Двуликие, (не) мой выбор

Глава 1.

               — Мечтай!!! И не забывай что и ты чья-то мечта…

                (Просторы интернета)

Мне снился сон, где я в очередной раз копалась в развалинах, ища  интересные вещи, которые я с любовью осматривала, обтирала от пыли и грязи. Потом откладывала их в свою корзинку, мечтая, как вернусь в свою каморку и буду реставрировать их.

Внезапно послышался шорох. Я почувствовала давление и неприятный взгляд. Заворочалась во сне, заскулила от страха. Опять меня кто-то преследует! Становилось все темнее, страх сковывал меня, я судорожно сжимала ручку корзинки. Что бы это ни было – я сохраню свои сокровища, без них я никто.

– Арттвуд, вставай! – заорали в мое ухо.

От неожиданности я подскочила. Ничего не понимая и скуля, перекувыркнулась через себя и обратилась в небольшую черно-бурую лису. Судорожно забилась под стол, на котором спала. Прижала ушки к голове, а хвост спрятала под себя.

Почувствовала, как кто-то наклоняется и заглядывает под стол.

– Ну чего ты испугалась? Вылезай, давай. Опять уснула за столом? Сколько можно! – услышала я ворчливый голос единственной в этом мире моей подруги.

– Ну зачем так пугать? – простонала я, снова обернулась, на четвереньках выползла из-под стола, отряхиваясь от пыли и мелкого мусора, который падал в процессе моей работы на пол, и с тоской смотря на свое грязное от пыли, хоть и старенькое, но любимое платье, лежащее кучкой. Сорочка и панталончики остались внутри него.

– Вылезай, вылезай. Опять все забыла? Сегодня же смотрины будут, а ты еще не готова, Эмили! –продолжила возмущаться она.

– Ну вот зачем так пугать? – повторила я, вздохнула и стала по-быстрому одеваться. – Директриса же освободила меня. Я ей гарнитур отреставрировала, чтобы она не включала меня в список, – ворчала я из-под платья, которое старательно натягивала на себя.

– Да что ты такое говоришь?! Это же единственный наш шанс! Еще полгода и все – нас вышвырнут на улицу. И куда ты пойдешь? А тут такой шанс: благородные лисы будут выбирать себе спутницу, – вещала Венди.

– Не спутницу, а любовницу, ты же знаешь. На словах одно, а на деле – другое. Я не хочу так, – заупрямилась я, убирая при этом инструменты по своим местам. – Тем более директриса обещала устроить меня в один из реставрационных магазинов на Бересфорд-стрит. Говорит, что мой талант может пригодиться. Я верю ей, – уперлась я.

– Ага, держи карман шире! Ну и что, что любовница? Это у нас в крови – пока лис не нагуляется, он не женится. Затем, конечно, после рождения мелких лисят он и не посмотрит на других. Но мы-то можем воспользоваться таким шансом. Это может открыть неплохие перспективы и поможет приобрести первоначальный капитал. Если оборотень жадным, конечно, не окажется, – продолжала болтать она.

Я поморщилась от ее слов.

– Директриса обещала, и точка! – возмутилась я.

– Какая же ты наивная, – закатила глаза подруга. – Сколько раз можно тебе говорить: в нашей ситуации нам нужно искать покровителя, а не батрачить без образования за копейки на чужого дядю. Она же не отправила тебя на учебу? – уже ехидно посмотрела она на меня.

Я закусила губу. Да, она права. Сколько бы я ни просила, меня не отправляли учиться. Это было дорого, а кто даст деньги несовершеннолетней сиротке? Хотя сейчас, по истечении восемнадцати лет, даже практически девятнадцати, нам оставалось только полгода жизни в приюте.

Наш приют располагался в небольшом городке в двух днях пути от столицы. Сюда в основном попадали дети из бедных семей. Ну, или такие, как я. Хотя я пока была единенной, у кого не было семьи, точнее, я ее не помнила.

