Древо 6 Финал

Интерлюдия 6

В белой пустоте междумирья:

– Это было по-настоящему страшно.

– Уже жалею, что отправил своего избранника к твоему. Раньше гибель одного из них ещё оставляла нам шанс, теперь они могут погибнуть одновременно – и всему конец.

– Сегодня они уже не погибнут точно.

– Перестав читать мысли своего избранника, ты начала читать мысли чужих? Лично мне пока мотивы этой троицы непонятны. Судя по реакции местных, произошедшее не экспромт.

– Да, сопровождающие их нирийцы определённо знали, что Дрейкусу вынесен приговор. По крайней мере офицеры точно.

– Считаешь, мы здесь наблюдаем игру императора Нири?

– Я ставлю на это, хотя и есть шанс, что свою игру ведут сами избранники.

– Обращение к пленникам? Тоже обратила внимание, как они с ними нежно?

– Их пока и в плен толком не брали. Но всё равно, думаю, мы услышим сейчас предложение от лица именно императора Нири. Ему эта гражданская война на аллое Хо уже поперёк горла. Дрейкус не оправдал своё назначение наместником. Решили пробовать другой вариант.

– Скоро узнаем. Но это всё уже не так важно. Главное, что они пережили этот провал.

– Всё просчитать и предсказать невозможно. Кто знал, что мой избранник второй раз наткнётся на менталиста. Они просто люди.

– Просто люди? Ты говоришь так, будто мы сильно от них отличаемся. Знания, психика, опыт и инструментарий – вот наши отличия. Физически мозг, и соответственно, мысленные способности у нас одинаковы. По факту мы не умнее людей, а любой вычислительной машине нужны вводные, которые кто-то должен задать. Я в ужасе от собственной ошибки. Нужно было предупредить Ли, что среди избранников, служащих империи, поддерживающей врагов Александра, есть менталист. Им нельзя было встречаться ни под каким предлогом. Если бы он прочёл его мысли...

– Уже не прочтёт. И теперь мы знаем, что блокирует связь.

– Да, я перестал его слышать, как только Ли проглотил амулет.

– Похоже, тогда на границе страж гор тоже передал Александру смолу первородного хаджа. За этим роботом арбитрам стоит пристальнее следить. Хотя, после того случая в его поведении больше странностей не наблюдается.

– Это не наша проблема. Пусть разбираются сами. Оба наших избранника теперь имеют защиту от менталистов, и это главное.

– И оба наших избранника остались без наших подсказок. Теперь, даже если захочется снова в обход правил вмешаться, ничего не получится. Прощай соблазн.

– До финала нам с ними больше не пообщаться, но тут уже недолго осталось. Разве что, попробовать договориться с кем-то из игроков, чьи избранники с нашими в команде.

– Ни в коем случае. То, что наши избранники в союзе вторично. Эти игроки нам враги.

– Вот и я о том же.

– Ладно, возвращай уже времени обычную скорость. Будем дальше смотреть.

– Ничего другого нам больше не остаётся. Пока будем просто смотреть. Продолжаем.

Глава первая – Принуждение к дружбе

– Александр, позвольте представиться, Жоффруа Габен. Манник, сорок третья ступень. У меня к вам деловое предложение.

Говоря эти слова, арабчонок подходил ко мне всё ближе и ближе. Хотя, какой же он арабчонок? Француз. В этом мире внешность попаданца с национальностью ничего общего не имеет. Правда, рыжему здоровяку имя Сэм очень даже подходит. Этот тоже приблизился. А вот гигант-физик, наоборот, нас покинул, отправившись обходить гроболёт по кругу с проверкой. Осматривает трофей, отгоняет подальше не участвующих в процессе нирийцев, пугает своей рожей моих ребят, которых силой удерживают в креслах вражеские силары.

– Я вас слушаю.

– Союз, мир, сотрудничество, – принялся перечислять француз. – Взаимовыгодное. Как вы, наверное, уже догадались, наш император разочаровался в своём прежнем ставленнике. Мэл Рэ лишён звания наместника, и мы теперь рассматриваем других кандидатов ему на замену. Но позвольте сначала оказать вам и вашим людям медицинскую помощь. Да и нашим пострадавшим силарам ожоги убрать тоже нужно. Сэм, будь добр, – кивнул на нас своему соседу Габен.

