Факультет защитной магии. Похороненная тайна

Пролог

Да будь неладен дурацкий спор и вообще вся эта нелепая история! Как меня только угораздило в неё влезть?! Где была моя голова? Точнее, чем она занималась вместо того, чтобы думать?!

Первый приз любого конкурса идиотских идей мне обеспечен, заодно с лидерством в каждом рейтинге неудачников. Потому что единственным заметным итогом глупой выходки стали изгвазданные ботинки, которые придётся час отмывать, не меньше, и куртка, тоже испачканная и вдобавок разодранная в двух местах. Её выбросить будет проще, чем привести в порядок.

Куртку мне было не жаль, да и ботинки тоже, в общем. Жаль было себя любимую, обречённую теперь стать посмешищем. На что вообще надеялась? Что Лео оценит мои решительность и бесстрашие, посмотрит на меня другими глазами и…

И влюбится. Договаривай, Линка, хотя бы самой себе. Да, на это ты и надеялась. Перестать быть маленькой девочкой, просто младшей сестрёнкой, которая вроде и пятое колесо в компании старших, а вроде и прогнать жаль, неловко и вообще пусть сидит в уголке, если ей так хочется. Лишь бы не мешалась и родителям не сдала.

И что теперь? Ну, пролезла ты в этот тоннель. Ну, топаешь по нему уже второй километр, наверное. И ничего вокруг страшного, только грязно и воняет, как и положено в канализации. Призраков тут нет, а из чудовищ одни крысы и мокрицы, или как там эти гадкие серые многоногие твари правильно называются. Так себе монстры, в общем, никаких поводов для героизма.

Вот дойдёшь ты до коллектора, и увидишь там ровно то же самое, только в большем масштабе. Развернёшься, протопаешь столько же обратно, выберешься, грязная и пропахшая совсем даже не розами, и типа что, станешь местной легендой? Гляньте, она не побоялась заглянуть в старый коллектор! Орден ей и медаль. С серебряной дыркой. Можно даже с золотой, не жалко. А за спиной хихикать будут — вот же дурочка малолетняя, повелась на примитивную подначку, поверила в байки о чудовище.

Тоннель круто свернул влево. Значит, до коллектора осталось всего ничего, метров двести. Стоило, пожалуй, уже тут развернуться и двинуть обратно, не тратя время попусту. Но так ещё обсмеют и за то, что струсила. Проще дойти и сделать-таки пару фото самой себя на всём этом гадком фоне. Дескать да, сходила. А вам слабо?

Миновав поворот, я успела сделать ещё шагов десять, прежде чем остановилась. Присмотрелась к странной куче у стены, принюхалась и с трудом удержала внутри остатки обеда. Первым побуждением было развернуться и удрать со всех ног, но эти самые ноги как-то вдруг оказались против, резко став ватными.

Еле вытащив непослушными пальцами телефон, я, с трудом попадая на экране куда нужно, позвонила маме. Долго молчала, собираясь с силами, и, когда голос на том конце уже начал звучать испуганно, всё-таки кое-как смогла выговорить:

— Мама, здесь труп…

* * *

— Серьёзно, Эли? И ради вот этого ты вытащила меня из дома в мой единственный выходной?

— Это труп, — пожала плечами мама, совершенно не впечатлившись возмущённой тирадой. — По-моему, вызвать тебя было довольно логично, некромант.

— Вот именно, некромант, — наставительно сообщил в ответ магистр, продолжая изучать бренные останки. — А тут нужен патологоанатом. Это разные профессии, если вы, госпожа главный инспектор, вдруг запамятовали.

— Можешь узнать, от чего он умер? — отказалась отступить мама.

— Ты слышишь меня вообще, Эли? — в голосе некроманта зазвучало раздражение. — Это вопрос не ко мне. Явных признаков насильственной смерти нет, возможно инфаркт, инсульт, надышался чего-то. Тут не пациента опрашивать надо, а анализы брать. Вообще, вскрытие покажет, как говорится. Так что не понимаю, причём тут я.

— Это второй такой труп за месяц, — сдалась мама. — При нём были документы. Клиент наш — почтенный мэтр Фестус, никакой не сантехник, а фармацевт, владелец аптеки на углу Рэдманд и Всадников Короны.

— Фармацевт… — протянул некромант задумчиво. — Чувствую, токсикология точно понадобится. Волшебными таблеточками приторговывал?

— Не был, не состоял, не привлекался, — отмахнулась мама. — А десять дней назад в этих же тоннелях нашли хозяина пекарни.

— Из тех же окрестностей? — уточнил магистр, внимательно изучая руку покойника.

Меня от этого зрелища едва не выворачивало, но я покорно стояла в сторонке у стены, не порываясь удрать. Спорить с мамой себе дороже, а она заявила, что раз мне так нравятся подобные места, нужно, пользуясь случаем, побыть тут подольше. В умении выдумывать оригинальные и запоминающиеся наказания ей не откажешь, но уж лучше ремнём бы отхлестала, честное слово. А ведь ещё и дома влетит… Что я там говорила про рейтинг неудачников? Первая строчка однозначно моя.

— Нет, пекарня на Освани.

— Связь между жертвами?

— О, уже жертвами? — коварно сощурилась мама. — Пока не нашли.

— Как минимум они оба торговали, — заметил некромант, заинтересовавшись теперь шеей покойного. — Вполне возможно, слегка расширенным ассортиментом.

— Употребили и на радостях пришли сюда? — недоверчиво хмыкнул молчавший до сих пор детектив Гэлл. — Оба в одно и то же место? Это так же вероятно, как динозавра на улице встретить.

— Динозавра ты либо встретишь, либо нет, — пожал плечами некромант. — А дури какой только не бывает. Может и такая, от которой в подобные места невыносимо тянет, уже появилась. Говорю ведь, нужна токсикология. А поболтать с ним успеется, если что. Потому с вашего позволения…

-1-

— Ну идём! Ну пожалуйста, Лин! Ну трудно тебе что ли?

Я устало закатила глаза. Лесли не понимала слова «нет». Точнее, когда ей удобно, просто игнорировала факт его существования в этом мире и продолжала добиваться своего. До победного конца. Или до предела родительского терпения — только его достижение могло её если не остановить, то хоть притормозить.

За последнюю выходку сестричку посадили под домашний арест на все новогодние каникулы. Но как всегда с оговоркой — вместе со мной Лесли всё-таки могла пойти куда-нибудь. Потому что я с тех самых пор, как вляпалась в канализационную историю, никуда кроме универа вообще не ходила. Очевидно, мама рассудила, что при таком раскладе либо сестрица будет сидеть дома, либо я наконец-то оттуда выберусь. Так и так получится неплохо.

— Там же будет весело!

Сестрёнке определённо будет, а вот мне — вряд ли. Мне вообще там делать нечего. Я же не пью, не курю и не танцую. Подружки Лесли считают меня странной и избегают, а даже если бы и не избегали, сама не горю желанием вести беседы о стразах и перьях с этим декоративным курятником. И что, спрашивается, весёлого в том, чтобы весь вечер одной в углу просидеть?

— И там будет Лео.

Я закрыла глаза и досчитала до десяти. Потом до двадцати. Помогло, но плохо. Это был запрещённый приём. Придёт туда Лео или нет, ничего не поменяется. Ему до меня дела нет и не будет, я всего лишь маленькая сестрёнка его лучшего друга. Но не могла же я упустить шанс, пусть и самый призрачный! Хотя бы увидеть его. И Лесли это знала, зараза такая! Знала и пользовалась!

— Идём, — вкрадчиво продолжила сестра. — Я помогу тебе с одеждой и причёской. И даже накрашу, если хочешь.

От вздоха я всё-таки не удержалась. Это я тоже уже пробовала, не сработало. Не во внешности моей было дело, и не в характере, и не в поступках. Просто так бывает: нет к человеку чувств и всё тут. Не изменить этого хоть ты тресни. И мне бы давно уже направить энергию на что-нибудь более реальное, но… но пока не получалось.

— Идём, — сдалась я, отлично зная, что очень об этом решении пожалею.

* * *

— Привет, девчонки! Наконец-то! Думала уже, что и не приедете.

Глаза Карли явно слишком весело поблёскивали, а ведь ещё и семи вечера не было. Я подавила вздох. Вечеринка намечалась что надо. Сейчас все выпьют, потом ещё выпьют, потом устроят танцы на столах и в итоге расползутся по углам парочками и небольшими компаниями. В лучшем случае. В худшем кому-нибудь в голову придёт идея вроде той, что уже отправила сестрёнку под домашний арест. Влезть посреди ночи в закрытый супермаркет за чипсами, это ж надо было додуматься! Даже не знаю, что тут позорнее: что ребята воровали или что попались на этом. Достойные наследники магов, вошедших в историю, да… Чипсы не могут толком украсть.

— Привет, Лесли.

Услышав этот голос, я застыла, так и не переступив порог. Зря мы пришли. Не появись тут этот тип, можно было бы ещё перетерпеть пять часов скуки, чтобы нытьё сестры не выслушивать всю следующую неделю. Но теперь точно надо отсюда бежать, чем быстрее, тем лучше. И плевать, пусть Лесли хоть до самого нового года рыдает потом без передышки.

Джейми, черти бы его взяли, Норманд. Самый талантливый боевик, родившийся в нынешнем веке, красавчик и редкостный засранец. Тут, правда, у меня всегда просилось слово покрепче, но изменять принципам ради подобного персонажа я не собиралась. Не ругаюсь значит не ругаюсь.

Если он здесь появился, значит ничем хорошим вечеринка точно не закончится. В лучшем случае рассвет мы встретим в полицейском участке. Худший вариант даже не хотелось представлять, но в том, что мы с Лесли окажемся в самом его эпицентре, сомневаться не приходилось. Моя по уши влюблённая сестрёнка сиганёт за этим… за этим чудовищем в огонь и воду. А я получу медной трубой по голове. И потом ещё от родителей на орехи достанется.

— Джейми! — изобразила удивлённую радость Лесли. — Какие люди! Вот уж не ожидала!

А ведь она знала. Знала, что этот мерзавец будет здесь. Потому так сюда и рвалась, даже меня рядом терпеть согласилась. И поэтому сейчас мне стоило вызвать такси, взять Лесли за шиворот и уволочь обратно домой.

— Врёшь, ожидала, — усмехнулся Норманд. — И тебе, кстати, привет, Аллин.

Я досчитала до десяти. До двадцати. До тридцати. Не сработало. И нужно-то было всего лишь телефон вытащить и один звонок сделать, но я так и стояла столбом. Позволила Лесли повиснуть на локте этого проходимца, войти в дом и затеряться в веселящейся толпе в гостиной. Очнулась только от лёгкого прикосновения к плечу.

— Привет, Лин. Случилось чего?

Пока нет, но вот теперь уж точно случится. Что-то невероятное. Скорее всего — невероятно ужасное. Потому что иного объяснения тому, что Лео сам подошёл и заговорил со мной, просто быть не могло. Так он делал в последний раз никогда.

— Задумалась просто, — соврала я. — Устала.

— Нельзя постоянно только учиться, отдыхать тоже нужно. Выпьешь чего-нибудь?

Не иначе, на город сегодня ночью стая гарпий нападёт. И плевать, что этих тварей не существует, как-нибудь заведутся ради столь примечательного случая. Всё-таки Лео за пару минут сказал мне больше слов чем за пару предыдущих лет, да ещё и выпить предложил. Если возможно такое, возможно вообще всё.

-2-

Через пару минут я сидела в уголке удобного дивана со стаканом сока, пытаясь высмотреть сестру в веселящейся толпе. Бесполезно, её тут, кажется, уже не было. Лесли никогда не теряет времени даром, и раз уж предмет воздыханий обратил, наконец-то на неё внимание…

Лео, устроив меня и принеся напиток, быстро отстал, переключившись на какую-то блондинку в красном платье, еле прикрывающем пышный зад. И я вдруг поймала себя на мысли, что рада этому. Не знаю, что делала бы, вздумай он продолжить наше милое общение.

Я влюбилась в него… не помню даже, когда. Они с Реджи дружили с первого класса школы, он часто бывал у нас в доме и естественно мы как-то общались. В основном на уровне поздороваться-попрощаться, не более, но это не помешало мне вообразить его принцем. Внешность и манеры располагали. Сероглазый блондин с правильными чертами, высокий, хорошо сложенный, он был похож на своего деда, известного актёра. Мама как-то призналась, что девчонкой была в этого самого деда по уши влюблена, так что это у меня, видимо, наследственное.

На свою внешность я не жаловалась, но и похвастаться ей особо не могла. Красотка у нас в семье Лесли, а я, как любит с усмешкой замечать дед, простояла в очереди за умом. Но лучше бы за даром стояла.

Дедушка никогда не произносил этих слов, но каждый раз они эхом повисали в воздухе. Имя мне дали в честь Аллин Доротеи Веласко, не самой однозначной личности, но однозначно великого мага Мрачных Веков. А я взяла и не оправдала семейных надежд.

В этом были свои плюсы и минусы. Например, семейство Меддер, узнав о моей третьей категории, тут же утратило ко мне всякий матримониальный интерес. К большой моей радости. Не хотела бы я угодить в невесты их наследничка, жуткого зануды, лысеющего в свои двадцать пять. Но и семейству Шаннен я в этом смысле неинтересна. Для Лео с его почти первой категорией они уж постараются найти кого-то получше. У каждой палки два конца, и реальный мир таков, что чаще всего по голове получаешь обоими.

Девица в красном, напропалую строящая Лео глазки, явно ни о чём таком не задумывалась, да и планы строила вряд ли. Просто развлекалась, пока можно. Пока папаша-делец не указал на такого же, как он сам, только моложе. Или даже не моложе, это как уж повезёт. Мы из разных миров, и в каждом свои правила, которые мало кто может позволить себе нарушать.

Но некоторые позволяли. Я всё-таки высмотрела Джейми Норманда. И Лесли рядом с ним уже не было, в дверях кухни он стоял один, потягивая пиво и скользя по веселящейся толпе обманчиво равнодушным взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Явно задумал что-то, и это означало, что пора мне было прекращать тут рассиживаться, искать сестру, хватать её в охапку и уносить ноги.

— Лео, — позвал Джейми, легко перекрикивая гул голосов. — Идём проветримся.

Ну всё, началось. Кое-как пристроив стакан на заставленный грязными тарелками столик, я встала и решительно двинулась в сторону кухни. Если повезёт и Лесли окажется там, вытащу прямо через заднюю дверь, и только нас тут и видели.

— Аллин, — раздалось над моим ухом, когда я была почти уже у цели. — Пойдём с нами, воздухом подышим. Накурено тут.

— Никуда я с тобой не пойду, Норманд, — отрезала я. — Гуляй, свободен.

Да уж, у Лесли такое получалось эффектнее, моя жалкая попытка побыть крутой девчонкой Джейми не впечатлила ни разу. Я только и успела заметить, что сестры на кухне нет, прежде чем он поймал меня под руку и решительно повёл к выходу.

— Отпусти! — зашипела я, попытавшись вырваться. Неудачно.

— А если нет? — усмехнулся этот мерзавец.

— Я тебя стукну, — пообещала я.

Даже самой смешно стало. Это же надо было такое ляпнуть! Детский сад какой-то, штаны на лямках. Вообще по-хорошему бить стоило сразу же, без предисловий, тогда ещё был бы хоть какой-то шанс. А теперь я его только развеселила.

— А она тут зачем? — недоумённо поинтересовался догнавший нас Лео.

— Ну… — задумчиво протянул Джейми, продолжая решительно шагать в сторону беседки, таща меня за собой, — наверное затем, что другие участники истории с нами информацией поделятся вряд ли.

— И я не стану с тобой ничем делиться, — немедленно сообщила я.

