Древо 1 Пожиратель

Интерлюдия 1

В белой пустоте междумирья:

– Пусть будет этот.

– Этот? Ты издеваешься? Выбери кого-нибудь поприличнее. Этот толстяк ни на что не способен.

– Нет. Я хочу этого. Лёгкая победа – так себе удовольствие. Я хочу насладиться местью сполна.

– Победа с этим убожеством? Ты в своём уме?

– Отвечу тебе поговоркой этого мира – о конфете по обёртке не судят.

– Смешно. Не мне тебе объяснять роль внешности в формировании личностных качеств. Этот – не победитель.

– Ты способен заглядывать в душу? Если так, научи.

– Передумай. Второго шанса не будет. На кон поставлено слишком многое!

– Я выбрала.

– Упрямство достойное... Ты в своём праве. Выбор принят.

– Создатель сущего нам свидетель. Начнём!

Глава первая – Тяжела жизнь жирдяя

Август. Пекло адское, сушит капец! Долбаная амброзия высосала весь мозг. Сопли, слёзы ручьём, пот рекой, дышать нечем, давление выше, чем у бабули. А она с группой по инвалидности, сердечной недостаточностью и после пары инфарктов. И ещё ей семьдесят два, а мне девятнадцать. Была бы возможность, сваливал бы на этот месяц из Краснодара в тайгу. Или в Абхазию, что, хоть и другая страна, а гораздо ближе. С моими-то: аллергией, диабетом и ожирением третьей степени сидеть на этой сковородке – реальный риск. И, если бы я просто сидел.

На улице тридцать семь, внутри маршрутки – все сорок. Урвавшей местечко возле открытого окна старушенции в цветастом платке небось хорошо. А я в серединке. Мне, и из люка не дует, и дым от водиловой сигареты весь мой. И хоть бы одна сука меня поддержала, когда я ему вежливо намекал, что курение в общественном транспорте недопустимо. Молчат, ссыкуны, делают вид, что им в кайф это нюхать. На камеру что ли заснять? Так ведь высадит, быдлофан престарелый.

Одна радость – у девки напротив такой вырез, что дыньки на каждом ухабе пытаются выпрыгнуть из-под полупрозрачной ткани, где их кощунственно прячут. Такие прелести ни один лиф не удержит. Да его там кажись и нет. Размер пятый – не меньше. Такими буферами десяток малых можно выкормить. Вот бы помацать...

Размечтался убогий. Куда мне к такой цыпе яйца катить. Тут бы, кто из ровесниц, не то, что дал за грудь подержаться, а хотя бы взглянул с интересом. На неполные сто восемьдесят сантиметров роста почти полтора центнера веса – не самое сексуальное зрелище. Вместо кубиков на прессе складки, куда можно пивные банки прятать. Реально можно – я пробовал. Зад ни в одни штаны не влезает. Даже магазин "Одежда для больших" пасанул. Приходится под заказ шить. И это я не говорю про три подбородка, что трясутся на кочках не хуже тех дынек.

В общем красавец-мужчина. Спасибо родителям, что сами будучи весьма не худыми, решили подарить свету ещё одного "миленького поросёночка". Эх, мама, мама – земля тебе пухом, небо сахарной ватой – видела бы ты, как твоему поросёночку "сладко" живётся. Уж сам-то я давно для себя решил, что лучше возьму из детдома какого-нибудь чужого малька на усыновление, чем сотворю ещё одного горемычного слоника, что изо дня в день будет мучиться со своими, вернее моими, хреновыми генами. Благо, что не долго. Мать-то погибла в аварии – тут неизвестно, сколько ей боженька отмерял, а вот батя по сердцу, в неполные сорок инфаркт. Но он и массивнее был. Самые жирные гены по его линии мне передались. Бабушка вон, и вовсе, ничего – слегка полновата, не более. Потому и живёт так долго.

Но я не в бабулю пошёл. Да и ладно внешность – это ещё пол беды. Запах – вот мой главный бич. Сколько акса на себя ни вылей, сколько фруктиса в волосы ни вотри, а вонять будет, один хрен, хомячками – так я свой фирменный фан называю. С юморком... Рыдать хочется от такого убогого юморка. Хотя, звучит лучше, чем кошачьи ссаки.

Одна маленькая девочка пару недель назад в такой же, если не в этой же самой маршрутке со всей своей детской непосредственностью громко спросила:

– Дяденька, на вас киса написяла?

Ага киса. Грёбаный тигр всего обоссал. Только-только рубашка подсохла. Разве же я виноват, что мой пот так отвратительно пахнет? Я что ли специально? А потею я – сцуко – всегда. И в дождь, и зимой, и раздетый. Но летом сильнее, конечно. Вот сейчас в чёбаты натекло по пол литра на каждый. Руки мокрые, рожа блестит. Какое там дыньки помацать. Тут бы "доброе" слово не прилетело, и уже хорошо. Вон, как носиком крутит. Имеется нюх у бабы. У всех, кто меня окружает, имеется. И нюх, и глаза, и уши. Голосок-то у меня тоже премерзкий – тоненький, словно у киношного евнуха, и с моей мега-тушей совершенно не вяжется.

Но, что это я всё о грустном, да о грустном? Подумаешь жара, подумаешь слёзы из глаз, сопли из носа. Человек – тварь живучая, ко всему привыкает. И я со своей долей тоже свыкся давно. Жирный, воняю... и что? Главное – бошка варит, как большинству и не снилось. На потоке я лучший. Профессора в рот заглядывают. Первый курс на пятёрки закрыл. Все зачёты на автомате. Миром правит не красота. Капитализм у нас победил? Победил. В почёте власть и бабло.

Причём одно всегда тянет другое за собой, с какого конца не возьмись. Блата и связей у меня нет, но достигнуть высот сейчас и без них вполне можно. Карьеру я себе в какой-нибудь корпорации обеспечу башкой и упорством. Последнего у меня тоже с избытком. Да и с людьми при всех своих физических недостатках нормально схожусь. Давно для себя уяснил, что добыть уважуху в моём положении можно только через язык и смелость.

Смеются? Да похер. То есть нет, но я никогда виду не покажу, что словами меня можно задеть. Я сам над собою шучу лучше всех. И отказы. Главное: не бояться отказов. Я к кому угодно легко могу подойти и спросить, что угодно. Стеснительность – для обычных парней, а я – сцуко – особенный! Оно ведь прикольным толстяком в сто раз круче быть, чем толстяком замороченным.

– Попу, как у Ким. Попу, как у Ким...

Бля! Забыл в маршрутке мобилу на вибро поставить. Кому там неймётся?

– Привет, ба.

– Санечка, едешь уже?

– Ага, в тридцать девятой. По Октябрьской, Сенной проезжаю. Купить что?

– Да, котя. Зайди в овощную. Возьми картошки немного. Я тебе на сбер денюжку скинула.

– Хорошо, возьму.

Продвинутая у меня бабуля. Наликом с моей подачи совсем пользоваться перестала. Но каждый рубль считает. Раз скинула стольник, на всю сумму придется грести. Это кило пять точно потянет – мы только самые дешёвые продукты берём. Пенсия плюс стипендия – так себе доход на двоих, когда один из этих двоих жрёт, как лошадь. И дело не в булимии. Я бы и рад на какую диету подсесть, но чёртов организм протестует – попробуй калорий не добрать, сразу криз словишь. Упадок сил и всё такое прочее. Приходится хлебные единицы считать... Диабет – сцуко. Ну его нафиг!

– На Монтажников остановите, пожалуйста.

Глава вторая – Уж лучше бы в ботана

Я резко остановился и принялся крутиться на месте, разглядывая своё новое тело. Оно. Безусловно оно. Анимешный барчук из видения. Не врут книжки! Оказывается такая хрень на самом деле случается. Я коснулся волос. Пышная шевелюра на месте, и косичка тоже присутствует. Вот же здец! Вот так жахнулся с лестницы!

Без паники. Включаем башку. Что я знаю про попаданцев? Да всё, в принципе, знаю – читатель, однако, со стажем. Столько всяческих фэнтезяк и АИшек освоил, что одно время подумывал сам чего-нибудь такое написать. Благо в сети графоманских порталов полно, и фейсконтроль там отсутствует.

Попаданцы бывают нескольких видов: в себя – этот вариант мы сразу отбрасываем; в кого-то с присоединением к личности прежнего хозяина тела – типа, сидишь наблюдателем и ни на что не влияешь; с поглощением чужой личности – что-то вроде слияния памяти каждого в общую; с полным подавлением, выселением, уничтожением личности местного разумного. Кстати, повезло мне, что в человека попал, а не в какого-нибудь гнома-гоблина.

Ну и какой у меня вариант? Прислушался к себе. Новой памяти вроде нема.

– Эй, – позвал мысленно парня. Не отвечает. Или в шоке, или, что скорее, мой тип попаданца последний, и чувака выкинуло куда-то вовне. Может, даже в мою прежнюю жирную тушку. Хотя, нет – я ведь умер. Да и полёт в белой пустоте подтверждению теории обмена телами никак не способствует. Видимо, юный Бандерос реально скопытился. В смысле, как личность. Организм-то цветёт и пахнет. Кстати, действительно пахнет – какие-то духи, или гель для душа такой едрёный.

Ладно, это потом всё. Я же хотел впустить дневного света побольше. Схватил левый край шторы и дёрнул в сторону. Ну-ка, что тут у нас за окном?

Ну нифига себе! Бескрайняя серо-коричневая стена, вертикальным отвесом встававшая в десятке километров от места, где я находился, закрывала собою весь мир. Шершавая, покрытая трещинами и наростами – представляю каких размеров каждая из кажущихся отсюда мелкими шишек – с вьющимися снизу вверх зелёными прожилками и кляксообразными бурыми пятнами тут и там. Это что же за хрень такая? На скалу не похоже от слова совсем.

