Его королевская радость

Глава 1

Герхарт

Он стоял на холме. С холма как на ладони было видно весь город. Столицу небольшого государства, в котором он был полновластным правителем, энтархом.

Он стоял, не двигаясь. Только короткие с проседью волосы развевал ветер. Бремя власти давило на плечи. Власти ли? Или жизни? Герхарт поморщился. Иногда тянущей болью простреливало виски. И тогда он старался отлежаться в своих покоях и не дай Бог кто-то попадётся ему на глаза.

Будет непогода. Шрам через всю левую половину лица сводило болью, как напоминание из прошлого.

Ему хотелось одного уже – передать эту власть кому-то. Тому, кому он будет доверять. Но приемника у него не было. Значит это бремя спадёт с него только со смертью, с его смертью.

Похолодало. Он посильнее закутался в плащ. Потом обернулся и посмотрел на свой дворец, что венчал этот холм. По замыслу зодчего, дворец должен был отражать величие страны и правителя, но что-то пошло не так. И дворец, даже освещённый солнцем, сверкающий в его лучах, мог только пугать. А если и отражать – то мрачность, тьму и безысходность.

Герхарт развернулся и направился во дворец.

Прошёл по мраморным ступеням, миновал портик с резными колоннами и вышел в тронный зал, где на возвышении одиноко темнел трон, старинный, из обветренного камня. Он олицетворял силу и мощь. Тоже должен был. По крайней мере страху нагонял на просителей достаточно.

Тихо, без стука вошёл первый советник.

- Мой государь!

- Что ещё? – Переспросил нетерпеливо. Советник попятился.

- Вам доставили невесту. Разместили, как и приказано в жемчужных покоях.

- Что-ж, замечательно, - кивнул ему Герхарт. – Ты можешь идти.

Советник склонился и вышел.

Невеста. Да… Он устало потёр виски. Надо бы на неё посмотреть.

Герхарт посидел ещё несколько минут, не желая признаваться даже себе в том, что просто устал, а потом всё-таки встал и отправился к невесте. Жемчужные покои пустовали, сколько он себя помнил. И вот сейчас, он так решил, настало их время.

На двери в жемчужные покои, отдельную, женскую, половину дворца, были искусно вырезаны сцены из баллад. Он хотел было просто отворить её, потом вспомнил про невесту и досадно поморщился, но постучал. Дождался едва слышного «Войдите» и вошёл.

Девушка сидела на кровати. Обычная, ничего особенного. Он едва мазнул по ней взглядом и прошёл к окну. Так чтобы стоять вполоборота к ней, так было привычно.

- Добрый день, - сказал, словно отчитался. И задумался. Девушка молчала, не выдавала своих эмоций, не плакала. (Он терпеть не мог слёз!) Далеко не самый плохой вариант для жены. Особенно если учесть, что этим браком отношения между его небольшим государством и соседней Уланией укрепятся. Надо подписать брачный договор как можно скорее. Он долго думал над этим браком, просчитывал выгоды. Всё-таки Улания граничит с Эстарией. И хотя меньше по территориям, но войско там приличное. А ещё это желаемый выход к морю…

От усталости снова захотелось потереть виски. Сколько он уже не спал? Дурная привычка, от которой никак не получалось избавиться.

- Доброго вам дня, - ответила ему невеста, наконец.

- Договор при вас?

- Договор? – Она кажется немного растерялась, но потом всё-таки ответила, - А, да. Конечно. – И достала свиток из кофра.

Герхарт торопливо взял свиток и пробежался по нему глазами. Потом нахмурился.

- Здесь сказано, что свадьба произойдёт не раньше, чем через месяц. – Не сказать, чтобы его это не устраивало. Но договор он намерен был подписать прямо сейчас. А в нём говорилось, что он вступает в силу только после свадьбы. А договор, подписанный на магической бумаге - это вам не шутки.

- Да, - Девушка внезапно подняла голову и посмотрела на него. Какой странный взгляд. – Это единственное наше условие. – Сказала тихо, но твёрдо. Гм. Интересно. Ну, пожалуй, он может позволить себе такое условие. Месяц - это не полгода и не год.

- Хорошо. Я согласен, - Он кивнул головой и уже шагнул к двери, когда случайно обернулся. Его невеста (он ведь даже не спросил её имени) бросила на него удивлённый, он бы даже сказал изумлённый взгляд.

Чего это она? Герхарт усмехнулся и вышел из жемчужных покоев.

Илиана

Она твёрдо знала, с того самого дня, как погиб отец и они с братом остались вдвоём, что ей надлежит делать. И хотя Картес был ненамного старше неё, но на него легло бремя управления страной. Ему и так приходилось тяжело. Она была верной сестрой – поддерживала, как могла, подставляла плечо, вникала во все государственные дела и давала советы. Благо, отец дал ей хорошее образование, а не отговорился скорым замужеством.

