Дроган

Глава 1. Горящее море. Кошмар молодых капитанов.

Красивый пейзаж. Взволнованное море билось о камни, рассыпаясь мириадами брызг, пенилось и вновь накатывало на берега небольшого острова. Он находился рядом с берегами Англии. Очень приятный маленький, зеленый участок суши, где жили люди, посвятившие свои года морю: рыбаки, моряки, пираты-разбойники, которые на острове считались силой. Благодаря им портовый город все еще стоял. Он назывался - Дроган. Этот городишко приютил морских бродяг, людей свободы, которые любили плавать по бескрайнему океану и видеть мир.

Когда они старели, то оседали в этом местечке и жили со своими семьями, а взрослые сыновья продолжали дела своих отцов, обеспечивая семью, включая родителей. Большие скалы возвышались вокруг, а на скалах росли деревья, пряча город от чужих глаз. В этом местечке был всего один ресторан — «На крючке», где люди отдыхали, набирались сил, влюблялись, делали предложения и… ссорились. Рядом с ним и начинается наша история:

— Паф!..

— Паф!..

Два пистолетных выстрела прозвучали почти одновременно. Одна из пуль попала в кошку, которая стала свидетельницей ссоры двух друзей. А ведь она не имеет никакого отношения к ссоре. Вторая пролетела мимо, но рядом с целью. Но в итоге, ни один из выстрелов не задел противников.

Но кто же это? Неизвестно. А ведь именно на этом моменте было бы уместнее всего сообщить их имена. С уверенностью можно утверждать только то, что это местные жители. В портовом городе почти каждый знал друг друга в лицо, здесь повсеместно уважение, а ссоры редки, но, если они и происходили, то решались дуэлью на пистолетах. Эта дуэль произошла на самой пустынной улице, на улице семи пальм. Капитан порта, а он был одним из них, приблизился к оппоненту и вскрикнул:

— Доолан! Я по-прежнему уверен, что ты не пара для моей дочери! — Заявил он.

— Нет, сэр! Послушайте же! Мы любим друг друга! — Возразил его противник, Доолан.

Ссора грозила вспыхнуть с новой силой, это сулило еще одной потерей в кошачьих рядах, но их остановил один из секундантов.

— Выслушайте же его, Капитан. Любовь — все же светлое чувство! — воскликнул штурман шхуны «Красавчик», Астор Филдс, — пойдёмте уже обедать, там и обсудите чувства Доолана к вашей дочери, не хватало, чтобы портовый город потерял одного из лучших!

— Погоди, Астор, продырявлю его пулей разок и пойдем, — ответил капитан Богумир, поджимая губы и целясь в Доолана. — Будут последние слова?

— Если вы этого хотите, то я так просто не сдамся! — Ответил Доолан, вытаскивая еще один кремниевый пистолет из-за пазухи. Пару выстрелов пролетело мимо.

— Капитан Богумир, прошу вас! сядьте за стол и поговорите за кружечкой рома — испугавшись за жизнь капитанов, проговорил Астор — Умоляю вас!

— Эх, ладно, черт с тобой! Астор, веди! — зло выдохнул Богумир, засовывая пистолет в кобуру, — Пойдем, Доолан!

Спустя пару минут, ко всеобщему удовлетворению, между капитаном и ухажером дочери было достигнуто перемирие. Капитан, Флибустьер и их секунданты направились в местный портовый ресторан «На крючке», который находился на этой же улице.

Они шли по улице Трех Пальм, по плиткам, вокруг слышался смех, дорога сегодня была оживленной. Люди сидели под лучами солнца, у деревянных столиков, специально сделанных для того, чтобы прохожие могли присесть летним, тихим, вечером и поговорить. На площади "Агатового цвета", которая виднелась отсюда, танцевали польку, звучала музыка, люди веселились.