Я попала сюда лисенком. Мне тогда с трудом помогли обернуться, и обнаружилась маленькая худенькая грязненькая девочка лет трех. Я ничего не помнила на тот момент, кто я и откуда. Глава того клана, на территории которого меня нашли, решил отвезти найденыша в город, в только формирующийся приют для детей бедных лис, которые на тот момент не могли прокормить своих лисят или имели плохую репутацию.

В первое время мы все мечтали, что за нами явятся папа и мама, заработавшие много-много денег, и мы с родителями поедем жить в красивый большой дом. Но время бежало, а родители за нами так и не приходили.  Появлялись новые лисы, а те, что вырастали, находили работу или в самом клане, или в городе, или уезжали попытать счастья в другом месте.

Нам давали начальное образование. Учили, как вести себя в обществе. И вот примерно пять лет назад по договоренности с главами кланов у нас стали проводить небольшие приемы и вечера, на которых молодые лисы, а может кто и постарше, могли найти себе временную спутницу. Благо молодые оборотни и оборотницы поддерживали свободные отношения до брака. Только в более родовитых и богатых семьях старались хоть как-то их сдерживать, особенно оборотниц, у которых молодой зверь постоянно пытался выбраться на свободу. На таких вечерах действительно можно было выбрать спутника, который мог помочь в будущем, если захотел бы, конечно.

Однажды даже произошел беспрецедентный случай: молодой лис, который пришел развлечься, нашел спутницу жизни, свою пару. Вот разговору-то было! Там и свадьбу сыграли очень быстро. После этого некоторые оборотницы помладше стали вздыхать, принаряжаться и жадно осматривать молодых оборотней, выискивая свою пару, которая заберет их отсюда.

Глава 2.

Мало знать себе цену — надо ещё пользоваться спросом.

                                    Михаил Жванецкий.

– Венди Чапман, прошу, не морочь мне голову! Если директриса все же настоит на приеме, я, так и быть, пойду. Но ты же знаешь меня: если я кому и понравлюсь, то мне-то точно никто не будет нужен. Во-первых, у меня другие приоритеты в жизни: я хочу стать известным реставратором. Во-вторых, я не ищу временных спутников и спутников вообще.

– Эмили Арттвуд, ты о чем вообще? Ты о своей лисе подумала? – перебила гневно она. – Ты сколько лет не даешь ей уже выгуляться? А у нас это в крови! Хоть раз расслабься и дай расслабиться своей лисичке. Сразу почувствуешь себя лучше. Хорошо, не хочешь на приеме, но сколько раз тебе говорила – найди себе парня в городе. Да хоть на одноразовую встречу. Так жить нельзя! – возмущенно посмотрела она на меня.

Этот разговор у нас происходил уже не первый раз. Особенно когда мы выходили в город, где на нас обращали внимание молодые оборотни, делая комплименты, а некоторые и прямо говоря, чего хотят. Молоденькие красивые лисички часто привлекали внимание. Одна – чуть повыше, светловолосая, истинная светлая лисичка, и другая – чуть поменьше, с темными, с медным отливом волосами. При обороте этот цвет давал некоторый бурый оттенок шерсти.

Но хоть пытались закадрить обеих, получалось только одну. Вторая же была неприступна, и не показывала симпатию, чем быстро охлаждала пылкие чувства. Да и рядом была лисичка, которая более благосклонно принимала знаки внимания. Правда я стала замечать, что последние две недели Вэнди встречается с одним и тем же лисом. Он работал в лавке часовщика на одной из улочек города, и был приятным и спокойным парнем. Может, все-таки подружка остепенится и выкинет идею встречи спутника для лучшей жизни на приеме, когда рядом есть такой хоть и не богатый, но приятный молодой оборотень?

– Я ее выгуливаю, ты же заешь, – заметила я.

– Да я не про твой лес и развалины, из которых тебя не выгонишь, – закатила она глаза. – Кстати, – она опустила голову, внимательно и более серьезно глядя на меня, – поговаривают, что некоторые вышестоящие стали замечать, как одна юркая черно-бурая лисичка проходит туда, куда по идее никто и попасть-то не может из-за аномалии и постмагического фона. Никто, кроме тебя. Ты бы поаккуратнее в следующий раз. Все-таки это небезопасно. Я точно понять не могу, как ты туда попадаешь. Но хорошо, хорошо, молчу, мне неинтересны твои развалины и то, что ты там находишь для реставрации, – проговорила она, поднимая руки вверх.