Но если у отца и были женихи на примете, она об этом не знала. А после коронации Картеса, ей стало не до того. И тогда же брат намекнул ей, что ей придётся вступить в договорной брак, ради укрепления отношений между странами. Только он пока ещё не знал, с кем.

Илиана приняла это спокойно. Она всегда знала, что это рано или поздно случится. Её воспитывали как принцессу. И когда брат объяснил ей её задачу, она, немного поразмыслив согласилась с ней.

Ведь от неё теперь зависело благополучие родной страны и любимого брата – всё, что осталось у неё от семьи.

Ей предстояло стать невестой энтарха Эстарии и… убить его. Она мало знала о нём. Но то что слышала – не внушало надежды и уважения. Об энтархе говорили всегда шёпотом, понизив голос, словно даже сюда, в соседнюю страну он может дотянуться своими загребущими руками. И рассказывали такое, что никто в здравом уме не согласился бы выйти за него замуж.

Илиана не боялась его до того дня. Просто потому что никогда даже не думала о возможности союза. Где она – принцесса маленького государства, которое то и на карте едва заметно, и где энтарх. К тому же он старше неё больше чем вдвое. И когда брат пришёл к ней с серьёзным разговором, она сначала даже не поверила ему. Но Картес объяснил очень убедительно, чем так опасно сильное государство под боком. И смерть отца уже не казалась случайной.

Глава 2

Герхарт

Голова раскалывалась. Ныл старый шрам. А ветер уже завывал, пытаясь опрокинуть дворец, построенный так, чтобы словно нарочно быть открытым всем семи ветрам. Взметнулись лёгкие занавеси, заколыхались гобелены над кроватью.

Герхарт встал, поморщившись, и шагнул закрыть дверь, ведущую на террасу. Каждый шаг отдавался болью. Захлопнув дверь, он снова упал в кресло, бездумно наблюдая, как по грозовому небу быстро проносятся темные, словно морские пучины, облака.

С каждом разом голова болела всё сильнее. И никакие лекарские настойки уже не помогали. И ничто не давало облегчения. Болели плечи, словно он держал на них всё государство (а разве это не так?), болела шея. Он превращается в старую развалину.

И всё-таки невольно его мысли возвращались к девушке, которая пришла к нему сегодня. Его невеста. Почему-то от этой мысли было неприятно. Право слово, ему был необходим сильный союзник и укрепление границ, а ещё выход к морю. Он поразмыслил и решил, что это – лучшая кандидатура. Однако, при виде неё стало странно неловко. И он сам не мог сформулировать, чётко, почему.

Однако, она не боялась его, была спокойна, вежлива, не приставала с излишними капризами. Пожалуй, она не доставит много хлопот. А это для него, который не задумывался о женитьбе, самый лучший вариант. Да, он всё сделал правильно! Герхарт отпил из кубка. Специальный настой, призванный уменьшить головную боль, обжигал горло, но пользы от него не было.

А на улице раздались первые раскаты грома и хлынул ливень. Словно стена встала. Герхарт сидел, глядя, на разыгравшуюся непогоду, бездумно крутя в руках кубок.

Илиана

Ужин прошел спокойно, не считая разразившейся грозы. Но Илиана даже любила грозу. В отличие от служанок, что ахали, охали и закрывали уши и глаза, она никогда не боялась разгула стихии. Наоборот, ей казалось, что это так по-королевски красиво, когда тёмное небо вдруг прорезают яркие вспышки молний. Её завораживало это зрелище.

А ещё стало вдруг немного уютнее в этом пустом и темном дворце. Надо, пожалуй, пока совсем не стемнело, сесть и написать письмо Картесу. Пусть брат знает, что у неё все хорошо, и она спокойно добралась до цели своего пути.

Илиана шагнула к окну, взяла бумагу и перо, забралась в кресло с ногами, и начала писать. Дурная привычка, она это знала, но никак не могла от неё отделаться. За окном бушевала гроза. Как раз, когда она закончилась, письмо было дописано. Завтра она отдаст письмо новому слуге и попросит проводить её в сад.

Далия, её горничная, помогла раздеться и лечь в кровать. Как ни странно, но спала Илиана хорошо. И кошмары совсем не снились. Хотя ведь она была уверенна в обратном.

Утром она встала рано, отдохнувшая и посвежевшая. Шагнула босыми ногами на пол и распахнула окно. В комнату ворвался лёгкий свежий ветерок. Ничто не напоминало о вчерашней буре. Разве что необычно яркая зелень за окном. Воздух манил. Хотелось выйти в сад и подышать этим воздухом. А раз так – нечего откладывать!

