Душа принца

Пролог.

Ночь. Тихая и спокойная. Мягкий , почти молочный лунный свет проникал в королевские покои одного из принцев. Мягкая игрушка зайчика сидела на больших подушках кровати и улыбалась. Маленкие , словно чёрные бусинки, глаза игрушки отражали свет и казались живыми. Не тронутая постель нежно голубого цвета была хорошо выглажена и аккуратно сложена на край кровати. Некогда чистый кафельный пол был испачкан. Лужи алой жидкости , что ещё вчера текла в теле молодой женщины, такой жизнерадостной и яркой, пачкали его. Ещё вчера она улыбалась и говорила обладателю этой комнаты о его светлом будущем, в котором она будет рядом. Теперь ни о каком будущем не может быть речи. Оно было убито вместе с этой женщиной, его матерью.

— Это ты виноват в её смерти! Никчёмное отродье! Позорище! – Король ходил из угла в угол, посматривая на сына. Тяжелые шаги эхом раздавались по королевским покоям нынешних правителей. Его брови сдвинулись к переносице, образуя глубокую складку на лбу. Морщины, обычно незаметные, ярко виднелись на , ещё молодом, лице мужчины. Губы были сложены в тонкую полоску и слегка подрагивали.

Подросток стоял босиком на холодном кафельном полу, и холод как будто тянулся вверх по ногам, пробираясь в самое нутро. Его длинные розовые волосы спадали волнами на плечи и на синюю ночную рубашку, пряди тускло блестели в свете лампы. Штаны — такие же синие, как рубашка — были слегка запачканы кровью, едва заметными коричневыми разводами; запах металла был едва уловим, но вместе с ним в комнате витала еще и горечь испуга.

По щекам юноши текли крупные слезы — они оставляли дорожки на бледной коже и капали на кафель тихими точками. Он тихо всхлипывал, стараясь не делать резких движений: плечи его дрожали, дыхание прерывисто поднималось и падало, пальцы бессильно сжимали край рубашки. Каждый вдох казался слишком громким в этой маленькой комнате.

Тихий, приглушённый звук всхлипывания наполнял тишину помещения, вызывая раздражение у расхаживающего рядом взрослого мужчины — строгого и сурового отца.

С того дня принц сидел у себя в комнате, почти не выходя из неё.

Но однажды он вышел. Навсегда.