И даже неважно, о какой истории речь, хотя я, собственно, догадывалась, что не сюрприз, приделанный на прошлой неделе к кофейному автомату моими одногруппниками, его интересует. Да и что я о нём рассказала бы? Я вообще ни при чём, так только, расчёты чуть подправила…

— Что, самой ничуть не любопытно, что там, в коллекторе, завелось?

— Ни капельки, — буркнула я, наконец-то высвобождая руку.

На самом деле любопытно было ещё как. Но больше всё-таки страшно. И вообще хотелось верить, что некромант был прав, предполагая, что покойнички участвовали в каком-то незаконном деле, и от них попросту избавились подельники. Потому что, обдумывая другие версии, можно и сна лишиться.

— Врёшь.

— Брось, Джей, — развёл руками Лео. — С чего вообще ты решил, что там что-то этакое есть, а не просто бандиты какие-нибудь поработали?

— Как раз и хочу это выяснить.

— Зачем?

— А зачем ты сегодня сюда пришёл?

-3-

Лесли я нашла далеко не сразу. Пришлось обойти половину комнат второго этажа прежде чем я наткнулась на неё в спальне Карли. Думала, она тут с подружками секретничает, но нет, сестра была одна. Сидела с ногами в уютном кресле и смотрела в окно, крутя в пальцах недопитый бокал вина.

— Домой? — спросила я, остановившись в дверях.

— Знаешь, — медленно выговорила Лесли, не глядя на меня, — вот от тебя уж точно не ожидала.

— Чего? — опешила я, делая небольшой шаг вперёд.

— Ты ведь знаешь, что он мне нравится, — зло выдохнула сестра, одним глотком допила вино и прошипела: — Вот я от Лео всегда подальше держалась ради тебя, а ты…

Я хлопнула глазами, переваривая услышанное, а потом меня разобрал совершенно идиотский смех. Лесли окончательно сдурела, если вообразила, что её бесценный Джейми решил за мной приударить, а я это благосклонно приняла. Да скорее на ёлках по всей стране розы расцветут, чем он мной заинтересуется, а я — им!

Нет, вообще может быть со стороны оно и могло как-то так выглядеть. Милое объяснение в беседке с глазу на глаз. Вон даже Лео, некстати следом увязавшегося, живо подальше послали. Но должна же родная сестра меня знать, ну хоть немного!

— Сдалась я твоему обожаемому Джейми, как оборотню серебряная цепочка, — выдохнула я, кое-как успокоившись. — А он мне и того меньше.

— Да? — язвительно усмехнулась Лесли. — Я по-твоему слепая?

— Нет, — покачала головой я. — Ты просто всё не так поняла. Он ко мне подлизывался, чтобы про покойников в канализации рассказала, только и всего.

— И ты, конечно, рассказала.

— Рассказала, — пожала я плечами. — Будто я особо знаю что-то. Мне не жалко, спасать его от его же собственной глупости не нанималась. И не придумывай того, чего нет и быть не может, ладно?

Никогда мы с сестрой парней не делили. По совершенно прозаической причине, между прочим: кто на меня посмотрит, когда рядом она? Да я никем и не интересовалась, не смотрели и слава богу. А уж становиться героиней избитого сюжета молодёжной литературы и подавно не планировала. Это в книжках плохой парень оказывается на самом-то деле хорошим, а в жизни они по факту ещё хуже, чем кажутся. И заканчивается всё печально.

Даже Лео не исключение. Кажется, именно сегодня поняла, что влюблённость моя в него давно существовала только по привычке. Он был, конечно, всё таким же красавчиком, но едва ли в самом деле тем, кем я его воображала.

Не считала я, конечно, что он должен был незамедлительно влезть в эту сомнительную историю по уши. Но поставить на место нахала Джейми ему бы следовало. Даже я не позволила бы так с собой разговаривать, честное слово. Но нет, кишка тонка оказалась. Сбежал, поджав хвост, к своей блондиночке, которая ему даже не нравилась по-настоящему.

— Идём, — поторопила я молчащую сестру. — Тут совсем не весело.

— Точно, — кивнула Лесли. — Дурацкий вечер. Извини, что глупостей напридумывала, не знаю, что на меня нашло.

— Ерунда, — мотнула головой я.

* * *

Домой добирались долго, предпраздничные пробки оказались в самом разгаре. Лесли в машине успела заснуть, у дома я её еле растолкала. Довела до спальни, уложила на кровать прямо поверх покрывала, и пошла к себе. Но на полпути желудок очень выразительно напомнил, что пустует с обеда и не очень счастлив по этому поводу.

Уверена была, что в доме мы одни. Отец ещё вчера уехал по делам в Таргасс, братец совершенно точно не планировал ночевать дома, а мама по пятницам обычно возвращалась далеко за полночь. Но в этот раз, видимо, что-то заставило её пересмотреть планы, потому что в кабинете горел свет.

Секунду я колебалась. Стоило пойти на кухню, перекусить и отправляться спать, но любопытство всё же взяло верх. Наспех набросив «дымку», чтобы не спалиться ещё в пяти метрах, я на цыпочках подкралась к немного приоткрытой двери кабинета, прижалась к стене и прислушалась.

— Это всё чушь, Эли. Просто дурацкое совпадение.

Голос магистра Роадса узнала сразу, не даром не пропустила за два года ни одной его лекции. Сейчас в нём звучало настолько знакомое раздражение, что как-то сразу подумалось про ту самую историю. Не желала она сегодня оставлять меня в покое.

— Не верю я в такие совпадения, — мрачно парировала мама.

— А от меня чего ты хочешь? Я согласен с тем, что всё это похоже на одержимость, надо просто искать источник. Отработать связи жертв, выяснить, где они пересекались.

— Нигде! — почти рыкнула мама. — Мы полгода уже носом землю роем, нет между ними никакой связи! Не встречались, в одни и те же места не ходили, общих знакомых и тем более родственников никаких. Такое впечатление, что просто случайные люди вдруг взяли и пришли в одно и то же странное место. И там умерли. Поговори с ними ещё раз, вот чего я хочу.

— А смысл, Эли? Что нового ты надеешься услышать? Все эти вопросы я уже задавал, ответы ты получила.

— У меня новый вопрос появился, — глухо ответила мама. — Чем ещё кроме одержимости это может быть? И если дело не в месте, не в другом человеке, значит, это был какой-то предмет.

— И как же, интересно, парочка торговцев, электрик и нотариус, незнакомые друг с другом, могли дружно наткнуться на один и тот же артефакт подобного типа? Ты, всю жизнь занимаясь магией, хоть раз такой видела?

-4-

В кабинете послышались шаги, и я поняла, что пора идти куда шла, то есть на кухню, и лучше побыстрее. Если мама подойдёт к двери слишком близко, заметит, что я подслушиваю. И не миновать мне если не наказания, то уж воспитательной беседы наверняка.

Наспех слепив себе три бутерброда, я вернулась в свою комнату и взяла ноутбук. Глобальная сеть наше всё, в ней можно попробовать разыскать сведения даже об этом загадочном Винни Фергусе. Зачем? Любопытно. Страшно, но любопытно.

Маме, разумеется, первым делом пришло в голову, что два одинаковых столь странных трупа скорее всего работа менталиста, потому она и вытащила из дома субботним вечером именно некроманта. Поднятые мертвецы хоть и сохраняют кое-какие прижизненные черты характера, мыслить вообще-то неспособны. Как следствие, неспособны врать и недоговаривать, просто излагают известные им факты. А самое главное — после смерти человека все манипуляции, проделанные с его разумом и памятью, перестают работать. То есть, мертвец спокойно расскажет о встрече с менталистом, о которой при жизни не помнил. Если, конечно, ему не стёрли память о ней вовсе, но и это тоже вскроется. Так или иначе, правильное направление поиска убийцы станет очевидным.

Но ничего такого покойный аптекарь не рассказывал, это я отлично запомнила. С его слов, вечером ему позвонила женщина из брачного агентства, куда он обратился незадолго до того, и пригласила прийти для ознакомления с анкетами подходящих дам. Вот туда-то мэтр и направился сразу как закрыл аптеку. Последнее, что помнил — как свернул на улицу Деррас.

Совершенно невероятно, чтобы на этой многолюдной в вечернее время улице его могли ударить сзади по голове или магией какой оглушающей приложить, а потом незаметно уволочь или увезти. То есть, грубое насилие исключаем.

Обманули и наркотик какой-то подсыпали или вкололи? Токсикология уже показала бы, а если и нет… Чтобы кто-то подошёл, заговорил, увёл — да, возможно, но опять же нашлись бы свидетели. Промыть мозги такому количеству народа не сможет и дюжина менталистов, и это не говоря о наличии банального видеонаблюдения у каждого тамошнего магазина. Наверняка записи уже подняли, но ничего стоящего не нашли. Да и не стал бы никто ради обычного аптекаря, пусть даже участника какого-то незаконного предприятия, такое рискованное представление устраивать. Есть сотня более простых способов с ним разобраться.

В общем, где-то на этом моменте версии с ментальным воздействием и наркотиками можно было уже считать полностью исключёнными. А что ещё кроме них может заставить человека делать странные, не объяснимые здравым умом вещи? Только одержимость.

Тут я, признаться, подкована была минимально, но знала, что демоны в смерти жертв чаще всего не заинтересованы. Точнее, именно мелкие не заинтересованы, зачем им терять кормушку и развлечение? А жертвы тварей посолиднее точно выглядели бы иначе.

Лично в своей версии я слишком уверена не была, но мама, уж явно знающая об этом побольше моего, пришла к такому же выводу — демоническую одержимость можно исключить тоже. Таким образом, остаётся одержимость духом.

Её можно подцепить, оказавшись в месте привязки духа или же повстречавшись с одержимым, как раз когда дух решит сменить носителя. Но эти версии мама, судя по услышанному мной разговору, уже отбросила.

Дух ведь вообще-то не может просто взять и без здрасьте запрыгнуть в любого случайно мимо проходившего. Его нужно как-нибудь пригласить. Вряд ли, конечно, всего лишь примеряя колечко или вовсе наливая себе чайку из любимого духом при жизни чайничка кто-то имеет в виду приглашение в своё тело незваного жильца, но как уж оно есть.

Версия была перспективной потому что как минимум три жертвы точно принимали от клиентов плату. Да и электрик мог запросто брать частные заказы. Что может быть проще, чем вместе с деньгами отдать мелкую вещицу, вроде как ненароком, а в придачу и потусторонний подарочек? Вот только рассказы покойных о последних событиях их жизни всё опровергали. Духи, в отличие от демонов, не могут затаиться, выжидая нужного момента, контроль над телом захватывают сразу, как перепрыгнули. И перепрыгивать им нужно немедленно, незакреплённая связь рассыпается за несколько минут. А тут одержимость наступала внезапно и как раз тогда, когда никаких способных её вызвать действий не совершалось.

Выходит, оставалась одна последняя версия. Её не озвучили, но я догадалась, что речь шла о проклятом артефакте. Таких сокровищ с Мрачных Веков сохранилось немало, но, как совершенно верно заметил магистр Роадс, практически все уже успели обнаружить и уничтожить или запереть. Но полностью исключать вероятность всплытия подобной штуковины на чёрном рынке было нельзя.

Вот к этому самому чёрному рынку артефактов и имел, надо полагать, прямое отношение загадочный Винни Фергус. Причём судя по тому, что квартиру он снимал в нескольких кварталах от угла Рэдманд и Всадников Короны, был не из мелкой сошки, а крупный делец. Цены на жильё в том районе очень высокие, к тому же кого попало не поселят даже с деньгами.

Значит, имелись у Винни Фергуса и деньги, и связи. И какой-то след при всей своей скрытности он явно должен был оставить. Его-то я сейчас и надеялась отыскать в сети. Понять бы ещё, зачем мне это понадобилось.

За следующую пару часов я перебрала, кажется, все возможные зацепки, но так ничего и не нашла. Такого человека будто и не существовало. Нигде он не учился, ни в каких публичных мероприятиях не участвовал, к суду не привлекался и даже правил дорожного движения не нарушал ни разу.

-5-

Так я и поступила, наивно полагая, что по случаю каникул там никого не будет. Ошиблась. Едва миновав пустующую сейчас полосу препятствий боевиков, наткнулась на Донни Брина, аспиранта с некромантии. Мрачный и сосредоточенный, он стоял перед вычерченной прямо на земле пентаграммой и внимательно на неё смотрел. Чересчур, я бы сказала, внимательно.

Я как-то сразу, без всяких подсказок, сообразила, что пора мне уносить ноги, и лучше поскорее и подальше. Даже успела прикинуть направление срочного отступления, но тут совсем рядом, за остатками какой-то стены, сверкнуло и грохнуло.

— Отлично, — прокомментировал откуда-то с той же стороны голос магистра Роадса. — Отрицательный результат тоже результат.

Над выщербленными кирпичами медленно поднялось облако грязно-зелёного дыма. Я сделала пару торопливых шагов в сторону, на всякий случай прикрывая лицо рукавом. Разумно, даже и так очень отчётливо ощутила запах тухлых яиц. Не удержалась и чихнула.

Далеко не сразу поняла, что именно рядом со мной сразу после этого пролетело, так что испугаться не успела. Только сглотнула и шмыгнула носом, увидев шагах в пяти пятно чёрной дымящейся земли. Пару секунд просто стояла, созерцая эту занятную картину и слушая, как кто-то за углом ругается очень знакомым голосом, а потом до меня дошло. Всё сразу.

— Идиот! — заорала я, совершенно машинально прикрываясь универсальным щитом. — Смотреть же надо, в кого «иглами» швыряешься!

Не будь мой дражайший кузен Фрэнки таким косоруким… или косоглазым, не важно, отдыхать мне следующую неделю в ожоговом отделении. Не мудрено, что досточтимый профессор Шетт, декан боевиков, так рад был от него отделаться. Не с факультета выпихнуть, так хоть со специальности своей.

— Ну я думал… — растерянно начал Фрэнки, опасливо выглядывая из-за угла.

— Ничерта ты не думал! — перебила я. — В этом твоя главная проблема по жизни, в неумении голову по назначению использовать!

— А ваша — видимо в умении оказываться там, где быть вовсе не следует.

Ровный, чуть ироничный, очень такой преподавательский тон магистра заставил меня моментально остыть и даже позабыть о желании как-нибудь приложить в ответ придурка-кузена. Упрёк был, что ни говори, справедливым. Вообще-то ходить через полигон запрещалось категорически, даже когда он пустовал. Мало ли что тут могло остаться после занятий. Но где вы видели студентов, которым чужды лень, слабоумие и отвага?

— Правила техники безопасности, госпожа Веласко, — не меняя тона продолжил лекцию магистр Роадс, — это как религия. Верить или не верить — дело ваше, но обряды соблюдать необходимо. Норманд, проводи девушку, будь любезен.

Вот уж точно, бесплатных чудес не бывает. Только порадовалась, что не пришлось на остановке мёрзнуть, да ещё и доехала без пробок, и сразу неприятности посыпались как из рога изобилия. Мало того, что принесло же их сюда в такую рань, так ещё и компанию мне назначили просто ну самую удачную!

— А как же зачёт? — не слишком довольным голосом уточнил Джейми, тоже выходя из-за стены.

— Вернешься и посмотрим, — отрезал магистр.

— А…

— А будешь дальше испытывать моё терпение, ещё реферат напишешь.

— За что?! — на сей раз от души возмутился Норманд.

— За опоздание.

Джейми страдальчески поморщился. Я едва удержалась от смешка. Если что у моей сестрицы с этим типом и было общего, так хроническая неспособность вовремя являться куда бы то ни было. Лесли даже к воскресному семейному обеду в столовую спускалась в лучшем случае к первому блюду, а чаще ко второму. И переписала в рефераты уже, наверное, половину университетской библиотеки. За компанию с Нормандом, ага. Тоже, кстати, в духе дорогой сестрёнки — даже в библиотеке она умудрилась подцепить не нормального парня, а очередного придурка.

