Это почти сказка, любимый волк

Пролог

Я бежала по темному лесу, не понимая, что вообще здесь делаю. Как оказалась в этом месте? Когда успела сюда попасть? Мысли путались, ускользали, но одно я ощущала слишком ясно — мне нужно было бежать вперед. Быстрее. Не останавливаться. Словно за спиной действительно был кто-то опасный, и я почти чувствовала его дыхание у себя на затылке.

— Адель…

Мое имя прозвучало странно — одновременно громко и почти неслышно, как будто этот голос существовал только в моей голове. Я резко обернулась, пытаясь увидеть преследователя, но за спиной была лишь темнота и рваные силуэты деревьев.

И всё же я знала, что он есть.

Он шел за мной, поэтому я и бежала.

Я не знала, что будет, если остановлюсь. Не могла представить, что он сделает со мной. Но где-то глубоко внутри поднимался дикий, первобытный инстинкт, который не оставлял мне выбора. Я просто подчинялась ему, даже не пытаясь сопротивляться.

Говорят, у страха глаза велики. Возможно, но я физически не могла от него избавиться — он липкой паутиной сковывал легкие.

Ветки хлестали по рукам, царапали кожу, цеплялись за одежду, будто пытались удержать, замедлить. Я задыхалась, сбивалась с дыхания, а потом не заметила, как врезалась в дерево, и резкая боль прокатилась по всему телу, выбивая из груди воздух.

— Адель!

На этот раз голос был мужским. Резким, напряженным, и в то же время в нем звучало отчаяние, от которого внутри всё болезненно сжалось.

Где-то в груди, прямо под ребрами, пульсировала тупая боль, словно чья-то сильная рука сжимала мое сердце, не давая ему нормально биться. Но под этой болью было что-то ещё — странное, тянущее, почти горячее ощущение, которое вспыхивало каждый раз, когда звучал его голос, и от этого становилось только тяжелее.

Дышать становилось всё труднее. Лес казался бесконечным, черным лабиринтом, но я, словно в бреду, упрямо двигалась вперед.

Вдруг сбоку во тьме мелькнул свет. Это были глаза. Желтые, нечеловеческие, дикие, как у хищника. Я истошно закричала и резко свернула в другую сторону. Туда, откуда сквозь деревья доносился гул трассы. Громкий, тяжелый рокот надвигающегося двигателя.

— Адель, вернись!

Снова этот голос. Каждое его слово приносило невыносимую, тягучую боль. Но я не боялась умереть от его руки, при этом до животной дрожи боялась встретиться с обладателем этого голоса.

— Ты моя…

Нет, нет, неправда! Я бежала от этих властных слов, словно от чумы.

Я выскочила из леса на дорогу, резко, почти спотыкаясь, и на секунду мне показалось, что я спаслась. На губах даже появилась слабая, почти безумная улыбка, несмотря на боль, которая разливалась по телу.

Почему мне так больно?

Я согнулась, упираясь руками в колени, пытаясь отдышаться, но воздух всё равно не наполнял легкие до конца, словно чего-то не хватало. Вдруг звук автомобильного двигателя резко усилился, превращаясь в оглушительный визг шин. Я подняла голову и яркий свет фар резал глаза, ослепляя, не оставляя шанса рассмотреть хоть что-то за ним. Все что я успела понять, что машина на огромной скорости неслась прямо на меня.

Оставалась всего секунда до удара…

— АДЕЛЬ! ПРОСНИСЬ!

Я резко распахнула глаза. Судорожно втягивая воздух, я словно вынырнула из-под темной воды. В лицо бил слепящий, режущий свет. Вокруг всё было белое, стерильное, расплывчатое. Комната просто плыла перед глазами. В то время как голова кружилась, веки казались невыносимо тяжелыми, будто их тянуло вниз, не давая удержать взгляд.

Я умерла?