Её Справедливость

Глава 1: Кошмар из прошлого

Эшли Абберлайн проснулась от кошмара. Простыни пропитались холодным потом, а в груди всё ещё отдавался эхом ужас того сна. Шёлковые шторы её спальни колыхались от утреннего бриза, но Эшли чувствовала не облегчение, а тревогу.

В её снах снова звучали давно забытые голоса:

"Эшли, ты наша дорогая дочь."

"Мы так тебя любим."

"Вырастить достойными людьми."

"Ты особенная. Ты наша."

Она резко села на кровати, чувствуя, как её светлые волосы падают на лицо. В отражении зеркала напротив она видела женщину с усталыми глазами, в которых мелькали отблески далёкого прошлого. Почему эти сны возвращаются всё чаще? Почему они становятся всё более яркими?

Эшли встала и подошла к окну. За стеклом простирался родной дом - родное поместье, которое она когда-то покинула. И каждое утро, просыпаясь в своих покоях, она видела то самое место, где когда-то звучал детский смех.

Но теперь всё изменилось. Теперь она получила силу. Теперь у неё была власть.

Однако кошмары продолжались.

Эшли вспоминала те дни так чётко, словно они были вчера. Прошло уже много лет, но она помнила каждый момент как наяву.

Она снова видела ту страшную ночь. Всё началось спокойно - отец проверял новые чертежи для фабрики, мама любовалась подаренными отцом цветами, братья-близнецы Леонард и Кристиан играли в саду. Эшли сидела у окна и радовалась тишине семейного вечера.

Но потом послышались топот копыт и крики. "Все на землю! Забирайте всё ценное!" - донеслось снаружи. Родители прикрыли её собой, отдали ей кристалл и приказали: "Бери братьев и беги! Не оглядывайся!"

Помнила холодную сталь меча, вонзившегося в грудь отца, пока он пытался защитить маму. Помнила, как мама кричала её имя, пока враги врывались в дом. Помнила запах крови и дыма.

Эти воспоминания не были просто снами. Они преследовали её каждую ночь, заставляя вновь и вновь переживать тот ужас, когда их мир рухнул за считанные минуты. Каждое видение того дня причиняло невыносимую боль - ведь она знала, что могла сделать больше, должна была защитить семью. Каждый крик, каждый стук в дверь, каждый выстрел превратились в напоминание о том, что она не смогла их спасти. И каждая капля этой боли делала её решимость крепче. Она помнила всё как будто это произошло вчера, и это придавало силы её сердцу.

Но счастье рухнуло в один момент. Всё было так быстро - словно кадры на ленте, сменяющиеся один за другим. Сначала смех и объятия, потом крики и кровь. Её отец в последний раз толкнул её к двери, крича: "Беги!" Но голос его уже был хриплым, а грудь - пронзённой сталью. Мама, которая обещала научить её делать любимый пирог, в последний раз показала ей дорогу к спасению, а потом исчезла в луже собственной крови.

Эшли помнила, как бросилась к братьям, когда услышала крики. Леонард и Кристиан были живы, но напуганы. "Лео! Крис! Бегите! Быстро!" - приказала она им. Они кинулись бежать, но на полпути Эшли поняла, что им не убежать - их начали догонять. Пытаясь задержать врага, она в схватке сбросила его со скалы, но он в последний момент потянул её за собой. Враг сразу разбился о камни внизу, а Эшли, при смерти лежавшая снизу обрыва, она просто молилась, чтобы хоть кто-то услышал её. Эшли очень хотела жить. Она хотела отомстить тем, кто заставил её семью страдать, кто убил родителей, кто оставил братьев в неведении. Её желание мести было так сильно, что раздалось эхом в самых глубинах её души. И демон услышал её. В этот момент отчаяния она смогла заключить контракт с демоном.

И теперь каждую ночь она просыпалась в холодном поту, помня те страшные слова: "Эшли, нет!" "Мама! Папа!" "Что происходит?!" Боль была в том, что родители погибли, а она получила силу ценой отчаяния. Любовь превратилась в вину, которая разъедает душу. Каждое воспоминание о том дне отравляло её разум - ведь она знала, что родители мертвы из-за её слабости. И каждую ночь она слышала те крики, которые до сих пор преследуют её во снах.

Глава 2: Власть и Обязанности

Эшли Абберлайн проснулась от кошмара и направилась к зеркалу. Отражение показывало женщину, которая мало напоминала ту застенчивую девочку из снов. Её светлые волосы были растрёпаны после беспокойного сна, а в глазах появилась стальная решимость... но в зеркале всё ещё мерещились черты того ребёнка, который когда-то мечтал о счастливом будущем рядом с семьёй.

Она была одновременно похожа и непохожа на себя прежнюю. Те же светлые волосы, тот же овал лица, те же черты... но что-то изменилось. Что-то неуловимое, но кардинальное. Она не могла сказать что именно — взгляд? Осанку? Тень в глазах? Или тот холодок в голосе, который проскальзывал даже в самых простых фразах?

Кто это? Кто она теперь? Эшли смотрела на себя и не узнавала. Семь лет прошло... семь лет с той ночи, когда её мир разлетелся вдребезги. И каждое утро она просыпалась, надеясь, что это был просто страшный сон... но зеркало не лгало. Зеркало показывало правду — она изменилась. Время шло... и она позволила ему изменить себя. Или нет? Или изменения пришли сами, без её согласия?

