Эла

Глава 1

Эла сидела на веранде в плетеном кресле, держа чашку с остывшим кофе. Вокруг шумели ивы и осины, только-только занимался рассвет, на улице еще было прохладно. Поежившись и посильнее завернувшись в плед, Эла пробормотала заклинание, и от кофе начал подниматься парок. Откинувшись на спинку, она смотрела на розовеющее небо и высокие верхушки сосен. Просыпающиеся птицы устроили перекличку. Эла отхлебнула кофе и взяла из хрустальной вазы на стоящем рядом столике печенье. Из дома донесся звук разбившейся посуды. Эла продолжила пить кофе как ни в чем не бывало. Тогда из приоткрытой двери вылетела фарфоровая плошка и в дребезги разбилась о дерево напротив. Эла закатила глаза и, цокнув, встала.

- Иду я уже, иду. Сам посуду будешь собирать, - крикнула ведьма. - Я же говорила, не связываться со мной на рассвете, - добавила она вполголоса.

В доме царил полумрак, многочисленные пучки трав, развешенные под потолком на просушку, слегка колыхались от сквозняка. Справа от входа в углу расположился круглый стол, по середине которого стояло нечто, прикрытое платком с затейливой вышивкой. Нечто слегка подрагивало, будто вибрировало. Черный кот, сидевший на стуле, недовольно за этим наблюдал.

Эла сдернула платок – под ним оказался хрустальный шар, в котором тут же появилось лицо некой женщины с черными волосами и темно-синими глазами.

- Ну? – только и спросила Эла.

- Я с тобой уже третий час пытаюсь связаться. Эрон тебе что, не передал?

- Передал сейчас. Как он плошкой в меня запустил, так я сразу и пошла, - проворчала Эла. – Я же говорила, что на рассвете не отвечаю. У меня зарядка.

- Это срочно. Ты не слышала?

- Нет.

- Старуха умирает.

Эла поджала губы, оперлась о стол и приблизилась к шару.

- Где?

- У себя. Там уже все собрались. Я уже тут, встала ни свет ни заря, чтобы место получше занять.

- Спасибо, я этого не забуду, - ответила Эла. – Буду там через пятнадцать минут.

Щелкнув по шару, она прервала связь, накрыла его платком и побежала наверх. Перерыв весь шкаф, она наконец нашла искомое – простое черное платье из льна, с высоким воротом, сидящее точно по фигуре. Хоть оно слегка обтягивало бедра, но могло бы сойти за монашеское одеяние, если бы не огромный разрез на юбке, доходящий почти до тазовой кости. «Фэрлисé», - прошептала Эла, и платье стало идеально выглаженным. Она подошла к зеркалу и наскоро завязала волосы в пучок. Пара прядок остались снаружи, придавая образу милую небрежность. Она вздохнула. «Наверняка опять всякие аксакалки будут косо смотреть», - подумала Эла. Благодаря мазям и настойкам ведьмы могли выбирать, насколько молодо или старо они хотят выглядеть. Конечно, никакого отношения к реальному возрасту это не имело, да и кто его помнил. Выбирали внешность в основном исходя из рода занятий. Например, гадалки часто придавали себе вид женщины лет сорока, иногда с каким-нибудь незначительным уродством. Травницы, напротив, любили выглядеть молодо. Быть, так сказать, лицом своего товара. Предсказательницы обычно любили образ глубокой старухи. Эла была травницей, а потому выглядеть молодо не было для нее предосудительно, однако, как считали старейшины, всему есть предел. Почему-то для них образ шестнадцатилетней девочки был чем-то из ряда вон выходящим. Практически ни одно собрание не обходилось без косых взглядов и замечаний по поводу внешнего вида Элы. К счастью, ведьмы предпочитают одиночество и собираются вместе лишь в исключительных случаях.

