Единственная. Больше не отпущу

1.1. Своя правда - это…

Наши дни

Ну, зачем, Тамерлан? Ну, зачем ты пришёл?

- Мамочка, кто-то нам звонит! - выбегает из детской дочь.

Взъерошенная после сна, в смешной пижаме с зайцами в ночных колпаках, почему-то в одном носке и с куклой в руках. Барсик, потягиваясь всем телом, выходит следом за ней и недоумённо смотрит на меня. То ли не понимает почему я замерла посреди кухни, то ли почему его миска всё ещё пуста, если я стою рядом с ней, то ли почему в такую рань (а десять часов утра для него это самая что ни на есть рань) к нам домой пытается кто-то пробиться.

Не смотри так, Барсюша. Я понимаю, но признавать не хочу. Его видеть не хочу.

- Мааам, я хочу откры…

- Нет! - оживаю резко и, выбежав в прихожую, перехватываю её почти у самых дверей. - Нет, родная, не нужно.

Вновь раздаётся трель дверного звонка на всю квартиру.

Лале также, как и кот, непонимающе переводит свои чёрные глазища с меня на дверь и обратно.

- Почему? Вдруг это тётя Лина с Ясей?

- Вот и именно что “вдруг”, а вдруг это не они? - вымученно улыбаюсь и под очередной звонок ставлю дочь на ноги. - Лучше беги к себе, хорошо? Собери рюкзачок на прогулку, включи себе музыку, выбери наряд…

Стоит только напомнить про наши планы, как она мгновенно забывает о неожиданных и незваных гостях и мчится к себе, на ходу звонко приказывая умной колонке включить её любимый плейлист. Плотно прикрываю за ней дверь в детской и поворачиваюсь к входной.

А звонок всё не успокаивается.

Может, не открывать всё-таки? Только чем это поможет? В любом случае нам нужно выходить на улицу да и с возможностями Баграева он наверняка уже владеет всей информацией о том, где я работаю, в какой детский сад ходит Лале, и найти нас где-то ещё ему не составит никаких трудностей.

Чёрт.

А если там, за дверью, всё-таки не он? Вдруг это, правда, Каролинка с дочкой? Они, конечно, не предупреждали, но…

Глубоко вздыхаю, собираясь с силами. Ладно, гадать можно бесконечно, но от неизбежного это не спасёт. Нужно хотя бы посмотреть в глазок, чтобы…

Чтобы удостовериться в своих опасениях, увидев через него размытое изображение мужской фигуры в чёрном.

Оглянувшись на закрытую дверь в детскую, вздыхаю ещё раз и тянусь подрагивающими пальцами к замку.

Щелчок.

Ещё один.

Взмокшая ладонь скользит по гладкой ручке и я вцепляюсь в неё добела, игнорируя зашедшееся в панике сердце. С заплатками, но целое в отличие от того, в каком состоянии оно было в нашу последнюю встречу и тем более после.

Почти пять лет прошло. Пять! Счастливых, наполненных радостью и любовью, а сейчас он снова на пороге и…

С трудом сглатываю и тяну дверь на себя.

И, да, как мне и показалось вчера, он ничуть не изменился. Высокий, из-за чего мне что тогда, что в эту минуту приходится запрокинуть голову назад для зрительного контакта. Большой. Брутальный. Статный. Смуглый. Черноволосый. Невероятно эффектный в своей восточной хищной красоте. Те же обсидиановые глаза с длинными ресницами, передавшиеся нашей дочери. Густые брови, высокие скулы, ухоженная щетина. Губы… Тоже те же самые, мне ли не помнить.

Смотрит на меня тяжело сверху вниз, запустив одну руку в карман пальто, а другой опираясь на стену рядом с дверью. Нависает, давит своей энергетикой, которая по ощущениям стала ещё невыносимее и опаснее, чем была, и всем собой перекрывает пути к отступлению.

Будто без этого у меня была возможность сбежать, ага.

Скользит чернотой своих глаз по мне, изучая, кажется, каждый сантиметр. Делает это так свободно и открыто, словно право имеет. Молчит. Такой чужой, такой далёкий, такой, как и тогда, не мой, и… И как же мне от этого спокойно, если не считать страха за дочь. Как же, оказывается, хорошо и приятно его больше не любить! Даже ненависти и той не осталось. Лишь одно желание - чтобы он снова исчез. Навсегда.

Разве я многого прошу?

По сравнению с тем, что просила пять лет назад почти ничего.