– Господа, ваши руки, – шагнул рыжий менталист к нам с Диего. – Я нацеплю на вас наручники – они отрезают от дара. Но это временная предосторожность для вашей же безопасности. Вы не пленники в прямом смысле слова. Вы...

– Гости, которых мы силой усаживаем за стол переговоров, – подсказал Француз.

Забавно, но, видимо, именно манник возглавляет эту троицу. Как, впрочем, и весь нирийский корпус. Силары в чёрных мундирах мгновенно исполняют приказы любого из демонов и, даже старшие офицеры, которых можно было распознать по одежде, держатся за спинами попаданцев, не пытаясь влезать в происходящее. Вон и пятиранговый дядька в островерхом шлеме, моя недавняя цель, стоит в паре метров от мелкого Жоффруа и молчит. Хотя слушает и смотрит очень внимательно.

– Не сопротивляться! – собрав в кучу остатки сил, крикнул я в трубу связи.

Не знаю, функционирует ли система после аварийной посадки, но сейчас, без свиста ветра вокруг, мой голос должен быть и так слышен всем членам экипажа, кто находится в сознании.

– Как вы снова же догадались, – продолжал француз пока рыжий, защёлкнувший на нас с неперестающим стонать Диего наручники, направился к остальным нашим друзьям, – дар сейчас пропал тоже не сам по себе.

– Мне знакомы способности демона-менталиста, – оборвал я нирийского манника.

"Они в курсе", – удивил меня Трах.

– Знаю, знаю, – улыбнулся Габен. – Те браслеты, что нашли у вас на соцветии люди Рэ. Их создатель был вашим другом? Он погиб? Почему его нет с вами сейчас? Мне было бы очень интересно послушать историю о ваших путешествиях. Вы же чуть ли не к самым горам ходили.

Надо же, какой ознакомленный с моим личным делом попался. Походу, нирийскому императору захотелось завербовать себе ещё демонов вместо того, чтобы воевать с ними. Окей. Дипломатический подход мне нравится больше. Так-то они могли тупо посворачивать нам шеи. Мы уже в любом случае в выигрыше. Вот только сейчас дипломат из меня никакой. Скорее бы уже подлечили. Болит всё капец.

– Месье, зовите уже лекарей. У меня жопа сломана. Оно, знаете ли, как-то не располагает к светским беседам.

– Ну что вы, Александр? Как можно? Я не стал бы специально тянуть. Сейчас Сэмюэль закончит с наручниками, и мы сразу же вами займёмся.

– А у меня как раз всё готово, Жоф, – послышался у меня за спиной голос рыжего. – Возвращаю силу?

– Давай, – разрешил Габен.

В тот же миг, по небрежному взмаху худощавой руки француза к нам с аргентинцем подскочил нириец из ждущих поблизости. Краем глаза я заметил, что другие силары, судя по всему тоже лекари, торопливо полезли на гроболёт. Пара быстрых касаний – занявшийся нами медик определённо был не ниже четвёртого ранга – и я снова стал прежним собой. То есть полностью здоровым, но напрочь лишённым магии.

– Святые небеса, – выдохнул рядом Диего. – Я чуть не подох. Алекс, ты себе даже не представляешь...

– Представляю, – оборвал я пилота. – Доводилось подыхать. И не раз. Месье Габен, нам позволено вылезти? А то как-то неловко. Мы сидим, вы стоите.

– Да, конечно, – рассмеялся француз. – Выбирайтесь. Я сейчас прикажу подготовить нам подходящее место для переговоров.

Жоффруа отвернулся к своим, а я, наконец, скинул чёртов ремень, вылез из кресла и спрыгнул на землю. Диего последовал моему примеру. Они что, даже не попросят нас сдать клевцы?

"Их наручники – не твои браслеты. Ты клевцом их не снимешь. Присмотрись, там ключ нужен."

И действительно, артефакты нирийца хоть и не отличались от сделанных Хаманом Зи в плане действия, внешне совершенно не походили на лёгкие одиночные браслеты, доставшиеся мне от ублюдка трофеями. Массивные, тяжёлые, с жёсткой сцепкой. И с чего они вобще называют эти кандалы наручниками? Такие снимешь только, если обе руки отрубить.