***

Выбежав из дома, Эла схватила метлу, оттолкнулась от земли и полетела. Запирать двери она считала не обязательным, потому что если и найдется кто-то, решившийся ограбить ведьму, то ему же хуже. Тем более, что, кроме основного охранного заклятия, дом был проклят призраком. Эла очень этим гордилась.

***

Она летела над соснами и елями и очень недовольно бурчала себе под нос. «Вздумалось же Старухе умирать именно сейчас, именно сегодня и именно на рассвете. Всегда была вздорной теткой, так же и умирала. Наверняка все уже всё расхватали. Вся надежда на Лазуру».

В самом мрачном настроении ведьма приземлилась около крохотного домика, занимавшего почти всю полянку, расположившуюся посреди непроходимого леса. Она прислонила метлу к стене и зашла внутрь.

Дом, казалось, трещал от количества народа в нем. Непрекращающийся гомон голосов, снующие туда-сюда женщины. Эла попыталась сосредоточиться и найти Лазуру – она стояла в дальнем углу рядом с кроватью умирающей.

«Молодец, чертовка, какую позицию заняла!» - похвалила про себя сестру Эла и направилась к ней.

- Ты долго, - вместо приветствия сказала Лазура.

- Всё уже забрали?

- Нет, Старуха настояла на том, чтобы дождались всех желающих.

- Так можно вечно ждать.

- Не преувеличивай.

Эла взглянула на кровать. На ней с закрытыми глазами, будто спала, лежала женщина. Ее укрыли пледом и обложили подушками. При одном взгляде на нее в голове само по себе возникало слово «старуха» - глубокие морщины пролегли на ее, казалось, никогда не бывшим молодым лице. Руки были покрыты пигментными пятнами, а ногти больше походили на желтые когти. Всякого рода бородавки были разбросаны по рукам и лицу, будто кто-то кинул их в нее охапкой. Она была лесной ведьмой, а потому уродства полагались ей по статусу, но многие считали, что она явно увлеклась.

- Что ты уже нашла? – спросила Эла шепотом у подруги, не отрывая взгляда от умирающей.

- Гримуары, свитки, смеси, травы, рецепты, пару волшебных палочек…

- Волшебных палочек? – переспросила Эла с ужасом и поежилась.

Ни одна фея не отдаст так просто свою волшебную палочку. Даже если бы захотела. Это можно было сравнить с жалом пчелы, отбирая которое, отбираешь и жизнь бедного насекомого.

- Зачем они ей понадобились?

- Не знаю, но очень не советую к ним прикасаться. Кто-то обязательно на них позарится, ведь это такая редкость, но… В общем, посмотрим, что произойдет с теми, кто эти палочки присвоит.

Глава 2

Эла и Лазура летели рядом, не обмолвившись с конца похорон ни словом.

Наконец они приземлились у Элиного дома. Дверь тут же распахнулась и оттуда вылетел цветочный горшок.

- И тебе привет, Эрон, - невозмутимо произнесла Лазура.

Девушки зашли в дом и сели за стол.

- Поставь чайник, - велела Эла, не глядя ни на кого конкретно. - Или ты только кидаться вещами умеешь?

Сначала ничего не происходило, а потом чайник сам собой перенесся на плиту, а под ним загорелся огонь. Эла не удостоила это действо вниманием.

- Зачем ей палочки? – спросила она Лазуру.

- Затем же, зачем и Старухе, - пожала та плечами. – Для начала, для экспериментов. Они слишком мало изучены. Но мне тоже это не понравилось. Почему Старуха их не уничтожила?

- Может, надеялась еще успеть что-то с ними сделать?

Лазура приподняла брови.

- Она? Она ведь не какая-то бабка из деревни, она уже давно знала, когда умрет. Все это очень неосмотрительно с ее стороны.

- Может, мы чего-то не знаем о палочках, может, их нельзя так просто уничтожить.

- Возможно.

Напряжение после борьбы за дары постепенно спадало, и девушки перешли на более приятные темы:

- Ты видела, что Миранда напялила? Она что, до сих пор считает себя викканкой?

