- Эй, мальчик!

Глава 1. Начало.

Она.

- Эй, - я старательно пытаюсь выбраться из дико кричащей толпы и поймать за руку свою подругу, как и я спешащую на экзамен, - Тань, - только я хватаюсь за рукав ее легкой кофточки, как меня снова отбрасывает назад, - а можно, аккуратнее, - кричу в спину парня, но тот уже меня не слышит. Что-то хрустит под ногами, и с трудом протискиваясь, мне удается нагнуться и поднять чужой утерянный телефон. Ищу глазами того мальчика, что вероятно его и потерял, но поняв на сколько это бесполезно возвращаюсь к поискам погрязшей в людском потоке подруги.
- Ева, ты чего тормозишь, опоздаем же!? - Голубые глаза девушки разглядывают мою находку, - Кто-то обронил?
Киваю головой продолжая обходить боком ликующую толпу совершенно разношерстного народа, машущего транспарантами.
- А как думаешь, что за сборище?
- Говорят, сегодня хоккеисты играют, что-то типа «наших с не нашими».
- Понятно, - усмехаюсь я в ответ, и тут же выбросив слово - хоккей из головы, бегу в направлении института. Мне не до подобных глупостей сейчас.

Он.

- Аня, блин!
- Что? - Улыбается мне моя девушка.
- Да…, - польщенный ее улыбкой даже не сразу вспоминаю о потере, - кажется, я в толпе телефон выронил, - вспоминается размытый образ белобрысой девушки, что так резко выскочила из толпы и врезалась в меня. Вот ведь дура!

Она.

- Ева Косьмина, зачетка?
Стиснув зубы, наблюдаю за тем типом преподавателей, что так любят отыгрываться на любом студенте так или иначе вызвавшим их неуместную агрессию. Как нельзя лучше на роль жертвы подходит девочка, умудрившаяся опоздать даже на экзамен.
- Три? - Все даже хуже, чем представлялось на первый взгляд, - А за что, позвольте уточнить? - Искренне не считая себя дурой, решаюсь качать права я.
Довольно молодой мужчина лет тридцати семи посылает мне злобный взгляд из-под стильных очков в роговой оправе в ответ.
- Считаете не за что?
Посылаю ему милую улыбку, прекрасно улавливая намеки. Еще бы, с этим ловеласом половина девушек с нашего потока повстречалась, а это большинство, из расчета на то, что другая половина нашего коллектива мужского пола.
Но от меня милый бабник не дождется никаких знаков внимания, ибо слишком дорого я ценю свое время, молодость и пуще того репутацию.
- Спасибо и до свидания, Федор Геннадьевич. Встретимся на пересдаче с комиссией.

Она.

- Надо бы вернуть, - получасом позже сидя в кафетерии, кручу я в руках найденный в толпе телефон.
- Расстроилась? - Участливо интересуется подруга-отличница. И почему спрашивается за опоздание, расплатилась только я?
- Нет, - снимаю блокировку без пароля и заглядываю в список контактов, чаще всего парню звонила некая Анна, перезвонив которой я и договариваюсь о встрече, - хоть что-то хорошее за сегодня сделаю.

Она.

- Денис? - Окликаю я парня в одиночестве сидящего на скамье в центральном парке, - Я Ева, девушка, которая звонила Ане.
- Понятно, - потерянно кивает он головой и сразу же протягивает руку ладонью вверх, - спасибо что принесла.
- Что-то случилось? - Оправляя складчатую юбку, сажусь рядом с ним на скамейку. Все происходящее сегодня со мной до ужаса напоминает второсортный дамский сериал. И все же отчего-то мне не все равно, почему молодому человеку так грустно. Может быть потому, что сегодня мне самой грустно?
- Нет, ничего, - прячет телефон в карман спортивных красно-синих брюк.
Точно, у них же сегодня был турнир!
- Ну и кто выиграл?
А приятная у него улыбка, не навязчивая такая, словно еще мальчишеская. А в каком возрасте вообще играют в серьезный хоккей?
- Наши.

