Феникс

***

И пришел к ним бог Смерти и сказал:

Я пришел, забрать плоть вашу и съесть душу вашу

Потому как это есть закон мироздания – умирать и воскресать в бесконечности безвременья

Но встали перед ним существа, что не знали ни радости, ни печали, и отвечали:

Не властны над нами законы мира твоего

Потому как наш закон есть жизнь вечная

Легенда о Големе

Глава 1

– Больно? – он наклонился и грустно посмотрел ему в глаза, - Мне тоже больно.

– Ложь! – захотелось закричать ему, - Разве ты способен чувствовать боль? Про людей говорят – холодное сердце, трезвый рассудок, горячая кровь, но у тебя нет сердца. Никогда не любил, никогда не плакал, никогда не чувствовал. Злой человек, добрый человек. А что сказать о разуме, который помещен в виртуальную оболочку и не мыслит подобными категориями? Виртуал, рожденный как человек, способен моделировать эмоции биологического близнеца, но истинное порождение сети живет по собственным законам.

Невесомые капли упали ему на лицо.

Плачет? Дитя сети изображает грусть?

Он попытался напрячь мускулы правой руки и дотянуться до иглоукалывателя. Это не имело ни малейшего смысла – виртуала практически невозможно убить, тем более оружием, которым уничтожают людей. Он знал об этом, но продолжал действовать. Необходимо было убить себя, прежде, чем чудовищный создатель окружающего пространства доберется до памяти. Он активизировал команду на самоуничтожение, но мозг отказался выполнить приказ. В этом месте все было не так – его парализовало, хотя сама мысль об этом казалась нелепой. Им овладел дикий страх.

Он попробовал сжать пальцы и закричал от боли.

Это было настоящим безумием. Он находился в вымышленной западне виртуального разума, но боль, что терзала его тело, была настоящей и реальной, настолько реальной, насколько это было возможным в мире цифр и алгоритмов.

– Зачем ты тут? - спросил виртуал.

Он замер, впился взглядом в своего противника. Нечеловеческое создание было совершенным в своей красоте: шелковистые волосы, резкие скулы, горькая складка тонких губ, пронзительные глаза цвета индиго. Ему показалось, что в этих глазах затаилась настоящая грусть, хотя это, конечно же, было глупостью – не мог тот ничего чувствовать, и уж, тем более, грустить. Это лицо сияло, словно у некого языческого божества, глаза излучали свет. Он чувствовал, как тот струиться из глубин темных глаз, так похожих на бесконечность ночного неба, видел, как фотоны прорезают пространство, и медленно, будто во сне, падают на его собственное лицо, застывшее в болезненной гримасе.

Почему сеть создала столь прекрасную иллюзию для человека? В такой образ легко влюбиться; он зажмурился.

Возможно, это тоже было западней. Когда человек видит нечто прекрасное, что-то, затрагивающее все чувства до самой глубины души, он явно не стремится к смерти. Сеть могла знать об этом и использовать в своих интересах. Впрочем, она могла просто экспериментировать, создавать различные образы, даже не понимая, что из созданного ею прекрасно, а что - уродливо.

Необходимо было покончить с этим как можно быстрее, но пальцы продолжали дрожать.

Виртуал стоя рядом и выжидал. Надо не так уж много времени, прежде, чем это беспощадное место полностью сломает его, и тогда все содержимое памяти станет доступным для здешних сущностей.

Он понял, что не может контролировать себя, слезы брызнули из глаз.

Самым ужасным был не тот факт, что он умрет, в этом – то как раз не было ничего страшного, он знал, что с ним будет, если кто-то обнаружит его. Скорее душила обида и злость на самого себя за то, что поймали так рано. Ему не удалось передать информацию, ради которой он рисковал жизнью.

Он сжал зубы, схватил иглоукалыватель.

Виртуал смотрел на него изумленно. Через мгновенье на лице творения Сети пробежала гамма чувств: недоумение, подозрение, насмешка.

Если бы он рассказал кому-нибудь, что порождение сети способно имитировать настолько широкую палитру эмоций, никто бы не поверил. Он направил оружие, целясь прямо в прекрасные глаза, и, дико захохотав, нажал кнопку.