- Более того, она считает, что продвигается в этом!

- Не может быть. Ей кто-нибудь скажет, что бегать ночью голой и орать не своим голосом – еще не значит быть викканкой?

- Зачем? И лишиться такого зрелища?

Ведьмы засмеялись, а тем временем чай сам разлился по чашкам, которые пролетели от кухонного стола и опустились перед девушками.

- Черт, как же это удобно, - восхитилась Лазура. – Все-таки, как ты этого добилась? Ведь проклятье просто так не заработать, кто рискнет проклясть ведьму?

Эла только загадочно улыбнулась и сделала глоток.

- Ну же, расскажи мне, - настаивала Лазура. – Уж на тысячный раз можно.

- Ну, не тысячный, а всего лишь девятьсот девяносто второй…

- Не будь ты такой формалисткой! По-сестрински тебя прошу.

- Ну ладно, слушай. Тебе понадобится один ревнивый любовник и потом, попозже, еще один. Встречайся с ними одновременно, пока не надоест. А потом организуй их встречу в «самый неподходящий момент», - Эла подмигнула. – А до этого расскажи ревнивому – как бы невзначай – что убить ведьму можно лишь одним проклятием – timeo domum istam, damnazion aeterna.

- Но это же…

- Да, всего лишь проклятие дома, но он-то этого не знает. Так вот, застав тебя со вторым любовником, он, конечно, жутко разозлится и решит тебя убить. И произнесет проклятье. И voilà! Дом проклят, у тебя на службе любовник, а ревнивец больше тебя никогда не побеспокоит. Только убедись заранее, что он все хорошенько выучил. Я, например, пока была со своим ревнивцем, напевала слова проклятия.

- Хм, - Лазура смутилась. – Не думаю, что мне подходит такой вариант.

- Это почему? Ты только проследи, чтобы он латынь не знал и ревновал сильно.

- И все же, не думаю, что это для меня, - кажется, Лазура слегка покраснела.

Эла пожала плечами, а где-то в углу сломалась пополам швабра, сметавшая пыль в кучку.

***

Когда совсем стемнело, ведьмы вышли в сад за домом, прихватив с собой Старухино наследство – травы, пара гримуаров, заговоренный кинжал и два набора составляющих для ведьмина мешочка. Они аккуратно разложили все на траве так, чтобы свет луны освещал предметы, и сели, подогнув ноги, на траву рядом. Эла пару раз вдохнула и выдохнула. Ничего сложного в ритуале привязки не было, но сосредоточиться нужно. Постепенно она стала улавливать потоки магии, исходящие от предметов. Прикрыв глаза, она представила свою и их магию в виде световых лент. Выдохнув, направила свою ленту к лентам предметов и стала переплетать их, устанавливая прочную связь со всем, что отвоевала. Теперь эти вещи будут служить ей.

Закончив, девушка открыла глаза. Лазура невидящим взглядом уставилась на разложенные перед ней травы и книги и делала загадочные пассы руками. Эла улыбнулась – сестре всегда было проще «считать на пальцах», как она это называла.

Наконец, Лазура закончила, и, закрыв глаза, потерла их ладонями. Эла собрала принадлежавшие теперь ей вещи и отнесла их в дом. Книги она расставила на полки, травы разложила по корзинам или подвесила под потолок, а ведьмины мешочки положила в свинцовый ящик.

В дом вошла Лазура с небольшим кожаным мешком на плече.

- Пока, еще увидимся.

Эла кивнула и коротко улыбнулась. Когда сестра улетела, она вышла на веранду и посмотрела на небо. Она не слишком сильна была в астрологии, но кое-что понять могла. И понимала она, что, скорее всего, увидятся вновь они не так уж и нескоро.