Полгода спустя.

- И кто это у нас там? - Заглядывает мне через плечо подруга, и я не успеваю свернуть вкладку рабочего окна, - Все хоккеистом своим интересуешься?
Кривлю губы в недоброй усмешке. А ведь не первый раз меня ловят на подобном, сама плохо понимаю, зачем занимаюсь этим.
- А что?
- Ева, Ева, что же ты тогда его так и отпустила? Хоть бы номерок спросила, - издевалась чертовка. Знала ведь, что я такими вещами не занимаюсь.
- Это просто интерес, забей, - захлопываю крышку ноутбука, - знаешь, оказывается, мой папа его знает и даже болел в тот день за нашу сборную.
Таня усмиряет меня оценивающим взглядом. От подруги сложно скрыть любую перемену моего настроения, тем более уж увлечение парнем.
- Косьмина, сколько я тебя знаю? Лет пять? И ни разу твои подростковые гормоны не давали сбоя. Ты и просто интерес, это как-то….
Ох, не стоит обсуждать очевидное.
- Заткнись, ты, - улыбаюсь я в ответ.
Любимого кроя платье с юбкой-тюльпаном темно вишневого цвета, босоножки на танкетке и волосы пшеничного оттенка, собранные в конский хвост на затылке, сегодня составляют мой образ.
Подмигнув отражению в зеркале и помахав соседке по комнате напоследок, я убегаю с Таней навстречу приключениям в ночной клуб. И эта выходка свойственна скорее подруге, чем мне, но так даже лучше, чем одиночество дома.
Чудесный вечер и общество любимой подруги сглаживают мое плохое настроение и грусть по парню, с которым довелось пообщаться не более чем десяток минут.
И что в нем так зацепило уравновешенную меня? Тема на уровне интуиции, когда ты просто выделяешь человека из толпы точь-в-точь таких же и понимаешь, что его аура окрашена для тебя другими красками.
- А тут ничего так, - обводит Таня ошалелым взглядом светящееся пространство ни на чем, конкретно не сосредотачиваясь, - и.…, - удивленно замирает, смотря на меня недоверчивым взглядом, - ты знала, что здесь будет твой хоккеист?
Под ребрами что-то болезненно сжимается и я, подобравшись всем телом, рыщу взглядом по гудящей толпе вокруг. Видимо, суждено нам так встречаться, когда около нас еще полсотни людей.
- Где? Ты уверена, что это он?
Зрачки подруги еще больше расширяются.
- Колу, пожалуйста, - слышу я знакомый голос над ухом и резко оборачиваюсь.
- Денис?

Глава 2. Денис?

- Денис? - Я практически пригвождена к месту и шестеренки в моей голове поскрипывают о том, что, скорее всего он меня не узнал, - Ева, - тут же пускаюсь в разъяснения своей личности я.
- Девушка с телефоном? - Мелькает узнавание на его лице, - Привет, отдыхаете, - указывает он на наши с Таней коктейли.
Я считаю, любой вид алкоголя аморальным и по его намеку на то, что две девицы вышли из дома искать приключений в пьяном угаре, меня коробит.
- Безалкогольные, - тут же нахожусь я.
- Ясно, - парню то, похоже, все равно, и он исключительно ждет свой заказ.
- Ты с командой? - Чувствую себя навязчивой поклонницей и хочу лишь одного ответа - да, с командой, нет, не с девушкой.
- Да, ребята там, - взмах рукой в сторону одной из развлекательных зон, - а вы, хотите присоединиться к нам?
Бегло переглядываюсь с Таней и, получив ее молчаливое согласие, киваю утвердительно на вопрос парня.
- Конечно.
- Вадим, Жека, - представляет он нам парней, и я искренне радуясь тому, что заставила сегодня себя выпорхнуть из дома и оторваться от учебы.
- Ева, - протягиваю я руку для пожатия и вижу заинтересованность во взгляде одного из парней. Это не ново, моя довольно противоречивая внешность светлые волосы и почти что черные глаза, миниатюрная комплекция и без зазрения совести цепкий ум или тянут магнитом, или раздражают до зубного скрежета.
- Таня, - вовсю кокетничает подруга.
Я бросаю взгляд на часы и понимаю, что мы задержались дольше, чем хотели изначально и, оставаясь в приятной компании парней, я могла не попасть в общежитие после комендантского часа.
А красивые у него глаза, если так вообще можно выражаться о парнях, светлые, словно подсвечивающиеся шуткой изнутри.
- Мне пора, - приходится мне поставить точку. У меня нет времени на подобные глупые увлечения, у меня нет времени на милого парня хоккеиста с забавным вихрем на голове. У меня есть время на учебу, в институте которая утрет нос моим состоятельным родителям и докажет им что я вполне могу справиться с трудностями сама.
- Поздно уже, вас проводить? - Вопрос задает не Денис и от того он автоматически становится мне не интересен.
- Ох, наша красотка на машине, - не к месту вставляет комментарий Таня, за что тут же получает мой гневный взгляд.

