Двойное чудо для олигарха

Глава 1

Постукивая карандашом по столешнице, смотрю в одну точку перед собой, не моргая. Дожил. Кто бы мог подумать, что дойдёт до такого! Состоятельный молодой мужик, не обделённый внешними данными, согласится платить какой-то посторонней девице, чтобы та выносила его ребёнка.

Вздыхаю и, зажмурившись, накрываю лицо ладонью. Третья суррогатная мама для моего ребёнка и провал! Хочу ребёнка. Пол не важен! И я найду способ получить желаемое, благо, ресурсы есть. Раз не задалось с семьёй, то найдутся другие способы получить желаемое. И я ищу!

В свои тридцать шесть я имею всё, что может пожелать любой успешный мужчина. Собственный доходный бизнес, счета в банках, крупные суммы на офшорах, недвижимость. Я являюсь держателем ценных бумаг крупнейших бизнес-империй мира, НО не имею семьи.

Последняя пассия, с которой по неосторожности связался, заявила, что рожать детей не входит в её планы на жизнь. Видите ли, она не желает портить фигуру! Естественно, это поставило жирную точку на наших отношениях. Девушка, более чем подходящая по многим моим требованиям, от внешних данных до умственных способностей, с кучей достоинств, но не ТА! Она не подошла по главному критерию, как мать для моих детей. Может, ещё десять лет назад её болтовня не возымела бы никакой реакции с моей стороны, но не сейчас. Последние пару лет я заразился новой идеей, цель проекта – СЕМЬЯ.

Все мои бизнес-партнеры и немногочисленные друзья давно счастливые отцы. Я же оказался в этом плане бракованным. И ведь никогда не задумывался, почему от меня не забеременела ни одна любовница. Это ведь обычное дело, когда молодая девушка залетает по неосторожности. Молодость и глупость ходят где-то рядом. Но нет, я всё это время самонадеянно считал себя предельно осторожным. Везунчиком!

Расставание с постоянной партнёршей не самое плохое, что приключилось со мной за последнее время. Оказалось, что в этом мире вряд ли существует женщина, способная выносить от меня дитя. Но по какой причине, наша медицина выяснить не в силах. Куча анализов, докторов, обследования и ничего. Здоров! Как решить проблему, видимо, может ответить только сам бог! Может, проклял кто?!

Ранний звонок из клиники по искусственному оплодотворению сегодня окончательно выбил почву у меня из-под ног. Третья попытка и опять неудача. Срок три недели. В этот раз всего двадцать один день! Сердце моего ребёнка билось ровно этот срок.

Я готов на любые условия. Отдам всё за шанс стать отцом! Что со мной не так?! Мой бизнес чистый. Я работал, как проклятый, развивая семейное дело, преумножая своё состояние. Занимался благотворительностью, помогал детям, зоозащитникам, странам третьего мира. Да кому я только не отправлял деньги! Своими руками строил приют для бездомных животных! За что выслушал от матери целую лекцию по поводу того, что это не подходящее для её сына занятие! А для чего тогда я подхожу?! На роль очередного воротилы финансового мира? Но для кого всё это?! Мне и родителям хватит за глаза!

Сжимаю кулак и со всей дури бью по столешнице. Жалобно скрипнув, она немного проседает. Но ни царапины, ни трещины. Дорогое дерево. Качественное. Хочется выть. Волк-одиночка. Усмехаюсь. Так и есть.

Тишину и тяжёлые мысли прерывает звонок телефона. Скрипнув зубами, смотрю на экран. Звонят из клиники. Добить решили?

– Слушаю! Что ещё?! – всегда стараюсь держать себя в руках, не показывая эмоции при посторонних.

Всегда считал это проявлением слабости духа, но сейчас выдержка подводит, ответ выходит резковатым.

– Максим Владимирович, – голос друга по ту сторону заставляет прийти в себя и немного сбавить обороты. – Я не вовремя?

– Пётр Алексеевич, да брось… ты всегда вовремя, – шумно вздохнув, отвечаю уже более ровно.

– Расстроен?

– Ну а ты как думаешь? Не понимаю, где я так нагрешил. Ведь немного-то и хочу. Ребёнка. Вон у мужиков с завода почти у каждого семеро по лавкам. И успевают же с таким графиком их строгать! И доход в семьях сравнительно небольшой. Я же согласен на любые расходы, предоставляю условия, но нет же…

– Да погоди ты эмоционировать! Я по этому поводу и звоню. У меня нарисовался для тебя новый вариант. Не рожавшая, молодая! Здоровая. Внешние данные хорошие…

– Таких было уже трое!

– Ты решил сдаться?

– Нет!

– Тогда жду через час. Посмотришь на неё сам, обговорите условия. Заключим договор.

Сокрушённо вздыхаю.

– Макс, всё получится! Не сдавайся.

– Тебе легко говорить. У тебя уже трое детей. Всё получается без договоров, докторов, лекарств и гонораров!

– Ну не скажи, друг. Ты беременную женщину в гневе ещё не видел. Тут деньги и прочее не помогают.

– Ты прав. Не видел, – соглашаюсь я, подчеркнув этой фразой всю горечь моей ситуации.

– Не цепляйся к словам. Собирайся.

– У меня совещание через тридцать минут.

– Я что, тебя уговаривать должен?! Отмени! Кто босс?!

– Буду.

Откладываю телефон в сторону. Внутри грызут сомнения. Одновременно хочется всё бросить и сбежать наконец в заслуженный отпуск, но привычка добиваться поставленной цели не позволяет отступить. Что мне мешает уладить дела с очередной потенциальной мамой для моего наследника, а уже потом позволить себе недельку поваляться на побережье океана под тёплым солнышком? Нужно сменить обстановку и успокоить нервы. За последнее время пару раз сорвался на своих работяг. И в офисе при моём появлении умолкают все. Словно чувствуют этот пожирающий негатив. Что уж говорить, даже мама жалуется на резкие перемены в моём настроении. А она единственная женщина, которая не должна испытывать на себе минусы моего характера.

В итоге, отменив все дела, полдня торчу в клинике. Девушка оказывается действительно очень милой. Не сомневаясь ни секунды, заключаю договор. Намекаю, что готов пойти на любые жертвы и даже взять на себя часть миссии. Поучаствовать в процессе лично, без услуг докторов. Но меня мягко отшивают. Кандидатка при этом по-детски краснеет и смущается. Оставляю её в покое. В конце концов, если всё получится, у меня будет куча времени на то, чтобы познакомиться поближе и, возможно, что-то сложится. Неважно, что она очень молода. Это даже плюс. Закрою глаза на то, что она пришла в клинику за деньгами. Возможно, у неё трудная жизненная ситуация. Не мне её судить. Разбирательства оставлю на потом. Сейчас, главное, дождаться положительного результата.

Глава 2

Попрощавшись с другом, решаю сразу же ехать домой. В офис возвращаться настроения нет. Пока еду, вспоминаю историю нашей дружбы с Петром. Всё банально. Мы родом из одного края. Алтай. Наши родители были знакомы ещё до переезда и, после того как обосновались во Владивостоке, продолжили общение. Мы же с Бересневым, несмотря на разницу в возрасте в пять лет, стали друг для друга всё равно, что братья. Он, кстати, старший. Повлияло ли на зарождение дружбы между нами то, что мы земляки, или это простое стечение обстоятельств, я не знаю, но за двадцать восемь лет мы ни разу не усомнились друг в друге. Могу с уверенностью сказать, что переезд пошёл нам всем только на пользу.

Причина, по которой родители решили сменить место жительства, не отличалась оригинальностью. Заработки. Было ещё что-то, но я уже и не помню, слишком давно это было, мне только восемь на тот момент исполнилось. В любом случае, решившись на такой ответственный шаг, взрослые не обязаны учитывать мнение ребёнка. Кто станет советоваться с восьмилетним пацаном? И вообще, детей редко посвящают в семейные проблемы. Каждый нормальный родитель старается огородить своё чадо от лишнего стресса. И я считаю, это очень правильно.

После переезда отец быстро нашёл работу и успешно взлетел по карьерной лестнице. Позже занялся бизнесом. Я же продолжил его дело и преуспел. Морепродукты, собственное производство, сбыт, выход на мировые рынки.

Родители Петра простые и замечательные люди, самые дорогие и близкие для нас. Мама из семьи преподавателей, всю жизнь проработала в школе учителем, пока тяжело не заболела. Отец уже много лет трудится на одном из наших заводов, поднялся сам и сейчас заслуженно занимает руководящую должность.

Пётр женился ещё в студенческие годы. Сначала я стал свидетелем на их с Оксаной свадьбе, а потом наблюдал за пополнением семьи. Сперва мне казалось, что Пётр совершил ошибку, слишком рано повесив на себя такую большую ответственность. Но чем старше становился, тем отчетливее понимал, что это я впустую потратил уйму времени. Первый ребёнок у Бересневых родился спустя два года после свадьбы – сын. Сейчас малец уже догнал Петра в росте и собирается пойти по стопам отца, в медицинский. Второй ребёнок появился, когда старшему было семь, а последнюю дочурку Береснев умудрился заиметь всего год назад.

А что я?! Наша фамилия гремит на весь край. Я добился почти всего, чего хотел. И теперь у меня осталась лишь одна недостигнутая цель. Семья! Я должен хотя бы попытаться найти ту, с которой мы окажемся совместимы. Или же это судьба, Волков – одинокий волк. Ну уж нет. Жму на педаль газа, машина бешено рычит. Я выиграю и это дело.

Паркую автомобиль во дворе дома родителей и спешу к ним. Сегодня же сообщу, что улетаю в отпуск. Уверен, они меня поддержат, тем более давно намекали на то, что я слишком много работаю. Настроение планомерно начинает ползти вверх. Забегаю за тортиком для мамы. Тут совсем рядом готовят как раз такие, которые она любит. С низким содержанием калорий. Она у нас вечно на диете. Следит за фигурой очень строго и не только за своей. Отцу тоже приходится соблюдать её негласные правила. Иначе Анна Ивановна будет сердиться. А это ой как плачевно сказывается на атмосфере в доме в целом. Несмотря на немного вздорный характер мамы, живут родители душа в душу. За это я их и люблю. У меня было счастливое детство, дружная семья и всё, что требовалось мальчику, чтобы вырасти настоящим мужчиной.

– Я дома! – сообщаю громким басом, как только открываю входную дверь.

Снимаю туфли, наступая на задники по очереди, поднимаю голову и тут же встречаюсь с осуждающим взглядом светло-карих глаз. Издаю пресловутое «ой!» и аккуратно отодвигаю обувь к полочке. Мама начинает смеяться и, раскинув руки для объятий, шагает ко мне.

– Никогда не изменяешь своим дурным привычкам, – хлопая меня по спине, выдаёт сквозь смех она и, отстранившись, заглядывает в лицо.

Рассматривает меня пару секунд и сокрушённо качает головой.

– Осунулся. Синяки под глазами. Совсем не отдыхаешь? Надо себя поберечь, сынок.

– Я как раз об этом и пришёл поговорить. Отец дома?

– С минуты на минуту будет. Поехал по твоему поручению.

– Какому? А… так я же сказал на днях сам разберусь с этим делом. Там всего-то поломка небольшая, на производительность не влияет. Никакой спешки.

– Ты же его знаешь. Он не станет просто так отсиживаться. Старается тебе помочь, пока ещё может. Да и скучает он по работе, хоть и не признаётся. Повторяет постоянно, что сам решил на покой уйти, но, видимо, это для себя и твердит. Стоит только тебе позвонить, тут же летит на выручку.

– А знаешь, я предоставлю ему возможность вернуться к любимому делу. На пару недель точно, – скидывая тёплое пальто, сообщаю маме с улыбкой.

– Это как?

– В отпуск хочу слетать, – озвучиваю с улыбкой свои планы и выуживаю из-за спины торт.

Мама хлопает в ладоши и, перехватив из моих рук угощение, спешит на кухню.

– Вот же обрадуется Анатольевич. Ты прямо ему подарок сделаешь, сынок. И сам отдохнёшь, и он наконец перестанет вздыхать у меня над ухом. Но… – она резко останавливается и грозит мне пальцем. – Я тебе этого не говорила.

Застёгиваю рот на замок и киваю.

– Вот и славно. Я пока подогрею чай и отцу позвоню. Обрадую, что у нас гость с хорошими новостями, – мама прищуривается и расплывается в очередной улыбке. – А не расскажешь, куда собрался? С кем?

