Это не лечится

Глава 1. Аглая.

- С вас две тысячи сто пятьдесят шесть рублей, - говорю монотонно, не поднимая глаз с монитора. Виски сдавливает от усталости, пока я отсчитываю минуты до конца этой бешеной смены. - Чек нужен?

- Ох, вроде ничего не взяла, а такая сумма вышла, - растерянно бормочет старушка по другую сторону кассы.

Перевожу взгляд на нее как раз в тот момент, когда она беспокойно начинает рыться в своей старенькой потрепанной сумочке. Спустя пару минут женщина сдается и тяжело вздыхает.

- Как неловко, - почти шепотом говорит она. - Кажется, я взяла с собой только две тысячи, - ее глаза увлажняются, пока она перебирает в руках шуршащие лямки пакета. - Давайте, пожалуйста, уберем творог, - пауза. - Да, и молоко, - начинает вытаскивать продукты обратно на кассу, но резко останавливается, как будто что-то вспоминает. - Нет, молоко, не нужно убирать. Мой Барсик не проживает без него и дня, а дома совсем немного осталось. Да и Ванечка очень любит молоко с моими булочками, а он как раз завтра должен приехать. Нет, молоко точно оставляю. Что же тогда удалить? - уже чуть не плача рассуждает она.

Снова смотрю в монитор на товары покупателя. В основном фрукты, овощи и молочка. Кошачий корм и туалетная бумага.

- Придется, наверное, отказаться от винограда. Жаль, очень люблю этот сорт, но ничего. Обойдусь, - она тепло улыбается мне и дрожащими руками протягивает пакет с ягодами.

Мое сердце пропускает удар от несправедливости этой ситуации, и я не раздумывая возвращаю лакомство ей.

- Возьмите, пожалуйста, виноград обратно, бабуль. Его только привезли, он свежий очень вкусный. Нельзя отказывать себе в маленьких радостях, - на одном дыхании проговариваю я. - С вас две тысячи рублей. А остальное я вложу за вас.

Женщина ахает, прикладывая ладонь к груди. На глазах выступают слезы, и она отчаянно машет головой.

- Нет, нет. Что ты, дочка? Так нельзя. Я так не могу.

- Не отказываетесь, это мой вам подарок к наступающему празднику, - улыбаюсь ей своей самой широкой улыбкой и быстро пробиваю чек.

- Я занесу тебе деньги в следующий раз, дочка! Я обещаю. Ты же знаешь, что я постоянно прихожу в ваш магазин, - убеждает она.

- Не нужно, пожалуйста, - отвечаю. - С Наступающимвас!

- Господи! Спасибо тебе большое, моя хорошая! Я даже не знаю, как отблагодарить тебя.

- Просто будьте здоровы.

Старушка убирает ягоды обратно в пакет, протягивает мне две тысячи, а я взамен отдаю ей чек. Она добродушно улыбается, разворачивается, чтобы уйти, но вспомнив что-то, останавливается.

- Как тебя зовут, милая? - задает вопрос.

- Аглая. А вас? - спрашиваю из вежливости.

- А меня Лидия Ивановна. Я принесу тебе свои булочки. Я пеку очень вкусные булочки. Мой Ванечка просто в восторге от них.

- Хорошо. Спасибо вам, Лидия Ивановна!

- Тебе спасибо, Аглаюшка!

Женщина машет мне рукой на прощание и скрывается за раздвижными дверьми.

Откидываюсь на спинку неудобного стула, потираю виски. Даю себе пару минут передохнуть, прежде чем выложить товар, который я привезла в тележке, перед тем как отпустить покупателей.

- Эх, Глаша, Глаша, - подходит ко мне моя коллега, Наташа, медленно аплодируя. - Ты всегда такая добренькая, всем прощаешь то пять рублей, то десять, а самой потом жить не на что.

Подрываюсь с места, хватая из тележки упаковку жвачек и, отвернувшись, начинаю выкладывать их на стеллаж.

- Да, ладно. Не дуйся, - хихикает блондинка у меня за спиной. - Я же не со зла.

Продолжаю заниматься своим делом, не обращая на нее никакого внимания. Пара минут, и девушка, фыркнув, удаляется от меня в другую зону магазина.

Пока выкладываю товар, не замечаю, как время переваливает за 21:30. Останется полчаса, затем снятие кассы, пересчет наличных и можно быть свободной. В конце рабочего дня вкладываю недостающие сто пятьдесят шесть рублей из своего кошелька. Администратор пересчитывает деньги из моей кассы, сверяет с отчетом и отпускает меня домой с чистой совестью.

В малюсенькой раздевалке натягиваю на себя старенькие кроссовки, совершенно не подходящие для зимней погоды. Короткую белую куртку, шарф и шапку рыжего цвета. Прощаюсь с теми, кто еще не ушел и выхожу со служебного входа на улицу. В лицо сразу ударяет ледяной ветер. Ежусь, выходя из-под козырька. Быстрым шагом, почти бегом добираюсь до остановки и прыгаю в подъехавший автобус.

В такое время в общественном транспорте народу немного, поэтому оплатив проезд, сразу же нахожу свободное место и, пристроив свою задницу, достаю из рюкзака наушники. Подключаю их к телефону, открываю свой плейлист, и в ушах раздается моя любимая на данный момент песня.

Прикрыв глаза, наслаждаюсь хрипловатым голосом исполнителя, пока не чувствую, что откуда-то сильно дует. Осматриваюсь, но открытых окон или люков не наблюдаю. До носа доносится еле уловимый запах табака, и я понимаю, что это водитель автобуса решил покурить, поэтому и открыл свое окно.

Сильнее кутаюсь в шарф, чтобы меня, не дай Бог, не просквозило, и снова прикрываю глаза. Через пару минут становится теплее, и я, расслабившись, погружаюсь в дремоту, чуть не проспав свою остановку. Вылетаю из автобуса в последнюю секунду, перехожу дорогу по пешеходному переходу и сворачиваю к ряду двадцатиэтажных зданий. Подхожу к своему дому и подъезду, захожу внутрь, сразу немного согреваясь. Путь до дома занимает у меня всегда не больше пяти-семи минут, но сегодня такой мороз, что я успела нормально так замерзнуть. Подхожу к лифту, нажимаю кнопку вызова. Пока жду, потираю ладони друг о друга и дую на них теплым воздухом. Лифт приходит быстро, вхожу в него, выбираю тринадцатый этаж. Пока поднимаюсь, вытаскиваю наушники из ушей, отключаю их и убираю обратно в рюкзак. Достаю ключи от квартиры как раз к тому времени, как оказываюсь на своем этаже. Открываю дверь, щелкая по выключателю справа от меня. Разуваюсь, раздеваюсь и направляюсь прямиком в душ. После водных процедур завариваю себе чай, пишу сообщение маме о том, что у меня завтра выходной, и мы сможем, наконец, поговорить с ней по телефону. Мы не разговаривали десять дней, потому что все это время я работала с половины восьмого утра до половины одиннадцатого вечера, так как заболела моя сменщица. Утром на разговоры не хватает времени, потому что я вечно опаздываю. А вечером, когда я прихожу домой, мама уже спит. Но завтра Вероника выходит на работу, а у меня будет такой долгожданный выходной.

Глава 2. Аглая.

Что-то определенно не так.

Голова чугунная, глаза не открываются. Все тело болит так, что кажется, прошлой ночью по мне катком проехались. Пытаюсь сглотнуть, но и тут неудача, горло дико дерет. Хорошо хоть нос дышит, хотя что-то мне подсказывает, что это только пока.

Провожу ладонью по лбу, убирая взмокшие пряди. Пытаюсь встать с дивана, но удается мне это только с третьей попытки. Пошатываясь, направляюсь в ванну, чищу зубы, умываюсь, но в душ идти не решаюсь. Прохожу на кухню, щелкаю электрический чайник и, пока жду, когда он вскипит, ищу градусник.

На поиски уходит добрых десять минут, и пока измеряю температуру, обдумываю дальнейшие свои действия.

Сначала мне нужно вызвать на дом врача, потому что, судя по моему состоянию, самостоятельно до поликлиники я не доберусь. Затем позвонить на работу и предупредить директора, что теперь уже я ухожу на больничный. Уххх, и влетит же мне, чувствую. Предпраздничная неделя, покупателей будет очень много, а продавцов у нас как всегда не хватает. Но я все-таки надеюсь, что успею хоть немного оклематься за несколько дней.