Глава 3. Жека.

- Я провожу до машины, - Женя.
Мне всегда не нравились подобного рода подкаты. Словно из меня делали дурочку, коей я себя не считала.
- А где вы учитесь, девочки? Где с вами еще можно пересечься?
Симпатичный. Высокий. Брюнет. Глаза карие, плечи широкие. Ну хоккеист, что уж….
- Филфак, - тут же выдает все явки и пороли подруга.
А я что?
А я ничего. Просто пытаюсь сесть в машину, но рука парня останавливает мой жест, хлопнув по дверце. Вот этого ему точно не стоило делать, я терпеть не могу людей, которые нарушают мои планы.
- Что? - Грубо.
- У Дениса есть девушка, чем я не вариант?
Значит мои взгляды заметили. Что же…. Мне стыдиться нечего.
- Тань, садись в машину, нам пора.
- Да, погоди ты, - Евгений перехватывает меня за руку и я тут же ее дергаю. Терпеть не могу парней, да и людей в принципе, которые без спроса входят в мое личное пространство, - чем я то хуже? Я и любить и ухаживать умею.
Хмыкаю.
- Парень, - практически вплотную нагибаюсь к его лицу. Нужно отдать ему должное, пахнет хорошо, - кто тебе вообще сказал, что мне нужны любовь и ухаживания?
- Всем девушкам нужны.
- А я не все.
Как-то неожиданно для меня самой, видимо быстрая спортивная реакция, его рука путается в моих волосах, и он пытается меня поцеловать.
Нахал!
Бью коленом ему в пах. Да так сильно, что он аж пополам сгибается и падает к моим ногам. Отталкиваю его руку носком туфли и все же осуществляю задуманное, сажусь в машину.
На нас смотрит вся хоккейная братия.
Ладно, все это мы спишем на временное помешательство рассудка. Не нужны мне ни отношения, ни хоккей, ни все эти ночные вылазки в непонятных компаниях.
- Ну ты даешь, подруга.
- Я пасс. Мне учиться надо, как и тебе, собственно. А все эти парни. Таких как мы возле них миллион вьется. Не раскатывай губы.
- Знаешь подруга? Порой мне кажется, что тебе головой удариться нужно, чтобы мозгов поменьше стало. Может там место и для любви найдется.
Кто бы мог знать, что ее слова в ту ночь, окажутся пророческими….

Глава 4. Неприятности на учебе.