Я же закусила губу.

– Что, правда интересуются? – спросила я, а сердце замерло и заколотилось еще сильнее. Лисичка внутри нервно забила хвостом и заерзала под кожей.

– Да нет, это так, к слову. Чтобы ты была осторожней. Но вот директриса… – подруга покачала головой. –  Я тут ее разговор подслушала с одним из старых лисов, которого она принимала. Под чашечку чая она рассказывала про наш приют, и упомянула тебя и твой талант. Отметила, что у тебя золотые руки, и ты из ничего можешь сделать что угодно. Вот только где ты инструменты для отделки берешь, если она только материалы тебе закупает? – шепотом закончила она, испытующе смотря на меня.

Я же пожала плечами:

– Может, это был как раз мастер, к которому она хочет меня устроить на работу. Потому и хвалила. И что тот ответил? – мое любопытство проснулось, и я чуть ли не подпрыгивала от перспектив.

– Что, что…  – насупилась подруга. – Сказал, что это любопытно, и надо присмотреть за тобой. А потом появилась эта вредная Амалия, и мне спешно пришлось убегать. Чуть не обернулась с перепугу, – закатила она глаза.

– Хорошо, ладно. Я надеюсь, директриса выполнит свое обещание. Кстати, зачем ты все-таки явилась сюда? Еще так рано, я бы и сама проснулась и пришла в комнату, – прищурилась я, закрывая свою каморку, которую выделила мне наш директор для моей работы.

– Да вот, – замялась она немного, – хотела спросить: та брошь, которую ты реставрировала на прошлой неделе... Она бы так красиво смотрелась на моем платье. Я там такую милую ажурную накидку нашла, только скрепить нечем, – умоляющим взором посмотрела на меня Венди.

– Ну хорошо, – улыбнулась я. – Только сама понимаешь, могу дать на один вечер. Потом вернешь. Я ее немного переделаю и отдам заказчику, – строго посмотрела я на нее.

– Спасибо, спасибо, – запрыгала, захлопав в ладоши, подруга, от счастья чуть ли хвостом не метя. – Ты самая лучшая на свете! Тебе воздастся, как самой благородной, самой лучшей, доброй... – взахлеб тараторила она.

– Ладно, ладно, успокойся. Вот она, – я снова открыла каморку, достала одну-единственную брошь в моем заказе и отдала ей.

Подруга с любовью зажала вещицу в своих ладонях, ее лицо сверкало счастьем. Много ли надо молоденькой бедной оборотнице? Приукрасить себя для приема, чтобы лучше всех выглядеть там, – и она счастлива.

– Вот вы где! Опять всякий хлам тащите? – послышался едкий голос  Амалии, еще одной молоденькой оборотницы выпускного возраста.

У нее была только мама, которая жила в столице, и про нее, кстати, никто ничего не знал. Но это не давало Амалии повода опустить голову, а наоборот, она глядела сверху вниз на всех остальных и задирала нос: как же,  мама в столице живет.

Мы оглянулись и вопросительно посмотрели на нее. В спор вступать не хотелось. Зная ее склочный характер, так и до жалобы директрисе недалеко.

Глава 3.

Не спрашивай мнения у тех, кто согласен, спрашивай у тех, кто возражает.

                                 Михаил Жванецкий

Я подошла к добротной, но старой двери. Расправила складки на немного помявшемся платье, поправила воротничок. Постучала, услышала, что мне позволили войти, и открыла тяжелую для лисички дверь.

В кабинете стоял широкий стол, доставшийся приюту от какого-то дедушки, из старого особняка, когда его родственники раздавали ненужную мебель. Тут он как раз и пригодился, добавляя солидности и серьезности кабинету. За столом сидела дородная, уже в возрасте оборотница. Когда-то она была замужем, но ее муж погиб, и обстоятельств гибели никто не знал. Она растила своего единственного светловолосого лисенка одна, а когда ей в клане предложили возглавить данное учреждение, она с радостью  согласилась. Директриса была не злой и не доброй, но женщиной себе на уме, никогда не теряющей свою выгоду в любой ситуации. Ее знал весь город, и она была уважаема в своих кругах, имея неоспоримый авторитет.