Далее по списку звонок маме. Это, пожалуй, самая сложная задача. Возможно, конечно, она немного смягчится, услышав мой охрипший голос.

Ладно, действуем по порядку.

Вытаскиваю градусник, смотрю на столбик термометра и ужасаюсь. Температура 38,5, черт бы ее побрал. И как меня так угораздило?

С тяжелым вздохом плетусь в комнату, беру мобильник с тумбочки и набираю 112. Оператору на том конце линии объясняю свою ситуацию, говорю свое имя, возраст и называю адрес. Девушка предупреждает меня, что врач приедет во второй половине дня и отключается.

Нахожу в контактах номер Светланы Геннадьевны и нажимаю кнопку вызова. Через несколько секунд женщина отвечает на звонок, и я без лишних предисловий обрисовываю ей проблему.

- Доброе утро, это Аглая Лисевская. Светлана Геннадьевна, я, похоже, заболела. Есть все признаки. Вызвала на дом врача. После приема сообщу, что да как.

- Здравствуй, Аглая, - отвечает мне детектор магазина. - Ты, конечно, не вовремя, но со здоровьем шутить нельзя. Так что ничего страшного. Лечись. И не переживай. Я сама вон вчера слегла с температурой. Говорят опять вирус какой-то ходит.

Желаю скорейшего выздоровления, получаю в ответ то же самое и, попрощавшись, откладываю телефон.

Завариваю себе черный чай с лимоном, делаю пару бутербродов с вареной колбасой, но посмотрев на них, убираю обратно в холодильник, понимая, что сейчас точно не смогу ничего съесть.

Беру кружку, телефон и иду обратно в комнату. Размышляю пару минут, а затем все-таки набираю номер мамы. Она отвечает почти сразу.

- Глашечка, привет. Как давно мы с тобой не разговаривали, - слышится ее бодрый голос.

- Привет, мам, - говорю хрипло и, немного прочистив горло, спрашиваю. - Как у вас дела?

- Что у тебя с голосом? Ты заболела? - задает вопрос мама.

- Нет, мам, тебе кажется, - быстро проговариваю и, пытаясь улизнуть с темы, спрашиваю снова. - Как у тебя дела? Как папа?

Но мама была бы не мамой, если бы не чувствовала мою ложь за километры.

- Лисевская Аглая Петровна! Не переводи стрелки! Еще раз спрашиваю: ты заболела?

Тяжело вздыхаю и киваю, но потом, опомнившись, понимаю, что она меня не видит, и тихо угукаю в трубку.

- Ну как так, а? - говорит сначала тихо, а я считаю секунды до взрыва. Три. Две. Одна… - А я ведь говорила! Говорила! Все твоя Москва виновата! В большой город ей захотелось, видите ли! Возможностей больше. И что ты там, в большом городе, много добилась? Да, Аглая? Сидишь там в своем магазине сутками, работы нормальной нет. Еле концы с концами сводишь. Нет бы домой вернуться, здесь в школу устроиться, маме с папой помогать. Но нет! Какой там! Все чуда ждешь! Теперь вот заболела, и некому даже таблеток тебе купить и супчик сварить!

- У меня есть Даша, - еле слышно бормочу, но мама и слушать меня не хочет.

- Да что Дашка твоя? Живет на другом конце Москвы, видитесь раз в полгода. Она со своим хахалем, небось, уже на моря укатила на праздники. Эх, разочаровываешь ты меня постоянно, дочь.

- Мам, ну я же не специально заболела…

- Конечно, не специально! Только вот какая разница-то? Так сейчас же собирай вещи. Скажу отцу, чтобы собирался, заберем тебя домой. Хотя бы праздник тут побудешь. Вылечишься нормально. А то знаю я тебя. Пару дней полежишь, а потом на работу свою побежишь.

- Нет, мама, не нужно за мной приезжать! - начинаю беситься я. - Я справлюсь со всем сама!

- Ничего не хочу слышать, Аглая, - визжит она в трубку, а затем чуть тише зовет отца. - Петр, собирайся! Сейчас поедем за дочерью!

- Я сказала, нет, мама! Ты слышишь меня? Я никуда не поеду. И если ты сейчас не прекратишь орать на меня, я повешу трубку и отключу телефон.

- Но, Аглая, так будет лу…

Отключаю вызов, так и не дослушав очередные мамины аргументы, вырубаю телефон и падаю головой на подушку.

Ничего страшного, она сейчас побесится, побесится, а через часик-другой успокоится, и потом уже мы поговорим с ней нормально.

Глава 3. Иван.

- Это был последний на сегодня, - говорит Кристина, когда мы садимся в служебную машину. Она поворачивается ко мне лицом и сверкает своей белоснежной улыбкой. - Какие планы на вечер?

Как всегда делаю вид, что не замечаю ее флирта, и максимально отстраненно отвечаю:

- Планировал навестить бабушку, - а дальше обращаюсь уже к нашему водителю. - Макс, выкинь меня, пожалуйста, на следующей остановке.

Кристина показательно фыркает, но больше не говорит ни слова. И меня это дико радует. Нет, она конечно не страшная. Напротив, очень красивая. Яркие голубые глаза, маленький ровный нос, слегка пухлые губы. Всегда идеально уложенные блестящие жемчужные волосы. Весьма аппетитные формы. Гладкая загорелая кожа. Любой другой на моем месте уже давно ответил бы на ее флирт, да что уж говорить, в нашей больнице почти каждый мужик пускает на нее слюни, и не важно, женат он или нет. Но только не я. Потому что я знаю, какая она внутри. Гнилая. Внутри она абсолютно гнилая и бессердечная по отношению ко всем, кроме себя любимой. Честно говоря, до сих пор не понимаю, почему она выбрала именно эту профессию, ведь врач должен любить людей, хотеть помогать им любым доступным способом, а этой стервеважны только деньги, деньги, деньги. И меня-то она выбрала именно по этой причине. Нет, я не богат. Но у меня очень богатый отец, с которым, кстати, я давным-давно разорвал все связи. Кристина знает об этом, мы знакомы с ней еще со школы, но она почему-то уверена, что я в один прекрасный момент перебешусь и решу с ним помириться. Но вот что я скажу. НЕТ! Этого не будет никогда. Потому что мой отец, такой же гнилой, как и эта женщина, провожающая меня сейчас своей сверкающей улыбкой.

Выпрыгиваю из газели, хлопнув дверью чуть сильнее, чем рассчитывал. Почти бегу до пешеходного перехода, пока на светофоре горит зеленый человечек, и перейдя дорогу, направляюсь в сторону дома моей бабушки.

Спустя пять минут добираюсь до нужного подъезда, открываю его своим ключом. Поднимаюсь по лестнице на седьмой этаж, целенаправленно игнорируя лифт, и, простучав в дверь, дожидаюсь, пока мне ее откроют. Через несколько мгновений замок щелкает и на меня смотрит самое родное на свете лицо.

- Ванечка! Ты так рано сегодня, я ждала тебя немного позже.

Прохожу в квартиру, снимаю обувь, верхнюю одежду и, обняв женщину, целую ее в щеку.

- Сегодня закончили пораньше, вызовов на дом было немного.

- Проходи, мой хороший, я тебе тут булочек твоих любимых напекла. Сейчас только чайник поставлю и молока тебе налью!

- Сейчас, ба, помою руки, - кричу уже из ванной.

Быстро споласкиваю ладони с мылом, плещу немного воды на лицо, вытираюсь полотенцем и прохожу на кухню. Тут стоит невероятный аромат свежеиспеченных булочек с сахаром и корицей и душистого чая. Присаживаюсь на угловой диванчик и сразу же набрасываюсь на угощения. В такие моменты всегда чувствую себя десятилетним пацаном, приезжающим на лето к бабушке в деревню. Когда все казалось таким простым. Таким легким. Без проблем и заморочек. Только лето, зелень вокруг, кристально чистое озеро. Много-много соседских приятелей и любимый Бабушкин дом, где всегда тепло и уютно. Только вот мне давно уже не десять. Да и бабушка давно не живет в деревне. Лет пять назад уговорил ее переехать в Москву. Снял квартиру. И стабильно три раза в неделю приезжаю к ней в гости.

