Эльф ведьме не товарищ

Глава 1

Я выбежала из подъезда, явно не успевая на встречу с ректором. Я – это Виктория Загнибеда. Правда, чудесное имечко? И выглядела я на редкость впечатляюще: высокая стройная демоница с янтарными глазами с вертикальными зрачками и золотистыми острыми когтями. Мама, мягко говоря, была в шоке, когда узрела на своем пороге этакое чудо в сапогах с говорящим котом, собакой-мутантом и странной клыкастой лошадью в придачу. Словом, полный комплект. Короче говоря, я не просто ведьма, я ведьма особая. То есть как раз такая, какой нормальной, уважающей себя ведьме быть не полагается. В Академии я училась из рук вон плохо и схлопотала распределение в Тмутаракань. Затем умудрилась наткнуться на спящего глубоким сном полуэльфа, стянуть у него магический клинок и влипнуть в кучу неприятностей. Не зря же меня в Академии Колдовства, Чародейства, Магии и Волшебства прозвали Армагеддон. Нет. Я нисколько не жалуюсь. Просто вдруг оказалось, что разбуженный мною от более чем векового сна полуэльф должен на мне жениться или снова уснет. Только я терпеть не могу этого рыжего предполагаемого суженого. Он с упорством маньяка шлет мне розы, подарки и приглашения потанцевать при луне. Я с тем же упорством отсылаю все это обратно. Правда, на цветы у меня рука не поднимается, и квартира теперь сильно смахивает на цветочный магазин. Аллергии на цветочную пыльцу у меня нет, и ладно. Словом, миленько так получилось. После моего триумфального возвращения домой я тихо-мирно провела пару недель, беззастенчиво дрыхла до полудня и бездельничала всласть.

Еще одним шоком для меня явилась рухнувшая прямо как снег на голову популярность. Мой новый, усовершенствованный демоном с труднопроизносимым именем облик удостоился подражания и восхищения как молодых адептов, так и выпускников. Теперь существовало почти с десяток модификаций причесок под Загнибеду, цветные линзы с вертикальными зрачками расходились на ура, а нарастить хвост считалось просто верхом совершенства. Словом, моя жизнь стала странной даже для меня. А теперь еще вызов к ректору...

Опаздывать ой как не хотелось. Поэтому я поднажала и вылетела из подъезда, практически сорвав дверь с петель, и тут же уподобилась статуе. Обалдеть. Нет, ну просто взять перо и начертать: «Пришла, увидела - и не поверила своим глазам!»

- Яшка!!! – взревела я, как тридцать три медведя разом. – Сволочь всеядная!

Лоснящийся жеребец сверкнул змеиными клыками в «добродушном» оскале и довольно облизнулся раздвоенным языком, откровенно недоумевая, почему хозяйка не в духе. Конь скосил хитрый янтарный взгляд змеиных глаз, отодрал особо смачный, на его взгляд, кусок автомобильной покрышки и щедро предложил мне. Мол, на, угощайся. Я стояла, пораженная демонстрацией неслыханной щедрости. В отличие от Яшки я прекрасно знала, чем грозит мне эта трапеза гурмана. К тому же старенький жигуленок дяди Миши было не узнать. Красная краска на несчастной копейке ободрана, видно, что всеядный коняшка грыз многострадальное авто на манер леденца, шины отсутствуют, бампер перекушен. Я в отчаянье вцепилась в собственную шевелюру. Если мама узнает… Нет. Об этом лучше не думать. Может, ректор прислал мне приглашение, чтобы предать публичной казни? Ну, или хотя бы посадит лет эдак на десять, пока все само не забудется. Иначе зачем бы ему настаивать на явке с вещами? Только так удастся избежать мести родительницы.

Печально покачивающаяся на сиротливой петле дверь с ужасающим скрипом отворилась, и на пороге подъезда показался взъерошенный со сна Василий.

- Ничего себе! – уважительно присвистнул он, почесывая пушистой лапкой затылок.

