Эпидемия - не конец мира, когда есть ещё один

Пролог. Перекресток миров

Тьма вокруг была не просто отсутствием света — она жила своей собственной, пугающей жизнью. Вязкая, почти осязаемая, она пульсировала неведомыми энергиями, словно гигантское невидимое сердце. В её глубинах таились силы, неподвластные человеческому разуму.
Доктор Елена Воронина застыла на самой границе аномалии — того самого места, которое её научная команда после долгих споров окрестила «точкой перехода». Вокруг царил хаос: пронзительно пищали датчики, выводившие на экраны тревожные графики; гудела аппаратура, выбрасывая потоки данных на мониторы; коллеги перекрикивались, пытаясь осмыслить происходящее. Но сквозь весь этот какофонический фон Елена отчётливо слышала лишь одно — ритмичное, настойчивое биение собственного сердца.
— Елена, остановись! Это безумие! — прорвался сквозь шум голос старшего исследователя. Его лицо, освещённое мерцанием приборов, выражало неподдельную тревогу. — Мы абсолютно не представляем, что находится по ту сторону! Никаких данных, никаких прогнозов — это чистая авантюра!
Она не ответила. Вместо этого лишь крепче сжала в руках медицинский кейс — потрёпанный, но надёжный, с аккуратно уложенными инструментами и образцами. В её родном мире свирепствовала эпидемия, унося тысячи жизней ежедневно. Вакцины не помогали, антибиотики были бессильны, а время неумолимо истекало. И вот теперь перед ней открывалась возможность — хрупкая, призрачная, но всё же реальная — найти то, что могло стать ключом к спасению.
— Если существует хотя бы малейший шанс обнаружить лекарство… — её голос звучал твёрдо, без тени сомнения, — я обязана его использовать.
Она сделала шаг вперёд.
Мир взорвался.
Пространство раскололось на мириады ослепительных осколков, каждый из которых сверкал собственным неповторимым светом. Тело словно растворилось в этой калейдоскопической буре, утратив всякую материальность. Сознание погрузилось в бездну, где привычные понятия времени и пространства потеряли всякий смысл. Она чувствовала, как её сущность проносится сквозь бесчисленные реальности, каждая из которых на мгновение вспыхивала перед внутренним взором — то ледяные пустыни с фиолетовым небом, то города из хрусталя, то леса, где деревья светились изнутри.
Последнее, что она запомнила перед тем, как тьма окончательно поглотила её, — ослепительная вспышка, от которой заслезились глаза даже в этом нематериальном состоянии, и ощущение, будто её душу протащили сквозь тысячи миров, вывернув наизнанку и вновь собрав воедино.
Когда тьма наконец отступила, Елена медленно открыла глаза.
Над ней раскинулось невероятное небо — густое, насыщенное, усыпанное звёздами столь яркими и многочисленными, что казалось, будто кто‑то рассыпал по тёмно‑синему полотну горсть бриллиантов. Ни одна из этих звёзд не была ей знакома; их расположение не соответствовало ни одной из известных карт звёздного неба.
Воздух наполняли удивительные ароматы: терпкий запах сухих трав, сладковатый дым неизвестного происхождения, свежесть, которой не бывало в её мире, задушенном промышленными выхлопами. Где‑то вдали, за линией деревьев, раздавались звуки, от которых кровь стыла в жилах: звон стали, пронзительные крики, глухие раскаты, напоминающие то ли грозу, то ли взрывы — но это была не техника, а что‑то иное, древнее, могущественное.
Елена поднялась на ноги, с удивлением отмечая необычайную лёгкость в теле. Мышцы, ещё недавно измученные бессонными ночами у больничных коек, теперь казались полными энергии. Но это ощущение мгновенно померкло, когда она взглянула на свою правую ладонь.
Там зияла глубокая рана — неровный разрез, словно оставленный острым клинком. Кровь медленно стекала по запястью, оставляя алые дорожки на коже. Елена уже потянулась к кейсу за бинтами и антисептиком, но вдруг замерла. Края раны начали медленно смыкаться, словно невидимая рука сшивала их тончайшей нитью. Через несколько секунд на месте глубокого пореза остался лишь бледный, едва заметный шрам.
— Что за чертовщина?.. — прошептала она, всё ещё не веря своим глазам.
В этот момент из‑за густых деревьев вырвался ослепительный луч света — не солнечный, а какой‑то иной, пульсирующий, наполненный странной энергией. Он летел прямо в неё, явно нацеленный с убийственным намерением. Инстинкт, выработанный годами работы в полевых госпиталях под обстрелами, сработал раньше, чем разум успел осознать происходящее. Елена вскинула руку, даже не понимая, что именно делает.
И магия — если это действительно была магия — отразилась. Луч изменил траекторию, ударил в того, кто его послал. Вдали раздался крик, полный боли и изумления, и тело в тёмном плаще рухнуло на землю.
Елена осталась стоять на месте, оглушённая, растерянная, но живая. Она не понимала, как это произошло, не знала, где находится и что ждёт её дальше. Но одно было ясно: она попала в мир, где законы природы работали иначе, где магия и сталь решали судьбы, а она, военный врач, неожиданно стала тем, кого здесь ещё не знали — неуязвимой.
Так началась её история.