– Присаживайся, Эмили. У меня к тебе есть серьезный разговор, – директриса указала рукой на не очень удобный стул напротив стола.

Я приветственно кивнула и села на указанный стул.

– Дорогая моя, как продвигается твоя работа? Может, что-то надо еще приобрести? – она испытующее посмотрела на меня.

– Пока всего хватает, спасибо, – отозвалась я.

– Это хорошо… Хорошо... – протянула она. – Видишь ли, несмотря на то, что я обещала освободить тебя от ежегодного приема, тебе придется явиться на него. Так велел глава клана: чтобы свободные молодые лисички были все. Тем более, в этот раз это будет не обычный прием, – подняла она палец вверх, подчеркивая важность произносимого. – На нем будут присутствовать высокопоставленные гости из столицы и их сопровождающие. Так что тебе придется там быть. После этого, как и обещала, я устрою тебя на работу к нашему самому известному реставратору. Я уже с ним переговорила. Он весьма заинтересован тобой, – со значением посмотрела она на меня, – несмотря на то, что ты молода и без образования. Конечно жаль, что мы не смогли тебя отправить учиться. Но ты ведь сама понимаешь – у нас нет средств на это,– развела она руками.

– Хорошо, я буду, – с грустью ответила я.

– Ну, ну, что ты загрустила? Один прием – и все. А потом дальше пойдешь копаться в своих редких вещах, – доброй улыбкой улыбнулась она, а потом махнула рукой на дверь: – Ты можешь идти. Платье, кстати, я уже купила. Не новое конечно, но на приеме ты будешь выглядеть достойно, – заметила она.

– Спасибо, – с трудом выдавила я. – Я тогда пойду, буду готовиться.

– Да, иди, детка. У нас будет просто шикарный вечер, – продолжила улыбаться она.

«Не сомневаюсь», – подумала я и вышла из кабинета.

Наверное, глава клана пыль в глаза для приезжих хочет пустить. Да и молоденьких, на все согласных оборотниц приезжим подсунуть. Может и свою доченьку наконец-то замуж выдаст. Хотя я слышала, что она даже в столицу на праздник Зеленой Травы ездила, но и там жениха не подобрала. Разборчивая она, все ожидает своего единственного. Хотя поговаривали также, что она запала на одного известного оборотня, уподобляясь тем дурочкам, которые его преследовали и навязывались ему. Но он не ответил на ее чувства. Как жаль, на одну высокомерную особу здесь стало бы меньше. Да, жаль…

Зашла в  свою комнату. Она вмещала в себя лишь две небольших кровати, шкаф для общей одежды и стол. Здесь царил творческий беспорядок. На кровати Венди были разбросаны платья, сорочки, чулки, и валялась пара туфель. С моей же стороны везде – на полочке, столе, кровати – отдельные элементы ткани, проволоки и бусин, и множество других материалов. Под кроватью находилась моя любимая корзиночка,  с которой я ходила в лес и то поместье, что упомянула Венди.

На кровати я заметила большой чехол. Подошла, открыла, и оттуда волнами стало выпадать красивое, благородного синего цвета платье. Также тут были туфли ему в тон. И, кажется, в отдельном пакетике нижнее белье и чулки. Да, директриса в этот год расщедрилась. Я заметила, что такой же чехол уже валялся под кроватью у Венди, только край его торчал из-под нее. А на кровати подруги в ворохе одежды лежало нечто темно-розовое. Или даже пурпурное. Неужели директриса разорилась и всем приобрела платья?

С тоской осмотрела весь этот беспредел. Ну что ж, придется собираться. Сходила по-быстрому, помылась в ванной. Она была одна на всех в конце коридора.

Когда уже сушила волосы, прибежала запыхавшаяся Венди.