- Как дела, ба? - спрашиваю, параллельно пихая в рот большой кусок воздушного теста и запивая его большим глотком холодного молока.

- Ой, хорошо, Ванечка! Хорошо. Как у тебя, мальчик мой? Кристинка все никак проходу не дает?

Поднимаю на женщину удивленный взгляд, приподнимая бровь.

- Как ты узнала?

- Да от тебя за километр ее духами пахнет, - кривится, хотя, если уж говорить честно, у Крис довольно приятная туалетная вода.

Смеюсь, откидываясь на спинку дивана.

- Ну, я все так же держу оборону, если тебя это беспокоит, - говорю, немного успокоившись.

Бабушка перекрещивается с серьезным видом, а затем лукаво улыбается и, наконец, присаживается напротив меня.

- Мы работаем с ней в одном кабинете, ездим на одной служебной машине, да и постоянно находимся рядом, когда я на смене, поэтому, кажется, все мои вещи уже давно провоняли ее духами, - все-таки решаю пояснить.

- Да, знаю я, Вань, знаю, - отмахивается, а затем задает стандартный вопрос. - Ну, а как с личной жизнью? Нашел себе подружку?

- Бабушка! Я же уже говорил тебе, что мне сейчас не до отношений. Нужно закончить ординатуру, проявить себя. Зарекомендовать. Решить, остаться ли в этой больнице или подыскать что-то получше.

Говорю, а у самого перед глазами образ последней пациентки возникает. Такая маленькая и хрупкая. С огромными янтарными глазами, каштановыми волосами и бледной кожей. Острыми скулами, яркими малиновыми губами и самым милым на свете носиком. А как ее щеки вспыхнули, когда ей пришлось свою пижаму до ключиц поднять, чтобы Кристина смогла ее послушать. Как смущенно поглядывала на меня, поджав губы. Внизу живота узел скручивается и приятно потягивает от воспоминаний и, чтобы не усугублять ситуацию, прогоняю из головы яркие картинки, которые сейчас совсем некстати пытаются затмить мой разум.

- Да, да, да, - говорит бабушка. - Это я все слышала и не раз. И так же не первый раз тебе повторю: такими темпами, мой дорогой внук, ты лет до сорока будешь в холостяках ходить. А потом уже и не интересно любовь то искать будет, поэтому женишься на этой змее Кристинке, да будешь всю жизнь несчастным. А потом вспомнишь ты Бабушкины слова, только поздно уже будет. Локти все себе сгрызешь, да сделать ничего не сможешь, потому что вцепиться она в тебя мертвой хваткой, еще и деток нарожает.

Глава 4. Иван.

Уставившись в одну точку на экране компьютера, думаю о том, что пора бы уже покупать новогодние подарки своим немногочисленным родственникам и друзьям. Где-то на заднем фоне Кристина болтает со своей подружкой по телефону, попивая кофе. Решила устроить себе незапланированный перерыв, хотя обед закончился только час назад. Рабочий день в самом разгаре, огромная очередь из больных пациентов дожидается за дверью, а этой стерве все равно. Лишь бы потрещать по телефону, обсуждая очередного парня Марины.

А я и сделать ничего не могу. Я пока всего лишь ординатор, и Кристина Дмитриевна официально является моим начальником.

- Вань, позови следующего, - наконец-то заканчивает она свой разговор и обращается ко мне.

Послушно встаю со стула, подхожу к двери и, слегка приоткрыв ее, выполняю просьбу врача. Возвращаюсь на место и в течение следующих полутора часов выполняю свою работу. Наконец, женщина средних лет с легкой простудой сообщает нам, что за ней оставалась только одна девушка, когда Крис спрашивает, большая ли к ней очередь. Дверь за дамочкой закрывается, затем снова открывается, и по кабинету разносится едва слышный стук шагов. Не отрываясь от экрана, спрашиваю имя и фамилию, а Кристина предлагает пациентке присесть.

- Аглая Лисевская, - раздается слева от меня тихий охрипший голос.

Поднимаю глаза и утыкаюсь в затылок той самой девушки, к которой мы приезжали на вызов пару дней назад. Врач задает ей стандартные вопросы, а я как-то уж очень сильно залипаю на изгиб ее тонкой шеи. Прихожу в себя, только когда Кристина просит у меня ее медицинскую карточку. Пока роюсь на своем столе, стараюсь внимательно слушать беседу девушек.

- Так, - заключает терапевт. - Температура у вас почему-то до сих пор держится, да и горло такое же красное, хотя с теми лекарствами, которые я вам прописала, уже должно было стать лучше. Тогда давайте попробуем убрать эти, - указывает кончиком ручки в рецепт. - И добавим вот такие.

Пока женщина записывает название нового препарата и как его принимать, я поглядываю на Аглаю. Девушка почему-то вся съеживается, виновато опускает свои глаза с длиннющими ресницами в пол и что-то тихо бормочет.

- Что? Я не расслышала, повторите, пожалуйста, еще раз, - просит Кристина, откладывая ручку и обращая свое внимание к пациентке.

- Не нужно новые лекарства, я не… - запинается, сжимая в кулаки свои ладони, лежащие на коленях. - У меня…

- У вас на них аллергия? - подсказывает коллега.

- Нет, - щеки девушки вспыхивают, покрываясь пятнами, но она берет себя в руки и продолжает. - Я не смогу их купить. Они очень дорогие. Может быть есть какие-то аналоги? Подешевле.

Кристина фыркает, закатив глаза. Что-то бормочет про себя, постукивая наманикюренными ногтями по деревянной столешнице.

- Аналоги, конечно, есть, но они не такие эффективные. Я бы даже сказала, совсем не эффективные.

- Я вас поняла, - отвечает Аглая, отводя взгляд в сторону.

- Это значит, выписывать те препараты, о которых я говорила изначально?

- Да, - говорит пациентка на выдохе.

А я вдруг отчетливо понимаю, что она не будет их покупать. Не будет лечиться надлежащим образом, а значит, будет в таком состоянии еще как минимум неделю.

Впереди праздники, а девушка, вместо того, чтобы отмечать их с друзьями и родными, проваляется больная в своей постели. Меня это безумно волнует и не только потому, что она такая милая. Я всегда болею за наших пациентов и всегда стараюсь помочь им, чем могу. А в данной ситуации, я даже и не знаю, что мне сделать. Не буду же я при Кристине предлагать ей купить лекарства. Это будет как минимум не профессионально. И пока я ломаю голову над этим вопросом, девушка прощается и покидает наш кабинет.

- Ты сегодня какой-то задумчивый, Вань, - говорит мне Кристина. - У тебя что-то случилось?

- Нет, - отвечаю. - Просто одна головная боль из-за этих праздников, - вру я.

Женщина соглашается со мной, еще минут десять что-то втирает, затем, как обычно просит закончить заполнять карточки, а сама технично и ловко выскальзывает из кабинета, направляясь домой.

Выполняю ее поручение, а когда очередь доходит до последней пациентки, в голове мелькает недавняя просьба бабушки, отнести продавщице в магазине булочки. Вспоминаю, что имя у нее редкое. Аглая. Такое же, как и у последней больной. Прокрадывается мысль, что это один и тот же человек, и я, не раздумывая проверяю в базе место ее работы. Да, это точно она. Лисевская Аглая Петровна. Возраст двадцать четыре года. Ого, так у нее еще и день рождения через два дня.

На свой страх и риск сохраняю себе ее номер телефона и, закончив работу, первым делом направляюсь в аптеку.

Сделаю доброе дело, куплю ей лекарства. Побуду добрым самаритянином. Она ведь помогла моей бабушке в ущерб себе. Поэтому и только поэтому я помогу ей. И то, что она меня так сильно зацепила, тут совсем не при чем, говорю я сам себе, пока пытаюсь придумать, как мне передать ей таблетки.

Если вам нравится история или есть какие-то вопросы, буду очень рада ответить в комментариях или видеть ваши 🤩

Глава 5. Аглая.