Надеется, что я одумался и девушку завёл. Всё внуков ждёт. Но как я скажу ей, что проблема не в моей разборчивости. Да, я очень требователен во многих вопросах, но относительно женщин в моём списке за последние годы осталась всего пара пунктиков: понравиться мне и родить ребёнка. В идеале не одного, но тут уже как получится. Не хочу расстраивать родителей подробностями моей личной жизни и Петру трепаться запретил. Пусть уж винят во всём мой характер.

– Алтай, – бодро сообщаю, плюхаясь на мягкий стул у обеденного стола.

Глава 3

Аэропорт.

На сборы уходит три дня. Для меня это достаточно оперативно. Спешно передаю все дела отцу. Проконтролировав в клинике подготовку девушки по имени Настя к ЭКО, собираю вещи и вот я здесь.

Пётр трётся рядом. Про его бабку я разузнал. Всё, что нужно передать на словах – выучил, всё, что нужно передать из рук в руки – захватил. Осталось сесть в самолёт и добраться до места. Наконец я освобожу голову от мыслей, тело от рутинной работы. Отпуск. Надо настроиться и как следует отдохнуть. У меня получится!

Место для отдыха друг выбрал для меня сам. За что я ему безмерно благодарен. Не пришлось бомбить интернет в поисках подходящей локации. Обычно я поручаю подобную работу туроператорам, предварительно озвучив, что именно мне необходимо. В этот раз доверился другу. В итоге спустя несколько часов на арендованной машине въезжаю на территорию санатория «Алтайский замок». Местные достопримечательности с первого взгляда меня не впечатляют. Снег, снег, снег! Видали места и поживописнее. А чего я ожидал? Изначально настрой был на море и пальмы! Но если Пётр решил, что мне это необходимо, стоит попробовать. Не в последний раз еду отдыхать. Откинув все сомнения, решаю отпустить ситуацию и расслабиться. Посмотрим, как дела пойдут дальше. Глядишь, и вправду поможет родная земля.

Нужно зарегистрироваться в отеле, а после найти бабку Петра. Все мозги мне прожужжал про неё. Если сегодня же не привезу ей подарки, он мне спокойной жизни не даст. Выхожу из машины и осматриваюсь. Всё бело. Небольшое здание, возле которого припарковал авто, действительно чем-то напоминает замок. Ярко-зелёная крыша, присыпанная снегом, смотрится волшебно. Пушистые ёлки дополняют общую картину. Всё вокруг выглядит по-праздничному, хотя до нового года ещё далековато. Может, родителей сюда привезти? На Рождество! А что? Неплохая идея. Отдохнут, подлечатся. В их возрасте это только на пользу. Вспоминаю мамино выражение лица при упоминании об Алтайском крае и хмурюсь. Согласится ли она на поездку? Сомнительно. Нужно выяснить, в чём причина такой реакции.

Оглядываюсь. Столько хвойных деревьев! И чего я раскис сразу? Загляденье. Не пальмы, конечно, но и не лысые горы. Возвращаюсь в авто, чтобы забрать свою небольшую дорожную сумку с вещами и документами. Взял с собой минимум, зачем тащить много? Несколько сменных комплектов белья, пару штанов, свитер, носки и туалетные принадлежности. Привык бриться каждый день. Может, здесь стоит сменить привычку и позволить себе легкую небрежность во внешнем виде? В офис с утра не нужно. Мечтательно вздыхаю. Надо расслабиться, но пока мозг отказывается подчиняться. Будем дрессировать. Пару вечеров не подходить к ноутбуку. Переломает и дальше пойдёт легче. Кошусь на свой ПК. Зачем взял? На всякий случай. Кривлюсь. Всё-таки сразу же отключиться от дел не выйдет. Да и отцу, возможно, понадобится помощь. Не брошу же я его на произвол судьбы!

Неожиданно за спиной раздаётся звонкий ребячий смех и крики. Вздрогнув, оборачиваюсь на голоса, но разглядеть их обладателей не успеваю. Снежный снаряд прилетает мне прямо между бровей. Снег напрочь залепляет глаза, из которых от удара сыплются искры. Бросив сумку и чехол с ПК, начинаю обтираться и плеваться, потому что всё это безобразие попало и в рот, и в нос. Хороший удар, прицельный, да ещё с силой. В ушах звенит так, будто рядом громыхнул гонг.

– Максим! – женский голос заставляет ускориться.

Протерев глаза, часто моргаю, пытаясь разглядеть обладательницу строгого, я бы даже сказал, угрожающего рыка. Таким тоном моё имя давно никто не произносил. Мама и то очень давно, в детстве.

Картина, которую наблюдаю дальше, заставляет развеселиться. Мальчишка лет двенадцати шустро драпает от догоняющей его молодой девушки. Бросаясь в адрес пострела угрозами и обещаниями расправы, она тщетно пытается поймать его, видимо, чтобы исполнить задуманное. Но в связи с тем, что малец оказывается довольно юрким и быстрым, у неё это не получается. Наблюдаю за ними, и губы невольно растягиваются в улыбке. Не знаю почему, но он напомнил мне меня самого. Пытаясь оправдаться, мальчишка кружит вокруг заснеженной клумбы с единственной ёлкой. Поскальзывается, падает и тут же, бодро подскакивая, бежит дальше.

Девушка не отступает. Разметавшиеся от бега, длинные русые волосы красиво переливаются на солнце. Раскрасневшиеся щёки, сияющие глаза. Засмотревшись, не сразу обращаю внимание, что малец постоянно выкрикивает слово «мама». Вот, значит, как. А я решил, что сестра, подруга, но не предположил, что мать. Молоденькая с виду.

Смирно стоя в сторонке с ужасно виноватым видом, вместе со мной за происходящим наблюдает девчушка лет десяти. Прижав руки к груди, она так трогательно шмыгает носом, что мне становится жаль её. Нужно спасать героя, пока он окончательно не загонял мать и себя.

– Извините! – выкрикиваю, вскинув руку над головой, активно машу, привлекая внимание девушки к своей обстрелянной персоне. – Мне нужно заселиться. Не подскажете, куда пройти!

Девушка отвлекается и, обернувшись в мою сторону, неожиданно поскальзывается и со всего маха приземляется на мягкое место. Не думая ни секунды, спешу в её строну, чтобы помочь, но меня опережают. Максим подлетает первым и, схватив мать за руку, шустро поднимает на ноги. Сильный.

– Попался, – выкрикивает неблагодарная родительница и хватает сорванца за ухо.

Взвизгнув, он морщится и заводит свою волынку заново.

– Я нечаянно! Ну я же сказал, больше не буду! Мама! Отпусти!

– Меня из-за тебя уволят! Сколько можно пакостить?! Максим, ты когда-нибудь повзрослеешь?!

– Ну я же сказал… А-а-а!

– Вот нажалуется гость, и всё! Пиши пропало! – не унимается она, выворачивая уже порядком раскрасневшееся ухо парню.

– Не нажалуюсь! – говорю как можно громче, и все моментально оборачиваются на меня.

Наконец-то. Заметили.

– Ой! – сконфуженно роняет незнакомка, уставившись на меня своими необыкновенными глазами.

Глава 4

Перекидывая ручку сумки через плечо, провожаю сорванцов весёлой улыбкой.

– Хороший малый, – озвучиваю свои мысли, усмехаясь. – Сильный, – рука непроизвольно тянется ко лбу. – И меткий.

– Ну это как посмотреть, целился-то он не в вас, – комментирует девушка и издаёт тихий смешок. – Ой, извините, – тут же меняется в лице, и на щеках проступает румянец.

Или он уже был, морозно всё же.

– Может, вас к медику отвести? Вдруг ушиб?

– Нет необходимости. Переживу, – смотрю на собеседницу сверху вниз.

Вроде взрослая, и ребёнок имеется, а смущается как юная девица. Склоняю голову набок, изучая её лицо. Инга прячет взгляд и, сложив руки на груди, закрывается от меня. Отвернулась. Странно. Работает в таком месте, где от внимания мужчин, скорее всего, нет отбоя, и где же навыки общения? Даже обычный прямой взгляд не смогла выдержать.

– Хорошо, как скажете, – отвечает еле слышно и кивает в сторону белоснежного строения. – Вам нужно зарегистрироваться. Идёмте, я провожу, в качестве компенсации за побои.

– Спасибо, но, к сожалению, такая компенсация меня не устраивает, – её реакция на моё наглое заявление заставляет меня улыбнуться.

Давно так просто не общался, тем более с женщинами. Мои беседы в основном это деловые переговоры в рабочем режиме, тогда я сосредоточен и напряжён. А вот так в неформальной обстановке легко и просто я разговариваю только с родителями и с Петром, и то если мы встречаемся на нейтральной территории.

Инга растерянно хлопает ресницами, румянец на её лице медленно тает. Испугал девчонку.

– Вы не переживайте так, я чисто с деловым предложением. И раз уж представилась такая возможность, и я могу воспользоваться вашими услугами вполне заслуженно, то хочу попросить быть моим гидом. Я впервые в этих местах и совершенно не ориентируюсь. Может, составите мне компанию?

– Э-э-э, ну если это ваше условие, то я не могу отказать. Но! – мнётся она, при этом вид у девушки ужасно огорчённый.

Хмурюсь. Видимо, я с первого взгляда пришёлся ей не по вкусу. Но есть ещё один момент, который я не учёл. Если имеется ребёнок, значит, и отец отпрыска, муж.

– Я совсем не подумал, ваш… супруг, отец Максима, может не так всё понять и…

– Нет, дело не в этом, – она отрицательно мотает головой, отчего волосы девушки веером рассыпаются по плечам.

Засматриваюсь и теряю нить разговора.

– Я работаю, практически без выходных. И не смогу уделить вам много времени. Боюсь, гид из меня не получится.

– Вот как, – понимающе киваю я, но на языке крутится совсем другое.

– Я попрошу кого-нибудь из наших инструкторов вам всё показать и разъяснить. Вас же явно интересуют зимние виды спорта и развлечения, – подытоживает девушка и вопросительно смотрит на мою слегка помрачневшую физиономию.

– Да, вы правы. Как раз это меня и интересует.

– Ну вот, – она радостно кивает, игнорируя мои отрицательные эмоции. – Идёмте, нам вон туда! – указывает на здание в стороне. – Там администрация. Поспешим, скоро ужин. Если опоздаете, останетесь голодным.

– Оу, ещё лучше, – ворчу себе под нос. – Здесь всё так строго?

– Нет, у нас очень вкусно готовят. Есть риск, что ничего не останется. А для единственного гостя повара готовить не будут.

Понимающе киваю. Поесть бы не мешало с дороги, да и отдохнуть – ноги гудят. А мне ещё бабку Петра навестить нужно. В кармане жужжит телефон. Достаю и смотрю на монитор. Вспомни чёрта – и он тут как тут.

– Береснев! Тебе чего не спится? – весело отвечаю другу.

– Так время только вечер, – доносится из трубки недовольный бас друга. – Добрался?!

– Да, а как иначе? Ты как нянька моя себя ведёшь. Куда я денусь?! Вот стою на парковке, собираюсь идти регистрироваться. Опаздываю на ужин, между прочим, а ты отвлекаешь.

– Спасибо бы лучше сказал за то, что друг о тебе беспокоится.

– Спасибо!

– То-то же! Про Агафью Мартыновну не забудь. Я её предупредил. Ждать будет.

– Мог бы мне с дороги дать отдохнуть, – ворчу на друга и одновременно посылаю улыбку с интересом разглядывающей меня девушке.

Она тут же отворачивается. Удовлетворённо хмыкаю. Что же там с отцом Максима?

– Успеешь ещё, не затягивай с визитом, – не унимается собеседник.

– Да понял я. Понял. До связи. Отбой.

– Отбой.

Убираю телефон, шумно вздыхаю. Воздух свежайший.

– Вам у нас понравится, – уверенно заявляет Инга и мило улыбается.

– Надеюсь. Давно не отдыхал, – смотрю на неё, соображая, как бы выкроить для себя окошко в её плотном графике.

Только не навязчиво.

– Работа – это хорошо, но отдыхать тоже нужно. Иначе не будет сил идти дальше.

