Эксперименты

Пролог

- Добрый день, мистер Джексон!

В комнату заходит высокий и плечистый мужчина в черном костюме, вся его походка говорит о невероятной уверенности в себе. Он лет тридцати, глаза черные как сама ночь, волосы короткие и вьющиеся, уложенные в современную стрижку. Всё в нем просто кричит об опасности и излишней скрупулёзности в делах. Сложно даже предположить. Надолго ли его преданность принадлежит тебе, настолько неоднозначные чувства он вызывает.

- Привет, Гарри! – приветствует мистер Джексон вошедшего мужчину. Он нервно стучит дорогой ручкой по папке с документами, сурово поджав губы и о чем-то активно раздумывая. Седые волосы оформлен в короткую военную стрижку, чуть сгорбленная обычно спина на этот раз нависает над столом в невысказанном напряжении.

- Что-то срочное, мистер Джексон? Потому что мне еще оформлять доставку препаратов и расходного материала «ЛеджентИндустрис», - говорит Гарри и смотрит на экран смартфона, который показывает три утра. Он садится в кресло напротив босса.

- Да, мальчик мой, - начинает мужчина, - правительство заподозрило нас в экспериментах над людьми… Напрямую никто мне не говорит об этом, но птичка донесла, что их заинтересовал заброшенный бункер, из которого появляются люди и исчезают там.

Гарри щурит глаза и скрещивает руки на груди, облокачиваясь на спинку кресла. В его глазах витает недовольство, но одновременно с этим и смирение, потому что это было ожидаемо. Они с мистером Джексоном уже разработали план действий на такой случай.

- Отчасти так и есть, если не учитывать того факта, что они оборотни, - спокойно добавляет Гарри.

- И бывшие преступники, да. Но вряд ли ФБР будет разбираться в этих деталях, поэтому нам нужно закрыть проект, но при этом сохранить материалы.

Гарри встает и направляется к выходу.

- Полная ликвидация? – спрашивает на ходу он.

- Программиста оставь в живых и девчонку, если только она не пострадает при облаве – тогда не трать особо время и не помогай ей. Что-то мне подсказывает, что она будет спасать своих питомцев, а это не входит в наши в планы. Вернее, привлечение внимания к проекту не входит в мои планы. Моя репутация, которую я зарабатывал десятилетиями, не должна пострадать из-за животных или пусть и талантливой, но незначительной женской фигуре в моей жизни.

- Думаете, что слабая серая мышка кинется закрывать грудью мутантов? – удивленно спрашивает Гарри, высокомерно поднимая бровь. Он сомневается, что у неё, во-первых, хватит сил, а, во-вторых, он не настолько тупая. Наверное. Они же ее порвут на лоскуты как только выберутся из клеток.

- Уверен на восемьдесят процентов, женщины всегда очень чувствительны и быстро привязываются даже к таким как они.

- Ей же хуже. Даже если она их спасет, то что будет делать дальше с этой неуправляемой волосатой армией животной силы?

Мистер Джексон закидывает голову назад и хрипло смеется.

- А об этом обычно они не думают. Подчищай настолько тщательно, чтобы даже запаха спирта не было.

- Будет сделано, - чеканит Гарри и выходит из кабинета, направляясь к группе захвата, которым придется работать через пару недель основательно.

Глава 1

Я сидела и зевала, не в силах больше смотреть в экран ноутбука, потому что голова уже болела, а тело ныло от многочасового сидения в одной позе. Но что я могла поделать? Ничего. Это моя работа. Я, Марта Паркер, работала на «ЛеджентИндустрис» - и сегодня было мое очередное ночное дежурство. Иногда казалось, что лучше поселиться прямо здесь, чтобы не ездить каждый день на работу, но никто на это не согласится – как и я, потому что так можно медленно сойти с ума в этой металлической коробке.

Пип.пип.пип.

Я поворачиваю голову и смотрю на будильник. Три часа ночи, а это значит, что пришло время проведать своих «пациентов». Я встаю, собираю резинкой волосы в хвост и, бросив смартфон в карман халата, иду на нижний этаж, стуча острыми каблуками по бетонным ступенькам. Дизайн наших помещений едва ли можно назвать разнообразным: всё серое, светло-серое, темно-серое, черное или белое – лишь помещения для сотрудников и комнаты с кроватями представляют собой яркое дизайнерское решение.