Но оставим пока загадку стены и переведём взгляд поближе. Тут тоже есть, на что посмотреть. Крепость, замок, дворец, стилизованный под старину пятизвёздочный отель... Передо мной лежал внутренний двор довольно приличных размеров, окружённый четырьмя пятиэтажными секциями. Причём, окна первого этажа были отделены от земли десятком метров каменной кладки. Вернее, не от земли, а от забранной в аккуратную плитку площади, в центре которой играл несколькими десятками разноразмерных струй просто гигантский фонтан, выполненный из белого мрамора, или чего-то подобного. На угловых стыках каждого здания поднимались ввысь прямоугольные башни с бирюзовым флагами на шпилях. Точнее, просто на углах, ибо в отсутствии промежутков между постройками, говорить о нескольких зданиях было не правильно.

До трети створчатых окон первого этажа, на котором находился и я, были открыты. Из некоторых торчали мужские и женские головы. Внизу тоже хватало людей. Одетые в просторные разноцветные одежды, вроде моего кимоно-безрукавки парни и девушки стояли, куда-то шли, сидели на бортике фонтана, о чём-то болтали. Среди юношеских фигурок то и дело проскакивали более габаритные взрослые. Но их было значительно меньше.

– Всё сделано, старший брат.

Раздавшийся за спиной голос заставил меня вздрогнуть, но я тут же взял себя в руки и повернуться получилось медленно и спокойно, без ненужного в моём положении рывка.

– Я договорился – к нам больше никого не подселят. Напротив Суры и Линкин, слева Дасты и Глэй, справа Фо, Дзе и Махавай с Вларом. Сестрёнка сразу за ними – взяла к себе близняшек Тре и Тихоню. Остальные распределились сами. Ферц со своими, конечно, пытались бухтеть, но пошли эти выскочки в корни. На этаже места полно. Не зря говорили, что наш год не богат на силаров. Хотя, посмотрим, сколько с других ветвей прибыло.

Старший брат? Стоявший передо мною верзила никак не мог быть братом Бандероса, да ещё и младшим. Выше нынешнего меня чуть ли ни на голову, значительно шире в плечах, грубее чертами лица, глаза серые, волосы русые – без пышной причёски, но с такой же косичкой, квадратная челюсть покрыта налётом щетины. Акселерат – сцуко – тот ещё! Такому бы в магазине алкашку продали влёгкую. Из общего только одежда – такое же чёрное кимоно, те же ножики в ножнах, аналогичный пояс с кулаком на бляхе.

Язык однозначно не русский, но с пониманием у меня всё в порядке. Это хорошо, это даёт мне шансы не засыпаться на первых минутах. Оно ведь ясно, как день, спалюсь – и мне жопа. Едва ли родственники и друзья барчука, чьё тело я занял, обрадуются незваному гостю. Задача номер один – сориентироваться на предмет "что здесь как" и свалить. Затеряться, запрятаться и потом уже думать дальше. И конкретно сейчас для начала нужно что-то "братишке" ответить. А то пялится, ожидая реакции на свою тираду с кучей незнакомых имён. Длинные паузы мне не на руку.

– Хорошо, – медленно кивнул я, делая вид, что разглядываю один из шкафов. – Что у нас дальше?

Еврейский метод с вопросами никогда не подводит. И чем вопрос проще, тем лучше.

– Да, в принципе, всё, – пожал плечами верзила. – До полудня всего ничего, пора на площадь спускаться. Выслушаем вступительное слово Черхана, и прощай детство. Говорят, наставники те ещё мудаки. Но про то ты лучше моего знаешь.

– Ну, пошли тогда.

На ходу отмалчиваться проще, чем стоя один на один в пустой комнате.

– Как скажешь, старший брат. Сейчас свистну наших.

И бугай выскочил в ту же дверь, из которой только что появился. Я секунд пять помялся, слушая призывные возгласы братца, доносившиеся снаружи, а потом двинулся следом. Похоже, я тут в авторитете. Подбородок вверх, плечи расправить, равнодушие на рожу – в кино все крутые перцы ходят именно так. Да и в жизни я понторезов достаточно повидал.

В коридоре к моменту моего появления уже было тесно. С дюжину наряженных в кимонохи разного цвета парней моего теперешнего возраста стояло вдоль стен в расслабленных позах. Все с придурашными косичками и с ножнами на поясах. Рожи одна другой кислее, важностью от каждого так и прёт. Это куда же я попал? Золотая молодежь? Депутатские детки?

Глава третья – А у них тут весело

Вот те на! Пообедали, бля...

– Прорыв! – оживился Рангар. – И сюда добрались?

– Да нет, вряд ли, – совершенно спокойным голосом не согласилась сестрёнка. – Скорее, просто сыпухи припёрлись приплод скинуть.

– Небо! – раздалось опять-таки сверху. Походу, на одной из башен сидит дозорный.

– Ну, я же говорю, – улыбнулась Тайре. – Халявная сила летит.

– Смотри, без ноги не останься, – хмыкнул Рангар, вынимая из ножен мечи. – Халява, она такая.

Я тоже взялся было за рукояти, но вид клинков брата, покинувших ножны, так меня удивил, что мои режики замерли на половине пути. Так ведь это ни фига не ножи! Какие-то гранёные штыри с ромбовидным сечением. Такими, может и получится палец порезать, но и ёж врубит, что предназначение этих железок – колоть. Микро шпаги? Серебряные колья – вбивать в сердца плодам порочных связей вампиров и вурдалаков? Да нет, херня какая-то.

– Ученикам срочно покинуть площадь! – раздался, хоть и усиленный неким невидимым матюгальником, но вполне узнаваемый голос Черхана. – Все по жилым корпусам!

Я было дёрнулся, собираясь исполнить приказ – благо дверь, из которой мы вышли, находилась всего в паре десятков шагов, но, вдруг, с удивлением обнаружил, что никто из моей команды не спешит делать ноги. Да и в целом подростки на площади в большинстве своём только делали вид, что в панике разбегаются по домам. Нет, на лицах у некоторых, и действительно, отражался страх – эти-то как раз по-настоящему торопились свалить. Но две трети ребят, достав свои странные штыри, потихоньку распределялись вдоль стен.

Выскочившие из противоположной от нас арки взрослые с более габаритным оружием в руках, напоминающим виденные мной в исторических фильмах алебарды, на учеников не обращали внимания и не пытались нас разогнать. Оно и понятно, вшестером эта задача один хрен из разряда невыполнимых. Стражники – а по одинаковой одежде с элементами кожаного доспеха я определил мужиков именно в эту профессию – задрав головы, вглядывались в небо. Туда же смотрели и мы.

– Рей, – забыв от волнения своё обычное "старший брат", обратился ко мне Рангар. – Оставишь мне парочку? Тебе с грызлов отдача смешная, а мне до четвёртой ступени совсем чуть-чуть не хватает.

– Да, хоть всех забирай, – не задумываясь, выпалил я. Несмотря на отсутствие страха на лицах моих высокородных прихвостней, грядущее знакомство с чем-то, во что нужно тыкать кинжалом, совершенно не радовало. Я, кстати, оставался единственным подростком на площади, кто так и не вытащил из ножен штыри.

– Летят! – радостно пропищал пацанёныш с рожей хорька.

Мёд мне в рот! Это что за вертолёты такие? Из-за крыши западного крыла вылетела небольшая эскадрилья в составе пяти... Нет, это точно не вертушки, хоть и гудят один в один, как виденные мной на день авиации МИшки. Пузатенькие, с икарус размером: коричневые бока, желтоватое днище, но сверху вместо винта крылышки. Не крылья, а именно крылышки – как у каких-то жуков. Хотя, почему каких-то? Это и есть жуки: здоровенные, с жвалами впереди и поджатыми лапками снизу. Объясните только кто-нибудь дебилу, идущему на красный диплом, какие законы физики позволяют этим гигантским тушам держаться в воздухе? Это же – сцукко – не дирижабли, и не воздушные шарики. Там хрен знает сколько тонн массы!

Ладно, потом разберёмся. Походу, нас сейчас будут бомбить. Вон уже, из хвостовых частей... Да что уж там – будем называть вещи своими именами. Из жучьих задниц посыпались какие-то тёмные кругляши. Много. Сотни, а скорее и тысячи. Часть уйдёт куда-то за стены жилых корпусов, но на площадь тоже немало нападает. Чего все стоят? Чего пялятся? Нас же сейчас накроет!

Я бешеным усилием воли не позволил себе рухнуть на землю, прикрыв голову руками. Включай башку, Саня. Раз паники нет, значит взрываться эти шарики не умеют. Смотрим вверх и пытаемся проследить траектории жучьих каках, дабы не словить прямое попадание грудью.

Опа! А падать с разгону, оказывается, никто тут не собирался. Не долетев метров пятидесяти до земли, первые шарики начали раскрываться. Сотни полупрозрачных крылышек взбили воздух. По ушам ударило стрекотом идущей на посадку стаи игрушечных квадрокоптеров. Не знаю откуда пришло такое сравнение – в принявшихся плюхаться на плитку двора жучках не было ничего игрушечного. Вытянутые приземистые тела, подвижные суставчатые лапки, спаренные жвала на мордах, чёрные круглые глазки. Размером с небольшую собаку, но формами скорее напоминают свиней. Этакие зубастые хрюшки – всеядные и, судя по тому, что приземлявшиеся уродцы немедля бросались в сторону ближайших людей, очень и очень голодные.

Одна такая тварюшка шлёпнулась на землю буквально в паре шагов от меня. Раз – и по камню мерзко зацокотали колючие лапки. В животе мигом образовался холодный комок. Волна страха... Нет, первобытного ужаса захлестнула мой организм. Ноги словно прилипли к плитке. Я тупо оцепенел. Зря, ох и зря в фантастических фильмах показывают, как далёкие от драк и войны рядовые обыватели, попав в похожую ситуацию, сразу же принимаются лупить всякую дрянь чем ни попадя. Лично я словил такой шок, что мгновенно забыл, как ходить и тем более бегать – что несомненно требовалось в данный момент.