Утром — дуэли, днем и вечером — беседы и танцы, это обычное течение жизни в городе, к которому все привыкли, и даже выстрелами пистолетов их не удивить. В конце вымощенного брусчаткой пути, уже виднелся ресторан, он выделялся, привлекал внимания, так как рядом с ним горел фонарь красного цвета, моргая, будто предупреждая об опасности. Богумир направился к ресторану, призывая спутников следовать за собой.

Это заведение принадлежал старому моряку, который некогда был коком на своем корабле. Поварешки и котелки судна с кухонкой, он поменял на сушу и размах габаритов, став еще и прекрасным бизнесменом. Его стряпню любили все в округе, деликатесы, выходившие из-под его руки были великолепны. Повара хвалили, почитали, о нем слагали легенды, осталось только в статус бога еды возвести и всё, титулы достигнуты и вершины кулинарии захвачены.

Когда Богумир и его спутники начали приближаться к ресторану, до них донеслась музыка и громкий смех. По видимому, сегодня здесь было весело. Бриг «Золотая лань» вернулся из кругосветного путешествия. На предплечьях членов команды красовались татуировки «Нептуна» и «Парусного корабля», они обогнули материк, побывали в Китае, поэтому сегодня было здесь так шумно.

Когда компания из четырех человек вошла в ресторан, внезапно стало тихо, все обернулись на них и увидев, кто вошел, дружно ринулись приветствовать капитанов и их спутников, здороваясь наперебой:

— Добрый вечер, господа! — Поприветствовал только что вошедших людей высокий моряк в матроске, — присоединяйтесь к нам, капитан Доолан, капитан Богумир, просим вас, разделите вместе с нами такой прекрасный вечер! - каждый из моряков был бы рад разделить трапез с почитаемыми и уважаемыми капитанами.

— Спасибо за приглашение, но мы вынуждены его отклонить, господа! — уведомил их Богумир, вежливо отказав, и виновато посмотрев на них, добавил:— у нас тут серьезный разговор, простите нас и не обижайтесь, пожалуйста.

Глава 2. Беды портового города.

— Да… знаю — недолго подумав, прошептал Доолан и начал рассказывать историю: — Это корсары с корабля «Лживое золото». Капитан этого судна - Антонио л’Олонэ, старый пират с юга Франции, человек, который питает сильную ненависть к англичанам, то есть к нам. Насколько мне известно, Л’Олонэ человек, которого сильно помотала жизнь. Он был сыном простого портового рабочего, попал на корабль еще подростком. Работал на капитана Моргана с семнадцати лет, и за свою жестокость и непоколебимость к двадцати годам стал его правой рукой.

В Двадцать два потерял родителей, их убили враги команды, в которой в то время состоял Л’Олонэ. Теми, кто убил его родителей, как бы это не было иронично, были жители нашего города. Это люди «Золотой лани». За совершенный проступок и смерть родных, Л’Олонэ поклялся когда-нибудь уничтожить все то, что мы построили, разграбить все то, что мы нажили. Видимо, этот день настал сегодня.

Антонио знаменит тем, что выплескивает ярость в битвах, великолепно орудует шпагой и пистолетом. Также он известен страстью к пыткам. В его арсенале много способов получения необходимой информацию от вражеских экипажей и команд. Ходят слухи, что однажды Антонио л’Олонэ, прежде чем уничтожить захваченную команду испанских моряков, прилюдно вырезал и съел еще бьющееся сердце их капитана, оставив лишь одного выжившего. Этому бедняге, капитан л’Олонэ передал письмо, адресованное губернатору Кубы, в котором торжественно поклялся, что никогда не оставит в живых ни одного англичанина, встретившегося на его пути. Многим именитым английским экипажам, в случае столкновения с флотом французского пирата, приходилось сражаться до последнего вздоха, прекрасно осознавая, что пощады они от него точно не дождутся. Алекс, пребывавший в воспоминаниях, а так же тех самых моментах, о которых рассказывал, вернулся в реальность, посмотрев на возлюбленную. И тут же заметил, что она дрожит. Ему и в голову не могло прийти, что Кэт испугается поведанной им истории. От представшей перед ее глазами картины и осознания, что французский капитан может пытать и в итоге убить ее отца, команду и родных на глазах горожан, вырывав из их груди бьющееся сердце и есть, смакуя и слизывая капающую каплями кровь, слышать при этом стоны и крики, наслаждаться ими, Кэт не могла прийти в себя и чуть ли не билась в конвульсиях истерики. А тут еще и вечерело, становилось холоднее. К дрожи страха прибавилась и дрожь холода. Чтобы успокоить любимую и согреть ее, Флибустьер снял накидку камзола и положил на плечи любимой, чтобы хоть как-то ее согреть.