– Миля?! Где Милька? Саша, её придавило наверное! Скажи им, пусть ищут! Пусть оживляют, уроды!

Тола явно со своего фланга не видела, как моя малышка-супруга подбегала ко мне и стреляла в гиганта из лука.

– Толачка, всё хоросо! Я сыва. Меня только помяли чуть-чуть.

Лими, замотанную каким-то длинным шарфом, словно детскую куколку, держал в руке неандерталец-переросток Хосе.

– Отдать, или пускай у меня пока попищит? – спросил великан у Габена. – Я бы такую себе тоже завёл. Хорошенькая.

В его лапе малютка фили смотрелась совсем крохотулей. Даже в обмотке не больше пальца гиганта.

– Возвращай, конечно. Это же супруга господина Углова.

У нас внешней разведки нема, зато у этих глаза и уши похоже везде. И всё-то он знает.

– Я сниму эти тряпки? – показал я на обмотку супруги.

– Если девушка пообещает себя хорошо вести, то снимайте конечно.

– Будь при мне. Не пытайся удрать, – попросил я Лими. – Тут, оказывается, всё не так плохо, как нам показалось.

– Буду паинькой, – пообещала малявка. – Сквозь такую толпу всё равно не прорваться, – добавила она шёпотом.

Глава вторая – Халк крушить

– Я слушаю.

– Дальше пройдёт только десять, – повторил слова моего невидимого собеседника Кракл.

Это он про финал что ли? Забыл, что при местных на такие темы нельзя разговаривать? Хотя, что по этим словам поймёт Червь? Ничего не поймёт.

– Мы думали, что вас четверо. Но вас шестеро, и это ещё лучше. С нами получится девять. Время одиночек и малых групп в прошлом. Другие сбиваются в команды. Одна такая уже нам попалась. В трёх аллоях отсюда они уничтожили нирийскую армию. Император напуган. Ему наплевать на Хо, ему нужны вы. Нужны у себя на службе. Но это тупик. Мы с Хосе и Жофом, и действительно, пришли предложить вам союз. Но не, как генералы Нирона, а от своего имени.

– Мы только за, – не стал раздумывать я. – Освобождай нас, и вместе валим отсюда. Наш корабль практически цел. То, что ящик с извергом разломался не важно. Ваш манник заменит секта.

– Нет. Мы об этом думали. Не стоит считать обычных силаров ни на что не способными слабаками. Если защиту громобоя активировать на земле, мы не сможем взлететь. Если её не ставить, нам взлететь не дадут. Тут сотни опытных боевых силаров. У Гленса приказ: если что-то пойдёт не так, уничтожить вас любой ценой. Может и получится вырваться, но это большой риск. У нас есть другой план. Тем более, что просто сбежать – этого мало. Здесь самые отборные силары, ветераны, знать – один из четырёх кулаков Нирона. Если мы сбежим, маршал Драйд уведёт их с аллоя. Мы должны убить всех.

***

Утром нас накормили, позволили справить нужду и распределили по харцам, то есть по нирийским силарам, за спинами которых мы устроились в спаренных сёдлах, какими были оснащены практически все секты корпуса. Теперь, после нашего вчерашнего налёта, чуть ли не половине шестилапых коняшек приходилось нести на себе по двое седоков, что, впрочем, никак не сказывалось на скорости передвижения.

Тракт стрелой бежал в сторону ствола. Совершенно пустой стрелой. Вести про идущих нирийцев обгоняли отряд, и народ успевал освободить дорогу. Воевать с несколькими сотнями силаров в этих краях сейчас было некому. Все боеспособные части, будь то дружины знати или городские гарнизоны, давно уже вызваны в Кано. Да и не было на ветви третьего яруса сил, способных дать отпор такому мощному врагу. Раньше не было. Теперь, благодаря мне, наштамповавшему уйму четвёрок, есть, но сражаться с захватчиками придётся не магам.