- Здравствуй… - голос звучит ровно, едва ли не с безразличием. - …те, Тамерлан Заурович.

От автора: листаем дальше, там ещё 2 главы)

1.2. Своя правда - это…

Он поднимает тяжёлый взгляд к моим глазам и впивается в них так, что приходится крепче вцепиться в ручку двери.

Старший брат моей бывшей лучшей подруги, любить которого до потери пульса и быть с которым мне было нельзя не при каких обстоятельствах, который разбил не только сердце, но и всю меня, растоптал гордость, сломал, а вчера вновь встретился на пути да ещё и не только мне, а нашей дочери, которой для всей его семьи и для него в частности официально не существовало. Потому что не хотел. Потому что просто не нужна. Ни я, ни она. Стоит в шаге от порога, на котором я рыдала несколько лет назад навзрыд, ждала его, хотя бы звонка, хотя бы сообщения, хотя бы одного слова. Грёбаного пробела и то, кажется, мне тогда было бы достаточно, чтобы вернуться, но… Нет, не дождалась. Как же хорошо, что не дождалась, спасибо, Господи!

- Чем обязана?

Баграев на секунду переводит глаза мне за спину, пытаясь в небольшой щёлке в проёме двери разглядеть что внутри, и, не сумев увидеть ничего интересного, кроме стены прихожей с бежевыми обоями, снова смотрит на меня.

- Нужно поговорить, - выдавливает хрипло.

Эхо разносит его низкий, густой голос в привычном приказном тоне по подъезду, а во мне… Не отзывается. Совершенно. Хоть обводи сегодняшнюю дату красным в календаре и празднуй этот счастливый момент.

- Не вижу для этого причин, Тамерлан Заурович.

- Маруся…

Невольно хмурюсь, уловив угрожающие нотки в звучании своего имени.

Раньше на меня бы это безусловно повлияло, слишком большой разрыв был между нами в чувствах, в статусе, да и в возрасте, сейчас же меня не волнует ни то, что он глава одного из самых влиятельных кланов в области, ни всё та же одиннадцатилетняя разница в годах, ни его отношение ко мне. Настолько, что та Маруся Ласточкина, готовая бежать к нему по одному зову, как слепо преданный щеночек, себя бы такую не узнала, а я ещё как узнаю и больше подобного терпеть не собираюсь.

- Вы меня не услышали? Мне ещё раз повторить?

Конечно, вряд ли я в своих домашних топе и шортах да ещё и босиком выгляжу, как он, грозно и опасно, но меня это опять же мало волнует. За себя и дочь, как говорится, без разговоров и сразу в упор.

- Мне нужны ответы. Сейчас же.

- Я чем тут могу помочь?

- Ты? - Тамерлан жёстко усмехается. - Скажешь, что та девочка из супермаркета, с которой ты вчера сбежала, не твоя дочь?

- Моя, - киваю уверенно. - Только опять же не понимаю, почему вас это волнует.

- Она моя копия, Ласточка.

Поджимаю губы, не зная, чем крыть этот очевиднейший факт. Успел разглядеть всё-таки. Понял. Хотя, если его и Лале поставить рядом, то даже тест на отцовство не нужен. От меня в ней с рождения разве что только характер да манера сидеть, подтянув под себя ногу, а в остальном… Да, как бы это не было горько признавать, полностью папина копия.

- Из-за этого она моей дочерью быть не перестаёт. Только моей, Тамерлан Заурович, - специально выделяю, давая понять, что для меня этот вопрос не подлежит обсуждению. - На этом всё? До сви…

Хочу закрыть двери, но Баграев резко подаётся вперёд и хватается за неё, не позволяя закончить начатое. И, к сожалению, разница в телосложении и простой физической силе на его стороне, из-за чего сдвинуть дверь с места я больше не могу.

- Ты смеёшься надо мной? - протягивает он тоном, не обещающим ничего хорошего. - Думаешь, что после этого я просто развернусь и уйду?

- А почему бы и нет? Не вижу никакой проблемы, которая бы мешала вам это сделать. Вас же никто не держит, Тамерлан Заурович.

Обсидиановые глаза напротив опасно вспыхивают, но я лишь упрямо вздёргиваю подбородок.

- Не вынуждай меня прибегать к мерам, которые тебе не понравятся. Давай решим всё по-челове…

У меня вырывается смешок.

- По-человечески? Теперь мне кажется, что это вы надо мной смеётесь.