— Мы скоро прибудем. Кэт, потерпи, — сказал Алекс, застегивая верхнюю пуговицу камзола, чтобы он не упал с плеч любимой, продолжая согревать и защищать от порывов ветра.

— С-спасибо, — только смогла выдавить Кэт. От всего услышанного, ей и правда было страшно, но в то же время и холодно, ведь морская пора уже чувствовалась резкими порывами, стоило им начать приближаться к краю острова.

Они шли молча. Алекс думал о том, как бы прорваться без потерь, а Кэти пыталась согреться и переварить историю о жестоком капитане Л’Олонэ. Навязчивые мысли о том, что этот капитан мог легко съесть и ее сердце, не давали покоя. Она то и дело вздрагивала, прокручивая уже в сотый раз картинку, на которой жестокий капитан брал нож и съедал сердце, нанизанное на острый кончик лезвия.

Таким образом, они добрались до разрушенной, каменной арки, украшенной символами древних ацтеков, с изображением перца чили в канале с водой, змей над зубами, холмов и рук, держащих кукую-то траву. Многие символы были не понятны, из-за мха и трав, что свисали с нее. Те, уцелевшие крупицы, давали понять, что некогда, здесь было священное место, которое разрушили, разворовали и уничтожили.

Когда Кэти и Алекс отодвинули свисающие с арки растения, им открылся вид на порт: маленькая тропинка, ведущая мимо разрушенных домов, рядом с которыми валялись обломки от кораблей, челюсти от кранов, некогда помогавшие загружать контейнеры и деревянные ящики, цепи от якорей, рыболовные сети с большими, ржавыми крючками для ловли рыб, пятна неизвестной жидкости, и расплесканное моторное масло на травах и кустах. И кривые, местами поцарапанные, вывески магазинов, свидетельствовавшие о том, что это место некогда было частью Дрогана.

— Добро пожаловать в порт последней надежды! - сказал Алекс, показывая на порт, приглашающим жестом предлагая следовать вперед, по узкой, вымощенной булыжника тропинке.

Это была заброшенная часть острова с верфью, где строили корабли для больших плаваний. Именно здесь были построены корабли четырех известнейших капитанов острова: капитана Аластора Доолана, капитана Скарлета Романова, капитана Богумира Кима и капитана Ролана Рамиреза. Порт был заброшен, когда двое из них, погибли у мыса Горн.

Это было ужасной новостью, но два корабля пошли ко дну: Капитан Доолан зацепил корпус на скалах, а капитан Ролан был потоплен в бою. После этих событий, оставшиеся капитаны Богумир и Скарлет бросили море и осели на суше: капитан Ким начал развивать инфраструктуру и боевое оснащение острова, став команданте, а Скарлет уплыл на родину, в Россию.

— Кто эти люди, Алекс? Нас нашли? — спросила Кэти, со страхом в глазах, когда заметила, что тут рыскали люди в поисках чего-то.

— Нет, Кэт, не бойся, — Обнимая за плечи, Алекс успокаивал возлюбленную, — это мои люди. Команда «Альбатроса», я попросил лоцмана привести их сюда. Мы, это место, когда-то рассматривали, как постоянную базу, но времена потихоньку менялись. Твой отец выделил место для швартовки нашего корабля, поэтому мы и не перебрались сюда. А эта пристань так и осталась неприбранной и забытой, но ее время пришло.