Надо лишь дождаться слуги и завтрака. Илиана подумала бы, что о ней забыли. Тем более, что энтарху вчера явно было не до неё. Она вспомнила о кубке, что стоял рядом. Но нет. Завтрак принесли ровно минута в минуту. А следом явился и новый слуга. Юркий молодой юноша, почти мальчишка. Наверное, он был не сильно моложе её самой. Да вот беда – после смерти отца, Илиана чувствовала себя намного старше своего возраста.

Позавтракав, она отдала слуге письмо и попросила проводить её в сад. Никого из служанок она с собой не взяла, отговорившись тем, что здесь так не положено. Здесь действительно так не положено, судя по тому, что сказал ей энтарх. А она и рада. Илиана никогда терпеть не могла эту толпу слуг и служанок (благо хоть фрейлин почти всех отец разогнал после смерти матушки), что ходили за ними с Картесом как преданные собачонки. Хотя брату, всё-таки, кажется, нравилось.

Слуга проводил её до калитки в сад, вежливо распахнул её и исчез. Илиана полной грудью вдохнула такой свежий и приятный воздух, и шагнула на тропинку. Сад был похож больше не на сад правителя этих земель, а на какой-нибудь дикий лес. Деревья росли как им вздумается, цветники располагались в хаотичном порядке и Илиана подумала: «А есть ли здесь вообще садовник?»

Хотя ей тут определённо нравилось. Сад располагал к себе, а одиночество после шума и суеты родного дворца, показалось внезапно привлекательным.

Она обогнула дворец кругом и вышла на небольшую поляну. Илиана смотрела только вниз и перед собой. И когда послышался странный шорох, не сразу сообразила, что идёт он сверху. На террасе (той самой, которую она, видимо, видела вчера) сидел энтарх и просматривал какие-то бумаги. Увидев её, он кивнул и снова углубился в изучение.

Илиана пожала плечами и пошла дальше. В паре шагов виднелся какой-то скромный кустик с яркими цветами. Вот к нему она и подошла. Небольшой, весь усыпанный тёмно-синими цветами, он так интересно пах, что невольно захотелось наклониться поближе, чтобы изучить его запах.

Вдруг её отвлёк какой-то звук. Кто-то крикнул. Илиана обернулась к террасе, безошибочно угадав кричавшего. Энтарх встал и что-то пытался сказать ей, но ветер относил слова. К тому же терраса находилась достаточно высоко.

Она показала руками на уши и покачала головой. А потом отвернулась от него и спокойно присела к цветку. Желание потрогать его было просто непреодолимым.

- Стойте! Не трогайте! – Вдруг совсем явственно расслышала она, рядом с собой. Илиана обернулась и отскочила. К ней шёл энтарх. Каким-то невообразимым образом он оказался на земле (спрыгнул?) и спешил к ней. Так она назвала бы его летящую походку.

- Не трогайте этот цветок. – Повторил он уже тише.

- Почему? – Спокойно спросила она.

- Он ядовит. Его пары кружат голову, если ими долго дышать, то может стать нехорошо. А если сок попадёт в кровь, то смерть будет быстрой и безболезненной.

Илиана вздрогнула и зябко обняла себя за плечи. Подумать только!

Глава 3

Герхарт

Написать и отправить письмо правителю дружественной Литари, было делом нескольких минут. Но Герхарт задержался. Прогулялся по саду, обдумал, все ли сделал правильно, не упустил ли чего-то. А ещё в последнее воскресенье месяца энтарху надлежало встретить просителей и выслушать их. Он завёл этот обычай и не собирался менять. Но во дворце находилась принцесса, его невеста. Он знал, как должен действовать согласно дворцовому этикету. Проблема была лишь в том, что он давно уже сам себе правитель и сам себе этикет. Самоуверенность – отвратительное качество для энтарха и необходимое. Вот только было ли оно у него?

Герхарт усмехнулся, развернулся, постоял немного, полюбовался на королевский цветок и направился к себе. Полумрак дворца после ослепительного солнечного света неприятно давил, словно обещая головную боль в ближайшие дни. Он даже ослабил и так свободный ворот рубахи. И подумал рассеянно, хорошо, что золотой обруч, знак власти правителя, немилосердно сдавливавший виски, он носит не каждый день.

В личных покоях было тихо и прохладно. Ветер играл прозрачными занавесями, отделявшими комнату от выхода на террасу. Но скоро солнце вновь придёт на эту сторону и начнётся жара. Жару Герхарт не любил. Он шагнул к выходу на террасу, чтобы захлопнуть дверь, когда вдруг случайно бросил взгляд на столик, за которым вчера оставил расклад в ракс.

Иной раз он играл сам собой. Тренировал разум. И тоскливо мечтал о сильном противнике. И вот сейчас он застыл ошеломлённый. Кто-то не просто сдвинул фигуры на доске (а он запрещал слугам дотрагиваться до вещей в его покоях), а сдвинул их так, что белый король вместе со своим полководцем оказался в осадном положении. Вот ведь досада!

