я смогу выявить какие-то недочеты в экспериментальной партии и сообщить о них руководству. Мы ведь должны заботиться о наших клиентах и репутации агентства! Что в этом плохого?

Кристиан удивленно моргал и недоверчиво смотрел на меня. Он что, сомневается, что мне присущи благородные порывы души? Ах да, он не верит в мои профессиональные качества. У меня же нет лицензии. Вот, кстати, еще один повод заявить о несправедливости!

- Фрида, это может быть небезопасно. Тестирование должны осуществлять в первую очередь опытные специалисты.

Что?! А вот это уже обидно, господин Тодд. Я упрямо вздернула подбородок:

- Я уверена в своих силах и знаниях, господин Тодд. В университете псионики не так-то просто получить высшие баллы по специализации. А у меня по всем дисциплинам высшие баллы!

Мне оставалось только с видом оскорбленным и непонятым удалиться, что я и сделала. Нет в этом мире справедливости!

После завершения рабочего дня Мартин поджидал меня возле крыльца агентства. Его сумка топорщилась от заказов. Вот тоже удивительное дело: кто-то питает интерес к кошмарным сновидениям. Это какой же невыносимо скучной должна быть жизнь, чтобы заказать себе кошмар на ночь.

Вместо приветствия, уже здоровались сегодня, Мартин подхватил меня под локоть:

- Пойдем, тут в двух шагах кофейня есть. Густав ждет нас там.

Я все еще была расстроена и позволила бы медиуму увести себя хоть на другой конец города. Однако стоило нам появиться в кофейне и занять свободный столик, как мой интерес к окружающей действительности вернулся. К нам за столик тут же подсел молодой мужчина. Он был или ровесник Мартина, ну или может немногим старше. Невысокий, но крепкий на вид, с коротким ёжиком черных волос. Аура этого мужчины была настолько явственной, что у меня не было ни одного сомнения: менталист. И очень сильный менталист.

- Так ребята, коротко и по делу. Очень спешу, - Густав щелкнул пальцами и заказал подошедшему официанту чашку кофе.

Я доверила Мартину вести разговор. Он знаком с этим менталистом, знает, о чем можно спрашивать, о чем нет.

- Густав, что там с экспериментальной партией? Всё чисто? Появилась информация о некоем браке в партии. Не слышал ничего об этом?

Густав хмыкнул:

- Краем уха. Да и то, совершенно случайно. Услышал разговор Ревье с Дорой. Ревье настаивал на повторной проверке, говорил что-то о некоем ментальном внушении. Ну а Дора, ты же знаешь её нрав, она тут же на повышенные тона перешла. Как кто-то мог усомниться в её профессионализме.

Тут Густав подался вперед и понизил голос до шепота:

- Не знаю, что там и как, но Ревье на следующий же день в отпуск отправили. Уверен, это Дора нажаловалась. Вредная дама, хоть и профессионал. Если что, советую вам обходить её по широкой дуге, говорят, у неё покровители в новом руководстве.

- Она одна над партией работает?

Густав сделал снисходительный жест рукой:

- А, приставили к ней какую-то вчерашнюю выпускницу без опыта работы. Тоже девка с гонором, прямо не подойдешь.

Тут я не сдержалась. Если вчерашняя выпускница, то это кто-то из моих сокурсниц!

- А как зовут эту девушку?

Густав пощелкал пальцами, вспоминая:

- Кажется… Эстер.

- Эстер Дуо?

- Да, как-то так.

Ничего себе… Эстер, которая так гордилась своими связями, устроилась в агентство и участвует в создании экспериментальной партии сновидений? Без опыта работы, ей сразу доверили такую ответственность? Густав, словно прочел мои мысли и добавил:

- Она у Доры на побегушках в основном, кто ей доверит что-то большее. Так, собрать образы для иллюзии. Так что, если в партии и есть какой-то брак, то мы об этом узнаем в последнюю очередь. Там такой уровень секретности, ни одна мышь не пробежит. Конкурентов опасаются. Ну всё, мне пора!- Густав махом допил свой кофе и убежал.