Экстра-глава: Свитер, дождь и звёзды между пальцами.

1. Свитер, дождь и звёзды между пальцами.

Осенний вальс в пустом парке.

Фонари мерцали сквозь дождь, превращая асфальт в чёрное зеркало. Эриан шла, кутаясь в слишком большой свитер — подарок Ю Бина, который он «случайно» забыл на стуле. В кармане жались пачка сигарет (пустая) и билет на поезд, в который она так и не решилась сесть.

— Ты похожа на мокрого кота, — голос Ю Бина раздался из-под клёна. Он прислонился к стволу, дым от его сигареты смешивался с паром от дыхания. — Или на призрака.

— Призраки не мёрзнут, — она подошла ближе, чувствуя, как капли стекают с его капюшона на её щёку. — А ты чего тут?

— Жду, пока город уснёт. Тогда можно украсть вывеску с лавки Хёрим.

Они засмеялись одновременно, и смех растворился в шёпоте дождя.

Ночь, где время течёт иначе.

Джа Хён нашёл их час спустя у реки. Лери сидела на парапете, бросая камешки в воду, а он встал рядом, засунув руки в карманы джинсов.

— Вы тоже сбежали? — спросила Эриан, протягивая им термос с чаем, который «случайно» оказался с ромом.

— Шелли уснула на мне во время фильма, — Джа Хён смял в руке пустую банку. — Пришлось выйти, чтобы не задохнуться.

Лери ухмыльнулась, доставая из сумки укулеле:

— Кто-то должен нарушить эту депрессивную атмосферу.

Она заиграла что-то медленное, не из этого мира. Ю Бин, неожиданно, подхватил мелодию голосом — хриплым, как гравий под колёсами. Эриан закрыла глаза, представляя, будто они не в Корее, а в калифорнийской пустыне, где звёзды ближе, а обещания легче.

Игра в правду.

— Никогда не целовалась под дождём, — вдруг сказала Лери, прерывая тишину. — Считаю, это клише.

— Зато дралась, — Джа Хён указал на шрам у её глаза. — Это круче.

Ю Бин швырнул в него смятым стаканчиком.

— А ты? Самый романтичный поступок?

— Украл велосипед директора, чтобы Эриан смогла успеть на выставку. — Он потушил сигарету, не глядя на неё. — Покрасил его в зелёный.

— Это был ужасный оттенок! — она засмеялась, но сердце ёкнуло.

Мост между мирами.

К рассвету дождь превратился в туман. Эриан и Ю Бин остались вдвоём на мосту, наблюдая, как город просыпается вдали.

— Ты когда-нибудь исчезнешь? — спросил он, не глядя.

— Только если ты перестанешь оставлять свитера, — она дёрнула его за рукав. — Они пахнут тобой. Это... сбивает с толку.

Он повернулся, и в его глазах отразилась вся невысказанность этих месяцев. Грубо, почти зло, притянул её к себе. Их лбы соприкоснулись.

— Тогда не носи их. Или носи всегда.

Послесловие:

Утром Лери нашла на мосту укулеле с обломанными струнами и два следа — один в кедах, другой в грубых ботинках. Джа Хён принёс кофе, но пить его было некому.

— Они как шторм, — сказала Лери, закутываясь в его куртку. — Сметают всё, даже самих себя.

А где-то за городом Эриан спала на плече Ю Бина в пустом автобусе, уносящем их в никуда. Её пальцы сжимали край его свитера, как якорь. Им не нужен был пункт назначения — достаточно того, что ветер дул в лицо, а наушники с «Sweater Weather» делили на двоих.

2. Тени на асфальте.

Утро после дождя встретило Эриан хрустальным холодом. Она проснулась на краю узкой кровати в комнате Ю Бина, её пальцы всё ещё сжимали край его свитера. Его самого в помещении не было — только запах сигарет и звук капающей из крана воды. Эриан потянулась к окну, затянутому инеем. Город просыпался, но в доме царила тишина, словно всё замерло в ожидании.

На кухне Джа Хён уже готовил завтрак. Аромат жареных овощей и риса смешивался с резким запахом васаби — он щедро посыпал им омлет.

— Убьешь нас своими экспериментами, — проворчал Ю Бин, появляясь в дверях с мокрыми волосами. На нём была та самая толстовка с надписью «Россия».

— Можешь не есть, — парировал Джа Хён, бросая пачку чипсов с васаби в сторону Эриан. Она поймала её на лету, улыбнувшись.