Гер невольно, вопреки своим мыслям, усмехнулся. Усмешка вышла кривой, а старый шрам привычно стянул кожу. Что есть, то есть. Но, кто бы это ни был, он совершил невозможное – пошёл за чёрного короля таким немыслимым способом, что Герхарт подумал бы, что фигуры сдвинуты или заменены местами. Но нет! Он помнил наизусть, где стоял белый король с полководцем и своим войском и где – чёрный.

Так. А значит, ему задали задачу. Что-ж, он любит решать задачи! Он даже не заметил, что пока осторожно прощупывая дальнейшие ходы противника, переставлял фигуры на доске, улыбался. И даже когда белый король, совершив невозможное, вырвался из окружения противника, а его полководец, потеряв легионеров, но и изрядно потрепав противника, всё-таки подошёл к крепостным стенам чёрного короля, продолжал глупо улыбаться. Наконец-то он нашёл сильного противника, с которым интересно играть. Наконец-то! Всё. Он завершил ход. Теперь партия чёрных точно проиграна.

Но Гер медлил убирать ракс. Ситуация для чёрного короля была безвыходной, однако он бы нашёл рисковый выход, один единственный. Он уже видел его и оставил малейшую лазейку. Вряд ли конечно тот, кто ввязался в эту партию, рискнёт сделать такой ход. И всё же… Да, он будет ждать. Это того стоит.

Илиана

В библиотеку её наконец-то проводили. И теперь, бродя меж старых фолиантов и ещё более древних свитков, убранных для сохранности в кожаные кофры, она пыталась собрать свои мысли воедино. Отец всегда говорил ей, что библиотека, тем более королевская, может сказать о своём хозяине очень многое. Кто ж знал, что его советы вспомнятся сейчас.

Илиана рассматривала корешки книг и понимала, что очень многое смогла бы сказать о их хозяине, потому что библиотека была почти идентична той, что была у неё дома. История государства, история права, законы, указы, и тут же классические томики поэтов, и ещё более древние свитки, причём оригиналы, насколько она понимала. И романы. Немного наивные, немного слишком глупые и всё же…

А некоторых трудов не было даже у них дома. Например, оригиналы Эсвителя. Илиана осторожно прикоснулась к кофру и достала оттуда свиток. Действительно оригинал. И даже вполне читаемо, идеальная сохранность. Откуда он здесь?

Она подумала немного. Сначала хотела было забрать с собой, чтобы почитать в комнате, в конце-концов, принцессе не посмеют возразить. Потом подумала и решила оставить. Всё-таки это большая драгоценность и она не хотела бы послужить причиной её случайной потери или порчи.

Взяв пару томиков по истории, политическому устройству и пару романов, чтобы скоротать вечер, Илиана направилась прочь от библиотеки. В этот раз она даже не заблудилась в коридорах дворца. Кажется, она научилась находить дорогу в этой полутьме.

В спальне было пусто. В соседней комнате о чём-то тихо шептались служанки. Услышав, что она вошла, Далия тут же выбежала ей на встречу.

- Госпожа, обед принесли, но вас не было. И он уже, наверное, остыл.

Точно, обед. Она совсем про него забыла. Что-ж, она съест и холодное. Но служанки раскудахтались. Вызвали слугу и потребовали для госпожи новый обед. Илиана махнула на них рукой. Всё-таки сначала отец, а потом и Картес попросил девушек заботиться о ней, вот они и заботятся, как могут.

Через четверть часа принесли горячее. Она пообедала, уселась в кресло и принялась за книги. Теперь у неё есть за чем скоротать время, а значит всё не так уж и плохо.

И внезапно она зачиталась. Сначала хотела заняться историей, тем более, что здесь были интересные книги, те, которых не было дома, в королевской библиотеке. Но, видимо, напряжение и усталость от долгого пути сделали своё дело. Она прочла один раз, второй. Ничего не понятно. Вздохнула, отложила книгу и принялась за лёгкий роман. И внезапно зачиталась, обнаружив в любовном романе двойной смысл. Интересный писатель. Она не слышала о таком. Может быть потому что не особо любила романы. И не видела в них смысла. Потому что королевской дочери не пристало мечтать о любви. Стать достойной женой своему мужу-королю, родить наследников, уметь поддерживать разговор – вот, пожалуй, то что от неё требовалось.

Нет, конечно, она мечтала в детстве, до смерти отца, о любви и счастье. Но… Это было слишком давно. А сейчас, ей кажется, и случая стать просто достойной женой не представится. Перед глазами, словно живое, встало лицо энтарха. Но вместо страха, она испытала лишь омерзение от того, что ей надлежит сделать. Она искала в себе ненависть к энтарху, но не находила.