Инга не отвечает, закусив губу, прячет улыбку. Она мне однозначно нравится, и парень у неё замечательный. Нужно разузнать про неё. Кольцо на пальце разглядеть не успел. Время есть. Информацию добывать я умею без проблем.

– Может, подумаете над моим предложением, и на меня найдётся время?

– Вы целеустремлённый мужчина, – бросает она, делая вид, что увлеклась разглядыванием пейзажа.

– Не стану отрицать.

– В это время гостей у нас не так много, но имеются… и даже девушки есть, – её пояснение звучит двусмысленно. – Вот буквально на днях заехала компашка молодых людей. Довольно шумные, но с ними даже как-то веселее. Познакомьтесь. Пообщайтесь. Не придётся гулять одному.

– Вот, значит, как? – поджимаю губы и, поправив сумку на плече, одариваю собеседницу слегка возмущённым взглядом. – И чем же я вам так не приглянулся?

– С чего вы это решили? – останавливается она и неожиданно прямо смотрит в глаза.

– Хотя бы с того, как вы меня вежливо отшиваете, – отвечаю совершенно искренне.

– Дело совсем не в этом. Вы гость, а я тут работаю. Во-первых, у нас не приветствуется какое-либо общение, кроме обсуждения рабочих моментов. У меня могут быть проблемы с начальством. А во-вторых… – девушка отводит глаза. – Вы уедете, а я останусь. Улавливаете смысл?

Глава 5

Глава 5

Зря я недооценил современный сервис санаториев нашей великой страны. Даже сделки по работе у меня никогда не занимали столько времени. Пришлось подписать кучу бумаг, ответить на миллион вопросов. И когда я решаю, что с официальной частью покончено и радостно предвкушаю, как меня заселят в уютный номер, получаю направление к медику. И всё начинается заново.

Мой дражайший друг, и по совместительству лечащий врач, заранее позаботился о моём предстоящем лечении, отправив по почте подробный перечень заболеваний, которыми я якобы болел. И как не надорвался, нашёл же время и подобрал подходящий диагноз, чтобы опорочить меня, точнее, мой вполне себе крепкий организм в глазах местных докторов. По возвращении домой первым делом придушу гада. Такого позора я не испытывал никогда. Доктор охала и ахала, сочувственно поглядывая в мою сторону, а после заявила, что на восстановление уйдёт куча времени. И тех двух недель, на которые я приехал, явно недостаточно, лечение требуется продолжительное.

Терпеливо выслушав все рекомендации пожилой тётки в очках и в белом халате, я без сожалений отметаю половину назначенных мне процедур. Так и под замок попасть недолго. Странно, что меня с этим диагнозом сразу же на карантин не посадили.

Измотанный и немного взвинченный, спустя два часа наконец попадаю в номер. Бросаю сумку на пол у шкафа и осматриваюсь. Двухместный люкс. Друг знает, как я не люблю маленькие помещения и стеснённые условия. И поэтому большой люкс и двуспальная кровать мне совершенно впору. Я везде и во всём предпочитаю свободу действий. Светлый номер, просторная комната. Чисто. Имеется всё необходимое. Не дома, конечно, но я не привередлив. Если только чуть-чуть.

Смотрю на часы. Почти семь вечера. Ну и куда мне уже ехать, Пётр?! Я ещё даже не ужинал. Что-то мне подсказывает, что сегодня мне уже не видать местной «вкусной» кухни. Вздыхаю и, покосившись на постель, решаю в первую очередь навестить ванную комнату. Ополоснусь и за руль. А поесть остановлюсь где-нибудь по дороге.

Потратив на сборы чуть больше двадцати минут, спускаюсь в фойе, там на удивление людно и раздражающе шумно. Ловлю на себе заинтересованные взгляды, никого не рассматриваю в ответ. Некогда. Полюбопытствую позже. Опустив взгляд на часы, спешно покидаю здание. Процедуры начнутся завтра с утра, и поэтому пока я совершенно свободен. Могу прокатиться. Натянув на влажные волосы шапку, спешу к авто. В салоне прохладно, благо, сиденье с подогревом. Пока я возился с регистрацией, на улице пошёл лёгкий снежок, припорошив лобовое стекло у авто. Машина постепенно прогревается, включаю дворники.

В свете фар крупные хлопья красиво кружатся. Рассматриваю их и боковым зрением замечаю знакомую парочку. Инга и Максим, вывернув из-за угла здания, быстрым шагом направляются в противоположную от меня сторону. Слежу за ними некоторое время и трогаюсь с места. Кажется, нашёлся повод ещё немного пообщаться.

Как я и предполагал, они покинули территорию санатория и направились к автобусной остановке неподалёку. С такой скоростью я ещё никогда не ездил. Машина еле тащится по заснеженной дороге. Останавливаюсь прямо напротив новых знакомых и, опустив стекло, высовываю башку наружу.

– Ну, добрый вечер вам! Какая неожиданная встреча! – половина ожидающих автобус оборачивается на мой голос.

– О! Инга, это тот подстреленный мужик, – негромко комментирует мой тёзка и дёргает мать за рукав.

Странная манера общения у них, я вот к своим родителям никогда по именам не обращался. Иногда по имени-отчеству, чтобы подчеркнуть крайнюю степень своего возмущения, но это единичные случаи.

– Макс, ты… тише можешь? Хватит меня сегодня позорить, – шипит Инга, заливаясь румянцем.

– Ничего страшного, – отмахиваюсь я, – вообще-то он верно подметил! В первую очередь, мне следовало представиться. Сам виноват.

– Ничего вы не виноваты! Просто кто-то маленький у нас очень беспардонный и болтливый.

– Предлагаю исправить сложившуюся ситуацию. Я вас подвезу, и мы познакомимся, – продолжаю беседу, несмотря на то, что девушка игнорирует мои попытки наладить контакт.

Она усердно тянет шею, вглядываясь в даль. Видимо, высматривает автобус.

– Ма-а-а, давай поедем с ним. Смотри какая у него «тачила»! А в автобусе трястись долго!

– Ничего страшного. Мы не станем затруднять постороннего человека своими проблемами. Нам, может, не по пути вовсе! – не сдаётся упрямица, нервно кусая губы.

– Не говорите ерунды. Не на себе же везу. Садитесь. Не обижу. Довезу до адреса. Да и мне ваша помощь не помешает, может, дорогу подскажете?

– Яндекс-навигатор! – отзывается Инга и отдёргивает ноющего сбоку мальчишку.

– Ма-а-а, до автобуса ещё двадцать минут, а я замёрз, – явно переигрывает хитрюга Макс, но его манипуляция неожиданно срабатывает.

Я усмехаюсь, молодец пацан, а девчонка жалостливая, значит. Что ж, запомню. Инга встревоженно осматривает ребёнка и качает головой.

– Говорила надеть под куртку свитер, а ты, как всегда, спорил. И что в итоге?! – она обнимает его, прижимая к себе в попытке согреть.

– Ладно, поехали. Только из-за тебя.

Улыбаюсь парню и киваю, он тут же принимает моё молчаливое «спасибо» и подмигивает. Ожидаемо, они устраиваются на заднем сиденье, и мы трогаемся.

– Куда едем? – бодро интересуюсь у пассажиров, включая режим установки маршрута.

– Ага, у вас тут спутник в авто? А ещё у нас хотели дорогу спросить! – подскакивает Макс, тыкая пальцем в монитор.

– Ну схитрил немного, с кем не бывает, – тут же сознаюсь и улыбаюсь парню, повисшему между двух сидений.

Высунув любопытный нос на мою сторону, он с восторгом таращится на многофункциональную панель авто.

– Ух ты!

– Ага, мне тоже нравится. Но моя машина всё равно лучше.

– Да-а-а? А это не ваша?

– Нет, я же прилетел сюда на самолёте. Возможности привезти её не было. Да и зачем, когда есть аренда.

– М-м-м, богатый, значит, – озвучивает своё умозаключение парнишка, за что тут же получает подзатыльник.

Глава 6

Глава 6

Навигатор уверенно ведёт в частный сектор. Многоэтажки быстро заканчиваются, и моему взору открываются ровные заснеженные улочки с аккуратными небольшими домиками. Район старый, обжитой. Новых строений почти нет, но кое-где всё же встречаются приличные двухэтажные коттеджи, разительно отличающиеся своим внешним видом. Фасад, крыша, убранство во дворе, авто, припаркованное у высокого забора. Всё свидетельствует о благосостоянии хозяев.

Мои пассажиры молча провожают взглядом редких прохожих. В салоне машины тихо. Даже непоседа Макс, присмирев и устроившись под боком у матери, сонно таращится в окно. Время близится к вечеру. Наверное, ребёнок устал. Конечно. Во сколько им пришлось подняться, чтобы Инга вовремя добралась до работы? Кстати, кем она работает в санатории? Чешу подбородок. Короткая щетина начинает колоться. Поглядываю на путеводитель и сворачиваю на другую улицу. Почти приехали. Нужно сразу забить адрес бабки Петра. Тут населённый пункт-то не маленький, если в другой стороне живёт, то ехать долго. Старый человек может, не дождавшись, лечь спать. Открываю сообщение с нужной информацией и морщусь.

– Надо же, сегодня день совпадений, – произношу вслух и смотрю на своих попутчиков в зеркало заднего вида.

– О чём вы? – моргает ресницами девушка и замирает, встретившись со мной взглядом в отражении.

– Да мне, оказывается, тоже сюда.

– К бабушке? – оживляется мальчишка. – Так вы её родственник издалека, получается? На день рождения приехали?

– Хм… – зависаю на секунду, обдумывая, как правильно ответить.

Переглядываюсь с Ингой.

– Не приставай к человеку, – одёргивает она сына.

– Так если он её родственник, значит, и наш, – не унимается он.

Сон, видимо, как рукой сняло.

– Инга, ты же сама говорила, что чем больше родни, тем лучше.

– Максим, пожалуйста, уймись, – устало произносит девушка и прикрывает зевок ладошкой.

– Ну что, – припарковав авто, оборачиваюсь к своим пассажирам и бодро улыбаюсь. – Идёмте поздравлять бабушку!

Максим выскакивает первым, Инга плетётся следом. Я последний. Выгружаю подарки, которые передал Пётр, вручаю мальчонке цветы, его матери – торт, второй тоже беру с собой. Смысл его увозить, мне много сладкого ни к чему, а тут ребёнок, вот пусть и порадуется. Понятно сразу, балуют его редко, и, в основном, любовью и заботой, про финансовую часть могу только предполагать. Если девушка работает без выходных, значит, на то есть причина.

Немного смущённая и растерянная, держа торт перед собой, Инга наблюдает за каждым моим движением. Мне нравится её заинтересованный взгляд. Бросаю улыбку в ответ, она тут же отводит глаза. И кто мог оставить такую милую и робкую девушку с ребёнком одну? Хотя о чём это я? Реалии нашего мира таковы, каждый сам за себя. Хорошо, у женщин есть материнский инстинкт, иначе многим деткам пришлось бы совсем тяжко. Нерадивый отец и мать-кукушка. Вздыхаю и, закрыв авто, поворачиваюсь к дому. На крыльце загорается свет.

– Нас заметили, – киваю головой в сторону небольшого деревянного здания.

– Да, идёмте. Агафья Мартыновна нас каждый день ждёт, свет заранее зажигает. Просто на автобусе мы гораздо позже приезжаем.

Понимающе киваю.

– И где остановка?

– Тут недалеко, на три улицы выше, всего десять минут пешком.

Да уж. Летом, может, и недалеко, а по морозу и по темноте точно не близко.

Инга открывает старенькую калитку, та издаёт тихий скрип и впускает гостей. Иду следом, оглядываюсь. Совсем не помню этих мест. Сколько ни смотрел в окно, пока ехал, ничего знакомого, словно и никогда тут не был. А ведь родился здесь и прожил целых восемь лет. Как будто чем-то вышибло все воспоминания. Странно. Потираю лоб пальцами.

– Всё в порядке? – подаётся ко мне девушка, взволнованно заглядывая в глаза.

– Да, всё хорошо, – тут же отвечаю и тяну улыбку в подтверждение.

– Надо было отдохнуть, а не мчаться на ночь глядя, не пойми куда, – она осуждающе качает головой. – Вы же не робот.

Приятно, когда кто-то, помимо родителей, искренне беспокоится о тебе. Пусть и в такой форме. Ворчит она тоже очень мило.

– Инга, Максим, это вы?

Негромкий оклик из-за приоткрытой двери привлекает наше внимание.