Глава 1. Незнакомый мир

Елена стояла, оглушённая, и пыталась осмыслить происходящее. Воздух дрожал от незримой энергии — она ощущала её кожей, словно лёгкий электрический разряд. Сердце всё ещё колотилось в груди, но уже не от страха, а от странного, почти лихорадочного возбуждения.
«Я жива. Я в другом мире. И я только что… отразила магический удар?»
Мысли путались. Она опустила взгляд на ладонь — ту самую, которая ещё несколько минут назад была рассечена до кости. Теперь на ней остался лишь бледный шрам, едва заметный в свете незнакомых звёзд. Елена сжала и разжала пальцы, проверяя подвижность. Всё работало как прежде — но теперь в этом была какая‑то иная, необъяснимая сила.
Из‑за деревьев донёсся стон.
Она вздрогнула и резко обернулась. Фигура в тёмном плаще всё ещё лежала на земле, но теперь приподнялась на локтях. Лицо незнакомца скрывал глубокий капюшон, но Елена уловила блеск глаз — холодных, пронзительных, полных ярости и изумления.
— Кто ты? — голос звучал глухо, словно доносился сквозь толщу воды. — Как ты это сделала?
Елена не ответила. Вместо этого шагнула назад, нащупывая в кармане кейса скальпель. Инструмент был привычным, надёжным — единственным осколком её прежнего мира в этом безумном новом пространстве.
Незнакомец медленно поднялся. Плащ распахнулся, обнажив рукоять меча, тускло мерцавшую в звёздном свете.
— Ты не из этих земель, — произнёс он, и в его тоне прозвучало не просто подозрение, а почти… благоговейный страх. — Твоя магия… она иная. Не местная.
Елена сглотнула. Слова застряли в горле. Что она могла сказать? Что пришла из мира, где магия — лишь сказка, а скальпель и антибиотики спасают жизни?
— Я… я врач, — наконец выдавила она. — Я не хотела никого ранить. Я просто защищалась.
Незнакомец замер. Затем медленно опустил руку с мечом.
— Врач? — он произнёс это слово так, словно впервые слышал его. — Ты лечишь тела… или души?
— Тела, — коротко ответила Елена, не опуская скальпеля. — Если могу.
Он сделал шаг вперёд, и капюшон наконец соскользнул, открывая лицо. Молодое, почти юношеское, но с резкими, будто выточенными из камня чертами. В глазах — смесь недоверия и… интереса.
— Ты спасла себя магией, не зная, что это магия, — прошептал он. — Это… невероятно.
Елена молчала. Она пыталась уловить логику в его словах, но всё казалось хаотичным, как те мириады осколков, сквозь которые она пролетела при переходе.
— Кто ты? — повторила она, на этот раз твёрже.
— Меня зовут Каэль, — он слегка склонил голову. — Я страж пограничных земель. А ты… ты — нечто большее, чем просто странница.
— Я просто хочу вернуться домой, — тихо сказала Елена, и в этот момент сама поняла, насколько это невозможно.
Каэль усмехнулся, но в улыбке не было насмешки.
— Дома больше нет. Или, по крайней мере, не для тебя. Ты пересекла грань, которую немногие осмеливаются перейти. Теперь ты — часть этого мира. И он потребует от тебя платы.
Ветер усилился, принося с собой запах гари и далёких сражений. Где‑то за лесом вновь раздался звон стали, на этот раз ближе.
— И что теперь? — спросила Елена, сжимая скальпель так, что пальцы побелели.
— Теперь ты должна выбрать, — ответил Каэль, глядя куда‑то вдаль. — Останешься ли ты в тени, пытаясь выжить, или встанешь на свет — и примешь то, что в тебе пробудилось?
Он протянул руку. Не угрожающе, но настойчиво.
— Пойдём. Здесь небезопасно. Я покажу тебе, где можно укрыться. Но предупреждаю: как только ты переступишь порог этого убежища, пути назад уже не будет.
Елена посмотрела на его ладонь, затем — на свой скальпель. На звёзды, которые никогда не были ей знакомы. На лес, полный тайн и опасностей.
И сделала шаг вперёд.