Глава 3

Едва забрезжил рассвет, Эла открыла глаза. Ей ужасно не хотелось вставать, но без зарядки ничего не выйдет. Она потянулась и высунула ногу из-под одеяла. И тут же засунула ее обратно, так холодно было в комнате. Сквозь занавески начали пробиваться первые солнечные лучи. Чертыхаясь, Эла скинула одеяло, встала и скорее накинула шубу. Сунув ноги в угги, она поспешила вниз, на веранду.

- Эрон, завари мне кофе! – крикнула она, выходя.

Сев в кресло, она пару раз глубоко вдохнула и стала наблюдать за тем, как постепенно небо из фиолетово-алого становится туманно-розовым, потом золотым и, наконец, голубым.

Невидимый и неосязаемый Эрон поставил чашку с дымящимся кофе на столик рядом с креслом.

- Спасибо.

Сделав глоток, она зажмурилась – кофе обжог язык, но ничто не могло помешать ей насладиться утром. Это она и называла зарядкой. Пропустишь – и весь день насмарку.

Сквозь густые ветки елей просачивался свет и ложился ярким пятнами на поляну. На куст шиповника, растущий прямо у лестницы веранды, сел соловей. Он посмотрел на Элу черным глазиком, покрутился и только раскрыл клюв, собираясь запеть, как его спугнул некто, притаившийся в кусте и решивший вдруг вылезти наружу. Сначала показалось лицо, правда, больше смахивающее на пень, а потом и туловище, состоящее будто сплошь из веток. Болотисто-зелеными глазами существо уставилось на Элу и застыло, не вылезши до конца.

- Ты зачем соловья спугнул? – спросила она, не отрывая взгляда от неба.

- Я сам тебе спою, лучше любого соловья, - проскрежетал живой пень, сложил кору трубочкой и засвистел.

Было удивительно, как он умудрялся издавать столь чистый свист и вести такую волшебную мелодию. На свист слетелась пара птиц. Сев на перила, они оглядывались, пытаясь понять, кто из сородичей их позвал. Господин пень все продолжал свистеть, при этом потихоньку выбираясь из куста. Вот уже он показался целиком, медленно добрался до ступенек и сел. Казалось, он совершенно расслаблен, как вдруг, резко оборвав свист, сделал молниеносное движение в сторону перил.

- Micuguns, - бросила Эла заклятие, и в свистуна полетели маленькие огненные шарики.

- Ай-ай, что ты делаешь? Я же могу загореться!

- Не смей при мне жрать птиц, это отвратительно.

Эла отпила кофе, поморщилась, щелкнула пальцами, разогревая напиток и снова сделала глоток, на этот раз довольно зажмурившись. Пень чудныым образом переместился на веранду, поближе к Эле.

- Эй, малой, принеси-ка кресло, - крикнул он в приоткрытую дверь.

Ничего не произошло.

- Ты же знаешь, что он тебя боится, Ёль.

- А совершенно незачем. Твои друзья – мои друзья. На любовников это, правда, не распространяется, но он ведь уже и не функционирует в данном качестве, не так ли? – Ёль каким-то образом умудрился изобразить на своем деревянном лице хитрую улыбку.

- Интересно, как ты себе это представляешь, - буркнула Эла.

- О, вы, ведьмы, и не на такое способны.

Ёль вдруг стал меняться, кора начала больше походить на кожу, а ветки превратились в руки и ноги. Листья, увенчивавшие пень-лицо, превратились в волосы. Уже через пару секунд рядом с Элой сидел самый обычный на вид голый мужчина с черными волосами, правда, слегка отдающими зеленцой. Его сущность выдавали лишь глаза – все видимое пространство занимала радужка. В каждом глазу было по четыре маленьких зрачка, в правом два из них были соединены перемычкой, будто недоразделившаяся клетка.

- Сам схожу, - проворчал он. – Эй, хватит глупить, ничего я тебе не сделаю, - донесся его голос из дома.