– Ну что?  Ты готовишься? Подожди, не суши волосы до конца, я тебе помогу уложить их. А ты мне заплетешь какие-нибудь замысловатые косички. Договорились? – протараторила она, подпрыгивая.  

Видно было, что Венди чем-то очень довольна. Губы припухшие, щеки горят, и пахла она как девушка, побывавшая с молодым оборотнем, во всех смыслах этого слова. От чуткого нюха лисички ничего спрятать нельзя, тем более от той, с которой рядом прожила практически всю жизнь.

– Я мыться, а ты пока одевайся, – выкрикнула она на ходу, скрываясь за дверью ванной, схватив при этом полотенце и сменную одежду.

Я же снова вздохнула, отпустила свои волосы и стала одеваться. Когда прибежала Венди, я уже была готова.

– Ну вот и хорошо, – снова затараторила она, тоже начав сушить волосы. – Я пока оденусь, а ты надень вон те бусы, они мне не подошли, а вот к твоему платью как раз, – указала она пальцем куда-то в сторону своей полочки на стене.

Глава 4.

Дорожите счастьем, дорожите!

Замечайте, радуйтесь, берите

Радуги, рассветы, звезды глаз -

Это все для вас, для вас, для вас.

Эдуард Асадов

Нас всех собрали в холле, несколько беспокойных лисичек чуть ли не подпрыгивали на месте. Здесь собрались лисы и лисички от четырнадцати и старше. Тех, что помладше, оставили дома, да и было-то их всего трое. Сейчас на вечер собирались идти десять юных оборотней разного возраста, практически поровну парней и девушек. Четверо молодых и красивых светлых лисов от четырнадцати до шестнадцати лет. И шесть оборотниц. На выданье, так сказать, было всего трое. В том числе и я. И этот факт очень огорчал меня, спокойную и усидчивую лисичку.  

– Все собрались? – пересчитала нас директриса.

В этот раз она просто блистала: высокая замысловатая прическа, платье спело-зеленого цвета все в кружевах, и его ткань издавала шуршащий звук при ходьбе.

– Хорошо, все выходим. До зала приемов пешком десять минут. Кто испачкается или испортит костюм – того накажу и отправлю на кухню на целый год. Все меня поняли? – оглядела она нас строгим взглядом.

Мы вразнобой покивали.

– На  приеме вести себя достойно и не позорить меня, – не менее строго заключила она.

Меня под руку взяла Венди, и я за это ей была очень благодарна. Десять минут хоть и не в новых, но непривычных туфлях – это было тяжело. Хотя после оборота все потертости и трещинки пройдут, но не оборачиваться же на приеме. Это только некоторые молодые лисы иногда могли себе такое позволить, не стесняясь своего голого вида.

Дошли спокойно, предвкушая новые впечатления. Для некоторых, в том числе и для меня, это было впервые.

Прием был организован в большом старом доме, стоящем на главной улице. Он принадлежал чете старых уважаемых лис, которые уже отошли от дел, иногда, правда, уча молодое поколение жизни. В этот раз они с удовольствием выделили свой зал для такого вечера. Тем более если будут гости из другого клана. Даже как-то наши лисички перешептывались, что будет много представителей клана оборотней-волков. Это в столице было не ново, там сколько угодно было разного вида оборотней. Но здесь, где в основном жили лисы, волки были очень редки.

Мы дружной толпой вошли в большой и светлый зал, который был украшен в золотых тонах. Это немного раздражало глаза, ослепляя их.

Директриса нас распределила вдоль стеночки, вновь предупредив о поведении, и оставила под присмотром помощницы, а сама в это время поплыла здороваться с хозяевами дома и своими друзьями. Лисички на месте долго стоять, конечно, не могли, и разбрелись кто куда по всему залу. Звучала легкая ненавязчивая музыка, слышался тихий звон бокалов.

Венди потянула меня к ближайшему столу, чтобы мы могли подкрепиться, так как ужин нам не выдали. Сказали, что на приеме наедимся. Мы с ней с удовольствием уплетали красиво уложенную еду, делая больше упор на мясные блюда. Вот ради этого можно было и прийти сюда. А вот за теми колоннами, которые я уже присмотрела, можно будет спрятаться. Я, только войдя, сразу заприметила их, ища пути отступления, если что.