Глава 2. Убежище и первые тайны

Путь сквозь ночной лес оказался куда сложнее, чем представлялось Елене в первые минуты после перехода. Земля под ногами то и дело проваливалась, корни цеплялись за ботинки, а странные светящиеся растения то и дело вспыхивали под ногами, будто предупреждая о невидимых ловушках. Каэль двигался легко, почти бесшумно — казалось, он чувствует каждый шаг, каждую неровность почвы.
— Держись ближе, — бросил он, не оборачиваясь. — Здесь водятся твари, которые чуют страх.
Елена сглотнула, но промолчала. Скальпель по‑прежнему был зажат в ладони — единственное, что давало ощущение контроля в этом безумном мире.
Через полчаса они вышли к скалистому выступу, почти незаметному в гуще деревьев. Каэль приложил ладонь к камню, прошептал что‑то на незнакомом языке — и перед ними медленно открылась узкая трещина, за которой виднелся тусклый свет.
— Это убежище стражей, — пояснил он, пропуская Елену вперёд. — Здесь ты сможешь отдохнуть и… попытаться понять, что с тобой происходит.
Внутри оказалось неожиданно просторно. Стены из гладкого камня излучали мягкий голубоватый свет, словно пропитанные лунной энергией. В центре зала стоял каменный стол, окружённый резными скамьями, а в нишах вдоль стен мерцали странные артефакты: кристаллы, свитки, металлические сферы с пульсирующими узорами.
Елена осторожно коснулась одной из стен. Поверхность была тёплой, почти живой.
— Что это за место? — прошептала она.
— Древняя обитель, — ответил Каэль, зажигая несколько светящихся шаров, которые повисли в воздухе без всякой опоры. — Здесь мы храним знания о границах миров. И тех, кто их пересекает.
Он достал из ниши кувшин с водой и протянул Елене.
— Пей. Это поможет восстановить силы.
Она сделала глоток — вода имела сладковатый привкус, от которого по телу разлилось приятное тепло. Голова перестала кружиться, а мышцы, казалось, наполнились новой энергией.
— Теперь расскажи мне всё, — Каэль сел напротив, скрестив руки. — Откуда ты пришла? Как сумела отразить мой удар?
Елена колебалась. Как объяснить человеку из мира, где магия — обыденность, что она родом из места, где её не существует вовсе?
— Мой мир… он другой, — начала она осторожно. — У нас нет магии. Мы лечим болезни лекарствами, побеждаем врагов оружием. Я врач. Я спасала людей — до того, как…
Она замолчала, вспоминая хаос лаборатории, тревожные графики на экранах, лица коллег, полных отчаяния.
— До того, как решила рискнуть, — закончил за неё Каэль. — Ты пошла в аномалию, зная, что можешь не вернуться.
— У меня не было выбора, — тихо сказала Елена. — В моём мире умирали тысячи. Если существовал хотя бы малейший шанс найти спасение…
Каэль кивнул, будто ожидал такого ответа.
— Ты не первая, кто пришёл из‑за грани. Но ты первая, кто пробудил магию, даже не зная о ней.
— Это не может быть правдой, — она покачала головой. — Я ничего не делала осознанно. Я просто… подняла руку.
— Именно это и важно, — он встал и подошёл к одному из кристаллов, который начал светиться ярче, стоило ему коснуться его. — Твоя магия — инстинктивна. Она родилась из необходимости выжить. Это делает её… опасной. И могущественной.
Елена почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Опасной? Для кого?
— Для тебя. Для этого мира. Для тех, кто захочет использовать твою силу.
В этот момент кристалл вспыхнул ослепительным светом, и перед ними в воздухе возникло изображение: силуэт в чёрном плаще, тот самый, кто напал на Елену в лесу. Теперь его лицо было отчётливо видно — резкие черты, холодные глаза, ухмылка, полная злобы.
— Он ищет тебя, — сказал Каэль, глядя на образ. — И он не один. Есть те, кто давно ждёт появления «неуязвимой» — человека, способного пересечь грань и сохранить себя.
— Почему? — голос Елены дрогнул. — Что им нужно?
— Власть, — коротко ответил Каэль. — Способность переходить между мирами — ключ к силе, которую многие жаждут. Но если ты не научишься управлять своей магией, она поглотит тебя.
Он повернулся к ней, и в его взгляде читалась твёрдая решимость.
— Поэтому я научу тебя. Но знай: каждый шаг будет испытанием. Ты больше не врач, спасающий жизни в привычном тебе мире. Ты — странница, и твоя судьба теперь связана с этим местом.
Елена посмотрела на свои руки — те самые, что ещё недавно держали скальпель, а теперь, возможно, способны были творить невозможное.
— С чего начнём? — спросила она, выпрямляясь.
Каэль улыбнулся — впервые искренне.
— С того, что ты наконец отпустишь скальпель.