Через пару мгновений он вышел, неся громоздкое кресло так, будто оно было легким табуретом. Поставив его рядом с Элиным, он сел и тоже стал смотреть на небо. Так они сидели и молчали, пока у ведьмы не кончился кофе. Потянувшись и что-то промурлыкав себе под нос, она встала и скинула шубу.

- Моя королева, - проворковал Ёль, глядя на обнаженную Элу.

- Пойдем, - поманила она его пальцем.

Они поднялись на второй этаж в спальню. Эла встала на цыпочки и поцеловала Ёля. Одной рукой он обнял ее за талию, а второй гладил бедра. Выставив вперед ногу, он позволил ей тереться об нее. Эла издала тихий стон. Она прижалась к Ёлю всем телом и стала целовать в шею, иногда высовывая язык и проводя им вдоль сонной артерии. Зарычав, Ёль подхватил ведьму под ягодицы, поднял и вошел в нее. Эла застонала, приникнув к его груди. Они стали медленно двигаться, стараясь подольше насладиться друг другом. Ёль покрывал шею и грудь девушки поцелуями, а она кусала его в плечо и тут же зализывала укусы. Постепенно он стал ускорять темп, его глаза подернулись пеленой. Эла больно укусила его.

- Нет, - прошептала она и скомандовала – на кровать.

Он отпустил ее и лег на спину. С заговорщицкой улыбкой Эла запрыгнула ему на бедра и стала двигаться. Ёль держал ее за талию, помогая ускорять движения. Он тихо рычал и любовался тем, как при каждом движении подпрыгивает ее грудь. Эла наклонилась вперед, вцепилась в плечи Ёля, оставляя на них следы ногтей, двинула бедрами и замерла, прикрыв глаза и глубоко дыша. Немного подождав, Ёль перевернул девушку на спину, и за несколько резких и глубоких толчков достиг пика и кончил в нее. Он повалился на спину, тяжело дыша. Эла положила голову ему на грудь. Она смотрела невидящим взглядом, словно сквозь предметы, и о чем-то думала. Спустя пару минут она моргнула, потянулась и села.

- Ну, теперь можно поговорить о делах, - удовлетворенно сказала ведьма.

***

Круглый стол был покрыт черной скатертью с цветастой вышивкой по краю, изображавшей полевые цветы и пчел. Посередине больше не стоял хрустальный шар, зато разлегся черный кот. Осторожно, стараясь его не потревожить, Эла поставила две чашки с чаем и села, положив руку на кота. Он сонно муркнул и запурчал, когда Эла стала ласково его чесать. Наконец спустился Ёль и уселся рядом с Элой.

- Я видел, твой призрак подглядывал за нами, - ухмыльнувшись, сказал он. – Просочился сквозь дверь и глазел.

Глава 4

- Мне нужно в город, не скучайте тут без меня, - произнесла Эла, бегая по дому и собирая вещи.

Ёль уже давно ушел, кот дремал на веранде, а Эрона нигде не было видно. Впрочем, Эла была уверена, что все трое хорошо услышали ее слова.

Она радостно сновала по дому, подбирая туфли под платье и заплетая волосы во французскую косу. Вылазки в город были одним ее из самых любимых занятий. Можно посмотреть, что новенького придумали люди (порой их изобретения сильно упрощали даже ведьмовскую жизнь), поразвлечься с мужчинами, которые не имели представления о том, кто она, а потому с легкостью поддавались ее чарам. А еще, наконец встретиться с любимой подругой, которая хоть и была ведьмой, но выбрала городскую жизнь, не пожелав оставаться в лесах. Она стала главным посредником между Элой и людьми, желавшими приобрести ее настойки, мази и ароматические свечи.

Найдя наконец подходящую сумочку и сложив необходимые вещи в небольшой кожаный рюкзак, Эла вышла из дома, села на метлу и взлетела почти перпендикулярно земле.