– Мой! – звонко крикнула Тайре и одним прыжком подлетела к жуку. Рука девушки, прочертив дугу в воздухе, ударила сверху вниз. Штырь с хрустом проломил хитиновый панцирь в месте сочленения головы с туловищем. Резкий рывок – и наполовину отломанная башка насекомого безвольно повисла на остатках короткой шеи, или как там правильно называется у жуков этот стык.

– Сестрёнка... – обиженно промычал наш трёхступенчатый братец. – Ну, я же просил.

– Ты у Рея просил, – подмигнула Рангару Тайре, стряхивая с клинка жёлто-бурую слизь. – Так и быть, бери следующего.

И, повернувшись ко мне, добавила:

– Ну и выдержка у тебя, братишка. Даже не шелохнулся.

Слава богу ответ от меня не требовался. Хрен бы я сейчас смог произнести что-либо нормальным голосом. Меня мелко трясло. Руки, ноги только-только начинали обретать былую послушность. В этой дряни небось четверть центнера веса! А жвала? Такими не то что пальцы, и руку оттяпать раз плюнуть. Они тут бессмертные что ли? Какого лешего мы торчим здесь, вместо того, чтобы спокойно любоваться из окон своих комнат на сцены промышленного жукоборства, каким сейчас заняты стражники?

Глава четвёртая – Что вкусы, что нравы

И только теперь на площадь явились взрослые. Вбежали через ту самую южную арку – человек пятьдесят: в одеждах разных цветов, но с преобладанием в гамме салатного. Наверное учителя и иной персонал заведения. Небось жрали уже – со стороны столовки же прибыли.

– Ну ты выдал, братишка, – с ехидным прищуром уставилась на меня Тайре, незаметно подошедшая ко мне, пока я отвлёкся. – Я, конечно, понимаю, что с грызла силы полкапли, но чтобы ногой отбрасывать... Забыл, как по первой на шурсе кости ломал? Кулаком слишком просто для наследника Рэ? Так ты и браслеты сними, раз использовать клановый дар в полной мере не собираешься.

Не придумав ничего лучше, чем напустить на рожу загадочности и молчать, я старательно искал обоснуй своих действий. Заявить, что девчонку спасал – однозначно не вариант. На лежащую без сознания в луже крови ровесницу Тайре даже не взглянула. Очевидно одно: в этих жуках содержится какая-то сила, пусть и в малых количествах, получить которую можно через убийство насекомого штырём, или... Вот про кулак и браслет я как раз и не въехал.

– Есть! Есть! – подлетел к нам сияющий выпросившим чупа-чупс малышом Рангар. – Взял четвёртую! На шестом грызле хлопнуло! Я чуть не кончил... Прости, сестра, – стушевался он. – Ну, вы знаете, как оно бывает. Это же реально оргазм. С каждой ступенью всё круче и круче! Боюсь себе представить, что при переходе на седьмую испытываешь.

– Скоро тебе расскажу, – похлопала по плечу брата Тайре.

– Так. Ну-ка в сторону. Что у нас здесь?

Появившийся рядом с нами мужчина в зелёном склонился над лежащей девчонкой.

– Почему лекаря не зовёте? – тут же вскочил он. – Госпожа Кай-Рэ, сюда! Срочно!

На его крик из толпы вынырнула стоявшая недавно на трибуне рядом с Черханом женщина. В сопровождении двоих дам помоложе в сарафанах такого же салатного цвета она удивительно резво для своих лет подбежала к нам и тут же опустилась перед девочкой на колени.

– Потеря крови и болевой шок, – пробормотала лекарша, поднеся руки к ране.

Я с интересом наблюдал за действиями тётушки, отчего-то столь не любимой моими сестрой и братом. Ни инструментов, ни лекарств. Как вообще лечить собирается? Опять магия? Точно! Из открытых ладоней Фарты к ноге девушки потянулся какой-то зеленоватый дымок. Глубокая рана мгновенно перестала кровоточить, а дальше уже начались и вовсе настоящие чудеса. Повреждённую конечность словно засунули в некий невидимый 3D-принтер, и прорванная в плоти жвалами грызла дыра принялась заполняться био-начинкой – назвать розовую субстанцию мясом у меня даже мысленно не повернулся язык.

– Ману, – выдохнула целительница.

Одна из помощниц мгновенно протянула Фарте маленький, размером с грецкий орех, голубой камушек. Тётушка схватила его, зажала в кулак, подержала немного и отдала обратно. Потом снова вернулась к наращиванию плоти. 3D-принтер работал беззвучно. В образовавшейся вокруг нас тишине, слышалось лишь вялое перешёптывание Тайре с Рангаром. Ну и площадь фонила гулом, но за шум я эти звуки не воспринимал – настолько увлёкся процессом.

– Ещё, – потребовала магичка-врачиха новый камень, когда полностью заполненная рана начала покрываться кожей. Подпитки хватило на завершение процедуры – ножка блестела отсутствием шрама и выглядела совершенно здоровой – но силы тётушки, как оказалось, тоже имели предел.

– Всё. Откат, – поведала она уставшим голосом окружающим. – Дальше без меня. Но эта, как я понимаю, была самой тяжёлой?

– Единственной тяжёлой, – поправил мужчина в зелёном, который отходил пока шло лечение и только сейчас вернулся. – Остальные с царапинами. Уже подлатали.

– Единственной... – Фарта со вздохом поднялась. – И рядом юные Рэ. Почему я не удивлена? Если силара не с вашей ветви, то можно не помогать, да? Хотя, с вас станется ещё и подножку поставить. Моя записка попадёт к господину Дзон Гону на стол, не сомневайтесь. Надеюсь мастер-наказатель обойдётся с вами построже. Есть возражения?

– Нет, госпожа, – синхронно поклонились сестра с братом.

Я тут же смекнул, что оспаривать мнимую правоту тётушки глупо и тоже качнул головой. Фарта Кай-Рэ молча отвернулась от нас и в сопровождении остальных взрослых двинулась к выходу с площади. Туда, к южной арке, вовсю уже тянулся народ. Отыскав взглядом свою свиту – ребята держались кучно чуть в стороне – задал приглашающим кивком направление и первым шагнул к распахнутым настеж воротам. Пошло всё в перуанскую деревушку, а я хочу жрать. Вариант свалить под шумок я просрал. Тянемся по течению дальше.

– Старая мразота, – оповестила меня Тайре о своём отношении к тётушке. На этом разговоры закончились. Даже продолжающий сиять братец молча лыбился, не пытаясь навязывать своё счастье окружающим.

Арка, а вернее открывшееся за ней наполнило моё сердце одновременно восторгом и разочарованием. Вот это мощь! Вот это просторище! Гигантский парк, расчерченный разделяющими газоны дорожками, с редкими деревьями незнакомых мне пород и торчащими тут и там разнообразными зданиями. Разгуляться есть где, но вот дальше... Сбежать будет сложно. Примерно в полукилометре от нас поднималась на высоту метров в двадцать, не меньше, опоясывающая всю эту красотищу стена. На такую, небось, хрен заберёшься. Немедленное бегство отменяется точно, а там посмотрим.

Приземистый прямоугольный корпус из серых каменных блоков оказался той самой столовой. Теперь понятно, почему взрослые с таким запозданием явились на площадь – тут бежать метров триста. Внутри сразу же большой зал с четырьмя длинными столами и пятым, стоящим перпендикулярно им чуть поменьше. Очевидно, что дальний преподавательский, а большие ближние для нас. Интересно, садись кто где хочешь, или на стульях именные таблички?

– Гля, сидят уже, – хмыкнул брат, указывая на занявших ближнюю к преподам часть второго слева стола группу ребят.

– Ферц ваще ветки попутал? – пробасил амбал у меня за спиной. – Вершина стола наша!

– Только не смей их сейчас трамбовать, – прошипела сестра. – Слышишь, Глэй? Я серьёзно. Не при наставниках. Мы и так в наказуху вляпались. Потом с огоньком потолкуем.

Глава пятая – Давайте знакомиться

Кое-как придя в себя, я поднялся и закрыл-таки проклятую дверь на засов. В жопу незваных визитёров, даже таких, как недавняя красотка. Кстати, надо бы узнать её имя – чую, придётся в скором времени отношения выяснять. Я снова плюхнулся на кровать. Штирлиц никогда не был так близок к провалу. Не внуши девчонка себе мысль про обиду вставшего якобы в позу Рейсана, и хрен бы я выкрутился. Реально хожу по краю. Рано, или поздно, но меня по-любому раскусят. Задача – максимально оттянуть этот миг. Сейчас в своём неведении я наиболее уязвим, значит тянем время и тянемся к знаниям. Поменьше контактов с роднёй, рот на замке. Моё дело – молчать и слушать.

Кажется, я придумал, каким будет мой следующий шаг. Но, как всё-таки клёво пахла эта девчонка... Её губы касались моих! Охренеть! Охренеть! Охренеть! Такой шанс был лишиться, наконец, девственности, и я его просрал. Лох в квадрате.

Да ладно, кого я обманываю? Не было у меня никаких шансов. Секс – штука слишком интимная. Запалился бы моментально. Тут нужно досконально знать все привычки и предпочтения обоих партнёров – мало ли, какой колобобрик у них за любимую позу? Ничего, до девятнадцати как-то дожил без сакрального знания – каковы сиськи на ощупь, потерплю и дальше.

Интересно, у них здесь трах в этом возрасте – дело обычное, или это только Рейсан такой ранний? У нас-то в шестнадцать, конечно, перепихон существует, как вид, но в большинстве случаев этот этап взросления смещён на попозже. Поживём, увидим. Пока понятно одно: если я хочу остаться не разоблачённым, придётся предельно убедительно играть роль барчука-мудака. Угораздило же попасть в местного Драко Малфоя. Ходи теперь с перекошенной от чувства собственной важности рожей и пинай лохов. Лишь бы у них только тут своего Гарри Поттера не нашлось. Надо глянуть, нет ли у этого Ферца шрама на лбу, а то мало ли.