Глава 3. Первые уроки

Елена разжала пальцы. Скальпель с глухим стуком упал на каменный пол убежища. Этот простой жест вдруг показался ей переломным — будто она сознательно отпускала последнюю нить, связывавшую её с прежним миром.

— Хорошо, — кивнул Каэль. — Теперь сосредоточься. Закрой глаза и почувствуй энергию вокруг.

Она послушно опустила веки. Сначала — лишь тишина и собственное дыхание. Затем... что‑то изменилось. Воздух словно загустел, наполнился пульсацией, которую нельзя было услышать, но можно было *ощутить*.

— Это поток, — пояснил Каэль, негромко, чтобы не сбить концентрацию. — Он пронизывает всё: камни, деревья, даже ветер. Ты уже использовала его, когда отразила мой удар. Теперь попробуй *увидеть* его.

Елена попыталась представить этот поток. Сначала — смутные блики, будто отблески света на воде. Потом — цветные нити, переплетающиеся в причудливый узор. Они тянулись от неё к стенам, к кристаллам, к самому Каэлю.

— Я... вижу, — прошептала она.

— Теперь попробуй коснуться одной из нитей. Осторожно.

Она мысленно потянулась к ближайшей — золотистой, пульсирующей тёплым светом. Стоило «пальцам» её сознания соприкоснуться с ней, как по телу прокатилась волна энергии. Перед глазами вспыхнули образы: раненый воин, стонущий на поле боя; женщина, зажимающая кровоточащую рану; ребёнок, дрожащий от лихорадки...

Елена резко открыла глаза.

— Я видела людей! Они нуждаются в помощи!

Каэль помрачнел.

— Пограничные земли часто становятся местом сражений. Те, кто пересекает грань, не всегда приходят с добрыми намерениями.

— Мы должны им помочь, — твёрдо сказала Елена. — Я врач. Я не могу просто стоять и учиться магии, когда кто‑то умирает.

Он долго смотрел на неё, затем кивнул:

— Хорошо. Но ты будешь использовать не только свои медицинские знания. Ты научишься сочетать их с магией.

***

Они нашли первую группу раненых на опушке леса — пятеро солдат в потрёпанных доспехах, окружённые странными, похожими на тени существами. Те не атаковали напрямую, но истощали силы, заставляя воинов слабеть с каждой минутой.

— Тени‑пожиратели, — тихо пояснил Каэль. — Они питаются жизненной энергией. Обычное оружие против них бесполезно.

Елена не стала ждать дальнейших объяснений. Она шагнула вперёд, вытянув руки. В голове сами собой всплыли образы тех нитей энергии, что она видела в убежище. *Золотистая — исцеление. Алая — защита. Синяя — очищение.*

Она схватила алую нить и мысленно обернула её вокруг себя и раненых. Воздух сгустился, образовав едва заметный мерцающий купол. Тени зашипели, отпрянув.

— Теперь исцеление, — прошептала Елена, протягивая ладони к ближайшему воину — тому самому, которого видела в видении.

Из её пальцев вырвался мягкий золотистый свет. Он окутал рану на груди солдата, и Елена *почувствовала*, как энергия течёт сквозь неё, направляясь к повреждённым тканям. Это было похоже на хирургическую операцию, но вместо скальпеля — поток света, вместо зрения — внутреннее ощущение каждого сосуда, каждой клетки.

Рана начала затягиваться на глазах.

— Невероятно... — прошептал воин, касаясь груди. — Боль ушла...

Елена перевела взгляд на остальных. Один за другим она касалась их ран, направляя исцеляющую энергию. С каждым новым пациентом её движения становились увереннее, а поток магии — послушнее.

Когда последний раненый поднялся на ноги, Каэль подошёл к ней.

— Ты сделала это, — в его голосе звучало неподдельное восхищение. — Ты не просто исцелила их. Ты соединила науку и магию.

Елена опустила руки. Они дрожали, но не от усталости — от переполнявшей её энергии.

— Это... потрясающе, — она улыбнулась. — Я чувствовала, как работает каждый орган, как восстанавливаются ткани. Это было... естественно.

— Потому что это и есть твоя сила, — сказал Каэль. — Ты не волшебница, которая колдует заклинания. Ты — целитель, который видит суть жизни. Магия лишь усиливает то, что уже есть в тебе.