Глава 4

Герхарт

Ужин с невестой не принёс ничего нового. Девушка была послушна и молчалива, как и должно хорошей будущей жене. Только, пожалуй, слишком спокойна. Он знал, как выглядит. Улыбнулся своему отражению в зеркале. Улыбка вышла зверской ухмылкой. Шрам снова стянул лицо. Он нахмурился. Первые морщины прорезали лоб.

Первый Советник, помнится пару раз подавился, когда он так посмотрел на него. Его боялись. Может быть, не любили, даже скорее всего. Он привык. Правителю не нужна любовь. Только послушание, а ещё преданность. И верность.

Энтарх вздохнул и отвернулся. Голова снова начала болеть. И если она начинала болеть на ночь, то это – плохой знак. Значит завтра разболится ещё сильней. А он так устал… А ещё надеялся, что никто не увидит его слабость. Правителю нельзя быть слабым.

Герхарт шагнул к доске, на которой стояли фигурки ракса. Что вся его жизнь, если не игра, не одна из партий ракса, в которой он и сам не может понять, за кого играет – за чёрных или за белых, за свет или за тьму? А как иначе, когда носишь слишком много темноты в себе и кажется, что вот-вот она пожрёт тебя?

Он потряс головой. Надо сделать ход за белого короля. Ведь теперь они с чёрным остались одни за крепостной стеной. И от его хода сейчас зависит исход поединка. И время есть подумать. Пока голова ещё не совсем разболелась. А ещё он, кажется, догадывается, как обнаружить своего таинственного противника. Он слишком не любил ходить вокруг и около. Ему были противны все эти интриги, всё то, что входило сейчас в моду при дворе в других странах. Но рано или поздно, эта мода доберётся и сюда. Мода она равнодушна и беспощадна. Он только надеялся, что это случится не при его жизни.

Полчаса раздумий и вот ход сделан. Примет ли чёрный король вызов, вот в чём вопрос?

Энтарх прошёл в спальню и лёг, не зажигая свечей. Голова болела всё сильнее.

Илиана

После странного ужина она спала беспокойно. Снился энтарх, который смотрел на неё. Просто молчал и смотрел. А между ними партия в ракс. Она знала, какой сделать ход, а ещё знала почему то, что этот ход станет последним не только для белого короля, но и для самого энтарха. Это он падёт вместе со своей фигурой. И энтарх это знал. И просто смотрел на неё. И даже во сне она чувствовала его взгляд. Правда взгляд этот был другим. В нём застыли такая боль и усталость, что Илиана едва могла дышать. Она поднесла руку к доске, желая сделать уже этот решающий шаг и проснулась.

Потрясла головой, отгоняя навязчивый сон. Дождалась завтрака, а потом решила, что пойдёт к энтарху и спросит книгу, которую она так тщетно искала. Ну и заодно сделает ход. Если его нет, конечно. Она не собиралась раскрывать себя. Тем более сейчас. Вряд ли правитель будет доволен её самоуправством. Она представила его взгляд и вздрогнула. Наверное, он страшен в гневе. Но лучше ей этого не проверять на себе.

После завтрака, одевшись в простое платье (Картес бурчал бы как обычно, что оно слишком простое и его не пристало носить принцессе), Илиана направилась к покоям энтарха. Снова постучала. Никто не ответил. Но дверь была странно приоткрыта. Она постучала ещё раз. Тишина. А ещё темнота. Вот что поразило её, когда она шагнула внутрь.

Дверь на террасу была закрыта. Окна зашторены тёмной тканью. Для чего? Она растерянно осмотрелась. Правителя не было. Ракс стоял на месте. И всё же… Что-то здесь было не так.

И тут она услышала стон. Тихий, сдавленный. Но он не послышался ей. Илиана обернулась, ища его источник. Никого. Она осмотрелась ещё раз. И тогда только заметила маленькую незаметную дверь, видимо, в смежную комнату, которая тоже была немного приоткрыта. Стон исходил оттуда.

Ей бы развернуться и уйти, но Илиана решительно шагнула к двери. Это была спальня. Покои энтарха. На кровати лежал сам правитель. На голове повязка, зубы сжаты, глаза закрыты. Болеет? В этот раз ей точно не показалось. Уйти? Но ей было жалко энтарха. Может быть, он и заслужил свои страдания, но он ведь тоже человек. Подойти спросить, чем она может помочь? Но она медлила.

Неудачно повернулась, туфли стукнули по полу. В темноте и тишине комнаты, звук получился просто оглушительным. Энтарх открыл глаза.

- Вы что здесь забыли? – Сказал грубо, рассмотрев её. Но Илиана не испугалась. Не сейчас. И не этого больного человека, прежде всего человека, а потом уже правителя.

- Вам больно? Вы болеете? – Спросила она тихо.

- Не ваше дело. Я разберусь сам, - энтарх ответил отрывисто. А потом не выдержал. Словно судорога боли прошла по лицу. Он снова закрыл глаза, дёрнувшись, а Илиана увидела, что энтарх из последних сил сдерживает стон. Мужчины не показывают боль. Отец был такой же. Он держал всё в себе, до последнего.