Минут через двадцать в дверь вежливо постучали, предварительно толкнув её пару раз. Похоже, братец с обеда притопал. Я отодвинул засов и впустил его. Рангар был один.

– Повели всех осматривать форт, – сообщил он, перед тем, как скрыться в сортире.

– Я Фо с Вларом на всякий случай послал – пусть осмотрятся, запомнят, где тут чё, – добавил Рангар, отжурчавшись и выйдя обратно. – Что случилось-то, старший брат? Ушёл не пожравши. Как я понял, нас тут такой вкуснотой баловать не собираются. С завтрашнего дня какая-нибудь белуха пойдёт. Я тебе прихватил пару лапок – держи вот.

И он достал из-за пазухи свёрток, в котором под салфетками легко угадывались очертаниями знакомого деликатеса.

– Тебе бы только пожрать, – скривился я. – Спасибо, но я сейчас не хочу. Настроения нет. К обнаглевшему Ферцу прибавились проблемы посерьёзнее. Я хочу знать всё про этого сраного левитанта. Кто мне может рассказать про Фалко Краса что-нибудь, чего я не знаю?

– Да, хрен его? – почесал затылок Рангар. – Махавай наверное. За что мы держим этого умника?

– Зови его.

– Так он это, – замялся брат. – Тоже пошёл со всеми.

– И? – решил я потренироваться играть мудака.

– Сгоняю, приведу, – кивнул Рангар и выскочил за дверь.

Я перевёл дух. Еще немного времени выиграно. Как я понял, завтра начнутся занятия, и станет полегче. Безделье – мой враг. На уроке болтать, и сложнее, и головы другим буду заняты. Сегодня продержаться, а дальше, глядишь, втянусь. По крайней мере я на это надеялся.

В этот раз моё одиночество продлилось и того меньше. Протиснувшийся в приоткрытую дверь Рангар предупредительно спросил: – Звать? – И только дождавшись моего утвердительного кивка, поманил кого-то из коридора.

Кто-то, предположительно упомянутый ранее Махавай, робко заглянул в комнату.

– Давай, давай, – втянул его целиком здоровяк. – Старший брат, я тебе ещё нужен? У меня там дельце одно.

– Иди, – милостиво отпустил я "ненужные уши". – Не забудь отправить кого-нибудь – занять места к ужину. Позовёте, как время придёт.

– Ага, сделаем, – кивнул брат и выскочил за дверь.

Я перевёл взгляд на Махавая. Невысокий, слегка толстоват, покатые узкие плечи, большая лобастая голова, тёмно-русые кучеряшки, кое-как собранные на затылке в косичку, маленькие серые глазки, пухлые щёки, нос чуть приплюснут – типичный заучка-тюфяк. Родственная душа, можно сказать. Ботан ботана сразу узнает. И как такой вообще в кампашку к Рэ угодил? Этакий затюканный гений на службе у зла.

Глаза потупил, ссутулился весь – стоит трясётся. Не, в родственные души я его рано записал – труслив больно. Я при всех своих недостатках ссыклом никогда не был. Ну что же, не будем разочаровывать парня. Боится меня, значит есть за что.

– Запри дверь и садись, – указал я на одну из свободных кроватей, сам вальяжно заваливаясь спиной на подушку.

– Рассказывай, – велел я, когда парень аккуратно примостился на край заправленной койки.

– Что рассказывать, босс? – испуганно уточнил он.

Босс, надо же. Хорошо хоть, что не хозяин. Похоже, Рангар не удосужился сообщить пацану цель вызова. Небось думает, что собираюсь отчитывать за какую-нибудь провинность. Может оно и к лучшему – не обратит со страху внимание на мои тупняки.

– Фалко Крас. Для начала хочу знать про него. Давай всё в подробностях. Даже на очевидные вещи можно смотреть под разным углом. Знаком с темой?

– А, Фалко... – с облегчением протянул Махавай. – Как же, как же – известная личность. Средний сын главы клана Крас, второй в очереди наследования. Подающий большие надежды силар, уже седьмая ступень. По моим данным только у вас троих с ним и Яхо Гором такой уровень силы из всех пришедших в академию в этом году.

– Дальше, – холодно бросил я, заметив, что парень замялся.

– Э... Сейчас, сейчас, босс. Сказали же всё подряд. Клан один из самых сильных на ветви. Листьев двадцать имеют. Под влиянием большой город на поперечке. Мощный форт, дружина в три тысячи воинов, до полсотни взрослых силаров. Пятеро, или уже шестеро третье-ранговых. Извиняюсь, дорога сюда кучу времени сожрала. Неделю уже не общался с нужными людьми, а в "Имперском вестнике", сами понимаете, такие данные с запозданием появляются. В любом случае второй ярус им пока не светит, да и за всю историю клана больше семи трёшек у них никогда не было.

Глава шестая – Танцы-дранцы

Забавно, но сундук-чемодан Рангара уступал моему в размерах минимум втрое. Я собственно и заметил-то его только тогда, когда брат выдвинул своё шмото-хранилище из-под кровати.

– Тяжко всё же девчонкам, – выдал он, ковыряясь в тряпье. – Нужно думать, какое платюшко выбрать. Не то, что мы – мужики. Один единственный парадный костюм и тот мятый.

– Это у тебя мятый, – вспомнив свои поиски книг, фыркнул я. Мой-то вышитый золотишком нарядец содержался в полном порядке.

Облачившись в "гражданское", оглядел себя. Очень даже неплохо. Жаль, что зеркала нет, но и так понятно – красавчег. Был бы девкой, повёлся бы однозначно. Зауженные брюки со стрелками, рубашка с длинным рукавом, смесь жилетки с пиджаком без застёжек. Клановый пояс сел идеально, а вот для ножен с штырями тут места нет. Похоже, собиравшие мой гардероб, прекрасно знали, что ножики мне в академии не носить.

Наблюдая за процессом неторопливого облачения брата в похожую шмотку, подметил отличие – подмятый рангаров костюм вышит серебром, а не золотом. Сдаётся мне, оно неспроста. Всё больше и больше склоняюсь к мысли, что здоровяк не родной мой братишка. Кузен, а то и вовсе троюродный, или названный. Не даром же у нас рожи совсем не похожи. Да и возраст один. Не близнецы же мы в самом деле.

Тут с улицы грянула музыка. Необычная, но вполне мелодичная. Кажись началось. Да и вовремя. Мы с Рангаром как раз где-то час и потратили на поочерёдное посещение душа с сортиром. Нормально. Являться на такие мероприятия с запозданием – для для таких важных перцев, как мы, самое то.

– Пошли, что ли? – кивнул на дверь брат, поднимая с кровати ножны с штырями.

– Пошли, – согласился я, беря свои ранжи.

– Сейчас парней позову.

А я и забыл, что великому Рейсану Рэ западло выдвигаться куда-то без свиты. Пришлось подождать, пока Рангар метнётся кабанчиком по этажу, собирая миньонов.

Девчонок, коих затесалось в нашу брутальную банду аж целых четыре штуки, ждать снова не стали. Для женщины в любом из миров выход в свет требует слишком уж длительной подготовки. И не удивительно, что на площади к нашему появлению только четверть присутствующих относилось к прекрасному полу. Зато какие же это нарядные были цыпы!

Всё-таки тоху – предельно убогая в этом плане одёжа. Как девки вообще соглашаются эти мешкообразные балахоны носить? В коротких платюшках – а местные сарафанчики на пышные громадины прошлых веков походили мало – малышки-магички смотрелись японским борделем для педофилов. Мёд мне в рот! Да я сам педофил! У этих красоток повсеместное раннее созревание – таких буферов и задков у меня на всем курсе едва ли пяток наберется. У них что тут – девчачья Спарта? Всех страшненьких сбрасывают со скалы?

Танцевали, как и предполагалось, пока тоже только девчонки. Парни, разбившись на кучки, стеснительно топтались вдоль стен, делая вид, что разговоры сейчас важнее красоток, плавно извивающихся возле фонтана. Музыка, кстати, совсем не походила на ту, что звучала из телека во время просмотра мною всяческих фэнтези-фильмов про условное средневековье – ни струнного дребезжания королевского бала, ни развесёлых трактирных аккордов, ни дудочки пастуха. Скорее на ум приходило сравнение с попсовым западным RNB без тяжёлых басов.

Я запоздало окинул взглядом ансамбль выдающий эти приятные звуки. Барабаны, скрипки большие и маленькие, трубы-флейты, гармошки... Я совершенно не шарил в инструментах там, на Земле, но понять, что тутошние балалайки на нашенские не сильно похожи моих знаний хватило. Да к тому же играет всё это добро, как-то слишком уж громко в отсутствии видимых динамиков. Акустика – спишем всё на неё.

– О, громобойчик! – радостно вскинул руки Рангар, заметив идущего, не замечая нас, невысокого паренька в оранжевом костюме. – Давно не виделись! Должок принёс?

– Так завтра же договорились, – испуганно вздрогнул малый.

– Смотри, не забудь. Завтра не отдашь, календарь запущу.

Когда оранжевый, подтвердив понимание важности слов Рангара, поспешно ретировался, я вопросительно глянул на брата.

– Да, парочку чучеров в понг обыграл пока ты с Махаваем болтал, – махнул рукой здоровяк. Завтра нужно будет ещё простаков поискать.

– Чтобы сесть играть в понг с Рангаром на его фишках, нужно быть полным кретином, – гадливо хохотнул хорёк, кстати, тоже одетый в оранжевое.

– Чей бы кус верещал, Линкин, – поддержал шутку брат. – С тобой на любых фишках играть – только ману под корни лить. Завидуешь, что я первый сманил твоего однодарца?

– Да мне до древа, какой у чучера дар, – оскалил редкозубую пасть хорёк, – Лишь бы в кошельке что-то было.