Нет, ну ладно. Положа руку на сердце, Джейми не был придурком в том смысле, какой я обычно вкладывала в это слово. И в универе совсем не оттягивался напоследок, перед тем, как уже всерьёз войти в семейное дело. В своих выходках он был куда умнее и изощрённее, и именно это пугало — то, что я даже близко не могла их просчитать и предсказать.

Дожидаться, чем закончится воспитательная беседа, я не стала, пошла своей дорогой дальше. Не хватало ещё самой опоздать, а если факультатив перенесли куда-нибудь в пятый корпус, шансы на это уже выглядели весьма реальными.

Джейми на удивление цепляться ко мне в этот раз не стал, просто шёл рядом, держась на шаг позади. Потому что честное слово, ну что мне могло угрожать? Не провалюсь же сквозь землю, да и мин тут нет, разве что собачьих подарков парочка найдётся.

Тем не менее, под ноги я смотрела весьма внимательно. Проваливаться здесь, конечно, некуда, а вот запнуться можно было очень даже запросто. Или поскользнуться на какой-нибудь луже замёрзшей. Не хотелось развлекать Норманда показательным выступлением коровы на льду. Не то чтобы жалко было или волновало его мнение обо мне, но… обойдётся.

— Потом в библиотеку пойдёшь? — неожиданно поинтересовался Джейми, когда мы почти уже дошли до забора.

— Нет, — мотнула головой я, и тут же сама на себя рассердилась.

Надо было сказать, что именно туда и пойду. Куда же мне, заучке, в самом деле на каникулах податься, как не в библиотеку? Вон сколько ещё гранита науки неизгрызенного. Но нет, как раз сегодня у нас с мамой был запланирован поход по магазинам. На один день с сестрёнкой ролями поменялась, разнообразия ради. Она будет дома корпеть над книгами, демонстрируя родителям, что может всё-таки заниматься чем-то полезным, а я примерять модные тряпки.

-6-

Коснуться калитки я не успела. От резкого рывка назад потеряла равновесие и упала, больно приложившись локтем о землю. И едва открыла рот, чтобы высказать этому психу всё, что о нём думаю хорошего, как в лицо мне прилетело совершенно ураганным порывом ветра, заставив задохнуться и закашляться. Брызнувшие из глаз слёзы помешали толком рассмотреть, что там мелькнуло впереди, но это точно было что-то очень мощное. Такое, что выставившего щит Джейми отшвырнуло на добрых метра три.

Кое-как протерев глаза, я попыталась встать и не смогла, ноги отказались слушаться. Вообще захотелось лечь, закрыть глаза и лежать так бесконечно. Даже холод больше не ощущался, единственным живым чувством осталась боль в ушибленной руке.

— Джейми? — позвала я и испугалась того, что сама едва расслышала свой шёпот. А ведь думала, громко скажу, но не получилось отчего-то.

Ноги так и отказывались нормально слушаться, с большим трудом я встала на колени и попыталась рассмотреть, как там Норманд. Не получилось, перед глазами всё плыло, будто я пару бутылок вина выпить успела, в уши вата набилась. Да ещё и подташнивало. Кажется, какой-то магией меня несмотря на щит приложить успело. Стоило бы поставить блок, хоть слабенький, но чёрт, я была пуста! Ни капли силы не осталось. Как вообще такое могло произойти?!

Слабость наваливалась мягко, как пуховое одеяло. Неожиданно стало тепло и хорошо, прошла боль в руке, исчезли все звуки. Нужно было сопротивляться, но я даже не представляла, чему и как. Глаза закрылись сами собой.

Едва открыв их снова, я в панике попыталась вскочить. И вот теперь мне это даже почти удалось. Почти. Рука соскользнула по мягкому, и я повалилась обратно на кровать. Да, точно, на кровать. Тряхнула головой, чтобы та хоть немного прояснилась.

— Проснулась? — поинтересовался незнакомый женский голос.

— Надеюсь, — хмыкнула я, не без труда принимая сидячее положение.

Угодила я во владения наших целителей, что довольно логично. И судя по висящим на стене часам, пролежала в отключке не так и долго. Если прямо сейчас уйду, ещё успею на вторую пару. Успею, ага. Чёрт, приложило как следует, видимо, раз такая чушь в голову лезет. Какие пары, кто меня туда сейчас отпустит?

— Полежи пока, отдохни, — посоветовала девушка, не переставая что-то писать в толстом журнале. — Мама твоя через час приедет.

Я немедленно ощутила острое желание всё-таки сбежать отсюда раньше, чем это произойдёт, и желательно не появляться дома следующие недели три. Кажется, бабушка Агнес недавно говорила, что соскучилась? Врала, конечно, но почему бы не поймать её разок на слове? В принципе, если прямо сейчас вызвать такси, успею ещё в аэропорт к дневному рейсу, нужно только придумать, как из палаты выбраться…

О моих похождениях, уж конечно, маму успели проинформировать, а значит, не миновать мне взбучки. Да, за те самые правила техники безопасности, на которые все постоянно плевали, но вот именно мне сегодня не повезло. И не мне одной, кстати.

Стыдно, между прочим. Легко отделалась, сижу тут себе и печалюсь, что от родителей по шее получу, а о том, кто спас мою дурную голову от неизвестной, но явно серьёзной опасности, и думать забыла.

— Как Норманд? — спросила я девушку, так и продолжавшую корпеть над журналом.

— Жив, — коротко ответила она.

— А точнее?

Такой ответ меня категорически не устраивал. В конце концов, мой дядюшка Малкольм формально тоже жив. А по факту лежит в коме уже третий год и едва ли из неё когда-нибудь выйдет.

— Пара ушибов и ссадин и магическое истощение, — с неопределённым смешком уточнила девушка. — Ещё отвратительные манеры, но с этим мы помочь не можем.

— Хорошо, — кивнула я, тайком переведя дыхание.

Неизвестно, что там такое произошло, но отчего-то мне упорно казалось, что Джейми вляпался именно из-за меня. Не хотелось бы, чтобы пострадал всерьёз. Но синяки и ссадины ерунда, переживёт. И Норманд переживёт, и моя совесть.

* * *

С совестью своей я управилась. С мамой управиться оказалось куда сложнее. Сначала она на радостях едва не задушила меня в объятиях, а потом чуть не пристукнула в воспитательных целях. Что удивительно, посадить в компанию к сестре под домашний арест не грозила, скорее пыталась воззвать к той самой, совсем недавно успокоенной совести.

— Сто раз там ходила, — буркнула я себе под нос, но мама услышала буквально с другого конца палаты, которую нервно мерила шагами.

— А на сто первый вот что случилось, — припечатала она в ответ. — И чтобы больше…

— Больше никогда, — заверила я со всей возможной убедительностью.

Конкретно в этот момент я говорила предельно искренне. После такого не хотелось не то, что соваться на полигон — даже близко к его ограде подходить. По крайней мере пока не найдут и как следует не накажут виновников безобразия. Чтобы не забывали больше придерживаться простого правила: шутить только безопасно для здоровья и жизни.

О том, чем ещё кроме сомнительной шуточки кого-то из боевиков, или, может, артефакторов, это могло быть, не хотелось даже думать. Да ведь и не могло оказаться ничем иным, правда же?

— Ладно, — кивнула мама. — Пойду гляну, что там обнаружилось.

-7-

* * *

К моменту нашего появления на месте не таких уж давних событий дискуссия там кипела, кажется, нешуточная. Участвовали в ней профессор Шетт, нервный, как оборотень накануне полнолуния, мрачный магистр Роадс, ещё более мрачный профессор Лирс и почему-то супруга этого самого профессора. И, что страннее всего, в главной роли выступала именно она, хотя, казалось бы, аспирантке в такой компании полагалось помалкивать, самое большее — кивать с умным видом.

— Да нет, говорю же! — решительно возражала Оливия, кажется, всем троим собеседникам сразу. — Это не то! Похоже, но не то. Как… как соль, сахар и песок. Всё это может быть мелким и белым, с виду еле отличается, а вот на вкус…

— Не демон, значит, — поморщился Шетт. — И не дух. Но похоже на то и другое сразу. А что там у нас есть между демоном и духом?

Вся троица дружно уставилась на профессора Лирса, мы с мамой к ним присоединились. Профессор помрачнел ещё больше, хотя это казалось уже невозможным, и как-то нервно поправил воротник рубашки. Потом потёр лоб, почесал нос…

— Что у нас есть между демоном и духом? — первой не выдержала паузы мама.

— Ничего, — наконец-то ответил профессор.

— Ничего?

— Э… — начал было некромант, но вовремя осёкся и исправился: — госпожа главный инспектор, вы ведь и сами прекрасно знаете, что ничего. Переходных форм между этими двумя видами сущностей не бывает.

— Но одна из них видимо не в курсе, что её не бывает, и недавно тут всё-таки побывала, — ехидно заметила супруга профессора.

— А если ты ошиблась?

— Муку и сухое молоко перепутать можешь только ты, — ещё более едко парировала девушка, пряча руки в рукава. — А я их прекрасно друг от друга отличаю. Как и духов от демонов.

— Ну подумаешь, ошибся один раз, — проворчал профессор.

— Один? — с самым невинным видом переспросила его благоверная.

— Ладно, — подвела черту под этим явно уже слишком личным разговором мама. — Что вы об этом знаете?

— Мы? — за всех сразу уточнил декан Шетт. — Ничего.

И лица у всех при этом стали сразу такими кристально честными, что и без привлечения менталиста можно было вердикт вынести: врут. Нагло, бессовестно и прямо в глаза.

— А если серьёзно? — сощурилась мама.

— А это допрос? — снова выступил за всю компанию декан.

— Нет, — как-то даже растерялась мама. — Какой допрос? При чём тут допрос, если нет никакого расследования? Я просто спрашиваю. Да я вообще думала…

— Что студенты пошутили, — договорил за неё некромант. — Мы с господином Шеттом тоже так сначала подумали, но нет. Да и когда бы они успели? Я сам сегодня за утро проходил здесь трижды, и знаете, что тут было в это время? Ничего.

— Ну, дурное дело нехитрое, — проворчал себе под нос Лирс. — Повесить да убежать.

— Повесить, простите, что, профессор? — сощурился Шетт. — То самое, следов чего мы не нашли? Мне нравится хорошо думать о своих студентах, но не настолько же.

— Ваш спор, кажется, только что вернулся в исходную точку, — задумчиво заметила Оливия, глядя на часы. — Но вы продолжайте, не стесняйтесь, а меня ждут лентяи с первого курса, и пойду-ка я, пожалуй, к ним. А то ведь не дождутся, сбегут.

— Да, конечно, — рассеянно согласился Шетт, глядя на злосчастную калитку так, будто она была его самым заклятым врагом.

— И чего вы все тут мне дружно недоговариваете? — поинтересовалась мама, едва Оливия скрылась за большим деревом у поворота к первому корпусу. — Что там такое всё-таки есть между духом и демоном? Что вообще за ерунда тут творится?

— Да ничего, — раздражённо отозвался некромант, глядя куда-то в сторону. — Всё правда так и есть — не существует переходной формы. Но вот что тут творится, это действительно вопрос. Очень большой вопрос.

— Точнее, форма-то, может, и существует, но… — начал было декан, но оборвал фразу на середине.

— Но что? — тут же вскинулась мама. — Мне вас в самом деле на допрос что ли обоих вызвать?

— С пристрастием? — хмыкнул некромант.

— Да хоть с пытками, если понадобится! — рявкнула госпожа главный инспектор, окончательно теряя терпение. — Без них, подозреваю, ничего толкового из вас не выбьешь!

— Так ты и с ними ничего из нас не выбьешь, — пожал плечами декан, отбрасывая великосветские манеры. — Мы ничего не знаем, это факт.

— Это ты на что намекаешь? — сощурилась мама.

— Тебе не намекают, — как-то устало вздохнул магистр Роадс. — Тебе говорят почти что прямым текстом — все ответы в закрытом хранилище.

— Какие к чертям ответы?! Есть эта ваша проклятая форма или нет её — это вы можете мне сказать нормально?!

Лично у меня от этого разговора мозги уже до того распухли, что, кажется, с минуты на минуту через уши полезть планировали. Что ж это такое на нас напало, если три взрослых серьёзных специалиста стоят тут и несут полную ахинею, лишь бы не озвучить версию, к которой все они явно склоняются?

— Есть, — буркнул Шетт. — Но это же не могла быть она, вот в чём дело.

-8-

— А что вообще мы знаем о тайэ? — как-то риторически поинтересовался некромант.

— Два раза по ни черта, — фыркнул Лирс.

— Но что-то вы пытались выяснить? — как-то очень осторожно уточнила мама.

— О, они ещё как пытались, — кивнул Шетт. — Перерыли всё, что было можно, многое из того, что нельзя, и даже меня в итоге втянули в это сомнительное мероприятие. Но особо так и не продвинулись. Так что да, о тайэ мы по-прежнему знаем два раза по ни черта.

— Но считаете, что это была она, вот здесь, сегодня? — нахмурилась мама.

— Тогда во всём этом начинает появляться смысл, — кивнул некромант.

— Какой ещё смысл? Какой к чертям смысл может быть в том, что мою дочь преследует непонятная мёртвая тварь?!

— Может, и не её, — пожал плечами декан.

— Тем более! — рыкнула мама. — Что за дичь вы тут мне пытаетесь подсунуть?! Духи, демоны, чертовщина какая-то! Вы, взрослые люди и квалифицированные специалисты, в конце концов, не можете просто определить, что тут произошло?!

— Не можем, — невозмутимо кивнул декан. — Просто — не можем. Потому что если просто, то можно сказать, что тут проявилась аномалия неизвестной природы. Такой ответ тебя устроит?

— Нет, — мотнула головой мама, скрещивая руки на груди. — Вы ведь сами только что говорили, что вам её природа как раз известна.

— Это только предположение, — развёл руками некромант.

— Так проверьте его!

— Для этого нужно попасть в закрытое хранилище, — невозмутимо сообщил профессор Лирс. — Давай, Элинор, у тебя же есть связи. Ты можешь это устроить.

— Вы с ума сошли, — мрачно констатировала мама. — Как вы себе это представляете?

— Это ты должна себе это как-нибудь представлять, — чуть ехидно парировал некромант. — Мы знаем, что нужно искать, и сообщили тебе, где. Остальное твоя часть дела. Придумай, как туда попасть.

— Это невозможно.

Честное слово, я редко видела маму растерянной, крайне редко. Должность обязывала если не быть всегда в себе уверенной, то по крайней мере таковой выглядеть. Но за этот недолгий, в общем-то, разговор, она явно терялась уже второй раз. Неудивительно, к слову, не каждый день к ней обращаются с подобными просьбами, даже не каждый год. Да и была ли это просьба?

— Смотри сама, — махнул рукой Шетт. — А я пошёл, холодно.

* * *

В понедельник погода наконец-то решила окончательно настроиться на зиму: повалил снег. Выглянув в окно, я с трудом удержалась от искушения как следует выругаться. Стоило с вечера проверить прогноз погоды и поставить будильник на час раньше.

Не то чтобы я опаздывала, но не хотелось, чтобы к моему приезду кто-то успел уже окопаться в лаборатории. Как раз сегодня я планировала выстроить схему для диплома целиком и провести её первые тесты. Конечно, времени до защиты было полно, но пролетит оно незаметно, не стоило откладывать работу в долгий ящик. Может, ещё пересчитывать и переделывать всё придётся.

Наспех ополоснув лицо и натянув первое чистое, что попалось на глаза, я выскочила на крыльцо и призадумалась. Пойти на автобус означало неплохой шанс промёрзнуть до костей и ничего не дождаться. Вызвать такси — так наверняка встанешь в бесконечную пробку на мосту. Но хоть стоять будешь в тепле. Всё-таки ругнувшись, я вернулась в прихожую и вытащила телефон.

