Дракон ищет бывшую

Пропавшая Дева

Игнисарион.

Властелин Огня был в бешенстве. Его глаза метали зеленые молнии, а из груди вырывался первобытный, звериный рык, сотрясающий стены.

-Нашел ее?! – прорычал он, и от его голоса, казалось, воздух затрещал.

-Нет, отец... Ты же знаешь, если лес не захочет, мы ее не увидим...– ответил я, стараясь удержать дрожь в голосе, но чувствуя, как внутри все сжимается от отчаяния.

-Ты хоть понимаешь, какую чудовищную опасность представляла эта девка?!

-Понимаю... – сухо ответил я, чувствуя, как слова застревают в горле.

-Понимаешь?!– он взорвался, мгновенно оказавшись рядом, словно тень, хотя секунду назад был в нескольких метрах. Я не шелохнулся, лишь продолжал стоять , чувствуя его обжигающую ярость.

-Она могла уничтожить тебя, единственного наследника нашей династии огня! И знаешь, что случилось бы потом?!

-Знаю...– мой голос был едва слышен.

-Если бы знал, никогда бы не позволил себе связаться с ней! Как низко ты пал Игнис! Дракон и Лесная дева... Самое ничтожное, презренное создание!

-Отец... Если все, я могу идти...– каждое его слово било по сердцу, как раскаленный уголь. Мне было невыносимо больно слышать, как он оскорбляет Эльну,хоть ещё утром она собиралась меня убить.

-Иди. Но знай! Если я узнаю, что ты видел ее и позволил уйти живой, у меня больше не будет сына. Ты станешь для меня никем!

Я молча развернулся и направился в свою комнату, чувствуя, как каждый шаг отзывается болью.

По пути я лихорадочно расспрашивал о любых новостях, касающихся этой девчонки, но все было тщетно. Лесные девы – мастера маскировки, они растворяются в воздухе, как дым.

"Я сожгу весь лес дотла, вырву с корнем каждое дерево, но достану тебя из-под земли!" – рычал я, словно дикий зверь, чувствуя, как пламя начинает вырываться из моих ладоней. К счастью, вокруг были лишь каменные стены замка, иначе огонь поглотил бы все в мгновение ока.

Наконец, остановившись, я увидел в углу на хрустальном столике розу.

"Смотри, эту розу ты не сможешь сжечь," – прозвучал в голове ее нежный, до боли любимый голос. Её бледное лицо, зелёные глаза.

Воспоминания взбудоражили душу.

"Глупости. Дракон может сжечь все!" – мой голос был полон уверенности

"Нет, потому что я вложила в нее маааленькую частичку своей души. Она никогда не завянет и будет напоминать тебе, как сильно я тебя люблю..."

"Ааа!" – Я направил всю свою ярость на этот жалкий цветок. Но не успел бросить шар, как невидимая сила потушила моё пламя.

"Как мне жить, если я не могу причинить вред цветку, который она держала?" – пронеслось в голове. – "Я ничтожен! Я должен забыть её, стереть из памяти всё, что напоминает обо мне. Как я мог позволить себе так сильно влюбиться? Проклятье!

Я знал кто стирал воспоминание. Делал это почти безболезненно. Его звали Зериус, и да, он был человеком. Когда боги узнали о его даре, да еще и о том, что он на этом зарабатывает, они наказали его. Отняли всю мифическую сущность, превратив в дряхлого смертного старика. Стирать память – это грех, ведь на опыте прожитых лет мы учимся, так прописано в древних книгах. Но мне плевать. Я не хочу ничему учиться. Мне нужно вернуть себя прежнего – сильного, могучего дракона, которого боялись все в округе. Противно осознавать, каким мямлей я стал рядом с этой девчонкой.

– Зериус! – кричал я, стоя у старой, перекосившейся хижины. – Иди сюда, дело есть! Да не бойся, я не поджарю тебя на шашлык.

– О, голос могучего принца зазвучал в моих краях, чем обязан такой честью? – послышался голос. Затем вышел и сам старик. Годы не щадили его, от силы, ему оставалось жить лет пять.

– Ты прекрасно понимаешь, что мне от тебя нужно, – холодно ответил я.

– О да, как же, вот только прости, я завязал, – он повернулся спиной и собрался уйти. Я подлетел и встал напротив.

– Ты, наверное, забыл, кто перед тобой! Как ты смеешь, смертный, поворачиваться спиной?!

– Ой, прости, у меня вот уже как года два память ни к черту … У смертных есть такая болезнь, называется склероз, без всякой магии все забываешь.

– Я сделаю все, что ты попросишь, сделай это!

Старик остановился и язвительно улыбнулся.

– А я слышал, что драконья любовь творит чудеса. В добрые времена ты бы начал меня пытать.

-Я прошу тебя скорее выполнить мою просьбу.

-Ах, дракон, — сказал он, — теперь ты просишь помощи, словно жалкий смертный.

Я смотрел на него, на его дряхлое тело, на глаза, в которых больше не горел огонь, а лишь тусклый отблеск былого величия. И всё же, в глубине души я понимал: именно он — мой последний шанс. Если даже старик не может помочь, значит, мне остаётся только одно — принять свою судьбу и забыть о былом могуществе.

Но я не мог. Не мог смириться с тем, что стал тенью самого себя, что страх и слабость поселились в моём сердце. Я нуждался в возвращении силы, в возрождении дракона, мой род в опасности, я должен убить девчонку. Вернуть доверие отца. И только вырвал проклятую любовь из сердца мне удатся поквитаться с обидчиками.

— Сделай это, — сказал я наконец, — сотри всё, что держит меня в плену. Пусть останется только я —без оков воспоминаний, без тяжести прошлого, без тех цепей, что сковывают мою волю и душу.

Я хочу стать снова тем, кем был — сильным, могучим, неукротимым драконом, чьё имя вызывало трепет и уважение. Пусть память о страхах и поражениях исчезнет, как на ветру, чтобы я мог взмыть ввысь, свободный и непобедимый.

— Хорошо, — наконец произнёс он, — но знай, что цена будет высока. Ты просишь меня стереть не просто воспоминания, а часть твоей сущности. Без них ты станешь пустым сосудом, и кто знает, что там останется. Ты готов к этому?

Я кивнул, не раздумывая. Пустота казалась предпочтительнее этой мучительной боли, что терзала меня изнутри.

— Проходи внутрь.