- И всё же, что у вас болит? Я могу помочь. – Отец настоял, чтобы она училась лекарской науке. Немного хотя бы. Жаль только, что она не смогла помочь ему самому. Эти знания оказались бесполезными. Да и некуда было их использовать после его смерти. Ну и Картес не разрешал продолжать обучение дальше. Зачем принцессе искусство низших? Травы, настойки – это дело лекарей. А её дело - науки и этикет. Она смирилась, потому как не очень то и хотела. И вот сейчас… Может её знания пригодятся?

- Не можете. Уйдите. – Резко ответил энтарх, а потом закусил губу, пережидая приступ.

И это придало Илиане сил.

- Нет, - она покачала головой.

Но он уже не ответил. Зашипел, пытаясь сдержать стон и приложил ладонь ко лбу.

- Голова? – Участливо спросила она. Почему-то её вовсе не пугал энтарх сейчас. Да, наверное, она выглядела навязчивой, но всё же искренне хотела помочь.

Энтарх уже ничего не ответил, только слегка кивнул. Открыл глаза, затуманенные пеленой боли и снова закрыл.

- Я сейчас. Только настойку сделаю. Я умею.

Илиана развернулась и выбежала из покоев энтарха, не заботясь о том, услышал он её или нет. Медлить было нельзя. Она знала, что такое головная боль. Пару раз она снедала и её саму. Как хорошо, что уж этому то рецепту лекарь обучил её!

Глава 5

Илиана

Наскоро перекусив и отмахнувшись от служанок, Илиана бросилась обратно в покои энтарха. Ей так хотелось доиграть партию, что это желание почти затмило рассудок. Да и не сделает же он ей ничего, особенно после того, как она его вылечила! Илиана не знала, откуда в ней эта уверенность, но ей всё больше и больше казалось, что энтарх вовсе не таков, как о нём говорят.

Вот знакомая дверь. Она привычно стучит и, не дождавшись ответа, входит. Всё на своих местах, как и было, когда они с энтархом уходили из комнаты, даже вот дверь на терраску приоткрыта, и ветер играет занавесями.

Илиана шагнула к доске. Ракс манил. Так. Ход сделан и ставки всё выше и выше. Другой бы уже сдался, но только не она! Ей овладел уже знакомый азарт. Она не отступит, её чёрный король не признает себя побеждённым.

Несколько минут раздумья, а потом она таки сделала ход за чёрного короля. И вздрогнула, едва не закричала, услышав вдруг за спиной тихое:

- Хороший ход, принцесса.

Она развернулась, готовая даже не зная к чему, и увидела энтарха. Он стоял, спокойный, скрестив руки на груди. И снова она ожидала колких слов или вспышки гнева, но энтарх просто стоял и смотрел на неё и в его глазах, она была в этом уверенна, плясали смешинки.

- Может быть мы наконец-то доиграем эту партию? - Спросил он. Илиана же молчала, от изумления словно потеряв дар речи. Но потом всё же нашлась с ответом.

- Да, конечно.

О, да, об этом она мечтала! Правда, когда они, наконец, оказались друг напротив друга, разделённые только партией в ракс, она снова едва не вздрогнула. Опять перед глазами явно встал недавний сон. И ей вдруг почудилось, что сейчас она делает решающий ход. Но Илиана только нахмурилась, прогоняя непрошенные видения. Это всего лишь сон. А энтарх – не фигура на шахматной доске.

Несколько минут. Время словно остановилась, Илиана как завороженная смотрела, как энтарх взял в руку фигуру белого короля и нахмурился, обдумывая ход. А она, вместо того, чтобы предположить его дальнейшие возможные ходы, просто его рассматривала. Сейчас, когда правитель был занят, увлечён игрой, он внезапно показался ей, если не красивым, то симпатичным. Она невольно искала в его внешности, жестах, мимике подтверждение услышанному о нём. Искала все эти дни. И не находила.

Но вот ход был сделан, а она так засмотрелась, что едва не пропустила свой. Взяла фигурку чёрного короля и ей снова овладел азарт. Она не отдаст эту победу! Словно победа над белым королём была смыслом её жизни.

Ход, потом ещё ход. Она будто сама была чёрным королём, а не двигала фигурку на доске. Сколько времени прошло, Илиана не знала, но пришла в себя только наконец, услышав:

- Ваш король повержен.

Она подняла глаза, словно не веря. Белый король действительно победил, загнав чёрного за край доски и завершив партию. Но энтарх смотрел на неё спокойно, в его глазах не было пренебрежения. И Илиана вдруг поняла, что не расстроилась, наоборот почувствовала облегчение, хоть и мечтала победить. Пусть глупость, пусть суеверие, но она проиграла, а значит страшный сон не сбудется. А энтарх аккуратно смахнул все фигурки с доски и сложил их в деревянный ларец.