Между тем мы вышли на идеальную с моей точки зрения позицию – напротив музыкантов, между стеной корпуса и танцующими девчонками. Остановились, напустили надменность на лица и принялись как бы нехотя разглядывать цып. Вечерело. Сумрак постепенно сгущался, и по периметру площади начали зажигать фонари. То есть те зажигались сами, как магическим светильникам и положено, но свет от них шёл приглушённый, интимный. Темнота – друг молодёжи во всех мирах. Не хватает только второго, даже более важного друга – бухла. Без веселящей воды делов тут не будет. Формат мероприятия подразумевает, так сказать.

Хотя, мне алкоголь, даже появись он здесь с какого-то перепугу, категорически противопоказан. Без трезвой башки я пропаду гарантированно. Так что радуемся отсутствию организованного фуршета и контрабандной водки из-под полы.

А народ тем временем всё прибывал и прибывал. Вон слева мелькнула в толпе блондинистая головёнка Фалко Краса – костюм лишь частично лиловый: только рубашка и пуговицы. Да и в целом ребята не придерживались однотонности, как в случае с тоху. Свои цвета присутствовали в обязательном порядке, но большинство парней облачилось в тёмное разных оттенков, а девчонки предпочли светлое. Но не все. Занявшая только что центр танцпола Тайре, например, как и я, нарядилась в чёрное с золотом. Какие же всё-таки у сестрёнки шикарные ножки! Жаль, что шпильки у них тут пока не придумали, и заменой высокому тонкому каблуку выступает скошенная платформа. Впрочем, с такими фигурками, хоть валенки нацепи, один хрен форменная услада для глаз. Взглядом только что сошедшего на берег моряка дальнего плавания я водил от одной танцующей нимфы к другой.

Глава седьмая – Крепостные

Когда, прослушав лекцию про недопустимость драк вне занятий и специально отведённых для то мест, мы отправились к своему корпусу, музыка уже стихла. Назначенная на завтрашнее утро встреча с мастером-наказателем пугала не сильно, как и потеря херовой тучи баллов, если дословно цитировать Линкина. Страшнее выглядело обещание Толы, напоследок процедившей сквозь зубы: – Мы с тобой ещё поговорим с глазу на глаз. Да и непрекращаемые попытки Рангара выяснить, каким древом я втихаря смог взлететь на десятую ступень, признаться уже утомили.

Хорошо хоть, что положение "босса мафии" позволяло отделаться от младшего брата простейшим: "У каждого свои секреты". В комнате я сразу же завалился на койку, бросив снятые вещи на свободную кровать. Первый день в новом мире оказался чертовски тяжёлым. Завтра меня ждёт наверняка не менее сложный, да и каждый последующий обещает быть не легче. Доверившись известной пословице про мудрёное утречко, я уткнулся в подушку, собираясь как следует выспаться.

Но не тут-то было. Тревожные мысли сами собой лезли в голову. Вопросы, на которые у меня не имелось ответов всплывали один за одним. Как вести себя дальше? По-прежнему изображать гранд-мудака, или рассориться нахрен с роднёй и свалить в комнату к каким-нибудь пацанам, не так хорошо знающим настоящего Рея? Как не выдать себя? Как добыть так остро необходимые знания? Как хотя бы разобраться во всех этих цветах, рангах, ступенях и листьях? Может послать всё к чертям и довериться кому-нибудь из ребят? Такому, кто на клан Рэ класть хотел и кому подмена подлинного Рейсана только в радость.

Мёд мне в рот! Вот зачем было так жёстко с Ферцем? Идеальный же кандидат. Хотя, нет. Там сестричка, которая для меня чуть ли не опаснее родной Тайре. Пожалуй, не стоит торопиться со вскрытием карт. Подождём, осмотримся, подумаем лучше. И под мерный убаюкивающий храп Рангара я-таки провалился в сон.

***

Утром, наскоро умывшись и приняв душ, отправились, как обычно, всей бандой на завтрак. В этот раз шайка Ферца уже не отважилась занять наши места. Да и не было больше никакой шайки. Огневик с сестрой сидели отдельно от всех. Похоже, вчерашний урок безвозвратно развалил оппозицию. И дело здесь было не столько в моей победе, сколько в демонстрации "каменной кожи", которая, как я теперь уже знал, являлась умением, приходящим к силару моего дара только при достижения десятой ступени и соответственно второго ранга.

Пацаны из моих прихлебателей всю дорогу к столовке только и обсуждали, что вчерашний сюрприз, что я сам того не желая вывалил на ребят. Со слов Линкина получалось будто я чуть ли не первый, кто приходит в академию с таким изначальным уровнем крутости. Теперь шансы юга существенно возросли, и, если бы не куча штрафов, которые мы нахватали, был бы вариант потягаться с другими ветвями за первенство. Знать бы ещё за первенство в чём и на кой оно нужно.

Завтрак, в отличие от обеда и ужина, имел более упрощённый формат, так что ждать подачи горячего, нервничая на тему: "Что за хрень принесут в этот раз", не пришлось. Накидали себе с общих тарелок, кто что хотел и запили компотиком.

Теперь, согласно вчерашним указаниям, мне предстояло явиться пред грозные очи господина Дзон Гона, который, как было сказано, заседал в главном учебном корпусе. Как его отыскать инструкция тоже имелась. Так как к мастеру-наказателю вызывали меня одного, я, не дожидаясь пока Рангар дожуёт, встал из-за стола и поспешил на улицу.

ГУК, как я сократил название нужного мне сейчас здания, располагался где-то с другой стороны от жилых корпусов, но дабы чуть-чуть осмотреться на местности я предпочёл не идти через фонтанную площадь, а обогнуть её справа по широкой дуге. Благо, аллея, ведущая в нужном направлении начиналась от самых дверей едальни.

Топая по вымощенной плиткой дорожке, я дивился масштабам учебного заведения. Мне, конечно, не доводилось гулять по территории знаменитого московского МГУ, но что-то мне подсказывало, что площадью академия не уступает тому универу. А ведь это только одна четвёртая часть. Со слов Черхана получалось, что на следующий год студиозы переедут в следующую такую же крепость. Будем надеяться уже без меня. Не в том смысле, что я не доживу до той счастливой поры. Просто торчать столько времени в этой тюрьме для колдунчиков я точно не собираюсь.

А стены-то не только высокие. Они еще и охраняются. По гребню оборонительного сооружения по двое и целыми группами прохаживались солдаты с оружием, вроде тех, которые прибегали на площадь колбасить грызлов. Ворота, замеченные мной напротив восточной арки, стерёг так и вовсе целый отряд. Да уж, прямолинейный побег тут не катит.

Аллеи, скверы, лужайки... но и различных построек неизвестного назначения тоже хватало. Вот что-то типа гигантских конюшен – одноэтажный вытянутый ангар с крышей-шатром и стенами-заборами, не доходящими до верха несколько метров. Широкие двустворчатые двери закрыты, но звуки оттуда идут явно издаваемые не людьми. Или, может, это у них стойла какие.

А вон округлой громадиной поднимается стадион. То есть арена, наверное. Чем-то похожа на нашу футбольную краснодарскую, что в народе зовется как раз колизеем, но раза в четыре меньше.

Какие-то хозпостройки из точно такого же, как и всё вокруг, серого камня. Хрен знает для каких целей одиноко стоящая башня. А вот и сам ГУК – тут не спутаешь. Слишком уж здоровенный домина. Даже замок скорее. Центральный блок со ступенями, ведущими к главному входу, каскад уходящих вверх этажей со шпилем и флагом на самой макушке, два убегающих в разные стороны длинных крыла с тремя рядами витражных окон на каждом. Мне явно сюда.

Даже с учётом того, что я осмотрел пока только половину территории академии, размах заведения впечатлял. А вот людей вокруг было мало. Кое-где на глаза попадались одиночные ученики и чуть чаще взрослые. Такое впечатление, что преподавателей и обслуживающего персонала, даже если охранников-солдат не считать, в крепости больше, чем их подопечных. Хорошо хоть, что внутри стен у нас свобода перемещений, а то ходили бы строем – и хрен тебе влево-вправо.

Глава восьмая – Крутость в цифрах

Пара следующих часов ушло на заселение новичков на верхние этажи, во время которого мы добросовестно предавались безделью. Я соврал, что не выспался из-за храпа Рангара и всех выгнал из комнаты. Братец тоже утопал. Скорее всего искать до сих пор не окученных лохов, коих здесь звали чучерами, дабы вовлечь ещё нескольких аколитов азарта в какой-то там понг.

В этот раз на обеде столовка набилась битком. Почти все места у длинных столов были заняты. Знать с краёв, что поближе к учительскому, простаки с небольшим интервалом от нас по всему остальному куску. Кстати, как я успел узнать из разговоров ребят, далеко не все новички относились к сословию листовых, что и правда являлись подобием крепостных, фактически принадлежа клану, во владениях которого проживали. Помимо них здесь присутствовали так называемые вольные веточники – подданные империи напрямую, селившиеся соответственно на ветвях и те самые корневики – беднейший слой населения, но при этом обладающие правами сравнимыми с веточниками.

А названия у них тут, конечно, капец. Культ какого-то великого древа цветёт и пахнет. С иносказательностью перебор на лицо. Как только сами не путаются во всей этой херне с околодревесными терминами?

И тут меня осенило! Дерево! Мёд мне в рот! А что, если мы и правда находимся сейчас на огромном дереве? Жутко захотелось, не дожидаясь горячего, выскочить из столовки под открытое небо и посмотреть вверх. Нет, с утра у нас плотная облачность, как и вчера, но вдруг тучи ненадолго раздвинутся, и я снова увижу ту странную здоровенную штуку, что так меня удивила тогда? Ветка? Всё-таки ветвь! Слишком уж она велика. А шершавая изогнутая стена... Это ствол!

Мёд мне в рот! Но этого быть не может! Законы физики, разряженность атмосферы, температурная разница на разных высотах, экосистема... Тьфу! В этом мире есть магия – как я о главном забыл? Не стоит примерять привычные данности своего прежнего дома на эту планету с её колдовством. А планету ли?

Я тяжело выдохнул. Вот это открытие, так открытие. Надеюсь, рожа у меня не сильно раскраснелась от только что испытанных переживаний? Не нужно привлекать к себе внимание. Срочно переключаемся на что-нибудь другое. А вон как раз и жратву несут. Ну-ка, что там у нас сегодня за основное блюдо?