- Марта! – кричит кто-то мне в спину.

Я поворачиваюсь и вижу худую фигуру Стэфана, который бежит вниз по лестнице за мной. Он наш талантливый программист, а так же хороший парень, с которым комфортно работать. Он примерно с меня ростом, невысокий, в классических очках с черной оправой, карими добрыми глазами, торчащими в разные стороны волосами, но невероятно умной и светлой головой – за что его очень любит начальство.

- Да, Стэф, - говорю я, продолжая свой путь на нижний этаж.

- Я не хочу сеять панику, но у меня появились кое-какие подозрения… - задыхаясь, начинает он.

Я подхожу к огромной бронированной двери, набираю код, затем подношу палец к выемке – и замок щелкает, пропуская нас внутрь.

- Наше начальство что-то замышляет или уже воплощает в жизнь, - Стэф проходит и плюхается в офисное кресло за моим столом.

- Почему ты так решил? – спрашиваю я, загружая в чемоданчик шприцы, препараты и все сопутствующее для инъекций и анализов крови. Ах, да, еще лакомства. – Этот проект стоит миллионы долларов, так с чего ты взял, что они готовы пожертвовать всем и закрыть его, когда столько уже было вложено?

Стэф поправляет очки и поднимает палец вверх.

- Если только их хвостик не собирается купировать правительство, - тараторит он и забавно поджимает губы.

- Стэф, можно проще выражаться… - закатываю глаза я, направляясь в следующую комнату, где находятся мои нестандартные пациенты.

- Они испугались, что их вычислят. Правительство заинтересовалось нашим бункером, людьми, которые сюда приходят… - он смотрит на вкусную еду в моем чемоданчике и тянет руку за шоколадкой, но я хлопаю по ней ладонью, бросая на него взгляды как на нашкодившего ребенка.

- Это не тебе!

- Кстати, если босс узнает, что ты подкармливаешь их всякими сладостями и гадостями, то будет вне себя от ярости, - добавляет он, а затем вспоминает тему разговора. – Так вот, поставки расходников сильно затягиваются – и это впервые за пять лет существования компании. Как будто они в чем-то сомневаются.

Я пожимаю плечами.

- Возможно, это просто задержка логистов или же проблемы производства.

- Возможно, - Стэф чешет голову и крутится в кресле, - но я хочу, чтобы ты была начеку. Я уже собрал все данные на отдельный носитель – и тебе следует что-нибудь придумать, сделать какую-нибудь экстренную сумку.

- Хорошо, но где я ее поставлю? Нужно такое место, чтобы ее не нашли.

- Есть одно местечко… - задумчиво протягивает он.

- И?

- Твои питомцы, туда никто не ходит – кроме тебя. Остальные используют биоматериалы, которые ты им приносишь.

Я задумываюсь – и правда, ведь никто к ним не заходит в клетки, все просто-напросто боятся. Но ведь есть чего. Это хищники, и, несмотря на их человеческий облик и высокое интеллектуальное развитие, они до меня напали уже на двух сотрудников, после чего было решено нанять отдельного человека на эту должность, но только того, кто «поладит» с ними. Так вот я два года назад и появилась в этой компании. Конечно, я сдала кучу анализов и вынуждена была перенести пару операций – как мне сказали, для подготовки к работе с особо опасными оборотнями, но оно того стоило. Вернее моя зарплата того стоила. За два года накопила на квартиру в центре Нью-Йорка.

- Ладно, я дальше пас – иди сама, - Стэф поднимает руки, капитулируя, когда я приоткрываю дверь в «зверинец», как его называют все работники. Мои «пациенты», услышав мое приближение, начинают шевелиться в темноте.

Я усмехаюсь.

- Боишься, маленький Стэф? – с издевкой спрашиваю его я, зная очевидный ответ на этот вопрос. Даже я не сто процентов не уверена в своей безопасности, а что уж говорить про обывателей, которые лишь периодически слышат звериную возню с нулевых этажей.

- Естественно, Марта, ты видела эти звериные злые глаза? Я не знаю, какой наркотой ты их кормишь, чтобы они не сожрали тебя, но это сумасшествие чистой воды. Поэтому встретимся часа через два на поверхности.