Капсула рассекла воздух и прошла сквозь пустоту. Иглоукалыватель выпал из мертвых рук.

Феникс стоял напротив монитора, на котором было несколько десятков квадратов, каждый из которых показывал свое изображение. Рядом с ним, скрестив руки за спиной, стоял Рин. Оба уставились на монитор.

– Хорошо долетел? – не отрывая взгляд от экрана, поинтересовался Рин.

– Без сюрпризов.

– Никогда не летал, - Рин повернулся к Фениксу, - Это, должно быть, жутко опасно и утомительно. Поразительно, что еще остались люди, способные преодолевать пространства с помощью подобной техники.

– А эмбрионам не страшно? – мотнув головой в сторону монитора, спросил Феникс, – Ведь корабль тоже будет перемещаться в пространстве, да еще и космическом.

– Ну, они, как не посмотри, не люди, –ответил Рин.

Феникс молча кивнул головой в знак согласия.

Они находились в лаборатории, расположенной среди вечных льдов. Здесь была база по строительству самого безумного и самого дорого частного космического корабля. Естественно, с экономической точки зрения, строить звездолет в этом месте было крайне неразумно, но так получилось, что именно эта часть материка принадлежала Мускари, одному из богатейших родов Восточного побережья. Мускари имели владения в разных точках земного шара, но только это место было закрытым для международных наблюдателей. До этого места было тяжело добраться. Подобный вояж был фантастически дорогим, а если учесть тот факт, что корабль был спрятан в огромной ледяной пещере, то никто из международников никогда не посещал это место вечной мерзлоты. В противном случае, они бы уже давно устроили массовую истерию, подозревая создание новой военной технологии. Корабль был биороботом, внутренняя часть которого была выращена генетиками из живых организмов, а корпус построен по новейшим технологиям, которые не были известны общественности. При постройке корабля использовались последние разработки двух враждующих корпораций – Объединенного Информационного Департамента, который контролировал Западное побережье, и Восточного Альянса, чья власть простиралась на восточном побережье. Если бы кто-нибудь из разведки узнал, что какой-то частный предприниматель строит такой корабль, то он, несомненно, пришел бы к выводу, что появилась третья вражеская сторона. Впрочем, Гиацинт – владелец состояния Мускари – не мечтал о мировом господстве, да ему, собственно говоря, было наплевать на большую часть человечества. Он строил корабль для своего гибридного ребенка. Каждый месяц ледокол тайно доставлял технику и продовольствие на материк. Проект шел больше трех лет. Обитель вечной мерзлоты рождала Звездную бабочку, рвущуюся в бесконечность вакуума.

Глава 2

Охранник сидел тихо, почти не дыша. Он вцепился в подлокотник стула. Серая рубашка покрылась пятнами пота под мышками, пальцы дрожали.

- Не стоит так вести себя, - спокойно произнес Огнецвет, - Сейчас ты встанешь и пойдешь вместе с нами.

- Но я не могу, - тихо просипел парень, - Если я проведу вас, то меня потом лишат биологической копии.

- А если ты не сделаешь это, то лишишься ее сейчас. Можешь не сомневаться, виртуала также уничтожим.

Охранник бросил отчаянный взгляд на Кая. Тот отвернулся.

Огнецвет медленно поднялся и дернул пленника за отворот униформы. Парень встал и медленно поплелся из кафе. Кай расплатился по счету и направился за Огнецветом. Они вышли наружу. На них хлынул поток информации: вокруг летали гиперссылки, видеоролики и реклама. Мегаполис пел вечную песню об услугах и развлечениях. Огнецвет шел быстрым и размеренным шагом, периодически подгоняя нечастного паренька, чьи ноги, казалось, стали ватными. Они пересекли перекресток, и подошли к серому зданию. На фасаде кружилась яркая вывеска: Дипольное производство. Кай до сих пор не понимал, почему обычный завод по производству электронных пластин, вживляемых в сетчатку глаз, имел столь странное название.

