Его последняя жизнь. Тайна девяти хвостов

Глава 1. Тысяча первый. Часть первая

Что бы ни рассказывали обо мне люди, я никогда не считала себя чудовищем.

Чудовища убивают ради забавы, из жадности или по глупости. В их зверствах нет смысла, и им нет оправдания. Я убиваю, потому что должна. Потому что без поглощения энергии мне не выжить. Мир устроил эту жестокую игру, где на одной чаше весов — моя жизнь, а на другой — чужая. И я уже не первую тысячу лет выбираю себя.

Я демоница. Меня зовут Цин Ху — Лазурная Лиса.

Странно, да? Лисы должны быть огненно-рыжими, как осенние листья, как кровь, как пламя. Но я давно крашу волосы в синий. В цвет ночного неба, яда и льда. Чтобы никто не разглядел во мне зверя. Чтобы я сама, однажды склонившись над озёрной гладью, его не увидела.

Я одинока. Даже имя дала себе сама. Иного у меня не было, а может, прожив несколько тысяч лет, я попросту его забыла. Память небесконечна, будь ты хоть демоном, хоть богом. Не знаю, имела ли я когда-то любимых, дорожила ли кем-то, любила ли. Луна — моя единственная верная спутница.

Сегодня я снова отправилась на охоту.

Город Наньчжао утопал в тумане. Осенний вечер опускался на черепичные крыши, зажигал фонари в чайных домах и разливал по узким улочкам запах жареных каштанов и дешёвого вина. Я стояла на мосту через реку, опершись о каменные перила, и смотрела на отражение луны в воде.

Он появился ровно в миг, когда лунный диск коснулся своего отражения.

Я почуяла его за сто шагов. Запах — густой, терпкий и пьянящий — кричал о скрытой силе. Так пахли воины, прошедшие сотни битв. По одному его запаху становилось ясно, что передо мной тот, кто умеет убивать и не боится смерти. Этот человек должен был обладать мощнейшей духовной энергией. А значит, он лучшая еда для меня.

Я неторопливо обернулась, позволяя ветру поиграть с волосами, шёлку ханьфу обтянуть изящные изгибы талии и округлые бёдра, а лёгкой улыбке тронуть алые губы ровно настолько, чтобы он обратил внимание и подумал: «Она прекрасна». Хищно сощуренные глаза наверняка загорелись янтарным светом от предвкушения.

Я окинула будущую добычу цепким взглядом: незнакомец крепкий, высокий, широкоплечий. Длинные тёмные волосы собраны в строгий узел. Резкие скулы, тонкие губы. Скромное ханьфу без вышивки и украшений. На поясе скрывающие меч ножны. Опасен. Замечательно, чем труднее охота, тем интереснее.

Незнакомец подошёл, остановился в трёх шагах от меня. И мир замер.

За свою безмерно долгую жизнь я убила тысячу мужчин. Тысячу раз я смотрела в глаза жертве, и всегда — всегда — я видела в них одно и то же. Похоть. Жадность. Жажду обладать. Иногда страх, если человек догадывался, кто я. Порой ненависть, когда попадались упрямые люди, не желавшие сдаваться без боя.

Однако во взгляде этого человека не промелькнуло ни единой эмоции. Я привыкла к пустоте в глазах смертных. Ровной и бездумной. Пустоте, которой ничего никогда не принадлежало. У него было иначе. Я увидела другую пустоту — словно внутри него что-то существовало, огромное и важное, но исчезло, оставив зияющую дыру. Он выглядел, как статуя, которую вырезали несколько веков назад и с тех пор никто из небожителей не явился, чтобы вдохнуть в неё жизнь.

Я пришла в замешательство от его равнодушия. Но причиной стало не его отрешённое лицо. Всё дело в том, как он стоял. Абсолютно неподвижно, с ровной спиной, на несгибаемых ногах. При виде меня ни один его мускул не дрогнул, сердцебиение не участилось, дыхание не сбилось. Мои чары абсолютно на него не подействовали. Он глядел сквозь меня. Меня кольнула обида.

— Красивая ночь, не правда ли?

Мой голос прозвучал мягко и мелодично, я вложила в него ровно столько чар, сколько могла позволить на публике. Обычно этого хватало, чтобы у мужчины стекленели глаза и он начинал скупать все безделушки у уличных торговцев в надежде произвести на меня впечатление. Этот даже не посмотрел. Я шагнула вперёд, прижала бедро к перилам, наклонила голову к плечу, чтобы луна осветила обнажённую бледную шею.

— Вы нездешний, господин? Я могла бы показать вам город.

Он моргнул всего раз, медленно, как ящерица на солнце, и пошёл дальше. Обогнул меня, проигнорировав все мои слова. Будто искусство обольщения, оттачиваемое мною тысячелетиями, было не сложнее детской погремушки.

— Эй! — крикнула я ему в спину.

Нахальный незнакомец остановился.

— Вы глухой? Или просто невежа?

Он обернулся и наконец взглянул на меня по-настоящему. В его серых, как грозовое небо, глазах проскользнуло понимание.

— Ты не человек, — спокойно сказал он.

Внутри меня всё оборвалось. Маска, носимая тысячелетиями, дала трещину за минуту разговора. Тем не менее я улыбнулась шире.

— А вы невежа. Я всего лишь девушка, гуляющая по мосту. А вы, уважаемый господин, даже не поздоровались.

— Ты не человек, — повторил он.

Я проследила за едва заметным движением пальцев на рукояти меча. Все мои инстинкты взвыли, приказывая бежать. Я не дрогнула, не растворилась в воздухе. Не мне, древней демонице, бежать от первого встречного. Я продолжила стоять на месте и любоваться, как луна серебрит его волосы, а тени ложатся на лицо.

— А кто ты? — отбросив показную вежливость, спросила я.