Здесь было очень много народу, такое ощущение, что целый клан собрали. Амалия, не теряя времени, уже вовсю флиртовала с каким-то волком. Их, кстати, тоже было много, в основном – оборотни мужского пола. Нет, оборотницы тоже были, но все со своими парами. На некоторых даже браслеты было видно. Ого, как же они решились на такой шаг?

Мой взгляд зацепился за странную троицу, и я обомлела от увиденного: одну оборотницу из волков сопровождали два высоких брутальных волка. И она собственнически держала их с двух сторон под локотки. Вот это да! Я о таком слышала, это было не ново, но вот чтобы так, вживую, увидеть...

Меня за рукав стала дергать Венди, тоже заметившая их.

– Смотри, смотри, – чуть ли не тыкала она пальцем.

Я одернула ее, чтобы она вела себя поприличней, сама с трудом удерживая свою челюсть, стремящуюся от удивления к полу.

 Еще на приеме была очень красивая лисичка, ее сопровождали сильно друг на друга похожие волки и один весь такой благородный и красивый лис. С ними рядом крутилась молодая оборотница лет четырнадцати, очень похожая на тех двух волков. Несомненно, они были вместе, на их руках были брачные браслеты. Надо же!

– Не дергай меня, я все вижу, – прошипела я Венди. – Мы же прекрасно знаем, что такие отношения есть. Вот эти даже женаты, и у них есть дети. Все, прекрати, – схватила я подругу за руку, уводя ее в другую сторону.

Музыка прекратилась, и все обратили внимание на центр зала, где собрались верхушка нашего городка. Там же находилась и наша директриса, важно оглядывая всех вокруг.

– Уважаемые лисы и наши гости! Мы очень рады видеть вас на нашем приеме. Желаем всем весело отдохнуть, а некоторым, возможно, найти свою пару, –   взял слово хозяин дома, с  удовольствием поглядывая на тех двух волков, с которыми я видела оборотницу.

 Один из них стоял с той же волчицей, а за второго цеплялась молоденькая лиса, и, кажется, это была дочь главы клана. Лисичка внутри меня заворочалась, и тявкнула от возмущения. Шикнула на нее.

Оборотница, что держала первого волка, тоже не выглядела довольной,  изредка бросая гневные взгляды на другого, с лисой. Кажется, назревает скандал. Да и было тут за что драться, я понимала ее.

Глава 5.

Где-то там, за пределом познания,

Где загадка, туманность и тайна,

Некто скрытый готовит заранее

Все, что позже случится случайно.

Игорь Губерман

– Вы прекрасно танцуете, –  услышала я сквозь скулеж, который издавала моя звериная ипостась.

Я с замиранием сердца приняла мужскую ладонь, и волк меня увел с танцпола.

Ощущение парения и эйфории от первого в моей жизни танца были непередаваемые. Большой и красивый, одетый в дорогой сюртук волк танцевал со мной, безродной черно-бурой лисичкой. Да, теперь разговоров не оберешься от жадных до новостей лис и лисичек, и придется опять отбрехиваться от них. Особенно от Амалии, которая наверняка своим ядом плеваться будет. А кода же директриса узнает... Ой, что будет…

Щеки горели, человеческая ипостась испытывала неловкость и смущение, лиса же внутри просто млела от счастья.

– Прошу, присядьте. Я принесу попить, –  подвел волк меня к диванчику около злополучной колонны. Улыбнулся широкой улыбкой, поклонился, снова взял мои дрожащие пальчики в свои и поцеловал тыльную сторону ладони. Вот это да!

Я с удовольствием смотрела, как эта широкоплечая фигура отдаляется от меня и идет к столам, чтобы принести ягодный напиток, который я так любила.

Только сейчас я наконец-то смогла отмереть от случившегося шока, и более осмыслено стала осматривать зал. Все, как всегда: много народу, все переговариваются, пары танцуют. Вроде никто из своих меня не видел, или видел, но разговоры будут потом. Вон директриса сидит у входа в зал на широком и добротном диванчике, с ней ее знакомые, цепко оглядывающие зал и передавая только одним им интересные новости.