Реальность поспешила оправдать самые мрачные ожидания: такси подъехало только через полчаса вместо обещанных двадцати минут, и в пробке мы застряли даже раньше, чем до моста добрались. В университет в итоге приехала на целых полтора часа позже, чем планировала, и лаборатория, разумеется, оказалась уже занята парочкой очкариков-аспирантов, развесивших по всему стенду нечто непонятное, но с явной претензией на грандиозность. На мой вежливый вопрос, когда они планируют закончить, парни пробурчали что-то про обед.

Мысленно досчитав до десяти, я кое-как успокоилась. В обед так в обед, пока можно пойти в библиотеку, поработать над теорией. Не самый плохой расклад, спокойно посидеть за книгами тоже не помешает. И хотя бы скучающая Лесли не будет тут зудеть над ухом про то, что негодяй Джейми всё не звонит.

Негодяй Джейми, к слову, оказался лёгок на помине, я увидела его, едва войдя в библиотеку. Парень явно даже не догадывался, что моя сестрица очень ждёт его звонка, увлечённо копался в каком-то солидном фолианте, судя по количеству пыли до сего дня мирно пролежавшем на полке невостребованным лет двадцать, не меньше.

Я на пару мгновений застыла у входа, раздумывая, стоит ли подойти, поздороваться и поинтересоваться самочувствием. Всё-таки парень прикрыл меня от той пакости, поступить так было бы вежливо и вообще, пожалуй, правильно.

— Привет, Аллин, — покончил с моими колебаниями Джейми.

Даже головы не повернул. Негодяй он, в чём-то Лесли всё же права. Хоть я и знала прекрасно, что появление моё поблизости для него не тайна, и он знал, что я это знаю, нужно же соблюдать элементарные правила приличия! В смысле, обернуться, увидеть и уж потом только здороваться.

Не демонстрировать своих способностей без необходимости давно стало своеобразным кодексом магов. Не выделяться из толпы, не привлекать внимания, быть такими же, как все, хотя бы внешне. Наши предки здорово поплатились за своё желание отличаться, мы, потомки, извлекли из этого урок. Вот только некоторые явно выучили его из рук вон плохо.

-9-

Собственно, предок Джейми был выродком, так это тогда называлось. То есть, родился без магических способностей. Или, может, со слабыми, за давностью лет уже не выяснить. От семейства своего благоразумно сбежал, не дожидаясь, когда его принесут в жертву или, того хуже, пустят на какие-нибудь опыты. Поселился неподалёку от столицы, пользуясь клановой враждой с теми самыми Оллиасами — в их владения родственнички за ним сунуться бы не рискнули, ну и построил ту самую сыроварню.

Так что в общем да, если подумать как следует, это ещё спорный вопрос, у кого из нас наследственность хуже, и в чьём семейном шкафу могли зашевелиться вдруг давно позабытые скелеты.

Набрав книг и развернув тетрадь, я погрузилась в работу. Трижды уже эту часть переписывала, но совершенства не добилась, всё время казалось, что можно изложить как-то детальнее и понятнее, но в то же время покороче. Или наоборот, примерами историческими дополнить, чтобы поживее вышло…

— Хватит мучиться, — услышала я совсем рядом и даже вздрогнула от неожиданности. — Всё равно идеал недостижим. Пойдём кофе выпьем.

— Чего?

Обернувшись, я смерила Джейми ошарашенным взглядом. Мелькнула мысль встать и лоб его потрогать. Заболел же парень, не иначе. Других причин подходить ко мне с подобным предложением быть не могло.

— Кофе. Ну хочешь, чай или какао. Или лимонад. Что ты предпочитаешь?

— Предпочитаю спокойно позаниматься, — буркнула я, отворачиваясь и снова утыкаясь в исчёрканные страницы.

— Аллин, — продолжил Джейми, обойдя стол и задом наперёд усевшись на стул напротив, — поговорить нужно. Твоя мать выяснила что-нибудь?

— Вот с этого начинать надо было, — проворчала я. — А то кофе, чай, какао. Подумала уже, что тебе по дороге в универ кирпич упал на голову и мозги набекрень поставил.

— А что, за кофе поговорить нельзя? — даже как-то обиженно поинтересовался Норманд.

— Можно, — пожала плечами я. — Но можно и без него. Зачем ходить куда-то? Тем более, рассказывать-то нечего, в общем. Ничего не выяснили, ни мама, ни другие.

— Но версия же есть какая-то?

— Какая-то есть, — согласилась я, а потом неожиданно сама для себя спросила: — Что ты знаешь о тайэ?

— О тайэ? — странным тоном переспросил Джейми.

— Да, — кивнула я.

Норманд чуть поморщился, отводя взгляд. Вот ему это слово явно говорило о чём-то. И явно не о приятном. Даже напугало, пожалуй. Тут, правда, не поручилась бы, в руках себя держать парень умел, но нечто такое в выражении его лица промелькнуло.

— Джейми, — позвала я, — что ты об этом знаешь?

— Вот это уж точно не разговор для библиотеки, — мотнул он головой, словно просыпаясь.

— Ты что, записался в параноики? — хмыкнула я. — Не льсти себе, больно кому-то надо нас тут подслушивать.

— Если у тебя нет паранойи, это не значит, что за тобой не наблюдают.

— Да, — вздохнула я. — Тяжёлый случай. Чего ты там говорил про кофе-какао?

* * *

— Если честно, — заявил Джейми, когда мы уселись за уединённый столик в дальнем углу небольшой кофейни, — больше чем уверен, что в библиотеке есть какие надо артефакты, и за разговорами следят. Чтобы студенты, да и преподаватели тоже, чего там, не совали нос куда не следует. Проще так, чем разгребать последствия, когда в результате какого-нибудь очень смелого эксперимента половину универа разнесёт.

Я хотела было усмехнуться, но вспомнила несколько последних случаев, хоть того же беглого зомби, и как-то перехотела. А потом на память пришла попытка двух молодых да ранних артефакторов создать вечный светильник. Триста лет назад дело было, четверть Форина тогда сгорела. Да уж, за этими исследователями, юными и не очень, нужны глаза да глазки. И уши, само собой, тоже пригодятся.

— Так что ты знаешь о тайэ?

— Не очень много, — вздохнул Джейми. — На самом деле практически ничего. Эта тема настолько запретная, что просто невозможно что-нибудь выяснить.

— Это я поняла уже. Но ведь откуда-то ты о них услышал?

— Прочитал.

— Ого! — невольно восхитилась я, припомнив, куда за такими сведениями послали маму. — Это где же?

— Долгая история.

— А я не тороплюсь.

Я глянула на часы. Времени ещё и двенадцати не было, вряд ли очкарики освободят стенд раньше двух, а то и трёх. Торопиться в самом деле некуда, не дверь же там два часа подпирать. А для корпения над теорией я была сейчас слишком заинтригована.

— Лет семнадцать назад, — начал Джейми после небольшой паузы, пока официантка выставляла на стол наш заказ, — у родителей пропал работник. Не из местных, приезжий, сезонный. Утром не вышел на смену. Вещи его лежали в доме, где работники жили, а сам парень будто сквозь землю провалился. И никто его, как выяснилось, с самого вечера не видел.

— Нашли? — спросила я.

— Ну как нашли, — хмыкнул Норманд. — Объявился, красавец, к вечеру. Оказалось, заночевал у дамы сердца в соседней деревне, конечно проспал с утра на работу, а там уж решил не спешить. И вечером в тот день мы с братом и приятелем всё-таки пошли на рыбалку. А с нами дед приятеля, присмотреть. Потому что вроде никого и не похищали, маньяков по округе не шастает, но до конца родители не успокоились всё-таки. О чём, как ты думаешь, могут говорить ночью у костра мальчишки и старик?

-10-

— Подозревал, — согласился Джейми. — Кабинет тот над старой сыроварней, куда туристов водят показывать, как сыр варили пару веков назад. Заперт он был сколько я себя помнил. Лазать туда нам не разрешали. Нечего, говорили, старые бумаги ворошить.

— Но в конце концов вы туда влезли?

— Конечно. Чего другого ты ждала от любопытных мальчишек? Сама, можно подумать, не полезла бы.

— Непременно бы полезла, — хихикнула я. — Нашли что-то интересное?

— Старые бумаги, — странно усмехнулся Джейми. — Такие пыльные, что можно было не сомневаться — отец мой, а может, и дед тоже, отродясь в них не заглядывали. В основном всякие счета и прочая бухгалтерия за давние-давние годы, но в ящике рабочего стола кое-что интересное нашлось. Ты ведь знаешь, наверное, что предок мой был из клана Голлагеров?

— Знаю, — не стала отпираться я.

— Так вот. Он не был невинной овечкой, сбежавшей с заклания, как рассказывал Оллиасам, уговаривая позволить остаться в их владениях. О незаконных делах своей семейки был прекрасно осведомлён, помогал с ними, пользуясь тем, что за выродком особо не присматривали. Заключал соглашения, брал плату с заказчиков и всё это — сколько, от кого и за что — записывал в книжечку. Которую в тайнике стола и хранил, не иначе на случай если его попытаются как-нибудь вернуть. Чтобы пригрозить сдать всех с потрохами, если не отстанут.

— Умный ход, — оценила я, пробуя ромовый бисквит.

— Умный, да. К тому моменту, как мы с братом книжечку нашли, содержание её представляло ценность разве что историческую, поскольку все заказчики и исполнители преступлений покинули этот мир, а сроки давности вышли. Отравления, проклятия, допросы покойников — дела нехорошие, но обычные. И всё-таки в самом конце, видимо как раз незадолго до побега, предок сделал интересную запись. Некто Теодор Клетус заказал похищение из тюрьмы магистрата тайэ Азалины. И плата за работу… так скажем, поражала воображение.

— И что в этом такого? — озадачилась я. — Вытащить заключённого из магической тюрьмы та ещё задачка.

А если решишь её неправильно, получишь в награду пеньковый галстук без права на помилование. Этот закон, кстати, действует по сей день. И случаи, когда из такой тюрьмы кто-то бежал, за последние веков пять-шесть буквально по пальцам пересчитать можно. Неудивительно, что плата была предложена более чем солидная.

— Да, — кивнул Джейми, — Тут согласен. Но, видишь ли, Клетус платил не деньгами. За успех дела он обещал сделку. Какую — в записях не уточнялось. Но думаю, посули он, скажем, помочь недорого купить хорошую землю, это было бы записано. Только кто в здравом уме пойдёт на такой риск за подобную мелочь? А ещё я искал сведения о том, кем был этот самый Теодор Клетус, и знаешь, что? Ничего не нашёл. Не было такого человека.

— Вымышленное имя? — предположила я. — Старался скрыть своё участие.

— Мой дорогой предок делал записи как страховку, — покачал головой Норманд. — Зачем в таком случае записывать вымышленное имя? Да и не стал бы никто даже обсуждать подобное дело с неизвестным, за одно это на виселицу пойти можно.

— Может, уважаемые люди его рекомендовали, — пожала плечами я. — Он был просто посредником.

— Ты ведь знаешь, магистрат готов на многое закрывать глаза, — как-то грустно заметил Джейми, — но только не на покушения на свой авторитет. И те, кто на такое всё же решается, должны быть полностью уверены во всех участниках дела. То есть, никто не согласится, если вторая сторона прикрывается посредником, мало ли какие враги решили подставить.

Поразмыслив немного, я кивнула. Посредники в криминальных делах явление обычное, но да, пожалуй, не в таких. Когда в случае провала не отвертишься и не откупишься, нужно быть по крайней мере уверенным, что провал не спланирован заранее.

— Короче, я оказался в тупике, — вздохнул Джейми. — И фактически находился в нём до этой осени. Пока не наткнулся на вот эту книгу.

Из сумки он вытащил тот самый фолиант, с которым я его увидела в библиотеке. Пролистал примерно треть, развернул, положил передо мной, аккуратно отодвинув тарелку с остатками десерта, и ткнул пальцем в середину страницы, в какой-то рисунок.

Я пригляделась. На картинке была изображена дощечка с цепочкой рун. Рунескрипт, ничего, в общем, исключительного, много я их видала. У каждого первого сильного мага такие по карманам лежат. А ещё есть браслет, кольцо и пара-тройка татуировок с подобными штуками самого разного назначения. Но вот подпись под рисунком… да, её-то уже можно было назвать примечательной.

— Капкан Клетуса, — прочла я почти шёпотом. — А что он делает?

Вообще-то рунопись я и сама умела читать. Ну, как умела… Со словарём могла разбирать не особенно сложные тексты. Сейчас словаря под рукой не было, да и несложной книгу было явно не назвать. Проще спросить.

— Это часть ритуала привязки тойола, мелкого демона. С его помощью создаётся артефакт для поимки мстительного духа. Вообще-то использование такого артефакта крайняя мера, если не удалось найти никаких останков и никаких вещей злобного покойничка.

— Клетус был некромантом? — поинтересовалась я озадаченно.

— Вряд ли, — покачал головой Джейми. — Метод относительно новый, ему лет восемьдесят от силы. Я про использование тойола против духа. И разработал его совершенно другой человек, как раз автор этой книги. Он очень подробно рассказывает обо всём, что взял за основу — кем и когда оно было создано. Обо всём, кроме вот этого рунескрипта.

-11-

Джейми закрыл книгу, неторопливо убрал её в сумку, глотнул кофе и принялся за свой десерт. Кажется, мне предлагалось самой подумать, каких именно. К сожалению, в данном вопросе я была совершенно несведущей. Разве что…

— А почему демонолог сам не попытался её вытащить? — выпалила я.

Некроманты, конечно, лучшие мастера по части краж со взломами. Но только потому, что демонологов больше нет. Читала я, да простит меня мама за визиты в закрытый зал по её пропуску, что для этих типов дверей и замков вообще не было. Останавливали только защитные печати, этого добра до сих пор во всех местах понатыкано. Но выжечь печать не так уж трудно, с этим любой боевик с четвёртого курса справится. Не проще ли было нанять такого, за недорого? Как-то не верится, что не нашлось бы желающих в тогдашнем Таргассе. Город был нищей дырой, забитой магами со всего юга, главным гнездом всяческих наёмников.

— Точно, — кивнул Джейми. — Почему? Испугался виселицы? Да ну! Скорее понимал — магистрат знает, что он попытается, и принял соответствующие меры. И вот это как раз второй вопрос: почему магистрат был так уверен, что тайэ Азалину попытается вытащить именно демонолог?

— А что тут такого? — несколько удивилась я. — У заключённых как правило есть друзья, которые не отказались бы их освободить.

— Ничего, — хмыкнул Норманд. — Ничего такого, учитывая, что демонологи рисковали головами ради своих в последний раз никогда. Зато всегда были готовы сами от них избавиться, хоть даже и сдать тому же магистрату.

— А ты очень много о них знаешь, — не удержалась я. — Откуда сведения?

Определённо, мы оба слишком любили совать носы туда, куда вовсе не следовало. Хотя как сказать, конечно. Страх неплохо продаётся, потому массовая культура любит ужастики. Одних только фильмов про демонов и их хозяев в год выходит по паре штук, а книг пишется и того больше. Преимущественно всё это дикая чушь и выдумки, но бывают и основанные на реальных событиях. И даже такие, где авторы потрудились покопаться в истории чуть дальше школьных учебников. Словом, кое-что о демонологах знает практически каждый. Вопрос лишь в том, насколько это правда. И у меня на него ответа уж точно не было.

История магии о демонологах не рассказывала ровно ничего хорошего. Прямо говоря, людей-то резали все, чего уж греха таить, но только демонология построена на жертвоприношениях от и до. Демоны ничего не делают просто так, а плату берут исключительно жизнями. И среди тех, кто с ними связался, едва ли встречались люди добрые и прекрасные.