– Патасики! – радостно ответил на мой вопрос Рангар, первым сдёрнув с подноса округлую крышку.

Нет, большие открытия обязательно ходят парами. Стоило мне увидеть вдохновившее брата яство, как я отчётливо понял – мяса, курицы, рыбы, как в столь любимом мной самолётном меню, больше мне никогда не отведать. На подносе брюшками вверх лежали кружком несколько запечённых жучков в два кулака размером, напоминающие формой знакомых всем колорадов, или, если кому больше нравится – божьих коровок.

Насекомые – сцуко! Тут всюду одни насекомые. И мне остаётся, либо сейчас взять и сожрать эту дрянь, либо взобраться на крышу жилого корпуса и сигануть вниз. Может, следующий мир окажется более гостеприимным в гастрономическом плане? Правда, что-то подсказывает мне, что за таким прыжком последует настоящая смерть. Проверять отчего-то не хочется. Эх, была не была!

С максимально равнодушным видом я взял с блюда всё ещё тёпленького жука и положил себе на тарелку. Тимон, Пумба, я иду к вам. Как там Рангар расчехляет эту ползучую мерзость? Оторвать зажаристые хрустящие лапки, сковырнуть вилкой корочку спёкшегося хитина на брюшке, осторожно, чтобы не брызнул сок, разломить тушку надвое. Запах... Неужели к нему можно привыкнуть?

Я медленно поднёс ко рту одну из половинок и осторожно откусил кусочек чего-то белёсого, предположительно мяса. По зубам скрежетнули твёрдые внутренние выступы отломанных лапок. Жуём, жуём, жуём... Нужно глотать. Вкус сомнительный, но рвотного рефлекса не вызвал. Правильно говорят, что всё самое страшное у нас в голове. Если не думать о том, что ты ешь жука, то вполне себе годно. И питательно небось. Я смогу! Однозначно смогу! Не проблеваться уж точно. А для начала и это неплохо.

Не особо спеша, я кое-как одолел двух патасиков. Обильное закусывание лепёшкой и овощами облегчило процесс. Благо, торопиться сейчас было некуда – ещё перед началом обеда Черхан попросил не расходиться по завершению оного. Нас ожидала какая-то важная информация. Наверное озвучат расписание занятий, или что-то типа того. Детишки собраны, на ветви поделены – пора приступать к учёбе.

Но я вновь ошибся. В таком серьёзном государственном учреждении, как наша академия, без дюжины подготовительных ритуалов не обойтись. Для начала генерал-комендант объявил о торжественном утверждении дара, что уже через час – встроенный переводчик поименовал временной отрезок именно так – пройдёт в зале общих собраний главного учебного корпуса, на котором вновь прибывшие силары обретут истинный цвет и получат свои первые тоху. Затем же, повторно попросив тишины, взялся зачитывать наизусть правила академии, нарушение которых влечёт за собой наказание в виде вычета баллов личного и общего рейтинга.

Помимо уже известного мне запрета на выяснение отношений при помощи силы, как физической, так и магической, в список так же вошли такие "нельзя" как: покидать без разрешения форт, выходить из жилого корпуса после отбоя, оскорбление других учеников и – боже упаси – учителей, неповиновение приказу наставника, нанесение умышленных травм сокурсникам во время занятий и ещё куча всякой уже менее значимой мелочи. Для особо забывчивых данный список будет развешан на каждую из разбросанных по академии справочных досок. Там же каждое утро будут вывешиваться обновлённые рейтинговые таблицы.

– Теперь же давайте поговорим подробнее о этом самом рейтинге, – перешёл Черхан к теме, разобраться в которой я уже потерял всякую надежду.

– Сначала, для чего он вообще нам нужен? Тут просто. Система вашей мотивации. Всего лишь инструмент, с помощью которого мы добиваемся от вас рвения в учёбе. Набравшая к завершению круга больше других баллов ветвь получает награду. Каждому, независимо от его текущей ступени, будет даровано количество силы, необходимое для перехода ещё на две вверх.

Глава девятая – Причесали, так причесали

Закончилось мероприятие, как и положено, очередной торжественной речью Черхана, важного из которой я для себя почерпнул лишь одно – пока мы тут письками мерились, на все инфо-доски развесили расписание занятий, что начинаются уже с завтрашнего утра. Причём, эта новость взбодрила не меня одного. Стоило коменданту сойти со сцены, как народ ломанулся к выходу – всем не терпелось поскорее узнать, что там как. Не удивительно, что в холле, где сбоку от конторки дядьки в фуражке на стене болтался соответствующий стенд, мгновенно образовалась конкретная такая толпень.

Рангар было полез вперёд, распихивая мешающих проходу свиты чёрного властелина простых смертных, но Тайре его тут же окликнула:

– Эй, давай обратно! В нашем корпусе оно тоже есть. Везде же развесили.

Брат с подключившимся к делу Глэем неохотно вернулись назад. По недовольным лицам становилось понятно, что не столько им хотелось увидеть то расписание, как в удовольствие был сам процесс. Тем более, что Рангару физически требовалось выплеснуть злость, так до сих пор и не вышедшую из него после перепалки с девяткой. Кстати, наш однодарец уже куда-то исчез. Сидел здоровяк ближе к выходу, но вряд ли его погнал прочь страх перед моим братцем. Тот парень, наоборот, производил впечатление человека, привыкшего дракой решать любой спор. Ещё одна проблема на мою голову.

На выходе из здания тоже образовался затор. Хочешь не хочешь, а пришлось и нам лезть в гущу народа. Идущие впереди Рангар с Глэем кое-как расчищали дорогу, но с боков нас прижали конкретно. Сразу вспомнилась родина и её переполненные в часы пик автобусы.

Неожиданно я ощутил как чья-то рука опускается на моё правое полужопие и резко сживает его. Чего! От возмущения я едва не подпрыгнул. Какая сука...

Метнувшийся в сторону взгляд уткнулся в идущую справа вплотную ко мне сестру Ферца. На меня она не смотрела, но по ехидной улыбке я понял, чьи шаловливые пальчики сейчас ущипнули мой зад.

– Чего уставился, Рэ? – переменившись в лице, прошипела Тола. – И отлипни уже от меня. Жмутся тут всякие.

Не было бы здесь так тесно, ещё и под ноги бы сплюнула. Само презрение во плоти. Вдохновенно играет роль, сучка!

Оказавшись снаружи, я сразу же сместился в сторону от людского потока. Тайре последовала за мной. Сойдя со ступеней, какое-то время мы шли с сестрой рядом. Я взглядом провожал Толу с Ферцем, вырвавшихся немного вперёд.

– Когда начнётся, эта шлюха моя, – шепнула сестра, как и я смотрящая на огневиков.

Ого! Тон Тайре мне не понравился. Захотелось спросить, о чём это она, но я смог сдержаться. Судя по всему, я и так знал про что она говорит. Вернее, Рейсан знал.

– Косичка у тебя совсем растрепалась, – сменила тему сестра, не дав мне обдумать услышанное. – Тре перезаплетут. Пришлю вечером.

В этот момент нас нагнал Линкин, и приватный разговор завершился. За ним подтянулись рыжие Суры, затем остальные, и вскоре мы уже шагали обычной дружной толпой.

В жилом корпусе юга в холле тоже висела доска, и возле неё точно так же толпился народ, только в несколько меньшем количестве. Тут уже сдерживать наших амбалов никто не пытался, и Ранраг с Глэем быстро расчистили место у стенда для нас. Десять дней – именно столько столбцов в расписании не дали мне усомниться в продолжительности здешней недели. Временная разбивка немедленно навела на другую не менее важную мысль – в местных сутках всего двадцать часов. И добрую половину из них мы будем учиться.

Подъём в шесть, завтрак в семь, а с восьми уже стартуют занятия. До обеда четыре урока. Сам обед в два. Потом еще столько же учебных часов до семи, затем ужин и отбой в девять. На помаяться дурью свободного времени нет. И это отлично! Меньше шансов, что нарвусь на неудобный разговор тет-а-тет, коих мне в первую очередь следует избегать. Перемены тут, похоже, отсутствуют. Интервалы между занятиями только, чтобы перейти из одной аудитории в другую. А уж с братцем у себя в комнате перед сном я как-нибудь справлюсь. Это преданное мне до мозга костей чудовище поперёк слова не скажет. В общем, жить можно.

Предметы же не могли похвастаться разнообразием: теория, практика, снова теория. Названия лишь намекали на то, что мы будем на них изучать. И, если "укрепление тела" с "мирознанием" я ещё мог понять, то "роеведение" и "основы возвышения" пока выступали загадочным белым листом. C "раскрытием дара" я тоже вполне мог додумать, и "артефакторика" не то, чтобы сильно смущала, но вот один, причём, наиболее часто стоящий в расписании предмет, признаться, немного пугал.

Стабильно раз в день у нас в расписании присутствовала "техника боя". Без пояснений и расшифровок. Не то собираются учить морды бить, не то махать острыми железяками, не то магией ворогов лупцевать. В любом случае этих занятий мне следует наиболее опасаться. Рейсан-то небось умел это всё и умел хорошо. Да что уж там хорошо – наверняка лучше всех. Если бы не вчерашняя стычка с Ферцем, на которой мышечная память моего мускулистого тельца подтвердила своё наличие, я бы сейчас точно в штаны наложил. Но и так очко жмёт капитально. Как бы не облажаться по полной на этой долбаной практике. Завтра мне предстоит реальная проверка на вшивость. И ведь хрен даже притворишься, что подвернул ногу, или типа того. Местные медики вмиг восстановят. Тут и перелом не поможет. Придётся импровизировать.

До ужина оставалось не так много времени – успели только в сортир заглянуть. Кормили опять насекомщиной, но тут я смирился, и белесые личинки на шпажках через силу сжевал. По дороге назад в корпус Рангар, чью перепалку с девяткой-корневиком я не принял всерьёз, улучил момент, когда в непосредственной близости никого не было и испортил-таки мне настроение.