– Баба! – отзывается мальчишка и, растолкав нас с матерью, несётся к крыльцу. – Мы! Это мы! Нас твой родственник привёз!

Пожилая женщина шустро выплывает на крыльцо. С интересом рассматривая её, удивлённо вскидываю брови. Услышав про возраст, я ожидал увидеть немного другое, но передо мной стоит вполне себе бодрая пожилая женщина. Полноватая, с совершенно седыми волосами, собранными в пучок на затылке, и сияющим, зорким взглядом. Ни дряхлости, ни болезненности, ничего того, что несёт с собой старость, и близко нет. Осматривая нас, она ненадолго задерживает взгляд на мне и неожиданно улыбается.

– Приехал, значит! Долго же мы тебя ждали, Максим Владимирович.

– И вам здравствуйте, Агафья Мартыновна, – легонько склонив голову, приветствую хозяйку. – Ну впустите гостей, с подарками?!

– Чего ж не впустить? Все свои!

Максим подлетает к бабке и с ходу обхватывает за торс, чуть ли не сбивая с ног.

– Ох, сорванец! Ну проходите в дом скорее, холодает. Завтра мороз обещают, – прищуриваясь, Агафья смотрит на притихшую Ингу. – Чего приуныла, дочка?

– С днём рождения, родная. Прости, мы сегодня с Максимом с пустыми руками. Мне аванс не дали…

– Да что ты! И думать забудь! Чего удумала? Мне ваши подарки даром не нужны. Сами приехали, и хорошо! Нашла по какому поводу расстраиваться. В дом давайте быстро. У меня всё стынет! Стол накрыт. И гостя дорогого накормим, поди голодный с дороги!

– Да! Он уехал до ужина, точно голодный, – подтверждает девушка и наконец улыбается.

Вот, значит, что её тревожило. Денежный вопрос. Видимо, дела точно плохи.

Войдя в дом, первым делом разуваюсь и осматриваюсь. Уютно, чисто, тепло. Всё очень просто, но с душой. Сразу чувствуется, что хозяйка хорошая, и люди тут живут светлые, добрые. В прихожей нас встречает полосатый серый кот. С ходу летит к Максиму и начинает тереться об ноги.

Глава 7

Ужин удаётся на славу. Еда оказывается выше всех похвал. Я уничтожаю всё, что было на тарелке, и не отказываюсь от добавки. Едим практически в тишине, только суета, которую не нарочно создаёт ребёнок, разбавляет сонную атмосферу. Исподтишка наблюдаю за Ингой. Вяло ковыряя вилкой в тарелке, девушка всё больше смотрит на стол. Зевнув в сотый раз, она поднимается и, растерев лицо маленькими ладошками, ставит на плиту чайник. Наблюдаю за ней и улыбаюсь. Красавица. Даже сейчас, сонная и уставшая, она притягивает взгляд. Стройная, двигается плавно, спина прямая, как у пианистки. Прикидываю на неё деловой костюм. Строгий пиджак и юбку-карандаш. Уверен, сядет великолепно. Ухмыляюсь своим мыслям. Идеальная.

– Максим Владимирович, а вы в наши края надолго пожаловали? – голос Агафьи Мартыновны прерывает мои мысли на моменте, когда я начинаю прикидывать размер чашечек её бюстика.

– На две недели… пока, – неопределённо отвечаю я.

– А что так?

– Могут возникнуть непредвиденные обстоятельства, появится повод задержаться.

– Темнишь, Максим. Что-то задумал? Вижу по глазам, – женщина хитро прищуривается и, сложив руки на столе, подаётся ко мне.

– Ничего предосудительного. Просто хочу поправить здоровье. Возможно, двух недель будет недостаточно.

– Пётр про твоё здоровье меня предупредил, – сообщает Агафья, отчего беззаботное выражение сразу же слетает с моего лица.

– Пётр везде постарался. В санаторий такую депешу настрочил, я боялся, меня в палату поселят вместо номера.

– Он у меня мальчик ответственный. Видишь, и обо мне позаботился, подарки вовремя передал.

– Ба, а ты чего не хвалишься? Что у тебя там? – оживляется Инга, расставляя красивые фарфоровые чашки на столе.

– Да сама не знаю, – пожимает плечами именинница, бросив в сторону сумки с подарками скучающий взгляд. – Вот если б сам внучок приехал, а так всё это… – машет рукой и вздыхает.

– Приедет, как сможет! – подбадривает её девушка, наполняя заварочный чайник ароматным травяным сбором. – А если позвонит спросить: «Как тебе мои подарки, родная?» А ты? Обидеться может. Он всё-таки потратился, доставку до дома организовал.

– Хорошо, хорошо, – сдаётся бабуля.

Добрые полчаса наблюдаю за тем, как под охи и ахи домочадцы потрошат тяжеленую сумку с обновками и сувенирами. На удивление их общество мне нравится. За всё время пребывания я ни разу не взглянул на часы. Конечно, большую часть моего внимания занимает Инга. Её смех, улыбки, то как общается с сыном. В этом простом небогатом доме, в компании чужих людей, мне очень комфортно. Но одновременно острее ощущается душевное одиночество.

– Ой, чай! – неожиданно вспоминает девушка и оборачивается ко мне. – Максим Влади…

– Не нужно так официально. Просто Максим, – перебиваю я. – Мы вроде бы в неформальной обстановке. А если в санатории будет неудобно, то там можно и с отчеством.

– Поняла, – кивает она и, сложив руки вместе, заламывает пальцы. – Чай? Все травы Агафья Мартыновна собирает и сушит сама. Потом фасует. У неё это замечательно получается. Напиток в итоге выходит ароматный и очень полезный для здоровья. Вам это сейчас очень актуально.

– Благодарю за рекомендацию, – отвечаю, не сводя с неё глаз. – Раз так, то я должен обязательно попробовать.

Девушка кивает и принимается за готовку.

– Усаживайтесь за стол. У нас два торта! Так что будет пир, – девушка сервирует стол, но вижу, держится из последних сил.

Сколько же она работала без выходных!

– Дочка, сядь, – поднявшись, Агафья перехватывает из её рук торт. – Ты уже на ногах еле стоишь, устала же. Посиди.

– Ба-а-а, всё хорошо. Отдохну. Вся ночь впереди.

– Давайте я помогу! – подскакиваю и с повышенным энтузиазмом осматриваю фронт работы. – Та-а-ак! Кипяток есть, сейчас всё остальное организуем. Макс, ты давай тоже не сиди, видишь, женщины устали. Поднимайся!

– Чего это? Я ж не девочка на кухне работать, – пацан удивлённо вскидывает брови, оторвавшись наконец от игр с котом. – Это не мужское дело, – искреннее удивление в его голосе смешит.

– Не девочка. Но помогать в домашних делах можно, будучи и мужчиной. Я вот всегда своей маме помогал, во всём. Если видел, что она очень устала, и полы мыл и посуду. Позже готовить научился. Поверь, от этого не испортился и девочкой не вырос! Кто, кроме тебя? Ты у мамы один, а бабушка старенькая. На неё не стоит перекидывать. Так настоящие мужчины себя не ведут. Ты ведь не маленький уже, должен и сам понимать.

Мальчишка неожиданно краснеет и виновато отводит глаза.

– Я понял, но готовить всё равно не буду, – подняв на меня боязливый взгляд, прочищает горло. – Пока.

– Ну что вы! Я сама в состоянии приготовить чай, – смеётся Инга.

– Ничего. Мужчине виднее, как воспитывать мужчину. Нам советы дельные не лишние, – вставляет слово бабуся, и в этот раз уже никто не спорит.

Инга берёт чайник и разливает по кружкам кипяток.

– Давай я чашки расставлю, – пытаюсь перехватить часть её работы и необдуманно хватаюсь за горячую посудину.

Резко отдёргиваю пальцы и тяну воздух сквозь зубы.

– Ох! Обжёгся, помощник, – всплеснув руками, сочувствующе говорит она.

– Ничего, не сильно, – отвечаю, махнув пострадавшей конечностью.

– Нужно за ручку брать, умник, – насмешка из её уст получается совсем не обидной, звучит по-доброму.

– Да, уж, – соглашаюсь и перехватываю чашку за фигурное холодное ушко.

– Подожди, заварка, – Инга подходит ко мне и осторожно доливает ароматное тёмное варево в пустой кипяток.

Напиток божественно пахнет, но больше всего мне нравится запах её волос. Незаметно склонившись ближе, втягиваю носом воздух возле неё.

– Полевые цветы, – произношу полушёпотом у её уха.

Девушка растерянно вскидывает голову. Её удивительные глаза широко распахиваются.

– Нет, тут Иван-чай, боярышник…

– М-м-м … – срывается с моих губ.

Она отходит, и я разочарованно вздыхаю.

Глава 8

Усаживаюсь за стол напротив собеседницы. Чувствую себя немного неловко, как подозреваемый перед допросом. Её прищур говорит о многом. Прощупывает меня и, скорее всего, видит насквозь. Можно отнекиваться и умалчивать об истинных мотивах приезда, но бабка явно мудра. С высоты прожитых лет она запросто учует любой подлог и фальшь. Решаю отвечать на все вопросы честно. Зачем юлить? Раз решился обратиться к народной медицине и припёрся сам, отступать поздно. Агафья молчит, задумчиво всматриваясь в моё лицо. Решаюсь прервать тишину первым и начать с главного.

– Я так понимаю, Пётр вам объяснил, в чём именно моя проблема? – поджимаю губы, не скрывая эмоций.

– Он звонил, говорил о тебе, – начинает она. – Но, к сожалению, я не волшебница. Если тело здорово…

Вздыхаю и, горько усмехнувшись, отворачиваюсь к окну. Темно. Снег так и валит. Красиво, но вот дорога опасная в такую погоду. Видимость нулевая. Отвлекаюсь, чем придётся, только бы не думать о том, что мои надежды оказались напрасными. А чего я хотел? Танцы шаманов с бубнами или соитие с приглянувшейся первой встречной девушкой под луной?

– Не стоит так огорчаться. Может, родные места благоприятно подействуют. Ты, я вижу, человек неплохой, и Максим к тебе доверием проникся.

– Пацан растёт без отца, ему много надо? Покатал на машине, купил торт. Ребёнок, – отвечаю тихо, опустив взгляд на сцепленные пальцы.

– Зря недооцениваешь себя. Понравился ты ему. Он тебе в глаза заглядывал, каждое слово ловил.

– А где его отец? Почему они с Ингой одни?

– История эта не для короткого разговора. И началась она очень давно.

Хмурю брови.

– Давно? Как это? Максиму лет десять от силы.

– Предыстория была, не самая счастливая. Долго рассказывать.

Меня её ответ не устраивает, но приставать с вопросами далее не вежливо. Как бы не хотелось, умолкаю.

– Ты у неё спроси, как представится возможность, пусть сама расскажет. А Максиму двенадцать.

Прикидываю возраст девушки и удивляюсь.

– А Инга…

– Инге двадцать восемь, почти. Скоро день рождения у моей красавицы.

Ничего себе. Родила в шестнадцать?! Глаза лезут на лоб, но я их вовремя возвращаю на место. Сказали же, история не из радостных, кто я такой, чтоб судить? Девушка по поведению явно неиспорченная. Мальчишку любит.

– Сынок, может, ты останешься на ночь у нас? Смотри, как метёт. Непогода. Дороги не видно.

– Нет, что вы. Поеду. Я ж человек подневольный. Санаторий – не гостиница. Потеряют. Нужно вернуться. Но прощаться не буду. Ещё увидимся. Надеюсь, не раз. Пусть и нет у вас для меня волшебного снадобья, заезжать буду. Понравилось мне у вас. Если, конечно, не прогоните.

– Рада буду. Но по поводу лекарства ты поспешил расстраиваться. Есть у меня кое-что для тебя. Чаёк-то я смотрю тебе мой пришёлся по вкусу?

– Да, – признаюсь честно.

На удивление сбор оказался очень ароматным и приятным. Во рту до сих пор стоял цветочный привкус. Горячий напиток согрел и даже немного успокоил.

– Я тебе с собой дам. Будешь по вечерам пить, чтоб спалось хорошо. Ты подумай про ночлег.

– Поеду. Не хочу стеснять. Петру обязательно позвоните, иначе не даст мне покоя.

– Завтра уже. У них ночь глубокая. Разница в четыре часа.

