Феноменократия

Пролог

Дело не в том, что у тебя есть плоть,

а в том, что у тебя одна лишь только плоть.

Тревожный, беспокойный человек — это бомба замедленного действия. Никогда не знаешь, в какой момент она рванет и кого погребёт под обломками.

Человек, объятый страхом, способен на самые безумные поступки и будет оправдывать себя тем, что защищал свои границы. Он не способен признать, что его действия вредят другому.

Взаимодействовать с человеком в страхе тяжелее, чем с человеком в гневе. Последний хоть видит последствия. Человек же в страхе не видит даже этого. Он свято уверен, что ему позволено всё, если он боится.

Как я определяю себя?

Я балансирую на краю. Вместо того чтобы делиться своей глубиной, ловлю переменчивое настроение незнакомца, сидящего напротив меня за столиком в аэропорту.

Я опять не смогла войти в близость. Снова страшно. Как будто в меня встроен предохранитель, который отрубает настоящую связь при малейшем всплеске интереса.

Я отказываюсь давать доступ к себе, потому что знаю: человек напротив не изменится. Он останется прежним. И с ним умрет последняя надежда. Он может ранить меня так, что я не смогу восстановить прежнее функционирование.

Ибо я — не человек в полном смысле этого слова. Настоящий человек нуждается в Другом, он ему необходим, чтобы стать по-настоящему собой. Мне же никто не нужен.

Я самодостаточна.

Глава 1 В самолете.

Гул людского сообщества везде одинаков. В аэропорту к нему лишь добавлялся скрежещущий, двуязычный голос объявлений.

Магда заправила челку за ухо и медленно выдохнула.
– Я справлюсь. Мне двадцать три года, я аспирантка геологического факультета. В полётах нет ничего страшного. Люди летали до меня и будут летать после.

Салон рейса Москва–Мирный был забит до отказа. Магда вытряхнула содержимое ридикюля себе на колени.
– Компания предоставляет наушники? – резко остановила она проходившую стюардессу.
– После взлёта, – та заученно улыбнулась, даже не замедлив шаг.
– Мне нужно сейчас!
– Воспользуйтесь, пожалуйста, берушами из набора.
– Мне не нужны беруши. Мне нужны наушники. Я не собираюсь пихать себе в уши всякую дрянь.

Профессионализм стюардессы ничто не могло поколебать.
– Компания приносит извинения за доставленные неудобства и просит немного подождать. Через двадцать минут вы получите просимое.

Она двинулась дальше, оставив Магду одну с беспорядком на коленях и нарастающей паникой.

– Сенсорная перегрузка?

Парень лет тридцати, белобрысый, с бесцветными бровями и ресницами, в кашемировом свитере с вытянутыми локтями, наклонился к ней через проход.

– Откуда ты… – начала Магда, но он уже достал из рюкзака большие накладные наушники.

– Всё просто. Пересохшие губы, бегающий взгляд, прерывистое дыхание. Через тридцать секунд – классическая паническая атака. Весь мир – это данные. Моя задача их просчитывать. – он вытащил из белого рюкзака наушники, – Возьми. Это запасные.

Магда, не раздумывая, надела наушники. Успела подумать, какой же идиот везет в Якутию такую стильную и абсолютно не приспособленную к жизни вещь, как белый рюкзак, — и погрузилась в тишину. Достаточную, чтобы зверь в солнечном сплетении убрал когти и свернулся калачиком. На этот раз ей удалось его обуздать.Вернее, помог ей в этом…

Она открыла глаза. Парень улыбался.

– Майк, – протянул он ладонь, но сразу же отдернул. – Ой, прости. Ты, наверное, и прикосновений не любишь сейчас.

– Магда. Спасибо за… – она кивнула на наушники.

– Мы уже в воздухе. А вот, кстати, и твои наушники несут, – Майк показал подбородком на стюардессу, двигавшуюся по проходу. – Но шумоизоляция на бюджетных рейсах, мягко говоря, не ахти. Можешь остаться в моих до конца полета.

Он поправил интерфейс за ухом, одел виртуальные очки и потерял к Магде интерес.

Ей стало даже немного обидно. Она привыкла к взглядам, задержанным на ней чуть дольше обычного. Высокая, статная, с черными волосами, угловатыми скулами и раскосым разрезом глаз – ее внешность всегда работала как магнит. «У вас в роду якуты? Корейцы? Казахи?» – этот допрос начинался с первых минут знакомства. В паспорте у неё стояло «русская», но, видимо, в её лице сплелась вся древняя кровь необъятной родины. А тут – на тебе. Помог и отвернулся. А наушники и вправду оказались отменными. Бóльшую часть салона составляли вахтовики, летевшие на алмазное месторождение — туда же, куда и Магда. Несколько семей с детьми, возвращавшихся с рождественских каникул, да пара туристов — любителей полярных сияний, вечных ночей и потусторонних откровений, с пресловутым варганом в кармане. Эти энтузиасты, казалось, даже спали с этим инструментом — быть может, надеясь, что он станет их духом-проводником или что просветление снизойдет на них от прикосновения к варгану.

Вот и сейчас один из них, облаченный в нечто мешковатое и пестрое, извлек из складок одежды источник будущего просветления и приложил к губам. Слава качественной сборке наушников Майка, – Магда видела лишь идиотскую гримасу и дрожащие пальцы. Видимо, не одна она была противницей подобного «бренчания». Менее чем через минуту к огромной фигуре в балахоне подошла стюардесса и с безупречно-равнодушным лицом произнесла нечто, что заставило искателя истин поспешно убрать варган в недра костюма.

Открыв одно ухо, Магда наклонилась через проход и коснулась рукой альбиноса Майка.

– Не понимаю, что делают туристы в самолете в такое время года. В городе нет никаких развлечений.

Майк отключил интерфейс, и поднял очки на лоб.

– Тот, у которого косая сажень в плечах, – это Илья Четвергов. Он, можно сказать, ученик шамана. Парень странный, в определённой мере местная знаменитость, но явно не турист.

– Упс... – Магда подняла руки ладонями вверх. – Сдаюсь.
– Ты сделала выводы на основе неполных данных. Со всеми бывает.
– Не слишком ли много на себя берешь! – адреналин требовал выхода.

Альбинос Майкл принял её слова за чистую монету — или сделал вид, что не заметил их интонации. – Это не просто моё мнение. Это научные данные. Я как раз занимаюсь расчетом вероятностей. В этом мне помогает «Оракул».
– Ты ещё скажи, что пифия у тебя за ухом сидит и нашептывает пророчества.

– Ты почти права. Именно за ухом интерфейс системы расчёта вероятностей «Оракул». Именно он предсказал начало у тебя панической атаки и предложил ее пресечь. Иначе ты предприняла бы действия, которые помешали бы мне анализировать остальных.

– Ничего себе… Так эта штука у тебя за ухом… она анализировала меня?

– Тебя и всех в радиусе ста метров.

– Это вообще законно? Вообще-то есть право на приватность личной жизни. – Магда сняла с себя наушники и протянула Майку. – Забирай.
– Сейчас «Оракул» на стадии эксперимента. Все необходимые документы на его проведение на станции добывания алмазов у меня есть. – Майкл взял из её рук наушники и убрал в белый рюкзак.
– Мы сейчас не на станции, а в самолете. Я запрещаю меня анализировать. Ясно? У тебя здесь нет таких полномочий.
– Я уберу тебя. -- Майк вытащил из белого рюкзака планшет, -- Но это может повредить чистоте эксперимента, так как данные пересекаются.

Магда откинулась в кресле и сжала ручки сиденья. Зверь внутри выпустил коготки.