– Старший брат, – прогудел он на ухо мне доверительным шёпотом. – Когда простака наказывать будем? Такие дела лучше не откладывать. Оскорбление клана всё-таки.

Капец! Вот ведь ранимая девка досталась мне в братья. Оскорбление. Да он настоящих оскарблений не слышал. И что прикажете теперь с этим делать? Я задумался.

Глава десятая – Дикий

В этот раз – о чудо чудесное – меня не беспокоили добрых полчаса. Земных полчаса. Я даже успел достать новое тоху с трусами и одеться. Полежал, пришёл в чувства, кое-как перевёл мысли от инцидента с близняшками к завтрашним занятиям. Техника боя, значит...

Ну-ка, проверим растяжку. Вскочил с койки и, встав в позу киношного каратиста, лихо махнул ногой под негромкое "Кия!". Обалдеть, я ниндзя какой! Ступня поднялась выше головы сантиметров на двадцать. Небось и на шпагат могу сесть. Проверил – могу. Хоть на поперечный, хоть на продольный. Побоксируем? Руки летают со скоростью ветра, кулаки чуть ли ни свист издают. Только вот насколько оно технично? Боюсь, ни насколько.

И снова стук в дверь. В этот раз одиночный и сильный. Я же совсем забыл про разборки с девяткой! Наверное посланец Рангар за мной прибежал. Открыл. Оба на! Корневик-переросток собственной персоной.

– Будь здрав, знатный.

Не дожидаясь приглашения, парень быстро шагнул в комнату и захлопнул за собой дверь.

– Поговорить надо. Послушаешь?

– Ну, говори.

Я непроизвольно отступил на два шага назад. Внушительные размеры нежданного гостя к тому вынуждали.

– У меня к тебе нет претензий, – поднял руки открытыми ладонями в мою сторону девятка. – И к брату твоему нет. Нагибаете тут всех, и на здоровье – нагибайте дальше. Меня только не трогайте, и всем будет счастье. Моё дело – сторона. Понятно объясняю?

– Более чем, – смерил я изучающим взглядом местного гопника. – Рангар приходил?

– До сих пор гостит, – ухмыльнулся амбал. – Я с ним по первому разу нежно, но в другой щадить больше не стану. Вам вроде как эти баллы важны, что тот дед рассказывал. Замнём это дело по-тихому, и никто не попадёт. Пока ущерба твоему авторитету нет никакого. Я не шумел – ушей, глаз лишних нет. Правильно себя поведёшь, и не будет. От меня вам прибыли – пшик, а проблемы могу доставить серьёзные. Договорились, как?

Я быстренько прикинул возможные варианты развития дальнейших событий. Идти со здоровяком на конфликт? Этого я не хотел изначально. Но Дубина-Рангар орал на весь зал про клан Рэ, с которым лучше не связываться, и теперь спускать всё на тормозах тоже нельзя. Но что я могу? Забить стрелку и, полагаясь на численное превосходство, попытаться проучить наглеца? Мерзость же. Да и не уверен, что он согласится играть по нашим правилам. У братца вон с вызовом на дуэль уже как-то не так пошло.

– А тебе, я смотрю, на баллы насрать? – вместо ответа сам спросил я.

– Глубоко, – хмыкнул парень.

– Но при этом ценность авторитета ты понимаешь.

– Уважение, либо страх, – пожал тот плечами. – Иначе никак. Только здесь мне это без надобности. Просто не лезьте, тогда все будут целы и при своём. Так что, договор? Долго трепаться времени нет. У меня там соседушки в коридоре торчат.

– Хорошо, – кивнул я. – Раздувать это дело не будем. Но раз ценность авторитета ты признаёшь, должен понимать, что лицо я потерять не могу. Рангар правду кричал про наш клан – Рэ обид не прощают. С твоей стороны нужен жест.

– Чего?

Кажется я перегнул со словесными кружевами.

– Народ должен увидеть, что ты понёс наказание.

– Подставной поединок? Не, знатный, под твоего брата-слабака я не лягу. Это уже перебор.

– Пускай будут деньги.

– Деньги? – заржал здоровяк. – Тебе что, знатный, карманы вывернуть? Мои деньги внизу. Я всегда знал, что богачи самые жадные.

Парень немного расслабился – это хорошо. Я уже не сомневался, что задуманное получится.

– Мне не нужны твои деньги. Мне нужна видимость. Пустим слух, что ты от нас откупился. Часть сразу, часть долгом. И мой авторитет на месте, и к тебе нет претензий. Рангара я образумлю – мстить не полезет. По рукам?

– По рукам, – сграбастал мою ладонь в свою каменную клешню верзила. В глазах парня сквозь напускное равнодушие проглядывало облегчение. Чего-то он недоговаривает. Ну и ладно, у меня своих тайн не меньше. Хотя любопытство я полностью побороть всё же не смог.

– Ответь только на один вопрос. Там в зале ты сказал, что не корневой – тогда кто ты?

Девятке вопрос не понравился. Пару мгновений он мялся, но потом всё же выдавил:

– Ненавижу, когда нас в корневые записывают. Стадо безвольных кусов. Я свободный человек. Был свободный. Таких, как я, вы здесь наверху зовёте дикими, или ещё земляными. Выбирай, что нравится.

– Я уж лучше по имени.

– По имени? – ухмыльнулся амбал. – Уважаешь, значит, чужую силу. Ну, хорошо, знатный, можешь Граем кликать.

– Я Рейсан Рэ. Несмотря на обстоятельства, я рад нашему знакомству.

– А я нет, знатный. Лучше бы нам никогда не встречаться. Пошли уже дело доделывать.

В коридоре четвёртого этажа, где поселился Грай, было гораздо темнее, чем у нас на втором. Тупо вдвое меньше светильников. Да и в целом обшарпанность бросалась в глаза. Даже двери не из цельного куска дерева, а из плотно сколоченных досок. У одной из таких подпирали стену трое ребят. Подойдя к ним, здоровяк тихо, но при этом весьма грозным голосом поинтересовался:

– Моего гостя никто не беспокоил?

Парни дружно затрясли головёшками. Чувствовалась проведённая Граем воспитательная работа. Быстро, однако, построил. Конкретно боятся.

– Прошу, мэл Рэ, – кивнул девятка на приоткрытую дверь, отогнав соседей дальше по коридору.

Я шагнул внутрь. Равнодушие на лице удержать получилось – чего-то такого и ожидал. Похожий на здоровенное веретено, на дальней от входа кровати лежал обмотанный несколькими простынями Рангар с тряпкой-кляпом во рту. Более того, к койке он был тоже привязан, что полностью отсекало возможные попытки побега. А таковые мой брат-упрямец предпринимал до сих пор, бестолково дёргаясь из стороны в сторону умирающей гусеницей.

Причём, заметив нас он, вместо того, чтобы успокоиться, наоборот, затрясся ещё сильнее. Я даже мысленно зааплодировал Граю – качественная работа, шума практически нет.

– Замри, – приказал я Рангару, одарив его уничижительным взглядом. – Слушай внимательно. Сейчас он развяжет тебя, и ты не произнесёшь ни единого слова. И не сделаешь ни единого лишнего движения без моего приказа. Ты понял меня?

Глава одиннадцатая – Беличье царство

Утро встретило меня ярким солнышком и, как следствие, ясным небом над головой. Вернее, над головой неба как раз-таки не было. Часть пространства заслоняла та самая ветвь, которую я в первый день принял за корабль пришельцев. Пока шли в столовку, я беспалевно поглядывал вверх. Дерево. Однозначно огромное дерево, не влезающее в логику моего прежнего мира своими масштабами. Я даже не видел конца этой ветки, уходящей куда-то за горизонт и уж тем более не мог правильно оценить её размеры. Здоровенная – вот и всё, что я мог сказать.

На равных интервалах от неё в стороны отходили отростки потоньше, сами имеющие тонкие веточки, на которых держались огромные, напоминающие формой листья берёзы, зеленоватые блямбы. Единственное отличие от земного растения, кроме размеров – все элементы местного великого древа располагались в горизонтальной плоскости. Только ствол, как и полагается стволу рос строго вверх, убегая куда-то к недоступным моему взгляду высотам. Если же смотреть в стороны, и справа, и слева угадываются очертания аналогичных гигантских ветвей. Видимо, те самые восток и запад, откуда прибыли ребята Фалко Краса и Лиси Сай.

Вот, значит, что означает понятие "ярус" – четвёрка ветвей, отходящих от ствола на одном уровне. Мы на первом, над головой висит второй, где-то ещё выше есть третий, и загадочное соцветие, которое уже несколько раз упоминали при мне. Вроде как там живёт император, и стоит, то ли его дворец, то ли целый столичный город. Бред сумасшедшего, сказка. Но глаза врать не могут – придётся принять и поверить.

Войдя в столовку, я понял, чем ещё отличается сегодняшний день от вчерашнего. Корневые, веточники, листовые и знать – все теперь одинаково пестрили разноцветными тоху. Барчуков, вроде нас, слегка выделяли только пышные причесоны и косы. Ну и клановые пояса с эмблемами на бляхах, но это, если уж совсем всматриваться.

На завтраке объедаться не стал. Первым уроком значилось – укрепление тела. По моему разумению аналог физры, от которой я в своём родном мире был освобождён последний десяток лет. Подтверждением догадке служил тот факт, что, согласно приписке на расписании, проходило сие занятие на южной малой арене. Где она расположена я не знал, но виденный мной вчера колизей, как я выяснил, был ареной большой. Не зря всё же Рангар тогда посылал двоих наших пошастать с экскурсией. Коренастый блондинчик в синем тоху по имени Влар быстро отвёл всю банду к искомому месту, что пряталось всего в двух шагах от нас за столовкой.

На арену оно походило не сильно. Обычный школьный стадиончик с овалом беговой дорожки, набором турников, лесенок, шагоходов и прочих брусьев. Даже яма с песком для прыжков имелась. Интересно, где они берут тут песок, если мы на ветке огромного дерева?