Чем закончилась их официальная история я тоже знала. Не из учебников, скорее из семейных преданий. В них, как я стойко подозревала, хватало вранья, уж слишком весь в белом выступал мой достопочтенный предок Этьен Веласко. Но кое-что можно было принять за факт: Круги демонологов враждовали между собой столь серьёзно, что в итоге дружно сдали коллег врагам, лишь бы от них избавиться. И даже когда их, выживших, осталось всего около десятка, не подумали объединиться. Да, они явно друг друга не любили. Я это знала, потому что какая ни есть, а всё же Веласко. Но вот откуда Норманд это взял?

— Читал книги и много думал, — пожал плечами Джейми. — После Эснарской бойни упоминаются только одиночки. Они вроде бы мстили общему врагу, так почему бы не объединиться, не помочь друг другу? Но нет, не было такого. И вдруг столько усилий ради спасения какой-то девицы.

— Большая любовь? — пожала плечами я.

Можно было, конечно, порассуждать о том, что способный на любовь не станет резать людей десятками ради продолжения своей жизни, но зачем, если это не так? Любовь может принимать очень разные, очень извращённые формы. Одна только безумная парочка Локлер чего стоила. Убили на двоих больше семидесяти человек. В финале она собой закрыла его от полицейской пули, а он застрелился, поняв, что она мертва. Любили они друг друга? Ну, пожалуй.

— Да кто его знает. Может и так. А может, она была почему-то очень важна, эта Азалина. Тайэ Азалина.

— Думаешь, тайэ это что-то связанное с демонологией? — нахмурилась я.

Сразу вспомнился спор у калитки. Тайэ не люди, как минимум не совсем. Но выглядят как люди. Выглядели, видимо, при жизни. А мёртвая тайэ это переходная форма между духом и демоном, вот тебе и связь с демонологией. А ещё все говорили о них исключительно в женском роде, словно были точно уверены, что иначе и быть не может. В принципе, пока всё сходилось.

— Что-то или кто-то, не знаю.

— А из тюрьмы-то её вытащили? — спохватилась я.

Джейми с невесёлым смешком развёл руками:

— Не знаю. Архивы того времени в принципе рассекречены, но никаких упоминаний мы в них не нашли. Вообще. Откровенно говоря, за то столетие в них не значится вообще ни одной женщины-заключённой. Они подчищены, это наверняка. И это тупик. Разве что добраться до оригиналов.

— Шутишь?

— Ну почему? Может, я и заслужу туда допуск.

— Лет через тридцать, — не удержалась я от искушения съязвить.

— Лучше поздно, чем никогда, — философски парировал Джейми. — А теперь скажи мне, почему ты спросила о тайэ?

Я чуть не рассмеялась. Над собой. Что ни говори, а капкан был расставлен и захлопнут очень ловко. После того, как мне тут выложили целую семейную историю и результаты её долгого вдумчивого расследования, отмолчаться в ответ будет по меньшей мере невежливо.

-12-

— Не знаю, их я не встречал.

Не то, чтобы была готова поставить на это миллион, но показалось, что он сейчас соврал. И до этого много о чём умолчал. Неспроста же прицепился ко всей этой истории с покойниками в канализации. Ничего в ней нет особенно исключительного, если знаешь только то, что в прессу просочилось. Не впервые в таких местах находят мертвецов, причин десятки: несчастные случаи, бандитские разборки, очередной маньяк, а порой и уставшие ждать наследники, обставившие дело под бандитов или маньяка. Страшную магическую тайну стоит искать в самую последнюю очередь. Но он её почему-то заподозрил.

— Ты мне врёшь, Норманд, — заявила я, решив не ходить больше вокруг да около.

— О чём? — сделал невинное лицо Джейми. — О демонах? Нет, это правда.

— О другом. Почему тебя так занимает эта история с покойниками в канализации?

— А тебе она странной не кажется?

— Мне — кажется, — фыркнула я. — Но я о ней кое-что странное знала почти с самого начала. А вот с чего вдруг заинтересовался ты? В официальных сообщениях ничего интригующего не было, насколько помню. Её даже психи-конспирологи стороной обошли.

Джейми ненадолго отвернулся, пытаясь изобразить крайнюю заинтересованность блондинистой девицей, одиноко сидевшей у стены и совершенно беззастенчиво на него пялившейся. Судя по дешёвому, но претенциозному наряду, очередной охотницей на обеспеченных мальчиков.

— Ну? — поторопила я.

— Помнишь, я говорил о пропавших работниках? — спросил он. — Так вот, их в самом деле не искали. Не было расследования, ничего такого. Но мой брат историк, у него есть кое-какой доступ к архивам. И знаешь, что? Через несколько недель в подвале пустующего дома на окраине Форина нашли девять трупов. Их не опознали — состояние тел было уже не очень, да и вообще с этим тогда особенно не заморачивались. Следов насилия не нашли, записали как бродяг, закопали и забыли. Но описание примет в деле осталось, это уже делать было принято. У одного из покойников была большая родинка на левой щеке. Эту же примету своего несостоявшегося жениха упомянула девица. Ничего не напоминает?

— Напоминает, — признала я. — Но тут может быть и простое объяснение. Люди ушли искать работу дальше, добрались до столицы, поселились в заброшенном доме, чтобы сэкономить. А потом мало ли что могло случиться. Может, надышались чего-то в подвале. Или чем-то отравились. Если жили вместе, то и ели наверняка тоже.

— Ага, — согласился Джейми. — Но всё же, согласись, сходство занятное. Да и потом признай: все эти простые объяснения притянуты за уши. Девять — слишком много. Такой толпой не лезут проверять запах или шум. Спустились бы один или двое, потом ещё столько же следом, если бы не вернулись первые. А если бы не вернулись и вторые, остальные уж наверняка сбежали бы. Не верю я в такой массовый героизм, тем более на идиотизм оно как-то больше смахивает. Да и при отравлении люди скорее на улицу попытались бы выбраться, позвать на помощь. Ели, может, и вместе, но кто-то всегда ест меньше.

— Ладно, — признала я. — Возможно, ты и прав.

— Согласен, что это лишь догадки. Но стоит их проверить, разве нет?

— Их проверят большие дяди и тёти, — буркнула я. — Без нас.

— Может быть.

— Хорошо, — сдалась я. — Расскажу, если что-то узнаю. А сейчас мне пора.

На самом деле, конечно, было ещё рано, но лучше уж посидеть над душой у ребят, чтобы поскорее свернулись. Или ещё один день пропущу, а потом уже начнутся семейные собрания, гости и всё остальное — вообще не займусь. И если где-то всё же ошиблась, придётся очень быстро пересчитывать и править. Спешку и панику я терпеть не могла.

— Ладно, идём, — не стал возражать Джейми, махнув официанту.

* * *

Пока мы сидели в кофейне, снегопад наконец-то поутих, зато стало холоднее. Поёжившись, я прибавила шагу. Пальто, конечно, красивое, но сейчас предпочла бы родной тёплый пуховик. В нём и удобнее, и уютнее. А как я при этом выгляжу, вопрос десятый. Если кто-то не впечатлится, да даже если никто не впечатлится, не расстроюсь. Поиск поклонников не значится в моих планах на обозримые лет десять, хватит.

— Домой? — поинтересовался Джейми. — Подвезти?

— Нет, в универ, — мотнула головой я, не удержалась и добавила: — Но если тебе не терпится у нас в гостях побывать, то это всегда пожалуйста, Лесли заждалась.

— Вот как? — странно усмехнулся Норманд. — Ладно, всё равно провожу. Мало ли, да и книгу нужно в библиотеку вернуть.

Я хотела огрызнуться, что не маленькая, на дворе белый день, да и идти всего ничего, но вспомнила полигон и промолчала. Неизвестно, что там произошло. Не факт, что была бы я сейчас жива и здорова, не окажись рядом Джейми.

Почему-то мне вспомнилось наше знакомство. Это было давно… очень давно, словом. И как раз перед новым годом. Мне было восемь лет, да, точно, потому что Реджи именно тогда перешёл в гимназию Керста. Там они с Нормандом и познакомились, и уж конечно, братец не преминул пригласить нового друга к нам на праздники. Отмечали мы в загородном доме, во дворе была огромная ёлка, горки. Снега выпало много, мальчишки целую крепость построили, в снежки играть.

Как самой маленькой, мне пришлось развлекать пятилетних двойняшек тёти Розмари, а это было очень скучно, никогда не любила играть в куклы. Да девочки и без меня не скучали, даже не заметили, как я потихоньку ускользнула во двор. Слепила снежок, побежала к остальным и так получила по затылку, что искры из глаз посыпались.

-13-

— О чём задумалась?

— О дипломе, — не моргнув глазом, соврала я.

— Отмёрзни, нельзя всё время думать только об учёбе.

— Можно, — фыркнула я. — И сейчас даже нужно.

Вторая половина ответа предназначалась больше мне самой, потому что мысли двинулись явно не туда, куда им бы следовало. Вспомнила тоже романтический момент из сопливого детства. Да, Норманд умеет иной раз быть очень даже обаятельным, что с того?

Что-то толкнуло меня в плечо. Не сильно, но так, ощутимо. Схватившись за это место, я обнаружила снег и резко обернулась. Джейми, засранец, с наглой улыбочкой лепил следующий снежок.

— Ах ты… — даже задохнулась я от возмущения.

— Улыбнись, зима пришла.

— Я тебе сейчас такую зиму устрою! — пообещала я, сгребая снег с удачно подвернувшейся рядом скамейки.

От следующего снежка я увернулась, правда в ответ тоже промазала, не угадала направление. Пригнулась, пропуская над головой новый подарочек и быстро вернула любезность. Попала. В плечо, правда, а целилась-то в лоб.

— Так, значит? — усмехнулся Джейми, стряхивая с куртки остатки снега. — Смотри, поймаю и макну в сугроб.

— Нету пока сугробов, — язвительно напомнила я, показав ему язык. — И ещё попробуй поймай.

От нового снежка меня прикрыл толстый ствол тополя. Развернувшись, я побежала к такому уже близкому крыльцу, петляя и прячась за деревьями. Очень хороший был план, одного только не учла — скользкую плитку. Выскочила на дорожку для последнего рывка и поскользнулась.

Упасть не успела, хотя кончиками пальцев по земле мазнула. Распахнула глаза — и когда только успела зажмуриться — и увидела лицо Джейми. Серьёзное, испуганное какое-то. А совсем рядом гулко стучало, всё быстрее и быстрее, его сердце. Обгоняя моё.

— Поймал, — выдохнул он тихо.

— Спасибо! — выпалила я, чувствуя, как пылают щёки, и не только от бега, высвободилась и не оглядываясь побежала к крыльцу.

* * *

Всё вроде хорошо прошло, и расчёты мои оказались верными, и работало оно как предполагалось, а места я себе всё равно не находила. Попыталась читать, но ничего не вышло. Так и сидела до ужина на подоконнике, глядя на заснеженный сад. Ни о чём даже не думала толком, что странно. Слышала, что вернулся отец, но поздороваться не пошла.

Отсидеться в комнате до победного мне не дали, разумеется. Раз уж дома собралась вся семья, предполагался и семейный ужин, в столовой, со всеми церемониями. Об этом любезно напомнила экономка деликатным стуком в дверь. Пришлось вставать и приводить себя в порядок.

Когда я спустилась, атмосфера за столом висела непривычная. Полная тишина, никаких обычных разговоров, споров и шуточек. Мама натянуто улыбалась, то и дело понемногу отпивая воды, Реджи сидел молча, опустив взгляд в пустую пока тарелку. Лесли, на удивление не опоздавшая, изучала свой маникюр. И только отец выглядел спокойным, разве что немного озадаченным странным поведением остальных.

— Раз все в сборе, — начал он, когда я заняла своё место, — можно подавать, спасибо, Тесса. Надеюсь, никто не забыл, что завтра мы ужинаем у Холлисов?

Кивком поблагодарив экономку, поставившую передо мной закуску, я быстро отправила в рот ломтик ветчины, чтобы избежать искушения горестно застонать. Каждый год мы обязаны дважды посещать это самое скучное и чопорное семейство Форина и столько же раз принимать их у себя. Ничего не поделаешь, важные деловые партнеры.

— Надо бы сделать Тобиасу и Люсиль какой-то подарок, — всё с той же натянутой улыбкой предложила мама. — Двадцать пятая годовщина свадьбы как-никак была недавно.

— Да, пожалуй, — кивнул отец. — Хотя они нас на неё и не пригласили.

Мама отчётливо хмыкнула. Все прекрасно знали, что именно Люсиль, тогда ещё Рубин, в своё время сватали отцу, но Элинор Брентон успела первой. Увела завидного жениха прямо из-под носа. Честно сказать, я как раз ожидала, что именно нас пригласят непременно, продемонстрировать лишний раз своё неимоверное семейное счастье. Но нет.

— Да, про вечер у леди Летиции все помнят? В этом году будет карнавал.

— Костюмы уже месяц как заказаны, Ал, — кивнула мама. — В четверг примерка. Ты об этом, надеюсь, не забыл?

— Нет конечно, — ответил папа так быстро и уверенно, что сразу стало ясно — забыл.

— У Мейза, — любезно напомнила мама не без некоторого ехидства. — Я вызову тебе машину в офис.

— Спасибо, Эли. К Гранвиллам в этом году идём?

— Если это не обязательно, не стоит, пожалуй. Мы у них месяц назад были на юбилее. Мне хватило.

Реджи молча кивнул, я спешно последовала его примеру. Хватило всем, особенно как раз братцу, неосторожно попробовавшему креветок. Я у этих скупердяев старалась вообще ничего кроме воды в рот не брать, а он в последний раз не удержался, за что и поплатился. Долгим свиданием с белым другом.

— А Марино в этом году разве ничего не устраивают? — подала голос Лесли.

— Марино уехали на побережье всем семейством, — ответила мама. — У них прибавление на носу, не до нас, грешных. Их даже у Лирсов не будет, насколько слышала. Ну, может старший появится один, дела обсудить. Но это не точно.

-14-

— Нет, нет, — быстро мотнула головой мама, принимаясь за мясо. — Не сейчас, потом поговорим. Сейчас ешь, а то знаю твои поездки. Там ты хорошо если кофе пьёшь иногда.

— Да, кстати, для тебя тоже кое-что, Лин, — спохватился отец, берясь за нож и вилку. — У Холлисов будут Дафферы, присмотрись к Томасу. Хороший парень.

— Это совет или распоряжение? — не удержалась я.

Всегда знала, что этот момент настанет. Момент, когда мне укажут подходящего с точки зрения семьи кандидата в мужья. За волосы к алтарю не потащат, конечно, времена не те, но будут настойчивыми. Не настолько, чтобы совсем нельзя было отбиться, но весьма и весьма. Видит бог, я готовилась. И всё равно оказалась не готова.

— Совет, конечно, — махнул рукой папа. — Просто познакомься, вдруг понравится.

— Ладно, — согласилась я.

Познакомлюсь, не убудет с меня. Вдруг парень и в самом деле окажется хорошим, понравится. И я ему тоже. Чем чёрт не шутит, в конце концов? А если нет, заставить меня не смогут, пусть лучше даже и не пытаются.

— Вот как о тебе все заботятся, цени, — неожиданно зло прошипела Лесли.

Я на это только поморщилась. Ясно, опять не позвонил. И вот кто он после этого? Джейми Норманд в своём репертуаре. Играет с ней, играет со мной, и обе мы в итоге дуры. Лучше всего плюнуть и из головы выбросить, но Лесли к этому явно пока не готова. Чего там, у меня-то не выходит…

Кое-как дотерпев до конца ужина и почти не притронувшись к десерту, я сбежала к себе. Хотела спать лечь, раз уж голова не работает, но куда там. Пришла мама, начала расспрашивать о дипломе. Но не об этом она хотела поговорить. В другой день я сделала бы вид, что ничего не понимаю, и начала рассказывать про свои теории и расчёты, но сегодня не выдержала.