План пожелавших покинуть нирийскую службу трёх демонов был с одной стороны прост, с другой сложен. Нравился мне он не особо, но мой собственный с бегством на гроболёте нынче растерял актуальность. Летучий корабль вместе с придавленным обломками своего короба Бигмаком остался лежать, где упал. Я, конечно, спрошу у Диего, когда вечером нас опять соберут на ночёвку всех вместе, но тот вряд ли в состоянии сам лететь и одновременно удерживать в воздухе больше десятка объектов. Причём, лететь быстро и долго.

На полуденном привале Давьяд Драйд пригласил меня вместе с ним пообедать. Кроме маршала за раскладным столом расположились те же двое: Жоффруа Габен и чекист – забыл как там его звать, для меня он теперь "Рыбьемордыш".

– Завтра мы доберёмся до Кано, – закончив с нехитрой походной едой, начал маршал. – Хойцы готовятся к обороне. Про то, что вы у нас... гостите им не известно. Уж не знаю, виной тому разбитая летучая повозка или отсутствие от вас вестей, но в городе вас сочли погибшими.

– Ваши шпионы не зря получают талары.

– Тут не заслуга осведомителей. Про это в Кано знает каждый простак. В городе паника. Без своих демо... ангелов юная Инфантина в военном плане может немного. Надо бы успокоить народ и вашу принцессу. Александр, вы не против, если мы возложим эту миссию на хрупкие плечи вашей супруги?

Так вот почему они держали Лими отдельно. Не хотели, чтобы малая была в курсе происходящего.

"Любой коварный план, что ты мог придумать, передать через жену не получится. В этом их логика."

Трах прав, но нирийцы не знают, что у нас и без того имеется способ передать своим весточку. Подойдём ближе к городу, и Червь свяжется с кем-нибудь из менталистов. Надо не забыть теперь сказать Краклу, чтобы попросил однодарца соблюсти максимальную секретность. В Кано у нирийцев есть свои люди, возможно даже в совете. Если шпионам станет извесна наша задумка, всё накроется тазиком.

– Я только за. Лими быстрая. Какое послание ей передать?

– Не нужно. Мы всё передадим сами, – подтвердил мои догадки чекист.

Голос у Рыбьей морды оказался на удивление хриплым. Таким приказы нормально не поорёшь. Только шипеть и годится.

– От вас требуется только подтвердить важность миссии. Мы не хотим, чтобы фили вместо Кано, удрала куда-то ещё.

Если маршал старался играть в вежливость, то этот хрен в кайзерском шлеме с колючкой, и тоном, и мимикой открыто демонстрировал своё презрительное отношение к пленнику.

– Хорошо, – буркнул я.

– Тогда пойдёмте, – поднялся из-за стола безопасник. – Письмо уже написано.

***

Клетка Лими обнаружилась неподалёку. Длинные ремни удерживали её на спине наверное единственного на весь отряд вьючного харца. Переносная тюрьма фили занимала слишком много места, чтобы кроме неё на секте поместился ещё и наездник.

– Как ты тут, Лими? – помахал я прильнувшей в решётке жене.

– Ой, мус! Как я рада! Отдыхаю. У меня тут гнездо что надо – всё есть: и поесть, и поспать, и водички попить. Вы там как?

– Мы нормально, – не стал я вдаваться в подробности. – Нири мир предлагает. Едем в Кано. Тебе нужно будет отнести Фае письмо. Не моё, с предложением от них, – кивнул я на застывшего у меня за спиной Рыбьемордыша.

Стоит, слушает. Скажу, что не то, всё отменят. Чекист предупредил меня пока шли сюда, чтобы ничего лишнего.

– Мир – это хоросо, – оживилась Лими. – Значит, вас тосе отпустят.

– Если с Фаей договорятся, отпустят.

– Давайте васе письмо, – поманила фили высунутой в ячейку решетки рукой Рыбьемордыша. – К утру будет, где надо.

Глава третья – Что нас ждёт

Закатное солнце скатилось куда-то за ветвь, но в мире пока достаточно света. Сумерки не настолько густы, чтобы спрятать детали разыгрывающегося на площади действа. А зрителей здесь сейчас собралось – многие тысячи. Желающих посмотреть на казнь Рэ значительно больше, чем место способно вместить. Все подходящие к площади улицы, все балконы и окна, все крыши домов – всё забито народом. Ступени ратуши, где напротив помоста с виселицей выстроился вокруг Фаи в полном составе совет, тоже ломятся от знати, офицеров, моих приближённых и ангелов.