Эта бесконечная очередь в больнице меня сегодня просто добила. И ладно бы я пришла самой последней, но нет же, моя добрая распахнутая душонка пропускала всех вперед. Одной нужно было просто рецепт подписать, второму один вопросик задать, третьей вообще зашла медсестра с какой-то своей знакомой. Потом по неизвестной мне причине врач вообще не принимала минут сорок. А дальше все по новой. В итоге проторчала я в поликлинике почти три часа, и естественно, к тому времени, как подошла моя очередь, была вообще никакая. Не удивительно, что я и два слова толком связать не смогла.

А ведь, когда сегодня направлялась в больницу, чувствовала себя достаточно хорошо. Готова была выписаться и завтра уже приступить к работе. Но нет же, моя доброта и наивность когда-нибудь обязательно сведут меня в могилу.

Подтягиваю ноги в коленях к груди, обхватываю руками подушку и очень надеюсь на короткий сон, но лежащий на тумбочке телефон сообщает мне о новом уведомлении. Протягиваю руку, наотмашь нащупывая мобильник, и подношу его к лицу. В глазах до сих пор рябит, и чтобы понять, что там вообще происходит, приходится прищурить один глаз.

Это мама спрашивает как у меня дела. После нашей ссоры мы с ней больше не разговаривали, только перекинулись парой сообщений. Отправляю ей смайлик с торчащим вверх большим пальцем, потому что больше у меня ни на что нет сил, и откладываю телефон в сторону. Закрываю глаза, и какое-то время удается даже подремать, пока меня снова не будит звук входящего смс. Проклиная все на свете, распахиваю веки и хватаю источник звука, собираясь написать маме, что мне нужно отдохнуть. Но очень удивляюсь, обнаружив сообщение с неизвестного номера:

Под входной дверью небольшой подарок. Посмотри.

Особо не заморачиваясь на то, кто это написал и зачем, отвечаю просто и предельно честно:

У меня нет сил.

Ответ не заставляет себя долго ждать и раздается около уха противной трелью:

Тебе это нужно. Прошу, проверь.

Ну, это уже ни в какие рамки не лезет, поэтому отвечаю максимально доходчиво:

Я НЕ МОГУ! Пожалуйста, отстаньте от меня, кем бы вы ни были!

Проходит несколько минут, продолжения не следует. Облегченно вздыхаю, намереваясь, наконец, поспать, но мои мечты рушит громкий стук в дверь. Подскакивают на кровати, удивляясь, откуда вообще у меня взялись силы и, вооружившись тапком, ковыляю к двери. Распахиваю ее, несколько раз удивлено моргаю, а затем выдавливаю из себя:

- Вы?

Медбрат, Иван, насколько я помню, стоит возле моей квартиры и виновато почесывает затылок.

- Извини, я просто должен был это сделать, - наконец, говорит он. - Ты помогла моей бабушке, я решил помочь тебе. Все просто, безо всякого подтекста.

- Бабушке? - спрашиваю, все еще не очень понимая, что происходит.

- Ну да. Лидии Ивановне. Тогда, в магазине. Помнишь?

- Что-то припоминаю, - бормочу себе под нос и немного отодвигаюсь от двери, пропуская парня внутрь.

Он заходить не торопится, а меня уже ноги просто непросто не держат. Сползаю по стеночке на пол, но он вовремя подхватывает меня под локти.

- Эй, эй, тише, - шепчет где-то над ухом его глубокий голос. - Вот так. Давай я тебе помогу.

Чувствую, как он аккуратно берет меня на руки, заносит в комнату, опускает на диван и все. Я уплываю.

***

И снова я нахожусь в очереди в поликлинике. Она, кажется, еще больше, чем была сегодня. Люди приходят и приходят, а я, как всегда, всех пропускаю вперед. Откуда-то рядом появляется мама. Она начинает капать мне на мозги. Объяснять, что во всех моих бедах виноват большой город. Что если бы я была в родном Владимире, такого бы не случилось. Следом перед глазами появляется Наташа из магазина. Она в своей любимой манере цокает над моим ухом и, качая головой, говорит, что я слишком добрая. Из кабинета выходит врач - сногсшибательная блондинка, а за ней ее медбрат. Женщина втирает мне, что я должна купить лекарства, насмехается надо мной из-за недостатка денег, покручивая пальцем у виска. Они все окружают меня со всех сторон, вытесняя к стене. И только Иван не участвует во всем этом безобразии. Молча смотрит на меня, а затем подходит близко-близко. И почему-то мама, Наташа, Кристина, да и вся очередь исчезает. А мужчина тихо шепчет мне:

- Просыпайся, лисенок. Ну же, красавица, тебе нужно принять таблетки.

Резко распахиваю глаза и натыкаюсь взглядом на его лицо. Моргаю пару раз, пытаясь прогнать это наваждение, но он никуда не исчезает. Теплая ладонь нежно касается моей щеки, убирая взмокшие волосы с лица.

- Проснулась? - как-то уж слишком ласково шепчет парень. - Хорошо. Тебе нужно выпить таблетки.

Он протягивает руку и берет с тумбочки бокал воды вместе с тремя пластинами с препаратами. Молча выдавливает из каждой таблетку и отдает мне. Я тоже почему-то не издаю и звука. Так же молча забираю их у него, кладу на язык и запиваю несколькими глотками воды. Несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза, а потом до меня наконец доходит, что это все не сон. Что Иван реально находится в моей квартире, сидит на моем диване. Что он купил мне лекарства и сейчас уговорил меня их выпить.

Глава 6. Иван.

На часах девять вечера. Сижу на диване напротив телевизора и бездумно листаю каналы. В мыслях на повторе только маленький хрупкий лисенок и ее испуганные глаза, когда два дня назад я разбудил ее. Сегодня у нее день рождения, и я весь день отговариваю себя отправить ей поздравительное сообщение.

Черт возьми, я как подросток стесняюсь написать девушке, хотя еще позавчера не удержался и купил ей небольшой подарок. Это всего лишь кружка, с изображенным на нем рисунком маленького лисенка, но когда я увидел ее, то сразу подумал об Аглае. Вообще последнее время слишком часто о ней думаю, гораздо чаще, чем готов себе признаться. В памяти снова всплывают ее большие янтарные глаза, соблазнительные малиновые губы. Хотел бы я попробовать их на вкус, пробежаться по ним языком, слизывая их сладость. Затем перейти к этой тоненькой шее, слегка покусать ее, после чего оставить нежные поцелуи. А ее аппетитная грудь? О, ей бы я уделил особое внимание и…

Так, стоп, хватит, Богатырев! К чему эти фантазии, если им не суждено сбыться. Ты не интересен этой девушке, поэтому просто постарайся выкинуть ее из головы.

Поднимаюсь с дивана, и направляюсь в ванную, чтобы немного охладиться. Член от этих мыслей колом стоит, и холодный душ должен помочь избавиться от этого возбуждения.

Пока освежаюсь, слышу, как телефон пару раз пиликает, лежа на стиральной машинке. Выключаю воду, обтираюсь полотенцем и, повязав его на бедра, хватаю мобильник. Догадываюсь, что, скорее всего, это пишет Макс - мой лучший друг. Он звал меня сегодня посидеть с ним в баре и пропустить по паре кружек пива, но я почему-то решил на всякий случай освободить этот вечер. И когда открываю сообщения, понимаю что не зря.

Здравствуйте, Иван. Это Аглая, возможно, Вы помните меня. Извините, что так поздно пишу, но у меня сегодня день рождения. Может, Вы захотите отпраздновать его со мной?

И следующее сообщение, отправленное через пять минут:

Прошу прощения, забудьте, пожалуйста, о моем предложении. Вам, конечно же есть, чем заняться в субботний вечер.

Улыбаюсь, как дурак, и быстренько печатаю текст:

Привет, лисенок. Я думал, что мы уже перешли на «Ты». И я с огромным удовольствием разделю этот субботний вечер с тобой. Буду на месте через полчаса. И поздравляю тебя с днем рождения!

Сразу же отправляю, пока не решил добавить с десяток поцелуйчиков. Пулей несусь в комнату. Надеваю трусы, носки, черную водолазку, черные брюки и кожаный ремень. Хватаю подарок, уже красиво упакованный в блестящую бумагу и отправляю его в подарочный пакет. В коридоре кутаюсь в пуховик и ботинки и, закрыв дверь квартиры, направляюсь к своей машине.