— Что случилось? — спросила я прямо.

— Это я у тебя хотела спросить, — вздохнула мама. — Что у вас с Лесли произошло? Никогда же вы не ссорились раньше.

Никогда — преувеличение, конечно. Как все нормальные сёстры, мы периодически выясняли отношения, ругались, дулись друг на друга и всё такое. В детстве чаще, потом реже, больше по мелочам. Но так, как сейчас, Лесли себя ещё не вела. Уж точно не выносила наши разборки на обозрение всей семьи.

— Парня ревнует, — пожала плечами я.

— Ты у неё парня увела? — не поверила мама.

Я даже немного обиделась. Понятно, что Лесли красивее. Понятно, что опытнее, смелее и умеет себя подать. Всем известно, что у неё толпы поклонников лет с двенадцати, а в моём послужном списке только пара неудачных свиданий и одноклассник, пригласивший меня на выпускной по дружбе, чтобы одним не идти. Нравилась-то ему другая девчонка из параллельного класса. Но, тем не менее, я не пугало же огородное, нормальная девушка. Что, никому и понравиться не могу?

— И не думала, — фыркнула я. — Просто поболтали с ним, об учёбе, между прочим, а она слона из мухи раздула и сочинила себе чёрт знает что.

— Говорила ты ей об этом?

— А толку?

— Лин, — ответила мама, садясь рядом на кровать и обнимая меня за плечи. — Я не считаю, что ты никому не можешь понравиться. Тебе вообще в некотором роде больше повезло, за яркой красотой личность замечают редко. И тем более не считаю, что ты стала бы специально отбивать парня у сестры, вот я о чём. Но если ему нравишься ты, твой отказ Лесли ведь не поможет.

— Да плевать ему и на неё, и на меня! — выпалила я. — Он просто развлекается, а она тут выдумала себе страдания!

— Точно?

Я сникла. Ну откуда мне знать, что там в голове у другого человека? Я в своей собственной-то не могла в последнее время толком разобраться. Вообще зря взялась за это дело. Насколько лучше было, пока жила спокойно, с выдуманной влюблённостью в Лео! А без неё так и вовсе прекрасно всё складывалось, но нет!

— Что, всё-таки нравится? — чуть улыбнулась мама.

— Не знаю, — вздохнула я.

Ещё вчера, ну позавчера уж точно, твёрдо ответила бы, что нет. А сейчас уже не получилось. Пришлось бы соврать, но зачем обманывать маму? Да и всё равно она мигом меня раскусит.

— Ты не обязана уступать, — сказала мама. — Можешь, если хочешь, но не обязана. И вообще никогда не уступай в том, что для тебя важно. Оправдываться за свои чувства тоже не нужно. Но с сестрой поговори. Парней, может, будет ещё много, а вы друг другу родные навсегда.

— Поговорю, — пообещала я, снова вздохнула и добавила: — Спасибо, мам.

* * *

Сначала хотела отложить разговор на утро, но заснуть так и не смогла. Высунулась в окно, убедилась, что у Лесли горит свет, и пошла к ней. Постучала, подождала, постучала снова. Потом толкнула дверь, и та поддалась. Сестричка лежала на кровати лицом к стене. Не спала, что-то изучала в телефоне.

— Чего пришла? — сразу спросила она, даже не оборачиваясь.

— Поговорить надо, — ответила я, прикрывая за собой дверь.

— Ты маленькая лживая змея, о чём с тобой говорить?

— Кто и какой ерунды наговорил тебе в этот раз? — поинтересовалась я, вспомнив мамин совет не оправдываться.

-15-

Я, конечно, в таких делах девушка неопытная, местами даже наивная, но не полная же идиотка. Куртку на вечеринке саму по себе можно было списать на банальное джентльменство. Приглашение выпить кофе — ладно, поверить, что за библиотекой присматривают, это похоже на правду, ну, более или менее. Но всё вместе с этой дурацкой игрой в снежки уже приводило ко вполне однозначному выводу: Норманд ко мне подкатывал. Почему и зачем — ещё вопрос, но самого факта он не отменяет.

А самым… пугающим, пожалуй, для меня было то, что я снова и снова поддавалась ему. Стоило ещё тогда, у Карли, лесом послать, да и всё. Что бы он мне сделал? Да ничего. Но нет, вместо этого я начала вспоминать всякое, задаваться вопросом, а такой ли уж он в самом деле засранец…

— Будешь дальше отпираться? — фыркнула Лесли.

— Нет, — покачала я головой.

— Вы встречаетесь?

— Нет, — усмехнулась я.

— Да ну, — не поверила сестра. — Просто кофе пьёте и обнимаетесь? Даже, может, целуетесь? А так-то ничего нет между вами.

— Слушай, — ответила я, присаживаясь на край кровати, — сама не знаю, с чего вдруг он это начал. Ты прекрасно знаешь, что я для этого ничего не делала. Да я с ним и не виделась бы никогда, не таскай ты меня временами на ваши тусовки.

— То есть, это я по-твоему во всём виновата?! — мигом вскинулась Лесли.

— Я тебя не обвиняю, — покачала я головой. — Просто хочу, чтобы ты поняла: у меня и в мыслях не было его отбивать или вроде того.

— Но ты ему и не отказала!

— Не отказала в чём? — начала злиться я. — Поговорить о случившемся на полигоне? Вернуться вместе в универ? Мне теперь что, шарахаться от него как от чёрной лихорадки?! Ну ладно, предположим, буду шарахаться, пусть считает ненормальной, плевать. Может, правда отстанет. Но тебе-то это чем поможет? Лесли, я не предпоследняя девушка на земле, а ты не последняя, если я его пошлю, он к тебе не побежит!

— Вот ты, значит, как? — процедила в ответ сестра. — Он к тебе, а ты и рада! А на меня плевать?!

— Да не плевать мне на тебя! — почти застонала я. — Ему на тебя плевать, понимаешь?! И этого я никак не могу изменить! Свет у тебя на нём клином что ли сошёлся? Да только пальцем помани, к тебе дюжина парней прибежит сию секунду!

— А мне не нужна дюжина! Я его люблю, понимаешь ты это или нет?!

Я сжала кулаки до боли, чтобы сдержаться и не напомнить Лесли, чем закончились последние хотя бы пять её безумных любовей. Потому что все они происходили ровно по одному и тому же сценарию: сестричка выбирала парня, который не очень-то ей интересовался, добивалась своего, а через месяц ей становилось скучно, и она его бросала.

Могло, конечно, быть и так, что это раньше были просто капризы, а теперь у Лесли случилось настоящее чувство. Могло, но верилось с трудом. Я не так уж плохо знала сестру, и сейчас в ней больше всего чувствовалось не боли, а злости и досады. Досады, что она всем, даже далеко не близкой подруге Жанин, разболтала о своих видах на Джейми, а он мало того, что посмел не пасть к её ногам, так ещё и выбрал другой объект для своего интереса. И кого! Её же младшую сестрёнку, которая не такая красивая и вообще странная.

— Тебе же он никогда не нравился! — продолжила возмущаться Лесли. — Или ты мне и об этом врала?!

— Не врала я тебе никогда, — вздохнула я.

— Ага. А как симпатичный парень поманил пальчиком, так сразу и растаяла, как мороженка в июле? Думаешь, на тебя ему не плевать?

— Понятия не имею, — пожала я плечами.

Так и знала, что нет большого смысла в этом разговоре, прямо сейчас во всяком случае. Лесли слишком взвинчена и зла, чтобы принимать разумные доводы. Я для неё однозначная предательница и оправдания мне нет.

Сестрёнка, надо признать, эгоистка ещё та, и очень не любит, когда мир вдруг отказывается вращаться вокруг её бесценной особы. Это вообще, если угодно, фамильная черта: Веласко всегда любили власть и добивались её. Разными методами. Но, к счастью, в отличие от законченного эгоиста и, подозреваю, социопата Невилла Лесли внутри хорошая, добрая девочка. Остынет, в общем, рано или поздно.

— Иди спать, — буркнула сестра. — Завтра к Холлисам, не забыла?

— Увы, нет, — хмыкнула я. — Спокойной ночи.

* * *

Каждый визит к распроклятым Холлисам был для меня сущей пыткой. Абсолютно всё должно было быть идеально: макияж, причёски, наряды, прибытие минута в минуту, разговоры и манеры. Потому что любой малейший промах начиная от размазанной помады уже утром станет всеобщим достоянием.

Отцу на сплетни, которыми леди Люсиль заполняла свою колонку в «Светской хронике», было плевать, а вот мама каждый раз расстраивалась. Женщине на её должности и так непросто, не хватало только болтовни за спиной, что она не пунктуальна, что дети её брошены и плохо воспитаны, а самой ей не хватает вкуса и понимания момента. Пресса без того вцеплялась в каждый её малейший промах.

Чувства мамы я прекрасно понимала, потому всегда вела себя хорошо. Терпела причёску, косметику, платье, туфли, все дурацкие разговоры и нарочито неудобные и несъедобные блюда. Словом, была настолько хорошей девочкой, что самой от себя тошно делалось.

-16-

Наконец-то приветственная часть закончилась, и всех пригласили к столу. Мне досталось место между Лесли и Томасом. Сестра хотела было занять его первой, но под сердитым взглядом мамы мигом сникла и уселась куда положено.

— А вы, видимо, Аллин, сестра Лесли? — поинтересовался Томас в паузе перед горячим.

— Верно, — кивнула я. — Вы, полагаю, Томас? Приятно познакомиться.

Лесли молча метнула на меня гневный взгляд. Я придушила улыбку. Нет уж, здесь у меня шансов не было, но просидеть молча весь ужин было неловко, к тому же невежливо по отношению к хозяевам. Предполагалось, что они старались рассадить гостей по интересам. Вот парень и решил сказать, наконец, хоть что-нибудь.

— Взаимно, — кивнул он.

На этом разговор иссяк, чему я только порадовалась. Внешностью и манерами Томас уж слишком напоминал Лео. И хоть я и осознала надуманность своих чувств, совсем уж бесследно они не прошли. Причём осталась не сентиментальная симпатия к парню, а досада на себя. Так что любование на его копию не доставляло мне особой радости.

Делая вид, что с удовольствием ем чересчур острое мясо, я продолжала раздумывать о Лео. О том, что с ним было не так. Или, может, со мной. Разве это не странно, так долго любить и вдруг так быстро, чуть ли не в одно мгновение, перестать?

Пожалуй, всё же нет, не странно. Для начала, я была влюблена, а не любила, это вовсе не одно и то же. И в моих чувствах было очень мало места для реального Лео, только для собственной фантазии о нём. В которой он, разумеется, был всюду и во всём идеален. Да он и был, вот в чём загвоздка.

Пожалуй, если расспросить полсотни его знакомых, никто не скажет о нём ни единого плохого слова. Вежлив, тактичен, хорошо воспитан, отлично отучился, добросовестно работает. Не курит, пьёт мало, разве что пару бокалов, за компанию. Даже в школьные и студенческие годы за ним не числилось никаких сомнительных выходок. Вообще никаких! Серьёзно! Я и то на третьем курсе попалась на соучастии в шуточке с досками в аудиториях в День Дурака. Потом неделю в зимнем саду отрабатывала, но, в общем, не жалела. Когда доски хихикали и жаловались на щекотку, едва на них начинали писать, было очень смешно.

Так вот, ни в чём таком Лео не участвовал. Ни разу. При этом друзья-приятели, эти самые выходки затевавшие, никогда на него не обижались. Он всегда умудрялся так изящно ускользнуть, что оставался для всех хорошим. Соглашался и с безумными рассуждениями Невилла, что «третьему сорту» нечего делать в магии, и с идеями дяди Освальда, как следует расширить магическое обучение для ребят с остаточными способностями. И в какой-то момент я считала это вполне правильным. Сама частенько обоим кивала, ленясь спорить.

А потом Норманд… нет, даже не затеял конфликт. Просто поставил вопрос ребром, предложил Лео одно из двух: участвовать в деле или нет. И тот не объяснил в ответ чётко и твёрдо, что не собирается влезать в сомнительную историю, а попросту слился, сбежал. Причём не как обычно изящно, под благовидным предлогом, а явно и позорно, практически поджав хвост. Струсил и согласиться, и возразить. Вместо этого решил вроде как уйти не ответив, типа другим у него голова занята. Чтобы потом сориентироваться по обстоятельствам.

На самом деле такое и раньше бывало, но тогда я сама находила всему оправдания. А тут наконец-то задумалась о том, какой же он, Леонард Шаннен, реальный, не придуманный? Что он на самом деле думает, чего хочет? И поняла, что ответа на этот вопрос у меня нет. Я не знаю о нём настоящем ровно ничего, причём не потому что не интересовалась. Просто здесь он один, там другой, за углом третий, смотря по тем самым обстоятельствам. И есть ли вообще среди этих масок лицо?

Может быть, мои рассуждения были глупыми. Может, в самом деле не стоило тогда реагировать на грубую подначку Джейми. Но всего остального это не отменяло: Лео был натуральным хамелеоном, подстраивался под каждого. «Нет» — это было не его слово, и «да» он тоже не говорил. Вот что меня оттолкнуло. Как доверять человеку, вообще не зная его собственных мыслей, взглядов, желаний?

Возможно, эффект усилило присутствие рядом Норманда. С ним я была знакома куда меньше, но парадоксальным образом сказать о нём могла намного больше. Решительный, уверенный в себе, амбициозный, идущий к цели порой и напролом. Без тормозов, как временами фыркал Реджи. Но он был вот таким, всегда собой, никогда ни под кого не подстраивался. И контраст вышел потрясающий. Заставивший окончательно осознать: выдуманного мной принца нет и не было. А тот, кто есть… вообще мне не нравится.

Подали десерт. Я осилила целых две ложки ужасающе сладкого крема и поняла, что с меня хватит. Теперь бы только пережить вторые посиделки в гостиной, пока мужчины и некоторые дамы договорят о делах, и домой. Поесть и спать.

* * *

Дома мы все не сговариваясь рванули на кухню. Увидев на плите большую кастрюлю, заботливо укутанную полотенцем, Реджи немедленно в неё заглянул. Вкусно запахло курицей и специями. Нам оставили фирменное рагу, ещё горяченькое.

— Тесса святая женщина, — с чувством сказала мама, доставая тарелки. — Что бы мы без неё делали?

— Умерли бы с голоду, — усмехнулся папа.

Мама готовить не умела совершенно. Абсолютно. Это был настоящий кулинарный антиталант, подпускать её к продуктам не рекомендовалось категорически. После её стараний дорога им была одна — в мусорное ведро. Правда, в семье ходила легенда, что когда-то, очень давно, папа героически ел то, что она готовила. Я, честно сказать, пару раз рискнула-таки попробовать мамины бутерброды, и потому склонялась к мысли, что либо кто-то круто привирает, либо это очень, очень большая любовь.

-17-

— При чём тут это? — возмутилась Лесли. — Он позвал, а я согласилась, как раз успеваем на вечерний сеанс. И фильм, говорят, хороший. Исторический.

Исторический, да. Читала я обзоры. Историки, говорят, рыдали уже на стадии сценария, а ведь в процессе съёмок наверняка ещё больше пожертвовали достоверностью ради зрелищности. Но посмотреть правда стоило. Тем более, дедушка конечный результат одобрил, остальные семьи тоже против показа не возражали. Так что, может, не так всё и плохо.

— Иди, — милостиво разрешил папа, успевший опустошить свою тарелку и направиться за добавкой. — Но только вместе с братом и сестрой.

— Пап! — возмутилась Лесли.

— Уверен, они будут достаточно далеко, чтобы вы смогли наговориться. И достаточно близко, чтобы про вас не начали говорить лишнего, — отрезал отец. — Или так, или никак.

