Фиалки для шефа

Глава 1. Доставка для «Шефа без совести»

Вечерний дождь затянул парижские улицы в полупрозрачную пелену, превращая огни фонарей в размытые акварельные пятна. За витриной цветочного магазина "Фиалка", на которой капли дождя выписывали причудливые узоры, Анжелика Крылова — для всех просто Лика — выводила изящным почерком слова, которые жгли бумагу сильнее кислоты:

"Шеф Бурцев, ваш фирменный десерт тает во рту так же быстро, как ваша репутация после того суда. С нетерпением жду момента, когда вы подавитесь собственным враньём. Искренне ваша, Таинственная поклонница."

Она откинулась на спинку старинного деревянного стула, заставив его жалобно скрипнуть, и с наслаждением наблюдала, как чернила высыхают на плотной карточке. Запах свежесрезанных пионов, горьковатый аромат зелени и сладковатый дух увядающих роз — привычная симфония её маленькой цветочной империи.

— Опять твои цветочные войны? — Катя, её рыжеволосая подруга и соратница, приподняла одну бровь, отчего её круглые очки съехали на кончик носа. — Лик, он же шеф-мишлен, у него связи. Если докажет, что это ты...

— Пусть попробует, — Лика резко оборвала её, нервно скручивая краешек бумажной салфетки в нечто, отдалённо напоминающее розу. Её пальцы, испачканные зелёной флористической краской и слегка шершавые от постоянного контакта с водой и стеблями, двигались с привычной точностью, превращая обычный клочок бумаги в миниатюрное произведение искусства.

Внезапный жужжащий звук за окном заставил её вздрогнуть. Оса. Чёртова, ненавистная оса билась о стекло, будто специально. Лика замерла, её ладони моментально покрылись липким потом, а в горле встал ком. Она не боялась ни пауков, ни змей, но эти полосатые насекомые...

— Тихо, это просто маленькая оса, — Катя одним движением захлопнула форточку, но Лика уже откинулась назад, с силой сжимая подлокотники стула так, что её костяшки побелели. — Хотя... — подруга притворно задумалась, — может, это Бурцев в осу превратился? Шпионить за тобой прилетел.

Лика фыркнула, но сердце её бешено колотилось, выстукивая в груди нервную дробь. Она машинально провела рукой по высокому пучку каштановых волос — две непослушные пряди, как всегда, выбились из-под заколки, обрамляя лицо мягкими волнами.

"Идеально", — подумала она с горькой усмешкой. Пусть этот заносчивый, самовлюблённый повар знает: кража её рецепта фиалкового крема не останется безнаказанной. Она заставит его расплатиться за каждую украденную нотку вкуса, за каждый цветок, который она с таким трудом выращивала, а он так легко присвоил.

Опустив взгляд на свою рабочую блузу — фиолетовую, с бесчисленными карманами, где среди флористической проволоки, обрезков лент и кусочков шоколада (её слабость) лежал потрёпанный блокнот с тем самым оригинальным рецептом, — Лика поймала себя на мысли, что снова и снова прокручивает в голове тот позорный день в суде.

Его слова. Его холодный взгляд. Его...

Громкий гудок фургона службы доставки вывел её из тягостных воспоминаний.

— Отправляем? — Катя уже держала в руках аккуратно упакованную коробку с десертом — тем самым, который должен был стать первым шагом её мести.

Лика провела пальцем по краю карточки с язвительным посланием, оставив на бумаге едва заметный след флористической пыльцы.

— Отправляем. Пусть получает свой "заказ".

Где-то в глубине души она уже знала: эта игра только начинается.

Глава 2. Рецепт возмездия

Артём Бурцев ненавидел вторники.

Особенно те, что начинались с анонимного заказа в фирменной чёрной коробке с золотой тиснёной буквой «Б» — его собственного дизайна, чёрт побери.

— Опять от вашей тайной поклонницы, шеф. — Су-шеф Иван протянул коробку, едва скрывая ухмылку.

Артём резко дёрнул головой, отчего тёмные непослушные пряди упали на лоб. Он привычным жестом отбросил их назад и взял коробку.

«Шеф Бурцев, надеюсь, ваш суфле осядет, как ваша репутация после суда. С нетерпением жду, когда вы подавитесь. С любовью, Тайная обожательница».

— Остроумно, — проворчал он, но пальцы сами развязали шёлковую ленту.

Внутри лежало идеальное суфле «Фиалковый туман» — его же собственное блюдо, но... с крошечным дополнением. На поверхности, среди съедобных цветов, кто-то выложил из лепестков жёлтых роз чёткую надпись: «ВОР».

Артём сжал коробку так, что картон помялся.

— Кто это принёс?

— Курьер. Обычный парень.

— И что, ничего необычного не заметил?

Иван задумался:

— Ну... Пахло цветами. Сильно.

Артём резко развернулся и бросил коробку в мусорное ведро. Но не заметил, как из неё выпал крошечный лепесток фиалки...

---

Тем временем в «Фиалке»

Лика стояла на лестнице, поправляя витринную композицию, когда дверь распахнулась с таким звоном, что стеклянные вазы звякнули в унисон.

— Он выбросил твой «подарок»! — Катя влетела в магазин, размахивая телефоном. — Только что позвонил мой знакомый официант из «Бурцева».

Лика медленно спустилась, вытирая руки о фартук.

— И?

— И... он сначала чуть не сломал коробку, а потом швырнул её в мусорку.

Губы Лики дрогнули в подобии улыбки.

— Значит, попал в точку.

— Лик, он же шеф-мишлен! У него связи, деньги...

— Зато у меня, — Лика потянулась за блокнотом с рецептами, — его совесть.

Она открыла страницу с пометкой «Фиалковый крем» — оригинальный рецепт, написанный её рукой ещё три года назад. Чернила немного выцвели, но каждая строчка дышала болью.

— Закажи мне ещё один ужин из его ресторана. На этот раз... с сюрпризом.

Катя вздохнула, но достала телефон.

— Какой сюрприз?

Лика улыбнулась во весь рот:

— Пусть попробует свой десерт с моей особой начинкой.

---

Через час. Кухня ресторана «Бурцев»

Артём лихорадочно перебирал записки. Все. Каждую. За последний год.

«Ваш крем-брюле напоминает мне вашу душу — потрескавшуюся и пустую внутри».

«Заказываю ужин для двоих. Для меня и вашей совести. (Она ещё не вернулась?)»

И сегодняшняя: «ВОР».

Он схватился за голову. Кто эта женщина? Почему она...

— Шеф! — Иван ворвался в кабинет. — Опять заказ от неё!

Артём выхватил коробку. В этот раз внутри лежал шоколадный фондан с фиалками. Он разломил его вилкой — и замер.

Внутри, вместо привычной жидкой начинки... лежала крошечная фигурка из марципана.

Фигурка его самого — с ножом в спине.

И записка:

«Как вам начинка, шеф? Напоминает ваш стиль».

Артём впервые за год почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Она играла с ним.

И он обожал игры.