Когда я хотела по-человечески, надо мной поиздевались, выкинули за дверь, а потом ещё и угрозами с деньгами хотели заставить пойти на аборт. Хотя, зная семью Баграевых, чему я удивляюсь? Мы всегда понимали и видели эту жизнь по-разному, жаль только что, чтобы это понять мне пришлось пережить свой личный ад.

- Ты… - он с силой тянет воздух и прикрывает глаза, сжимая пальцы на двери, как и я на её ручке, до побелевшей кожи. - Маруся, либо ты рассказываешь мне о дочери, которую родила по какой-то причине в тайне от меня, либо я узнаю всё сам и дальнейшие решения по этой ситуации я тоже приму сам. Повторюсь, они тебе не понравятся.

По какой-то причине? В тайне? Узнает всё сам? Примет решение сам? Да он…! Он…!

- Тамерлан, ты надо мной издеваешься?! - не выдержав, повышаю голос. - К чему это представление?! Чего ты хочешь добиться? Чтобы я деньги вернула? Что?! Что. Тебе. Нужно?

1.3. Своя правда - это…

Мужчина открывает рот, чтобы ответить, но потом вдруг себя останавливает и непонимающе хмурится. В очередной раз окидывает меня взглядом, будто хочет понять в своём я уме или нет. Оттягивает от шеи ворот водолазки, словно ему дышать нечем. Снова глубоко вздыхает и закрывает-открывает глаза.

- Какие деньги? О чём ты? Я хочу понять, почему только сейчас узнаю о дочери… Нашей…

- Моей!

- Нашей! - рычит. - Дьявол, нашей дочери!

Запрокидываю голову назад, сдерживая поток матов. Вряд ли соседи обрадуются, услышав в безмятежнее субботнее утро, как я на всю округу посылаю прямым текстом не кого-то, а самого Тамерлана Зауровича Баграева. Да и дочка… Испугается же моя малышка. Она так тонко меня всегда чувствует…

И он здесь… Какие деньги, спрашивает. Понять хочет. Нашей, говорит, дочери. Нашей!

Хоть клоунский нос надевай под стать своим ощущениям.

- Тамерлан, если это розыгрыш, то мне не смешно. Правда. Мы столько лет не виделись и давай не будем ничего менять?

- Нет.

- Забудь, что нас видел, - продолжаю стоять на своём. - Просто забудь.

- Нет.

Как всегда, упрям до невозможности.

- Обещаю, больше мы тебе не…

- Я. Сказал. Нет.

Господи, дай мне сил!

Хочу честно ему сказать, что мне плевать, но в этот момент из квартиры напротив слышится звук открываемой двери и я не придумываю ничего лучше, кроме как посторониться и кивком пригласить его внутрь своей квартиры. Нашей с Лале крепости. Ещё не хватало, чтобы люди судачили о том, как глава семьи Баграевых называет при всех мою дочь нашей. Мне-то всё равно на слухи, но если кто-то ей об этом скажет? Как мне быть тогда? Лучше пусть он продолжает это шоу на моей кухне, а дочка…

- На кухню проходи, - киваю вперёд по коридору.

Тамерлан окидывает взглядом прихожую. Что рассмотреть хочет? Новый ремонт с меблировкой? Но, нет, акцентирует его лишь на детской шапочке, лежащей на тумбочке, и составленной в ряд моей и дочкиной обуви. Снова смотрит на меня, ощупав глазами с головы до ног, как будто с долей недоверия и чем-то ещё, что я знать не хочу.

- Что? - вопросительно вздёргиваю бровь вверх.

- Вы одни?

- Нет.

Он сжимает челюсти и отворачивается.

Что за вопросы дурацкие? Нас здесь много - я, Лале, Барсик, и мы в тельняшках!

Дожидаюсь, когда он всё-таки проходит на кухню и, напустив на себя спокойное, расслабленное выражение, захожу к дочке, которая, слава Богу, из-за музыки у себя в комнате не слышала ни единого нашего слова и предлагаю наведаться в гости к Каролине и её малышке-Лаленой одногодке и по совместительству лучшей подружке.

- Ура! - радуется моя принцесса и, прежде чем повиснуть на мне обезьянкой, сгребает в охапку половину своих игрушек.

- Ненадолго, хорошо? Я… Разберусь с делами и приду за тобой.

Она кивает, как болванчик, а стоит только подруге открыть соседнюю дверь, как тут же расплывается в счастливой улыбке и тянется к ней с объятиями.