— Ладно, — кивнула сестра, сообразив, что спор лучше не продолжать. — Спасибо.

Мне пришло в голову то же самое слово. Спасибо, папочка! Понимаю, почему ты так с Лесли. Реджи наказан вместе с ней, вот и пускай отрабатывает, но меня-то за что? Можно подумать, так здорово быть для парочки даже не третьей, а аж четвёртой лишней!

— Тебе чаще из дома надо выбираться, — наставительно сообщила мама, словно мысли мои подслушав. Точнее, по выражению лица прочтя. Госпожа главный инспектор, ага.

— Спасибо! — всё-таки высказалась я.

* * *

К кинотеатру я приехала за полчаса, немного раньше, чем планировала. С самого утра снова начался снегопад и зарядил на весь день, так что испытывать удачу с автобусами не стала, сразу вызвала такси. Думала, ждать придётся не меньше двадцати минут, но в строгом соответствии с законом подлости именно тогда, когда я особо не торопилась, машина прибыла всего через пять.

Томас уже топтался у фонтана с тщательно закутанным в бумагу букетом наперевес. Не самая, честно сказать, разумная идея для кино, куда его там девать? Но охваченный романтическим настроением парень об этом явно не задумался. Ничего, Лесли порадуется. А вот я, видимо, буду этот веник весь вечер таскать, как верный оруженосец.

— Привет, — поздоровалась я, подойдя.

Сейчас мы, хвала небесам, уже не у Холлисов ужинали, церемониями можно было пренебречь. Пару секунд Томас смотрел на меня с недоумением, потом всё-таки вспомнил, кто я, спохватился и ответил:

— Привет! А где Лесли?

— Едут, наверное, — пожала плечами я.

— Едут? — подозрительно уточнил парень.

— С Реджи, — объяснила я, душа улыбку. — С братом, с работы они.

— Он что, тоже с нами пойдёт? — поинтересовался Томас теперь уже совсем озадаченно.

— Ага, — поспешила огорчить я. — Извини, папа так распорядился.

— Всё настолько строго?

— С некоторых пор, — усмехнулась я. — Расслабься, это только до нового года. Потом сестра выйдет на свободу с чистой совестью, и больше никакие конвои её сопровождать не будут.

— Хорошо, — с явным облегчением кивнул Томас, глянул на часы и спохватился: — Билеты же купить надо! Я только два брал.

— Не суетись, всё уже предусмотрено.

Не знаю, каким чудом я не подскочила на полметра с места, услышав за спиной этот голос. Удивляться было на самом деле нечему: разумеется, Реджи запросил помощь друга, чтобы не скучать весь вечер. Наверное, уж тогда и мне стоило подружку позвать, для полного комплекта.

— Привет, — сказала я просто чтобы не молчать.

Оборачиваться не стала, не была уверена в выражении своего лица. Дай мне кто сейчас зеркало, пожалуй, не смогла бы предсказать, что в нём увижу. Не ожидала такого вихря эмоций от пустякового, говоря прямо, события. Не первая это наша неожиданная встреча, но раньше всё было иначе. Понять бы, что же вдруг так резко изменилось.

— Привет. Редж звонил, минут через десять доберутся, — сообщил в ответ Джейми.

В том, что брат не опоздает, я и так не сомневалась. Чтобы он куда-то опоздал, требовалась глобальная катастрофа, не меньше. Банальных предпраздничных пробок явно недостаточно. Благодаря папе со знаменитой пунктуальностью Лесли Томас познакомится не сегодня. И уж не знаю, можно ли это назвать везением.

Дальше у фонтана мы стояли молча. К счастью, брат долетел всего за семь минут, я даже не успела особо замёрзнуть. Лесли выплыла из машины с улыбкой и сразу направилась к Томасу. Правда, по пути и Норманда удостоила коротким взглядом. Этак свысока.

— Билеты взял? — тут же по-деловому осведомился Реджи, припарковавшись и тоже подойдя.

— Взял, не переживай, — кивнул Джейми. — Идём уже, хватит тут торчать.

И мы пошли. Впереди парни, следом Лесли с Томасом, а я в хвосте, замыкающей и совершенно лишней. Всё-таки действительно стоило позвать Эмму, хоть бы поболтали. Так получился бы уже поход компанией, а не свидание под конвоем.

Как-то, надо сказать, не сложилось у меня с подругами. Нет, отшельницей я не была, со многими девчонками и в школе, и в универе очень даже хорошо общалась, но чтобы с кем-то близко сойтись — такого не вышло. Но в кино-то было ведь с кем сходить! Другое дело, что неловко показалось тащить на свидание сестры посторонних. Ну, а Реджи как всегда сама тактичность, что с него взять.

-18-

Маги требовали, чтобы все сидели по домам, запрещали и разгоняли сборища. Теперь-то любой школьник знает, что при эпидемии так и надо поступать, но в те времена простой народ куда охотнее верил, что сами маги заразу и распространяют. Зачем? Так ведь с нечистыми сговорились, ясное дело. Морят добрых людей, а им демоны взамен силу. Короче, на костёр их, гадов.

Собственно, с такого костра фильм и начался. Полыхающего в охваченном голодным бунтом Редде. Сцена режиссёру, надо признать, удалась, эффектно вышло аж до мурашек. Хотя в действительности никто там магов тогда на костре не жёг, ни толпой, ни даже одного единственного. На дворе ранняя весна стояла, какой идиот станет в это время дрова и тем более масло на ерунду переводить? Повесили, да и всё. Дёшево и сердито.

И уж подавно не бежал Марк Арран в столицу один, пешком через леса и болота, скрываясь от обозлённых селян. Вполне нормально верхом по дороге доехал вместе с остальными учениками Вайса. И не спасала его будущая жена, подобрав умирающим от голода на лесной опушке. Познакомились они на постоялом дворе её папаши.

— Красиво врут, — шепнул мне Джейми, пока экранная парочка сидела на берегу озера, держась за руки и любуясь лунной дорожкой.

Я тихонько хихикнула. Да уж, весна в тот год была холодная, вдали от камина долго не засидишься. Да и судя по тому, что Маделин Арран, создательница первого нормального лекарства от астмы, родилась в том же году, в реальной жизни влюблённые на такую невинную романтику время особо не тратили.

— Тише вы, — шикнул Реджи. — Смотреть мешаете.

— Ты не сюда следи, а вон туда, — громким шёпотом ответил Джейми, кивая в сторону Лесли и Томаса, явно уже вообразивших себя на том самом берегу под луной.

Передышка на экране, тем временем, закончилась. Пастораль сменились паникующим Форином, вместо разговоров о чувствах пошли скандалы, интриги, предательства и всё прочее в том же духе. А меня вдруг охватило чувство приближения чего-то очень и очень нехорошего. Не на экране, нет. В реальности.

Глупый порыв немедленно сбежать я подавила. Ну что в самом деле может случиться в кинотеатре? Тут и системы охранные, и живая охрана и чего только нет — к общественным местам требования строгие. К тому же борцы за свободу Джанира давно отпраздновали победу и из террористов переквалифицировались в курьеров и разнорабочих. Метеорит упадёт разве что, но вроде бы астрономы не обещали ничего такого в ближайшую тысячу лет.

В попытках разобраться, что за паническая атака на меня внезапно свалилась, я потеряла нить сюжета. Очнулась, когда Аллин Веласко, та самая, в честь кого меня решили назвать, прятала в городской ратуше свои записи, чтобы те храмовникам не достались.

— Лин, — снова склонился ко мне Джейми, — а записи эти сохранились?

— В королевском музее, — прошептала я в ответ. — Они-то тебе зачем?

— Жаль, — проигнорировал мой вопрос Норманд.

Когда фильм впервые анонсировали, выбор Аланис Хади на роль Аллин показался мне большой ошибкой. Внешне джанирская красавица была полной противоположностью своей героини: худенькой, угловатой как подросток серой мышки, если верить фамильной галерее. Даже на портрете хороши в ней были только огромные голубые глаза, а если ещё вспомнить, что художники заказчикам обычно льстили…

Но на экране, как ни странно, всё оказалось даже хорошо. Яркая внешность Аланис, оттенённая серой мрачностью окружения, удачно подчеркнула силу личности и характер Аллин, её необычность, даже исключительность. Непонятно только, зачем ей тут приписали роман с Адамом Ламмерном. В фильме, правда, его вывели героем, а вот в жизни это был скользкий подонок, действовавший в сговоре с храмовниками. Которые его, к слову, в итоге и казнили, вот тут чистая правда вышла. И поделом.

— Нет, серьёзно, для чего тебе записи? — зашептала я в надежде отвлечься от всё нарастающей тревоги.

— Фильм не совсем точен, — ответил Джейми. — Твоя тёзка работала в больнице не в Ройстоне, а в Лудо.

— Знаю, — кивнула я.

Ройстон показали, наверное, потому что там виды красивее. Точнее, сохранились многие исторические постройки. А Лудо хоть городок и старый, даже можно сказать древний, но лет пятьдесят назад сгорел подчистую, теперь там сплошной новодел сомнительных эстетических достоинств. Рисовать город целиком на компьютере по старым фотографиям, видимо, сочли делом излишне сложным и дорогим, тем более кто вообще обращает внимание на такие мелочи.

— Примерно в то же время, когда она была там…

— Да сколько можно! — снова, уже громче возмутился Реджи.

— Потом, — шепнула я.

К счастью, казнь во всех натуралистических подробностях режиссёр решил не показывать. Ограничился костром вдали, негромкой печально-тревожной музыкой… и полным ужаса женским криком. Хотя нет, крик был уже не в фильме. Кричала женщина с нашего же ряда, только с другой его стороны. Спутник быстро усадил её на место и принялся успокаивать. От дверей зала к ним уже спешила женщина в форменном пиджаке. Администратор, конечно же.

— Вот поэтому предпочитаю смотреть кино дома, — проворчал Реджи.

Я заёрзала на месте. Тревога усилилась настолько, что сидеть спокойно было невыносимо. Оглядевшись, я заметила, что уходит ещё одна пара с задних рядов. Да и диван через ряд от нас в начале точно был занят, а теперь пустовал.

-19-

Я глянула на дверь дамской комнаты. Теперь мне туда совсем не хотелось, уж лучше до дома потерпеть. А ну как ещё что-нибудь эдакое привидится? Хотя с чего вообще вдруг? Вроде галлюцинациями не страдала отродясь, не пила, ничего другого тем более не употребляла…

— А откуда ты знаешь, что мне что-то привиделось? — требовательно уточнила я, резко разворачиваясь и заглядывая Норманду в глаза.

— Тревога, пугающие галлюцинации. Давай, вспоминай, от чего это бывает.

Мне сейчас в голову приходили только модные у клубных тусовщиков весёлые таблеточки. От которых сначала пляшешь как заведённый ночь напролёт, а потом наступает как раз вот это вот всё. Совсем не моя тема.

— Серьёзно? — хмыкнул Джейми. — И с такими-то знаниями ты собралась изолирующие и экранирующие системы Лирсу сдавать?

Я хотела было сердито поинтересоваться, при чём вообще тут экзамен и профессор, но потом задумалась. Вместе это в самом деле было знакомо, но никак не получалось вспомнить, почему. А потом меня осенило.

— Кровавый агат! — выпалила я.

Стало в самом деле немного стыдно. Ну как можно было забыть про этот не сказать, чтобы часто встречающийся, но всё-таки весьма известный артефакт? Точнее, камень крови. Один из немногих, конкретнее трёх, создаваемых без человеческих жертв, потому не попавший под запрет. Батарейка для нескольких артефактов, в основном целительских. Ведь и в самом деле имелся у него такой побочный эффект. Правда, действовал не на всех, чувствительны были процентов пять, причём независимо от наличия магических способностей.

Потому-то при использовании в артефактах агат всегда изолировали. И системы эти мы, разумеется, изучали. Как же иначе, если доброй половине выпускников предстояло следующие лет десять в том числе и их проверять и обслуживать?

— Лучше, — кивнул Джейми.

— А откуда ему тут взяться? — озадачилась я следующим вполне логичным вопросом.

— Скорее всего, изоляция где-то накрылась, — пожал плечами Норманд.

— Тут нет таких…

Я не договорила, поморщилась. Да, артефактов, где разрешено использование этого камня, тут быть не должно. Но это совсем не значит, что их тут нет. Агат батарейка вполне универсальная и значительно более долговечная, чем стандартные накопители. Стоит дороже, но в конечном итоге с экономией на заменах выходит дешевле.

— Жалобу на них написать надо, — буркнула я. — Вечер испортили.

— Это да, — согласился Джейми. — Кстати, заметь, отпустило же?

Я прислушалась к себе. Тревога в самом деле прошла, даже, кажется, дышать легче стало. Похоже, администраторша была в курсе имевшихся нарушений, быстро сообразила, что к чему, и проблему устранили. Не тот случай, который можно в долгий ящик отложить, истерики посетителей не идут на пользу репутации заведения.

— Мне не кажется, что агат в здании, — неожиданно продолжил Норманд.

— Почему? — глупо переспросила я.

До самой уже в принципе дошло. Тревога нарастала медленно, потом достигла пика, побыла на нём и пошла на убыль, опять же постепенно. А при нарушении изоляции нет разницы, немного она пострадала или совсем рассыпалась, эффект одинаковый. Сила воздействия зависит только от того, насколько ты близко к камню. И если я была на одном месте, выходит, двигался он.

— Его как будто переносили, — подтвердил мою догадку Джейми. — Где-то под этим зданием задержались. А знаешь, почему? Там тоннели перекрыты. Двери вскрывать пришлось.

— Опять ты про тоннели, — поморщилась я.

Версия с хитростью руководства кинотеатра мне нравилась больше, но вот эта вторая больше походила на правду. Если, конечно, придумать, кому и зачем могло понадобиться гулять по старым канализационным тоннелям с кровавым агатом в кармане. Или в сумке. Да хоть в руке, неважно.

— Где-то в полукилометре отсюда, рядом с домом Браверна, старый коллектор. На что спорим, что скоро и там найдут труп?

— Иди ты, — буркнула я. — Пророк нашёлся.

Пока мы стояли и рассуждали, фильм успел закончиться, первые зрительницы заспешили посетить дамскую комнату раньше остальных. И я почувствовала, что не помешает всё-таки к ним присоединиться.

* * *

Лесли, в отличие от меня, задержалась в зале и теперь переминалась в очереди с ноги на ногу. Я сочувственно кивнула и пошла в холл, не торчать же было тут за компанию, толпу создавать лишнюю. Да и говорить с сестрой, если уж честно, пока не хотелось. Понимать понимала, но всё равно немного обиделась.

Парней увидела прямо посреди холла, что-то обсуждающими, скорее даже спорящими. Подошла и убедилась — действительно спорили. Томас уговаривал поехать куда-нибудь поужинать, Реджи настаивал, что нам нужно домой. Джейми стоял рядом молча, явно думая о чём-то своём.

— Тебе пятнадцать что ли? — раздражённо интересовался Томас. — Домой к ужину и точка?

— Вот именно не пятнадцать! — кипятился Реджи в ответ. — Обещал, что вернёмся, так и вернёмся.

Я придушила усмешку. Неужели родительские воспитательные меры наконец-то возымели эффект? Да вряд ли. Пока они наказаны, братишка помнит, за что, и ведёт себя как надо. А стоит наказанию закончиться, позабудет всё и возьмётся за старое.

-20-

Я остолбенела буквально на середине шага и дара речи лишилась не хуже бедняги Даффера. Между прочим, вот так позвать девушку ужинать означает во всеуслышание объявить, что вы встречаетесь. А мы не встречались!

— Лин? — обернулся ко мне ничуть не меньше обалдевший Реджи.

— Поехали, — ответила я. — Только чтобы никакой баранины. Терпеть её не могу.