– Правда. Поздно уже. Завтра, так завтра. Ну всё, спокойной ночи, хозяюшка, и спасибо за тёплый приём.

– Доброго пути, – шепчет старуха и крестит меня в спину.

Улыбаюсь. Приятно.

Снег засыпает лобовое стекло. Дворники еле справляются. Машина плетётся как черепаха. Но позволить себе разогнать авто не могу. Места незнакомые. На дороге могут оказаться люди. Встречных машин почти нет. От монотонности начинают слипаться глаза. Трясу головой, чтоб хоть немножко взбодриться, но хватает ненадолго. Неожиданно на дороге мелькает женский силуэт. Бью по тормозам. Машина визжит, как пришпоренная. Ударяюсь грудью о руль так, что из лёгких выбивает кислород. Клацаю зубами, и во рту появляется металлический привкус крови. Прикусил щеку.

– Чёрт! – моментально выветривается вся сонливость. – Этого ещё не хватало.

Выскакиваю из машины и пробегаю несколько метров вперёд. Никого. Вообще не души. Приснилось что ли? Сердце бешено колотится в груди. Чуть сам себя не приговорил из-за своего же упрямства. Права была Инга, не стоило ехать так поздно, не отдохнув.

Стою, всматриваясь вдаль. Снег потихоньку стихает. Погода быстро проясняется. На небе появляются звёзды. Красиво. Деревья мерцают в лунном свете. Мороз к ночи начинает ощутимо крепчать. А я без шапки. Кутаюсь в пальто и топаю к машине. Неожиданно среди окружающей меня бесконечной белизны, глаз улавливает знакомый пейзаж. Прямо от самой дороги вниз, в овраг, ведут заснеженные узкие ступени. А там чуть в стороне столик и две лавки. Что за место? Справа колодец, с кованой крышей, и тусклый фонарь. Осторожно спускаюсь по ступеням, доски под ногами скрепят вместе с выпавшим снегом. Останавливаюсь и с интересом рассматриваю приглянувшиеся постройки. Я точно это всё уже видел.

Обхожу по кругу невысокий бортик колодца и заглядываю вниз. Глубоко. Темно. Раскачиваю колодезный ворот – проржавел, но работает. И это в таких условиях. Ухватившись за рычаг, верчу его. Идёт. Неужели родник? Точно, где ещё вода просто так не замерзает в мороз? Усмехаюсь и отпускаю ручку. Пора ехать. Обернувшись, замечаю ещё кое-что любопытное.

Небольшой памятник, присыпанный снегом. Сразу и не увидел, а с этого ракурса он очень заметен. Зачем плетусь к нему? Склоняюсь и смахиваю снежную шапку. Довольно старый металлический короб. Фотокарточки нет. И правильно. Я вообще против таких вот штук.

«Завьялова Виктория, шестьдесят пятый год рождения».

Хмыкаю. Ровесница мамы. Надо же.

Дата смерти меня расстраивает. Девушка погибла совсем молодой. Двадцать один год по моим расчётам. Вздыхаю. Пятнадцатое ноября, скоро годовщина. Грустно.

Расправляю плечи и быстрым шагом к машине. Всё! Экскурсия закончена. Задержался. Пора к людям, в тепло.

Глава 9

Пронзительный писк будильника настырно прорывается сквозь тяжёлый сон. Накрываюсь одеялом с головой и мычу в подушку. Отпуск. Я должен высыпаться, отдыхать и набираться сил для очередного рабочего года. А что вместо этого? Санаторий в глуши и утренние процедуры. Пётр! Я ему это всё припомню.

Тихий стук в дверь отвлекает меня от раздумий над планом мести другу.

– Войдите! – со сна голос совсем осиплый.

Прокашлявшись, откидываю край одеяла и, прищурившись, смотрю на незваную утреннюю гостью. Девушка в форменном костюме с дежурной улыбкой на лице. Красивая, стройная, длинноногая блондинка. Пару секунд смотрит на меня профессиональным, оценивающим взглядом и моментально меняется в лице. Недовольно морщусь, понимая, кто передо мной. Хищница. Видимо, я пришёлся ей по вкусу. Масляная улыбочка на лице искажает милые черты. Она осматривает комнату и, не обнаружив признаков присутствия женщины, улыбается ещё шире. Наблюдаю за ней исподлобья.

– Доброе утро, – не обращая внимания на моё настроение, радостно выдаёт незнакомка и делает шаг в мою сторону.

– Сомнительно, но если вы настаиваете, то и вам того же. С чем пожаловали в такую рань? – смотрю на часы.

Половина восьмого утра.

– Принесла вам ваше расписание, – она трясёт бумажкой, зажатой в руке, и, пробежавшись глазами по моей спальне ещё разок, суетливо шагает к прикроватной тумбочке, оставляя на ней документ. – Тут подробно расписаны все процедуры, которые вам назначил врач. Лечение начинается прямо сегодня. И уже через полчаса вы должны быть…

– Спасибо за заботу, но я вполне самостоятельный человек и могу сам зайти к врачу, когда мне это будет удобно, – резковато обрываю её лебезящий голосок.

– Но лечение начинается через полчаса. Мне нужно вас проводить к…

– Благодарю, – цежу сквозь зубы непонятливой девице, облюбовавшей мою спальню.

– Завтрак через пятнадцать минут в общем зале. Не опаздывайте! – выдаёт она, краснея и резко развернувшись, к моему облегчению, покидает номер.

Откинувшись на простынях, смотрю в потолок. Прокручивая в памяти вчерашний вечер, понемногу успокаиваюсь. Интересно, Инга уже на работе? Конечно, ведь она из персонала, а это значит, уже заступила на смену. Вот если бы в мою дверь с утра постучала она… эх!

Инга

На удивление просыпаюсь раньше будильника. Потянувшись, сладко зеваю. Настроение с утра приподнятое. Чувствую себя замечательно. Рань несусветная, но я выспалась. С чего бы это глупое чувство радости? Мечтательно вздыхаю, и на губах появляется дурацкая улыбка. Максим. Этот мужчина свалился, как снег на голову. Неожиданно. Может, он мне приснился? Ну нет! Мой сорванец совершенно точно его вчера подстрелил снежком. Хихикаю и прикрываю рот ладошкой. Не буду шуметь. Мои ещё спят, а мне пора вставать.

Дома с утра прохладно, и горячий чай самое то, чтобы проснуться и взбодриться. Вспоминаю, как закончился вечер, и неожиданно замираю. А как он закончился? Не помню. Ничего. Чаепитие. А как гостя проводили? Подскакиваю с постели и понимаю, что спала в одежде. Как же так? Переодеваюсь в халат и складываю мятые вещи в корзину для грязного белья. Включаю плитку, чтобы подогреть чай. За окошком темень. Вздыхаю. Печально, что я уснула, не проводив его.

День рождения удался. И Агафья Мартыновна довольна, и наш бандит весь вечер крутился вокруг гостя. Жаль, что это всего лишь один вечер. Чайник тихо шумит. Завариваю травы и присаживаюсь за стол, на то место, где вчера сидел Максим Владимирович. В очередной раз горестно вздыхаю. Как он смотрел на меня. Может, я ему и вправду понравилась? Только что толку? Пройдут две недели, и он улетит к себе. Отрицать не буду, он мне очень приглянулся. Таких мужчин я ещё не встречала. Один взгляд чего стоит. Пронзительный, холодный. Такой сильный, уверенный. Сразу понятно, хозяин жизни. А улыбка…

– Эх, – прижимаю ладонь к губам.

– Чего вздыхаем, девонька? – неслышно подходит Агафья.

– Ой, прости, разбудила тебя?

– Я давно не сплю. Просто лежала. Васька, паразит, пришёл со своими песнями. Поднял меня.

– Я ж ему на ночь миску пустой оставила. Вот он и к тебе пристал.

– Ничего. Накормила я кота нашего. А ты чего такая…

– Какая?

– Ну я же вижу перемены в настроении. Улыбаешься, вздыхаешь. Никак гость наш вчерашний виноват?

– А? – делаю удивлённое выражение лица.

– Не юли. Знаешь же, о ком говорю. Скрывать бессмысленно, меня не проведёшь.

– Агафья Мартыновна, а что толку? – отодвигаю от себя кружку и опускаю взгляд.

– Как это?! Тебе замуж пора. Годков-то уже не шестнадцать.

– Кому мы с Максимом нужны? А без него я никуда. Разлучить нас никому не позволю.

– Знаю, милая. Всё знаю. Так никто вроде вас разлучать не собирается.

– Проходили уже. Сама знаешь, – не соглашаюсь, вскинув взгляд, полный негодования.

Как вспомню этих женихов, которые под окнами тут ошивались. Замуж звали, и не раз, но с условием сдать ребёнка в детский дом.

– Последний горемыка удирал с нашего двора, только пятки сверкали, когда я собаку с цепи спустила. Собаки нет уже четыре года, и женихов больше не нашлось. Что за мужчина, которому ребёнок в тягость? Я сама его воспитываю, одеваю, кормлю. Сама зарабатываю. Не нужны они мне.

– Все может и не нужны, а вот один-единственный не помешает.

– И что ты хочешь сказать? Что этот Максим подходящий?

– А почему нет? Он весь вечер с тебя глаз не сводил.

– Он чужой. Издалека. Посмотрел, уехал и забыл.

– Засиделась ты, девонька, одна. Недоверчивая уж больно. Ему не веришь, мне поверь.

– И что ты в нём такого увидела?

Бабушка качает головой и улыбается.

– Максим здешний. Он родился в этом городе, как и ты. Не чужой он, свой, что ни на есть.

– Вот как, – задумчиво тяну я. – Значит, он не просто лечиться приехал, а родные места повидать?

– Не совсем. Ему восемь было, когда родители решили переехать. Почти ничего не помнит. Приехал он совсем за другим.

Глава 10

Сама не понимаю, почему меня так разозлили слова болтушки. Пока успокаивалась и переваривала услышанное, не заметила, как вымыла до блеска четыре номера. Всё по инструкции. Поменяла постельное, проветрила помещение, проверила шкафы, вымыла сантехнику и полы, протёрла пыль. Покрутилась ещё раз, осмотрев каждый угол. Сработано на совесть.

Вздыхаю, косясь на очередную гору грязного белья. Прачечная. Благо, у нас современное оборудование. Мне там особо напрягаться не нужно. Распределить бельё, загрузить в машинки, потом всё аккуратно сложить и отпарить. Закрываю крышку тележки и, заперев последний номер на ключ, лечу к лифту. Время поджимает. Нужно всё успеть сделать заранее. Иначе не видать моему пострелу бассейна. Одного его туда точно не пустят. А у меня ещё работы куча. Если не уложусь вовремя, придётся пожертвовать обедом. Поем на ходу. Не страшно.

В холле на стене огромные красивые часы. Время без четверти час. Опаздываю. Меньше нужно о всяких глупостях думать. Улыбка без спроса появляется на губах. Впервые за долгое время столько эмоций из-за мужчины. Жаль, что он издалека. Вздыхаю. Работа! Прибавляю ходу. Запрыгиваю в лифт и спускаюсь на цокольный этаж. Пахнет порошком и чистотой.

В прачке мечусь, как пчёлка. Укладываюсь за двадцать минут. Скинув фартук, утираю лоб. Время обеда. Максим должен приехать с минуты на минуту, нужно встретить его и ещё сдать ключи от номеров администратору. Лечу за курткой и сапожками. Сразу же в сумке проверяю купальник – прихватила с собой, не забыла. К посещению бассейна всё готово. Шапочки и сланцы в санатории в бесплатном доступе.

Поднимаюсь на первый этаж по ступенькам. Лифт не хочется занимать. Тут пробежаться недолго. Выскакиваю в холл и вижу, как мой мальчик распахивает входную дверь, делает шаг внутрь, и его губы тут же расплываются в счастливой улыбке.

– Максим! – горланит он и летит в противоположную от меня сторону, оставляя на полу снежные следы.

– Привет, сорванец, – раздаётся в ответ знакомый мужской голос.

Вытаращив глаза, смотрю на эту парочку. Ребёнок налетает на нашего нового знакомого, как вихрь. Без стеснения с размаху припечатывается к нему, словно встретил давнего друга. Мужчина улыбается и, смахнув с шапки мальчика снежинки, обнимает в ответ. Они о чём-то переговариваются, но слов я не слышу.