Теперь её лицо было более острым, скулы — более выраженными. Волосы больше не падали мягкими волнами до плеч — они были спутаны после сна. И повязка на правом глазу... эта чёрная полоска ткани стала частью её лица. Частью её идентичности. Как она могла помнить себя без неё?

Повязка на правом глазу была снята на ночь, и теперь она видела обоими глазами — как семь лет назад, до того дня, когда обрыв в горах чуть не забрал её жизнь. Но видеть полной картины больше не значило понимать всё. Некоторые вещи... некоторые вещи лучше не видеть. Некоторые истины слишком болезненны для человеческого разума.

Без повязки в правом глазу мерцало красноватое свечение — след демонического контракта. Эта сила была связана с алым камнем на её шее, с той древней демонической энергией, которая текла в её венах. Без повязки эта сила становилась неконтролируемой, вырывалась наружу, заставляя её чувствовать себя чужой даже самой себе.

И всё это... всё это было её выбором. В тот миг отчаяния, лежа на дне обрыва, при смерти, она сама позвала демона. Сама попросила силу. Сама заключила контракт, зная цену. Никто не заставил её. Никто не обманул. Она сама выбрала силу любой ценой. И теперь каждое утро она просыпалась с последствиями этого выбора. И это зрелище... это зрелище было хуже любого кошмара. Потому что кошмары можно было забыть. А это... это осталось с ней навсегда.

Лучше было не видеть. Лучше было прятаться за повязкой, прятаться за тем, что от неё осталось. Лучше было притворяться, что она всё ещё та девочка, которая могла беззаботно смеяться, которая могла доверять людям, которая ещё верила в счастливые концы.

В дверь осторожно постучали.

„Госпожа?" — голос Дарьи был тихим и почтительным. „Утренний доклад готов."

Эшли замерла. Без повязки демоническая сила пульсировала в её венах, давая ей невероятную мощь. Но это была её тайна. Её главное оружие. Но только Дарья имела право видеть её в таком состоянии. Только Дарья знала, как обращаться с демонической силой, которая мерцала красным светом в её правом глазу.

„Подожди минуту," — ответила Эшли, протягивая руку за повязкой.

Но пальцы дрожали. Дрожали так сильно, что она не могла удержать ткань. Демоническая сила пульсировала, напоминая о том дне, когда она заключила контракт. Когда согласилась на силу любой ценой. Когда её мир превратился в прах. Эта сила была слишком мощной для человеческого тела. Каждый её импульс сотрясал её до костей, заставляя дрожать, будто сама ткань реальности не выдерживала её прикосновения. Без повязки сила могла вырваться наружу, но слишком долго носить повязку тоже было опасно — сила накапливалась и становилась неконтролируемой. У неё было строго определённое время для завязывания повязки каждое утро и вечером перед сном.

Дверь приоткрылась, и Дарья заглянула внутрь. Её глаза сразу же нашли Эшли — стоящую у зеркала с повязкой в руках, пытающуюся скрыть своё лицо от собственного отражения. Её волосы были спутаны, как обычно после беспокойной ночи.

„Позвольте мне помочь," — тихо сказала Дарья, входя в комнату.

Эшли хотела возразить, но словно потеряла голос. В присутствии Дарьи она всегда чувствовала себя ребёнком. Тем ребёнком, который нуждался в защите. Тем ребёнком, который больше не существовал.

Дарья подошла ближе и взяла повязку из рук Эшли. Её руки были тёплыми, знакомыми. Она помнила, как эти руки завязывали повязку семь лет назад, в лесном домике, когда Эшли впервые проснулась после падения. Тогда это было больно. Физически и эмоционально. Теперь это было просто... привычно.

„Всё будет хорошо," — прошептала Дарья, аккуратно завязывая повязку. „Вы сильная. Вы справитесь."

Этот ритуал был их особенным моментом. Только Дарье доверяла Эшли видеть свою демоническую силу, когда она грозила вырваться наружу. Только Дарья знала, как держать её в узде, как вернуть контроль над силой, которая могла поглотить её целиком.

Эшли закрыла глаза, чувствуя, как ткань обволакивает правый глаз, сдерживая демоническую силу. Как мир снова становится ограниченным, но более терпимым. Как она снова может притворяться, что не видит всех этих ужасов... снаружи и внутри.

„А теперь волосы," — сказала Дарья, доставая серебряную расчёску из ящика комода.

Эшли молча кивнула. Её волосы были её гордостью — густые, светлые, с естественным блеском. Но сейчас они были в беспорядке. Как и её мысли. Как и её жизнь.

Дарья начала расчёсывать её волосы медленно, осторожно. Каждый мазок расчёски был знакомым ритуалом. Каждое утро одно и то же — Дарья заботилась о ней, приводила в порядок, напоминала, что она всё ещё достойна заботы.

„Не сильно запутались," — тихо сказала Дарья. „Видимо, ночь была спокойной."

Эшли хмыкнула. Спокойной. Если так можно назвать кошмары, которые мучили её всю ночь. Если так можно назвать воспоминания о той ночи, когда её семья... когда всё изменилось навсегда.