Можно было и отказаться. Но я согласилась. Почему? Даже и не знаю. Как минимум, одолевало любопытство и желание закончить разговор о записях Аллин и о том, что происходит в тоннелях. А ещё где-то за подкладкой души хотелось утереть Лесли нос. Не лучшее, может быть, желание, но какое есть. На святость не претендую.

— Я помню, — усмехнулся Джейми.

— Аллин?! — возвысил голос брат.

— Что? — невинно уточнила я. — Меня-то никто не наказывал, могу ехать куда угодно. Обещаю вернуться до полуночи.

Развернулась и пошла к гардеробу. Очередь там как раз успела рассосаться, и лучше было успеть, пока не набежала толпа со следующего сеанса. Джейми последовал за мной, держась в паре шагов. Не иначе подозревал, что скоро получит за свою выходку. В общем-то подозревал правильно, но устраивать представление прямо сейчас, при всей почтенной публике, я не собиралась. Всему своё время и место.

Реджи догнал нас у гардероба, весь такой недовольный, будто Фира, бабушкина обожаемая болонка, на этот раз не ботинки его сгрызла, а как минимум годовой отчёт, месяц в муках составлявшийся. Вместе с ноутбуком.

— А ну-ка объясни мне, Норманд, что это ты тут вытворяешь? — вопросил он весьма решительно и возмущённо.

— Пригласил Аллин поужинать, — ответил Джейми совершенно спокойно. — Она согласилась, и мы сейчас поедем в ресторан. Кажется, это всё. А что?

— Ты. Пригласил. Аллин. На ужин, — раздельно отчеканил братец, не двинувшись с места. — Зачем?

— Вопрос года, — хмыкнул Норманд. — Зачем девушку приглашают ужинать? Иди вон Томми его задай, он, поди, уже полсотни очень важных причин придумал и готов тебя уговаривать. А у нас другие планы.

— Что ты задумал? — нахмурился Реджи.

— Знаешь что, друг, — негромко и очень холодно ответил Джейми, — у Аллин есть своя голова на плечах, чужие дополнительные ей ни к чему. И я, помнится, тоже не давал тебе поводов подозревать меня в непорядочности. Это просто ужин, ни больше, ни меньше.

— Смотри, — покачал головой брат. — Обидишь её, голову тебе оторву.

Я прямо восхитилась. Надо же, оказывается, у меня есть старший брат, готовый меня защищать. Приятно. И в то же время обидно. Потому что спорить могу, пригласили бы Лесли, Реджи себя так не вёл бы. Там для него всё понятно: влюблён, потрясён. А тут сразу столько вопросов.

— Себе оторви, — сухо посоветовал Джейми. — Ты её обижаешь прямо сейчас. Идём, Лин.

И мы ушли, оставив окончательно ошалевшего Реджи у гардероба. Молча спустились по ступенькам крыльца, дошли до машины, и только там я наконец-то подобрала хоть какие-то слова.

— С чего ты взял, что мне было обидно? — спросила я.

— А что, не было? — задал встречный вопрос Норманд, доставая ключи.

— Было, — созналась я, чуть поразмыслив. — Но мне вот тоже непонятно, к чему это всё. Приглашение твоё, в смысле.

— Поужинаем, поговорим. Есть о чём, согласись. Да и поесть не помешает.

— Ладно, поговорим, — в самом деле согласилась я.

Сев на переднее пассажирское сиденье, не удержалась от короткой усмешки. Лесли была бы, пожалуй, на моём месте сейчас разочарована. Машина-то не из тех, к каким она привыкла. Вообще машина как машина, нормальная, средний класс, велюр и пластик. Не роскошь, а средство передвижения.

Но это я так думала. Я и автобусами отлично обходилась, хотя права у меня были, и водить я умела очень даже хорошо. Но своя машина это пробки, это возня с парковкой и ещё куча всякого, с чем мне не особенно хотелось связываться. Короче, трата времени, не говоря уже о деньгах. Конечно, если работа с разъездами связана, как у Джейми, например, без машины никак. А в универ и обратно можно и без неё добираться.

Лесли это считала глупой блажью. Или ещё одной моей странностью. А в глубине души наверняка верила, что это я из солидарности с ней отказываюсь. Сама она всегда мечтала о собственной машине, но тут папа её каприз удовлетворить отказался наотрез — практика показала, что за руль сестрицу пускать нельзя. Не с её внимательностью и ответственностью. Сама убьётся и ещё кого-нибудь угробит.

— Куда едем? — спросила я, когда мы свернули на залитый праздничными огнями проспект.

— В «Лагуну». Там нет баранины.

— А не перебор? — уточнила я осторожно.

«Лагуна» ресторан дорогой и модный. Столики там за месяц бронировать нужно, и это составляло для папы регулярную головную боль. Очень важный его партнер из Таргасса обожал это заведение, а нагрянуть в столицу любил неожиданно. Каждый раз приходилось пускать в ход всевозможные связи, чтобы срочно обеспечить ему стол на ужин или хотя бы на обед.

Вот Лесли такое приглашение оценила бы. Это не в кино обжиматься, тут можно и людей посмотреть, и себя показать. А главное, подружкам потом будет чем похвастаться. А мне было всё равно, посидела бы и в простенькой кофейне.

-21-

У Ронни, в отличие от его братца, Красавчика Альфи, успевшего отхватить условный срок за злостное хулиганство и ныне сосланного в провинцию, с папашиных глаз долой, голова на плечах имелась. Выпендриться он любил, это у них семейное, но меру знал. Числился в универе среди лучших прогнозистов. Заслуженно, судя по тому, как быстро слился из рядов поклонников сестрицы. Хотя она, помнится, была к нему в ту пору вполне благосклонна.

Увидев, кого Ронни сегодня привёз выгулять, я уже как-то даже и не удивилась. Везло мне последнее время на встречи с милашкой Жанин. Только в этот раз едва ли у неё найдётся время за мной шпионить.

— Бронировали? — поинтересовалась лощёная девица за стойкой у входа, едва мы переступили порог.

Приветствием она себя не утруждала, явно сходу определив нас как случайно мимо проходивших, не понимающих, куда они сунулись. Любезничать, стало быть, особо не стоило, всё равно выпроваживать.

— Да, да, — закивал вынырнувший из-за лазурной бархатной портьеры невысокий толстячок в круглых очках в ядовито-зелёной оправе. — Прошу за мной.

От удивлённо-неприязненного взгляда, брошенного мне вслед, даже между лопаток зачесалось. Новенькая, не иначе. Опытная меня если и не узнала бы, то по одежде, такой обманчиво простой и скромной, сразу определила, что я-то уж точно из тех, кто в таких местах бывает. Ну, или может себе позволить бывать. Хотя наверняка она смотрела только на Джейми. Они ведь всегда смотрят на мужчин. Ради этого чаще всего в таких местах и работают за не очень-то большие деньги.

Толстячок провёл нас в малый зал. Он был куда уютнее основного, и столы здесь стояли не так близко друг к другу. Сюда приглашали избранных гостей, если, конечно, не устраивался очередной банкет.

— Прошу, располагайтесь.

Невесть откуда возникший официант уже отодвигал стул. Надо же, этот столик у камина владелец обычно держал для себя или для тех, кому хотел особенно угодить. Вот теперь стало правда любопытно, за что же Норманду аж настолько признательны. Спросить, что ли? Хотя вряд ли расскажет.

— Спасибо, — кивнула я, усаживаясь и принимая меню.

Баранины тут в самом деле не было, зато хватало всевозможной рыбы и морепродуктов. Тематика обязывала. Впрочем, имелся и цыплёнок, и несколько блюд из говядины. Мало ли кого занесёт в гости, всем ведь нужно угодить.

— Убедилась? — усмехнулся Джейми.

— Откуда ты помнишь про баранину? — не выдержала я.

Шутка затянулась. Пусть уже признаётся, что просто хотел подразнить Реджи. Надо признать, получилось. Даже не представляю, чего братец там себе навоображал, но не сомневаюсь, что дома меня ждёт допрос с ещё каким пристрастием.

— Банкет у мэра, забыла? — чуть сощурился Норманд. — Четыре года назад, после турнира. В ресторане, который, по всем известному секрету, принадлежит сестре того самого мэра. Тебе тогда баранину принесли, и ты очень расстроилась, ещё и попросила унести скорее.

Теперь мне стало по-настоящему неловко. Даже стыдно. Банкет тот я помнила. В ответе на приглашение нужно было отметить блюда, и я точно отмечала курицу. Но подали мне распроклятую баранину, и даже поменяться оказалось не с кем, почти все её выбрали. Как же, джанирская кухня, ягнёнок там коронное блюдо. А я не выношу этот запах, даже намёк на него не выношу.

История пустяк, в сущности, на столе было столько закусок, что голодной я и без горячего не осталась. Только вот даже и не помнила, что Джейми вообще был на том банкете. А ведь был, разумеется, он победил на всех своих пяти студенческих турнирах. И запомнил, что я не стала есть баранину. Это один раз было, как раз четыре года назад.

Нужно было что-то сказать… наверное, но я совершенно растерялась. К счастью, меня спас подошедший официант. Не глядя в меню, я назвала пару знакомых проверенных блюд и любимый десерт.

— Желаете вино? Пригласить сомелье?

— За рулём, — развёл руками Джейми.

— Нет, спасибо, — покачала головой я. — Мне только лимонад.

— Рушишь все мои планы, — опять усмехнулся Джейми, когда официант удалился.

— Хотел меня споить? — вернула я усмешку. — Тебе не понравится результат.

— Откуда ты знаешь?

— Сначала надоем дурацкой болтовнёй, — ответила я совершенно честно, — потом засну. Ну вот, никаких секретов. Теперь твоя очередь. Зачем тебе понадобились записи Аллин Веласко? Хотя знаешь, нет. Давай начнём с начала. Почему вообще ты так увлечён этой историей?

— А от тебя парой слов не отделаешься, — уголком губ улыбнулся Джейми. — Уже осваиваешься в роли инспектора?

— Зубы не заговаривай, — попросила я.

— В семье принято считать, что Закари Голлагер, мой достопочтенный предок, отошёл от клана и их тёмных делишек, даже сбежал на чужую территорию, чтобы с ними развязаться раз и навсегда, — неожиданно без всяких дальнейших шуточек ответил Норманд. — Но некоторые факты мешают мне в это верить. Скорее всё было ловкой постановкой, чтобы подобраться ближе к Оллиасам. Не знаю только зачем. И как это связано со сделкой.

— Может, никак, — заметила я. — Может, и сделки-то не было никакой. Кланы вечно между собой грызутся даже сейчас, а уж тогда… Не думаешь, что всё это может оказаться делами давно минувших дней, которые пора оставить в прошлом?

-22-

— И после этого ты решил выяснить судьбу тех пропавших? — спросила я.

— Да, точно, — кивнул Джейми. — Сперва мы покопались в местном архиве, ничего толкового не обнаружили и начали проверять происшествия в ближайших окрестностях. А потом поняли, что на зиму работникам некуда было особо, кроме столицы, податься. И действительно, там всплыла история с подвалом.

— Логично, — согласилась я. — Но до сих пор не вижу связи. Мало ли на кого они могли в тогдашнем Форине наткнуться, при чём тут твой предок?

Разговор прервал официант, принёсший напитки и закуски. Пока он расставлял тарелки и наполнял бокалы, я осмотрелась. К некоторой досаде обнаружила Жанин в противоположном углу и, разумеется, с телефоном в руках. Казалось бы, ухватила ты крупную золотую рыбку, так ей и займись, чтобы с крючка не сорвалась. Но нет, куда там, наверняка готовит для Лесли ещё одно послание.

— Опять эта девица, — поморщился Джейми, заметив, куда я смотрю.

— Тебе она чем не угодила? — удивилась я. — В прошлый раз ты её довольно охотно рассматривал.

— Ревнуешь? — усмехнулся Норманд.

— Вот ещё, — фыркнула я.

— С Миком она встречалась, — не стал развивать тему Джейми. — Года полтора назад. Вроде неглупая девчонка, а занимается ерундой какой-то. Когда-нибудь найдёт себе приключения.

— Её проблемы, — буркнула я. — На чём мы остановились?

— На том, что мы начали искать похожие истории с покойниками. И, представь себе, нашли. Целых полдюжины. И по занятному совпадению каждый раз где-то поблизости оказывались Голлагеры. Не настолько рядом, чтобы кто-то их заподозрил, но всё же.

— Сейчас их здесь уж точно нет, — заметила я. — Не считая тебя, конечно.

— Вот именно, — кивнул Джейми.

— Но не ты же это делаешь?

Спросила вроде бы в шутку, но сама призадумалась. Норманд много знал, очень много, и с каждым разговором выяснялось больше и больше. Что если я в самом деле сижу и ужинаю с маньяком-убийцей?

— Нет, — ответил Джейми коротко.

— Хорошо, — улыбнулась я.

— Не сказал бы, разве только ты это о креветках. Потому что мы как раз добрались до сути, которой ты интересовалась. И суть эта довольно мрачная.

— Креветки отличные, — признала я. — Но продолжай, я вся внимание.

— В истории с тайэ Азалиной, — продолжил Джейми, — интересно вот что: у Голлагеров в то время не было особых неприятностей. Никого не арестовывали, не судили, не казнили. Выходит, или они успешно провернули дело и не попались, или до дела так и не дошло.

— И какой из вариантов тебе кажется вероятнее? — спросила я и поморщилась, лимонад оказался кисловат.

— Если они справились, то что за это получили? Дела их в гору не пошли, скорее даже наоборот.

— Месть? — хмыкнула я.

— Глава клана спускал деньги за карточным столом, брат его беспробудно пил и развлекался с продажными женщинами. Остальные тоже, прямо говоря, праведностью не отличались. Как и аккуратностью в денежных делах. Они разорили и уничтожили семью собственными руками, конец её был совершенно закономерен. Нет причин считать, что с ними поквитался разозлённый провалом или отказом демонолог.

Я честно попыталась припомнить, что же там случилось. Уж точно ничего похожего на пожар, какой в своё время Мерриты устроили Деверо, устранив разом две трети клана, такое я не забыла бы.

— Не старайся, не вспомнишь, это не попало в учебники, — криво улыбнулся Джейми. — Банальная история, погубившая не один некромантский клан. Безумная идея о чистоте крови и череда кровосмесительных браков со всеми вытекающими. Последним был Энгус Голлагер, племянник моего беглеца-предка, тихий недоумок, умер от инсульта в тридцать с небольшим. Все четверо его детей не дожили до года. Впрочем нет, технически последним Голлагером был всё же мой дед по маме. Но все они просто носили это имя, магов среди них не было.

— Пока не появился ты, — напомнила я.

— Точно, — кивнул Джейми.

Нас снова прервали, прибыли основные блюда. Пауза оказалась очень кстати, я как раз обдумывала услышанное. В самом деле, чем же всё закончилось с этой таинственной тайэ? Отказались, не сумели? Или сделка всё-таки оказалась невыгодной? Фактов не хватало, а делать выводы на основании домыслов бессмысленно.

— И вот что ещё, — продолжил Норманд, едва официант удалился. — Те случаи загадочных смертей, которые мы обнаружили, все произошли за относительно небольшой отрезок времени. Шесть за полтора века. Первый пришёлся на «чёрное лето», последний — как раз те пропавшие работники. Возможно, были и другие, и раньше тоже, в архивах того периода сложно что-то найти, но вот после почти наверняка ничего подобного не случалось. До недавнего времени. То есть, без малого двести лет перерыва. И знаешь, чего ещё не было все эти годы?

— Магов в роду Голлагеров, — почти прошептала я.

— Именно.

Наверное, на этом месте мне стоило бы испугаться. И, возможно, сбежать, не только сейчас из ресторана, а вообще от этого парня, раз и навсегда. Но Джейми сказал, что не делал этого, и почему-то я ему верила.