Сам же я стою непосредственно в центре внимания масс, рядом с Дрейкусом, на чьей шее обвилась петлёй верёвка. Приговор зачитан, плевок в мою сторону, заменивший низложенному наместнику последнее слово, плюнут. Осталось только выбить из-под ног Рэ подпорку, и правосудие будет свершено.

Сегодня я обвинитель, судья и палач. Убьёт моего врага собственный вес, или верёвка – это, как посмотреть – но система, законам которой подчиняется игровой мир-полигон, засчитает фраг в мою пользу. До меня проверено сотнями казней. У Дрейкуса сорок вторая ступень, а выкачка такого объёма силы даже у Конарка займёт чересчур много времени. И потому индус накинул на меня способность стопроцентного сбора. Так проще. Не помирать Рэ нулёвкой. Примем за акт милосердия.

Хотя, никакой жалости к врагу нет и в помине. Будь моя воля, не стал бы воскрешать эту падаль. У Толы получилось красиво и вовремя отправить мудака в бездну, и хрен с ней, с потерянной силой. Но законы высокой политики требуют устроить принародную казнь предателя, и я с холодной головой толкаю ногой подставку, на которой стоит Рэ. Для меня он давно уже труп.

Вздох толпы сменяется воодушевлёнными выкриками. Дрейкус в воздухе пляшет последний танец. Это уже точно финальная смерть для него. Там на поле сражения, где он бился с Трахом, пало немало достойных людей, и не всех из них мы успели поднять. Рэ занял чьё-то место, ожил, чтобы ещё раз умереть. Но так надо. Одно из тех сложных решений, что висят каменным ожерельем на моей совести.

Нет, никто из моих друзей и соратников ближнего круга не ушёл навсегда. Грай, Ферц, Ли, сёстры Тре, Чеча... все они живы. Воскресить не успели шестнадцать солдат и семь хойских силаров из тех, кто на харцах блокировали пытавшихся удрать всадников Нири. Враг, кстати, ни один не ушёл. В этом плане мы справились. Теперь император Нирон, шестой своего имени, хорошенько задумается, стоит ли ему продолжать войну с Хо.

Чтобы думалось лучше, отправляю ему послание. Передаст Давьяд Драйд. Маршал единственный из нирийцев, кого мы оживили. Завтра, опущенного до нулевой ступени вражеского маршала подвезём к краю ветви соседнего аллоя. Для Диего поднять в воздух баржу проблем не составит, а вместо Бигмака ману с ресурсом нам даст Жоффруа.

Впрочем, безногого изверга, как и вторую часть гроболёта мы не оставим валяться у тракта. Возьмём с собой мастеров, высадим их на месте падения, и пока будем отвозить обнулённого старика – к утру Конарк точно успеет опустошить сороковку – штурмовик восстановят. Будет в нашем воздушном флоте теперь сразу два судна. На одном я летаю с Диего, на другом мэлу Хассо и Фалко с парнями выдавать горючку станет пополнивший наши ряды демон-манник. Всё, не вспоминаю больше мудака Джексона. На смену почившему америкосу пришёл более адекватный француз. Хотя, знакомиться с новичками поближе нам только ещё предстоит. Может, этот Жоффруа тоже гнида конкретная.

Задумался что-то я. Дрейкус больше не дрыгается. Кончилась моя эпопея с Рэ. Вычёркиваю из жизни и занимаюсь другими проблемами. Завтра слетаем в Нири, послезавтра – наверх. Там как раз войско первоярусной знати подходит. Надо бы сообщить мэлам, что им больше незачем и не за кого сражаться. Надеюсь, у военачальников хватит мозгов принять предлагаемую Инфантиной амнистию.

Всем, кроме представителей мятежного клана Рэ, Фая, что мы уже обсудили в совете, дарует своё императорское прощение. Это должно сработать. Ну, а не сработает, так Асторэ вот-вот завершит подъём. Вместе с Вольными и ополчениями с других ветвей яруса мы врага разобьём. Но этот кровавый вариант я даже рассматривать не хочу. Не совсем же они там дебилы, не пойми ради чего лезть на превосходящую во всех отношениях армию, в которой – на минуточку – имеется ко всему ещё и девять демонов.

