это всего миг

это всего миг

Тикание часов раздавалось по всему дому. Звук, пусть и слабый, доходил даже до спальни на втором этаже. Виной же этому были совсем не большие настольные часы, стоящие над камином в зале первого этажа. Вместе с ними на полке лежало пару памятных безделушек и рамка с фотографией юной пары. Такие же фотографии весели на всех стенах зала. Камин под полкой уже был зажжён, пусть из окна ещё лились серые лучи света. Напротив камина стоял низкий столик с немытой тарелкой и кучей газет на нем. Столик был окружён небольшим комодом с телевизором на нём, также широким диваном и небольшим креслом. Всю эту атмосферу приправляло так умело убаюкивающие тикание часов.

В кресле сидела молодая девушка, увлечённо слушавшая тики. Её карие глаза не отрывались от стрелок, словно боясь упустить момент. Про себя она считала каждую секунду и иногда шёпотом говорила эти числа. Её пышные локоны волос падали на узкие плечи, а затем спускались до самых локтей закручиваясь в конце в красивые спирали. Одета она была в старую потрёпанную рубашку с рукавами фонариками и длинную, определённо не по размеру юбку. Вещи были далеко не новые, но уж больно были они важны для нее, и она не могла отказаться их носить. В то же время в руках её лежали длинные спицы, вяжущие очередной километровый шарф. Вязала она не осознано, будто спицы делали все за неё, а ей оставалось лишь делать увлечений вид.

Тем временем её поглотили воспоминания. Она бережно хранит эти моменты в своей голове уже миллионы лет, боясь забыть даже миг. Забыть бескрайние просторы космоса, свое рождение и первые звезды, что направили её на верный путь. Бесконечные яркие туманности, сквозь которые так непросто было лететь. Астероиды, с завистью смотревшие на ее вольность и тот самый момент встречи с ним и каждый проведённый далее световой год. В глазах её загорелись искры от воспоминаний, и радужка окрасилась в цвета хвоста кометы пока она не услышала... Тишину?

— О нет, только не сейчас. — её схватила внезапная паника. Из её рук выпали спицы, а затем вместе с шарфом они прокатились по поднимающимся ногам на пол. Встав с кресла, она мигом подбежала к часам, проговаривая каждую упущенную секунду вслух. Это происходило не в первый раз, но, как и в первый, в приступе паники, она вертела часы в руках ища заводной механизм. Покой пришел лишь тогда, когда она снова услышала родной тик. Переведя стрелки на правильные секунды, она вдруг осознала. — 19:32! Он должен был прийти ещё 2 минуты назад!

Из коридора послышался глухой звон дверного замка, а вслед за ним радостный топот девушки. Не успел столь долгожданный гость и закрыть за собой дверь, как на него уже падает хозяйка дома.

— О, Имир. Я так соскучилась, ты не поверишь!

— Ирис, прошло всего семь часов, это не так уж и долго. –Говорил молодой человек, снимая с себя безумную Ирис.

— Да, но ты опоздал.

— На две минуты? Только не говори, что ты снова сидела весь день перед часами. — Говорил он слегка разочарованным тоном.

— Ну да. Ты пойми в этом нет...

— Ирис, я дал тебе все. — Перебивая говорил Имир. — У тебя есть столько возможностей. Мы наконец освоились в их обществе и нам не нужно бедствовать. Найди себе развлечение, выходи гулять или хотя бы смотри телевизор вместо часов.

Эти слова очень сильно испугали девушку. Она посмотрела на него и поняла, что он стал совсем как они. Где же тот прекрасный хвост, что разжигался рядом со звездами, микрократеры, что остались после туманностей, все это исчезло и осталась лишь эта человеческая оболочка.

— Ты забыл. — Грустно сказала она.

—Что забыл Ирис?

— Какими мы были кометами. — Мы? Вот черт подумала Ирис. Наблюдая за изменением свое возлюбленного она совсем забыла. Её бросило в дрожь. В конце концов она судорожно повернула свою голову к зеркалу и ужаснулась.

— Ирис? Ирис, что с тобой Ирис? — В панике кричал Имир держа на руках обессиленное тело девушки, которое он кое-как успел поймать в полуметре от пола. — Ирис, пожалуйста. Мы же не можем.

Поднявшись на ноги, он выскочил из дома, даже не закрыв за собой дверь и сразу же бросился к машине. К счастью, вечером дорога была почти пустой, а госпиталь находился совсем не далеко.

Передав возлюбленную врачам, он сел на край лавки у кабинета, где её осматривали и погрузился в мысли. Он все не мог понять, ведь такое с ними впервые и это не свойственно для них, — "мы ведь не можем умереть", раз за разом про себя говорил Имир. Эти мысли его пугали, ведь он мог лишиться любви всей своей жизни и все из-за того, что он забыл? Воспоминания, которые он так тяжело отпустил. Ведь у него карьера, работа, он должен думать о том, как выжить завтра ему и Ирис. Не охотно он вспоминал. Вспоминал те миллионы лет, что он провёл в открытом космосе вместе с Ирис. Её великолепный хвост, который пусть и часто ему доводилось ему увидеть, но влюблялся в него как в первый. И без хвоста она была великолепна. Он вспоминал каждый кратер, каждую неровность, которые он так любил. Как же он счастлив, что звезды свели его с ней, ибо странникам как он суждено прожить бесконечность в одиночестве. Он кое-что понял оглянувший назад. Некоторые локоны его волос на миг приобрели седоватый оттенок. Прервал его поток мечтаний скрип дверей, и он соскочил с лавки став напротив готового к разговору врачу.

— Ну? Что с ней? — Спрашивал Имир.

— Я теряюсь в догадках. — С огорчением отвечал доктор. — Такое впервые на моем веку. Её анализы критичный, с такими результатами она должна была скончаться ещё неделю назад и что делать с ней я не знаю. Я обсужу этот случай с другими докторами, а вы пока можете проведать её.