«Поверхностью» он называет безопасные верхние этажи. Стэфан радостно просачивается через бронированную дверь и с улыбкой машет мне через небольшое окно, закрывая ее. А я захожу в темное помещение, где из света лишь небольшая настольная лампа, набираю код и прикладываю палец к выемке. На самом деле, это глупо и безрассудно – закрываться изнутри без возможности быстро сбежать, но таковы были правила безопасности всех сотрудников компании и всего мира.

Глава 2

Я прохожу к обычному серому офисному столу, на котором стоит единственный источник света – настольная лампа, и погружаю всё, что в руках, на него. Чемоданчик гремит, нарушая тишину помещения.

- Как вы сегодня? – я задаю этот вопрос в пустоту, зная, что никто мне не ответит, пока они в обличие зверей. – Надеюсь, что неплохо, потому что я принесла вам кое-что вкусное – хотя и не очень полезное. Но сначала сдадите анализы.

Недовольное рычание как рой пчел заполняет тишину. Я никак не реагирую, потому что привыкла к такой форме общения с моими мальчиками. Поначалу было жутко, но, честно говоря, было страшно от каждого шороха, нам всем нужно было время, чтобы привыкнуть друг к другу.

Справа от четырех клеток чуть поодаль ютится пятая. Почему поодаль? Потому что там находится новый оборотень, совсем неизученный и, судя по шести пострадавшим в ресторане в центре города, дикий. По крайней мере, так написано в его деле. Я беру поднос с пробирками, иглами и ватками. Как известно, дезинфицировать оборотней бесполезно, потому что у них врожденный иммунитет ко всем заболеваниям, поэтому ватка нужна только чтобы стереть кровь.

- Ладно, Гленн, ты первый, - говорю я и, прихватив связку ключей, подхожу к первой клетке с толстыми прутьями, наверное, размером с мою руку. Но если у вас в здании живет зверь размером с пони, то ты волей-неволей начинаешь понимать подобные меры предосторожности. Я открываю клетку сначала тем же отпечатком пальца, а затем и ключом.

Из темноты на меня выступает огромный черно-белый тигр. Я захожу к нему с подносом и ставлю его на пол, присаживаясь на колени. Первые свои дежурства я не могла даже подойти к клетке, а как брать анализы – даже боялась представить. Понадобилось много времени, вкусняшек и проведенных дней и ночей с ними в одном помещении.

- Иди ко мне, большой парень, - говорю я, и Гленн в два прыжка оказывается около меня.

Он мой любимый оборотень, потому что первый пошел на контакт, не причинив мне ни капли боли. Конечно, поначалу я пугалась их излюбленных трюков – например, как сейчас, в два счета оказываться около меня. На тот момент я не понимала, что он себя воспринимал намного меньше, чем был на самом деле – Гленн просто показывает таким образом свое игривое настроение.

- Как вы тут без меня? – тигр ложится рядом со мной на бок и начинает тереться своей огромной головой о мои ноги, мурлыкая как домашний кот. – Я тоже скучала, - говорю я, поглаживая мягкий белый живот.

Затем я беру иглу и втыкаю в вену на лапе практически не глядя, потому что делаю это уже пару лет, да и тигр уже спокойно переносит эти процедуры. Если ему и неприятно, то он мужественно держится. Я люблю Гленна за его характер. Он единственный, кого я выпускаю гулять по помещению и разрешаю ходить за мной хвостиком.

- Вот и всё, Гленн, держи свои любимые чипсы со вкусом краба, - я открываю упаковку и ставлю перед тигром, наблюдая, как он вдыхает искусственный аромат и удовлетворенно рычит. – Приятного тебе аппетита.

А пока я поворачиваюсь и иду к новичку, решив быстро разобраться с ним и вернуться к своим мальчишкам. Я открываю дверь, впервые за долгое время чувствую страх из-за неизвестности, и делаю шаг внутрь.

- Привет, Себастьян, - я ставлю поднос на пол и сажусь на колени уже практически на середине клетки, волнуясь и чувствуя свое учащенное сердцебиение, потому что я переживаю, как он отреагирует на меня.