Лери вошла, потягиваясь, и без слов уселась рядом. Её холодные пальцы схватили горсть чипсов.

— Вы — мутанты, — фыркнул Ю Бин, отодвигаясь. — Кто вообще добровольно ест эту гадость?

— Тот, кто не боится жизни, — Лери бросила чипс в него. Он поймал и, скривившись, швырнул обратно.

Школа Теян.

На уроках Эриан пыталась сосредоточиться на эскизе — за окном мелькали велосипеды команды «Колибри». Мин У тренировался один, его движения были резкими, будто он пытался уехать от собственных мыслей. Она провела карандашом по контуру его фигуры, когда тень упала на лист.

— Рисуешь меня? — Мин У стоял в дверях, его форма была мокрой от пота. В глазах — смесь усталости и чего-то невысказанного.

— Нет, — Эриан прикрыла блокнот, но он уже видел: набросок его профиля, цепочку с колокольчиком у шеи.

— Лжешь, — он сел рядом, запах дождя и металла обволок её. — Ты всегда так прячешься?

Она хотела ответить, но в класс ворвалась Миён. Её каблуки цокали, как метроном.

— Мин У, — голос её был сладким, как сироп. — Тренер ищет тебя. Опять пропускаешь собрание?

Он встал, не глядя на Эриан.

— Не рисуй меня, — бросил на прощание. — Это опасно.

Тени.

После уроков команда «Колибри» собралась в гараже. Ю Бин чинил велосипед, Джа Хён молча настраивал передачу, а Хан Нам пытался разрядить обстановку шутками.

— «Тени» снова пасли нас утром, — Лери скрестила руки. Её голос был ледяным. — Они хотят, чтобы мы слили гонку.

— Пусть попробуют хоть кого-то пальцем тронуть, — Джа Хён ударил кулаком по стене. — Мы не отступим.

Мин У вошёл последним, его лицо было бледным.

— Отец звонил, — сказал он, не поднимая глаз. — Если не выиграем, он запретит мне гонять в команде.

Тишина стала густой, как смог. Эриан сжала брелок-велосипеда в кармане.

Ночь. Дом Ю Бина.

Эриан и Лери смотрели аниме, укутавшись в одно одеяло. На экране мелькали вспышки битв, но девушки молчали.

— Он тебя боится, — наконец сказала Лери, хрустя чипсом. — Мин У.

— Он боится себя, — Эриан прижала колени к груди. — Его отец, мать...

— А ты? — Лери повернулась к ней. — Ты готова к тому, что его мир может уничтожить твой?

Внизу, во дворе, загорелся свет. Мин У стоял у забора, его силуэт дрожал в темноте.

— Иди, — прошептала Лери. — Пока не стало поздно.

Разговор в темноте.

— Чем ты здесь один занимаешься? — Эриан шагнула к нему. Луна освещала шрамы на его руках — следы падений, борьбы, побегов. — Что случилось?

— Не могу... — он задыхался, будто слова давили грудь. — Мы нашли зацепку против Теней.

Эриан замерла. Ветер донёс запах дождя и далёкий гул мотоциклов — «Тени» патрулировали район.

— Мы должны узнать правду, — Мин У схватил её за руку. Его пальцы были холодными. — Но если ты рядом...

Она не дала ему договорить. Их губы встретились в поцелуе, который был больше похож на попытку убежать — от страха, от лжи, от тени отцов и мёртвых чемпионов.

Ю Бин увидел их первым. Он стоял на крыльце, сигарета догорала между пальцев. Его смех прозвучал хрипло, почти зло:

— Поздравляю, «Россия». Ты попала в ловушку.

Но когда он развернулся, Эриан заметила, как дрогнул его голос. А в кармане его толстовки торчал смятый листок — счет из больницы, где лежала его мать.

На рассвете.

Лери разбудил стук в окно. Джа Хён стоял с окровавленной рукой, его велосипед был разбит.

— Это «Тени», — прошептал он. — Они знают, что мы капаем под них.

За его спиной, в тумане, маячили чьи-то силуэты. И где-то вдали, как эхо, звенел колокольчик...

Послесловие:

Утром Эриан нашла в гараже записку: «Перестань копать. Или потеряешь их всех». На обороте — фото Мин У и Юнхи, сделанное в день смерти их матери. А на столе у Ю Бина дымился забытый чай — крепкий, горький, как невысказанные слова.