Взгляд натолкнулся на Венди, которая переступала от возбуждения на месте и, увидев, что ее заметили, активно замахала руками, зовя к себе. За ней стоял ее нынешний кавалер. В этот раз он был в хорошем, я бы даже сказала – новом костюме с блестящими пуговицами. И уложенной прической. Видно, что лис старался для своей пары выглядеть достойно. Венди рядом с ним буквально светилась от счастья, а он придерживал ее за локоток и тоже выглядел весьма довольным, собственническим взглядом окидывая ее и свирепым – других лис и особенно пришлых волков, будто предупреждая их, чтобы они не подходили и даже не смотрели на его девушку.

Я привстала с дивана и быстро кинула взгляд в спину волка. Того уже остановил его друг, который активно что-то ему говорил. Затем мне показалось, что он как-то приобнял его, и они продолжили свой разговор. «Успею», –  промелькнула мысль в моей голове.

– Ух ты, такой танец, такой танец! Он так на тебя смотрел! – восторженно шептала Венди мне в ухо, когда я подошла. – Мы все рты открыли, когда увидели, что ты с ним танцуешь. А та волчица чуть ли не локти кусала! Стояла одна у столов, потому что тот, первый, танцевал с другой лисичкой, с которой был второй. А второй в это время уже с тобой танцевал. Рассказывай быстрее, давай, как так получилось? Ну же, Эмили, не тяни! – от любопытства подружка чуть ли не подпрыгивала.

– Ничего такого не произошло, – отмахнулась я. – Он просто случайно наступил мне на ногу. Извинился. А в искупление своей вины пригласил на танец. Так что ничего тут такого нет, – пожав плечами, продолжила я.

– Ну все равно – наши все от зависти лопнут! Амалия так точно, – захихикала она.

– А я смотрю у вас все хорошо. Я за тебя рада, – решила перевести разговор в другую область я.

– Да, Лин предложил мне выйти за него замуж. Будем снимать жилье, я буду помогать ему в лавке, он с хозяином уже договорился. Хотя… – прищурилась она и посмотрела на своего спутника. – Я еще и подумать могу.

Она игриво посмотрела на лиса, виляя хвостиком. Тот нахмурился, притянул собственнически ее к себе и чуть ли не тявкнул:

– Ты уже все решила и дала согласие!

– Дала, дала, вся твоя, – сверкая глазами, ответила девушка и незаметно потерлась об него, а потом указал мне глазами куда-то вбок:  – Смотри, тебя уже ищут. Иди, потом только все подробно расскажешь, – легонько подтолкнула она меня.

Я оглянулась и увидела, как с немного растерянным выражением лица около диванчика крутился Мэйсон. Он вертел головой, явно кого-то ища, потом заметил меня, приподнял бокал и стал пробираться сквозь толпу ко мне.

Я немного зарделась, а затем решила пойти ему навстречу. Встретились мы где-то посередине, и тут я заметила, что его сопровождает  друг. Замерла и стала ждать.

– Вот только на минутку оставишь прекрасную лисичку, а ее и след простыл! – улыбнулся Мэйсон мягкой улыбкой и вручил мне бокал в руки.

– Я увидела подругу, и мне надо было с ней поговорить, – пояснила я, смяв край платья от смущения. Затем поднесла бокал к губам и сделала глоток, чтобы смочить враз пересохшее горло.

– Главное, что вы не сбежали совсем. Этого я бы себе никогда не простил, – продолжил он.

Пока он говорил, его друг галантно стоял рядом и выжидал, когда очередь в разговоре дойдет до него. При этом, как мне показалось, с интересом меня рассматривая. Даже как-то ближе встал и активно принюхивался. Его зрачки вытянулись, и, кажется, я даже на мгновение увидела  внутреннего зверя мужчины. Это было весьма любопытно, так как такое было не принято. То, что произошло с первым, а теперь и со вторым волком, выходило за рамки приличий от слова совсем.