- И что теперь будем делать?

Ответить я не успела. Громко хлопнула дверь одной из квартир. Сердце испуганно подпрыгнуло и ухнуло куда-то в район пяток. Вася предусмотрительно скрылся за моей спиной, стараясь спрятать еще и спортивную сумку, дабы уберечь хрупкие предметы от порчи.

- Сделай что-нибудь, – испуганно прошептала я.

- Уговорила. Лично буду носить цветы тебе на могилку. Ты какие предпочитаешь?

- Аленький цветочек, блин! – в сердцах воскликнула я.

Шаги. Шаги звучали так, словно какой-то садист уже вколачивал гвозди в мой гроб. Тук, тук, тук. Тяжелые такие, многозначительные. Я испуганно зажмурилась и прошептала заклинание…

- Ох и ё-моё! – обалдело выдохнул котик, обозрев плоды моего колдовства.

Я осторожно приоткрыла глаза и согласилась с мнением фамилиара.

- Обалдеть!

Это был не просто автомобиль. Он был живой! Колючий, на манер взъерошенного ежа, он лукаво подмигивал мне фарами и улыбался во весь бампер. Вконец офигевший кот сидел пушистым задом на асфальте и таращился на чудо. На ступеньках стоял как громом пораженный дядя Миша, глаза его лезли из орбит, просто вот-вот вывалятся и укатятся в кусты. Мужчина являл собой иллюстрацию к детскому стишку: «Открывает щука рот, а не слышно, что поет». Вместо звука изо рта доносилось нечленораздельное бульканье. Увидев состояние дяди Миши, я отчетливо поняла, что сейчас меня, наверное, точно убьют. В этот момент с беззаботно лыбящегося во весь радиатор жигуля упал номер. Я кокетливо попыталась загнать его под днище. Автомобиль скосил лупоглазые фары на владельца, счастливо заурчал и подрулил к нему, призывно помахивая передней дверцей.

Мужчина заорал. Я вздрогнула. Яшка подцепил меня зубами, закинул в седло и дал деру. Васька подскочил на месте и кинулся следом, завывая на манер пожарной сирены. Жигуленок умудрился-таки сграбастать отчаянно отбивающегося автовладельца. Дверца захлопнулась, послышалось довольное урчание мотора и приглушенные стеклами вопли незадачливого автолюбителя. Вот так я покинула родной двор. С шиком, в общем.

Глава 2

Ночь перед заданием предстояло провести в специальной казарме. Она находилась на территории Академии, но была обособлена и отгораживалась от адептов высоким забором и множеством заклинаний. Здесь был лазарет, комната отдыха, своя кухня и комнаты для членов команды. В казарме отдыхали после задания, писали отчеты, подбивали итоги, анализировали пережитое и разрабатывали стратегию на будущее. Здесь отдыхали перед тем как отправиться в путь, обсуждали задачу, распределяли роли. Поэтому казарма была местом овеянным слухами и сплетнями. Попасть сюда мечтал каждый адепт, но в реальности узнать, что внутри удавалось только истребителям, а они не особо спешили распространяться о своих тайнах. Я хорошо помнила, как в Академию возвращались молчаливые люди. Как адепты льнули к стеклу, расплющив носы от любопытства, как ругали их преподаватели.

Теперь же мы запросто въехали внутрь. Я невольно зажмурилась, а когда открыла глаза, то из груди вырвался вздох разочарования. Ничего особенного. Двор как двор. Строение представляло собой двухэтажный дом. Просто строение без всяких архитектурных излишеств, с обширным двором, в пыли которого деловито копошились с десяток кур. У коновязи топталась пара лошадей. Яшка задумчиво покосился сначала на кур, но получил от меня поводом по носу и резко переключился на лошадей. Седел на коняшках не было, зато погонять кого-нибудь ради собственного удовольствия Яшка большой любитель. Зараза он еще та. За что и люблю.

- Даже не думай, – настоятельно порекомендовала я Яшке, поднеся кулак к его носу.