– Ура! – выдаёт несносный Макс, и я начинаю чувствовать себя неловко.

За моей спиной слышится чей-то удивлённый возглас. Оборачиваюсь. Марго. Наблюдая ту же сцену, что и я, девушка отчего-то медленно краснеет. Губы девушки превращаются в узкую полоску. Бросив в мою сторону ненавистный взгляд, резко разворачивается и шагает прочь. Смотрю ей в спину. Если до сегодняшнего дня она меня недолюбливала, теперь это чувство перейдёт на новый уровень. Только бы мне это боком не вышло.

– Инга, – окликает меня мужчина.

Марго издаёт странный звук, напоминающий визг обезьяны, и скрывается за поворотом. Вздыхаю и оборачиваюсь на голос.

– Здравствуйте, Максим Владимирович, – отвечаю подчёркнуто вежливо, соблюдая официальный тон.

– Здравствуйте. Вы сегодня прекрасно выглядите. Как спалось?

– Спасибо, хорошо, – отвечаю очень тихо на его достаточно громко произнесённые вопросы.

– И я выспался. Меня баба Агафья разбудила, так бы и бассейн проспал, – вклинивается в разговор мой Макс, и я бросаю на него строгий взгляд.

Но отчего-то Максим Владимирович не разделяет моего недовольства поведением ребёнка. Он улыбается, явно поощряя его общительность.

– И о чём вы тут без меня перешёптывались? – сложив руки на груди, немного ревниво интересуюсь я, переводя взгляд с одного заговорщика на другого.

– Он пойдёт с нами! В бассейн! – радостно сообщают мне, улыбаясь во весь рот.

– Зачем это? У Максима Владимировича своих дел полно! Не стоит его отвлекать всякой ерундой.

Лицо моего сорванца сразу же мрачнеет.

– Ну, мама! Он пообещал научить меня плавать, – пытается возразить Макс и, притихнув, опускает голову.

– Я как раз закончил все свои дела на сегодня и совершенно свободен, – потрепав ребёнка по тёмно-русым волосам, заявляет мужчина и подмигивает ему. – Буду рад составить вам компанию. Если, конечно, вы, Инга, не против. Я отлично плаваю с детства. Могу дать несколько уроков. Гарантирую, через пару дней поплывёт.

– Ну если это вас не затруднит, то… я не против. Только вот пары дней у нас нет, к сожалению, – огорчённо развожу руками.

– Я договорюсь, если дадите добро на наши занятия, – выдаёт собеседник, всматриваясь в моё лицо в ожидании ответа.

Макс начинает скакать на месте, дергая меня за край кофты.

– Пожалуйста! Пожалуйста!

– Ну что с тобой поделать, разрешаю, – отвечаю своему подопечному. – Но, пожалуйста, больше ничего ему не обещайте. Или хотя бы заранее советуйтесь со мной, – это уже адресовано Максиму-старшему.

– Отлично. Я вас понял! – бодро соглашается мужчина и хлопает мальчика по плечу. – Ну что, мы переодеваться и ждём маму?

Счастливый ребёнок кивает, а я, не удержавшись, улыбаюсь.

– Я на ресепшен и сразу к вам!

– Отлично. Идём? – последнее уже моему сорванцу.

Смотрю им вслед и вздыхаю. Надо же, спелись, да так быстро. Невероятно.

Максим

Мальчишка, как я и предполагал, оказался очень способным учеником. Ловил на лету каждое моё слово. Повторять дважды не приходилось. За пятнадцать минут он научился сносно держаться на воде. Я не скупился на похвалу, отчего его глаза светились искренней, немного наивной радостью. Признаюсь честно, меня подкупали его эмоции.

Переговариваясь с ним о разных пустяках, я постоянно оборачиваюсь на дверь, но Инга задерживается. Понятное дело, работа. Льстило, что именно мне доверили самое ценное, но хотелось, чтобы она присоединилась к нам. Макс старательно гребёт руками, поблизости от меня, как и договаривались, я же не спускаю с него глаз и жду её.

Рядом с нами уже минут двадцать крутится парочка дамочек с пышными формами. То и дело стреляя в нашу с Максом сторону своими подкрашенными глазками, они хихикают и перешёптываются. Бред! Идти в бассейн с макияжем. Одно неловкое движение, и всё поплывёт. В итоге так и происходит. Мой начинающий пловец, обрызгав одну из наблюдательниц, попадает к обоим в немилость, и нам приходится от греха подальше сбежать в сауну.

глава 11

За обедом нам удаётся ещё немного побыть вместе. Во время разговоров я старательно намекаю девушке на свидание, но она либо отмалчивается, либо сводит всё в шутку, виртуозно уходя от ответа. Это озадачивает. Может, предложить ей договор, где мы подробно пропишем каждый свои условия и требования, и на этом заключим крепкий деловой союз? А что? В бизнесе эта часть сделки немаловажна, и для семейной жизни вполне приемлема. Многие семьи заключают брачный договор. Сделаю ей предложение, официальное подтверждение моих серьёзных намерений. Как, интересно, она отреагирует? Чешу подбородок, задумчиво изучая её лицо. А что, если в будущем и она не сможет родить мне ребёнка? Звонкий смех Максима отвлекает от тяжёлых дум, с улыбкой смотрю на парня. Хороший. С ним не соскучишься.

Местная кухня меня вполне удовлетворяет, решаю отказаться от идеи заказывать еду из ресторана. Лишние хлопоты мне ни к чему. Удобства, питание и обслуживание – всё вполне достойно, но игнор со стороны Инги портит настроение. Остаётся одна надежда. Макс. Пацан явно на моей стороне, и как бы мамочка не сопротивлялась, ей придётся уступить сыну. И ему замечательно, и мне на руку. Набросав в голове пару десятков вариантов, как с помощью мальчишки заманить Ингу в свои сети, хищно улыбаюсь.

– Ну, всё. Мне пора, на сегодня ещё нужно закончить кое-какие дела, чтобы успеть на автобус, – поднимаясь из-за стола, девушка принимается убирать грязную посуду.

– Но обед ещё не закончился, – пытаюсь её остановить и ловлю за руку.

Реакция Инги на мои прикосновения – что-то из мира фантастики. Распахнутые глаза, в которых читается замешательство, смущение и интерес. Она явно неравнодушна ко мне. Высвободив кисть, прячет её за спину. По-детски забавный жест.

– Мама, давай посидим ещё пять минут. А потом я тебе помогу. Честно-честно!

– Конечно, поможешь. Сначала хорошенько обсохнешь, вон чуб ещё совсем сырой. А потом пойдём дорожки от снега расчищать. Надеюсь, ты не забыл о своём обещании.

– Помню я, – вздыхает мальчишка и поджимает губы.

– Я могу помочь, – толкаю его в плечо. – Вдвоём быстрее.

– Максим Владимирович! Что вы! Вам нужно здоровьем заниматься, а не работать. Отдыхайте. Мы справимся, – она отрицательно мотает головой, выставив руки перед собой.

– Даже и не подумаю. Нагрузки на свежем воздухе благоприятно действуют на организм, – отодвинув тарелку от себя, бодро хлопаю в ладоши и подмигиваю Максу. – Ну что, одеваемся и за работу?

– Да-а-а! – горланит пацан, и все присутствующие оборачиваются на нас, в том числе и наши новые знакомые из бассейна.

Наряженные и свеженапомаженные кумушки, как по команде закатывают глаза и начинают причитать. Инга грозит сыну пальцем и осуждающе качает головой.

– Не будем портить настроение окружающим, – перехватываю инициативу на себя и тащу парня прочь из обеденного зала. – Пошли, переоденусь в тёплое. Как раз пока ходим, волосы просохнут.

– Э-э-э, – пытается что-то возразить Инга, но, чтобы сдаться, ей хватает одного моего взгляда.

Сложив руки на груди, она удивлённо смотрит на меня.

– И зачем вам заниматься совершенно несолидным трудом? Вы явно не из простых работяг! Неужели захотелось экстрима, попробовать что-то новое?

– А я работы никогда никакой не стеснялся. Тем более мне в радость, – взъерошив Максу тёмно-русую макушку, по-доброму ухмыляюсь.

Парень, смешно скосив глаза, пытается уложить всё обратно.

– Что? Грести лопатой снег вместо непослушного мальчишки? Я по его довольному лицу вижу, что он с радостью перекинет всю свою работу на вас!

Пожимаю плечами.

– Так зачем вам это? – девушка даже прищуривается, пытаясь рассмотреть ответ в моих глазах.

– Ты всегда во всём видишь подвох?

– Да. Ничего в жизни просто так не бывает. За всё приходится платить.

– Денег с вас за помощь не возьму. Не переживай. Может, мне нравится ваша компания, а ты отказалась быть моим гидом по санаторию.

Инга краснеет.

– Ну у меня будет выходной, на днях. Если хотите, можно…

– Хочу!

– У мамы день рождения! – выдаёт мальчишка. – Мы хотели сходить в кафе. Вы пойдёте с нами?

– Максим, ты… – девушка возмущённо смотрит на сына.

– Конечно, я пойду с вами, – радостно сообщаю ребёнку и демонстрирую свои тридцать два.

Попалась. Один её день уже мой.

– Мама! – радостно взвизгивает мальчишка, и Инга закрывает лицо рукой. – Это же здорово! – не унимается Макс.

– Мы поговорим с тобой дома вечером, – отзывается она.

– Инга! Вот ты где! – оборачиваюсь на знакомый голос.

В дверном проёме стоит та самая мадам, которая разбудила меня своим приходом с утра. Стрельнув в нашу компанию хищными глазками, она высокомерно вздёргивает подбородок.

– Рита, – растерянно отзывается Инга. – У меня обед.

– Вижу, – фыркает блондинка и кривит губы. – Вообще-то бельё за тебя само из машинок не уберётся. И время уже не обеденное.

– Могла бы не утруждаться. Я свою работу прекрасно знаю и за временем слежу.

Эта самая Рита бросает в мою сторону обиженно придирчивый взгляд и, поджав губы, исчезает туда, откуда явилась.

– Ладно. Жду вас через двадцать минут на улице, у крыльца. Помощники, – чеканит Инга и убегает.

Провожаю взглядом её стройную фигурку и улыбаюсь. Кажется, жизнь налаживается.

Уборка снега занимает пару часов. Объём работы оказывается действительно не маленьким. Не знаю, как с этим справляется хрупкая девушка, но я порядочно взмок, пока махал подборной лопатой. Инга. Видимо, я её недооценил. Снегоуборочной лопатой она орудует легко и ловко. Прочищая узкие дорожки, где не пройдёт техника, девушка при этом умудряется контролировать нас с Максом. Благодаря ему, мне приходится по нескольку раз переделывать выполненную работу, потому как этот сорванец, действительно наплевав на все свои обязанности и обещания, просто бессовестно бездельничает. Обкидывает нас снегом, делает подножки и постоянно паясничает. Это сколько невостребованной энергии в подрастающем организме!

Глава 12

Инга

Скинув рукавицы, прижимаю ладошки к раскрасневшимся с мороза щекам. Лицо горит огнём. После нашего с Максимом разговора, внутри загорается надежда. Маленький и слабенький огонёк, которому я позволяю поселиться в сердце. Не хочу сейчас думать о том, что веду себя глупо, поверив в то, что совершенно чужой человек поможет решить мои проблемы. Сегодня разрешаю себе побыть счастливой. Рабочий день закончен. И он прошёл великолепно. Я устала, но ужасно довольна.

Скоро день рождения. Благодаря моему непоседе, в этот раз придётся отмечать. Давненько не устраивала себе праздников. Что ж, придётся позаботиться о развлечениях и угощениях для гостя и родных.

– Сияешь, как новый пятак, – фраза, сорвавшаяся с губ моей недоброжелательницы, звучит больше как утверждение, чем вопрос.

Поворачиваюсь к ней, отвечаю недоверчивым взглядом на вроде как дружелюбную ухмылку. Не помню, чтобы она мне когда-либо улыбалась.

– Чего тебе?

– Ой, ой! какие мы серьёзные и злопамятные, – кривит губы Марго и, сложив руки на груди, придирчиво осматривает меня с головы до ног. – Колись, где такого мужика урвала? Богатенький, сразу видно. Машина, парфюм, весь такой видный, с иголочки.

– Никого я не урывала, – морщусь от её слов и отворачиваюсь.