Ну, а решим внутренние проблемы, так и подходящую к корням армию Нири разворачивать станем. Хотя, и тут верю, что битвы не будет. Нирон хотел мира, он его получил. Пусть и на наших условиях. В послании всё изложено простым языком: не лезете к нам, мы к вам тоже не лезем. Подозреваю, что бояться нам теперь нужно не Нири, а тех, кого боятся сами соседи. Амбиции местных царьков нынче отходят на второй план, уступая разборкам богов-игроков, чьи избранники из кожи вон лезут, чтобы пробиться в финал. Девяносто дней – большой срок. Расклады могут ещё много раз поменяться, и это не только я понимаю.

***

– А вы, небось, думали, что мне в кайф живётся такому здоровому?

Кое-как протиснувшийся в холл ратуши великан, сложив ноги по-турецки, сидел на полу. Остальные восемь попаданцев, включая меня, с комфортом расположились в принесённых сюда загодя слугами креслах. Никаких иных помещений, способных принять первый "слёт ангелов" в центре города не нашлось – Хосе тупо не мог попасть внутрь из-за узости дверей, да и потолки здесь высокие.

– Тоже мне проблема, – скривился Чеча. – Ты любую дверь, если надо, вынесешь.

Разговаривали свободно, в полный голос. Оказавшийся ирландцем по фамилии Кин Сэмюэль объяснил, что почувствует, если кто-нибудь попытается нас подслушать, хоть ушами, хоть при помощи дара. Впрочем, в ратуше сейчас кроме нас никого не осталось. Специально попросил разойтись всех пораньше. Вечер короток, ночью надо хоть немного поспать, а обсудить нам предстоит многое.

– И любую кровать раздавлю. Я уже и забыл, как оно спать на мягком. Но самое паршивое не это. Я огромный уродец. Думаешь, таким быть прикольно? От меня даже самые страшные бабы шарахаются. А ведь дома я был красавчиком не хуже амиго, – кивнул гигант на Диего. – У меня куча поклонниц была. Небось, слышали про El Demonio? Так это я и есть. То есть был.

Глава четвёртая – Немножко садизма

Конечно же, я её поздравил. И не один раз. Это было божественно. Я словно повторно терял этой ночью девственность вместе с любимой. Час, два, три... Откуда взялись только силы? Заснули мы в обнимку под утро, счастливые, как никогда в жизни. По крайней мере за себя я могу поручиться. Это несомненно был мой лучший секс. Секретный ингредиент под названием "чувства" придал ощущениям совершенно другой новый уровень. Да, это моя женщина – без вариантов. Теперь я в этом убедился наверняка.

И никаких угрызений совести. Переспал с малолеткой? А вот нифига. Пятнадцать лет – это местные года. Здесь день значительно длиннее и год соответсвенно тоже. Земной физиологический возраст у Фаи не меньше семнадцати, что, собственно, и по фигуре понятно. Несовершеннолетняя по нашим российским законам? И что? В земном средневековье гораздо моложе девчонок, и замуж выдавали, и в бордели продавали, а тут другой мир со своими традициями и правилами.

Да и кого в девятнадцать парит, что подруга на два года младше? Хотя... Без понятия, какое сейчас число по земному календарю, но месяц по идее осенний. Я тут уже дольше земного года, а значит мне двадцать. Вот блин! Собственный день рождения прощелкал и днюху своей тушки, наверняка, тоже. По местному мне небось восемнадцать. Не будь войны, учился бы уже на втором курсе академии. Все бы учились.

Везёт Фае – сегодня с утра никаких официальных мероприятий в её планах не значится, любимая может спать до обеда. Меня же Трах разбудил едва я сомкнул глаза. Бесчувственный робот! Надеюсь, он хотя бы не подглядывал ночью. Наверняка, может как-нибудь отстраниться, закрыться. Чай, не Рейсан, что держал мне свечку до своей скоропостижной кончины.

Проклятая баржа не была оборудована удобными креслами. Пришлось мне, положив болт на имидж первого маршала, устроиться прямо на дощатом полу возле заднего борта. То есть на палубе возле борта кормового. Судно же ж, хоть и летучее. Когда-нибудь мы построим на замену этому корыту крутой и комфортабельный крейсер, с отдельными каютами, с откидными, как в поезде, койками в них. С мягкими койками.