С дальней от нас стороны арены располагалась небольшая трибуна на три ряда мест, за которой торчал вытянутый одноэтажный барак. Возле него как раз собирались обогнавшие нас студиозы. Это занятие в расписании значилось общим только для нашей ветви, так что толпа получилась не слишком большой. Тем не менее встречало учеников сразу четверо взрослых в коричневых тоху.

– Так, все собрались? – окинул взглядом пришедших широкоплечий дядька с квадратной небритой челюстью, густыми бровями кавказца и усами Боярского. – Тогда быстро переодевайтесь, и начнём. Парни направо, девушки налево. Чистая форма в стопках на входе, обувь оставить у шкафчиков.

Через десять минут мы уже стояли возле трибуны на беговой дорожке, оказавшейся, как ни странно, грунтовой, переодетые в одинаково серые укороченные варианты тоху – тот же цельный комбез-балахон, но с рукавами футболки и штанинами шорт. Ноги босые.

– Меня зовут Бернан Тре, я старший мастер-физик, – представился бровястый мужик. – Сегодня у нас вступительное занятие, на котором мы оценим ваши возможности и разобьём всех на четыре группы. Начнём с отжиманий. Прошу всех на поле.

Мы дружно двинулись внутрь очерченного беговой дорожкой овала. Коротко стриженная трава щекотала босые пятки. Поставь ворота, нарисуй нужные линии, и готово футбольное поле. Интересно, гоняют они здесь в какой-нибудь местный квиддич, или всё свободное время уходит на отращивание магических писюнов?

– Растягиваемся пошире. Левый край, давай дальше. Ещё, ещё... Хватит.

Наконец построения завершились, и мы начали дружно отжиматься под громкий счёт мастера-физика. Мальчики, девочки, высокие, низкие, тощие, пухлые – все поднимали свои тела вверх и снова роняли вниз. Кто-то пока легко, кто-то, напрягшись, кто-то, пыхтя. Я же просто балдел.

Ясен-красен в прошлой жизни мне отжиматься не приходилось от слова совсем. Я и не помню даже, когда в последний раз вообще пытался свершить сей подвиг. Поджарое же тело Рейсана проделывало это упражнение без всяких усилий. Захоти, мог бы хлопать в ладоши на каждом подъёме. Раз, два... десять... пятнадцать. Ни капли усталости. А некоторые уже стали отваливаться.

То один, то другой студиоз, к моему удивлению чаще мужского пола, сдавался и, поднявшись, выходил с поля. Пока не тянули в основном толстячки, но чем дальше, тем больше ребят не выдерживало заданного мастером темпа. Когда к сорок второму отжиманию выбывших набралось около четверти, один из мужчин попросил всех стоящих, отойти в сторонку – похоже, сформировалась первая группа. Продолжая отжиматься я видел, как им что-то рисуют на правом предплечье.

К шестидесяти семи добралась уже половина ребят. На девяносто двух счёт закончился. Неслабый у них тут уровень подготовки. Физрук из моей школы продал бы дьяволу душу и выколол себе глаз за таких учеников. Не скажу, что совсем не устал, но по ощущениям ещё на столько же отжиманий меня бы хватило точно.

Самым выносливым, в состав которых вошла практически вся знать ветви, за исключением слабаков вроде Махавая и части девчонок, поставили на руку красным масляным маркером по четыре крестика. Тем, кто слился чуть раньше, по три. Выбывшим перед ними по два, и по одному остальным.

Глава двенадцатая – Нежданчик

Пройти через центральный холл оказалось не так просто ввиду повышенной плотности заполнявшей его толпы. Судя по всему, последнее перед обедом занятие у всех ветвей разом выпадало на ГУК. Откуда-то справа доносился наигранный смех Лиси Сай. Впереди над головами ребят торчала лысая башка Яхо Гора. Только моего "самого близкого друга" – Фалко Краса не было, ни видно ни слышно.

Лёгок на помине. В открытые нараспашку двери центрального входа с улицы полезла гурьба студиозов – вот и западники. Белобрысый левитант впереди, стая прихвостней дышит своему боссу в затылок. Наши взгляды встретились.

– Привет, Рэ! – вскинул руку Крас. – На физике уже были? Как там твои сестрички, обе в первую группу прошли? Или только Тайре?

И тут у меня в голове что-то стрельнуло. Не успел Рангар, идущий рядом со мной, допереть до смысла направленного на него оскорбления, как я уже закипел. Какого хрена этот мудак себя так борзо ведёт? В ушах свистнуло, плечи и локти отбили барабанную дробь по чему-то разной степени мягкости – и вот я смотрю в глаза Краса с расстояния нескольких сантиметров.

Чужой запах бьёт в нос, слышу частый стук сердца. Не своего. Зрачки Фалко расширены, рот приоткрыт. Страх. Опять же не мой.

– Иди в корни, Рэ!

Фалко резко сдаёт назад, врезаясь в своих подпевал.

– Повтори, что сказал.

– Повторю на арене, когда время придёт.

Левитант уже взял себя в руки, но голос немного дрожит. Поздно. Слабость заметили – тут все зрячие. Победа за мной, пусть я и не хотел этого. Я вообще не догнал, что сейчас произошло. Считай, на ровном месте сорвался. Надо впредь себя контролировать лучше, а то натворю бед со своей супер-силой. Похоже, частичка Рейсана таки осталась во мне.

– Буду ждать с нетерпением.

Прошипел и, отвернувшись, уже в обычном скоростном режиме с гордо вскинутой головой зашагал обратно к своим. Парни и девушки, часть из которых я, видимо, зацепил, несясь на шурсе к обидчику, с опаской поглядывали на меня, освобождая проход.

– Красиво, – иронично прищурившись, оценила мою выходку Тайре. – И оштрафовать не за что, и летунца нашего славно пугнул. Только вот ману всю слил и на откате теперь до вечера сидеть будешь даже со своей десяткой. Считаешь, оно того стоило?

– А ты считаешь, такое нужно спускать?

– Маны я подолью, если что, – выглянул из-за плеча сестры Махавай.

– А ресурс кто ему восстановит досрочно?

– Да ладно, сестра, – вмешался Рангар. – Нам сила сегодня на занятиях не понадобится. О таком бы предупредили заранее.

Похоже, мой братец так и не въехал в смысл озвученного Красом наезда. Но то и к лучшему. С Рангара бы сталось полезть в грозящую штрафами драку даже после моего показательного выступления. Нужно скорее замять уже тему, в которой я мало что понимаю, и топать из этого муравейника.

– Пойдёмте уже. Я за свои поступки оправдываться не собираюсь.

И, не дожидаясь чьего-либо ответа, я зашагал к уходящему в противоположное крыло коридору. Миновав заполненный шепчущимися нам вслед ребятами холл, мы вырвались из толпы и вскоре уже спускались к первому ряду парт точно такой же, как и недавно нами покинутая, аудитории. Даже стол и торчащая позади него здоровенная доска на первый взгляд ничем не отличались от тех, что стояли у муравьеда. Исключением являлся лишь препод, что на тощего Лакро Хая походил разве что наличием рук, ног, тела и головы.

– Тишина! – вместо приветствия гаркнул на весь зал бородатый толстяк в жёлтом тоху. – У нас мало времени. До обеда я должен успеть донести до самого тупого из вас азы моего предмета. Основы возвышения – это вам не ветви на аллоях считать. Коли уж назвались силарами, вы должны знать про силу всё. Сила теперь – ваша жизнь. Я Драм Бор – мастер-возвышенец. Начнём.

К концу вступительной речи препода мои губы окончательно растянулись в улыбку. Этот хамоватый чувак мне определённо нравился. Несмотря на свою внешность борова в этом царстве атлетов, так и излучает уверенность. Таким в прошлой жизни я видел себя самого, доживи моя сальная тушка до зрелых лет. И пофиг, что второй подбородок вдвое массивнее первого, а цвета малюсеньких свинячьих глазок не разобрать ввиду их крохотного размера. Зато, как держится! Вмиг все притихли. Чертовски интересно послушать, что он сейчас будет рассказывать. Где там мой виртуальный блокнот?

– Сила и мана – вот два столпа, на которых держится мир, – торжественно начал Драм Бор. – Кто-то может возразить, припомнив деньги и власть, но второе напрямую связано с силой, ибо без высокого ранга о какой-либо власти говорить просто смешно, а первое... Разве не мы сами давным давно перевели ману в талары и сиверы? Разве у многих из вас нет камней-кошельков, позволяющих расплачиваться без всяких монет? Разве хоть кто-нибудь в этом зале не знает цену манитам и силитам? Вот то-то же. Всё, что в мире нельзя купить за ману, можно взять силой – и это непреложная истина.

– Тоже мне, откровение, – саркастически прошептал Махавай. – Ну, прямо глаза открыл.

Кому как, кому как. Лично мне очень даже. К примеру, до меня только что дошло, что за булыжник я видел у себя в сундуке. Кошелёк. А голубые и жёлтые камушки, небось, эти самые маниты-силиты.

– Что ещё есть мана и сила? – тем временем продолжал толстяк. – Энергия. Но разной направленности. Сила – энергия внутренняя. Она, если хотите, отличает живое, от неживого. Она в разном объёме присутствует в каждом живом существе, включая нас с вами. Мана же – внешняя. Она повсюду, она вокруг, она в самом воздухе. Её нужно только уметь взять. Единственное, что влияет на концентрацию маны – это близость к соцветию. Аллои – не только наши дома, но и источники энергии, на которой держится мир людей. Без них мы давно прекратили бы своё бренное существование.

Ну вот и вторая часть стимула, манящего знать на верхние ярусы – там тупо вай-фай лучше ловит. Теперь в вопросе переселения всё стало на свои места.

– Знаем, знаем, – опять открыл рот Махавай. – В столице манит за одни сутки можно наполнить. Рассказал бы лучше что-нибудь новое.