- Тётя Линочка, а мы к тебе в гости!

Поймав её на лету, Дёмина смеётся и ласково, как своего родного ребёнка, прижимает к себе.

- Какие вы молодцы! Конечно, заходите! - переводит взгляд на меня и её солнечная улыбка слегка меркнет от беспокойства. - Маруся? Чего стоишь как чужая?

- Каролиночка, можно Лале побудет у тебя минут двадцать-тридцать? - перехожу сразу к делу.

Подруга, видимо, что-то уловив в моём голосе, окончательно перестаёт улыбаться.

- Конечно, что за вопрос. Ты… Всё хорошо?

- Потом, родная, ладно? Пожалуйста.

Она кивает и я выдыхаю. Шлю им обеим воздушный поцелуй, машу на прощание рукой и возвращаюсь обратно к себе. В звенящую тишину и давящую атмосферу, пропитавшуюся Баграевым насквозь за всего каких-то пару минут его нахождения в этих стенах.

От автора: Дорогие читатели, вот мы и начинаем новую веху в этой истории. После произошедшего в первой части произошло много всего, многое изменилось, герои тоже, так что очень жду ваших впечатлений по первым главам в комментариях) Также не забывайте добавлять книгу в библиотеки, ставить "мне нравится" и подписываться на автора в профиле и соцсетях, которые указаны в разделе "Обо мне": https://litnet.com/shrt/k96Q . Очень надеюсь на вашу поддержку и обратную связь, они помогают мне творить и радовать вас продами почаще и побольше)

1.4. Своя правда - это…

Он сидит на стуле за столом, занимая собой добрую половину нашей небольшой кухни, и сверлит взглядом холодильник, который от и до обклеен дочкиными рисунками и фотографиями. Вот она совсем малюсенькая, завёрнутая в розовое одеяльце, только после выписки из роддома, вот уже старше - смешная, беззубая, в панамке и с морем на фоне, вот ещё больше - со мной и мамой в обнимку.

Тамерлан изучает каждый снимок и рисунок, будто хочет запомнить наизусть, и моё появление замечает не сразу, а когда замечает, то, не отвлекаясь от своего занятия, лишь криво усмехается:

- Спрятала?

Я не тороплюсь отвечать и прохожу внутрь, садясь напротив него. Барсик запрыгивает на соседний и, уставившись на Баграева недобрым и немигающим взглядом, как и полагается единственному мужику в доме, даже такому маленькому и четырёхлапому, всем своим видом даёт понять, что тому тут никто не рад.

Вот бы ещё на Тамерлана это имело хоть какой-то эффект… Но старания котёнка я запоминаю. С меня причитается, Барсюш.

- Сколько ей? - мужчина с трудом отрывает глаза от фото и переводит их на меня.

- В марте будет четыре.

Он выдерживает паузу, видимо, подсчитывая, и кивает, будто мне нужно его подтверждение своим словам. Весь же он Баграев!

- Как её зовут?

- Лале.

- Какое у неё отчество?

- У Лале нет отчества.

- Нет?! - давит своим недовольным грозным прищуром, но меня таким не проймёшь.

Уже давно, кстати, и я это с удовольствием демонстрирую, спокойно отвечая:

- Нет. Нет отца и нет отчества. Всё просто.

Тамерлан темнеет лицом. Хищные черты становятся ещё более острыми и проступают желваки.

Усмехаюсь, откидываясь на спинку стула.

А что? Разве я не права? Я её выносила, я её родила, я её вырастила и я же её продолжаю растить. Я не спала сутками, когда у неё болел животик, резались зубки и, когда в первый же день своего похода в детский сад, она подхватила ветрянку. Я и только я делаю всё, чтобы дочка ни в чём не нуждалась. Я выполняю почти каждый её каприз. Я раз за разом терпеливо втолковываю ей что такое хорошо и что такое плохо и отвечаю на миллионы “почему?” каждый день. Я, ясно?! Так почему моя Лале должна носить в качестве отчество имя человека, который хотел от неё избавиться?

С меня хватит того, что внешне она истинная, неподдельная Баграева.

- Нет отца? - чеканит, кажется, едва сдерживая эмоции. - А я?

- Не помню у тебя желания им быть.

- А я не помню, чтобы ты хотя бы дала мне шанс им стать! - всё-таки выходит из себя, с грохотом хлопая ладонью по столу. - Почему?! Почему, Ласточка?! Как ты могла?!