Конечно, в город верхом на метле не заявишься, так что на самом краю леса, рядом с деревушкой был припаркован седан. Особого интереса ни у кого он не вызывал, так как на машину были наложены чары, превращавшие ее для постороннего человека в обычную рухлядь автомобилеобразного вида.

Спикировав рядом с авто, Эла припрятала метлу в кустах, достала ключи и радостно забралась в машину. Она обожала водить, хоть и делала это крайне редко ввиду ненадобности. Мотор завелся, по салону разлилось приятное тарахтение. Включив любимый альбом, Эла вырулила на дорогу, открыла форточку и с ветерком поехала в сторону города.

Пока она проезжала деревню, заметила, что люди как-то странно на нее смотрят, провожая неверящим взглядом. Не понимая, что происходит, она сначала посмотрела на себя в зеркало заднего вида, а потом кинула взгляд в боковые зеркала и выругалась. Она забыла снять заклятие старости с машины! Естественно, люди удивлены – ржавое корыто ожило. Она нажала на газ, чтобы скорее миновать деревню, чем привела чуть ли не в суеверный ужас всех жителей – они не могли поверить, что такой металлолом может вообще передвигаться, что уж говорить о скорости 80 км/ч.

Выехав из деревни, Эла огляделась, проверяя, что рядом никого нет, шепнула «anulacio», глянула в боковые зеркала, убеждаясь, что отмена заклятия сработала и, рассмеявшись, поехала дальше.

***

Дверь никто не открывал. Элу начинало это злить. Она еще раз постучалась, но ответа опять не последовало. Даже ни малейшего шороха. Она чертыхнулась и оперлась о перила, размышляя, что делать. Мира когда-то упоминала о телефонах, что с их помощью можно связаться практически с кем угодно, но Эла тогда не обратила на это изобретение должного внимания, так как в лесу от него все равно мало толку, а у нее под рукой всегда есть хрустальный шар. Но теперь она жалела об этом. Шар она с собой, конечно, не захватила, и теперь никак не могла связаться с подругой.

Решив еще раз попытать счастья, Эла снова стала стучать, настойчивее и громче, и в какой-то момент дверь открылась, оставив ведьму стоять с поднятым кулаком.

- И что ты так ломишься?! – недовольным шепотом произнесла Мира. – У меня, между прочим, сеанс. Заходи давай.

Эла, слегка смутившись для приличия, зашла в квартиру. Мира убежала в комнату, оставив подругу располагаться как дома.

На небольшой кухне, ярко освещенной полуденным солнцем, стоял круглый столик и пара стульев. Обстановка крайне простая, но очень уютная. Эла вдохнула полной грудью – она любила ту особую атмосферу, которую могла создать в доме только Мира.

Щелкнув пальцами, ведьма села дожидаться, когда закипит чайник. И как другие живут без личного привидения?

Из комнаты приглушенно доносился голос Миры, в солнечном луче танцевала пыль, за окнами зеленели березы и вязы, тюлевая занавеска колыхалась в потоках воздуха. С улицы доносился ни с чем не сравнимый запах городской весны. Как же хорошо! Эла наслаждалась моментом и так глубоко ушла в свои мысли, что даже не обратила внимания на чайник, который и не думал кипеть.

Дверь комнаты хлопнула, на кухню вошла Мира.

- А что же ты нам ни чай, ни кофе не сделала? – с порога упрекнула она подругу.

- Как не сделала, я же поставила чайник.

- И зажгла огонь?

- Ну да.

- Ага, а нужно было включить электричество.

- Черт, ох уж мне эти технологии, никогда не угадаешь, что щелкнуть.

Мира подошла к плите и включила ее.

- Но почему не огонь? Ведь так удобнее, - удивилась Эла.

Мира пожала плечами.

- Я не обладаю такой магией, как ты, так что мне все равно, повернуть ли ручку или нажать кнопку. Ну, расскажи, что у тебя нового?

Мира достала всевозможные чаи, выставила все имеющиеся баночки на стол и села рядом с подругой.