- Вы замечательно играли. Кто вас научил так играть? – В его голосе звучало уважение и даже ей почудилось восхищение, как сильным противником, не более. Ему действительно интересно?

- Отец. Он был прекрасным правителем и замечательным отцом. – Илиана помолчала. Почему-то пришла в голову мысль, взлелеянная Картесом, что это энтарх виновен в смерти отца. И вот сейчас, глядя в спокойные, тёмные глаза правителя, она поняла, что он на это неспособен. Энтарх прям, как стрела или разящий меч. Интриги и подлость – последние средства к которым он прибегнет. Она не узнала это и не поняла, нет, почувствовала.

- Я слышал про вашего отца, - он заговорил об отце и заговорил с уважением. А ведь он, наверное, едва ли не ровесник ему. Интересно, папа знал его? Они с папой никогда не говорили про энтарха Эстарии. Хотя, при ней он вообще старался как можно меньше обсуждать политику и, давая ей разностороннее образование, всё-таки держал её подальше от этих нечестных игр, как он сам выразился. Это уже после его смерти она начала помогать Картесу и брат даже советовался с ней во многих вопросах. Эх. Был бы жив отец…

Она молчала, глядя в пол. Отец… Потом всё же подняла глаза. Энтарх смотрел на неё и было в его глазах что-то такое, странное… Он словно снова изучал её и ей вдруг захотелось узнать, что он ищет в ней. Такой внимательный, острый и внезапно усталый взгляд.

Потом он поднялся из-за стола.

- Буду рад увидеть вас сегодня на ужине, принцесса, - и внезапно кривая улыбка – то ли усмешка, то ли ухмылка прорезала лицо, преобразив его. Снова мелькнула усталость, которую правитель успешно скрывал.

- Я… Я обязательно приду, - не нашлась ничего лучше, чем сказать Илиана и позорно сбежала.

Герхарт

Вот значит как. Его невеста действительно достойный противник. Противница. Он усмехнулся. Он бы не подумал, никогда не подумал, если бы не сегодняшняя головная боль, которая исчезла без следа, словно её и не было. Девушка была, пожалуй, слишком спокойна, да и только. По правде говоря, он даже не смотрел в её сторону. Она интересовала его только как выгодное вложение и ничего более.

И однако же, утром, после того, как она излечила его, он впервые задумался о том, что она может оказаться его противником в игре. И оказался прав. И это было… странно. А ещё как глоток свежего воздуха. Только с ней Герхарт почувствовал себя неожиданно живым. Все краски и звуки ощущались ярче обычного.

Наверное, дело было в том, что его наконец-то кто-то понял. Пусть это лишь иллюзия, но в ракс его невеста играла так, как сможет не каждый мужчина. Да, что там! Он доселе не встречал равного себе противника. И пусть она проиграла, но всё же игра была действительно напряжённой.

И… Ему вдруг стало интересно. А ещё неловко. Каждый раз, как он думал о невесте, ему почему-то становилось неловко. Но он не привык анализировать свои чувства. Слишком груб, пожалуй. Он сам создал образ, которого все боялись, надевая его словно маску каждый раз. А что там, под маской, он и сам не знал.

Глава 6

Когда она подняла голову, энтарх уже покинул зал, в котором вёлся приём. Воины тоже ушли, оставив её одну. Вот и замечательно. Илиана постояла немного, успокоилась. Ей нужна холодная голова. Теперь у неё одна цель – выяснить, насколько правомерным был приказ казнить этого юношу и часто ли энтарх отдаёт такие приказы. А для этого ей нужны бумаги. То ли свиток, в который он заглядывал на приёме то ли те, которые вёл писарь. В любом случае, ей надо их найти. Чтобы доказать… что?

Илиана вышла из зала, пылая праведным гневом, но в холодных коридорах дворца, её гнев немного поулёгся, и она сама не могла бы сказать, чего ищет – оправдания энтарху или оправдания себе. Оправдания тому, что она должна сделать и сделает, видит Бог, если энтарх окажется таким злодеем, как рассказывал о нём Картес. Да, сделает! Обязательно! Потому что он – убийца! Так подогревая свой гнев, Илиана медленно направилась на поиски знакомого кабинета.

Нет никакой гарантии, конечно, что энтарха в нём нет. И нет никакой уверенности, что свои бумаги он хранит именно там, однако она попробует, а там уже будет видно. В крайнем случае они снова окажутся один на один и тогда уже она спросит у него напрямую обо всём.

Илиана сжала губы и зашагала быстрее. Где же поворот в этот клятый знакомый коридор?! Несколько минут блуждания и, наконец, перед ней знакомая дверь. Она постучала. Не дождалась вопроса и шагнула внутрь, оглядевшись. Энтарха не было. Ну да, наверное, предпочёл лично наблюдать за казнью и за тем, как будет исполняться его приказ.