В этот момент из леса донёсся новый крик. На этот раз — детский.

Елена повернулась на звук, уже зная: это не конец. Это только начало.

— Пойдём, — сказала она, поднимая руку, где вновь засиял золотистый свет. — У нас ещё много работы.

Глава 4. Долг и союзники

Рассвет окрасил пограничные земли в бледно‑золотые тона. Елена сидела у небольшого костра, разведенного Каэлем, и разглядывала ладони. Ещё вчера они держали скальпель; сегодня — творили магию. В голове не укладывалось, как за считанные дни её жизнь перевернулась с ног на голову.

— Ты справилась, — сказал Каэль, протягивая ей кружку с травяным отваром. — Пятеро воинов уже на ногах. И ребёнок, которого ты исцелила, больше не лихорадит.

Елена кивнула, но в глазах читалась тревога.

— Это лишь капля в море. Я видела ещё раненых — тех, кого не успели дотащить до укрытия. И тени‑пожиратели… они не уйдут просто так.

Каэль помолчал, глядя на танцующие языки пламени.

— Ты права. Но одна ты не справишься. Нужно собрать союзников.

— Кого?

— Тех, кому ты уже помогла.

***

К полудню они вернулись на опушку леса, где накануне Елена исцеляла солдат. Место изменилось: вместо хаоса и крови — порядок и настороженная готовность. Раненые, которых она спасла, теперь стояли в строю, вооружённые и собранные. А рядом с ними — десятки других, услышавших о «целительнице из иного мира».

Воин, которого она вылечила первым, шагнул вперёд. Его грудь, ещё утром рассечённая раной, была цела, а взгляд горел решимостью.

— Я — Гаррет, капитан пограничного дозора. Ты спасла меня и моих людей. Теперь мы в долгу перед тобой.

Елена растерянно посмотрела на Каэля. Он лишь слегка кивнул, словно говоря: *«Это твой выбор»*.

— Я не прошу долга, — сказала она твёрдо. — Но если вы готовы помочь другим, кто страдает, — я покажу, как.

Гаррет улыбнулся.

— Мы готовы.

***

Следующие несколько часов превратились в импровизированный полевой госпиталь. Елена учила солдат основам исцеляющей магии — не сложной, доступной лишь избранным, а простой, инстинктивной, той, что родилась в ней самой.

— Представьте поток энергии, — объясняла она, водя ладонью над раной одного из бойцов. — Не пытайтесь его контролировать. Просто *почувствуйте*, где тело нуждается в помощи.

Солдат, напряжённый и неуверенный, повторил её движение. Сначала — ничего. Затем его пальцы озарились слабым золотистым сиянием. Рана на предплечье начала затягиваться.

— Получилось! — выдохнул он.

Елена улыбнулась.

— Теперь ты можешь помочь другому.

Так, от человека к человеку, распространялась её методика. Те, кого она исцелила, теперь лечили других. Магия становилась не таинством, а инструментом — простым, как скальпель, но мощным, как сама жизнь.

***

Когда солнце начало клониться к закату, Каэль подошёл к Елене. Она сидела на поваленном дереве, наблюдая, как её ученики — теперь уже самостоятельные целители — переходили от одного раненого к другому.

— Ты создала сеть, — сказал он тихо. — Не просто группу союзников, а систему. Каждый из них — звено, которое может дотянуться туда, куда не дойдём мы.

— Это единственный способ, — ответила Елена, не отрывая взгляда от сцены исцеления. — Если магия — это энергия жизни, то её нельзя держать в секрете. Её нужно *делиться*.

В этот момент к ним подбежал мальчик — тот самый, которого она спасла от лихорадки. В руках он держал небольшой букет полевых цветов.

— Спасибо, — прошептал он, протягивая цветы. — Мама говорит, ты ангел.

Елена взяла букет, чувствуя, как к горлу подступает комок.

— Нет, — сказала она, мягко погладив мальчика по голове. — Я просто человек, который хочет помочь.

Мальчик улыбнулся и убежал обратно к матери.

— Видишь? — Каэль кивнул вслед ребёнку. — Ты уже изменила этот мир.

— Ещё нет, — возразила Елена. — Но я начну.

Она поднялась, расправила плечи и оглядела поле, где десятки людей теперь помогали друг другу. Где магия перестала быть тайной и стала *надеждой*.

— Следующий шаг? — спросил Каэль.

— Найти того, кто посылает тени‑пожирателей, — ответила она, и в её глазах вспыхнул решительный свет. — И показать ему, что мы больше не одни.