Делаю вид, что занята, может, догадается, что я не намерена продолжать беседу, и уйдёт.

– Я же не слепая. Вижу, как он на тебя смотрит, – не унимается настырная собеседница, теперь поглядывая на меня с усмешкой и...

Впервые замечаю зависть в её глазах.

– Что тебе надо?

– Да просто любопытство замучило. Ты всё со своим пацаном, одна да одна. А тут такой шикарный ухажёр нарисовался. Откуда?

– Родственник Агафьи Мартыновны, – вру первое, что приходит на ум.

Хотя это почти правда. Уточнять что и как Рита всё равно не будет.

– Родственник? М-м-м, у этой старой ведьмы богатая родня?

– Поосторожней с выражениями, – шиплю я, предупреждающе стрельнув глазами в блондинку.

– Ой, боюсь, боюсь, – кривляется Маргарита, задрав лапки вверх. – Понятно теперь всё. Приворожила себе женишка. Бабка помогла. За что она тебя только любит? Сирота без роду, без племени. Папаша помер и ни гроша не оставил.

– Тебе-то откуда знать, кто я?! – сжимаю руки в кулаки и делаю шаг в её сторону. – Не смей говорить гадости о моём отце!

– Мам, – в подсобку забегает Максим и, остановившись, беспокойно смотрит на нас.

Улыбка медленно сползает с его губ.

– Что, мой хороший? – натужно улыбаюсь ребёнку, но он так повзрослел, что обманывать его с каждым разом получается всё труднее.

– Вы что, ссоритесь? – произносит он.

Взгляд бегает от меня к Рите.

– Нет, что ты. Всё хорошо, – отвечаю ему, подхожу и обнимаю. – Мы работу обсуждали… на завтра. Уже, кстати, обо всём договорились. Маргарита уходит.

Девица фыркает на мои слова и, скривив губы в ухмылке, вальяжно покидает помещение. «Гадюка обыкновенная», – мелькает первая мысль в голове.

– А ты чего из холла убежал?

– Скучно. Максим ушёл на массаж к Трофиму Яковлевичу, и мне нечем заняться.

– Милый, но раньше же ты находил себе занятия здесь и без Максима Владимировича, – подчёркиваю отчество нашего нового знакомого.

Мне не нравится, что Макс так просто его называет. Как-то слишком вольно он с ним общается.

– Послушай меня, – тяну его за руку к столику и усаживаю на стул. – Он хороший человек, но… он чужой нам.

– Но как же? Он родственник бабушки и…

– Он приехал в санаторий и скоро уедет. И возможно, больше не вернётся. Понимаешь?

Глаза моего сорванца вмиг гаснут. Он хмурится, отводя взгляд.

– Не хочу тебя расстраивать, мне он тоже нравится, но…

– Нравится?! – неожиданно оживает ребёнок, восторженно уставившись на меня.

Вот же засранец, выхватил из разговора для себя именно то, что ему по душе.

– А может, тогда вы поженитесь?

– Кто поженится? – мужской голос заставляет меня вздрогнуть.

– Никто! – вскрикиваю я и умоляюще смотрю на своего юного собеседника.

– Ты и Инга! – выдаёт он то, чего я больше всего боялась.

– Хорошая идея, – пожимает плечами Максим Владимирович с совершенно невозмутимым видом.

– Ну ладно, он балбес, но и вы туда же! – вспыхиваю я. – Взрослый же человек! – беспокойно мечусь между двумя заговорщиками в маленькой комнатёнке. – И вообще, нечего подслушивать чужие разговоры. Вы на массаже должны сейчас быть!

– Отменил. Оказывается, это СПА-процедура, на которую предпочтительно ходят женщины.

– У Трофима Яковлевича? Он же настоящий костоправ! – на моё искреннее удивление мужчина молча отводит взгляд. – Понятно, – отчего-то я начинаю сердиться.

Скорее, правда, на себя.

– Я тут подумал, раз процедур у меня на сегодня больше нет, и вечер совершенно свободен, может, отвезу вас домой? А по дороге прокатимся по городу. Покажете мне достопримечательности.

Вздыхаю, глядя на мужчину. Оглушительное «ура!» от Макса заставляет вздрогнуть.

– Не на автобус! Я за вещами, – бросает ребёнок и моментально скрывается из виду.

Предатель мелкий.

– Э-э-э, я по поводу вашего: «Мне он тоже нравится». Серьёзно?

Под его смеющимся взглядом заливаюсь пунцовой краской.

– Подслушивать чужие разговоры нельзя, – повторяюсь я. – Вас где воспитывали? На курсах наглых миллионеров?

– Нет, дома. В совершенно обычной семье, – Максим чешет подбородок, задумчиво взирая на потолок. – Наглости набрался, видимо, уже после, – его взгляд возвращается ко мне. – Так всё же, что с моим вопросом?

– Вам всё ещё интересна экскурсия по городу? – вскинув бровь, произношу я, вкладывая в слова как можно больше строгости.

Он кивает.

– И?

– Понял, – выставляет руки в защитном жесте, я киваю, удовлетворённая ответом, и иду к выходу.

Старательно протискиваюсь мимо него в дверном проёме, но он стоит, как нарочно занимая почти всё пространство своим широченным торсом. Пройти, не задев, невозможно.

Глава 13

На улице заметно крепчает мороз. Из машины совсем не хочется выползать, бешенный ритм работы к вечеру даёт о себе знать, сил ни на что не осталось. Может, я просто разнежилась в тепле и совсем размякла? Зеваю и, поёжившись, плотнее кутаюсь в курточку. Коротковата, но что есть, то есть. Смотрю на попутчиков, которые, прильнув к окну авто, с энтузиазмом разглядывают зимние горки и ледяные скульптуры на нашей огромной городской площади, и вздыхаю. Мне туда смотреть уже холодно, а они оба радуются.

Максим Владимирович выходит первым, за ним вылетает мой сорванец, я выползаю последняя. Нахохлившись, как воробей под холодным ветром, плетусь следом за ними, бросая в сторону машины тоскливый взгляд. Благо никто не замечает моих эмоций. Заняты обсуждением дальнейших действий.

Пока Макс-младший бегает от одной резной хрустальной фигуры к другой, старший успевает бросать в мою сторону любопытные взгляды и не отставать от него. Надо же. Никогда бы не подумала, что мужчина способен на такие жертвы ради достижения своей цели. Или ему действительно нравится возиться с мелкими?!

Неужели так хочет мне понравиться, что готов изображать роль папаши? По его лицу не сказать, что он заставляет себя улыбаться или нехотя разговаривает с мальчишкой. У них, кажется, всё взаимно и, похоже, искренне. Ну, а если дело действительно во мне? Мои подозрения не беспочвенные, это подтверждает наш немного странный поцелуй. Но я всё же сомневаюсь. Задумчиво касаюсь губ холодными пальчиками. Настолько ли я хороша, что он так старается? Может, этот человек из тех, кто не привык принимать отказы? И это всего лишь спектакль, часть продуманного плана. Мне не нравятся мои умозаключения. Внутри неприятно колет. Я очень хочу верить ему. Да! И бабушка о нём положительно отзывалась. Значит, Максим хороший человек. Можно немного расслабиться. Но бдительность терять не стоит. По возможности.

– Инга! – кричит мой бандит и машет рукой с верхушки самой высокой горки. Сердце замирает.

– Ты куда забрался?! Максим, немедленно спустись вниз!

Когда только успел? Отвлеклась всего на минутку.

– Всё хорошо! Не переживай! – Максим Владимирович появляется рядом и подстраховывает непослушного мальца.

Придерживая его за ворот куртки, он что-то ему говорит, и потом они исчезают с моих глаз. Слышу счастливый визг сына уже внизу.

– Здорово! Мама! Хочу ещё!

– Стой! Стой, – срываюсь с места, пытаюсь догнать шустрого малого, но немного не успеваю.

– Максим! Мы договаривались, только с разрешения мамы! – окрикивает его мужчина, и этот предатель останавливается на месте, как вкопанный.

Удивлённо хлопаю глазами. Потом просыпается неуместная ревность. Не то, чтобы я злилась, но немного неприятно. Значит, меня он воспринимает после долгих разъяснений и, можно даже сказать, угроз, а постороннего ещё два дня назад человека слушается с первого слова. Обидно.

– Эта горка слишком высокая. Выбери другую, – севшим голосом проговариваю я и смотрю, как он послушно бежит искать что-то менее опасное.

Поникнув, смотрю себе под ноги. Увлекательное занятие – раскапывать кучку снега носком сапога.

– Что с настроением? Что-то не так? – бархатистый голос у самого уха заставляет вздрогнуть.

Максим обходит меня со спины и встаёт прямо передо мной, вплотную. Приходится задрать голову вверх, потому как мои глаза находятся на уровне его шеи. Смотрю вверх, поправляя съехавшую набок шапку. Опять улыбается.

– Всё хорошо, – бросаю на него робкий взгляд и отворачиваюсь.

Надоело смущаться и краснеть, лучше спрятаться за пушистым шарфом и натянуть головной убор на глаза.

– Замёрзла? – совсем неожиданно слышу в голосе нежность.

Что это? Забота? Столько тепла вложено в одно-единственное слово. Он издевается? Этот мужчина способен растопить айсберг своим баритоном. Но почему эту способность он оттачивает именно на мне? Отрицательно мотаю головой, ещё сильнее зарываясь лицом в шарф.

Бархатистый смех похож на летний ветерок. То, что происходит в следующий момент, совершенно лишает меня дара речи. Этот невозможный человек, распахнув полы пальто, прижимает меня к себе. Нос наполняет аромат его парфюма. Хлопаю глазами. Как реагировать? Подобное со мной происходит впервые. Стою, потеряв дар речи, укутанная в тёплую шерстяную ткань, согреваясь теплом сильного тела.

– Тут морозы зимой, нужно одеваться лучше, – говорит он куда-то в макушку. – Так и заболеть недолго. Сына ты тепло одеваешь, молодец, но и о себе тоже нужно заботиться.

Первое желание оттолкнуть сходит на нет. Закрываю глаза. Голова идёт кругом. Может, я уснула на работе? Устала так, что опять отрубилась за столом или в подсобке на диванчике? Тёплая ткань кашемирового свитера щекочет нос, и я неожиданно чихаю.

– Ну вот, о чём я и говорю. Давайте-ка заедем куда-нибудь выпьем горячего чая, – его слова не звучат как предложение.

Он просто сообщает о своих намерениях, не спрашивая моего согласия. Сильные руки за моей спиной сжимаются ещё крепче. Я усердно пытаюсь сохранить между нами несчастные пару сантиметров, но Максим, видимо, решает, что это лишнее. Меня по-хозяйски припечатывают к груди, вообще не обращая никакого внимания на сопротивление. Водрузив подбородок на мою макушку, он просто стоит на месте, более не двигаясь. Я сдаюсь. Бороться с ним совсем не хочется. Но это не значит, что я промолчу.

– Ты всегда такой наглый?

– Повторяешься с претензиями. Но мы, похоже, конкретно перешли на ты, это уже прогресс.

Издаю полустон и начинаю копошиться в его объятиях.

– Он ещё катается. Давай дадим парню пять минут. Пусть развлечётся. Или так не нравится обниматься со мной?

– Это… как-то странно, – выдаю первое, что приходит на ум.

– Ничего странного. Со стороны мы смотримся, как самая обыкновенная семейная пара, счастливая.

– Но мы не семья, – я задираю голову, и он наконец-то ослабляет хватку.

Смотрит немного грустно, а потом, склонившись, целует в нос.

Глава 14

Максим Волков

Инга притихла, пригревшись в машине, и я решаю не доставать её, хотя в голове куча вопросов. Девушка уже взрослая, но на удивление робкая, мне это нравится. Обычно с другими уже на этом этапе знакомства я заказывал номер на двоих, но с ней так не получится. Не испорченная провинциальная девчонка. Ни этого ли я искал, перебирая любовниц? Сморю на неё. Из последних сил борется со сном. Если засыпает рядом со мной, значит, доверяет. Или ей скучно? Судя по усталому виду, первое. Трёт глаза и прячет зевок ладошкой.

– Устала? – произношу как можно тише.

На заднем сиденье уже спят. Она сонно улыбается и кивает.

– Извини, – повернувшись ко мне, старательно трёт щеки. – Никак не могу взять себя в руки. Музыка такая тихая, и машина очень плавно едет, укачивает.