***

Добираюсь до ее квартиры даже раньше, чем планировал, и, собравшись с мыслями, нажимаю на кнопку звонка. Замок щелкает и мне открывает дверь самая прекрасная девушка в мире. В коротеньком вязаном платье винного цвета и каштановыми волосами, волнами спадающими по ее плечам. Девушка выглядит уже намного лучше, и это не может не радовать. Значит, не зря я купил ей лекарства, она их принимает и быстро идет на поправку.

С минуту молча смотрим друг на друга, но она первая выходит из оцепенения и приглашает меня войти.

- Еще раз, извини, что так спонтанно пригласила тебя, - Говорит Аглая, когда мы уже проходим с ней на кухню. - Я просто хотела отблагодарить тебя, за твою помощь, и не знала, как еще это сделать.

На столе стоит бутылка красного сухого вина с двумя бокалами, которые находятся рядом с тарелками с ароматным замеченным мясом и картофельным пюре для гарнира. Легкий греческий салат, закуска в виде тарталеток с красной рыбой и творожным сыром и сырная нарезка.

Беру ладонь девушки в свою и подношу к губам, оставляя на ней легкий поцелуй.

- Не нужно извиняться, лисенок, - говорю с улыбкой. - Если уж быть честным, я весь вечер надеялся, что ты меня пригласишь, и если бы ты это не сделала, то не вытерпел бы и приехал сам.

Аглая смущается, приглашает меня к столу и, пока я разливаю по бокалам вино, спрашивает:

- Почему лисенок?

- Ну, тут все просто. Твоя фамилия - Лисевская, отсюда и это прозвище.

- Так и думала, - девушка дарит мне милую улыбку и, подняв свой бокал, хочет сказать тост, но я ее опережаю.

- Я хочу выпить за тебя Аглая и за наше знакомство. Я очень рад, что ты решила разделить свой праздник со мной, хотя мы практически не знаем друг друга. Но очень надеюсь, что мы эту оплошность исправим в ближайшее время.

Выпиваем, и тут я вспоминаю про подарок.

- Секундочку, я совсем забыл!

Вскакиваю со стула и несусь в коридор, беру подарочный пакет и, зайдя обратно на кухню, протягиваю ей.

- Это небольшой презент от меня. Прости, но я не успел нормально подготовиться, - смотрю на девушку и понимаю, что я не удосужился ей даже цветы купить. - Черт! - запускаю ладонь в волосы и немного взъерошиваю их. - Извини, я совсем забыл про цветы.

Аглая поднимает на меня свои красивые глаза и тепло улыбается.

- Я даже рада, что ты не купил цветы. У меня аллергия на большинство из них, и сейчас бы я просто чихала без остановки, а не разговаривала с тобой. Так что даже не думай переживать по этому поводу.

Глава 7. Аглая.

- Ладно, мам, поговорим позже. Мне нужно собираться в больницу, - говорю, а сама уже натягиваю на себя свой самый красивый свитер кремового цвета.

- Хорошо, дочка. Позвони, как освободишься.

- Позвоню, - обещаю родительнице и, отключившись от вызова, бегу к зеркалу.

Немного подкрашиваю ресницы, распускаю волосы и наношу на губы гигиеническую помаду с легким малиновым оттенком и таким же запахом и вкусом.

Полностью собравшись, выхожу из дома и решаю прогуляться до поликлиники пешком. Пока иду, вспоминаю бесконечную переписку с Ваней.

После нашего совместного вечера, прошел всего один день, и этот день я провела, глядя на экран своего телефона и отвечая на его сообщения. Мои щеки болят от того, как широко я улыбаюсь, читая его послания. Сердце пропускает удар, каждый раз, когда слышу звук входящего смс. Я, похоже, слишком быстро влюбляюсь в этого человека, но это чувство безумно приятное. А его легкий мимолетный поцелуй? Каждая клеточка моего тела просто запылала, когда мягкие губы мужчины коснулись моих. Я хотела продолжения. Конечно, я хотела продолжения! И, наверное, если бы он углубил наш поцелуй, если бы попытался соблазнить меня, то я бы не смогла ему отказать. Хорошо, что хотя бы у одного из нас есть мозги. Нет, конечно же, я не ложусь с парнями в постель после первого же свидания. Да и было у меня всего два любовника. И с каждым из них я встречалась достаточно долго, прежде чем перейти к сексу. Но с Ваней… Его яркие зеленые глаза, четко очерченные скулы, соблазнительные мягкие губы. Подкаченное спортивное тело, обтянутое черной водолазкой с широкой грудью и такими же широкими плечами. Просто восхитительная упругая задница. Одного взгляда на этого парня достаточно, чтобы просто сдаться. Понятия не имею, что он нашел во мне, и даже если у нас в итоге ничего не выйдет, я хочу наслаждаться каждой минутой проведенной с ним, пока могу.

Захожу в больницу, дохожу до нужного кабинета и, заняв очередь, достаю электронную книгу. Погружаюсь в нее так сильно, что не замечаю, как проходит полтора часа и следующей на прием идти мне. Поднимаюсь, поправляю свитер и захожу в помещение. Кристина Дмитриевна заполняет чью-то карточку, и, пока она не видит, Ваня широко улыбается мне и, подмигнув, возвращает взгляд к монитору. Предусмотрительно делаю вид, что мы с ним не знакомы. Не хватало еще, чтобы у него из-за общения со мной были проблемы на работе.

Прием проходит быстро, врач выписывает меня, но при этом советует еще неделю попить витамины.

Благодарю и прощаюсь, покидая кабинет. В коридоре надеваю верхнюю одежду, спускаюсь на первый этаж и уже на выходе из больницы слышу звук входящего сообщения. Достаю телефон и улыбаюсь, увидев смс от Вани.

Лисенок, у меня через десять минут обед. Хотела бы ты разделить его со мной?

С удовольствием.

Тогда встретимся в кафе через дорогу от поликлиники через 15 минут.

Отправляю смайлик в виде большого пальца, поднятого вверх, и направляю в сторону кафе. Занимаю уютный столик на двоих у окна и, пока дожидаюсь парня, заказываю себе черный чай с мятой. Минут через десять его большое тело присаживается напротив меня. Парень делает заказ официанту, предварительно уточнив у меня, что бы я хотела съесть.

- Может это слишком поспешно, но я хотел бы сказать, что очень соскучился по тебе, - говорит он, когда мы останемся наедине. Берет мою ладонь в свою большую и легонько сжимает ее. - Скажи мне, лисенок, ты тоже это чувствуешь?

Мои щеки покрываются пятнами от смущения, но я не вырываю руку и, глядя ему в глаза, отвечаю:

- Да, я тоже по тебе скучала.

- Со мной такое впервые, Аглая. Конечно, у меня были девушки, и они мне нравились, как бы это сейчас неприятно не звучало, но такие эмоции как с тобой, я не испытывал никогда. И это даже немного пугает меня, но в тоже время как будто окрыляет. Может быть, я говорю тебе все это слишком поспешно, но ты больше не являешься моим пациентом, поэтому я хотел бы попробовать. Хотел бы позвать тебя на свидание. Как ты на это смотришь?

Еле сдерживаю себя от восторженного возгласа и отвечаю как можно сдержаннее:

- Положительно, - мягко улыбаюсь ему, добавляя. - Я пойду с тобой на свидание.

Парень шумно выдыхает, как будто все это время задерживал дыхание.

- Ты и представить не можешь, как сейчас меня осчастливила.

Официант приносит наш заказ, и пока мы едим, болтаем на отвлеченные темы. Когда заканчиваем, Ваня оплачивает наш обед и предлагает подвести меня до дома. Не вижу смысла отказываться, поэтому мы идем на больничную парковку и садимся в слишком дорогой для обычного медбрата джип. До моего дома ехать всего пять минут, поэтому во время поездки между нами устанавливается комфортная тишина.

- Я заеду за тобой сегодня в семь, - заключает парень, когда машина останавливается возле моего подъезда.

- Хорошо. В семь, - подтверждаю, неохотно отстегивая ремень безопасности. - Тогда увидимся?

Дергаю ручку двери, но Ваня хватает меня за локоть и поворачивает лицом к себе.