Тот скосил глаза на предложенный кулак и смущенно потупился. Облик коня приобрел такой невинный вид, что приделай крылышки, и полетит. Ну-ну.

В казарме оказалось на редкость уютно. В общем зале были даже камин и бильярд. Двое мужчин гоняли шары по зеленому сукну. Один, постарше, курил сигару.

- Ну, все-таки навязали ведьму, – констатировал мужик с сигарой вместо приветствия.

- Ну, теперь понятно, в какой берлоге воспитали этого увальня, – привычно подбоченился Васька. – Тут еще не ясно, кого и кому навязали, между прочим. Не думаете же вы, что мы заверещим от радости возможности совместного пребывания с тройкой неотесанных мужланов, которые столько лет уже небо коптят, а здороваться так и не научились.

Эк он загнул, аж заслушалась. Народ уставился на кота в полном недоумении, как на чудо заморское. Максим же привычно усмехнулся:

- Видали бы вы ее лошадь – зверь.

- Ха! – парировал Васька. – Вы еще Дика не видели – вот это зверь. Заснете снаружи – проснетесь внутри.

Народ от такой перспективы ошалел еще больше. Пока они молча таращились на нас как на восьмое чудо света, Васька нагло дернул Максима за рукав и настоятельно поинтересовался:

- А где наша комната? Я хочу видеть нашу комнату. И еще: она непременно должна быть с камином.

В общем, полный абзац.

Комнату нам, конечно, предоставили. Но представиться забыли. Впрочем, я этого даже не заметила. Зато Василий долго не мог успокоиться, поминая команду не лестными для них словами. Нет, его высказывания были вполне цензурны, но производили неизгладимое впечатление на неокрепшие и неискушенные умы. Я долго мокла в ванне. Благо ванная комната - была отдельной и вполне благоустроенной. Да, что говорить, роскошная была ванная. И даже душевая кабина имелась. Класс. Горячая вода и ароматная пена сделали свое дело. Я покинула ванную довольной, в отличном настроении, словно заново родилась. Васька успел подсуетиться, и меня ждал накрытый стол с самоваром, горячей выпечкой, – все только что с пылу с жару. Красота.

Я осторожно дула на чай с мелиссой и медом, когда в дверях появился Максим.

- Ужин готов, – заявил он и застыл, с удивлением уставившись на невиданное зрелище.

В конце концов, не каждый день видишь закутанную в банный халат, распаренную после ванны ведьму, гоняющую чаи вкупе с домашним говорящим котом.

- Мы в курсе, – довольно жуя ватрушку, откликнулся Василий. – А вам, молодой человек, настоятельно советую впредь стучаться, когда входите к даме. Это просто верх неприличия – врываться к незамужней женщине, как гусар в бордель.

Максим покраснел. Я от неожиданности поперхнулась. Хорошо говорит, мерзавец. Это ж надо так загнуть.

- Почему сразу как в бордель? – смущенно поинтересовался Максим.

- Потому что дверь с пинка, и вот он вы.

Бедняга пытался спорить с Васькой, но тот читал книги пачками и даже заставил меня в библиотеку записаться. Так что спорить с котом - себе дороже. Васька участливо похлопал мне лапкой по спинке, дабы я смогла нормально откашляться.

- Так я пришел вас на ужин позвать.

Мне стало откровенно жаль расстроенного мужчину.

- Спасибо, но мы уже ужинаем. Хотите присоединиться? Заодно расскажете о команде. А то, кроме вас, нам никто не представился.

Строго говоря, он тоже не представился; если бы ректор не называл Максима по имени, я бы не знала даже его. Данный факт заставлял призадуматься. Ребятам я явно не нравилась. К общению со мной никто не стремился, даже имена свои называть не стали. Может, рассчитывают, что мне в дальнейшем сие не пригодится. Мол, все равно не приживусь, к чему утруждать себя формальностями. Эта мысль заставила меня невольно поежиться.