- Старуха умерла, Сандра забрала волшебные палочки.

- Дорогая, ты слишком поздно приехала, чтобы это известие еще было новостью. Все, что относится к Ковену, я узнаю примерно тогда же, когда это происходит. Может быть, парой минут позже. Лучше расскажи о себе.

Чайник закипел, Мира достала старинный фарфоровый заварочный чайник и залила выбранный Элой чай кипятком.

- Что мне рассказать? У нас в лесу месяц идет за день.

- Ты все еще встречаешься с тем лешим?

- Предположим. А что, тебе это не нравится?

- Нет-нет, твой выбор я не осуждаю, просто интересуюсь, все так же ли ты любишь эксперименты.

- По мне, так встречаться с обычными мужчинами – тот еще эксперимент. Нудный и скучный. Демоны куда как интереснее.

- Что ж, наверное, мне не понять.

Мира разлила чай по изысканным чашкам из китайского фарфора и Эла, прихватив булочку с заварным кремом, с наслаждением отпила душистый напиток.

- Ммм, что ты туда добавила? – восхищенно спросила она.

- Твои травы, - подмигнула подруга.

Эла удивленно вскинула брови.

- Подумать не могла, что из них можно сделать такое чудо!

Глава 5

- Что? Куда вылетаем? Ты о чем? – Мира пыталась понять, что имела в виду подруга.

- Ну как же ты не понимаешь?! К Сандре, конечно. Она могла за это время таких дел натворить!

- Каких дел? Мы же только что говорили о том, что она, судя по всему, еще ничего не сделала.

Эла бросилась объяснять Мире все, о чем только что думала. Мысли опережали речь, она перебивала саму себя.

- Так, хорошо, хорошо, погоди, - попробовала ее немного успокоить Мира. – Даже если все так, как ты думаешь, факт остается фактом, мир до сих пор стоит, а значит, Сандра еще ничего по-настоящему ужасного не сделала.

- Но может сделать в любую минуту!

- Что ж, согласна… И? Вот так просто собираемся прямо сейчас и едем? А твой кот, а дом? Ты ведь не планировала надолго уезжать, наверное, ничего не приготовила как следует.

- Кот сам о себе прекрасно позаботится. Из них двоих я больше беспокоюсь за Эрона, - Эла фыркнула.

- Ну хорошо, и как же мы будем до туда добираться? Сандра ведь живет на другом конце земли.

- На метлах, конечно.

- Но я не летаю.

- Черт… Хорошо, тогда…

Мира перебила подругу:

- И вообще, мне кажется, я тебе там не пригожусь. Мое место здесь. Я почти не обладаю магией, все, что я могу – гадать и предсказывать будущее. Из-за меня у тебя будет больше хлопот, чем помощи.

Как бы ни хотела Эла признаваться в этом подруге, та была права. Как и всегда.

- Ты слишком рассудительна, - покачала головой Эла.

Мира накрыла ладонью руку подруги.

- Вы с Лазурой прекрасно справитесь сами. Если что, я всегда на связи. Смогу погадать вам онлайн, - рассмеялась она.

- Думаю, нам это пригодится, - серьезно сказала Эла.

Она встала, одним глотком допила кофе и взяла сумочку.

- Могу я воспользоваться твоим шаром?

- Разумеется, он в комнате.

С помощью магического шара Эла связалась с сестрой, вкратце описала ей ситуацию и назначила встречу у своего дома ровно в полночь.

- Могла бы и заранее предупредить, я в эту ночь планировала травы собирать, - добродушно проворчала Лазура.

- Никакие травы тебе не помогут, когда Сандра все разрушит.

- Если разрушит. До встречи.

Лазура прервала связь.

Чмокнув на прощание подругу, Эла спустилась по лестнице, села в машину и поехала обратно.