- Ева Косьмина, я попросил бы вас остаться после пары, - Федор Геннадьевич все никак не унимался. Видимо, мужчина охотник и все мои четкие нет, были для него возможными да.
- Причина?
- Я не доволен вашим последним рефератом.
Как же…. Свой крайний экзамен с этим отвратным типом я пересдавала исключительно с комиссией, члены которой были просто в недоумении, как я умудрилась оказаться в одном ряду с двоечниками.
- Хорошо, - сквозь зубы процедила я. А был ли у меня другой выход? Разумеется. Пойти в деканат и рассказать о том, что преподаватель посылает мне вполне себе недвусмысленные намеки. Но…. За себя я постоять могла. А это значит, моя хата с краю, - ненавижу, - процедила тише. Уже так, что только соседка по парте слышала.
- Ты же понимаешь, что пока ты ему не дашь то, чего он хочет, так тебе и мучится до пятого курса.
На душе стало мерзко. Сколько вот таких девочек, думали так же? Мне хорошо, даже если меня попрут из института, на худой конец, родители обеспечат мое будущее. А эти девочки? У нас ведь очень много приезжих красоток. Которых папа с мамой дома явно не ждут.
Отвратительно.
- Слушай, - я понижаю голос на тон еще ниже, хотя могла бы и заорать. Ведь это ему должно быть стыдно, а никак не мне, - не говори так. Женщина вольна сама выбирать с кем ей спать и чьи ухаживания выбирать.
- Глупая ты Ева. Приглядись. Он же красавчик. Да еще и поможет тебе в учебе. Зачем отказываться?
А я не отказывалась. Я просто…. В моем воображении присутствовал совершенно другой мужчина. Но и его мне не добиться. А потому я уже заранее думаю о том, что вот этот вот козел не единственный преподаватель на кафедре и если мой реферат не придется ему по душе в очередной раз, я банально найду как его обойти.
- Ты сильная, Ева. Мне бы твою уверенность в себе.
Я просто точно знала чего хотела. Но сильной я не была. Была бы сильной, не шепталась бы тут с подружкой, словно мы говорим о чем-то неприличном. Мы действительно говорили о неприличном, просто не мы начали и не нам заканчивать.
- Слушай, а ты правда запала на этого хоккеиста?
Я пожимаю плечами.
- Этого? Это которого?
- Того, чьи яйца остались целы, - рассмеялась подруга.
- Наверное. Можно и так сказать.
- И у него есть девушка.
- Да.
- И тебя это останавливает.
- Не то чтобы, - еще раз пожимаю плечами, - его это останавливает. Как я понимаю, они давно вместе.
- Да, не повезло. Но тот что Женя, тоже симпатичный. И ты ему понравилась.
Киваю головой. Мол да, симпатичный. И да, понравилась. Только вот он мне не понравился. Я по сути своей, не далеко ушла от морального урода Геннадьевича. Я так же как и он хотела только ту цель, которая убегает. Вот только он был мужчиной, а я….
А я, походу, не очень хорошим человеком….

Глава 5. Звонок.

- Привет, пап!
На том конце провода пара секунд тягостного молчания. Я всегда звонила не вовремя. Просто на этот раз, родитель не мог придумать причины почему именно, мне стоит звонить позже.
- Ты на работе?
- Естественно. О чем ты хотела со мной поговорить, Ева?
Вот такие вот у нас были отношения с отцом. Я могла позвонить только в том случае, когда у меня или него был весомый для этого повод.
- Помнишь, в зимнюю сессию я тебе рассказывала о преподавателе, который меня специально завалил на экзамене?
Отец откашлялся.
- Помню.
- Пап, он недопустимо пристает к девушкам. И ко мне в том числе.
- Дочь, ты на самом деле звонишь мне посреди рабочего дня с подобной ерундой? Это всего лишь ваши девичьи фантазии и не желание учиться, не более.
В меня словно нож воткнули.
- Что?
- Я говорю, не звони и не отвлекай меня больше от работы с подобными разговорами.
А я даже не нахожу что сказать. Я просто хочу спрятаться и сделать вид, что на самом деле живу в мире, в котором мои родители меня понимают.
- Пап?
Гудки.
На том конце связи уже длинные гудки. Мой отец сбросил вызов и даже не стал обсуждать эту тему дальше. Он просто…. Не посчитал нужным. Важным. По моим щекам полились слезы. Я наконец поняла, почему повела себя так с преподавателем. Почему не дала ему отпор? Потому что понимала, что в случае критической ситуации, мои родители меня не поддержат.
Верчу в руках телефон.
Я могу позвонить маме.
Я могу нажаловаться ей на отца и сказать, что на самом деле я не вру. Я говорю правду. Вот такие вот страшные вещи творятся в нашем институте.
Но я этого не делаю.
Почему?
Страшно….
А вдруг и она меня оттолкнет?
Наверное, в жизни каждого человека наступает такой момент, когда он думает о том, что можно в принципе все закончить. Зачем досматривать фильм до конца, если ее сюжет вам уже не нравится?
Просто поставить точку.
Будет ли по мне хоть кто-то плакать?
Тру губы. Каких-то пол часа назад, я целовала красавчика хоккеиста в губы. Но уже тогда думала о том, что зря я это делаю. И это меня разрушит.
Я могла бы позвонить подруге. Любой из своих подруг, и я даже уверена в том, что они бы меня выслушали.
Но….
Я разбаловала окружающих меня людей тем, что я сама тот человек, который априори не нуждается в помощи. Это я всех спасаю, меня саму не нужно.
А потом….
Накликала, что называется.
Свист тормозов.
Средь бела дня….
Средь бела дня, на пешеходном переходе, в одном из самых людных мест города меня сбивает тонна железа.
Ну привет, отчаянная боль и неминуемая смерть.