Я проспал весь полёт. Даже высадку бригады плотников и разгрузку возле штурмовой составляющей гроболёта, которую заберём на обратном пути. Разбудили меня только, когда пришла пора подбирать место для посадки. Кончик ветви чужого аллоя, как приграничная территория, был набит боевыми силарами. Эту зону мы тупо пролетели на большой высоте, оставив под днищем укреплённый нирийский форт, где в довоенное время располагалась в том числе и таможня.

В мире гигантских деревьев торговля между странами велась исключительно верхним путём, причём преимущественно на уровне третьего яруса, где расстояние от ветви до ветви на кончиках не превышало лиги – вполне преодолимая дистанция даже для левитантов второго ранга. Впрочем, в мирные времена между ветвями соседних деревьев, растущих строго навстречу друг другу, перекидывались подвесные мосты, а по воздуху грузы возились только на верхних ярусах, где расстояния были значительно больше.

Забавно было смотреть, как стремительно расширяется ветвь под нами. Уже к месту, где в стороны отходили две первые ветки, ширина основной разрослась до десятка лиг. Тут по нам уже не лупили с поверхности атакующими заклятиями, и у нас появилась возможность спуститься.

Давьяд Драйд, с хмурой рожей, в попытке сохранить остатки достоинства, не прощаясь, спрыгнул на землю. Не завидую маршалу. Император Нирон вряд ли сильно обрадуется, узнав об итогах похода за демонами. Наверняка, этого старика я больше никогда не увижу.

Обратную дорогу я уже продремал, сидя на лавке у бокового борта. Последствия ночи любви давали о себе знать вплоть до полудня, и только в кресле штурмовика, который в наше отсутствие успели подлатать, я, наконец-то, почувствовал себя вполне бодрым. Рядом проверенный пилот-Дерек Хассо, в коробе под корпусом старый добрый Бигмак, прежний экипаж в полном составе на своих местах. Напоминанием, что за прошедшие дни многое изменилось, параллельным курсом летит слева баржа. Первый воздушный флот дальнего действия в мире аллоев. Впрочем, у конкурентов могут иметься, и свои попаданцы-манники, и свои демоны-левитанты. Теоретически можем быть и не первыми. Ну, а летучих судёнышек с меньшим запасом хода и со скоростью пониже, тут и без нас хватает. Местные тоже не дураки полетать.

По возвращению в Кано сразу был вызван на очередное собрание в ратушу. Асторэ на ветви! Завтра вся армия Вольных будет на ярусе – подъём завершён. Ополчения соседних ветвей тоже собраны. Силары севера, востока и запада двинулись поясным трактом к нам. Солдаты ждут пока у себя. При удачных раскладах, их помощь нам не понадобится. Да и маршала Юко в идеале отправлю обратно на корни, как только его бойцы отдохнут.

Но это всё уже дела завтрашнего дня. На сегодня я с официальной повесткой закончил, теперь к друзьям и соратникам-демонам. Хочу испытать шкуру нашего великана на прочность. Пара мыслей на сей счёт родилась в голове ещё вчера, сейчас же, пока летели, придумался ещё один фокус. Под полигон пришлось задействовать всю ту же многострадальную площадь. Хотя, она у нас уже, и аэродром, и плац, и огромный шатёр для Хосе появился в углу – оперативно сработали работники мэра.

Если бы не ожидаемое переселение на соцветие в скором времени, задумался бы над переездом в форт академии. Там, в отличие от города, много свободного пространства. Пока же на территории моей альма-матер квартируются не влезшие в Кано дружины знати. Учебный процесс остановлен, и теперь до завершения войны все бывшие студенты досрочно зачислены в воины. Надеюсь, каникулы не затянутся. Похоже, я действительно вырос. Стал рассуждать, как правитель. Вот, что упавшая на плечи ответственность делает даже с молодыми людьми.

***

– Куда бить?

Чеча с клевцами в руках стоял напротив гиганта, кровожадным взглядом мясника буравя свою экспериментальную жертву.

– Давай ногу, – кивнул на свою древообразную конечность Хосе. – Только в мясо. Колено не трогай.