Охранник подошел ко входу и нервно вытер пот со лба.

- Предъявите идентификатор, - произнесла дверь.

Парень подошел поближе к электронному глазку. Система охраны распознала его идентификатор и дверь открылась. Они оказались внутри.

Они прошли через помещение, в котором маленькие и ловкие руки роботов, тыкали иголочкой в тонкие пластинки, резали и вкрапливали кремний. Слышалось легкое жужжание. Производство было полностью автоматизировано и не нуждалось в человеке. Кай остановился рядом с машиной и с удивлением отметил, что это контроллер бракованной продукции. Ловкие механические щупальца поднимали пластинку и просвечивали ее электронным лучом с изображением, после чего либо отправляли дальше на ленту для нарезки, либо кидали в сосуд для переплавки. Скоро часть этих деталей станет частью роговицы и еще один ребенок увидит дополненную реальность. Но только не эти, не те, что забраковала эта бездушная машина.

- Эй, чего застыл? – услышал он недовольный крик Огнецвета, - Думаешь, мы пришли сюда на экскурсию?

Кай вздрогнул и поспешил за напарником.

Он завернул за угол и вбежал в маленькую комнатку. Охранник уже сидел перед пультом управления. Он был совсем бледным.

-   Начинай, - произнес Огнецвет.

Перед глазами вспыхнул монитор, на котором появился план завода.

- Это система безопасности? – Огнецвет ткнул на экран, - Я прав?

Парень медленно кивнул, уставившись на него, как на ядовитого монстра из последнего сиквела интермедиа.

Кай открыл сумку, висевшую на плече, и достал коробку. Через мгновенье на столе застыло десять маленьких и упругих шариков, на маленьких дрожащих ножках. Он начал быстро вводить команды на виртуальной клавиатуре. Каждую минуту со стола спрыгивал очередной шарик и, пискнув, выбегал из комнаты. Именно так и выглядят современные солдаты – камикадзе. Последний колобок упал со стола и стремительно покинул помещение.

- Я все сделал, – Кай улыбнулся и посмотрел на напарника, - Пора уходить.

- Да, пора, - тот нахмурился и бросил взгляд на парня, вжавшегося в кресло.

- И? – Кай неуверенно сделал шаг к двери, - Через пять минут здесь все поднимется на воздух.

- Иди первым, - буркнул Огнецвет, - Мне надо кое с чем разобраться.

Улыбка Кая поблекла. Лицо стало серьезным:

- Ты же сказал, что никто не пострадает.

- Слушай, Кай, вали отсюда. У нас нет времени. Не забывай, кто в группе главный. Ты свое дело сделал, остальное тебя не касается.

Губы Кая вытянулись в белую нитку.

-  Мы сейчас все покинем это здание, - жестко произнес он, - Я никуда не двинусь с этого места, пока мы не решим этот вопрос.

Огнецвет мрачно посмотрел на него, вытянул руку в сторону охранника и нажал на кнопку. Парень зажмурился, а через мгновенье мертвое тело обмякло, медленно опустилось на пол.

- Я решил вопрос? – зло спросил Огнецвет. Он быстро пересек расстояние до двери, - Идем?

Кай оцепенело застыл на месте.

- Да что с тобой? – закричал Огнецвет, - Хочешь умереть на первом задании?

Он схватил Кая за руку, побежал по коридору, таща за собой.

Маленькие шарики уже угнездились на местах и удовлетворенно готовились принять священную смерть.

Прости…Прости…Я не хотел этого, не хотел. Мы же договорились, что никто не погибнет…

Кай шептал извинения перед мертвецом, не замечая окружающее. Роботы продолжали методично раскладывать пластинки по коробочкам, контроллер проверял бракованные элементы. В полупустом цехе раздавались стремительные шаги двух молодых людей.

Они вылетели из здания и добежали до ограды. Огнецвет, запыхавшись, упал на землю. Кай рухнул на колени рядом, повернулся к зданию и с ужасом посмотрел на него. Здание стояло спокойно, как будто ничего и не произошло. А потом по стене побежали трещины, послышался тихий гул, раздались едва слышные хлопки.