Глава 6. Авария.

Мне казалось, что боль бывает разной. Нет. Боль, это банально боль. Когда весь твой организм простреливает словно тысячи ледяных игл. Это знаете, когда пальцы на морозе отморозили, а потом засовываете в горячую воду. И вот это состояние, когда ты вроде бы спасаешься, а вроде бы себя уничтожаешь.
А еще мне снилось, что как незамужнюю девушку, меня хоронят в пышном белом платье в узком-узком гробу.
- Открой глаза.
Я не знаю кто мне об этом говорит. Понятия не имею, но почему-то этот голос манит меня.
Но глаз я открыть не могу. И голоса не помню. Помню только как из рук выпадает телефон и мне его жалко. Моя недавняя покупка, фисташкового цвета айфон. Это было моей своеобразной мечтой, а теперь, вероятнее всего он разбился.
Жаль.
А что я помню еще?
Ничего.
Пустоту.
Ноль.
Где я? Кто я? Зачем я осталась жить с этой болью?
И я ненавидела это!
- Открой глаза, - понимаю, что голос женский. Добрый. Наполненный болью. Но я правда не могу сделать так, как она просит. Потому что есть вещи, которые не подвластны обычной человеческой силе воли.
- Дочь!
Сердце екает, но я не помню, как выглядит моя мать. Совсем не помню. Не помню даже того факта, а есть ли вообще у меня мать? Отец? На слове отец, вспыхнувшем в моей голове мне становится еще больнее.
Меня берут за руку. Гладят пальцы. Боль немного уходит. Но мне все еще нестерпимо.
Пытаюсь дышать, но если это все еще мой рот, мое горло и мои легкие, то что-то с ними не так. Я пытаюсь дышать, но словно в разнобой с каким-то внешним механизмом.
Что это?
Я не понимала.
Так же, как и не понимала, какая такая сила держит меня все еще на этой земле. И зачем?
- Женя, посмотри на нее. Она как не живая.
Я не слышу, что ей отвечает Женя и кто вообще такой это женя. Не живая? Интересно, а как со стороны выглядят трупы? Никогда не сталкивалась со смертью. А может и сталкивалась, только не запомнила.
Потому что не помнила я практически ничего.
Словно вся жизнь черно-белыми полосами. Есть воспоминания, нет воспоминаний.
- А если она не выживет? Если такой и останется?
Я вновь не слышу ответа. Вообще слышу, как через слой ваты.
- Женя, - голос заплакал.
Мне стало ее жаль. Эту не знакомую мне женщину. Я не хотела умирать. Вот сейчас не хотела.
Пытаюсь встать, ни одна мышца на моем теле не двигается.
Пытаюсь продохнуть сквозь аппарат и машине это не нравится, она начинает истерично пищать.
А потом я открываю глаза.