Значит, снова я во всех грехах виновата, да? Возвращаемся на почти пять лет назад? Даже формулировка вопроса и та слово в слово! Только вместо его квартиры - моя, ноги-руки-сердце целы и нет желания свернуться клубком и больше никогда не открывать глаза.

Замечательно! Просто прекрасно! Я же так соскучилась быть у Баграевых козлом отпущения!

- Как я могла? А себе этот вопрос задать не хочешь? Матери своей? Сестре?

- Причём тут они?!

Из меня вырывается смешок, потом ещё один и ещё. Чувствую себя сумасшедшей. Такое ощущение, что мы из параллельных измерений и каждый говорит о своём, или что у кого-то из нас амнезия с шизофренией. Как ещё объяснить его неподдельное непонимание, я не знаю.

- Тамерлан, слушай, мне ещё пять лет назад хватило издевательств от всех вас, больше не хочу. Ещё раз говорю, давай, разойдёмся и забудем друг о друге. Ты без нас прекрасно жил, мы ещё лучше. Зачем это всё сейчас? Вопросы эти с претензиями… Призывы к ответу… Если нужно деньги вернуть, то я верну. Соберу всю ту сумму и верну. Могу даже в том самом конверте.

Я его зачем-то сохранила. То ли в качестве напоминания о том, к чему никогда не нужно возвращаться. То ли как память о чувствах, которые, слава Богу, прошли и что-то подобное я больше ни к кому не испытывала. То ли просто как тщеславное доказательство тому, что я смогла, справилась, сдержала обещание быть счастливой вопреки всему, данное себе и дочке.

- Да какие… - поток мата на своём. - ... деньги?! Какой конверт?! Причём тут это всё?! Я о дочке, а ты…

- Может, хватит ломать комедию? Тебе не идёт, Тамерлан, - разговариваю с ним, как с маленьким, чувствуя себя врачом для душевнобольных. - Я разве от тебя что-то требую? Обвиняю? За эти годы ты, вообще, хотя бы раз о нас слышал? Нет же, правильно? Я просто хочу, чтобы всё осталось, как было, понимаешь? Мне, правда, ты не нужен в качестве Лаленого отца, можешь не переживать. Хочешь расписку напишу, что ни на что не претендую?

- Какого… Что ты несёшь?! - цедит сквозь зубы Баграев, вне себя от бешенства. Даже тогда, в приступ ревности к Тахаеву или в злости из-за Аланы я его таким не видела. Кажется, ещё немного и как зверь на меня бросится. - Ты сейчас специально меня из себя выводишь?!

Я запускаю ладонь в волосы, отводя их от лица, шумно вздыхаю и понимаю, что, всё, лимит моего терпения исчерпан.

От автора: Дорогие читатели, спасибо вам огромное поддержку, поздравления и столько тёплых слов! Мне безумно приятно)) Вы чудесные! Сегодня вечером, по традиции из первой части, будет также ещё одна глава, поэтому не пропустите))

1.5. Своя правда - это…

- Значит так, мне это надоело, пошёл вон отсюда! - киваю в сторону выхода. - Я тебе всё сказала! Мне. Ничего. Не. Нужно. Просто исчезни, как тогда исчез и всё! За чистоту своей крови, наследство или за что ты там ещё переживал, когда платил мне за аборт, можешь не переживать. Нет никакой у тебя дочери! Тогда, почти пять лет назад, вся вышла, ясно?! - отрезаю жёстко, подавшись вперёд и ничуть его не боясь. - Будь уже достойным человеком, каким себя считаешь, и просто пропади с глаз моих пропадом! Не хватает совести и сил признать, что поступил, как последний подонок тогда? Мои какие проблемы? Сейчас тебе что от меня нужно, а? Что?! Ты хотел, чтобы я исчезла и избавилась от “проблемы”? - киваю на свой плоский живот. - Я исчезла! Да, “проблему” решила по-своему, но точно не для того, чтобы иметь на тебя влияние! Не веришь? Мне плевать! Повторюсь, я тебе всё сказала! Делай-думай теперь что хочешь, но, имей ввиду, молчать и всё принимать, как раньше, я не буду! За Лале и тебя и всю твою семейку в клочья порву!

Резко поднимаюсь на ноги, чтобы просто напросто его отсюда выставить. Как, учитывая разницу в телосложении и силе, понятия не имею, но терпеть и впустую терять время, разговаривая с человеком, который этого не заслуживает и которого я уже давно из своей жизни вычеркнула, не собираюсь. Хватит с меня!