***

Посреди ночного неба мерцали сотни звезд. Эла старалась не обращать внимания на их послания. Она не хотела себе в этом признаваться, но ей было страшно узнать что-то еще о будущем. Карты уже достаточно сказали.

Ёль, конечно, не появился, когда она вернулась – наверное сидит сейчас и дуется где-нибудь на болоте. Ну и пусть, сейчас совершенно не до него. Она не собирается перед ним оправдываться!

- Я готова.

Казалось, Лазура просто материализовалась из воздуха за спиной Элы, так бесшумно она приземлилась.

- Ты у совы своей научилась так летать? - вздрогнув, спросила Эла.

Лазура лишь улыбнулась одним уголком рта.

- Ладно, я тоже готова, полетели.

Две метлы взмыли в ночное небо. Свидетелями тому были лишь черный кот да приведение.

***

- Как полетим? – поинтересовалась Лазура.

- Нужно стараться быть над лесами, чтобы не привлекать внимание.

- Разумно. Кстати, в Швеции у меня есть знакомая, так что как только перелетим море, можем остановиться у нее передохнуть.

- Хорошая идея.

Эла с наслаждением вдохнула прохладный ночной воздух. Верхушки деревьев мирно покачивались, кое-где виднелись деревеньки. Всего в паре домиков горели окна, остальные были погружены в глубокий сон. Эла подумала о том, как уютно люди спят в это время в теплых постелях, и сонливо поежилась. Нет, поспит она потом, когда они разберутся с Сандрой.

- Смотри-ка, кажется, там кто-то устроил шабаш, - Лазура указала на полянку, к которой они подлетали.

- Присоединимся? – улыбнулась Эла.

Сестра фыркнула.

- Пусть эти псевдовикканки сами разбираются. Я не желаю участвовать в таком непотребстве.

Эла вздохнула. Она лично была бы не прочь поучаствовать. Но сестра всегда была гораздо более строгих взглядов. Хотя издревле считалось, что по-настоящему магия может раскрыться только в как следует удовлетворенной женщине, Лазура утверждала, что сублимация приносит куда более восхитительные результаты. Что ж, никто не мог назвать ее магию слабой, это точно. Но даже ради такой силы Эла не готова была отказываться от наслаждений.

***

Когда день уже был в самом разгаре, они наконец увидели впереди море.

- Передохнем перед перелетом?

Лазура только молча кивнула и стала снижаться. Они аккуратно приземлились прямо посреди реденького лесочка, возле которого начинался пустынный пляж. Прислонив метлы к дереву, сестры пошли к морю. Дул сильный ветер, и Эла поежилась. Она плотнее закуталась в шубу и села на песок. Лазура же осталась стоять, настойчиво глядя на горизонт. Ветер раздувал ее черные волосы, море мрачно подкатывало темные волны к ее ногам, свинцовые тучи неспеша ползли по небу. «Настоящая северная воительница», - подумала Эла.

Лазура вынула из мешочка, привязанного к поясу, руны и кинула их перед собой на песок. Эла вытянула голову, чтобы посмотреть, что их ждет.

- Что ж… по крайней мере, море мы перелетим, - неуверенно сказала она.

Лазура кивнула.

- Иногда она чересчур целеустремлена, - пробурчала еле слышно Эла.

Сестра всегда была неразговорчива, в отличие от Элы. Но когда перед ней стояла какая-то цель… Она превращалась в настоящую молчунью, мрачно сосредоточенную на задаче и не отвлекающуюся на посторонние вещи. Эла жалела, что с ними не отправилась Мира – хоть было бы с кем поговорить.

- Нельзя же все время болтать о глупостях, - с большой задержкой ответила Лазура на недовольную реплику сестры.

Эла фыркнула. Она свои разговоры глупостями не считала. Даже если это было простое обсуждение того, как прошел день. «Главное – коммуникация! – всегда говорила она. – Так за, казалось бы, пустым разговором можно выяснить очень полезные вещи. И иногда совершенно незаметно для самого собеседника».