- Я хотел подождать до вечера, - говорит, отстегивая свой ремень. - Но к черту это все, я больше не могу ждать.

Притягивает меня к себе и накрывает мои губы жадным поцелуем. Прикусывает нижнюю губу, облизывает ее, постепенно пробираясь своим горячим языком ко мне в рот. Запускаю пальцы в его светло-русые растрепанные волосы, слегка потягивая за них, на что получаю глубокий стон. Парень прижимает меня еще ближе к себе, наши губы и языки кружатся в страстном танце. Моя голова плавает, низ живота закручивается в тугую спираль, и я чувствую, как намокает мое нижнее белье. Его рот перемещается на мою шею, руки медленно движутся от спины к заднице и сильно щипают ее. Из моего рта вырывается всхлип, и Ваня ловит его своим губами. Если сейчас же кто-нибудь из нас не остановит это, то, клянусь, я заберусь к нему на колени.

Глава 8. Аглая.

Оказавшись дома, сразу же направляюсь в ванную. Набираю горячей воды, разбавляю ее ароматной пеной и, раздевшись, погружаюсь в нее с головой. На пару секунд задерживаю дыхание, потом выныриваю, минут тридцать просто лежу, затем еще столько же проделываю разнообразные процедуры со своей кожей. Когда выхожу, чувствую себя обновленной и, довольная, направляюсь на кухню, поставить чайник. Наливаю себе чай, звоню маме, болтаю с ней обо всем и не о чем. Только про Ваню пока умалчиваю. Все это слишком быстро и неизвестно, что из этого выйдет, поэтому пока не хочу никому ничего о нем рассказывать.

Мама в который раз спрашивает, не хочу ли я приехать на Новый год домой, я в который раз ей отказываю.

- Глаш, ну почему ты не хочешь приехать? Снова одна будешь встречать?

- Нет, мам, меня коллега позвала к себе в гости, - говорю.

На самом деле никто меня никуда не позвал. До Нового года осталось всего два дня, а компании у меня нет. Но в тайне я очень надеюсь, что один светловолосый красавчик захочет провести этот день со мной. Сама я, конечно, напрашиваться не буду, ведь это семейный праздник, и скорее всего именно с семьей он и будет его встречать, но если он предложит мне присоединиться, ни за что не откажусь.

- Ладно, я поняла, - заключает мама. - Мне уже пора, твой отец заждался своих любимых котлет. Созвонимся завтра, дочь.

- Пока, мам. Папе привет передавай.

- Хорошо.

Мама отключается, но телефон тут же вспыхивает новым входящим звонком.

- Дашка, привет! Как давно мы с тобой не болтали! - чуть ли не кричу в трубку своей подруге.

На другом конце слышится всхлип, а затем громкое завывание.

- Глашааааа, он меня бросил! - ревет подруга. - Что мне делать?

- Ну, чего ты Даш? Ты же сама говорила, что он тебе не нравится, и ты просто хочешь немного развлечься.

Подруга снова всхлипывает и тихонько говорит:

- Доразвлекалась, Глаш. Влюбилась, похоже. Так больно, что хочется задушиться.

Да уж, такое от Дарьи Игоревны Кощеевой я слышу впервые.

Мы с ней знакомы еще со средней школы. Ее милая мордаха перевелась к нам в шестом классе и с тех пор мы были не разлей вода. Все время проводили вместе и так же вместе решили поступать в Москву. Только я поступила в МПГУ (Московский педагогический государственный университет), а Дашка пошла в ГИТИС (Государственный институт театрального искусства). Еще бы, с ее кукольным личиком и актерским талантом, не представляю, куда бы еще могла пойти учиться эта заноза. Конечно, в Москве наше общение уже не было таким частым. У меня вечная зубрежка и недосып, у Даши же постоянные вписки и тусовки. Но самое интересное, что я со своим красным дипломом работаю продавцом в супермаркете, а она, кое-как закончившая вышку, смогла устроиться работать в Московский драматический театр имени А. С. Пушкина. И именно там, она знакомится с очередными своими ухажерами. И с каждым из них встречается не больше полугода. А дальше ее интерес гаснет, пока не появляется какой-нибудь новенький молодой коллега. Но что самое интересное, ухажер номер… да даже уже не помню, какой у него номер, совсем не молоденький парнишка, а взрослый мужчина, который старше ее лет на семь. И который мою Дашку, по ее словам, вот совсем ни капельки не интересовал. А теперь посмотрите на нее, влюбилась она!

- Даш, ты серьезно? - спрашиваю, прибывая в чистом шоке от ее заявления.

- А как называется чувство, когда человека не хватает, даже когда он находится рядом? Когда хочется его постоянно видеть, слышать, касаться? Когда хочется отдать человеку не только свое сердце и душу, но и всю-всю вселенную? Когда его запах, его вкус постоянно тебе мерещится? Когда…

- Стоп, я поняла, Кощеева, ты влюбилась. Просто мне пока это очень сложно осознать.

- Ну, блииииин, Глаш! - снова завывает в трубку подруга. - У нас с ним все так хорошо было! Мы же даже отдыхать вместе ездили, а сегодня он ни с того ни сего написал, что больше не хочет иметь со мной ничего общего. Написал, понимаешь? Он даже не удосужился сказать мне об этом в лицо, просто настрочил сраное сообщение! Я вообще не понимаю, что это было. За что он так со мной?

- Ну, может, ты его чем-то обидела? - интересуюсь, но сразу же понимаю, что зря.

- Обидела? Обидела? Интересно, чем? Самым шикарным в его жизни минетом? Или может…

Дальше подробности их сексуальной жизни я просто не слушаю, а когда ее рассказ заканчивается, всеми правдами и неправдами пытаюсь подругу успокоить. Удается мне это конечно на троечку с плюсом, но она хотя бы перестает реветь. Про Новый год даже не интересуюсь, тут и ежу понятно, что она из кожи вон лезть будет, но встретит его с ним, поэтому, как только подруга хоть немного приходит в себя, тактично с ней прощаюсь и пулей бегу в комнату выбирать наряд для своего сегодняшнего свидания.

Платьев у меня не много, а если быть честной, то всего лишь два, так что выбираю то, которое Ваня еще не видел. Оно немного длиннее бордового, но с длинным разрезом на правом бедре. С открытыми плечами и полностью облегающее мою фигуру. Подкрашиваю глаза черной подводкой и тушью, крашу губы неизменной гигиенической помадой и, посмотрев на время, понимаю, что Ваня должен приехать уже через 5 минут. Надеваю куртку и сапожки на высоком каблуке, купленные для особых случаев, и, закрыв двери, спускаюсь на первый этаж. Выхожу из подъезда и вижу Ваню, который опираясь спиной на дверь своего джипа, уже ждет меня.

Глава 9. Иван.

Приезжаю к ее дому минут за пятнадцать до назначенного времени. Выхожу из машины, делаю два круга вокруг нее, вдыхая ледяной декабрьский воздух. Решаю перебить его сигаретой. Закуриваю, делаю пару затяжек, выкидываю, подумав, что Аглае, возможно, будет неприятно целовать меня с запахом дыма изо рта. Открываю пассажирскую дверь, лезу в бардачок на поиски мятной жвачки. Вытаскиваю пластинку и закидываю ее в рот. Упираюсь лопатками в ледяной металл машины, глубоко втягиваю в себя воздух. Не знаю, почему так волнуюсь. Я взрослый мужчина, мне двадцать восемь лет, черт возьми, а я трясусь, как пятнадцатилетний пацан, из-за свидания с девушкой.

И вот подъездная дверь пиликает, открывается и оттуда выходит она. Аглая. А я просто залипаю на ней. Такая красивая, в черном облегающем платье с длинным вырезом на правом бедре, кожаных ботильонах на высоком каблуке. Волосы переливаются множеством оттенков и спадают мягкими волнами по плечам. Янтарные глаза сверкают в свете вечерних фонарей, а сочные малиновые губы так и манят прикоснуться снова к ним.

Еще раз осматриваю ее с ног до головы и только сейчас замечаю одну деталь, которая мне абсолютно не нравится. Она без шапки. В двадцатиградусный мороз, только после болезни, Лисенок не надела шапку. Снимаю свою шапку с головы, за два шага сокращаю расстояние между нами и натягиваю головной убор на ее голову. Девушка удивленно распахивает глаза и открывает рот, чтобы что-то сказать, но я ее опережаю.