Воздух вокруг наполняется утробным рычанием мальчишек. Они начинают нервно вышагивать вдоль дверей. Я хмурюсь и начинаю еще больше волноваться, вглядываясь в темноту. Но не успеваю я ничего понять, как массивное черное тело сбивает меня с ног, а огромная пасть вцепляется мне в руку, прокусывая и причиняя адскую боль. Я издаю крик полный боли и шока, а черный зверь кидает меня в дальнюю стену клетки, вышибая воздух из легких. Я слышу, как три зверя рычат и бросаются на двери, и Гленна, который кидается на Себастьяна и хватает его за глотку, сильнее сжимая челюсти.

- Гленн, не надо убивать, - хриплю я и переворачиваюсь на спину, а затем встаю на четвереньки, осторожно поднимаясь на ноги и, пошатываясь и забирая поднос, двигаюсь на выход. Гленн отпускает глотку волка, который дрожит в конвульсиях, и выскакивает. Я закрываю на отпечаток и ключ железную тюрьму, с облегчением выдыхая.

Я издаю стон и оседаю на пол, рассматривая окровавленную руку. Гленн подходит ко мне и ложится позади, давая мне возможность облокотиться о свою густую и мягкую шерсть.

- Спасибо, ты спас меня, - говорю я и глажу здоровой рукой его по голове, целуя в нос. Он удовлетворенно урчит, ложится и поворачивает голову в сторону черного зверя, который смиренно сидит в углу клетки, затравленно посматривая на меня. Я обрабатываю руку и накладываю бинт. Место укуса лихорадит и горит. Я ложусь на тигра и обнимаю его, стараясь отвлечься от пульсирующей боли. Тигр поднимает голову и лижет меня в щеку.

- Гленн, я не буду давать вам лекарства, сдерживающие оборот, - говорю я, надеясь, что они все еще понимают смысл моих слов. Все-таки они пробыли уже очень давно в обличие зверей. – Вскоре, возможно, вам придется бежать отсюда и прятаться где-нибудь далеко.

Тигр поднимает голову и смотрит на меня осмысленным человеческим взглядом.

- Ты же видел второй аварийный выход? Так вот, когда я его открою и скажу бежать – вы побежите так быстро, насколько способны ваши лапы, - шепчу я, чувствуя панику, потому что озвученные слова даже меня саму пугают. Я понимаю, что меня убьют первой, и не факт, что я успею выбраться.

Глава 3

- Я же не готова, черт возьми, - я ударяю по столу рукой, встаю и на всех порах лечу к аварийной двери. Гленн бежит к обычной входной двери и встает около нее, ощетинившись и зарычав.

Я быстро, с помощью кода и отпечатка, открываю дверь, через которую обычно нам доставляют груз, подлетаю к столу, хватаю ключи и трясущимися руками открываю всех своих парней, выпуская их наружу.

- Бегите! Быстрее! – кричу я, когда входная дверь открывается - и в нее входит Гарри О. Когда-то он мне нравился как мужчина, пока я не стала с ним часто сталкиваться по работе. Более хладнокровного и бессердечного человека сложно было себе представить. Он всегда привозил всё и доставлял минута в минуту. Часто раньше, но никогда позже. Но если кто-то смеет задержать его работу, то гнев Гарри О доходит до безумия. Тех, кто укладывается в сроки – я больше не видела. Гарри О даже позволял себе ударить человека.

Я как в замедленной сьемке наблюдаю, как крепкая рука в идеально выглаженной рубашке поднимается, зажимая в кулаке глянцевый пистолет. Дуло направлено на меня. Черные глаза направлены на меня. Какая честь.

Я всегда рассуждала, какого это, когда в тебя попадает пуля – больно ли это? Оказалось, что нет, просто страшная слабость накатывает и заставляет ноги подкоситься. Я даже особо не понимаю, куда она попала, просто всё внезапно поплыло перед глазами.

- Сука! – яростно закричал Гарри О, заходя в помещение и осматривая его яростным взглядом. – Она выпустила этих тварей!

Казалось, от его крика сотрясаются стены.

Я смотрю на клетки, но там действительно никого нет. Мне бы огорчиться, что они так быстро слиняли от меня, но я рада. Я чувствую облегчение и желаю им устроить свою жизнь лучше, чем это было здесь. Победная улыбка растягивает мои губы. Выкуси, ублюдок.