От нахлынувшей злости она едва не задохнулась. Значит, всё это было лишь обманом, пылью в глаза перед невестой-принцессой. Правда зачем ему это? Но Илиана лишь отмахнулась от лишних вопросов и поддалась эмоциям. Она подумает обо всём, но позже, обязательно позже.

Она шагнула к небольшому письменному столу. Видимо, кабинет энтарха располагался где-то в другом месте. Но, поскольку, здесь он любил работать, и она часто видела его на террасе, есть небольшая возможность, обнаружить эти бумаги всё-таки здесь. Хоть что-то, что прольёт свет на эту историю.

На столе ничего похожего на свиток или нужные бумаги не было. Открыла и ящики, хотя и сомневалась там что-то найти. Очень уж странно было убирать бумаги по сегодняшнему делу так далеко. Илиана быстро просмотрела содержимое ящиков – так и есть – ничего. Вот только энтарх обязательно заметит, что кто-то рылся в его вещах, потому что у него в бумагах царил образцовый порядок, а она, при всём своём желании, точно так же не смогла бы уложить.

Она развернулась и осмотрела знакомое кресло и даже шагнула к террасе. Там тоже стоял небольшой столик, на нём ваза с фруктами и кресло. Илиана подошла ближе. На столике, небрежно придавленные вазой с фруктами, видимо, чтобы не улетели, лежали пару листов бумаги. А рядом стояло перо и чернильница.

Потеряв всякую осторожность, она шагнула вперёд и высвободила бумаги. Записи, несколько листов. Ей повезло. Как она поняла, это были дела просителей. Илиана как раз бегло просматривала их, когда хлопнула дверь. И она застыла. Вот теперь обычным извинением не обойдёшься. Она поддалась гневу и забыла об осторожности. И энтарх вполне может наказать её за то, что она рылась в его вещах. И самым лёгких выходом из ситуации будет отправить её обратно домой и разорвать помолвку. А ещё ославить на обе страны, чтобы никто не захотел на ней жениться.

Но Илиане вдруг представилось, как он таким же голосом, как сегодня на приёме говорит: «В тюрьму её!» и ей стало страшно, да так, что она прикусила губу, напоминая себе, что не в её положении бояться. Тогда, по крайней мере, с чистой совестью, она сможет подать ему яд. Ведь сможет же?

- Вы снова здесь, принцесса? И почему я не удивлён? – Илиана обернулась на голос, всё ещё прижимая злополучные бумаги к груди. Он осмотрел её, перевёл взгляд на бумаги в её руках и нахмурился. Потом шагнул к ней. Илиана невольно отступила. – Что вы искали в моих бумагах? – В голосе его появились металлические нотки.

Она не будет бояться его! Илиана гордо вскинула голову и решила пойти в наступление.

- Я искала информацию по сегодняшнему приёму. Вы не ознакомили меня ни с одним делом. Я хотела узнать, по какому праву вы отдали приказ казнить последнего юношу.

Она взглянула ему в глаза. И тут же едва не отвела взгляд. Тёмные, пугающие, глубокие, его глаза смотрели словно в самую душу, испытывая и вопрошая.

- Справедливости значит ищете? Похвально. Что-ж, - он развернулся. – Пойдёмте со мной. Я, конечно, мог бы вам рассказать историю, но вы привыкли я вижу, верить не словам, а фактам.

- Что есть слова? Лишь пыль веков. – Машинально процитировала Илиана любимого поэта.

Энтарх только усмехнулся на это и как ей показалось, одобрительно.

- Пойдёмте со мной. Я предоставлю вам факты.

Она направилась вслед за ним, стараясь запомнить коридоры и повороты. Огромный и так необычно построенный дворец! Ей последние дни казалось, что он специально был выстроен лабиринтом, чтобы, наверное, в случае атаки, неприятель потерялся в нём.

Несколько раз они свернули влево, потом поднялись по лестнице и оказались перед большой дверью, окованной железом. Илиана думала, что энтарх достанет ключ, отопрёт дверь, но он просто толкнул её и зашёл, жестом пригласив за собой.

Это явно был кабинет, которым, впрочем, пользовались достаточно редко. Стол и многочисленные шкафы были завалены бумагами и свитками. И здесь, в отличие от покоев энтарха, был не такой идеальный порядок. Единственное окно наплотно занавешено шторами, в углах комнаты Илиана разглядела паутину и пыль, а на столе ровными стопками возвышались листы бумаги. Да, как энтарх здесь вообще что-то находит?!

Однако же он вполне уверенно подошёл к столу и выудил из крайней стопки несколько листов, скрепленных нитью.

- Вот, здесь всё, что вы хотите узнать. Я бы мог вам вкратце рассказать то, что узнал сам. Но я думаю вам лучше будет прочесть.