- Лисевская Аглая Петровна, еще раз увижу тебя без шапки и очень строго накажу.

Она улыбается, приподнимается на носочках, чтобы быть ближе к моему лицу и дарит легкий поцелуй в щеку.

- Спасибо за заботу.

Беру ее за руку, провожаю к машине и помогаю сесть на пассажирское сидение. Занимаю свое место и только в нагретом салоне автомобиля позволяю себе обрушиться на ее губы. Жадно покусываю, зализываю, проталкиваю свой язык в ее сладкий ротик, встречаясь там с ее языком. Аглая тихонько постанывает, проводит своими ладонями по моей груди, поднимаясь к шее. Немного расстегивает молнию на куртке и запускает руки под нее, поглаживая меня по материалу свитера. Мое сердце разгоняется до немыслимой скорости, дыхание сбивается, и я не могу думать ни о чем, кроме ее сладких поцелуев и нежных прикосновений.

Резкий стук в пассажирское окно отрывает нас друг от друга.

- Снимите себе номер, - кричит молодой парнишка с той стороны машины и, ухмыльнувшись, направляется к подъезду.

Смотрю на Аглаю, а она еле сдерживает веселую улыбку. Пару секунд глаза в глаза и мы оба заливаемся громким смехом. Минуты через две успокаиваемся, и я, наконец, задаю девушке вопрос:

- Куда бы ты хотела поехать? Ресторан? Кино? Театр? Была еще мысль заглянуть на каток, но думаю, что твое шикарное платье немного не подходит, для такого времяпрепровождения.

- Я могла бы сбегать переодеться в джинсы и толстовку, - лукаво говорит она.

- Ни в коем случае! Я запрещаю менять это платье!

Лисенок тихо хихикает, расправляя невидимые складочки на юбке.

- Ну, тогда выбираю кино. Я не голодна. Да и театральных постановок я за свою жизнь насмотрелась очень много.

- Хорошо, значит сначала кино, а куда дальше, решим после, - заключаю я, намекая, что не намерен так быстро сегодня с ней расставаться. Нахожу в навигаторе адрес ближайшего кинотеатра, проверив по зеркалам заднего вида, что все чисто, трогаюсь с места и спрашиваю. - И с кем же ты так часто посещала театр?

- О, ни с кем, а из-за кого, - отвечает девушка, кажется, даже не замечая нотки ревности в моем голосе. - У меня подруга с самого детства участвовала во всех школьных постановках, потом поступила в ГИТИС, а сейчас вообще работает в театре. Поэтому мне часто приходилось ходить на ее выступления.

- Ого, это интересно! И какие постановки ты смотрела?

Аглая принимается рассказывать мне о своей подруге, а я, периодически поглядывая на нее, любуюсь этой прекрасной девушкой.

Спустя десять минут мы паркуемся возле огромного торгового центра. Выхожу из машины, обегаю ее, открываю пассажирскую дверь и протягиваю ладонь Аглае. Девушка слегка закусывает нижнюю губу, протягивая мне ладонь в ответ, и, когда она оказывается в моих объятиях, я не могу удержаться и снова целую ее. Нежно, ласково, без языка, но так чувственно, передавая ей все свои эмоции, которые испытываю, когда она рядом.

Нехотя отрываемся друг от друга и направляемся к входу в торговый центр. Поднимаемся на третий этаж и, когда она выбирает фильм, покупаю нам билеты. От закусок и напитков Лисенок отказывается, поэтому беру на футкорте только бутылку воды, а затем мы направляемся в зал кинотеатра. К моему удивлению, Аглая выбирает для просмотра психологический триллер, а не какую-нибудь романтическую комедию. Странный выбор для первого свидания, хотя я только за, потому что терпеть не могу эти мыльные оперы, а вот триллеры наоборот мне по душе.

Честно говоря, без понятия интересный в итоге фильм или нет, потому что я трачу все время на разглядывание девушки, которая разделяет со мной этот вечер. На середине просмотра беру ее за руку, потому что если я этого не сделаю, то моя ладонь не выдержит и опустится на вырез на ее бедре, такой сексуальный, обтянутый тонкими черными колготками. Лисенок толи не замечает моих мучений, толи делает это нарочно, и сама опускает наши сцепленные пальцы на манящее меня местечко. Бесшумно, но очень глубоко втягиваю в себя воздух, пытаясь унять ноющую в штанах эрекцию. А Аглая будто подливает масла в огонь, закидывает ногу на ногу. Обнаженное бедро еще сильнее оголяется, и я, как завороженный, несколько секунд смотрю на него, не в силах отвести взгляд. А затем поднимаю глаза и натыкаюсь на ее янтарные. Девушка молча смотри на меня, такая серьезная и сосредоточенная.

Глава 10. Аглая.

Из кинотеатра едем молча, держась за руки всю дорогу до Ваниного дома. Еще в лифте начинаем безумно целоваться, а когда добираемся до нужного этажа, то просто теряем всякое терпение. Залетаем в его квартиру, на ходу стягивая друг с друга верхнюю одежду. Куртки и обувь летят в разных направлениях, и когда мы освобождаемся от них, Ваня прижимает меня к стене в коридоре, опуская губы на мою шею.

- Что ты делаешь со мной, Лисенок? - шепчет между поцелуями.

Из моего рта вырывается громкий стон, когда он проводит своим горячим языком влажную дорожку от шеи и до мочки уха. Прикусывает ее, посасывает, возвращается к губам. Запускаю ладони под его свитер и наконец-то ощущаю под подушечками пальцев голую кожу мужчины. Тяну его вверх, желая избавиться и от этой одежды, и он с удовольствием мне помогает. В приглушенном свете рассматриваю его широкую грудь и подтянутый пресс с проступающими на нем кубиками. Веду ногтями ниже и, пройдясь по дорожке темных волос, останавливаю пальцы около пояса его брюк.

Никогда не была такой смелой, но с Иваном мне совсем не хочется сдерживать себя, поэтому снова тянусь с поцелуем к его губам, параллельно слегка сжимая его достоинство через ткань брюк. Мужчина вытесняет меня в другую комнату и, по очертанию большой кровати, освещенной тонкой полоской света из окна, я понимаю, что это его спальня. Рассмотреть интерьер я не успеваю, да и не очень-то хочу, потому что Ваня начинает медленно спускать платье по моим плечам. Когда тряпка оказывается у моих ног, он отходит на шаг и оглядывает меня снизу вверх.

- Ты прекрасна, Аглая. А эти чертовы чулки… - чуть ли не рычит, снова приближаясь ко мне. - Я надеюсь, кроме меня их никто больше не видел?

- Разве только продавец в магазине, - отвечаю, когда он опускает меня спиной на свою кровать.

- Ну и славно, - шепчет, проводя ладонями по всей длине моих ног. - Пообещай, что так и будет в дальнейшем.

- Обещаю.

Иван подцепляет пальцами края чулок и медленно снимает их с меня. Снова поднимается к моим губам, сплетает наши языки, кусает губы. Его руки исследуют мое тело, живот ребра, постепенно пробираясь к груди. Сжимают одну из них, а затем приспускают чашечку бюстгальтера. Кончиком указательного пальца Ваня обводит мой затвердевший сосок и щиплет за него, посылая электрические разряды по всему моему телу. С губ срывается протяжный стон, между ног все ноет и тянет, желая его прикосновений.

Мужчина отрывается от моих губ, только для того, что прижаться ими к моей груди, облизывает, покусывает и посасывает упругие бугорки по очереди, доводя меня до безумия.

- Пожалуйста, - шепчу, запуская пальцы в его шелковые волосы.

- Не так быстро, Лисенок. Мы только начали. Тебе придется немного потерпеть, - отвечает парень, опускаясь губами ниже по моему животу.

Зацепляет зубами мои влажные трусики и очень медленно стягивает их. Устраивается между моих ног, целует внутреннюю сторону бедра, переходит на другую, постепенно поднимаясь выше. Глубоко вдыхает и удовлетворенно мычит.

- Твой запах просто опьяняет, Аглая, ты знаешь об этом?