В какой-то момент становится тихо, но безумно жарко – и кто-то скулит. Неужели я забыла про кого-то? Я поворачиваю голову и вижу Себастьяна, который скребет около выхода из клетки.

- Ох, прости, я забыла про тебя, - я подползаю к клетке с окровавленной связкой ключей и оказываюсь в огромной красной луже, не понимая, откуда это здесь. С третьего раза я, дрожащей рукой, открываю замок, повиснув на двери и отъезжая вместе с ней, а затем падая на спину.

- Ты свободен, - шепчу я, застонав, потому что мне категорически не хватает воздуха, мне всё сложнее и сложнее удерживать сознание на плаву. Я уже не видела, смог ли волк убежать или нет, просто надеялась на это.

Внезапно моей руки касается огонь, и я понимаю, почему мне так отчаянно не хватает кислорода – они подожгли здание. Что-то хрустит и отлетает в сторону, я слышу мужские голоса и снова удары. Крики боли. Видимо, пришли добить меня, что было несложно сделать, потому что я и так умираю. Я закашливаюсь и чувствую густые струйки, стекающие по щеке. Кровь, наверное. Над моим лицом я вижу Гаррета О. Он склоняет своё идеально вылепленное лицо надо мной и всматривается в мои глаза. Ухмыляется.

- А ведь ты бы могла выжить, если бы не твоя женская тупость, - процеживает он и исчезает из моего поля зрения.

- Марта? – с надрывом кричит кто-то, потом еще раз и еще. – Марта! Черт подери, МАРТА!

Я открываю рот, чтобы ответить, но уже не могу – нет сил. Я чувствую рядом со своей головой вибрацию. Поворачиваю голову и вижу голые ноги. С огромной ступней. Мужской.

- Она здесь, Гленн, - кричит кто-то, и меня поднимают на руки, но глаза я не могу открыть, плавая на грани сознания и бессознания. В нос ударяет прохладный чистый воздух, и я глубоко вдыхаю, а затем снова закашливаюсь.

- Люц-Люц-Люц, - звучит паникующий голос, - дела совсем плохи.

Я утыкаюсь головой в чье-то плечо, затем меня передают кому-то еще, и я издаю крик боли, потому что адская боль в животе молнией пробивает меня с головы до ног.

- Больно… - еле слышно шепотом выскользает из моих сомкнутых губ.

- Ох, Марта, - звучит низкий мужской голос, прижимая меня ближе к себе.

Меня слегка трясет в чьих-то руках. Затем я вздрагиваю от хлопка автомобильной двери – а потом наступает спокойствие.

- Черт, черт, черт, зажимай рану, - слышу я.

- Мои парни на свободе… - говорю я и отключаюсь, обмякнув в таких знакомых, но чужих руках.

***

Прихожу в себя я с большим трудом, как будто меня вытягивают из прохладной темноты. Я приоткрываю глаза и вижу красивую бежевую комнату с современным ремонтом. Плотные занавески молочного цвета задернуты, а между ними виднеется прозрачный тюль и солнце, не пробивающее плотную ткань. Я лежу на огромной кровати с краю, в которой с легкостью могут поместиться человек шесть. В руке торчит игла, а снизу кожу прикрывает бинт – видимо, это был укус волка. Значит, я без сознания не так долго. Я приподнимаюсь и вижу так же перебинтованный живот, в который, наверное, попала пуля. Тело кажется натянутой струной, любое мое движение, даже вдох, отдают болью.

Я аккуратно сажусь, выдергивая иглу из вены, и тянусь к стакану воды, жадно потягивая холодную жидкость, которая мне так необходима.

- Марта? – слышу я осторожный голос из-за спины. Я оборачиваюсь и вижу огромного парня, тело которого, кажется, вылеплено из камня, потому что каждая мышца четкая и мощная. Широкие плечи и крупные руки с выделяющимися венами перетекают в узкую талию с проработанным прессом и бедрами, на которых низко сидят джинсы. Он не меньше двух метров ростом. Густые короткие русые волосы, серые пронзительные глаза и такая же густая короткая борода делают его похожим на сексуального дровосека.