Но Тамерлан мои планы не разделяет и продолжает сидеть, никак не реагируя на мои слова. Смотрит только на меня, не отрываясь и выглядя при этом так, будто… Будто его чем-то тяжёлым по голове огрели, когда я к нему ещё даже пальцем не прикоснулась. И это… Странно. Где крики? Обвинения? Где этот его гнев, с которым он ещё пару минут назад по столу кулаком долбил? Где?! Что, чёрт возьми, за дела? Очередной спектакль? Но… Разве можно так натурально играть?

- Ла… - начинает, но голос вдруг трескается и срывается. - Ласточка, я не… - снова тянет ворот водолазки. - Я не… Делал… Никогда… Я не… Я не знал, что ты… - опускает глаза на мой живот. - Я не знал о ней.

- Тамерлан… - тяну предупреждающе. - Хватит, слышишь?! Хватит! Я обрывала тебе телефон, искала тебя по всему городу, когда узнала, что беременна, а потом, поняв, что это бесполезно, написала смс твоей сестре и она заявилась ко мне вместе с вашей матерью и деньгами на аборт от тебя. Как ты мог не знать? Тебе что, память стёрли? Или…

У него кровь отливает от лица. В обсидиановых глазах шок и неверие с искрами ярости. Ладони обессиленно то сжимаются в кулаки, то разжимаются. И смотрит, смотрит, смотрит… Насквозь увидеть что ли хочет? Да пожалуйста! Мне больше после нашего вчерашнего столкновения скрывать нечего.

- Всё, Тамерлан. Слышишь? Всё. Уже почти пять лет как - всё. Хватит. Уходи. У нас своя жизнь, планы, дела, в которые ты не вписываешься. Уверена, у тебя тоже. Поэтому… - многозначительно киваю на выход. - Давай попрощаемся.

- Нет.

- Тамерлан, я серьёзно.

- Я тоже, Маруся. Нет. Прощаться мы не будем.

- Ну, уйди по-английски как тогда, в чём проблема? Будь уверен, останавливать и бежать следом не буду.

На крови ему поклясться что ли в этом?

- Пока я не узнаю… Всё не узнаю, - пригвождает он. - Не уйду.

- Да чтоб тебя! - злюсь и, за неимением другого варианта, подхожу к нему, наклоняюсь и смотрю на время на его наручных часах. - Тамерлан, вот без шуток, у меня нет возможности с тобой разбираться! И так уже времени много потратила на бессмысленные разговоры, как ты это понять не можешь? Уйди!

Баграев упрямо молчит, не прекращая сверлить меня взглядом, в котором вдобавок ко всему прочему добавляется ещё и недовольство.

Не нравится, что так разговариваю и выгоняю? Мне тоже много что не нравится и не нравилось, особенно тогда, когда он считал меня лживой девкой с низкой моралью, а его мать таскала меня за волосы, как эту самую девку, но я это пережила и он мои слова переживёт, не сахарный.

- Окей, ладно, меня ни во что не ставишь, но о ребёнке, которого вдруг ни с того ни с сего своим стал считать, подумай хотя бы! У Лале занятия через полчаса, на которые нельзя опаздывать, а ты нас задерживаешь!

- Занятия?

- Да, художественный мастер-класс для деток.

- Я… - сглатывает. - Хочу с вами.

- Прекрасно, хоти дальше, вообще, делай что хочешь, мне плевать, просто сейчас уйди, ладно?

Благо торговый центр, где будет проводиться занятие, находится в соседнем квартале и далеко идти не надо, но нужно же успеть собраться! А Лале у меня та ещё модница. На выбор одних носков может эти самые полчаса потратить, не говоря обо всём остальном, а он сидит тут, видите ли! Объявился на мою голову! Тоже мне, папаша года!

- Там… Куда вы пойдёте… У тебя будет возможность продолжить разговор?

Уже открываю рот, чтобы зайти на второй круг спора со словами “да о чём нам ещё разговаривать?!”, но цепляюсь глазами за минутную стрелку и чертыхаюсь. Нет у меня на это времени! Просто нет!

- Если скажу, что да, уйдёшь?

Пока Лале на занятии, у меня будет почти целый свободный час, который я планировала потратить на шоппинг, но теперь с удовольствием посвящу его посыланию Баграева обратно в его, отдельную от нас, жизнь.

- Торговый центр “Звёздный”. Итальянский ресторанчик на втором этаже. Жди меня там.