Открываю рот, чтобы что-то ответить, но из него вырывается только громкий всхлип, когда его губы опускаются на мое интимное место. Горячий язык облизывает меня от начала до конца, большой палец находит клитор и начинает медленные круговые движения. Затем язык и пальцы меняются местами. Кончик одного медленно проталкивается внутрь, не встречая никакого сопротивления. Язык усиливает давление. К одному пальцу присоединяется второй, проникая еще глубже. Я уже не просто стону, а громко вскрикиваю от наслаждения, которое мне доставляет этот мужчина. Еще несколько ловких движений пальцами и языком и я просто взрываюсь, разлетаясь на мелкие осколки в его руках. Мечусь по всей кровати от остроты ощущений, и пока оргазм не отпускает, не замечаю ничего вокруг.

Ваня нежно гладит по моей щеке своей ладонью, устроившись рядом со мной. Тянусь к его губам, обнимаю за плечи, и мужчина перемещается ко мне между ног. Вжимается в меня бедрами, давая прочувствовать все его возбуждение, а я жалею, что он все еще не снял свои чертовы брюки.

- Аглая, ты уверена, что хочешь продолжения? - серьезно спрашивает, заглядывая мне в глаза. - Если ты считаешь что это слишком рано, если хочешь остановиться, то скажи мне об этом сейчас. Потому что когда я окажусь в твоей тугой сладкой киске, я уже не смогу этого сделать.

Тянусь пальцами к ширинке на его брюках и шепчу прямо в губы:

- Пожалуйста, не останавливайся…

Легонько кивнув, Ваня отстраняется от меня, сползает с кровати и снимает, наконец, свои брюки вместе с боксерами. Достает из прикроватной тумбочки презерватив, и, разорвав шуршащую упаковку зубами, раскатывает защиту по внушительной длине своего твердого пульсирующего члена. Возвращается на кровать, бережно раздвигая мои ноги ладонями, и устраивается между ними, нависая надо мной. Снова целует лицо, шею, грудь. Одной рукой, согнутой в локте, упирается в матрас рядом с моей головой, а другой направляет себя. И резко, без предупреждения, входит так глубоко, что кажется, перед моими глазами звезды начинают водить хороводы.

- Ох…

- Ты в порядке, Лисенок? - спрашивает Ваня. Его взгляд устремлен на меня, кончики пальцев нежно поглаживают шею.

- Да, - громко выдыхаю это слово и двигаю бедрами навстречу ему.

Глава 11. Иван.

Мне снится прекрасный эротический сон. Мягкие сладкие губы Аглаи целуют мою грудь, посасывают соски, а затем язык прокладывает влажную дорожку вниз по прессу и косым мышцам живота. Девушка поглаживает ладонью мой до боли твердый член, а затем припадает к нему губами и обводит языком головку. Из груди вырывается глубокий стон и, распахнув глаза, понимаю, что это все происходит по-настоящему. Запускаю пальцы ей в волосы и легонько тяну за них.

- Ммм, это так приятно, Лисенок, - бормочу охрипшим голосом.

Аглая поднимает на меня взгляд и, не отрывая своих янтарных глаз от моих, медленно опускается ртом на мой член. Берет его так глубоко, как только может, задерживается так на пару секунд, затем скользит обратно, пройдясь по всей длине языком. Снова опускается и поднимается, а у меня глаза закатываются от наслаждения. Мурашки разбегаются по всему телу, и я сильнее сжимаю ее волосы в своей ладони. Спустя несколько минут самого охринительно минета в моей жизни, чувствую, что вот-вот приду к финалу, о чем сообщаю ей:

- Я сейчас кончу, милая, поэтому если ты не хочешь, чтобы я сделал это в твой сладкий умелый ротик, то тебе стоит остановиться.

Но девушка только сильнее вцепляется в меня, немного ускоряя свою ласку, и буквально через несколько секунд я изливаюсь в ее горячий рот. Лисенок приподнимается, сглатывает, дочиста облизывает головку и укладывается рядом, положив голову на мою грудь. Туда, где с бешеной скоростью бьется сердце.

- Это самое охуенное утро, - шепчу, когда немного прихожу в себя, и притягиваю девушку к себе для медленного томного поцелуя.

Мы еще несколько минут лежим молча, а затем утаскиваю ее за собой в душ, где теперь я своим ртом доставляю ей удовольствие.

Довольные идем на кухню. Приподняв за талию, усаживаю Аглаю на барный стул возле кухонной стойки, а сам принимаюсь варить кофе и готовить нам завтрак.

В голове крутятся воспоминания о горячей вчерашней ночи и не менее жарком начале сегодняшнего дня. Как ее гладкая нежная кожа покрывалась мурашками от моих прикосновений, как учащалось ее сердцебиение от моих ласк. Как девушка сквозь громкие стоны, как молитву, шептала мое имя. Все еще ощущаю на языке ее вкус, а в носу ее запах. Перед глазами стоит вид того, как ее тело сотрясалось от оргазма, как она распадалась на осколки в моих руках.

От этих мыслей член снова встает по стойке смирно, и я понимаю, что никогда не смогу насытиться ей. Она нужна мне постоянно, каждый день, каждый час, минуту, секунду. Всегда.

- О чем задумался? - прорывается, словно через пелену ее голос.

Поворачиваюсь к ней, пока на сковороде жарятся яйца. Подхожу ближе и устраиваюсь между ее ног, не скрывая своего желания.

- О тебе, Лисенок.

Девушка заливается краской и отводит от меня взгляд.

- Я же здесь, зачем обо мне думать?

- Потому что ты не выходишь из моих мыслей со дня нашего знакомства, - говорю, покрывая нежными поцелуями ее подбородок и шею.

- Вань… - шепчет еле слышно, опускает свои маленькие ладони на мои плечи и легонько сжимает их.

Наклоняет голову на один бок, открывая больший доступ для моих ласк. Прижимаюсь к ней всем телом, блуждая руками по ее спине и волосам. Провожу ладонями по талии, медленно спускаясь на бедра. Отрываю губы от шеи и накрываю ими ее сладкий ротик, ловя глубокий стон. Поцелуй углубляется, распыляет нас и если она меня сейчас же не оттолкнет, я снова трахну ее, прямо на этом стуле.

- Вань, у тебя что-то горит, - произносит, отрываясь от моего рта.

Зацепляю зубами мочку ее уха и безумно шепчу:

- Да, Лисенок, горит. Я весь горю рядом с тобой.

- Нет, Вань, ты не понял, - сильнее упирается ладонями в мои плечи и легонько отталкивает от себя. - Наша яичница горит.

- Черт! - продаюсь на спасение нашего завтрака, пока Аглая весело хихикает надо мной.

Доделываю завтрак без происшествий, накрываю на стол и усаживаюсь напротив девушки. Несколько минут молча едим, но я не сдерживаюсь и завожу разговор на интересующую меня тему.

- Лисенок, знаю, может тебе покажется, что я слишком тороплю события, но я хотел бы пригласить тебя встретить Новый год вместе со мной, - выпаливаю на одном дыхании. - Только прошу тебя, не отказывайся сразу. Пообещай мне хотя бы подумать.

- Тут не о чем думать, Вань, - говорит серьезно и отводит от меня свои восхитительные глаза. Мгновенно расстраиваюсь, понимая, что меня сейчас пошлют лесом, но эта хитрюга вдруг расплывается в довольной улыбке и добавляет. - Конечно же, я хочу встретить Новый год с тобой.

- Это здорово. Я очень рад, но только я не хочу, чтобы ты из-за меня отменяла свои планы.

- Нет у меня никаких планов, - тяжело вздыхает, поглаживая указательным пальчиком край своей тарелки. - Родители живут во Владимире, и туда я ехать не собираюсь, а из друзей у меня только Дашка, и она, скорее всего, будет отмечать со своим молодым человеком.

Беру ее ладонь в свою и легонько сжимаю.

- Теперь у тебя есть планы, - говорю, целуя длинные пальчики. - Только есть один мааааленький нюанс, - девушка вопросительно вскидывает бровь, а я продолжаю, надеясь, что это ее не смутит. - Я каждый год с тех пор как она переехала в Москву встречаю Новый год с бабушкой. Лидией Ивановной. Вы уже знакомы с ней, поэтому надеюсь это не проблема.