Смотрю на неё несколько секунд: необыкновенные глаза, чуть влажные губы, водопад волос, рассыпавшихся по плечам. Красавица. Голову посещает шальная мысль, и я резко сворачиваю к обочине. Она немного удивлённо хлопает ресницами.

– Что случилось?

Смотрит в окно. Мы на дороге совершенно одни. Из освещения только луна и тусклый свет от панели авто. Поворачиваюсь к ней и тянусь рукой к лицу. Девушка замирает, в глазах читается недоумение. Страха нет. Только сонливость вмиг испаряется. Касаюсь бархатной кожи, провожу большим пальцем по скуле. Наклоняюсь ближе. Я обещал не касаться без разрешения, не целовать, пока не получу положительный ответ. Поэтому совершенно честно спрашиваю:

– Можно?

Она замирает, кажется, даже не дышит. Подаюсь слегка вперёд и припадаю к её губам. Девушка шумно вздыхает. Отвечает на поцелуй. Несмело открывается мне, и это в моём понимании сигнал к действиям. Сминаю нежные губы, зарываясь пальцами в шёлк волос. Сладкая, словно дикая лесная ягода. Меня пронзает волна жара. Хочу её. Притянуть к себе, скинуть всю одежду, под которой она прячет нежное тело. Забрать, присвоить. Научить всему тому, о чём не говорят вслух. Её дыхание срывается. Слышу тихий стон. Даю волю рукам. Забираюсь под лёгкий свитер. Пальцами касаюсь позвонков, девушка выгибается, остро реагируя на обыкновенную ласку. Моя девочка, такая отзывчивая, такая страстная. Кажется, не только мне снесло голову.

Жаль, что мы в машине. Тут не развернёшься. Возможно, брать её прямо сегодня я бы не стал, но трогать и ласкать, думаю, не будет слишком. А может… Судя по тому, как она цепляется за ворот моего свитера, всё бы получилось. С чего я взял, что напугаю и оттолкну? Мы взрослые люди. Рука Инги скользит по моей шее, такое лёгкое прикосновение вмиг находит отзыв в моём теле. Ерзаю на сиденье, в штанах становится тесно. Интересно, когда у неё был последний раз любовник? Сколько времени она одна? Голова идёт кругом.

Девушка отстраняется, смотрит на меня огромными глазами. Её пальчики играют с моими волосами. На затылке. По спине бегут мурашки. Моргаю и издаю тихий смешок.

– Такие мягкие, – произносит она и улыбается. – Я думала, они совсем другие на ощупь.

– Разочарована?

– Нет, – заворожённо отвечает девушка и убирает руку.

Взгляд скользит по моему лицу. Пальчик касается лба. Она ведёт по коже им и немного хмурится.

– Откуда это?

– Шрам? – глупый вопрос, что там ещё может её заинтересовать.

Не морщины же от моего вечно хмурого вида так её привлекли.

– Да, – шепчет и переводит взгляд на губы.

– С детства. Не помню, маленький был.

Наклоняюсь к ней как можно ближе и ещё раз целую. Словно желая удостовериться, что я уже имею на это право. Касаюсь сладких губ совсем легко, почти целомудренно. Она замирает и издаёт очередной шумный вздох.

– Поехали, пожалуйста. Уже совсем поздно.

Киваю и с сожалением отрываюсь от желанной добычи. Но это только на сегодня. В голове ураган эмоций и куча планов на эту маленькую семью. И пока у меня есть немного времени, чтобы убедиться в том, что я не ошибся в своём выборе и принять окончательное решение.

К дому подъезжаем гораздо позже, чем планировали. На крыльце горит свет. Окна дома светятся. Инга выскакивает из машины и сразу же рвётся будить сына. Я мягко останавливаю её. Хоть пацан у неё поджарый, веса в нём в двенадцать лет достаточно. И видимо, эта батарейка умеет садиться под ноль, потому что, когда я подхватываю его на руки, он совершенно не реагирует, продолжая пускать пузыри.

– Максим, он тяжёлый. Куда? – шипит моя девочка, но я настойчиво продолжаю своё дело.

Она качает головой.

– Меня совсем маленькую никто не носил на руках, а этого кабана тащат в таком возрасте.

– Исправим, – шутливо заявляю я. – Ты лёгонькая!

– Откуда тебе знать?

– Прикинул примерно. Вот пойдёшь со мной на свидание, проверим, – пыхчу, поднимаясь с драгоценной ношей на руках по деревянным ступенькам.

Она смеётся. И спешит открыть дверь. Хозяйка встречает сразу в сенях.

– Ох, ты ж! ПрЫнца тащат, – всплеснув руками, Агафья спешно открывает дверь в дом.

Затаскиваю Макса в его комнату и кладу на постель. Инга на ходу снимает с пацана ботинки, помогая его раздеть. Встрепенувшись, он с закрытыми глазами начинает стаскивать с себя одежду и молча ныряет под одеяло, укутавшись с головой. Оставляем его в покое.

– И где это вас носило? – усмехается пожилая женщина, прищурив глаза.

– Максиму приспичило на горки, потом в кафе. А кое-кто мне решил испортить ребёнка и избаловать, выполняя все хотелки, – сообщает Инга полушёпотом и разводит руками, кивая в мою сторону.

– Смотрите, Максим Владимирович. Вам же потом и расхлёбывать, – предупреждает бабуся и растягивает бесцветные губы в лукавой улыбке.

Странная у неё манера общения. Будто всё наперёд знает.

– Агафья Мартыновна, ну что вы говорите, – осекает её Инга. – Вы же знаете нашего мальчика. Он не часто что-то просит. И при чём тут Максим… Владимирович? Он просто… просто…

– Хотел немного порадовать парня. От этого дети не портятся. А становятся счастливее.

Глава 15

Пропустив завтрак, плетусь на процедуры. До обеда мне никак не освободиться из цепких рук врачей. Это сущее наказание! Следующий отпуск я проведу совсем не так. Это уж точно. Зеваю и живо представляю, как новые сеансы массажа буду проходить под мелодичные композиции на островах. Неважно каких, главное там, где пляж, песок, море и тепло и… она рядом. Мысли уносят к воспоминаниям о вчерашнем вечере. Инга. Губы трогает улыбка.

Всё, что со мной делают, проходит словно в тумане. Неожиданностью для меня становится завершающие процедуры. Растирая ягодицу после инъекции каких-то супернужных моему организму витаминов, спешно покидаю эту часть здания. Есть хочется так, что сводит желудок. Но я должен сначала отыскать её. Вместе и пообедаем. Хочу скорее увидеть свою робкую девочку и поцеловать.

Звонок телефона заставляет поморщиться. На ум приходит одно – это точно с работы! И как они прожили без меня два дня? Уму непостижимо.

Смотрю на номер. Пётр! Не ожидал. Ему совсем без меня скучно? Или любопытство заело?

– Да!

– Приветствую отдыхающих! – доносится очень бодрое из трубки, и сразу же следом слышу оглушающий смех. – Как дела? Здоровье?

– Привет, привет. Бывший друг! – отвечаю, нисколько ни задумавшись.

– Ого! Даже так! Странно, я тщательно подбирал для тебя место отдыха. Выбрал самый лучший…

– Тот, куда нечаянно ткнул пальцем в сенсор, – договариваю за него.

– Нет, тот который был поближе к моей бабке! – поправляет меня Пётр, но это не меняет сути.

– Я так и понял, – изрекаю максимально недовольно.

– Ну, и чего ты не звонишь, ничего не рассказываешь? Как с Агафьей Мартыновной пообщался? Чем она тебя обрадовала? Лечение? Травы? Может, какой ритуал провела?

– Какие ритуалы?! Ты книжек перечитал, шаман недоделанный?! Ничего она мне не сказала, чай травяной дала. Посоветовала душой заняться, раз тело здорово.

– Всё?

– Да!

– Ты ещё раз к ней съезди, настаивай на том, что тебе нужна помощь. Темнит она, не должна отказывать.

– Хорошо. Заеду к твоей бабке, – соглашаюсь.

Это уж точно, мимо теперь не проеду.

– А ты знаешь, что она не одна живёт?

– Да, приютила девчонку с ребёнком. Сироты они. Давно об этом разговаривали.

– Мать-одиночка с сыном.

– Постой, нет же. Там двое детей из одной семьи вроде как. Сестра и брат. У них разница большая в возрасте. Ни матери, ни отца нет.

Моё лицо вытягивается, и я на минуту теряю дар речи. Что за ерунда? Макс её совершенно точно мамой называл. Иногда проскакивало «Инга», но я не придавал этому значения. Значит…

– А что ты так об этом беспокоишься? Не понравились её жильцы? – доносится из трубки, и Пётр издаёт смешок. – Ты её плохо знаешь, Агафья кого попало в дом не впустит. Она людей насквозь видит. Да и про девушку она отзывалась всегда только положительно. Бабка там одна. Мне на руку, что кто-то есть рядом. Старая же совсем. Я её сто раз звал к нам переехать. Тут правнуки, её семья, но она ни в какую дом покидать не желает. Привыкла. На новом месте, говорит, плохо ей будет! Так что всё нормально.

– Да я это понял. Хорошие у неё жильцы. Познакомился. Приняли меня хорошо. Накормили.

– Понятно, понятно! А места-то не узнаёшь? Всё же родился там, жил какое-то время.

– Нет. Ничего не узнаю. Всё чужое.

– Ну да ладно, – голос Петра звучит печально. – Чем занимаешься?

– На процедуры хожу, твоими стараниями с половины восьмого начинаются мои мучения. Ты не думай, я тебе этого не забуду…

Громкий смех прерывает мои жалкие попытки надавить другу на совесть.

– Поверь, ещё спасибо скажешь!

– Посмотрим!

– Ну всё, давай до связи!

– Пока.

Смотрю на часы. Почти двенадцать. Пора в столовую. Только отхожу от окна, мне наперерез вылетает зарёванный Максим.

– Стоять! Что случилось?

– Ты маму не видел? Я её нигде найти не могу. Она точно должна быть на работе. Уехала утром. Я недавно приехал, начал искать. Никто не знает, где она! – пацан срывается на рёв, и я спешно прижимаю его к себе.

– Всё! Тихо! Сейчас найдём, не плачь. Ну-ка, успокаивайся. Паника ещё никому не помогла решить проблему, – тряся его за плечо, попутно вспоминаю рассказ Инги о том, что с ним было в детстве.

Приступы. Сердце. Ему нельзя волноваться.

– Давай всех ещё раз спросим. И сами всё осмотрим. Найдём. Обещаю.

Инга

С остановки несусь к санаторию, как ошпаренная. Автобус зарылся в снегу на самом подъезде, и, пока выбрались, приезжаю с опозданием. Ну не могла же я бросить шофёра, никто особо помогать не торопился! Пришлось организовывать людей, благо мужчинам было стыдно отнекиваться. Стоило их простимулировать, и дело сдвинулось с мертвой точки. Волшебная фраза: «Есть ли тут настоящие мужики?» сработала безотказно. Поднялись сразу несколько.

На бегу волосы растрепались краше, чем у ведьмы. В здание влетаю и, не сбавляя темпа, спешу в подсобку. Переодеться и за дела. Сегодня генеральная в холлах. Помыть стены, потолки, окна изнутри тоже нужно протереть. Обдумывая с чего начать, пролетаю мимо ресепшена, молча махнув девочкам рукой. Слышу сомнительные комментарии от Ирки и Риты мне вслед, отмахиваюсь. С этими я бы не здоровалась, но акцентировать для кого именно моё приветствие совершенно некогда. И зачем мне уподобляться этим кикиморам? Без них забот полно.

Бросаю куртку на стул, вынимаю из пакета чистенькую форму. Лёгкие темно-синие брючки и удлиненная рубашка к ним, вместо привычного платья. Если представить, что сегодня мне предстоит полдня скакать со стремянкой, то такая одежда в самый раз. Скидываю свитер и неуклюже натягиваю рубашку. Благо, она на замке. С пуговицами я б сейчас не справилась. Ненавижу опаздывать. Так спешу, даже руки от нетерпения трясутся, а пальцы словно деревянные. Наверняка мне никто и слова не скажет, задержалась-то не по своей вине. Наш администратор меня отлично знает и никогда не станет ябедничать вышестоящим. Я могу быть уверена, всё будет отлично, но отчего-то нервничаю.